Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364141
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62791)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21692)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8693)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3462)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20644)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Хронологические и территориальные рамки

Название: Хронологические и территориальные рамки
Раздел: Остальные рефераты
Тип: реферат Добавлен 20:08:31 07 сентября 2011 Похожие работы
Просмотров: 972 Комментариев: 1 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………..3

1.1 Актуальность………………………………………………………………..3

1.2 Историография……………………………………………………………...4

1.3 Анализ источников………………………………………………………....6

1.4 Методы исследования……………………………………………………..12

1.5 Хронологические и территориальные рамки…………………………….14

ГЛАВА 1. Особенности памятника Аркаим………………………………….15

1.1 История открытия Аркаима………………………………………………..15

1.2 Внешний вид и возможное предназначение Аркаима…………………...16

1.3 Аркаим – древний очаг цивилизации (вкл. себе протогород, крепость, храм)……………………………………………………………………………..26

ГЛАВА 2. Аркаим – источник мифов, легенд, вымыслов…………………...28

2.1 Могильник Большекараганский (Аркаим)………………………………...29

2.2 Аркаим – источник мифов, легенд, вымыслов……………………………40

2.3 Аркаим – уникальная обсерватория………………………………….……44

ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………………50

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………………51

ПРИЛОЖЕНИЯ……………………………………………………………...54-58

ВВЕДЕНИЕ

1.1 Актуальность.

Аркаим — укреплённое поселение эпохи бронзы. Расположено в южно-уральской степи, в 8,2 км к северо-северо-западу от п. Амурский и 2,3 км к юго-юго-востоку от п. Александровский, в Брединском районе, Челябинской области. Открыт в 1987 году группой челябинских учёных под руководством Геннадия Здановича. С 1991 года был объявлен заповедной зоной и включён в состав Ильменского заповедника. Предыстория открытия памятника была связана с охранными мероприятиями в зоне строящегося Большекараганского гидроузла. Несколько отрядов (С. Г. Боталова, С. А. Григорьева, Г. Б. Здановича, В. С. Мосина, А. Г. Гаврилюка) вели работы на этой территории. Были обследованы: стоянка Усть-Утяганская, поселение Черкасы II, а так же группа курганов и могильников. Но главная находка была сделана отрядом С. Г. Боталова. Было обнаружено укреплённое поселение Аркаим. До 1991 года продолжалась борьба за сохранение памятника, и, соответственно, работы велись ускоренными темпами, что, несомненно, снижало их качество. Сохранение памятника поддержали многие видные учёные СССР. В 1991 году строительство гидроузла было прекращено. Работы на поселении стали вестись медленнее, а следовательно, внимательнее. В ходе работ было вскрыто около 8000 кв. м. площади поселения (примерно половина), вторая часть была исследована с помощью археомагнитных методов. Тем самым была полностью установлена планировка памятника. Здесь же был впервые в Зауралье применён метод реконструкции и сделаны рисунки возможного вида поселения Л. Л. Гуревичем. Датирован памятник 3-м тысячелетием до нашей эры.

Сегодня Аркаим — один из 24 городов, найденных на территории площадью 300×350 км. Города и укреплённые поселения Аркаимской культуры в настоящий момент обнаружены на значительной площади, охватывающей юг Челябинской области, юго-восток Башкортостана, восток Оренбургской области и север Казахстана. Хронологически они относятся к эпохе средней бронзы, то есть их возраст примерно 3,8—4 тысячи лет. Начало исследованиям положили археологи ЧелГУ во главе с Г. Б. Здановичем. На сегодняшний день исследования ведутся Институтом археологии УрО РАН, институтами и университетами Челябинской, Свердловской, Оренбургской областей, а также специалистами из США, Голландии, Германии, Украины.

Аркаимские города в отличие от других городов андроновской культуры имеют свою специфическую особенность: сопряжённые стены по кругу, овалу или прямоугольнику. До сих пор среди ученых идут споры о принадлежности памятника. Некоторые относят его к андроновской КИО, некоторые выделяют особую Синташтинскую культуру (названную так по одноименному поселению на реке Синташта в Челябинской области). Работы по изучению памятников продолжаются.

Таким образом, цель курсовой работы – изучение исторического памятника Аркаима. Объект: Аркаим – древний город, поселение, обсерватория. Задачи курсовой работы:

1) поиск и изучение литературы, посвященные данной теме,

2) раскрыть особенности памятника Аркаим,

3) изучение истории открытия, внешнего вида, предназначения Аркаима,

4) представить образ древнего жителя Аркаима: его происхождение, его образ жизни, быть, религия,

5) рассмотреть роль Аркаима с точки зрения источника легенд и мифов, попытаться разобраться, что является вымыслом, а что реальностью.

1.2 Историография. Интерес к индоиранской проблеме оживило открытие на Урале в могильнике Синташта курганов с захоронениями воинов-колесничих, погребенных вместе с колесницами, парами упряжных коней, псалиями для их запряжки и набором вооружения, а также в широком ареале степей от Микен до Казахстана выделение в новокумакский хронологический горизонт целого пласта памятников Урала и Северного Казахстана, где они были ранее открыты Г.Б. Здановичем и определены им как раннеандроновский петровский тип [11; 43; 26; 54].Исследования, проведенные в конце 80-х — первой половине 90-х годов на территории Челябинской области сотрудниками археологической экспедиции Челябинского госуниверситета — Центра «Аркаим», позволили выделить в регионе новый пласт археологических памятников (Г,Б.Зданович, И.М.Батанина, 1995), стадиально соответствующий начальному этапу эпохи средней бронзы в Южном Зауралье. Ранние отдельные поселенческие и погребальные комплексы этого периода раскапывались К,В,Сальниковым, В.С.Стоколосом, Г.Б,Здановичем, В,Ф.Генингом.Начальный этап эпохи средней бронзы — это время существования в Южном Зауралье уникальной степной цивилизации протогородского типа (Г,Б.Зданович, 1989), которая получила образное название — «Страна городов».«Страна городов» имеет четко выраженные границы (в противоположность «границам» алакульским, срубным, позднеямным...) и относительна небольшую территорию, которая протянулась на 400 км с севера на юг вдоль восточных склонов Уральских гор и на 120-150 км с запада на восток. Современное состояние источников позволяет удревнить принятую датировку памятников «Страны городов » (XVII — XVI вв. до н.э., по крайней мере, до XVIII в. до н.э. (В.В. Отрошенко, 1994).Протогородская цивилизация (« Страна городов») ЮжногоЗауралья — это «супер-» и «метакультурный» (с тачки зрения категории археологической культуры) феномен, являющийся составной частью динамической системы «культурной непрерывности» степного мира эпохи бронзы. При наличии большого разнообразия («разброса») в проявлении культурно-образуюших элементов (керамика, домостроительство, фортификация, погребальный обряд; вероятно, специализация хозяйства и т.д.) «Страна городов» характеризуется ярко выраженным единством стиля культуры. Этот стиль культуры формируется на раннем этапе сущсствования «Страны городов» и переживает свой расцвет и свой упадок в пределах исторического и культурного пространства «Страны…».

Организующим началом этого нового стиля культуры является появление крупных поселенческих центров с хорошо продуманной планировкой, системами коммуникаций, замкнутой системой монументальных оборонительных сооружений. Такие поселения можно атрибутировать как поселения протогородского типа.

1.3 Анализ источников.

Аркаим – как один из самых известных памятников синташтинской культуры бронзового века на Южном Урале, в бассейне Урала, вызвал к себе огромный научный и ненаучный интерес, множество публикаций и огромное количество самых разнообразных теорий и гипотез, большая часть которых к самому Аркаиму имеет самое косвенное отношение.

С момента начала раскопок первых памятников, да и самого Аркаима прошло уже достаточно много времени, чтобы рассмотреть не только сами материалы раскопок уникальных городищ и могильников, но и сложившиеся вокруг них научные и ненаучные феномены, через призму которых сейчас нередко оцениваются материалы этих уникальных комплексов.

Рассматривая историю изучения Синташты и Аркаима, от уникального комплекса, который долгое время считался случайным исключением [1] в южноуральских степях, через напряженную борьбу за сохранение Аркаимского городища, увенчавшуюся созданием заповедника, до восторженного поклонения городищу в качестве «родины Заратуштры», нельзя не признать того, что открытие Синташты и Аркаима было несчастливым открытием, которое так и не реализовало своего научного потенциала и не привело к переоценке наших представлений о ходе развития народов эпохи бронзы в южноуральских степях.

По исследованиям синташтинской культуры накопилась обширная библиография, значительная часть которой составляют краткие сообщения в «Археологических открытиях» тех лет, когда велись раскопки, и несколько статей, которые отразили предположения авторов раскопок относительно культурной принадлежности исследуемых памятников [2] . Только в 1992 году появилась полная публикация материалов раскопок Синташтинского комплекса.

Однако, что характерно, с момента выхода в свет монографии с результатами раскопок Синташтинского комплекса (городища, могильника, курганы и «святилище») [3] , в изучении этого круга памятников не произошло крупных изменений. Материалы двух сборников «Аркаим» [4] , а также ряда публикаций [5] были направлены на публикацию накопленных материалов раскопок прошлых лет, более детального анализа отдельных вопросов, и комплексного ландшафтно-археологического изучения Аркаима. В вопросах культурной принадлежности с момента выдвижения В.Ф. Генингом в 1975 году гипотезы о том, что синташтинская культура может быть связана с ариями «Авесты», существенных сдвигов в осмыслении материалов уникальных комплексов не произошло. Кроме, пожалуй, того, что прежняя гипотетическая трактовка материалов Синташты и Аркаима как «арийских» лишилась определения «предположительно» и стала подаваться чуть ли не как стопроцентно доказанный факт. В статье И. Пыслару «передовые открытия эпохи бронзы», которые связываются с ариями, уже включают «высокоразвитое ремесло деревообработки», которое «…необходимо было при строительстве жилищ и устройстве фортификаций…» [6] , хотя до теории В.Ф. Генинга и весьма долго после нее индоариев полагали воинственными кочевниками.

Некоторые причины: Причин сложившемуся вокруг материалов синташтинского комплекса положению можно назвать несколько. Во-первых, в сибирской археологии очень мало внимания уделялось раскопках городищ и городов. Если перелистать историографию, то легко убедиться в том, что основная часть археологического материала, который анализировался, происходил из могильников и курганов. Для примера, в сводной монографии Э.Б. Вадецкой [7] , посвященной общему обзору культур бронзового и раннего железного веков степной долины среднего Енисея, видно, что основной материал происходит из погребений. На основе погребального инвентаря была построена периодизация и характеристика этих археологических культур.

Бесспорно, археологи проделали огромную работу по изучению материала погребений, и сформулировали на основе этих результатов выводы, многие из которых не устарели по сей день. Однако нужно признать, что выводы, сделанные на основе только погребальных материалов, вне зависимости от воли археолога, являются односторонними.

Положение на Южном Урале мало чем отличалось от исследований бронзового века Енисея. И здесь также исследование культур бронзового века основывалось на погребальных материалах, что признается самим Г.Б. Здановичем, который говорил, что представления об андроновской культуре было сформировано на основе бедного погребального инвентаря: «Относительная бедность и погребений, и поселений приводила специалистов к выводу, что перед ними следы довольно архаичных коллективов с развитыми родовыми связями. Естественным было полагать, что в предыдущее время общество отличалось еще большей архаикой, а культура – примитивизмом» [8]. Хотя, надо сказать, в его работе по периодизации бронзового века урало-казахстанских степей широко используются материалы поселений и городищ [9] .

Также, в археологии Сибири и Урала вплоть до раскопок Ташебинского дворца на Енисее и блестящих исследований в начале 60-х годов городов монгольского времени [10] , вовсе отрицалась возможность существования городов в древности, в особенности в столь отдаленное, как андроновская эпоха. Этот момент отмечал пионер исследований городской культуры Сибири Л.Р. Кызласов [11] . Даже и в настоящее время крайне редко встречаются объективные оценки роли городов в древней истории Сибири. Поэтому, можно сказать, что для челябинских археологов открытие Синташты и Аркаима было полной неожиданностью, и к этому они оказались совершенно не готовы. Аналогичный эффект получился и тогда, к примеру, когда академик В.И. Молодин провел с помощью геофизических методов исследования ничем не примечательного внешне и уже раскапывавшегося городища Чича-1. Магнитометрические исследования показали, что это было достаточно крупное поселение, занимавшее около 49 тысяч кв. метров и имевшее около 100 строений [12] . Это говорит о том, что недооценка роли городов археологами – явление достаточно распространенное.

Иными словами, В.Ф. Геннинг и Г.Б. Зданович открыли нечто такое, что никак не вписывалось в их представления о бронзовом веке Южного Урала. Путем множества оговорок они в конце концов свели дело к более или менее знакомым понятиям: Аркаим для них был «крепостью-святилищем», с не вполне понятным значением для скотоводческого общества. Более поздние «астроархеологические» теории возникли именно на основе этого непонимания. Для них логичнее было выдвинуть экстравагантные «астроархеологические» теории, чем назвать общество эпохи бронзы городским.

Во-вторых, сыграла свою роль ориентация археологов на миграционизм и теории происхождения индоиранских народов, к которым авторы раскопок Аркаима примкнули очень рано, практически в самом начале исследований. Практически, можно сказать, что гипотеза В.Ф. Геннинга об арийской принадлежности синташтинской культуры была в гораздо большей степени априорным убеждением, чем выводами из результатов исследований. В 1975 году изучение синташтинского комплекса только начиналось, Аркаим еще не был известен археологам, и феномена крупных укрепленных городищ бронзового века Южного Урала в науке еще не было. Однако, мнение об арийской принадлежности было высказано, и отказа или корректировки за истекшие 30 лет не произошло.

Стоит указать, что выдвижение этой гипотезы совпало со временем активного участия советских ученых в разработке вопросов происхождения индоиранских народов и выдвижения теории иранской принадлежности скифской культуры. Значительная часть работ по этим вопросам пришлась как раз на первую половину 70-х годов.

Эти представления, появившиеся в изучении синташтинской культуры на ранней стадии, загнали исследователей в узкий коридор возможных решений проблемы, который устанавливался теорией происхождения индоиранских народов. Материалы синташтинской культуры рассматривались через призму толкований «Авесты» и «Ригведы», происхождение и дальнейшая история носителей этой культуры связывалась практически исключительно с миграциями индоиранских народов [13] . Это опять-таки вело к представлениям об этом обществе, как о кочевом, легко мигрирующем на новые территории.

В-третьих, сыграло свою роль и то, что материалы синташтинской культуры анализировались в контексте только более западных культур – абашевской и срубной. Это вытекало из общей установки теории происхождения индоиранских народов, в которой это присхождение связывалось в первую очередь со срубной культурой. Коль скоро В.Ф. Геннинг и Г.Б. Зданович оценили синташтинскую культуру как «индоевропейскую», то они неизбежно должны были связать ее со срубной культурой. Но стоит указать, что в более ранней работе отношения срубной и андроновской культуры характеризуются иначе: народы срубной культуры вытеснили андроновскую культуру из бассейна р. Урал [14] .

Возможно, до более детального разбора этого вопроса, носители синташтинской культуры и в самом деле внесли свой вклад в формирование этих культур. Но надо признать, что сложение и существование столь уникального сложного феномена, каким предстает перед нами синташтинская культура, необходимо вести в контектсе широкого круга культур.

Исследователям необходимо было вскрыть истоки столь яркой культуры, процесс формирования городской культуры, учесть влияния извне и распространение влияния самой синташтинской культуры. Эта задача с очевидностью решена не была. Культура в представлении археологов так и осталась уникальной, оторванной от общего развития народов бронзового века этого региона, которая будто бы взялась ниоткуда и в никуда отправилась. Несмотря на замечания Г.Б. Здановича, так и не было преодолено представление о синташтинской культуре как о случайном феномене.

Эти три фактора и привели к тому положению, что открытие Аркаима так и не реализовало своего научного потенциала. Надо сказать, что сибирская археология оказалась не готовой к открытиям такого класса, как Аркаим. Нельзя сказать, что авторы раскопок плохо сделали свою работу. Напротив, они ее сделали на достаточно высоком уровне. Но общий теоретический уровень, и в первую очередь представления об уровне развития народов Сибири в древности, не позволили им воспользоваться результатами своих работ.

Оседлые корни общества синташтинской культуры.

Материалы раскопок Синташты и Аркаима, разведочных работ на Южном Урале позволяют составить достаточно подробное представление об обществе синташтинской культуры и даже сделать некоторые заключения по поводу его развития и истории. Конечнео, хотелось бы более подробной информации, но это требование пока трудно удовлетворить.

Для того, чтобы сделать подобные заключения, нужно несколько изменить отношение к археологическим материалам. В условиях археологического изучения древнего общества, о котором не сохранилось достаточного количества письменных источников или же они вовсе отсутствуют, как в примере с синташтинской культурой, появляется необходимость изменить подход к материалам. История Западной и Восточной Европы, Ближнего Востока, Китая хорошо реконструируется по письменным источникам, и археологические данные являются подсобным материалом. В условия же изучения истории Средней Азии, Сибири, Урала, которые гораздо хуже освещены письменными источниками, ценность археологических материалов резко увеличивается. «Археологические материалы освещают широкий хронологический диапазон: со времен первоначального появления предков человека в Сибири и до XVI-XVII века. Это значит, что археологические источники освещают, по сути дела, все исторические этапы в жизни Сибири, в чем и состоит их особенная значимость» [15] .

1.4 Методы исследования.

Как показывает практика исследований, широко принятый метод типологического исследования не всегда приводит к положительным результатам. Существует ряд примеров исследований, основанных на типологии, которые не давали результатов [16]. Широко применяемая методика: «…выделения датированных вещей с узкой датой … и составления с участием этих вещей археологических цепочек, последнее звено которых связано с письменными памятниками» [17], недостаточна для решения задач, стоящих перед исследователем истории «неписьменных» народов.

Не отрицая важности типологического метода и его большой роли в археологической науке [18], предложим для изучения «неписьменных» археологических культур использовать метод, который можно условно назвать «методом связанных признаков». Иными словами, можно утверждать, что все признаки, которые выделяются при изучении артефакта (форма, вид, назначение, материал, способы обработки и использования, химический состав, связи с другими артефактами и так далее), связаны с определенными социально-экономическими явлениями, характерными для изучаемого древнего общества. Например, химический состав сплава бронзы связан с определенной технологией и экономической географией производства бронзы и изделий из нее. Если химический состав бронзы изделия – это признак артефакта, то вот географическое расположение источников компонентов сплава – это уже признак социально-экономического явления древнего общества. Поскольку связь между ними очевидна, они называются «связанными признаками».

Исследование нескольких «связанных признаков» артефактов археологического комплекса, позволит создать схему социально-экономических явлений, которые фиксируются материальными остатками. Изучение «связанных признаков» в масштабах памятника или даже археологической культуры позволит получить сведения, сопоставимые по полноте и достоверности со сведениями письменных источников.

Этот метод явочным порядком используется в археологической науке, и, к примеру, он был основанием трасологии. Но при систематическом изучении «связанных признаков» многих артефактов и археологических комплексов, можно получить гораздо более детальные и подробные сведения о социально-экономическом строении изучаемого древнего общества, чем было возможно до сих пор. Примеры использования этого метода показывают, что появляется возможность для реконструкции малоизвестного по письменным источникам древнего общества [19] .

Следует отметить, что данный метод не претендует на то, чтобы заменить собой типологию вообще. Типологический метод не является единственным методом в археологии: «Археологическая типология в моем представлении является частью общей теории археологии…» [20] . Л.С. Клейн далее указывал, что в эндоархеологическую теорию (познание специфики археологического материала и выработка способов продвижения от него к оставившим его целостным объектам и процессам прошлого), должны войти: выяснение сущности, состава и познавательного потенциала археологических источников, разработка археологической типологии, проблематика хронологии и культурной эволюции, теория системы археологических культур и модели происхождения археологической культуры [21] . Метод «связанных признаков», вероятно, должен дополнить этот раздел археологической теории, и приблизить его к реконструкции целостных объектов и процессов прошлого. Исследование «связанных признаков» нацелено на изучение таких сторон археологического материала, которые не попадают в сферу рассмотрения перечисленных методов и сфер эндоархеологической теории, но необходимы для формулирования исторических выводов на основе археологического материала.

1.5 Хронологические и территориальные рамки. Хронология исследований с начала 90-х годов прошлого века до сегодняшних дней. Территориальные рамки: Культурный памятник расположен на юге Челябинской области, р. Большая Караганка и ее левом притоке - р. Утяганка, в предгорной долине у восточных склонов Уральских гор.

ГЛАВА 1. Особенности памятника Аркаим

1.1 История открытия Аркаима

История исследования культурного комплекса Аркаим несколько необычна. Он был открыт весной 1987 г. на юге Челябинской обл. в районе строительства крупной оросительной системы. Строительство находилось фактически на стадии завершения, и по прошествии одного-двух сезонов памятник должен был быть затоплен. [1]

Все это предопределило характер крупномасштабных полевых исследований и напряженную борьбу с Минводхозом РСФСР за спасение уникального археологического объекта (Аркаим..., 1995, с. 196-222). Глубокая лабораторная обработка массовых материалов была отодвинута на будущее.

Аркаим как культурный комплекс включает укрепленное поселение, прилегающие к нему хозяйственные площадки, могильник и ряд неукрепленных селищ. Памятник расположен на р. Большая Караганка и ее левом притоке - р. Утяганка, в предгорной долине у восточных склонов Уральских гор. Название "Аркаим" (возможно, тюркское "спина", в географической терминологии - хребет, водораздел) дано по наименованию сопки и урочища.

Укрепленное поселение имеет хорошую сохранность и четко дешифрируется на аэрофотоснимках. На снимках масштаба 1:17 500, сделанных в 1956 г. (рис. 1), Аркаим дешифрируется в виде кольцевой концентрической структуры, образованной двумя вложенными друг в друга кольцами белого фототона. С севера, запада я юга намечаются фрагменты третьего, незамкнутого внешнего кольца, которое в настоящее время визуально не фиксируется. Участки поверхности, заключенные в двух соседних кольцах, имеют упорядоченную радиальную структуру, обусловленную чередованием темных и светлых полос - развалами жилищных конструкций и радиальных стен. На стереомодели в центре Аркаима выделяется плоская незастроенная площадка прямоугольной формы, ориентированная по линии северо-восток - юго-запад.

На аэрофотоснимках различных лет за пределами укрепления фиксируются участки специального назначения, связанные с жизнедеятельностью поселения. Это так называемые аркаимские огороды - следы мелиоративных сооружений и древней обработанной почвы» упорядоченные структуры неизвестного назначения.

Кроме этого, в районе укрепленного поселения расположены неолитические стоянки могильник позднеямного времени несколько погребальных сооружений поздней бронзы. Некрополи, связанные с Аркаимом находятся на расстоянии 1, 2 км к северо-востоку от поселенческого комплекса (Зданович Д.Г., 1995, с. 43-53).
В процессе полевых исследований поселения и могильника аэрофотосъемка велась регулярно с двухместного мотодельтаплана обычной и специальной фотоаппаратурой, позволяющей получать качественные стереопары. В последние годы с воздуха регулярно ведется видеосъемка (см. Приложении). Аэрофото- и видеодокументация, а также геофизические работы, проведенные комплексом высокочастотной микромагнитной съемки и электроразведки методом симметричного профилирования каппаметрии (Тибелиус В.Я., 1995, с. 184-193), позволили целесообразно и результативно решать многие чисто археологические задачи.

Площадь поселения в пределах двух колец фортификационных сооружений около 20 000 м2. Археологическими раскопками вскрыто 8055 м2. Геофизические исследования проведены на площади более 14 000 м2.

1.2 Внешний вид и возможное предназначение Аркаима

В XV-XII вв. до н.э. впервые на Южном Урале появляется новый тип поселений: городища-крепости, окружённые земляными валами и рвами. Самый известный из них - город Аркаим, ввиду своей уникальности получивший за несколько лет мировую известность.

Этот город-крепость находится на расстоянии 60-70 км от г. Сибая. Он открыт чуть более 5-6 лет назад и представляет собой два кольца оборонительных сооружений, которые включают и жилые помещения площадью 180-300 квадратных метров и цитадель. Внутренне пространство между наружной и внутренней стенами застроено полуземлянками размером 4 на 12 м. Дома располагались таким образом, что стенка одного дома являлась и стенкой соседнего. Стены и пол укрепляли столбами, которые врывались в пол. Все дома имели по два входа: один с наружной стороны, другой с внутренней. У внутренних стенок домов была вырыта канализационная система, покрытая деревянной мостовой, шириной 6 метров. Каждое жилище отапливалось собственным очагом, имелся колодец и водосточные трубы. [2]

Необычность Аркаима состоит в его круглой планировке, сложности фортификационных и малых сооружений, широкому применению сырцовых кирпичей в строительстве. В настоящем сообщении речь пойдет о центральном районе сложения культуры. Находится он на юге Челябинской области в междуречье двух крупных водных артерий р. Урал на западе и р. Тобол на востоке. Археологическая страна Синташты и Аркаима протянулась вдоль восточных склонов Урала с севера на юг почти на 400 км. Сегодня здесь известно 16 пунктов с 21 укрепленным поселением, многочисленными селищами и могильниками.

Укрепленные поселения Южного Урала имеют различную планировку-овал, круг, квадрат. Чаще всего круг и квадрат сочетаются друг с другом, но ведущей всегда является какая-либо одна из геометрических фигур. Расположение домов, хозяйственных построек, улочек всегда определяется планировкой внешней оборонительной стены. Максимальную информацию о крепостях представляет достаточно хорошо исследованное поселение Аркаим, в котором легко увидеть прообраз будущей городской цивилизации. Городище было обнесено двумя-тремя кольцами оборонительных стен и рвов, за которыми, словно спицы в колесе, по кругу расположены жилища.
В центре поселка находилась подквадратная площадь, вход (или въезд) на которую был открыт только с одной стороны. Основная часть площади, безусловно, предназначалась для молений. Чтобы попасть в центр, вы должны были обогнуть по периметру внутреннюю оборонительную стену, т. е. сделать по поселку полный круг или, точнее, спираль.

В планировке и архитектуре Аркаима поражает сочетание, с одной стороны, ритуальной значимости, с другой-функциональной обусловленности каждой детали. Так, планировка "города", являясь оптимальной в стратегическом отношении, отражает сложные космологические представления древних. Удивительно продуманы системы-отопления, водоснабжения и канализации. Гениальной простотой во всей своей сложности поражают все элементы коммуникаций.
На поселениях петровско-синташтинского типа обнаружены круглые глиняные "таблички" со знаками-следы зарождающейся письменности. Смысловые знаки нарушают орнаментальную ритмику на многочисленных глиняных сосудах из поселенческих и погребальных комплексов.
К кругу аркаимских памятников правомерно отнести целую серию находок замечательной каменной антропоморфной и зооморфной скульптуры. Это особая страница мирового искусства, настоящее открытие, у которой, безусловно, впереди. В самой планиграфии Аркаима, в сочетании кругов и квадрата воплощено неразрывное слияние небесного и земного. Аркаим - это одновременно и крепость, и храм, и ремесленный центр, и жилой поселок. Но каждое в отдельности это не первое, не второе и не третье...
В этом плане интересно одно из понятий "Ригведы", обозначенное словом "вриджана". Оно встречается в тексте в разных падежных формах свыше пятидесяти раз и обозначает самое разное: "огороженное место", "загон для скота", "жилище", "несколько жилищ", "все люди, живущие в одном месте", "армия", "поселок". Безусловно, за всем этим стоят конкретные исторические реалии. [3]

Думаю, что на Аркаиме каждая малая семья и большесемейная община имели свои "комнаты" и дома, свою "прописку", но поселялись люди здесь на какой-то относительно короткий срок в году, на время ритуальных действ и необходимых общественных сборов.

Постоянно на Аркаиме проживало не так уж много человек. Это могли быть жрецы и воины, совмещавшие в себе функции металлургов. Хотя по предварительным подсчетам, Аркаим мог одновременно вмещать от 1.5 до 2,5 тыс. человек.

В пределах обводных стен, вероятно, не совершалось ни одного полного цикла какого-либо ремесленного производства. Так, судя по металлургическим шлакам и разного рода отходам, можно предположить, что на Аркаиме производилась, в основном, только отливка предметов из уже готового сырья и велась холодная обработка изделий из бронзы. Аркаим, безусловно, не город. Однако это то место, та среда, где зарождались элементы городской культуры. Керамика поселения Аркаим, несмотря на все разнообразие форм и орнаментации, безусловно, представляет единый комплекс, имеющий свою узнаваемость, свою "знаковость". Однако если оказаться в плену традиционных поисков аналогий выделенным группам и типам, вплоть до отдельных сосудов, то окажется, что таких аналогий множество и они не сконцентрированы на одной территории, а охватывают значительные пространства степей и лесостепей Евразии (Гутков А.И., 1995). Наиболее близкие параллели всему аркаимскому комплексу дают поселенческие материалы баланбашской (абашевской) культуры Приуралья (Сальников К.В., 1954, с. 52-81; Пряхин А.Д., 1976, с. 88-115; Горбунов B.C., 1986, с. 22-35, табл. II-IV, VI, VIII).

Отдельные типы аркаимской посуды находят аналогии в многоваликовой керамике Украины, в катакомбных и полтавкинских древностях, абашевских и раннесрубных материалах на всей территории распространения этих культур. К востоку от "Страны городов" аналогии ограничиваются петровскими и раннеалакульскими материалами.

Многие специалисты, историки первобытного общества и археологи, считают, что появление эксплуатации и классов можно констатировать с появлением престижных предметов - богатого парадного вооружения, наборов украшений, металлической посуды. Концентрация натурального прибавочного продукта в престижно значимых ценностях означает и концентрацию власти в руках выделившейся общественной верхушки.
Есть ли какие-либо престижные знаки на поселениях и могильниках второй четверти II тысячелетия до н. э. и что можно выделить в категорию престижных предметов? Если говорить только о вещах, то такой набор невелик: каменные и металлические топоры, каменные булавы, бронзовые втульчатые наконечники копий. Однако, в основном, в могилы кладутся глиняные сосуды, металлические двулезвийные ножи с перехватом, тесла, шилья, каменные наконечники стрел и другие обычные "стандартные" вещи. В количественном же отношении наборы предметов резко различаются.
Если в рядовых погребениях встречаются одно-два изделия из бронзы, то в социально значимых их до десяти и более. В планиграфии подкурганных площадок четко выделяются центр и периферия. Центральные могильные ямы отличаются крупными размерами и сложностью внутренних конструкций. Из этих ям и происходят немногочисленные престижно значимые предметы. Вероятно, это только первый и весьма специфический этап выделения престижных ценностей, воплощенных в вещах.
Если исходить из общего взгляда на археологические источники, не вдаваясь в мелкие детали, и рассматривать их под углом социальной истории общества, то складывается весьма противоречивая картина. родной стороны, мы видим на Аркаиме и Синташте фактически стандартные дома, близкие между собой не только по конструкции и размерам, но, вероятно, и по оформлению интерьера. Довольно стандартный набор вещей фиксируется в могилах, и отдельные престижные вещи, кажется, не нарушают общей картины социального единства общества и традиций первобытного равенства.

С другой стороны, мощные фортификационные сооружения и особая, я бы сказал, изощренная защищенность центра. В погребальном обряде -разительное отличие в размерах могильных ям, в количестве помещаемых в них вещей и жертвенных животных. Особой сложностью отличаются центральные надмогильные конструкции при предельной простоте периферийных надмогильных сооружений.

В свете сказанного правомерно остановиться еще на одном возможном назначении Аркаима. В полевом сезоне 1990 г. на памятнике впервые проводились археоастрономические исследования. В качестве аналога был выбран Стоунхендж. Оснований для такого выбора несколько: кольцевая структура обоих памятников, близкие размеры, почти одинаковая географическая широта (Стоунхендж-51 °11'; Аркаим-52°39'), строгая и сложная геометрическая архитектура Аркаима и его особое расположение в чашеобразной долине с рельефным горизонтом.

Археоастрономические исследования весьма трудоемки и займут еще несколько полевых сезонов. Однако специалисты утверждают, что стеновая конструкция внутреннего круга Аркаима использовалась древними для устройства астрономического прибора -универсальной солнечно-лунной обсерватории. На горизонте долины и в архитектуре Аркаима древние строители зафиксировали географический меридиан и широту геометрического центра внутреннего круга, азимут точки восхода солнца в день летнего солнцестояния и вообще все 18 астрономически значимых событий пригоризонтной астрономии древности.

Не исключено, что точность и сложность астрономических наблюдений на Аркаиме значительно выше наблюдений, которые велись на Стоунхендже. Структура и конструкция астрономического прибора Аркаима независимы от "английской традиции" и должны базироваться на многовековой астрономической культуре местного населения.

Степям Евразии как прародине индоевропейских народе, всегда уделялось большое внимание независимо от того, первичной ли называлась эта прародина или вторичной. На восточном крыле индоевропейского мира языковеды традиционно помещают индоиранцев, которые в период общности их территории и исторических судеб называли себя "арья". Со звучным сочетанием-"арийские народы"-современный человек связывает необычайный взлет человеческой культуры, воплощенный в "Ригведе" и "Авесте"-древнейших памятниках мировой литературы. Хотя в письменной форме они были зафиксированы столетия спустя после их создания, уже на территории Индии и Ирана; специалисты убеждены, что наиболее ранние слои "Ригведы" и "Авесты" сохранили первичное историческое ядро и содержат реальные сведения о географии и обществе арийской прародины.
И все же -где располагалась эта прародина? Какая земля вложила в людей тот мощный творческий дух, что определил непрерывность развития культуры в веках, и у истоков которого человечество утоляет жажду до сих пор? Этот вопрос уже около 200 лет волнует умы специалистов. Ведущую роль в его изучении долгое время определяли лингвисты. Обычно они локализуют ариев в юго-восточной Европе. Иногда границы их обитания определяют "к востоку от Волги" и далее до Урала и северных границ Средней Азии. Историки и археологи неднократно предпринимали попытки конкретизировать выводы языковедов и связать арийские племена с какой-либо известной археологической культурой великого пояса степей: срубной, андроновской, катакрмбной, абашевской... [4]

Однако увидеть в арийских древностях Индии или Ирана проявление археологических черт степной культуры, вероятно, нереальная задача.
Сложность сравнительного метода заключается в том, что археологические памятники чаще всего сильно разрушены и фрагментарны, и при их сопоставлении не исключены случайности. С другой стороны, в процессе перемещения на юг и различного рода с другими этническими группами в иной географической среде исходная материальная культура ариев должна была претерпеть значительные изменения. Иное дело, если в распоряжении специалистов находится целая группа памятников, представляющая максимально полную, с археологической точки зрения, информацию, и эта информация позволяет с достаточной степенью надежности реконструировать среду обитания, структуру общества, а возможно, и образ жизни древнего человека. Опираясь на такие крупные информативные блоки, правомерно еще раз обратиться к древнейшим пластам ведийской и авестийской литературы с надеждой на более результативные выводы.

Открытие Синташты и Аркаима и всего комплекса памятников первой половины II тясячелетия до н. э. дает именно такую информацию, которая позволяет во всем объеме разрабатывать гипотезу об южно-уральской родине Ариев. Убеждение Мэри Бойс - современного крупнейшего знатока арийской проблемы и зороастризма в том, что Зороастр родился к востоку от Волги в 1700 г. до н. э., получило самое конкретное подтверждение.

Многослойность памятников подтверждена археологическими данными и материалами дешифровки аэрофотоснимков. Имеются случаи, когда одно поселение протогородского типа частично перекрывает другое, при этом руины более раннего поселения, их конфигурация не учитываются поздними строителями (Исиней I - Исиней II, Степное I - Степное II и др.). Эти факты, а также полевые наблюдения за историей создания строительных комплексов, характером их разрушения и трансформацией в культурные слои позволяют предположить, что традиции протогородской архитектуры имеют достаточно длительную историю в Южном Зауралье. Возможно, "Страна городов" существовала 150-250 лет. Достаточно длительный срок существования памятников протогородской культуры подтверждается данными полеопочвоведения и палеоботаники, вариабельностью развития керамических комплексов и разбросом радиоуглеродных датировок. В настоящее время имеется 10 радиоуглеродных дат, выполненных на материалах поселения Аркаим: 8 из них получено в лаборатории Л.Д. Сулержицкого, ГИН РАН, и 2 - в лаборатории Аризонского университета, США. Кроме этого, в лабораториях России и США получено еще 9 дат для памятников "Страны городов" - могильнику "Кривое Озеро" (раскопки Н.Б. Виноградова) и поселению Куйсак (раскопки Т.С. Малютиной).
Основная зона совпадения доверительных интервалов соответствует XVIII-XVI вв. до н.э. Однако имеется еще одна группа дат, лежащая в пределах XXI-XX вв. до н.э. Не останавливаясь подробно на причинах столь выраженных расхождений, отметим, что имеющиеся в нашем распоряжении радиоуглеродные даты не могут быть приняты однозначно и нуждаются в серьезном критическом анализе. [5]

В поисках ранних истоков аркаимских керамических традиций правомерно указать на культуры энеолита - ранней бронзы Прикаспия и Волго-Уралья, в частности - на ивановские и токские комплексы позднего этапа самарской культуры. Из коллекции поселения Аркаим хорошо выделяется посуда, близкая турганигской керамике Поволжья и Приуралья. Отмечая самобытность Приуральских и Зауральских энеолитических культур, исследователи неоднократно указывали на общие черты позднего этапа самарской культуры и ее восточных соседей. Ряд аналогий керамика ивановского и токского типов находит в материалах суртандинской, терсекской, ботайской. Это еще раз подчеркивает участие местного (восточного) субстрата в формировании культуры "Страны городов". Не вызывает сомнения, что в ее сложении определенную роль сыграло население вишневской (кротовской) группы памятников Приишимья и ташковской культуры Нижнего Притоболья. В заключение необходимо отметить, что процесс формирования "Страны городов" шел на определяющем, глубоком фоне древнеямных традиций.

На Аркаиме поражает не богатство материальной культуры - поражает ее удивительная духовность. Это особый мир, где духовностью насыщено все - от поселенческой и погребальной архитектуры до скульптурных изображений человека, выполненных из камня. Можно утверждать, что мировоззренческие системы, сформировавшиеся в аркаимское время, на тысячи лет вперед определили развитие человеческих сообществ в степной Евразии и, вероятно, далеко за ее пределами.

Сконцентрированная духовность поневоле заставляет употреблять применительно к памятникам аркаимского типа не обычные для нашего бронзового века понятия: "протогород", "раннее государство", "цивилизация". В современном бытовом смысле слово "цивилизация" часто употребляют как синоним слову "культура". Применительно к истории под цивилизацией понимают эпохи становления классов и государства. Не каждая государственность дает путь культуре. Не преследуя точности научных формулировок, я бы сказал применительно к древностям: цивилизация - это та государственность, которая сумела дать миру высокие образцы культуры. Это та государственность, которая обеспечила ту степень свободы личности человека, которая раскрепостила его духовный мир и реализовала его потенциальные возможности.

Интересно в этом плане рассуждение Аристотеля по поводу полиса как наивысшей формы организации человеческого общества. Он перечисляет ряд форм человеческих сообществ, исторически и типологически предшествующих полису: домохозяйство, деревня, племя. Эти сообщества обеспечивали человеку существование в самом простом физическом смысле.
Полис же определяет условие существования "полита", т. е. человека в наивысшем значении этого слова, главное качество котоpoгo-свобода. Полис обеспечивает человеку "высшее благо" - раскрывает его внутренние возможности.

Я уверен, что люди Аркаима жили в обществе такого типа, которое обеспечивало полет творческого духа каждого отдельного индивидуума. Это был один из тех редких "звездных часов человечества", который обеспечил грандиозный прорыв из тогдашнего настоящего в неизведанное будущее.

1.3 Аркаим – древний очаг цивилизации (вкл. себе протогород,

крепость, храм)

Итак, я представляю себе Аркаим как ярчайший пример синкретизма первобытности, слитности и нерасчлененности самых различных начал. Это одновременно и крепость, и храм, и ремесленный центр, и жилой поселок. В этом плане интересно одно из понятий «Ригведы» - древнейшего памятника индийской литературы, обозначенное словом «вриджана». Оно встречается в тексте свыше пятидесяти раз и обозначает разное: «огоро­женное место», «загон для скота», «жилище», «несколько жилищ», «все люди, живущие в одном месте», «армия», «поселок». Безусловно, за всем этим стоят конкретные исторические реалии. [6]

Думаю, что на Аркаиме каждая малая семья и семейная община имели свои «комнаты» и дома, свою «прописку», но поселялись здесь на какой-то относительно короткий срок в году, на время ритуальных праздников или решения каких-то других жизненно важных проблем. По предвари­тельным подсчетам, на территории поселения могли свободно разместить­ся до 2,5 тысяч человек. Постоянно на Аркаиме проживало не так уж много людей. Это скорее всего жрецы и воины, которые «по совместительству» могли быть и металлургами.

Аркаим, безусловно, не город. Однако это то место, та среда, где зарождались элементы городской культуры.

Не делая окончательных выводов, хотелось бы сказать еще об одном возможном назначении Аркаима. В 1990 году здесь впервые проводились археоастрономические исследования. Не случайно в качестве аналога был выбран Стоунхендж: у обоих памятников кольцевая структура, близкие размеры, почти одинаковая географическая широта (Стоунхендж - 51°1'; Аркаим - 52°39'). Учитывались также строгая, сложная геометрическая архитектура Аркаима и его особое расположение: в чашеобразной долине с рельефным горизонтом.

Археоастрономические исследования весьма трудоемки и займут целый ряд полевых сезонов. Однако уже сейчас специалисты утверждают, что внутренний круг Аркаима мог использоваться как универсальная солнечно-лунная обсерватория. Ее структура и конструкция независимы от «англий­ской традиции» и базируются на многовековой астрономической культуре местного населения.

Время существования петровско-синташтинских комплексов определя­ется по характерному набору металлических изделий и костяным пластин­чатым псалиям, известным по находкам в IV шахтной гробнице Микен XVII-ХV вв. до н.э. Оно соответствует Трое VI, концу среднеэлладского И раннемикенскому периодам материковой Греции, последним этапам средней бронзы Фракии, ранним горизонтам культур типа Дашлы и Саппали Северного Афганистана и Южного Туркменистана.

Выводы:

ГЛАВА 2. Аркаим – источник мифов, легенд, вымыслов

Своим формированием культура Аркаима обязана предшествующим культурам соседних областей степной и лесостепной зон - во всяком случае, так говорят археологи. Между тем у русских ультранационалистов имеется свой взгляд на вещи. После 1991 года, когда русские националисты остро почувствовали сокращение "своей" территории и смещение ее к северу, среди них стала популярной "гиперборейская идея", к науке не имеющая никакого отношения. Согласно этой идее прародина "белых людей", "арийцев" располагалась в полярной зоне, возможно, на Северном полюсе. Похолодание и наступление ледников заставили этих "арийцев" искать новое пристанище южнее. Пройдя вдоль Урала, они остановились в благодатном крае, который отдельные авторы связывают как с "Семиречьем", упоминаемым в "Авесте", так и с таинственным "Беловодьем" русских сказаний.

В любом случае речь идет о Южном Урале, где русские ультранационалисты и размещают "вторую прародину арийцев", впоследствии расселившихся оттуда по просторам Евразии от Карпат на западе и до Китая на востоке. Приверженцы этих представлений рассматривают Южный Урал как источник ведических верований и район едва ли не древнейшей в мире государственности, столицей которой будто бы являлся священный Аркаим. Некоторые из них идут еще дальше и называют эту государственность "славянской", "русской".

Чувства, которые порождает Аркаим в русских ультранационалистах, достигают иной раз патетических вершин. "Была Русь, была грамота, были свои духовные ценности, и доказательством тому - Аркаим", - заявляет Е. Щукин из ультранационалистической питерской газеты "Наше Отечество". Ему вторит автор "Народной защиты" В. Маликов, считающий Аркаим "неотъемлемой частью истории русского народа".[7] Представитель иркутского отделения Национал-республиканской партии России Леонид Нечипуренко в газете "Русскiй Востокъ" вызывает у русских откровенно ксенофобные настроения. Ведь она апеллирует к "великой арийской цивилизации - матери русского племени", призывает русских вспомнить о своих "расовых корнях" и "арийском происхождении", объявляет Аркаим "местом исхода протославянской группы Аркаим "символом русской славы". Эта концепция не лишена налета расизма и призвана воспиарийского народа" и в то же время сокрушается по поводу современной духовной зависимости "белой расы" от какой-то чуждой ей культуры, идущей "от пророка Моисея".

2.1 Могильник Большекараганский (Аркаим)

Не секрет, что, хотя физический космос мало изменился за истекшие несколько тысячелетий, древние жили не в том мире, в каком сегодня живем мы. Как говорит Э. Кассирер, «человек живет... не только в физическом, но и в символическом универсуме. Язык, миф, искусство, религия - части этого универсума, те разные нити, из которых сплетается символическая сеть, сложная ткань человеческого опыта. Весь человечес­кий прогресс в мышлении и опыте утончает и одновременно укрепляет эту сеть. Человек уже не противостоит реальности непосредственно, он не сталкивается с ней лицом к лицу».

В настоящее время в пределах «Страны городов» Уральской археоло­гической экспедицией (Уральский госуниверситет, г.Екатеринбург) и Урало-Казахстанской археологической экспедицией (Челябинский госу­ниверситет) археологически исследованы крупный могильник у поселения Синташта, а также несколько погребальных комплексов XVIII-XVI вв. до н.э., связанных с поселением Аркаим. Аркаимские некрополи входят в состав могильника Болыиекараганского и размещаются на левом берегу реки Большая Караганка, в 1, 2 км к северо-востоку от поселения Аркаим, на территории заповедника Аркаим.

Исследования синташтинских и аркаимских некрополей показали не только культурное единство двух погребальных традиций, но и заметные различия в погребальном и жертвенном обрядах, могильной архитектуре и т.д., существующие в рамках этого единства. Локальное своеобразие форм жизни, так ярко окрашивающее всякую развитую и динамичную культуру, по всей видимости, вообще характерно для «Страны городов». Поэтому облик культуры населения «Страны городов» можно моделировать только по принципу дополнительности и мозаики, но никак не методом статис­тического обобщения. Ниже мы остановимся на некоторых сюжетах из области культуры и символического мира «Страны городов» в аркаимской погребальной традиции, опираясь при этом на материалы кургана (погре­бального комплекса) №25 могильника Большекараганского (Аркаим), где эта традиция выражена достаточно ярко. [8]

В «Стране городов» умерших часто хоронят своеобразными «сообщес­твами» на отдельных могильных полях; обычай этот, вероятно, связан с традицией переноса на мир мертвых фактора и смысла уз кровного родства - так, как они представлялись древним. Ярким примером погребальных комплексов такого рода как раз и является комплекс 25 Большекараган­ского могильника. (рис. 4-5 в приложении)

Комплекс представляет собой круглое, диаметром около 19 м, могиль­ное поле, окруженное широким и довольно глубоким рвом. Интересно, что ров не сплошной; во многих местах между стенками рва имеются узкие, радиально ориентированные грунтовые перемычки. Хотя некоторые из перемычек разрушены, можно предполагать, что ров преры­вался 12 раз. Одна из таких перемычек служила входом на могильное поле. Вход отмечен остатками двух деревянных столбов, вкопанных в дно рва по обе стороны прохода и образующих нечто вроде ворот. Ориентация входа во внешнем пространстве - юго-западная. Следов общей, курганного типа, насыпи над могильным полем не зафиксировано; по всей видимости, комплекс функционировал под открытым небом.

На могильном поле и во рву комплекса обнаружено 13 (или 14) могильных ям и большое число жертвенников, состоящих из остатков животных и сосудов и размещенных как в отдельных жертвенных ямах, так и в небольших искусственных углублениях, тяготеющих к местам челове­ческих погребений. Захоронения и другие ритуалы совершались на территории комплекса в течение нескольких десятков лет. С долей условности можно говорить об устойчивом и малопрерывном функциони­ровании комплекса на первом этапе; к этому периоду относятся две центральные и десять периферийных могильных ям и, вероятно, большая часть жертвенников. Затем какое-то время новых захоронений не делают, и комплекс приходит в запустение. Наконец, после перерыва, на западной периферии памятника сооружают еще три ямы.

Захоронения в ямах одиночные, парные, групповые - всего остатки 28 или 29 человек. Как показал анализ половозрастной структуры этого «сообщества» мертвых, перед нами естественный срез здоровой человечес­кой популяции, которую было бы логично отождествить с коллективом, населявшим одно из аркаимских жилищ. Интересно, что, судя по планиграфии погребального комплекса и по некоторым деталям погребального после смерти. В состав погребального инвентаря обязательно входят керамические сосуды, а также изделия из бронзы (ножи, шилья, топоры-тесла, предметы вооружения), костяные и каменные наконечники стрел, гарпуны, другие поделки из кости и камня, украшения. К сожалению, большинство могильных ям аркаимского некрополя еще в древности испытало вторжение грабителей. [9]

Ограбленные могилы - типичнейшее явление для этой эпохи. Грабите­лей интересуют прежде всего изделия из бронзы. Могилы грабятся еще в древности, причем вскоре после того, как было совершено захоронение. Могильные ямы - как в аркаимской, так и в других родственных традициях - часто представляют собой достаточно сложные архитектурные сооруже­ния с помощью могильными камерами. К моменту ограбления несущие конструкции ям, как правило, еще держатся и грабители орудуют в полом пространстве. Но ограблению никогда не подвергаются недавно погребен­ные трупы, а только уже разложившиеся или находящиеся на последних стадиях разложения, когда кости скелета еще частично скреплены связка­ми. Таким образом, вторжения грабителей в могилы обыкновенно связаны с промежутком времени между разложением мягких тканей трупов и разрушением могильных конструкций. Поскольку эта закономерность наблюдается на огромных территориях и длительное время, нет никакой возможности приписать ограбление могил только чужакам. Могилы грабят люди по крайней мере близкородственные в социально-этническом и культурном смысле погребенным в этих ямах мертвецам.

Вероятно, индоевропейцы, населявшие наши степи в эпоху бронзы, придавали особое значение процессу разложения мягких тканей трупов, увязывая с этим и свой страх перед «остаточной телесностью» мертвых, и представления о каких-то циклах загробного существования. Подобное отношение к мертвым отмечается у микенских греков. А.Бартонек в этой связи пишет: «Следует отметить, что умершим воздавались почести лишь до тех пор, пока еще не закончилось разложение мягких тканей тела. Это видно из того, что при последующих захоронениях как в камерных гробницах, так и в толосах более старые остатки иногда попросту зарывали в заготовленную для этого яму или же укладывали в крупные сосуды, чтобы освободить место для нового захоронения посреди гробницы». У зороастрийцев, как известно, представление о ритуальной нечистоте мертвых связывалось именно с мягкими тканями трупов; причем, согласно «Алеете», уже через пять лет умерший окончательно смешивается с землей Дакхмы - «поля мертвых». Но, по-видимому, и после разложения трупов в ямах аркаимских некрополей сохранялась какая-то доля той отрицатель­ной энергии, которую древние индоевропейцы связывали с «остаточной телесностью» мертвых; поэтому между мертвецами и грабителями зачастую завязывались настоящие «сражения», после которых оставались разбросанные во все стороны кости и битая керамика.

Большой интерес представляет погребальная архитектура аркаимских некрополей. Для нее типичны полые, достаточно обширные, погребальные камеры, активное использование дерева как материала для сооружения перекрытий и облицовки стенок камер, более или менее выраженные надмогильные конструкции (насыпи, ложно-сводчатые купола из глино­битных блоков). Размеры, глубина, внешнее и внутреннее устройство могильных ям - в том числе и с захоронениями взрослых членов коллектива - сильно варьируются. Наряду с достаточно простыми конструкциями, на погребальном комплексе 25 выделяются ямы-склепы (9,10), идея которых явно порождена очень изощренной идеологией, и глубокие многокамерные ямы (13, 12, 24) с настолько сложной и даже как бы избыточной архитектурой, что их устройство воспринимается как некий неизвестный нам

миф, выраженный средствами архитектуры. [10]

По материалам полевых исследований нами сделана реконструкция ямы 24. Яма была сооружена на последнем этапе функционирования комплекса в углублении кольцевого рва, который к тому времени уже примерно на одну треть глубины заполнился почвенными частицами. Глубина ямы превышает 3,5 м от уровня древней поверхности. На дне ямы помещается полая погребальная камера высотой 65-70 см, с размерами 2, 1 х 1, 2 м. Стенки камеры облицованы деревом. Камера имеет перекрытие из двух слоев деревянных плах, плахи из верхнего слоя обожжены в огне, причем еще до их использования в конструкции. На перекрытии лежат остатки жертвенных животных, пространство «жертвенной камеры» за­полнено глиной. Выше располагается обширная, высотой около 1,5 м полая камера, перекрытая вверху еще одним слоем дерева. Сверху на перекрытие ямы насыпан слой грунта таким образом, что углубление рва в районе ямы сравнялось с окружающей поверхностью. На образовавшейся площадке возведено сооружение из глинобитных блоков в виде ложно-сводчатого купола.

Интересные сюжеты реконструкций могут быть связаны с обнаружени­ем на погребальных комплексах остатков животных, преимущественно домашних (лошадь, крупный и мелкий рогатый скот, собака, кабан). Эти находки, вероятно, объясняются «общеиндоевропейским представлением о загробном мире как пастбище, на котором пасутся души скота и жертвенных животных». Всего на комплексе 25 обнаружены остатки не менее 110 особей животных, представленных в основном черепами и костями конечностей; другие части туш встречаются сравнительно редко, мало (в отличие от синташтинской традиции) и целых туш животных.

Таким образом, типичная для аркаимских некрополей практика жер­твоприношений предполагает разделение жертвенного животного на три части: ритуальный «верх», среднюю часть и ритуальный «низ». Выделяется несколько типов жертвенников: сопроводительные, поминально-именные и поминально-родовые. Сопроводительные жертвенники располагаются на перекрытиях погребальных камер и являются остатками животных, заби­тых непосредственно во время ритуала похорон. Поминально-именные жертвенники сооружаются в небольших углублениях на древней повер­хности у краев могильных ям. Такие жертвенники были адресованы конкретному погребенному, они могли сооружаться как одновременно с возведением надмогильной конструкции, так и позднее. К поминально-родовым жертвенникам мы относим жертвенники, устроенные в специаль­ных крупных ямах, образующих планиграфически две дуги на южной периферии комплекса. В этом случае жертвоприношения и связанные с ними моления, вероятно, были обращены к какому-то обобщенному субъекту, скорее всего, к совокупности родовых предков.

Южное расположение поминально-родовых жертвенников в микрокос­ме погребального комплекса позволяет предположить, что «страна пред­ков» помещалась «аркаимцами» на юге.

Интересно, что все поминально-родовые жертвенники, для которых удалось выяснить их внугригодичную датировку, были сооружены в весенний период. Таким образом, мы встречаемся здесь со следами сезонных обрядов почитания предков; такие обряды характерны для древних индоевропейцев. Судя по этнографическим аналогиям, эти обряды включали в себя обращенное к предкам моление о плодородии земли и стад и о всяческом благоденствии для живых. Связь образов предков и идеи плодородия объясняется, с одной стороны, древним представлением о социуме как о протяженном феномене, существующем не только «здесь», но и «там», а с другой стороны, «вовлеченностью умерших во внешний по отношению к коллективу природный мир».

Завершая краткий обзор сюжетов, связанных с погребальной обряд­ностью «Страны городов», нужно подчеркнуть, что материалы раскопок на аркаимских и синташтинских некрополях ярко характеризуют общество «Страны городов» именно как общество (протогородской) цивилизации. Явление цивилизации (в историческом смысле) не только связано с эпохальными сдвигами в социально-экономической сфере, но и представ­ляет собой новый тип творчества.

Суть в том, что до эпохи цивилизации человеческая культура предельно тесно связана с жизнью, осуществляется в формах жизни и не составляет отдельной самостоятельной сферы творчества. Здесь ведущая роль принад­лежит не тексту, а контексту, огромна роль ментальных образов, непосред­ственных переживаний, вообще разнообразной конкретики жизни, состо­ящей из подтверждений мифов, «встреч» со сверхъестественными сущес­твами, осуществлений судьбы, примет и т.д. Это было время сравнительной простоты внешних форм и сложного внутреннего опыта, равнодушного к своим объективациям; как отмечают исследователи, человек «первобыт­ной» культуры часто оказывается перед необходимостью впервые сформу­лировать свои идеи только в ходе опроса этнографа.

При переходе общества к состоянию цивилизации направленность и функции творчества резко изменяются. Теперь основной тенденцией творчества становится производство и продуцирование именно внешних форм на базе накопленного собственно «человеческого» опыта. Поэтому часто возникает ощущение, что первые цивилизации возникают как бы «вдруг» и «на пустом месте». Эти новые тенденции творчества ярко проявляются в создании городов, монументальной архитектуры (прежде всего, храмов), письменности или специализированного ремесла - то есть, в основных признаках цивилизации. Особенно значимо появление города как нового «видимого» рукотворного мира, пришедшего на смену «невидимому» символическому универсуму первобытности.

Вероятно, эти же закономерности мы наблюдаем и в истории религии и обрядов древних индоевропейцев Евразийских степей. Материалы археологии свидетельствуют о сравнительной несложности обрядов насе­ления степей как до, так и после эпохи «протогородов». Зато некрополи «Страны городов» отличаются сложными, зачастую монументальными погребальными сооружениями, богатством погребального инвентаря и обильными жертвоприношениями. Нужно заметить, что отправление погребального культа в «Стране городов» требовало колоссальных физи­ческих и материальных затрат; последние, впрочем, частично компенсиро­вались ограблением могил и употреблением в пищу мяса жертвенных животных. Как показывают материалы, например, Синташтинского мо­гильника, да и более поздних андроновских памятников, древние выкапы­вали котлованы для могильных ям при помощи деревянных кольев, отваливая пласты земли или просто разрыхляя почву; грунт из могильных ям поднимали наверх (или переносили с места на место при сооружении насыпей) мешками, сшитыми из кожи или шкур. Огромное количество труда, затраченное на отправление погребального культа, еще раз говорит о значительной роли мертвых в жизни «Страны городов».

Как отмечает П.Тиме, «древнейшие религиозные обряды индоевропей­цев не предполагают храмов или идолов. Да и слово, обозначающее храм, здесь не реконструируется. Но это есть «богослужение», понимаемое как радушное принятие - вместе с пищей, состоящей из забитых животных и сопровождаемой декламацией гимнов, - «небожителей», приходящих, как это бывало, в гости к «смертным». Но интересно отметить, что в эпоху протогородов» уже существует некое подобие храмов, и что идея храма как места присутствия сверхъестественного и как места соответствующего служения связывается здесь с погребальными комплексами. Это, прежде всего, Большой Синташтинский курган, представляющий собой величес­твенное ритуальное сооружение, связанное с почитанием огня и, вероятно, мертвых, а также ритуальные «домики» на синташтинских грунтовых могильниках. Эту же самую идею мы обнаруживаем в традиции периоди­ческих обрядов почитания предков на могильнике Болынекараганском (Аркаим). [11]

Творчество в «Стране городов» носило совершенно «варварский» характер, как и вся эта «попытка цивилизации», осуществленная на сугубо «варварской» основе. Здесь не было того воздействия более развитых предшественников, которое испытали древние индоевропейцы в долине Инда, в Малой Азии, на Балканах и в Эгеиде. Этим отчасти и объясняется сравнительный аскетизм быта в «Стране городов», отсутствие предметов роскоши, развитых форм изобразительного искусства, письменности и т.д. Но именно своим «варварством» и интересен нам сегодня этот опыт сотворения «нового мира», этот странный «эксперимент», который поста­вила история в XVIII-XVI вв. до н.э. в Урало-Казахстанских степях.

В «Стране городов» поражает не богатство материальной культуры -поражает ее удивительная духовность. Это особый мир, где духовностью насыщено все - от поселенческой и погребальной архитектуры до скуль­птурных изображений человека, выполненных из камня. Можно утвер­ждать, что мировоззренческие системы, сформировавшиеся в аркаимское время, на тысячи лет вперед определили развитие человеческих сообществ в степной Евразии и, вероятно, далеко за ее пределами.

Исследования оборонительных укреплений-валов и рвов как Аркаима, так и других поселений показывают, что им сопутствуют богатые жертвенные комплексы - части крупного и мелкого рогатого скота, сосуды, вещевой инвентарь, мощные прокалы. Все это свидетельствует о разнооб­разных ритуальных действиях и богатой культовой практике, связанной с фортификационными сооружениями.

Могильники, связанные с «протогородами», отражают высокий уровень социальной дифференциации аркаимско-синташтинского общества. Здесь, наряду с могилами простых людей, можно видеть погребения жрецов и воинов, захороненных с колесницами и лошадьми, богатым набором вооружения и символами власти.

Открытие «Страны городов» остро поставило вопрос об этнической принадлежности ее носителей. Какой народ был создателем уникальной культуры?

По данным исследования антропологических материалов (остатков человеческих скелетов), население протогородских центров Южного Зауралья XVIII-XVI вв. до н.э. было европеоидным, без заметных призна­ков монголоидных черт (РЛиндстром). Типичный краниологический тип характеризуется очень длинным и узким (или очень узким) и довольно высоким черепом. Средний рост взрослых мужчин устанавливается в пределах 172-175 см, женщины немного ниже, в среднем 161-164 см. [12]

Аркаимский тип человека близок населению древнеямной культуры, которое занимало обширные области евразийских степей в энеолите и раннем бронзовом веке. Нужно отметить сходство аркаимцев с более поздним срубным населением Поволжья и людьми эпохи бронзы Западного Казахстана. Степень сходства с андроновским населением Южной Сибири и Восточного Казахстана («андроновский антропологический тип», по Г.Ф.Дебецу) значительно меньше, чем с людьми бронзового века, которые проживали к западу от Уральского хребта.

Судя по костным остаткам, население Зауралья отличалось хорошим здоровьем. Несмотря на отмеченные общие черты, люди «Страны городов»

значительно отличались друг от друга, и говорить о едином физическом типе нельзя. Это еще раз заставляет подчеркнуть сложный состав генети­ческой популяции людей - создателей синташтинско-аркаимской цивили­зации.

Сегодня, имея огромный археологический материал, можно с большим основанием вернуться к разработке научной гипотезы о южно-уральской прародине арийских племен. [13]

География глубинных пластов «Ригведы» и «Авесты» вполне совмести­ма с исторической географией Южного Урала XVIII-XVI вв. до н.э. Здесь есть и своя святая гора Хара, и семь рек, и озеро Варукаша. Не исключено, что в географической традиции «Авесты» многое идет еще от эпохи палеолита, когда мощный ледниковый щит простирался с запада на восток по линии, которая сегодня условно разделяет Южный и Средний Урал.

Предлагаемые иллюстрации предоставляют читателю редкую возмож­ность взглянуть на страну легендарных создателей «Ригведы» и «Авесты» с высоты птичьего полета.

2.2 Аркаим – источник мифов, легенд, вымыслов

Большинство современных специалистов считают, что андроновские Поселения (во всяком случае, их алакульский вариант) создали индоиранцы. Многие лингвисты помещают их прародину в юго-восточной Европе. По данным языкознания, разделение арийцев на две ветви, индоарийскую и иранскую, наметилось еще на их общей прародине где-то в III - начале II тысячелетия до н.э. К середине же П тысячелетия до н.э. индоарии покидают свою прародину и уходят в Индию. Их след - языковые остатки в аккадских и хеттских текстах XIV в. до н.э. Увлекательно следовать за гипотезами языковедов и историков, более узко локализующих прародину индоиранцев, - «к востоку от Волги» и даже в степях и лесостепях, примыкающих к северным границам Средней Азии. Именно эта террито­рия во П тысячелетии до н.э. была населена андроновцами. Культурно-историческая и этническая близость племен, живших в степях от Дуная до Иртыша, которая особенно ярко проявилась к началу развитой бронзы, зафиксирована в памятниках культуры многоваликовой керамики, потаповско-синташтинских, синташтинских и петровских ком­плексах. Однако синташтинско-петровское население представляется на­иболее центростремительной силой в Евразийских степях в первой половине II тысячелетия до н.э.

Население Урало-Иртышского междуречья напрямую восприняло величайшее открытие человечества - одомашнивание лошади. Навыки коневодства подготовили степняков к ведению всего комплекса хозяйства производящего типа (земледелие, разведение крупного и мелкого рогато­го скота), давно сложившегося в странах Востока. Однако самой важной составной частью культурно-хозяйственного быта андроновцев было освоение ими мощной местной рудной базы. Расцвет культуры и появле­ние урбанизированных поселений петровско-синташтинского типа стали возможны в результате вовлечения Урало-Казахстанского региона в гигантский круг культур от Эгеи до Сары-Арка (Центральный Казахстан) и Малой Азии. Взаимообусловленность диктовалась металлургическими связями.

Как известно, первые очаги цивилизации располагались на очень ограниченной территории, по сравнению с огромными земными простора­ми, освоенными человеком к тому времени.

Насколько велико было их влияние на окружающий мир? Не существо­вали ли какие-то неведомые науке человеческие сообщества, которые создали в древности оригинальные общественные модели, отличные от известных моделей цивилизованного Востока?

Развитие общественных отношений не шло по непрерывно восходящей линии. Здесь нередко имели место и длительные остановки, и движение вспять.

Археологические материалы позволяют увидеть в Синташте и Аркаиме необычайно высокий уровень социально-экономического развития, по сравнению с другими культурами бронзового века, которые тысячелетиями развивались на огромных просторах степной Евразии. Однако как далеко зашел процесс социальной стратификации у аркаимцев?

Конечно, можно взглянуть на него через призму ранней стадии военной демократии (или какого-то ее аналога). Увидеть в укрепленных поселениях Южного Урала городки таежно-сибирского типа эпохи железа, а историю общества рассматривать как волнообразное движение от «спадов» до «подъемов», когда за социальной консолидацией непременно следовало возвращение к древним родовым традициям. [14]

Но думаю, что памятники Урало-Казахстанских степей XVIII-XVI вв. до н.э. наталкивают на разработку проблемы социальной структуры аркаимского общества в другом направлении.

Аркаим правомерно определить как формирующийся город (квазиго­род, протогород) и одновременно как центр государственности номового (от греч. поток - область, округ) типа, находящегося на формативной стадии.

Поселения XVIII-ХVI вв. до н.э. Южного Урала можно рассматривать как систему формирующихся номовых государств, которые развивались в условиях степной экосистемы и имели целый ряд принципиальных особенностей, по сравнению с классическими оазисными цивилизациями Древнего Востока.

Общественную среду, в которой жил аркаимский человек, вероятно, нельзя соотносить с первобытностью, с ее коллективным производством, распределением и потреблением, а также отсутствием какой-либо эксплу­атации. Однако нет у аркаимцев и сложившихся классовых структур.

Их комплексное хозяйство, рационально и гармонично вписанное в природную среду, безусловно, обеспечивало получение прибавочного общественного продукта. Изобилие продуктов питания давало возмож­ность отдельным членам коллектива либо целым группам людей «выпасть» из производственной сферы и посвятить себя служению культу или военному делу. Однако само по себе наличие прибавочного продукта не всегда свидетельствует об эксплуатации - непременном признаке классо­вого общества. На этом этапе общественного развития он еще не присва­ивался отдельными социально значимыми лицами, а поглощался в процес­се культурно-культовой практики. Что это значит?

Отправление обрядов требовало уйму времени и усилий многих людей. Во что обходилась культовая практика, можно судить по обилию костей жертвенных животных, которые археологи находят при раскопках погре­бений XVIII-ХVI вв. до н.э. В любом детском и подростковом захоронении есть остатки одного-двух баранов или телят. В погребениях взрослых часто встречаются скелеты лошадей и (иногда до десяти и более) крупного и мелкого рогатого скота. В каждую могильную яму непременно помещали сосуды с пищей. Уже после захоронения, во время поминальных обрядов, глиняные сосуды с едой ставили у края могилы, вырывая для них небольшие ямки. Значительное количество мясных, растительных и молочных продук­тов тратилось во время строительных культовых обрядов. Остатки их археолога называют «строительными жертвами». Интересны обряды, связанные с божествами воды и огня. Остановлюсь подробно только на одном примере.

В целом ряде домов Аркаима на дне колодцев обнаружены побывавшие в огне копыта, лопатки и нижние челюсти лошадей и коров. Причем кости животных помещены в колодцы преднамеренно: челюсти расположены по краю, вдоль стенок колодца и закреплены вбитыми в грунт березовыми колышками. Рядом с колодцами, на дне которых зафиксированы жертвоп­риношения, находились металлургические печи. При этом поддувало печей было связано с колодцем с помощью специального воздуходувного канала, устроенного в грунте. [15]

Эксперимент, проведенный здесь же, в полевых условиях, показал, что печь, совмещенная с колодцем, способна давать температуру, необходимую не только для расплава бронзы, но и для выплавки меди из руды.

Открытие жертвенников на дне колодцев и столь оригинальных конструкций металлургических печей произвело на меня сильное впечат­ление. Трудно поверить, но весь комплекс как бы наглядно иллюстрировал зафиксированный в форме «натурального макета» древнейший миф о рождении бога огня. Знаменитый и широко распространенный у индо­европейских народов миф свидетельствовал, что бог Агни родился из воды. Воды темной и таинственной.

Этому сюжету, как и в целом индоевропейской мифологии, посвящена большая научная литература.

Специалисты знают: в глубинных, изначальных пластах любого мифа обязательно лежит какое-то рациональное ядро. И в реальную (но, увы, не всегда постигаемую нами) истинность мифа можно верить, как в любой факт земного бытия.

Но как осознать сущность идеи рождения огня из воды? Это, казалось бы, вечные взаимоисключающие начала.

Так может, Аркаим дает нам урок веры в миф?

На дно колодца, в ледяную воду жители Аркаима помещали почетные части жертвенных животных, тщательно прожаренные на костре. Это жертвоприношение божеству Воды. Благодаря воде и колодцу в печи возникнет тяга, которая не просто раздует огонь, а родит бога огня - Агни, который расплавит металл!

Реальная культовая практика, конечно же, была очень разнообразна, нам известно о ней далеко не все. Обряды, связанные с использованием скота и различной пищи, могли совершаться на берегах рек, озер или на вершинах сопок:

И приносил ей в жертву Герой,

Сплотивший страны Арийцев, Хаосрава

У озера Чайчаста с глубокою водою,

Сто жеребцов, и тысячу Коров, и мириад овец.

Перед нами, безусловно, поэтическая гипербола автора «Авесты». Однако постоянные упоминания об обильных жертвоприношениях различ­ным божествам в древнейших индоиранских письменных источниках позволяют еще раз напомнить о том, на что уходила значительная часть прибавочного продукта. Даже если какая-то доля его присваивалась служителями культа, это нельзя назвать эксплуатацией рядовых общинни­ков, поскольку культовая деятельность требовала от человека большой энергии и жизненных сил. Следует напомнить, что отправление культа считалось такой же необходимой работой, как и выпас скота или обработка хлебного поля.

2.3 Аркаим - уникальная обсерватория

Действительно ли Аркаим был астрообсерваторией? Действительно ли он схож с подобными археологическими памятниками? Эти вопросы касаются эзотерики, энергетики этого места. Существует ли здесь особая энергетика, которую нельзя измерить физическими приборами, в чём-то её выразить, та энергетика, которую ощущают здесь люди и ради которой, что там скрывать, основная масса людей приезжает сюда. Большинство посетителей Аркаима - это не те, которые интересуются археологией и которым важен Аркаим с научной, исторической точки зрения, а те, кого притягивает энергетика этого места.

Первые шаги в астроархеологии на Урале были сделаны с открытия Аркаима. Аркаим - поселение бронзового века, которое датируется радиоуглеродными методами XVIII -XVI вв до нашей эры, если опираться на данные астроархеологии - это XX-XVIII вв до нашей эры. Это поселение интересно тем, что оно было построено индоарийскими племенами ещё до их раскола на индийцев и иранцев. До открытия Аркаима ученые долгое время пытались доказать, что эти племена долгое время находились на нашей территории. Их оппоненты говорили, что эти племена здесь были очень недолго, как бы транзитом и поэтому не могли оставить ничего значимого.
Открытие Аркаима показало четкую картину - эти племена не только долгое время находились на нашей территории, но и сформировали здесь религию, ставшую впоследствии зороастризмом, мировой религией. Это время, когда они вели активное наблюдение за небом, время, когда были если не созданы, то уточнены древние календари, которые существуют достаточно давно. Открытие Аркаима, уникальнейшего поселения (уникального, потому что находится в прекрасной сохранности) поставило точку в этих спорах. Первыми астроархеологическими исследованиями начал заниматься такой известный археолого-астроном Константин Константинович Быструшкин. [16]

Именно ему принадлежат первые статьи о том, что Аркаим был уникальной обсерваторией, с которой можно было наблюдать особо значимые явления на небе. Это восходы и заходы Солнца в периоды весеннего, осеннего равноденствия, летнего и зимнего солнцестояния и др. Также все основные восходы и заходы Луны. Всё это наблюдалось здесь.
Позднее, в 1993 году археологи-астрономы Дмитрий Геннадьевич Зданович и Андрей Кузьмич Кириллов данную работу продолжают. Они пошли уже дальше Константина Быструшкина, поскольку они изучают уже не только отдельно взятое поселение Аркаим, а уже все поселения страны городов. Страна городов - обширное пространство, расположенное на стыке Урала и (Поволжья). По сути это стык Европы и Азии, отсюда текут реки Северного Ледовитого океана и Каспийского моря. Это интересное географическое положение определило здесь определённые геологические черты и многообразие животного и растительного мира. Это место было точкой пересечения многих дорог. Здесь пересекались и взаимообогащались угорские, индоевропейские, тюркские народы. [17]

Данная территория очень интересная и разноплановая. Именно её облюбовали индоиранские племена, которые создали свою культуру, названную сиштаншинской. Более популярное название - "страна городов". Её протяженность более с севера на юг 400 км и около 200 км с запада на восток. Страна городов имеет 21 крупное поселение, причём мы уже говорим не поселений, а округов. Каждому округу соответствовало от одного до трёх укреплённых и неукреплённых поселений, плюс некрополь, т.е. погребения при поселении. Средняя площадь такого округа была около 2000 квадратных км. Таких округов сейчас 20: 18 на территории Челябинской области, 1 - в Оренбургской и 1 в области. Среднее расстояние между округами - около 50 км, т.е. это суточный переход, пешком за сутки можно добраться до соседнего поселения. Место для поселение специально выбиралось - это должна была быть ровная сухая площадка, обязательно должно быть природное оконтуривание площадки. Зачастую это остров, петля или излучина реки, чтобы была естественная защита для города извне, водная преграда. Но этого было не достаточно, жители города изыскивали способ полностью замкнуть пространство вокруг города, даже искусственно. Т.е. по сути каждое поселение - это остров, где мы видим и естественную и искусственную водную преграду. Сама по себе водная преграда не могла быть надёжной защитой. Это скорее всего мироощущение и мировосприятие замкнутого пространства, которое не смотря на замкнутость было очень гармонично вписано в ландшафт. Каждое поселение имеет достаточно чёткую геометрическую форму - овалы, круги, прямоугольники, квадраты, ромбы. Причём изначально это овалы. Позднее появляется круг и квадрат. С чем это связано - сложно сказать. Скорее всего это привязка к некой священной фигуре, мандоле, круг, вписанный в квадрат. Женское начало - круг, овал и мужское - прямоугольник, квадрат. Единство начал здесь обязательно присутствует. Форма поселений рождает первый миф. Если следовать элементарной логике, то раз форма поселения имеет женскую форму, то значит, в нём должна преобладать роль женщины, должно доминировать женское население, возможно женщина во главе; а в прямоугольных поселениях - доминанта мужчин. Это логика, которая зачастую рождает мифы, потому что если детально проанализировать все поселения, их захоронения, то мы ни в коем случае не можем говорить о каком либо доминировании одного пола. То же самое можно сказать о вожде племени по имеющимся наблюдениям.

Мы знаем, что их культурные центры общаются между собой. Люди занимаются не только хозяйством, разведением скота, изготовлением металла, самое главное, они ведут постоянное наблюдение за небесными светилами. Здесь мы имеем дело с пригоризонтной обсерваторией. Обсерватория - специально оборудованное место для ведения наблюдений за небом с помощью приборов. В древности обсерватория - это нечто другое. Горизонт - единственное место, где можно наблюдать за светилами невооружённым взглядом. Важно, чтобы наблюдения проводились регулярно и постоянно. Точки восходов и закатов постоянно смещаются. Точки Солнца к лету смещаются к югу, а к зиме - к северу. Особо значимые точки весеннего и осеннего равноденствия, когда Солнце восходит точно на востоке, а заходит точно на западе. Также это точки зимнего и летнего солнцестояния, когда движение Солнца относительно горизонта замедляется, останавливается и начинается в противоположном направлении. Зафиксировав эти точки, можно уже ориентироваться в пространстве и времени. Также важны наблюдения за Луной, они более сложные в виду сложности и изменчивости орбиты Луны. Её цикл в отличии от годового солнечного занимает 19 лет.

Так вот, Аркаим сконструирован так, что все точки подвижки Солнца и Луны можно было наблюдать в нём. Причём все основные точки были на территории города. Прежде всего это центр поселения, но не геометрический, где была центральная площадка, на которой постоянно горел огонь, а математический центр, он значительно смещён и именно с него проводились все наблюдения. Также рабочие точки - это башни Аркаима, они видны на схеме во внутреннем круге - западная и восточная. Точками визирами являлись близлежащие холмы, в частности гора Шаманка, гора Разума (Чека) и гора…. , которая была расположена в 60 км и была хорошо видна с Аркаима. Если посмотреть с горы Любви (Грачевая сопка) на северо-восток, то мы легко её увидим. Также визирами служили места погребений, элементы сооружений, например, входы в город. С их помощью в Аркаиме можно было наблюдать 18 основных астрономических событий. Это достаточно много. Для сравнения - в известном всем Стоунхендже можно было наблюдать только 15 событий. Обе этих обсерватории находятся почти точно на одной широте - 52гр сев. широты. Это широта наиболее удобная для астрономических наблюдений. Также при этом если совместить реальную форму Земли - геоид с идеальной геометрической поверхностью - шаром, то они пересекутся именно на этой широте. Помимо Аркаима и Стоунхенджа на этой широте находят множество других обсерваторий древности в Европе, на Алтае. После обнаружения такой закономерности археастрономы пытались связать это с другими объектами. Доходило до нелепостей. Так в Ирландии в месте (Ньюграндж) есть захоронения - коридорные гробницы, в которые Солнце заглядывает только раз в год в зимнее солнцестояние. По началу исследователи говорили, что это тоже своеобразная обсерватория. Хотя просто данные гробницы были созданы с учётом определённых знаний так, чтобы предков только раз в год тревожило Солнце в это особое время.

Народ Аркаима бесписьменный, он не оставил никаких письменных рассказов о себе. Хотя в Аркаиме было бы сложно что-то найти, потому что жители все свои вещи собирают с собой, начисто подметают его, грубо говоря до последнего черепка, оставляя по сути пустой город, а потом поджигают его. Они поклонялись огню, огонь был для них живым священным существом. Огонь было не допустимо кормить сырыми дровами. Аркаимцы делали всё, чтобы не осквернить огонь (как и другие священные благие стихии). Они убрали город от мусора так, чтобы при сожжении огню не досталась недостойная пища.

Хотя в других памятниках, скажем в Шотландии события фиксировались своеобразным способом - каждое положение, например, Луны фиксировалось своим насыпным валом - и так на протяжении 19 лет. В других районах фиксация осуществлялась на керамике.
Почему Аркаим всегда сравнивают со Стоунхенджем, что у них общего? Во-первых, это конечно географическая широта - 52-ая. Второе - это размеры. В обоих обсерваториях есть внутренний круг для наблюдений - в Аркаиме около 80 метров, в Стоунхендже - 87 метра. Стоунхендж перестраивался несколько раз и первоначальные его постройки датированные XIX-XX вв до н.э. были деревянными, т.е. как на Аркаиме. Стоунхендж имел ров и два вала по его краям, внутренний несколько выше. На Аркаиме тоже имеем ров, но он укреплён деревянной конструкцией. Так как Аркаим жилой объект, то внутренний вал чуть ниже внешнего. Далее. Стоунхендж был изначально не просто наблюдательным пунктом, но и погребальным комплексом. Его лунки изначально были заполнены мелом, меловыми породами.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В результате работы над данной курсовой работой, я многое узнал об археологическом памятнике Аркаим. Например, то, что история исследования культурного комплекса Аркаим несколько необычна. Он был открыт весной 1987 г. на юге Челябинской обл. в районе строительства крупной оросительной системы. Строительство находилось фактически на стадии завершения, и по прошествии одного-двух сезонов памятник должен был быть затоплен. Памятник расположен на реке Большая Караганка и ее левом притоке - реки Утяганка, в предгорной долине у восточных склонов Уральских гор. Название "Аркаим" (возможно, тюркское "спина", в географической терминологии - хребет, водораздел) дано по наименованию сопки и урочища. Аркаим, как культурный комплекс включает укрепленное поселение, прилегающие к нему хозяйственные площадки, могильник и ряд неукрепленных селищ. Внешне этот памятник представляет собой большое сооружение. О его предназначении в исторической науке до сих пор идут споры. Некоторые учёные считают, что это древний город, другие полагают - уникальное культовое сооружение. Необычность памятника (Аркаима) порождает к нему особый интерес. Вокруг него рождается многочисленные мифы. Например: что в этом месте чрезвычайно сильная энергетика, и человек здесь даже может заболеть или наоборот излечиться. Но, главный вывод в том, что памятник до сих пор не изучен достаточно хорошо. Я сам хотел бы побывать там, увидеть своими глазами и проверить мифы!

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия / сост. Н.О.Иванова. - Челябинск, 1995.

2. Аркаим: Некрополь /сост. Д.Г.Зданович. - Челябинск, 2003.

3. Аркаим; 1987-1997.: Библиографический указатель / Д.Г.Зданович, Е.И. Коган, Н.Н. Орлова. - Челябинск, 1999.

4. Генинг В. Ф., Зданович Г. Б., Генинг В. В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Т. 1. - Челябинск, 1992.

5. Генинг В.Ф., Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта. Челябинск, 1991;

6. Генинг В.Ф. Этническая история Западного Приуралья на рубеже нашей эры (пьяноборская эпоха III в. до н.э. - II в. н.э.). М"., 1988;

7. Зданович Д.Г. Аркаим: древность, модерн, постмодерн // Национальная безопасность и геополитика России, 2000, №8-9

8. Комплексные общества Центральной Евразии в III-! тыс. до н.э.: региональные особенности в свете универсальных моделей. Материалы к конф, - Челябинск, 1999. (на рус. и англ. яз.).

9. Корякова Л.Н. Ранний железный век Зауралья и Западной Сибири. Свердловск, 1988;

10. Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время: Археология СССР. М., 1989;

11. Эпоха бронзы лесной полосы СССР: Археология СССР. М., 1987.

Интернет:

1. www.arkaim-center.ru - официальный сайт Историко-культурного заповедника областного значения "Аркаим";

2. natureman.ru - Аркаим - загадочный город мудрецов: описание, фото;

tishtriya.narod.ru - Аркаим - мифы и реальность. Хороший сайт, полностью посвящен Аркаиму, много материала;

3. www.trinitas.ru - Великая тайна Аркаима. статья М.Зяблова;

4. www.trinitas.ru_1 - Обзорный реферат Евтушенко И.П. "Арии на Урале", часть 1;

5. www.trinitas.ru_2 - Обзорный реферат Евтушенко И.П. "Арии на Урале", часть 2;

6. www.trinitas.ru_3 - Обзорный реферат Евтушенко И.П. "Арии на Урале", часть 3;

7. www.arctida.ru - Материалы встречи с директором музея Аркаим Б.Г.Здановичем;

8. www.bibliotekar.ru - Энциклопедия чудес, загадок, тайн об Аркаиме;

9. www.dazzle.ru - Аркаим – древнейший в мире славянский город-обсерватория, много материала, описания, рисунки, фото;

10. www.bashedu.ru - Описание Аркаима Б.Г.Здановичем ( с цифрами, рисунками);

11. arkaim.live174.ru - Аркаим - северные ворота Страны городов;

12. arkaim.live174.ru_video - видео об Аркаиме: 1 - Взгляд на Аркаим с высоты птичьего полета, 2 - Некрополь Аркаим, 3 - Этруски. Тайна славянской цивилизации;

13. www.lah.ru - Лаборатория Альтернативной истории. Великая тайна Аркаима;

14. darislav.com - Аркаим. Описание и видео-запись телепередачи Гордонкихот об Аркаиме;

15. www.cosmoenergy.ru - цветные фото с описанием;

16. www.anaslav.ru - форум, великая тайна Аркаима;

17. www.slavyanin.info - Аркаим – академия волхвов. В.Мегре об Аркаиме; 18. www.newacropolis.ru - интервью с проф. Б.Г.Здановичем, Аркаим - сердце Евразии;

19. sva-slava.narod.ru - статья А.Жданова "Аркаим" (описание, цифры, схемы, рисунки);

20. www.cosmocenter.ru - Аркаим: центр Вселенной или научный объект?

21. torrents.ru - Документальный фильм "Огонь Аркаима";

22. ru.wikipedia.org - Википедия об Аркаиме;

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1

Рис. 1. Фото Аркаима с самолета

Приложение 2



Рис.2 Аэрофотоснимок Аркаима

Приложение 3



Рис.3 Схема Аркаима

Приложение 4

Рис. 4 Могильник Болыиекараганскип (Аркаим). Курган 25. Общий план погребального комплекса. 1 - глиняный сосуд; 2 - кости жертвенных

животных; 3 -жертвенная яма; 4 - остатки деревянных конструкций

Приложение 5

Рис. 5 Могильник Большекараганский (Аркаим). Курган 25, яма 24.

Реконструкция погребального сооружения. Рисунок А.М. Федорова


[1] Аркаим ..., 1995, с. 196-222

[2] Тибелиус В.Я., 1995, с. 184-193

[3] Гутков А.И., 1995, с.78

[4] Сальников К.В., 1954, с. 52-81; Пряхин А.Д., 1976, с. 88-115; Горбунов B.C., 1986, с. 22-35, табл. II-IV, VI, VIII

[5] Зданович Д.Г., 1995, с. 43-53

[6] Зданович Д.Г., 1995, с. 43-53

[7] Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия / сост. Н.О.Иванова. - Челябинск, 1995.

[8] Аркаим; 1987-1997.: Библиографический указатель / Д.Г.Зданович, Е.И. Коган, Н.Н. Орлова. - Челябинск, 1999.

[9] Аркаим: Некрополь /сост. Д.Г.Зданович. - Челябинск, 2003.

[10] Аркаим: Некрополь /сост. Д.Г.Зданович. - Челябинск, 2003.

[11] Генинг В. Ф., Зданович Г. Б., Генинг В. В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Т. 1. - Челябинск, 1992.

[12] Генинг В. Ф., Зданович Г. Б., Генинг В. В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Т. 1. - Челябинск, 1992.

[13] Генинг В. Ф., Зданович Г. Б., Генинг В. В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Т. 1. - Челябинск, 1992.

[14] Генинг В.Ф., Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта. Челябинск, 1991;

[15] Генинг В.Ф., Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта. Челябинск, 1991;

[16] Зданович Д.Г. Аркаим: древность, модерн, постмодерн // Национальная безопасность и геополитика России, 2000, №8-9

[17] Зданович Д.Г. Аркаим: древность, модерн, постмодерн // Национальная безопасность и геополитика России, 2000, №8-9

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Здравствуйте! Если Вам нужна помощь с учебными работами, ну или будет нужна в будущем (курсовая, дипломная, отчет по практике, контрольная, РГР, решение задач, онлайн-помощь на экзамене или "любая другая" работа...) - обращайтесь: VSE-NA5.RU Поможем Вам с выполнением учебной работы в самые короткие сроки! Сделаем все быстро и качественно. Предоставим гарантии!
Аристарх14:40:26 16 мая 2019

Работы, похожие на Реферат: Хронологические и территориальные рамки

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(229728)
Комментарии (3128)
Copyright © 2005-2019 BestReferat.ru bestreferat@gmail.com реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru