Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Курсовая работа: Внешняя политика Японии 50-х гг. XX в. - начала XXI в.

Название: Внешняя политика Японии 50-х гг. XX в. - начала XXI в.
Раздел: Рефераты по международным отношениям
Тип: курсовая работа Добавлен 23:01:06 28 мая 2009 Похожие работы
Просмотров: 933 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Министерство Образования и науки Республики Татарстан

Елабужский государственный педагогический университет

Кафедра Отечественной и всеобщей истории

Курсовая работа

на тему:

"Внешняя политика Японии 50 гг. XX в. – начало XXI в."

Елабуга – 2007


Содержание

Введение

1. Процесс становления дипломатии Японии в 50-х. XX в.

1.1 Сан-францисский мирный договор 1951 г.

1.2 Японо-американский «договор безопасности» 1960 г.

2. Формирование новой экономической политики Японии

2.1 Противоречия в японо-американских отношениях

2.2 Азиатское направление

3. Урегулирование проблемы «Северных территорий»

3.1 Готовность Японии участвовать в реализации программ ООН

3.2 Внешнеполитическая стратегия Японии российского направления

Заключение

Список использованных источников и литературы


Введение

Актуальность темы данной работе заключены в изменениях, произошедших в японской внешней политике за последние десятилетия. Безусловно, 90-е годы прошлого века стали временем огромных перемен во всем нашем мире. Претерпели изменения глобальные экономические и политические системы. Это время можно назвать переломным и основополагающим в том смысле, что именно в 90-е годы XX века сформировалась система международных отношений, существующая сегодня. Настоящая работа посвящена изменению роли дипломатии на рубеже XX–XXI веков. В данной работе мне бы хотелось рассмотреть дипломатию Японии, как одну из важнейших средств внешней политики, выявляя ее сильные и слабые стороны, характерные для этого исторического периода, сравнить взаимоотношения Японии со странами Востока, США, России.

Именно Япония рассматривается по нескольким причинам. Во-первых, многие эксперты сходятся в том, что начинающийся век будет веком АТР, а Япония один из явных политических и экономических центров региона. Во-вторых, изменения во внешнеполитической деятельности Японии, по моему мнению, являются именно качественными, т.е. переходит от использования одной модели политического поведения к другой, меняются политические цели и задачи, а, следовательно, и методы. Что является весьма важным для России, так как в наших отношениях с Японией до сих пор сохраняется достаточно сильная натянутость, если не сказать больше. И для преодоления этой натянутости, необходимо понимать какие цели ставит перед собой Япония. Вопрос о принадлежности островов какой-либо из сторон является, прежде всего, историческим. Для того чтобы восстановить истину и прийти к согласию в этом вопросе, необходимо тщательно исследовать всю историю японо-русских и японо-советских отношений. Нет никакого сомнения в том, что русские открыли и исследовали Курильские острова с Севера, и первая серьезная карта была составлена ими. Тем не менее, попытка советской стороны объяснить притязания СССР на острова тем, что они были открыты русскими исследователями, вызывает критику у японских ученых. Первым русско-японским договором 1855 года Южные Курилы отдавались во владение Японии, и в желании нынешнего правительства Японии вернуть себе свои земли, нет ничего агрессивного.

Необходимо найти решение территориального вопроса, которое удовлетворяло бы обе стороны. Нужно искать компромиссы и идти на взаимные уступки. Естественно, что и Япония должна занять более гибкую позицию.

С 1960 г. начался новый виток в политической жизни Японии – это событие совпало с началом периода «высоких темпов роста», когда Япония приковала к себе внимание всего мира, прежде всего в экономическом плане. Со времени окончания холодной войны, как только появлялась возможность нормализации отношений между Японией и странами Азии, экономическая помощь последним либо ожидание такой помощи становилась главной составляющей переговоров. Тот факт, что Япония оказывает поддержку большинству азиатских стран, увеличивает подобные ожидания.
Новыми ориентирами иностранной помощи Японии стали создание и поддержание мира, что в свою очередь содействует достижению целей общей политической и экономической стабилизации в регионе. Тезис о столкновении цивилизации вписывается в контекст усилии, направленных на милитаризацию политики и гонку вооружений. История человечества показывает, что современная цивилизация, по сути, представляет собой не что иное, как симбиоз различных цивилизаций и национальных культур. Именно поэтому диалог цивилизации является ярким свидетельством и тому, что все страны, невзирая на определенные различия в культуре их народов, стремятся решить свои разногласия путем диалога и обмена мнениями, а не путем войны и кровопролития.

Ясно одно, что нынешний мир характеризуется определенным вакуумом в существующих международных отношениях. Сегодня имеются серьезные разногласия в отношении того, каким должен быть новый мировой порядок. Усилия США создать однополюсный мир не были восприняты, ибо страны мира желают занять более достойное для себя место.

Проблемы, описанные в работе, довольно широко обсуждаются в научных и политических кругах, как Японии, так и России, что говорит об актуальности вопроса и его востребованности. Использованы в изучении материала по теме курсовой работы Японо-американский договор 1960 г[1] . и Сан-францисский мирный договор 1951 г.[2] , по которому Япония начала набирать политический вес на мировой арене под присмотром «старшего брата» США. Этот договор имел однозначную оценку стран соцлагеря, в частности это отражено выступлении Громыко А.А. на пресс-конференции[3] . О проблемах Японии, как политического субъекта, и её месте в новом мире писали Т. Иногути[4] , К. Харада[5] , А. Тууделепп[6] , Г. Кунадзе[7] и М. Носов[8] . Азиатское направление Японии рассмотрено в статьях Семина А.[9] , Широких М.Д[10] , в работе Торкунова А.В. о современных международных отношениях[11] . Кроме этих материалов, во время написания работы использованы ученых занимающихся проблемами японской внешней политики: С.И. Вербицкий[12] , Ё. Фусанаби[13] , М. Судзуки[14] , В. Кистанова[15] , Г. Шишкина[16] . Наряду с этим, использованы материалы Голубой книги по внешней политике Японии и статей периодической печати, посвященных современной Японии[17] . Открытый вопрос «северных территорий» наиболее подробно отражен в докладе О.Р. Румянцева в девяти аспектах[18] , о Курильском вопросеиспользована информация с Интернета[19] . Это же вопрос, но анализ со стороны Японии в своем интервью дает видный японский политик Юкио Хатояма – внук бывшего премьер-министра И. Хатояма. Также в работе использован справочный материал[20] и Устав ООН[21] .

Япония интересна сейчас, приковывая необычной культурой, бурно развивающейся экономикой, своей непохожестью на нас.

Объектом исследования является участие Япониив развитии международных отношений во второй половинеXX – начало XXI вв. Предметом – основные направления внешней политики Японии в 50 гг. XX – начало XXI вв.

Хронологические рамки выбранной темы охватывают период 50‑х гг. XX в. – ХХ1 – время возрождения, расцвета японской дипломатии и процветании страны в целом.

Изучив литературу по данной теме можно определить цели и задачи работы.

Целью исследования является изучение внешней политики Японии в 50 гг. XX – начало XXI вв.

Исходя из поставленной цели, определен ряд задач:

1. Охарактеризовать процесс становления японской дипломатии в 50-х гг. XX в.

2. Рассмотреть условия Сан-францисского мирного договора и «договора безопасности».

3. Проследить темпы развития новой экономической политики Японии.

4. Дать оценку японо-американским отношениям, азиатского направления.

5. Рассмотреть возможные варианты выхода по урегулированию вопроса «северных территорий».

6. Проследить современные российско-японские отношения.

Практической значимостью является то, что материал курсовой можно применить в учебном процессе, на семинарских и практических занятиях.

Структура работы

Курсовая работа состоит из введения, 3 глав, заключения, списка использованных источников и литературы.


1. Процесс становления дипломатии Японии в 50-х XX в.

1.1 Сан-францисский мирный договор 1951 г.

Дипломатия Японии на рубеже ХХ-XXI вв. действительно переживала глубокие изменения. Функции дипломатии, которые раньше были фактически прерогативой внешнеполитических ведомств и в основном осуществлялись посольствами, вынуждены в силу послевоенных обстоятельств реализоваться в другом направлении. Встал как никогда остро вопрос о координации действий различных структур и организаций. Первым важнейшим событием, наметившим курс на стратегическое взаимодействие, стало поражение Японии во Второй мировой войне. В результате этого поражения японская политика, включая внешнюю, оказалась тотально и, безусловно, скомпрометирована. Она находилась в состоянии войны с большинством стран мира, где ее представители были интернированы. Японии надо было реабилитировать себя в глазах, как отдельных стран, так и мирового сообщества. Наряду с обеспечением успешного экономического восстановления и развития это стало главной задачей ее послевоенной политики. Не случайно именно этот момент был выбран Соединенными Штатами для укрепления своего присутствия в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

США сыграли ключевую роль в послевоенной «реабилитации» Японии, в результате которой страна заключила мирный договор с 48 странами – бывшими военными противниками, кроме СССР и стран коммунистического блока.

Военный вклад Японии в «сдерживании» Советского Союза определялся участием в системе безопасности с США, собственными вооруженными силами и предоставлением японских территорий для размещения американских баз.

В совместной японо-американской декларации по безопасности – альянс на ХХI век – национальные политики двух государств ориентированы на отстаивание свободы, демократии и уважении прав человека.

Географическая сфера национальных интересов США совпала с зоной действия японской политики национальной безопасности, что предполагает использование всех средств политики, включая военные средства, для защиты территориальной целостности, суверенитета и идеологических ценностей не только собственного государства, но и всего мира, точнее той ее части, которая строится на капиталистической основе. Соответственно, любое противодействие или несогласие с ценностями этой системы рассматривается как угроза безопасности Японии или США. Следовательно, субъекты такого противодействия превращаются в объекты политики безопасности Японии или США как военных союзников.

Отличительная черта новой схемы обороны – условия, относящиеся к реагированию на агрессию. В соответствии с прежней схемой Япония должна была отражать ограниченную, маломасштабную агрессию самостоятельно, в одиночку. Согласно же новой схеме, в случае чрезвычайного положения, вызванного прямой агрессией, Япония должна отражать ее во взаимодействии с Соединенными Штатами.

Отличаются специфической чертой и новые руководящие принципы обороны. В соответствии с прежними предоставление Японией услуг вооруженным силам США в случае возникновения чрезвычайного положения за пределами Японии, но в границах Дальнего Востока определялось японо-американским Договором об обеспечении безопасности и связанными с ним соглашениями. Абсолютное господство в сфере обеспечения безопасности – отправной пункт всех исканий Соединенных Штатов. Это господство в «тихоокеанской» Азии сегодня особенно очевидно. Здесь они правят безраздельно, обладают подавляющим военным могуществом и постоянно готовы к вмешательству.

Осенью 1945 г. побежденная Япония лежала в руинах не только в прямом, но и в переносном смысле. В отличие от Германии она сохранила определенный суверенитет в виде преемственности государственной власти (император, правительство, парламент) учитывая, что вся ее политика оказалась под строгим и внимательным контролем оккупационных властей. В течение всего периода американской военной оккупации в составе японского правительства присутствовал министр иностранных дел, но деятельность его министерства была ограничена, ибо до подписания Сан-францисского мирного договора в 1951 г. отношения Японии с большинством стран не были официально восстановлены. Только с 1951–1952 гг. дипломатическая машина страны начала функционировать нормально[22] .

Первый проект мирного договора с Японией США разработали в марте 1951 г. Даллес полагал, что оккупированная Япония недостаточно эффективно выполняет функции перевалочной базы для американской армии, воевавшей на Корейском полуострове, и настаивал на быстрейшем предоставлении ей независимости.

Надеясь, что СССР воздержится от участия в мирной конференции по Японии, США и Великобритания объявили, что они созывают в Сан-Франциско представителей произвольно отобранных ими стран не для обсуждения мирного договора, а только для его одобрения и подписания. Вносить какие-либо поправки в текст договора, составленного Соединенными Штатами и Англией, не допускалось. 8 сентября 1951 г. состоялась церемония заключения мирного договора с Японией. Советский Союз, Польша и Чехословакия отказались поставить свои подписи под этим документом. А. Громыко назвал этот мирный договор сепаратной сделкой между США и Японией.[23]

Однако для Токио и Вашингтона Сан-Францисский мирный договор стал результатом компромисса. Правящие круги Японии в итоге длительных закулисных маневров добились юридического прекращения оккупации и передачи в их руки всей полноты власти в стране. За это им пришлось пойти на ряд серьезных уступок Соединенным Штатам в политической и военной областях, в частности согласиться с неограниченным какими-либо сроками пребыванием американских войск на японской территории.

Довоенная дипломатия Японии числила в своем активе ряд несомненных достижений. Сложился многочисленный и хорошо подготовленный дипломатический корпус, успешно представлявший страну за границей, в том числе в международных организациях, и защищавший ее интересы. Япония установила прочные связи со многими странами, выступая либо как «старший», либо как равноправный партнер. Решение или, по крайней мере, обсуждение глобальных проблем не обходилось без ее участия. Статус Японии как мировой державы был признан тем, что она стала постоянным членом Совета Лиги Наций, а ее представитель – одним из постоянных заместителей генерального секретаря Лиги. В результате военного поражения Япония всего этого лишилась. Ее политика, включая внешнюю, была тотально и, безусловно, скомпрометирована[24] .

Ее руководители предстали перед судом как военные преступники, а дипломатический корпус и государственный аппарат подверглись чисткам. Она находилась в состоянии войны с большинством стран мира, где ее представители были интернированы. Японии надо было реабилитировать себя в глазах, как отдельных стран, так и мирового сообщества. Наряду с обеспечением успешного экономического восстановления и развития это стало главной задачей ее послевоенной политики.

Первым достижением Японии было заключение мирного договора с 48 странами – бывшими военными противниками, кроме СССР и стран коммунистического блока. Война была формально окончена, Япония признала свою ответственность и согласилась на соответствующую компенсацию (в виде передачи территорий, выплаты репараций и т.д.). Подписание договора позволило ей восстановить дипломатические отношения с этими странами, а завершение периода военной оккупации формально вернуло японской дипломатии ее самостоятельность и полноту функций.

Формально «реабилитация» Японии в мире началась с Сан-францисского договора[25] , но фактически ей предшествовала нормализация отношений с США, осуществленная главным образом усилиями премьер-министра С. Ёсиды, бывшего кадрового дипломата с более чем тридцатилетним стажем. Придерживавшийся однозначно проамериканских взглядов, Ёсида был идеальной кандидатурой на должность «оккупационного» премьера и смог установить хорошие личные отношения с Дугласом Макартуром и Аленом Даллесом. Он сориентировал внешнеполитический курс Японии на военный и политический союз с США, оформленный «договором безопасности» 1951 г. Ёсида реабилитировал Японию в глазах «свободного мира», но вскоре этого стало недостаточно. Кроме того, это еще не открывало ей путь в Организацию Объединенных Наций.

Его преемник на посту главы правительства И. Хатояма придерживался несколько иной ориентации, хотя, разумеется, не мог отказаться от доставшегося ему наследства. Кроме того, пост министра иностранных дел при нем бессменно занимал проамерикански настроенный ветеран японской дипломатии М. Сигэмицу.

Главными достижениями тандема Хатояма – Cигэмицу стали восстановление дипломатических отношений с СССР и европейскими социалистическими странами, начало неофициальной нормализации отношений с КНР и, наконец, принятие Японии в ООН.


1 .2 Японо-американский «договор безопасности» 1960 г.

Всю вторую половину прошлого столетия и до нынешних дней центральное место во внешней политике Японии остаются отношения с Соединенными Штатами Америки. Специфический характер этого союза, оформленного подписанием двусторонних договоров, сначала «о гарантии безопасности» (1951 г.), а затем ныне действующего «о взаимном сотрудничестве и безопасности» (1960 г.), состоит в том, что партнером США является страна, которая по настоянию Вашингтона провозгласила в своей послевоенной конституции принципы, ориентирующие ее на исключительно мирное развитие. В девятой статье основного закона Японии зафиксирован отказ «от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров». Более того, там же содержится обещание никогда не создавать «сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства ведения войны»[26] .

При подписании мирного Договора был также подписан Договор о безопасности, в результате чего:

– во-первых, Япония, которая после поражения в войне полностью лишилась своих вооруженных сил и осталась практически беззащитной, получила американскую гарантию от советской агрессии, а события на Корейском полуострове делали такую агрессию вполне возможной;

– во-вторых, большинство стран Азии, а также Австралия и Новая Зеландия, явившиеся объектами японского нападения и откровенно опасавшиеся возможного возрождения японского милитаризма, получили от Соединенных Штатов гарантии безопасности (ради согласия этих стран с американскими планами в отношении Японии США пошли на заключение двустороннего военного соглашения с Филиппинами и создание военного союза с Австралией и Новой Зеландией – АНЗЮС);

– в-третьих, под эффективный контроль было поставлено развитие японского военного потенциала;

– в-четвертых, американский «ядерный зонтик» надежно прикрыл Японию от коммунистического окружения и позволил совершить беспрецедентный экономический рывок, выведший ее в первую шеренгу развитых стран.

В 1960 г. во время официального визита в США премьером Н. Киси был подписал новый японо-американский «договор безопасности», развивавший положения прежнего, но повысивший статус Японии от «вассала» до младшего партнера. Подписание и ратификация договора вызвали беспрецедентные политические волнения в Японии, приведшие к срыву запланированного визита в Токио президента США Д. Эйзенхауэра, а затем и к отставке кабинета.

Несмотря на определенные сложности, взаимная заинтересованность США и Японии способствовала объединению их позиций во времена «холодной войны». После поражения СССР военное сотрудничество США и Японии только усиливалось и приобрело новые очертания.

С одной стороны, японское руководство стало придавать первостепенное значение развитию добрых отношений, отношений плодотворного экономического сотрудничества со своими азиатскими соседями как средству преодоления недоверия с их стороны к Японии, питаемого воспоминаниями о годах второй мировой войны, и интеграции их в гражданский блок, сосредоточенный на хозяйственной деятельности и наделенный весомой долей политической самостоятельности.

С другой стороны, учитывая, прежде всего, вполне реальную перспективу превращения КНР в ядерного гиганта с непредсказуемой внешней политикой, а также сохраняющуюся возможность (какой бы мизерной она сегодня ни выглядела) коммунистической реставрации в России со всеми ее последствиями, руководство Японии пошло на усиление военного сотрудничества с США в рамках пересмотренного в 1997 году Договора безопасности.

Пересмотренный Договор безопасности отразил симптоматичные сдвиги в японо-американском военном союзе: прежде всего переход Японии от статуса младшего партнера к статусу равноправного участника со всеми сопутствующими этой трансформации обязательствами.

С точки зрения Японского форума по международным отношениям, Договор безопасности в его нынешнем виде перекрывает потребности обороны собственно Японии. Он вырастает в важный механизм двустороннего военного сотрудничества и координации в обеспечении безопасности АТР. США и Япония как бы выступают ее гарантами.

Само собой разумеется, что пересмотренный Договор лишний раз подтвердил на перспективу глубокую заинтересованность Соединенных Штатов в делах этого региона вообще. Стремление Японии опереться на конституцию, чтобы не допустить прямого втягивания в военные действия, проявилось в 1978 г. были подписаны Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в области обороны. В этом документе также было зафиксировано, что создание Японией благоприятных условий для сотрудничества в области обороны и оказания помощи США осуществляется «в соответствии с японскими законами». После кратковременного пребывания у власти правительства Тандзан Исибаси новым премьером стал Нобусукэ Киси.

Киси был известен как один из творцов военной экономики Японии и «сферы сопроцветания Великой Восточной Азии»[27] во время войны, а потому его инициативы были встречены настороженно. В 1960 г. во время официального визита в США он подписал новый японо-американский «договор безопасности», развивавший положения прежнего, но повысивший статус Японии от вассала до младшего партнера[28] . Подписание и ратификация договора вызвали беспрецедентные политические волнения в Японии, приведшие к срыву запланированного визита в Токио президента США Д. Эйзенхауэра, а затем и к отставке кабинета. Киси обвиняли в ведении проамериканской политики, но следует признать, что он сумел добиться от старшего партнера максимума возможных в то время уступок.

Со сменой кабинета в Токио в 1960 г. совпало с началом периода «высоких темпов роста», когда Япония приковала к себе внимание всего мира, прежде всего в экономическом плане. Ее внешнеполитическая реабилитация в целом завершилась, и поэтому в последующие десятилетия мир смотрел на японскую дипломатию в основном как на «орудие экономической экспансии»[29] , будь то отношения с США, ЕС или странами ЮВА.

Признанием международных заслуг Японии стало присуждение в 1974 г. Нобелевской премии мира бывшему премьер-министру Сато Эйсаку, с правлением которого (1964–1972) связывались «три неядерных принципа»[30] и золотой век «японского экономического чуда», произошедший в течение 1955–1973 гг., когда среднегодовые темпы ее экономического роста составляли 9,5%[31] .

Однако внешняя политика Японии 60–70‑х годов была бедна яркими решениями и тем более яркими деятелями. Пожалуй, можно выделить лишь харизматического Какуэй Танаку, пребывание которого во главе правительства ознаменовалось установлением дипломатических отношений с КНР.

Определенные изменения наметились с приходом к власти в 1982 г. Ясухиро Накасонэ. Обладавший несомненным потенциалом лидера, Накасонэ придал внешней политике Японии новый импульс, поставив себе задачу привести политический престиж страны на международной арене в соответствие с ее экономической мощью. Он установил хороший персональный контакт с Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачевым, претендуя на роль провозвестника новой эры в отношениях сотрудничества «свободного мира» и коммунистического блока, Востока и Запада.

Преемник Накасонэ Нобору Такэсита продолжил ту же внешнеполитическую линию, в частности по развитию сотрудничества со странами ЮВА, закрепив это своим присутствием на Манильском саммите АСЕАН 1987 г., но расцветил ее некоторыми новыми красками.

Во-первых, это подчеркнутое внимание к европейским странам. Во-вторых, интенсивная пропаганда культурной дипломатии и сотрудничества в области науки и образования, которые Такэсита, выступая в Лондоне в мае 1988 г., назвал одной из основ современной дипломатии[32] .

Однако рубеж 1988–1989 гг. стал не только сменой эр правления, от Сёва к Хэйсэй, но и временем одного из самых грандиозных финансово-политических скандалов в послевоенной истории Японии – дела о незаконной продаже акций фирмы «Рикуруто» многим видным политикам, включая всех лидеров ЛДП, т.е. о замаскированной взятке. Политический кризис привел не только к отставке Такэситы, но и к углублению кризиса в руководстве ЛДП.

Все эти события, сами по себе, разумеется, оказавшие влияние на внешнеполитическую жизнь Японии, по времени совпали со сломом старого миропорядка, который поставил Японию перед абсолютно новыми внешнеполитическими задачами.

2. Формирование новой экономической политики Японии

2.1 Противоречия в японо-американских отношениях

Взаимоотношения Соединенных Штатов и Японии на протяжении 150 лет всегда отличались противоречивостью. Однако практически на всем протяжении второй половины ХХ века и в начале XXI‑го эти страны демонстрировали и демонстрируют устойчивый курс к сближению. В различные исторические периоды в его основе лежали три основных приоритета: геополитический, военный и экономический.

Биполярная схема мирового устройства с ее жесткой и всеохватывающей конфронтацией по линии Восток – Запад вплоть до начала 90‑х годов вынуждала Японию действовать в рамках четко очерченных функций подчиненного американского военно-политического союзника. Однако длительное пребывание в нише американского союзника не могло не вызвать определенную атрофию механизма выработки внешнеполитической стратегии, поскольку не было необходимости играть роль классического центра геополитики.

Смена веков дала хороший повод задуматься о будущем международных отношений и роли мировой дипломатии в их эволюции. На рубеже очередного тысячелетия объективно требуется поразмыслить над тем, с каким историческим опытом подошло к нему человечество. Несмотря на все войны, конфликты, стихийные бедствия и другие катаклизмы, которые унесли жизни миллионов людей, можно все-таки смотреть в будущее с оптимизмом.

Проблемы международных отношений и внешней политики, или того, что происходит на международной арене, и того, что необходимо сделать в этой области, всегда находились в центре внимания политиков, аналитиков, журналистов. А вопросы о том, как реализовать внешнеполитические решения, иными словами, вопросы дипломатии, представляли интерес скорее для более узкого круга специалистов. Причины такого отношения понятны и отчасти оправданны: прежде всего, необходимо осознать происходящее, наметить основные внешнеполитические приоритеты и подходы. Однако в практическом плане не менее важным является определение путей реализации намеченного курса. В противном случае внешняя политика оказывается парализованной.

Что касается научной стороны, то в работах по международным отношениям долгое время господствовали представления, согласно которым они рассматривались в значительной степени как некая совокупность событий. Это означает, что основное внимание уделялось результатам внешнеполитической деятельности, меньшее – внешней политике и совсем мало внимания – конкретной деятельности, направленной на достижение поставленных целей, т.е. дипломатии. Однако в последнее время исследований по внешней политике и дипломатии появляется все больше и больше. И это не случайно. Акцент на активности на международной арене, на процессе построения и регулирования международных отношений позволяет не только анализировать прошлое или выявить тенденции, которые, возможно, проявятся в будущем, но и заранее планировать это будущее, усиливая одни тенденции и ослабляя другие, а, в конечном счете, планировать сценарий будущего развития.

Поведение Японии на международной арене в послевоенный период было практически полностью подчинено достижению экономических целей (так называемая экономическая дипломатия), а ее непосредственное участие в решении мировых политических проблем в лучшем случае носило пассивный характер. Отражением этого явились такие характеристики роли Японии в международных делах, как «экономическое животное», «политический карлик с большим кошельком»[33] и т.д.

Чисто финансовое участие страны в войне в Персидском заливе, выразившееся в выделении 13 млрд. долл. на нужды антииракской коалиции и в виде помощи странам – жертвам иракской агрессии, явилось, пожалуй, наиболее ярким подтверждением этих определений. Не будет преувеличением сказать, что война в заливе стала тем переломным событием в послевоенной истории, которое заставило японский истеблишмент более активно и кардинально переосмыслить роль страны на международной политической арене в сторону повышения значимости этой роли.

Распад СССР и прекращение «холодной войны» превратили Японию в один из самых мощных «полюсов силы» региона, что, разумеется, подвигло её на ведение более активной политики в отношении своих соседей и стратегических партнеров[34] .

Пытаясь установить основные «точки концентрации» японских внешнеполитический усилий можно попробовать, в некоторой степени спрогнозировать их результативность.

Окончание «холодной войны» породило бурные дискуссии в Японии относительно целей, задач и характера военного союза с США. В области оборонной политики особого внимания заслуживала новая Совместная японо-американская декларация безопасности, обнародованная 17 апреля 1996 г. по результатам переговоров Хасимото и Б. Клинтона. Она не только подтвердила приверженность обеих стран существующей политике в целом, но особо подчеркнула роль стратегического партнерства Японии и США применительно к АТР.

Многие деятели вообще ставят под сомнение необходимость существования Договора безопасности в новых условиях, когда в результате развала СССР исчезла так называемая советская угроза. Более того, некоторые политики и исследователи начинают усматривать в Договоре безопасности не что иное, как «американский инструмент предотвращения возрождения милитаризма в Японии»[35] .

Кстати говоря, такая точка зрения разделяется не только рядом американских деятелей, но и достаточно широко распространена в азиатских политических и академических кругах.

В мире нет другой страны, которая бы в новейшей истории Японии сыграла столь важную роль, как США. Именно они открыли Японию миру в середине XIX века, повергли ее в прах в середине XX, и благодаря сотрудничеству в первую очередь с ними Япония возродилась в качестве великой экономической державы, стремящейся стать политическим гигантом в начале века XXI.

Как это ни парадоксально, как раз последний фактор и предопределил глубокую противоречивость современных японо-американских отношений, прежде всего торгово-экономических. Острота противоречий, особенно в сфере торговли, которые средства массовой информации Японии и США порой доводят до уровня психологической войны, порождает многочисленные сценарии разрыва двусторонних отношений, в том числе ликвидации Договора безопасности. Однако очевидно, что подобное развитие событий следует рассматривать как маловероятное. Ведь в результате такого разрыва потери двух стран в торгово-экономической, политической и военно-стратегической областях были бы значительно больше тех издержек, которые возникают в связи с конфликтами в различных сферах двусторонних отношений в настоящее время.

Совпадение военно-стратегических интересов Японии и США в перспективе останется цементирующим фактором двусторонних отношений чему способствует нестабильная и продолжающая оставаться трудно прогнозируемой обстановка в АТР и мире. Для Соединенных Штатов эти интересы заключаются в том, чтобы после ликвидации своих военных баз на Филиппинах и, при отсутствии гарантий сохранения их в Южной Корее, иметь в лице Японии с ее экономической мощью, военным потенциалом и стабильной внутриполитической обстановкой надежного союзника, военные базы на территории которого в силу уникальности его географического положения имеют огромное значение не только для региональной, но и для глобальной военной стратеги США[36] .

Япония же, со своей стороны, не может не ценить военный союз с США, который обеспечивает ее безопасность и дает возможность реализовать «японский феномен» в социально-экономической сфере. Анализ состояния военно-стратегической обстановки в АТР, появление новых угроз не дают японскому истеблишменту оснований для постановки вопроса о снижении роли японо-американского Договора безопасности в обозримой перспективе. руководство Японии пошло на усиление военного сотрудничества с США в рамках пересмотренного в 1997 году Договора безопасности.

Пересмотренный Договор безопасности отразил симптоматичные сдвиги в японо-американском военном союзе: прежде всего переход Японии от статуса младшего партнера к статусу равноправного участника со всеми сопутствующими этой трансформации обязательствами.

С точки зрения Японского форума по международным отношениям, Договор безопасности в его нынешнем виде перекрывает потребности обороны собственно Японии. Он вырастает в важный механизм двустороннего военного сотрудничества и координации в обеспечении безопасности АТР. США и Япония как бы выступают ее гарантами.

Само собой разумеется, что пересмотренный Договор лишний раз подтвердил на перспективу глубокую заинтересованность Соединенных Штатов в делах этого региона вообще. Недаром помощник госсекретаря США У. Лорд заявил: «Сегодня в мире нет более важного для Соединенных Штатов региона, чем Азиатско-тихоокеанский. Завтра, в XXI в., эта тенденция полностью сохранится»[37] . В сущности о том же говорил на заседании Корейской национальной ассамблеи президент Б. Клинтон: «Америка – это тихоокеанская страна. У нас нашли свой дом и приют многие жители со всей Азии, в том числе миллион корейцев. Мы вели здесь три войны в течение этого столетия»[38] .

Таким образом, новая Программа сотрудничества ориентировала на поддержку американского военного присутствия в АТР и на всемерное укрепление японо-американской системы безопасности.

Руководящие принципы 1997 г.[39] предусматривают сотрудничество между Силами самообороны и войсками США, расположенными на Японских островах, в мирное время, во время вооруженного нападения на Японию и в чрезвычайных ситуациях, возникающих в окружающих ее районах.

Судя по всему, Япония усматривает в новом варианте Договора безопасности шаг по пути приведения ее политической роли в соответствие с ее экономическим могуществом. Но неизбежное при этом увеличение бремени разнообразной ответственности беспокоит определенные круги в стране. Эти аспекты мы рассмотрим во второй главе данной работы.

2.2 Азиатское направление

Наряду с отношениями с США экономические и политические связи с Китаем всегда занимали приоритетное место среди других двусторонних отношений Японии, а в Азии они, несомненно, имеют для нее самое большое значение. Эти отношения на протяжении XX в. претерпели колоссальную метаморфозу: из объекта военной агрессии Японии и колониального придатка ее экономики Китай превратился в равноправного партнера на международной арене и является ныне исключительно важным элементом формирования японского внешнеполитического курса. Япония рассматривает политически стабильный и экономически здоровый Китай как позитивный фактор в Восточной Азии, помня, что в 60‑е годы этот азиатский гигант был мощным дестабилизирующим началом в регионе. Нынешняя китайская политика экономической модернизации и реформ открыла новые перспективы для японской внешнеэкономической деятельности, а также политического взаимодействия между двумя странами. Роль китайского фактора для Японии определяется прежде всего огромными возможностями этой страны как ближайшего и крупнейшего источника сырья и энергоносителей, обширного потребительского рынка и многообещающей сферы приложения капитала. Наряду с этим нормальные и прогнозируемые связи с ядерной державой, каковой является Китай, – это одна из важнейших гарантий обеспечения национальной безопасности страны в военно-стратегической сфере[40] .

Архив МИД КНР провел пресс-брифинг, на котором глава Архива Лянь Чжэнбао заявил, что с того же дня для публики открыт доступ к архивам, собранным МИД Китая за 1956–1960 гг.
Архивы МИД впервые были рассекречены и представлены общественности 19 января 2004 г., когда МИД открыл доступ к документам 1949–1955 гг. Поныне МИД в общей сложности рассекретил 35238 дипломатических документов.

После окончания «холодной войны» внешнеполитическая деятельность Японии в ЮВА резко активизировалась не только в странах АСЕАН, но и в Индокитае, прежде всего в Камбодже и Вьетнаме. Политический вакуум, образовавшийся в Индокитае после ухода двух сверхдержав, а также сужение вовлеченности в индокитайские дела Китая, урегулирование ситуации в Камбодже и переориентация Вьетнама на активное сотрудничество с Западом открыли перед Японией новые возможности для освоения этого политического пространства, бывшего для нее до начала 90‑х годов недостижимым. Она не скрывает своего твердого намерения не только стать основным экономическим игроком в Индокитае, но и добиться там политического лидерства.

Так, камбоджийская проблема стала своего рода оселком для оттачивания японским руководством его новой стратегии на международной арене. Политические инициативы Японии по примирению враждебных фракций в Камбодже явились по сути первой серьезной попыткой покончить с бытующим в других странах представлением о ней как об «экономическом гиганте, но политическом пигмее»[41] .

К тому же Камбоджа занимает важное геостратегическое место в ЮВА и является объектом борьбы за политическое влияние между двумя такими субрегиональными лидерами, как Таиланд и Вьетнам. Япония не хотела бы усиления ни одного из этих субрегиональных центров силы за счет Камбоджи.

Активная и успешная деятельность в сотрудничестве с ООН по окончательной ликвидации внутренних междоусобиц в Камбодже, беспрецедентно крупные финансовые вливания в ее экономику должны, по замыслам японских внешнеполитических стратегов, помочь вывести их страну в разряд мировых лидеров, несущих основную ответственность за сохранение стабильности и поддержание международного порядка на глобальном уровне. Достижению этой цели должно было способствовать и такое эпохальное событие в японской внешней политике с момента окончания второй мировой войны, как отправка в Камбоджу в октябре 1992 г. инженерного батальона для участия в операциях ООН по поддержанию мира.

Центр международной политики неуклонно смещается в Азию. Новые политические реалии 90‑х годов не намного облегчили для Японии поиск оптимального курса в отношении стран Корейского полуострова. Продолжающаяся конфронтация двух корейских государств делает эту задачу уравнением со многими неизвестными. Несмотря на нормализацию отношений Японии с Южной Кореей в 1965 г. и тот факт, что все годы «холодной войны» обе страны находились «по одну сторону баррикад», а также достаточно тесные и многообразные экономические связи, их взаимодействие постоянно подвергается серьезным испытаниям. Они существуют как в экономической (дефицит торговли в пользу Японии, ее отказ предоставлять партнеру новейшую технологию и др.), так и в политической сфере (взаимные подозрения по поводу «северной политики» Южной Кореи, с одной стороны, и курса Японии в oтнoшении КНДР – с другой)[42] .

Настоящей «головной болью» для правящих кругов Японии является отсутствие до сих пор нормальных межгосударственных отношении с Северной Кореей, что, бесспорно, значительно ослабляет внешнеполитические позиции Японии и сужает поле для ее дипломатического маневрирования не только в Северо-Восточной Азии, но и на всем азиатско-тихоокеанском геополитическом пространстве. Нормализации японо-северокорейских отношений мешает, конечно, существование проблем, уходящих корнями в историческое прошлое, такие как требования со стороны Пхеньяна финансовой компенсации, как за колониальное прошлое, так и за ущерб, нанесенный Японией в последующий период.

Вместе с тем, как представляется, в гораздо большей степени перспективы нормализации зависят от решения вопроса о так называемых ядерных подозрениях в отношении КНДР. Возможность наличия у Пхеньяна ядерного оружия вызывает наибольшую обеспокоенность Японии. В середине 90‑х годов появились надежды на решение этого вопроса. Однако подходы к нему, базирующиеся исключительно на сепаратных договоренностях между Вашингтоном и Пхеньяном и оставляющие Токио роль всего лишь «плательщика по американским счетам», отнюдь не свидетельствуют о наличии самостоятельной позиции Японии в указанном вопросе[43] .

Очевидно, что с объединением Кореи в Северо-Восточной Азии возникнет необходимость формирования нового баланса сил между военно-политическими лидерами этого субрегиона – США, Китаем, Японией и Россией. Ясно также, что контуры этого баланса сил будут во многом определяться тем, какую позицию в отношении каждой из упомянутых держав займет единая Корея. Особенно большое значение этот процесс будет иметь с точки зрения обеспечения национальной безопасности Японии, учитывая существующие на Корейском полуострове сильные антияпонские настроения, призывы рассчитаться с ней за прошлые обиды и даже прозвучавшие в Южной Корее утверждения, что в настоящее нремя ее главным военным противником является уже не Северная Корея, а Япония. Последней еще предстоит выработать свою долгосрочную стратегию в отношении Корейского полуострова с учетом всех нюансов и вероятных сценариев развития ситуации на нем.

Самой же главной проблемой, которая будет определять всю японскую внешнеполитическую стратегию на Корейском полуострове в XXI в., является, конечно, перспектива объединения двух корейских государств, которое будет иметь для Японии свои плюсы и минусы во всех областях. Параллельно набирает силу новое явление – рост национализма, который наблюдается в поднимающихся странах региона[44] . Он проявляется на уровне самих государств Азии (конфликты между Японией и Китаем, Японией и Южной Кореей, связанные с различной трактовкой истории), но прежде всего по отношению к Западу. Азиатские державы, обретающие уверенность в своих силах, стремятся сбросить идеологическое и культурное господство, которое им веками навязывал Запад. Они заявляют о готовности проводить либо при поддержке соседей, либо (пока) в одиночку – самостоятельную линию в экономике и политике. Для укрепления доверия необходимо создание региональных систем безопасности, запуск локальных программ при участии и с гарантиями великих держав.

3. Урегулирование проблем «северных территорий»

3.1 Готовность Японии участвовать в реализации программ ОНН

Несмотря на внушительный ряд достижений, Япония пока не решила двух важнейших задач, без которых ее внешнеполитическая «реабилитация» остается неполной.

Во-первых, она так и не добилась места постоянного члена Совета Безопасности (СБ) ООН. Трудно не согласиться с японскими лидерами, когда они говорят, что их страна, вторая по экономической мощи держава мира, занимает не менее важное положение, чем Россия и КНР, и, несомненно, более важное, чем Великобритания и Франция, даже, несмотря на наличие у двух последних ядерного оружия. Приведение формального статуса Японии в рамках ООН в соответствие с фактическим положением вещей уже не первый год остается одним из главных пунктов программы японской дипломатии, но продвижение к намеченной цели оказалось мучительно медленным.

Во-вторых, до сих пор не разрешена проблема «северных территорий» и не заключен мирный договор с Россией: до недавнего времени Токио акцентировал внимание на первом пункте как непременном условии для второго, но постепенно отказывается от такой последовательности действий, понимая ее бесперспективность.

Как известно, Организация Объединенных Наций была задумана и создана как союз победителей, четко обозначивших в ее Уставе «бывших противников», которые могут быть допущены в нее, а значит и в «мировое сообщество», только после полного «перевоспитания» и с согласия победителей.

На протяжении ряда лет Япония и Германия вели борьбу за отмену соответствующих статей Устава, поскольку они давно уже выполнили свое назначение и потеряли всякий смысл, но только 11 декабря 1995 г. Генеральная Ассамблея после долгих дебатов приняла резолюцию об этом. Японская дипломатия восприняла ее как большой успех, потому что отныне устранено одно из главных формальных препятствий на пути вхождения Японии в СБ в качестве постоянного члена – если, конечно, Генеральная Ассамблея все-таки решит увеличить число таковых. Между тем страна восемь раз избиралась временным членом СБ, что, как не без гордости отметила Голубая книга по внешней политике, является рекордом[45] .

С начала 90‑х годов Япония все более активно поднимала вопрос о так называемом «равном представительстве» в СБ, ссылаясь на то, что число стран – членов ООН со времени основания возросло в три с лишним раза, а число постоянных членов СБ осталось неизменным[46] .

В июле 1993 г. Токио представил в ООН свои соображения по вопросу о реформе СБ, которые затем были развиты в речи Морихиро Хосокавы 27 сентября на сессии Генеральной Ассамблеи, куда он совершил свой первый официальный визит.

Премьер заверил мировое сообщество в готовности страны внести максимально возможный вклад в деятельность ООН. Вместе с тем он подчеркнул, что «Япония намеревается конструктивно участвовать в дискуссиях о реформе СБ»[47] .

О значимости этой проблемы для японской дипломатии наглядно свидетельствует сравнительный анализ Голубых книг по внешней политике 1993 и 1995 гг.: в первой деятельности ООН, включая миротворческие операции и реформу СБ, посвящено всего несколько страниц в середине книги, в то время как во второй этот раздел переместился ближе к началу и стал более подробным.

Выступая 27 февраля 1994 г. на сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Ё. Коно прямо заявил, что Япония «готова взять на себя ответственность постоянного члена СБ», выразив при этом надежду на «понимание».

Его аргументы настойчиво повторял постоянный представитель Японии в ООН Х. Овада, напомнив об успешной работе его страны в СБ и выразив надежду на скорое решение вопроса.

Годом позже Коно снова заявил: «Япония считает необходимым расширить СБ за счет включения в его состав в качестве постоянных членов стран, несущих бремя глобальной ответственности, а также увеличения количества временных членов». Но и этот призыв остался без ответа[48] .

Администрация Хасимото предпочла перевести разговор на более практическую основу. Выступая в ООН 24 сентября 1996 г., новый премьер вместо общих фраз о роли ООН в мировой политике и готовности Японии «внести свой вклад» перечислил основные направления внешнеполитической деятельности страны в увязке с действиями и программами ООН. Конкретный, деловой тон его выступления выгодно отличался от довольно расплывчатых речей Коно. Более того, Хасимото изменил тактику: не настаивая на предоставлении Японии места постоянного члена СБ, он выставил кандидатуру своей страны на пост временного члена и получил поддержку внушительного большинства участников Генеральной Ассамблеи.

Кроме того, премьер ненавязчиво напомнил, что он представляет второго по значению финансового спонсора ООН и что его страна выступает за строгую финансовую дисциплину в организации. Этот аргумент прозвучал впервые, но был немедленно развит как официальными, так и полуофициальными изданиями МИД, которые не преминули заметить, что Япония вносит в бюджет ООН больше, чем Британия, Франция и КНР вместе взятые, а доля Германии превышает долю каждого из трех упомянутых постоянных членов СБ в отдельности[49] . Япония внесет огромный вклад в дело мира. Японская политика настроена на улучшение отношений с различными странами в внешней политике, наглядным примером показывая прогрессирующее развитие внутренней политики, демонстрируя тем самым свою политическую и экономическую мощь.

3.2 Внешнеполитическая стратегия Японии российского направления

Проблема взаимоотношений России и Японии является настолько серьезной, что практически невозможно отразить её более или менее полно в столь сжатой форме. Ограничиваясь лишь кратким описанием основного направления можно представить будущее развитие японо-российских отношений.

Внешнеполитическая стратегия Японии на российском направлении в первую очередь будет определяться тем, насколько быстро и эффективно Россия, решив внутренние проблемы, сумеет вписаться в бурные экономические и политические процессы в АТР. Кроме того, нельзя исключить, что изменения в раскладе политических сил в регионе внесут определенные коррективы в оценку значения России как японского партнера.

В пользу сближения двух стран в сфере политики могут действовать такие факторы, как дальнейший рост напряженности в японо-американских отношениях, усиливающиеся опасения по поводу китайской экспансии в АТР, развитие обстановки на Корейском полуострове в неблагоприятном для Японии направлении и т.п. Повышению значимости России будут способствовать и блоково-протекционистские тенденции в Европе и Северной Америке. Быть может, рост взаимной заинтересованности поможет ускорить и решение территориального вопроса.

Для осуществления своих целей в этом вопросе Японии требуется поддержка этих самых постоянных членов СБ, которым является Россия, отношения Японии с которой, к сожалению пока ещё далеки от идеала. Положение, при котором Япония и Россия более чем через полвека после окончания войны не имеют мирного договора, трудно признать нормальным. Однако дипломатические отношения между нашими странами восстановлены уже более сорока лет назад и развиваются с переменным успехом, но явно не худшим образом. Договор же не был заключен, потому что до последнего времени японская сторона жестко увязывала свое согласие с решением так называемого «территориального вопроса», существование которого советская сторона многие десятилетия просто отказывалась признать.

Единственной надеждой Японии было и остается «политическое решение», т.е. получение согласия на передачу территорий на тех или иных условиях напрямую от российского руководства. И здесь Токио как минимум три раза имел шанс добиться успеха.

Первый раз – во время переговоров 1956 г., когда премьер-министр И. Хатояма как политик популистского типа сосредоточил все усилия на восстановлении дипломатических отношений любой ценой, а его министр иностранных дел М. Сигэмицу как дипломат считал главной целью мирный договор и ради этого готов был пойти на существенное смягчение японских условий.

Хатояма получил искомое, но Сигэмицу потерпел неудачу, поскольку политическая близорукость Хрущева и Шепилова и недооценка ими внутриполитических факторов, воздействовавших на позицию японских представителей, не позволили им оценить меру уступок, на которые решились их партнеры.

Второй раз, при Горбачеве, японцы могли фактически «купить» острова, как это произошло с воссоединением Германии и признанием Республики Корея. Активная сбалансированная политика России во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), плодотворное и долгожданное возвращение многовекторной политики России как великой евразийской державы действительно затруднена из-за двусмысленности отношений с Японией. Однако надежды Японии получить Курильские острова были порождены самой российской политикой начала 90‑х годов, когда М. Горбачев впервые вдруг заявил, что «территориальная проблема» существует. Эти надежды лелеются при открытой поддержке США, имеющих самые серьезные интересы на Тихом Океане. Однако уступка Курил помимо резкого ослабления стратегических позиций России стала бы прецедентом чрезвычайного значения для территориального статус-кво в Европе.

Разрушение ялтинско-потсдамской системы и появление новых государств в Европе не было юридическим пересмотром территориальных результатов Второй мировой войны, поэтому происшедшие события, какими бы драматическими они ни были для позиций России, не влекут автоматически подрыв легитимности оставшихся решений территориальных проблем послевоенного урегулирования. Иные следствия имели бы удовлетворение японских претензий на «возвращение» островов, которое означало бы прямой подрыв принципа неоспариваемости итогов Второй мировой войны и открыло бы возможность ставить под сомнение и другие аспекты территориального статус-кво.

Персональная дипломатия Я. Накасонэ, С. Абэ, И. Одзавы и И. Суэцугу, шедшая в обход традиционных дипломатических каналов и ориентированная на М. Горбачева и А. Яковлева, могла принести гораздо большие результаты, если бы не «обструкционистская позиция консервативного истеблишмента, обвинявшего их в безответственности, предательстве национальных интересов и едва ли не в государственной измене»[50] .

Наконец, некое политическое решение могло быть достигнуто во время октябрьского визита в Токио Ельцина в 1993 г., пока Россия находилась в шоке после того, как президент успешно «преодолел длительную политическую конфронтацию» с парламентом.

Создается впечатление, что Токио ожидал от Горбачева односторонних уступок, а когда он не привез с собой никакого «сувенира», вовсе разочаровался в дальнейших попытках договориться с Москвой. Ельцин активно использовал «Курильскую карту» против Горбачева во время их политического противостояния в 1990–1991 гг., но затем сам перешел к активной «дипломатии да», воплощением которой стал А. Козырев. В 1993 г. момент снова был упущен из-за негибкости Токио.

Позиция японского истеблишмента в 1985–1995 гг. определялась убеждением, что в улучшении и развитии отношений заинтересована прежде всего Россия, а потому она должна заплатить за это соответствующую цену. Руководство Японии, дипломаты, ученые, аналитики в течение всего этого времени полагали, что ради «японских денег», будь то инвестиции, технологии или гуманитарная помощь, российские руководители готовы на все. Но то, что было верно или по крайней мере могло сработать в один период, стало неприменимым в другом.

Первым из японских лидеров последних лет правильно оценил ситуацию Рютаро Хасимото: он понял, что внутриполитические проблемы в связи с будущим договором стоят не только перед японским премьером, но и перед российским президентом, а потому договор должен быть представлен как взаимовыгодный обмен, а не односторонняя уступка.

Как и при прежних переговорах с советским руководством, большую роль сыграла персональная дипломатия. Результатом «встреч без галстуков» Хасимото и Ельцина в Красноярске (ноябрь 1997 г.) и Кавано (март 1998 г.) стала договоренность приложить все усилия для заключения долгожданного договора. Договоренность была подкреплена серией встреч министров и заместителей министров иностранных дел, а также визитом Кейдзо Обути в Москву в ноябре 1998 г. уже в качестве премьер-министра. Наконец, весной 2001 г. в Иркутске состоялась встреча президента Путина и премьер-министра Рюитаро Мори.

Однако пришествие к власти кабинета Дзюинтиро Койдзуми,«чуть ли не открыто провозгласивший своей главной целью поддержание высокой популярности премьер-министра»[51] несколько замедлило этот процесс. Здесь очевидно сыграла роль боязнь пойти на непопулярные меры. Несмотря на это, активная работа над решением проблемы продолжается. Как заявляет сам Койдзуми накануне своего визита в Россию, запланированного на 9 января, в эксклюзивном интервью Интерфакс: «Проблема заключения мирного договора для Японии и России – отрицательное наследие прошлого. Важно как можно скорее заключить мирный договор и полностью нормализовать японо-российские отношения. В двадцать первом веке в международном сообществе связывают большие ожидания с Японией и Россией. Их роль и ответственность чрезвычайно велики»[52] .

Это свидетельствует о том, что об осознании японскими правящими кругами того, что повышение статуса Японии в ООН и заключение мирного договора с Россией являются наиболее трудными и ответственными задачами, которые стоят сегодня перед японской дипломатией. И, несомненно, эти задачи тесно взаимосвязаны.

Успешное заключение взаимовыгодного мирного договора с Россией может приблизить Японию и к вожделенному месту в СБ ООН. Если Москва будет вполне удовлетворена условиями договора, у нее не будет оснований препятствовать вхождению Японии в СБ в качестве постоянного члена с правом вето. Кроме того, если стратегическое партнерство России и КНР будет успешно развиваться и далее, российская дипломатия может оказать содействие в получении согласия Пекина на вхождение Японии в число постоянных членов СБ. Другое дело, захотят ли Соединенные Штаты иметь в СБ на равных правах с собой Японию, которая все-таки «могут сказать нет» вечному следованию в кильватере их политики.


З аключение

Делая вывод из всего выше сказанного, хотелось бы сказать следующее. Несомненно, Япония в данный момент прилагает все усилия для укрепления своих внешнеполитических позиций. Полностью осознавая ущербность исключительно методов дипломатии, Япония пытается приобрести и политический вес.

Об этом говорит ряд шагов предпринятых Японией в последнее десятилетие. Во-первых, Япония перестала участвовать в деятельности международных организаций только финансово. Участие частей японских сил самообороны в миротворческих операциях, в том числе и в Афганистане, можно расценивать только как признание изменившийся роли Японии. Во-вторых, Япония старается как можно сильнее уменьшить свою политическую зависимость от США, и свести её к взаимовыгодному сотрудничеству. В-третьих, Япония ведет активную внешнюю политику, прилагая все усилия к тому, чтобы стать региональным, а впоследствии и одним из мировых политических лидеров. О чем говорит достаточно мощный рост политического взаимодействия с основными державами региона и участие Японии в таких важных политических процессах как, примирение КНДР и Республики Корея, урегулирование в Камбодже и др. Кроме того, Япония постепенно начала искать выход из ситуации жесткого цейтнота в процессе урегулирования проблемы «северных территорий». Примером тому может служить недавний визит в Россию японского премьер министра Коидзуми в ходе, которого этот вопрос обсуждался достаточно активно и был достигнут некоторый прогресс. Был подписано заявление о принятии российско-японского «Плана действий», из которого следует, что «Россия и Япония будут исходить из того, что уже подписанные документы и договоренности составляют базу для переговоров о мирном договоре, который связан с решением вопроса о принадлежности Курильских островов (Итуруп, Кунашир, Шиктоан и Хабомаи)».

Ближайшей целью Японии можно назвать вхождение в Совет Безопасности Организации Объединенных Наций в качестве постоянного члена, что, несомненно, способствует росту международного престижа страны. В дальнейшем, возможно, Япония попытается добиться более значительных результатов, как-то отмена антивоенных статей конституции, что дало бы ей возможность стать полностью независимым и равноправным участником всех мировых процессов, однако на данный момент подобное развитие событий может рассматриваться только как достаточно отдаленная перспектива.

Будущее развитие Японии не может быть оставлено в России без внимания. От того насколько успешно будут взаимодействовать наши страны в будущем, скорее всего, зависит роль России в Азиатско-Тихоокеанском политическом театре, но и то, какое место наше страна будет занимать в международной политике. Несмотря на сохранение классических форм и функций дипломатической деятельности, новые моменты в международных отношениях – разнообразные технические средства, бурное развитие многосторонней дипломатии, дипломатии на высоком и высшем уровне, – все же существенным образом повлияли на дипломатию конца ХХ начала ХХI веков и породили немало сомнений в отношении традиционной дипломатии, осуществляемой, прежде всего, через дипломатические представительства. В результате с новой силой зазвучали вопросы, возникшие еще в начале века, о том, нужна ли вообще дипломатия в современном мире, находится ли она в упадке и каковы перспективы ее дальнейшего развития.

В заключение следует подчеркнуть, что значение дипломатии Японии в построении внешней политики на стыке двух столетий, несомненно, возросло. Это обусловлено, прежде всего, тем, что силовые решения международных проблем, несмотря на их продолжающееся использование, становятся все более опасными. Кроме того, перестройка международных отношений, связанная с процессами глобализации, выходом на мировую арену негосударственных участников, ставит перед дипломатией задачи активного вовлечения в создание нового облика мира.


Список использованных источников и литературы

Источники:

1.Доклад О.Г. Румянцева о русско-японских отношениях и проблеме территориальности РФ. Девять аспектов //http://www.rumiantsev.ru.

2.Кунандзе Г. Острова без мостов. Заметки о внешней политике Японии // Новое время. №2956. 2002. 21 июля.

3.Поиск нового дипломатического подхода во взаимоотношениях с Японией / Пер. Широких М.Д. // Часой ильбо. 2001. 16 октября.

4.Сан-францисский договор //http://old.russ.ru.

5.Текст выступления А.А. Громыко на пресс-конференции // Сборник документов и материалов по Японии. 1951–1954. – М., 1954. - С. 24–31.

6.Устав ООН //www.rusdoc.biz.

7.Японо-американский договор безопасности // www.aglibrary.ru.

8.Японии надоел Курильский вопрос //www.dni.ru

Литература:

1. Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз. – М., 1972. – 320 с.

2. Иногути Т. Японская внешняя политика в условиях американской однополярности // Знакомьтесь – Япония. 2000. 11 ноября.

3. Кистанов В. Внешняя политика Япония на рубеже веков // Знакомьтесь – Япония. 1998. 17 октября.

4. Носов М. Япония и внешний мир: вступая в мировое сообщество // Знакомьтесь – Япония. 1997. 9 июня.

5. Семин А. Интересы Японии в Восточной Азии и Китае // Проблемы Дальнего Востока. 1997. №1.

6. Современные международные отношения: Учебник / Под. ред. А.В. Торкунова. – М., 1999. – 584 с.

7. Страны мира: Краткий политико-экономический справочник. – М, 1989. – 456 с.

8. Судзуки М. Процесс углубления взаимопонимания новых японо-российских отношений // Проблемы Дальнего Востока. 2001. 12 января.

9. Туудлепп А. Японский внешнеполитический потенциал: цели, достижения, задачи // Знакомьтесь – Япония. 2001. 12 октября.

10. Харада К. Реформа ООН и роль Японии. – Токио, 1995. – 170 с.

11. Фусанаби Ё. Депрессивная дипломатия Токио // Знакомьтесь – Япония. 2000. 26 апреля.

12. Шишкина Г. Пространство для воображения // Япония сегодня. 1997. №5.

13. Япония сегодня (политика) //www.japantoday.ru


[1] Японо-американский договор безопасности//www.aglibrary.ru/data/demo/2418/24180579.html

[2] Сан-францисский договор //http://old.russ.ru

[3] Текст выступления А.А.Громыко на пресс-конференции//Сборник документов и материалов по Японии. 1951-1954.- М., 1954.-С.24-31.

[4] Иногути Т. Японская внешняя политика в условиях американской однополярности//Знакомьтесь – Япония. 2000. 11 ноября.

[5] Харада К. Реформа ООН и роль Японии. – Токио, 1995.

[6] Туудлепп А. Японский внешнеполитический потенциал: цели, достижения, задачи//Знакомьтесь – Япония. 2001. 12 октября.

[7] Кунандзе Г. Острова без мостов. Заметки о внешней политике Японии//Новое время. №2956. 2002. 21 июля.

[8] Носов М. Япония и внешний мир: вступая в мировое сообщество//Знакомьтесь – Япония. 1997. 9 июня.

[9] Семин А. Интересы Японии в Восточной Азии и Китае//Проблемы Дальнего Востока. 1997. №1.

[10] Поиск нового дипломатического подхода во взаимоотношениях с Японией/Пер. Широких М.Д.//Часой ильбо. 2001. 16 октября.

[11] Современные международные отношения: Учебник/Под. ред. А.В. Торкунова. - М., 1999.

[12] Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз.- М.,1972.

[13] Фусанаби Ё. Депрессивная дипломатия Токио//Знакомьтесь – Япония. 2000. 26 апреля.

[14] Судзуки М. Процесс углубления взаимопонимания новых японо-российских отношений//Проблемы Дальнего Востока. 2001. 12 января.

[15] Кистанов В. Внешняя политика Япония на рубеже веков//Знакомьтесь – Япония. 1998. 17 октября.

[16] Шишкина Г. Пространство для воображения//Япония сегодня. 1997. №5.

[17] Япония сегодня (политика) //www.japantoday.ru

[18] Доклад О.Г. Румянцева о русско-японских отношениях и проблеме территориальности РФ. Девять аспектов//http://www.rumiantsev.ru/

[19] Японии надоел Курильский вопрос // www.dni.ru

[20] Устав ООН//www.rusdoc.biz/ystavoon.php.

[21] Страны мира: Краткий политическо – экономический справочник. – М, 1989.

[22] Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз – М., 1972. – С.32.

[23] Текст выступления А.А.Громыко на пресс-конференции//Сборник документов и материалов по Японии. 1951-1954.- М., 1954.-С.24-31.

[24] Япония сегодня (политика) //www.japantoday.ru

[25] Сан-францисский договор //http://old.russ.ru

[26] Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз – М., 1972. – С.32.

[27] Шишкина Г. Пространство для воображения//Япония сегодня. 1997. №5. - С.24-25.

[28] Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз – М., 1972. – С.45.

[29] Носов М. Япония и внешний мир: вступая в мировое сообщество. // Знакомьтесь – Япония. 1997. 9 июня.-С.40.

[30] Устав ООН//www.rusdoc.biz/ystavoon.php.

[31] Японо-американский договор безопасности//www.aglibrary.ru/data/demo/2418/24180579.html

[32] Туудлепп А. Японский внешнеполитический потенциал: цели, достижения, задачи. // Знакомьтесь – Япония. 2001. 10 октября.- С.36.

[33] Фусанаби Ё. Депрессивная дипломатия Токио // Знакомьтесь – Япония.2000. 26 апреля.– С.20.

[34] Доклад О.Г. Румянцева о русско-японских отношениях и проблеме территориальности РФ. Девять аспектов//http://www.rumiantsev.ru/

[35] Вербицкий С.И. Японо-американский военно-политический союз – М., 1972. – С.115.

[36] Иногути Т. Японская внешняя политика в условиях американской однополярности // Знакомьтесь – Япония. 2000.11 ноября. – С.36.

[37] Lord W. Opening Statement at Senate Confirmation Hearings. 31.03.1993, p.2.// www.

[38] Remarks by President in Address to the National Assembly of the Republic of Korea. 10.07.1993, p.2.// www.

[39] Пресс-бюллетень МИД Японии. 23.09.1997.

[40] Семин А. Интересы Японии в Восточной Азии и Китае//Проблемы Дальнего Востока. 1997. №1.- С.6.

[41] Семин А. Интересы Японии в Восточной Азии и Китае//Проблемы Дальнего Востока. 1997. №1. – С.16.

[42] Поиск нового дипломатического подхода во взаимоотношениях с Японией/Пер. Широких М.Д.//Часой ильбо. 2001. 16 октября. – С.2.

[43] Кистанов В. Внешняя политика Японии на рубеже веков // Знакомьтесь – Япония. – 17.10.1998. – С.35.

[44] Современные международные отношения: Учебник / Под. ред. А.В. Торкунова. — М., 1999. — С.201.

[45] Страны мира: Краткий политическо – экономический справочник. – М, 1989. -С.

[46] Устав ООН//www.rusdoc.biz/ystavoon.php.

[47] Кунандзе Г. Острова без мостов. Заметки о внешней политике Японии//Новое время. №2956. 2002. 21 июля. – С.4.

[48] Кунандзе Г. Острова без мостов. Заметки о внешней политике Японии//Новое время. №2956. 2002. 21 июля. – С.5.

[49] Япония сегодня (политика) //www.japantoday.ru

[50] Судзуки М. Процесс углубления взаимопонимания создает базу для новых японо-российских отношений // Проблемы Дальнего Востока. 2001. 12 января. – С.25.

[51] Кунадзе Г. Острова без мостов. Заметки о внешней политике Японии// Новое время. №2956. 2001. 21 июля. С. 3.

[52] Японии надоел Курильский вопрос //www.dni.ru

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений07:22:19 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
14:33:44 25 ноября 2015

Работы, похожие на Курсовая работа: Внешняя политика Японии 50-х гг. XX в. - начала XXI в.

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150269)
Комментарии (1830)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru