Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364139
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62791)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21319)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21692)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8692)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3462)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20644)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: работа

Название: работа
Раздел: Остальные рефераты
Тип: реферат Добавлен 05:26:01 27 октября 2011 Похожие работы
Просмотров: 98 Комментариев: 6 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Курсовая работа

Системный подход в социально-гуманитарном познании

Содержание

стр.

1. Философские основания социально-гуманитарного знания 3

2. Функции философии в научном познании 10

3. Социальная философия как интегратор социогуманитарных наук в системно-целостном изучении личности 17

4. Политология в системе социально-гуманитарного знания. Структура политологии 22

5. Познание как форма активной интеллектуальной деятельности человека. Роль философии в формировании научного знания 27

Список литературы 31

1. Философские основания социально-гуманитарного знания

Философия осуществляет рефлексию парадигм (образцов, идеалов) научного знания и одновременно участвует – явно или неявно – в выработке новых парадигм. Доминирование той или иной философии задает соответствующий парадигмальный настрой в той или иной сфере познания. По отношению к социально-гуманитарному знанию наиболее репрезентативными являются парадигмы, инициируемые позитивистской, марксистской, неокантианско - герменевтической и постмодернистской философией. Дадим краткий критический анализ этих подходов.

Для позитивизма идеалом научного познания является формализованная система, причем основания формализации выбираются произвольно и принимаются на основе конвенции.

Специфика гуманитарного знания не учитывается, и гуманитарные дисциплины становятся просто полем интерпретации формальных моделей. Гуманитарное знание воспринимается как до конца, в принципе, формализуемый текст. Средством формализации могут оказаться, к примеру, системный подход или структуралистские посылы К. Леви-Строса. Я не отрицаю аналитического значения (а в случае с системным подходом даже и необходимости) таких приемов, но они явно не достаточны по отношению к специфической сути гуманитарии.

Более того, иногда они способны искажать действительное положение вещей, если интерпретации формальной схемы не предшествует содержательное рассмотрение проблемы. Но содержательный анализ предполагает возможность отражения объективной истины, а не просто конвенционального принятия «правил игры» и формальной непротиворечивости.

Марксизм выгодно отличается от позитивизма именно признанием объективной истины. Но, к сожалению, он также остается абсолютно «неэкзистенциальным», не схватывающим специфики гуманитарии. Не случайно в советский период нашей истории социально-гуманитарные дисциплины назывались общественными науками. Человеческая индивидуальность фактически сводилась к функции общественных отношений, субъективное - к функции и отражению объективного, к надстройке над базисом. Предметная область гуманитарии содержит в себе объективные социально-экономические структуры, но её специфика не редуцируется к их следствиям (расхожая фраза об «относительной самостоятельности» не спасает положения дел). Объективация должна лежать в основе формализации, но ни та, ни другая не достаточны для понимания собственной сущности гуманитарии, отличия humanities от sciences.

Представители Баденской школы В. Виндельбанд и Г. Риккерт, напротив, исходили из принципиальной неформализуемости и отсутствия полной объективируемости идеографического (исторического) знания в силу того, что история имеет дело с неповторимыми ситуациями. Гуманитарное знание при таком подходе, получается, посредством вживания в иную субъективность (этот аспект был наиболее полно разработан В. Дильтеем).

Указание на оба эти момента – неповторимость и особый способ её постижения – справедливы, и в этом бесспорное преимущество данной позиции по сравнению с марксизмом и позитивизмом. В наше время эта линия продолжена Х.-Г. Гадамером: «Для произведения искусства, сколько бы оно ни представлялось исторической данностью и одновременно возможным предметом научного исследования, все же остается в силе то утверждение, что оно само говорит нам нечто – причем таким образом, что сказанное им никогда не удастся исчерпать в понятии. То же самое относится и к опыту истории, так что идеал объективности исторического исследования никогда не является не только единственной, но и первостепенной стороной дела, в то время как отличительная особенность собственно исторического опыта состоит в том, что мы находимся внутри происходящего, не зная, что с нами случается, и лишь оглядываясь назад понимаем, что случилось».

Однако абсолютизация указанных моментов фактически выводит гуманитарию за пределы науки и, опять-таки, отказывает ей в праве на получение объективной истины.

Постмодернизм идет ещё дальше. Правильно критикуя структуралистов за допущение полной формализации текста и указывая на наличие в нём принципиальной неопределенности, представители этого течения (другие его названия – постструктурализм и деконструктивизм) вообще лишают гуманитарный текст объективного и субъективного смысла. Для них гуманитария (да и любое знание) – не более чем «литература», произвольная игра, замкнутое в себе «письмо» (Ж. Деррида), где знаки бесконечно «отсылают» друг к другу в неуловимых «различениях», не имея за собой каких-то определенных значений, отражающих объективную или выражающих субъективную реальность.

Итак, перед нами четыре образа гуманитарного знания: интерпретация формальных схем, объективное отражение социальной реальности («общественные науки»), интуитивное вживание в субъективную реальность и произвольная игра в дискурсе неопределенных различений, не имеющих ни объективных денотатов, ни субъективного авторства. В каждом из этих образов есть моменты истины. Действительно, в предметной области гуманитарии есть и нечто объективно повторяющееся, что допускает возможность получения объективного знания и определенной формализации, и, в то же время, имеют место уникальность субъективности и неопределенность текстовых «флуктуаций», что исключает абсолютную объективацию и формализацию. Но, ставя во главу угла только какой-то один из отмеченных моментов, каждое из рассмотренных направлений превращает момент истины в то, что Вл. Соловьев называет ложным «отвлеченным началом».

Наш краткий обзор позволяет выделить те категориальные узлы, анализ истинного соотношения которых, позволяет, как нам представляется, более четко определить специфику гуманитарного знания. Речь идет о соотношении объективного (повторяющегося, детерминируемого извне) и субъективного (содержащего в себе уникальное индивидуальное начало, детерминируемое внутренней спонтанностью), определенного (допускающего адекватное выражение в конечных формах) и неопределенного (неформализуемых флуктуаций, «различений» как следствия неустранимого присутствия бесконечности).

Изложим теперь в виде тезисов суть такой философской парадигмы гуманитарного знания, в которой соотношение указанных категорий с необходимостью и достаточностью характеризует специфику гуманитарии. Иными словами, попробуем показать, что каждый из выделенных выше «моментов истины» необходим, а все вместе - взятые в определенном соотношении – достаточны для выявления искомой специфики.

1. В человеческом знании можно выделить две сферы, в одной из которых доминирует отражение объективной реальности, а в другой – выражение и понимание субъективной реальности.

Последняя и является областью гуманитарного знания. Обе эти сферы пересекаются, так как для понимания субъективной реальности необходимо знание реальности объективной, а отражение объективной реальности направляется определенными субъективными установками. Их различие задается именно доминированием того или другого начала.

2. Гуманитарное знание, как и любое знание, есть определенная совокупность информации. Получение информации представляет собой узнавание в отражаемом явлении некоего эталона, содержащегося в тезаурусе (априорной информации, памяти) субъекта: разные субъекты в одном и том же объекте могут увидеть совершенно разные предметы. До определенной границы информация может быть понята как особый вид объективной реальности, как сигнальные структуры, репрезентирующие объективные – повторяющиеся и воспроизводимые (важнейшее требование научности!) – структуры. На таком уровне знание гуманитарных предметов (допустим, человека или культуры) может быть также объективировано и формализовано (истина позитивизма), как и знание естественнонаучных объектов. Жизнь человека и культуры может быть отражена в понятиях, могут и должны быть познаны объективные законы их бытия (истина марксизма).

3. Однако гуманитарный текст не сводится к до конца (в принципе) структурируемой информации. Интерпретация последней разными субъектами (личностями и типами культур) в конечном счете, задается исходной – индивидуально-неповторимой – интенцией субъективного начала (экзистенции, души, базовых переживаний, имеющих уже неинформационную природу).

Именно поэтому интерпретация, производимая разными субъектами, не может быть абсолютно повторяющейся (истина неокантианско - герменевтического подхода) и объективно воспроизводимой, схватываемой до конца в понятиях и формулах объективных законов.

Специфика гуманитарии начинается там, где адекватной формой выражения субъекта и интерсубъективного взаимопонимания становятся не понятия, но символы, значения которых, согласно А. Ф. Лосеву, обладают «семантической текучестью», т. е. бесконечной возможностью различных интерпретаций.

Отражение законов объективной реальности (как высшая ступень естественнонаучного познания) стремится к абсолютной однозначности. Напротив, выражение и взаимопонимание ценностей субъектов, направляющих производимое ими познание и преобразование, отвечающих на вопрос во имя чего они совершаются (как высшая ступень гуманитарного понимания), предполагает принципиальную нетождественность и неформализуемость личностных смыслов (как в отношении отдельных личностей, так и «симфонических личностей» различных культур).

4. Естественнонаучное знание в отношении конкретных конечных систем (в заданном интервале) преодолевает неопределенность, порождаемую бесконечностью изменений, претерпеваемых объективной реальностью (так в мире твердых тел 1+1 всегда будет = 2, а река, как бы она не изменялась, пока мы в неё входим, остается рекой). В гуманитарии неопределенность принципиально неустранима (истина постмодернизма) вследствие уникальности исходного субъективного основания поливариантной интерпретации символов.

5. Таким образом, гуманитария есть взаимодополняющее единство объективного знания, ориентирующегося на истину, и интерсубъективного понимания (сопереживания), ориентирующегося на проникновение в правду (ценностное кредо субъекта) Другого.

Объективируемый уровень гуманитарного знания, выражаемый в рациональных формах, отражает общую структуру соответствующей предметной области (классический пример – роль системного подхода в гуманитарии) и содержит в себе её характеристики, которые являются общезначимыми, верифицируемыми и, в принципе, могут быть однозначно определенными и формализуемыми.

Однако такой текст, если он является гуманитарным, всегда помещен и содержит в себе сверхструктурный контекст. Он сам оказывается «островком» в океане возможностей субъективно детерминируемой интерпретации – многозначной и включающей неустранимую неопределенность (вечное становление, «различение») и внутри себя имеет соответствующие «лакуны».

В рамках общей рационально понятой структуры контекстуальная «добавка» может быть отчетливо осознана только как то, что Николай Кузанский называл «знанием о незнании». Все «моменты истины» вносят свой вклад в общую картину, но не редуцируются друг к другу. Без объективности и определенности нет знания, без субъективности и неопределенности нет гуманитарного знания.

Попробуем применить предложенное видение гуманитарии к анализу общегуманитарной роли понятий, так или иначе присутствующих в любой из социально-гуманитарных дисциплин: культуры и интеллигенции.

Культура как предмет исследования не дана наглядно. Согласие с эмпириками, которые предлагают «без всякой философии» просто описывать явления культуры, на практике означают, что под культурой понимают то, что ближе по базовому образованию (например, искусство) или то, что подведомственно министерству культуры. Далее, одни полагают, что культура – это всегда нечто «хорошее» и абсолютно противоположное антикультуре, другие же считают возможным говорить и о, скажем, культуре мафии. Одним словом, требуется философский анализ оснований культурологии и, прежде всего, самого понятия культуры.

Существуют три подхода к культуре: предметно-культурологический, категориально-философский и идеологически-мировоззренческий. Задачей первого является описание и объяснение феноменов культуры; задачей второго – выявление категориального статуса культуры как атрибута бытия человека и тем самым обоснование предмета культурологии; задачей третьего – формулирование и обоснование идеалов «подлинной культуры» с позиций определенного мировоззрения. Уже это разделение позволяет понять, что в категориальном плане культура есть везде, где есть человек, а в мировоззренческом - можно и нужно противопоставлять культуру и антикультуру (аналогичная ситуация относительно морали и эстетики: как атрибутивные характеристики человеческого бытия они всеобщи, что, однако, не мешает с позиций разных мировоззренческих идеалов говорить о подлинной и неподлинной морали, о развитом и примитивном эстетическом вкусе). Культурология, как и любая гуманитарная дисциплина, если она имеет дело с исследованием культуры, должна исходить из определенного категориального понимания культуры, четко осознавать принимаемые исследователем мировоззренческие идеалы и не смешивать одно с другим.

При обсуждении категориального статуса культуры стало расхожей фразой утверждение о том, что, будто бы, предложены сотни «определений» культуры.

В действительности же речь идет не об определениях, но о более или менее интересных характеристиках отдельных аспектов этого сложного явления. В становлении действительно категориального понимания культуры (т. е. содержащего в себе признаки, необходимые и достаточные для её отличения от других атрибутов человеческого бытия) можно выделить четыре подхода, дополняющие друг друга и являющиеся «ступеньками» в восхождении от абстрактного к конкретному в рассмотрении этой категории. Во-первых, понимание культуры как всего сделанного, искусственного в противоположность естественному, натуре (прямое истолкование этимологии данного слова). Во-вторых, понимание культуры как деятельности субъекта в противоположность системе объективных общественных отношений. В-третьих, информационная трактовка культуры как трансляции опыта в знаковых формах. В-четвертых, аксиологический подход, согласно которому системообразующим ядром культуры являются ценности субъекта.

Синтезируя эти подходы (каждый из которых необходим, а все вместе достаточны для выявления категориальной специфики интересующего нас феномена), можно предложить следующее категориальное определение: культура есть семиотический аспект процесса и результатов человеческой деятельности, в которых воплощаются ценности субъекта (общества группы, личности).

Во избежание недоразумений добавим, что под ценностью мы понимаем жизненный смысл как внутреннее основание выбора и аранжировки целей и средств деятельности, аксиоматическое для субъекта определенного образа жизни.

Информационная сторона культуры вполне объективируема, и это справедливо также и для той информации, которая может быть получена относительно ценностей.

Однако глубинное ядро жизненных смыслов культуры есть выражение уникальности субъекта, и может быть освоено в диалоге культур лишь через сопереживание. Но это сопереживание, как отмечал М. М.Бахтин, предполагает не абсолютное тождество субъектов, но и следование тому, что он называл принципом вненаходимости, т. е. сохранения индивидуальности субъектов, вступающих в диалог. А отсюда, в свою очередь, следует (и это хорошо проанализировано Х.-Г. Гадамером), что такой диалог не сводится к объективному отражению, что становление интерсубъективности (как результата диалога) включает в себя субъективную творческую интерпретацию.

Иначе говоря, истинное знание культуры Другого – необходимая подготовительная ступень диалога культур. Диалог, однако, не будет успешным без творчества и сотворчества новой правды. Понятие культуры лишь указывает необходимость и место этого решающего компонента гуманитарного взаимопонимания, но его осуществление совершается уже внепонятийными средствами.

Если пояснить сказанное на примере исторического исследования, то это означает, что выявление необходимых объективных социально-экономических структур (что характерно для марксистской методологии), хотя и необходимо, но явно недостаточно и даже не является ведущим без проникновения в глубины менталитета субъектов, которые не сводятся к функциям этих структур (хотя такой момент в них присутствует), но, прежде всего, обладают потенциями выбора и творчества, направленность которых задается их базовыми ценностями.

Интеллигенция в рамках марксистских традиций сводится к профессиональной социальной группе работников умственного труда. Для количественного учета это, конечно, удобно, но много ли дает такой подход для понимания действительной сути и роли данного культурного феномена? Поведение любой социальной группы определяется не только её местом в системе объективных общественных отношений (допустим, по отношению к собственности или профессиональному разделению труда), но также и её ролью в культуре. А если согласиться с предложенным выше пониманием последней, то ясно, что, прежде всего, имеются в виду базовые ценности соответствующего субъекта человеческой деятельности. Именно на этой основе и был введен термин «интеллигенция» в России 60-х годов ХIХ столетия: подразумевалась группа людей, независимо от их классового и профессионального статуса, которая видела свой долг и предназначение в борьбе за справедливое переустройство общества.

Это понятие хорошо соотносилось со своей противоположностью – мещанством, которое А. И. Герцен также трактовал не в сословном, но в аксиологическом смысле, как людей эгоистически-конформистского настроя.

В начале ХХ века Р. Иванов-Разумник, сохраняя культурноаксиологический подход, наполняет эту пару противоположностей новым, так сказать, модернистским содержанием. Основное различие он видит теперь в «яркости» свободного самовыражения на одном полюсе и «серости», безликости – на другом.

Такой взгляд в наше время привел к противопоставлению «элиты», «продвинутых», которые измеряют степень прогресса общества возможностями для их самовыражения (всё более игрового и безответственного в постмодернистском варианте) и «масс», достойных лишь участи манипулируемого электората. Но это ведет к смерти интеллигенции как удивительного культурного феномена, знаменовавшего собой бескорыстное служение Общему делу. Нынешние интеллектуалы-прагматики вливаются в состав «правящего меньшинства» или его информационной обслуги с их откровенно конформистскими ценностными ориентациями.

Не впадая в романтическую грусть, поставим вопрос функционально: можно ли решить современные глобальные проблемы (провести глобализацию, ведущую к ноосфере, а не к диктатуре финансового капитала), не имея стратегии, базирующейся на принципиально новых ценностях (не максимум власти и потребления, но оптимум во внутричеловеческих и человеческо-природных отношениях)? Но кто может взять на себя «майевтику» этих ценностей и разработку соответствующей стратегии? Понятно, что не нынешние «политтехнологи». Без интеллигенции, соответствующей этимологии данного слова (intelligens – понимающий), без людей ориентированных не на «волю к власти» и самореализацию любой ценой, но на взаимопонимание в диалоге культур, на созидательное сотворчество, стратегия решения глобальных проблем не получит своего духовного основания. Вот и решайте, что важнее: учет профессионально-образовательного статуса или базовых ценностей, отвечающих на вопрос «во имя чего?

Разумеется, мы не отрицаем объективной необходимости соответствующего профессионально-образовательного уровня. Вопрос в другом: чему он будет служить? «Образовательное» общество должно быть гуманитарным в своей основе. Но какая же гуманитарность, сутью которой является ориентация на диалог и взаимопонимание, без именно таким образом ориентированной интеллигенции?

Таким образом, при попытке интерпретировать наше представление о гуманитарии на понимание культуры и интеллигенции все три феномена оказались замкнутыми друг на друга. Герменевтический круг в чистом виде.

Но ориентация на абсолютную объективность по отношению к таким явлениям привела бы к другому герменевтическому кругу – только не осознаваемому сторонниками данного подхода и более примитивному: чтобы уйти от субъективности, надо стать роботом. Мы же предлагаем взаимодополнительность субъективности и объективности с четким разделением их функций. Субъективность (её ценности) направляет, а знание законов объективности обеспечивает успешное движение в направлении, выбранном и/или сотворенным субъектом. Знания и ценности не редуцируются друг к другу, но лозунг «Знание – сила» хорош только на службе другого, более адекватного нуждам современности лозунга: «Взаимопонимание – мудрость».

2. Функции философии в научном познании

1. Философия разрабатывает определенные "модели" реальности, сквозь "призму" которых ученый смотрит на свой предмет исследования (онтологический аспект). Философия дает наиболее общую картину мира в его универсально-объективных характеристиках, представляет материальную действительность в единстве всех ее атрибутов, форм движения и фундаментальных законов. Такая философская картина мира (в отличие от религиозной, мифологической и т. п.) служит предпосылкой и условием для разработки физической, биологической и других картин мира в качестве универсальной онтологической установки. Иначе говоря, философия дает общее видение мира, на основе которого строятся видения частнонаучного характера как элементы более широкого целого - философского осмысления реальности. Именно оно позволяет увидеть место и роль частнонаучных представлений, "прописать" их в качестве необходимых моментов, сторон общей картины мира.

Философия дает общее видение мира не только в том виде, каким он был прежде (прошлое) и каков он теперь (настоящее). Философия, осуществляя свою познавательную работу, всегда предлагает человечеству некоторые возможные варианты его жизненного мира. И в этом смысле она обладает прогностическими функциями. Таким образом, важнейшее предназначение философии в культуре - понять не только каков в своих глубинных структурах и основаниях наличный человеческий мир, но каким он может и должен быть.

2. Философия "вооружает" исследователя знанием общих закономерностей самого познавательного процесса, учением об истине, путях и формах ее постижения (гносеологический аспект). Философия (особенно в ее рационалистическом варианте) дает ученому исходные гносеологические ориентиры о сущности познавательного отношения, о его формах, уровнях, исходных предпосылках и всеобщих основаниях, об условиях его достоверности и истинности, о социально-историческом контексте познания и т. д.

Хотя все частные науки осуществляют процесс познания мира, ни одна из них не имеет своим непосредственным предметом изучение закономерностей, форм и принципов познания в целом. Этим специально занимается философия (точнее гносеология как один из основных ее разделов), опираясь на данные других наук, анализирующих отдельные стороны познавательного процесса (психология, социология, науковедение и др.).

Кроме того, любое познание мира, в том числе научное, в каждую историческую эпоху осуществляется в соответствии с определенной "сеткой логических категорий". Переход науки к анализу новых объектов ведет к переходу к новой категориальной сетке. Если в культуре не сложилась категориальная система, соответствующая новому типу объектов, то последние будут воспроизводиться через неадекватную систему категорий, что не позволяет раскрыть их сущностные характеристики. Развивая свои категории, философия тем самым готовит для естествознания и социальных наук своеобразную предварительную программу их будущего понятийного аппарата. Применение разработанных в философии категорий в конкретно-научном поиске приводит к новому обогащению категорий и развитию их содержания.

В последнее время возрос интерес к анализу новых тенденций в развитии теории познания, к приведению ее содержания в соответствие с новым этапом развития современной науки. В этой связи активно обсуждаются, в частности, проблемы объекта и объективности познания (с критикой "натуралистического объективизма"), зависимость утверждений о существовании объектов от определенной концептуальной системы, взаимосвязь научного познания и его методологии с ценностно-целевыми ориентирами; более строгий учет относительности объекта к средствам, операциям и методам познавательной деятельности субъекта, который все чаще понимается как "коллективный субъект" научного познания.

Новое осмысление объективности знания через включение в арсенал рациональности "нетрадиционных" характеристик влечет за собой дальнейший, более глубокий анализ взаимосвязи этих характеристик и объединение гносеологических и социологических "концептуальных схем" в единую теорию познания. Важнейшие перемены происходят в теории познания в связи с бурным развитием и введением в сферу науки сложных, самоорганизующихся, целостных, саморазвивающихся систем, в том числе и "человекоразмерных" (биотехнология, экология, информатика, социокультурная сфера и т. п.). Все более широко в проблемное поле гносеологии входят вопросы социокультурной детерминации объектов познания.

3. Философия дает науке наиболее общие принципы, формулируемые на основе определенных категорий. Эти принципы реально функционируют в науке в виде всеобщих регулятивов, универсальных норм, требований, которые субъект познания должен реализовать в своем исследовании (методологический аспект). Изучая наиболее общие закономерности бытия и познания, философия выступает в качестве предельного, самого общего метода научного исследования. Этот метод, однако, не может заменить специальных методов частных наук, это не универсальный ключ, открывающий все тайны мироздания, он не определяет априори ни конкретных результатов частных наук, ни их своеобразных методов.

Так, например, принципы диалектики образуют определенную субординированную систему и, взятые в их совокупности, представляют собой методологическую программу самого верхнего уровня. Они задают лишь общий план исследования, его стратегию (поэтому их называют стратегическими), ориентируют познание на освоение действительности в ее универсально всеобщих характеристиках. Их эвристическая мощь зависит как от их содержания, так и от их умелого правильного применения.

Философско-методологическая программа не должна быть жесткой схемой, "шаблоном", стереотипом, по которому "кроят и перекраивают факты", а лишь "общим руководством" для исследования. Не являются философские принципы и механическим "набором норм", "списком правил" и простым внешним "наложением" сетки всеобщих категориальных определений и принципов на специально научный материал. Совокупность философских принципов - гибкая, подвижная, динамическая и открытая система, она не может "надежно обеспечить" заранее отмеренные, полностью гарантированные и заведомо "обреченные на успех" ходы исследовательской мысли.

4. От философии ученый получает определенные мировоззренческие, ценностные установки и смысложизненные ориентиры, которые - иногда в значительной степени (особенно в гуманитарных науках) - влияют на процесс научного исследования и его конечные результаты (аксиологический аспект).

Философская мысль выявляет не только интеллектуальные (рациональные), но также нравственно-эмоциональные, эстетические и другие человеческие универсалии, всегда относящиеся к конкретным историческим типам культур, и вместе с тем принадлежащие человечеству в целом (общечеловеческие ценности).

Философия играет роль критической "селекции", т. е. аккумуляции мировоззренческого опыта и его передачи (трансляции) следующим поколениям.

Тем самым она предлагает ученому различные варианты миропонимания ("возможные миры", "мировоззренческие образы"), которые всегда являются интеграцией всех форм человеческого опыта - практического, познавательного, ценностного, эстетического и других.

Философия (особенно в ее "экзистенциальных вариантах") "поставляет" ученому огромный материал для формирования его системы взглядов на объективный мир (и на свое место в нем), его жизненной позиции, убеждений, идеалов и ценностных ориентаций, его интересов, пристрастий, нравственных принципов и т. д. и т. п.

5. В наибольшей степени философия влияет на научное познание при построении теорий (особенно фундаментальных), Это наиболее активно происходит в периоды "крутой ломки" понятий и принципов в ходе научных революций. Очевидно, указанное влияние может быть как позитивным, так и негативным - в зависимости от того, какой философией - "хорошей" или "плохой" - руководствуется ученый и какие именно философские принципы он использует. Известно в этой связи высказывание В. Гейзенберга о том, что "дурная философия исподволь губит хорошую физику". А. Эйнштейн справедливо полагал, что если под философией понимать поиск знания в его наиболее полной и широкой форме, то философия, несомненно, является "матерью всех научных знаний".

Если говорить более конкретно, то влияние философии на процесс специально-научного исследования и построение теории заключается, в частности, в том, что ее принципы "при переходе от умозрительного к фундаментальному теоретическому исследованию выполняют своеобразную селективную функцию. Последняя заключается в том, что из множества умозрительных комбинаций исследователь реализует только те из них, которые согласуются с его мировоззрением". Но не только с ним, а также с философско-методологическими и иными ориентациями ученого. История науки дает тому массу примеров.

Так, А. Эйнштейн при создании своей теории относительности особое внимание обращал на такие философские принципы, как причинность, наблюдаемость, относительность пространства и времени (и зависимость их свойств от движущейся материи). При формировании квантовой теории важную роль играли такие философские принципы, как принцип диалектического противоречия (в форме принципа дополнительности), принцип соответствия (диалектическое отрицание), принцип активности субъекта, принципы детерминизма и причинности (в их различных формах) и др.

Философские принципы в качестве селекторов "работают", разумеется, только тогда, когда встает сама проблема выбора и есть из чего выбирать (те или иные умозрительные конструкты, гипотезы, теории, различные подходы к решению задач и т. п.). Если имеется множество вариантов решений какой-либо частнонаучной проблемы и возникает необходимость выбора одного из них, то в нем "участвуют" опытные данные, предшествующие и сосуществующие теоретические принципы, "философские соображения" и др.

Следует иметь в виду, что неверные, "дурные" философские принципы могут привести к построению правильной теории, и наоборот, руководствуясь принципами "хорошей" философии, ученый может прийти к ошибочным выводам. Философские принципы - лишь один из многих факторов научного поиска - наряду с опытом, воображением, фантазией, интуицией и т. п.

Следовательно, даже при наличии "безупречных" философских принципов положительный научный результат еще отнюдь не гарантирован.

Если такие принципы адекватно отражают объективную реальность и ее атрибуты, то выбор (при прочих равных условиях) может привести к успеху, и наоборот. Непосредственной целью выбора, строго говоря, отнюдь не является "нахождение истины". Последнюю способны обнаружить только опыт, наблюдение, эксперименты.

6. Существенное влияние на развитие познания философия оказывает своей "умозрительно-прогнозирующей" функцией. Речь идет о том, что в рамках философии (а точнее в той или иной ее форме) вырабатываются определенные идеи, принципы, представления и т. п., значимость которых для науки обнаруживается лишь на будущих этапах эволюции познания. Особенно богатой в этом отношении была натурфилософия, но не только она. Таковы, в частности, идеи античной атомистики, которые стали естественнонаучным фактом лишь в XVII-XVIII вв. Таков развитый в философии Лейбница категориальный аппарат, выражающий некоторые общие особенности саморегулирующихся систем. Таков и гегелевский аппарат диалектики, "предвосхитивший" сущностные характеристики сложных саморазвивающихся систем, в том числе и идеи синергетики, не говоря о квантовой механике (дополнительность, активность субъекта и др.).

Говоря о соотношении гуманитарного образования, естествознания и западной культуры, Гейзенберг считал, что во всех современных науках (особенно естественных) имеются признаки их общего истока, который "кроется, в конечном счете, в античном мышлении". Здесь мы, по его мнению, находим умение владеть "одним из наиболее мощных интеллектуальных орудий", выработанных западноевропейской мыслью, - "навыками принципиального мышления". Вот почему великий физик был твердо уверен в том, что "вряд ли возможно продвинуться в современной атомной физике, не зная греческой натурфилософии. Но тот, кто хочет дойти до самой сути в том деле, которым он занимается, будь это техника или медицина, - тот рано или поздно придет к этим истокам и многое приобретет для своей собственной работы, если научится у греков радикальности мышления, постановке принципиальных проблем". Вот почему очень полезным делом является изучение философии (в ее самых различных формах и направлениях) представителями частных наук, что и делали великие творцы науки.

7. Философско-методологические принципы в их единстве выполняют в ряде случаев функцию вспомогательного, производного от практики критерия истины. Они не заменяют практику как решающий критерий, но дополняют его - особенно когда обращение к ней, в силу целого ряда обстоятельств, невозможно.

Так, например, если замечены нарушения со стороны исследователя таких принципов диалектики, как объективность, всесторонность конкретность, историзм и других, то никакой практики не нужно, чтобы убедиться в том, что выводы, сделанные на такой "основе", вряд ли будут истинными.

8. Интегративная (синтетическая) функция философии - системное, целостное обобщение и синтез (объединение в новом образе) разнообразных форм познания, практики, культуры - всего опыта человечества в целом. Философское обобщение - это не простое механическое соединение частных проявлений этого опыта, а качественно новое, всеобщее и универсальное знание.

Для философии, как и для всей современной науки, характерны именно синтетические, интегративные процессы - внутридисциплинарные, междисциплинарные, между естествознанием и социально-гуманитарными науками, между философией и наукой, между научным и вненаучным знанием, между формами общественного сознания и т. п.

Несмотря на несходство, а порой конфликты между отдельными философскими учениями, философия по существу своему интегральна и синтетична. Она выражает в своих категориях многообразный человеческий опыт и потому является "метаязыком" всех его проявлений, самым общим "интегратором" познания и практики, в том числе и их методов ("интеграция по методу").

9. Критическая функция философии, которая в этой своей функции нацелена на все сферы человеческой деятельности - не только на познание, но и на практику, на общество, на социальные отношения людей.

Критика - способ духовной деятельности, основная задача которого состоит в том, чтобы дать целостную оценку явления, выявить его противоречия, сильные и слабые стороны, позитивные и негативные моменты. Существуют две основных формы критики:

1. Негативная, разрушительная, "тотальное отрицание", отвергающее все и вся;

2. Конструктивная, созидательная, не уничтожающая все "до основания", а сохраняющая позитивное (но переработанное) содержание старого в новом, предлагающая конкретные пути решения проблем, эффективные способы преодоления заблуждений.

В философии и научном познании встречаются обе формы критики, но наиболее продуктивной и плодотворной является критика конструктивная. Крупный философ XX в. К. Поппер считал, что принцип "все открыто для критики" является "величайшим методом науки".

Способность философии к конструктивному анализу "всего сущего" - ее "структурный реквизит". Она нацелена на развенчание многоразличных заблуждений, догм, суеверий, предрассудков, стереотипов, "идолов разума" и т. п. - этих, по выражению Ф. Бэкона, докучливых и тягостных противников, парализующих, притупляющих ищущую мысль и преобразующее действие.

Философская критика мысли должна быть тесно связана и перерастать в критику социальной действительности. Критикуя идеи существующего мира, философ - вольно или невольно - критикует и сам этот мир. Отсутствие критического подхода неизбежно оборачивается апологетикой - предвзятой защитой, восхвалением чего-либо вместо объективного анализа.

Воздействие философских принципов на процесс научного исследования всегда осуществляется не прямо и непосредственно, а сложным опосредованным путем - через методы, формы и концепции "нижележащих" методологических уровней.

Философский метод не есть "универсальная отмычка", из него нельзя непосредственно получить ответы на те или иные проблемы частных наук путем простого логического развития общих истин. Он не может быть "алгоритмом открытия", а дает ученому лишь самую общую ориентацию исследования, помогает выбрать кратчайший путь к истине, избежать ошибочных ходов мысли.

Следует иметь в виду, что роль философских принципов довольно часто маскируется многообразными по своей природе "затемняющими обстоятельствами". Поэтому чаще всего требуется очень тонкий и глубокий анализ для выявления этой роли, которую не следует ни недооценивать, ни переоценивать.

Поскольку влияние философии на науку является, как правило, опосредованным, тем более в условиях возрастающей расходимости их языков, то очень актуальной становится проблема адекватной "стыковки" философских и специально-научных представлений, "перевода" первых во вторые. Свою эвристическую функцию философия в качестве универсального регулятива может плодотворно осуществлять лишь постоянно соотнося себя с другими уровнями методологического знания, реализуя свои потенции в них и через них.

Так, например, философский принцип единства необходимости и случайности может успешно "сработать" только тогда, когда будут учтены (а не высокомерно проигнорированы) те общенаучные представления о случайности, которые разработаны в теории вероятности, теории информации, кибернетике, синергетике и т. д.

Таким образом, недопустимо рассматривать общие философские положения, руководящие принципы и идеалы в качестве прямых средств объяснения конкретных ситуаций и решения специфических научных проблем. Это лишь самые общие абстрактные схемы, которые должны быть вписаны в конкретный материал, ибо они сами по себе ничего не определяют и ничего не объясняют.

Философские методы не всегда дают о себе знать в процессе исследования в явном виде, они могут учитываться и применяться либо стихийно, либо сознательно. Но в любой науке есть элементы всеобщего значения (например, законы, категории, понятия, принципы и т. д.), которые и делают всякую науку "прикладной логикой". В каждой из них "властвует философия", ибо всеобщее (сущность, закон) есть всюду (хотя всегда оно проявляется специфически). Наилучшие результаты достигаются тогда, когда философия является "хорошей" и применяется в научном исследовании вполне сознательно.

Следует сказать, что широкое развитие в современной науке внутринаучной методологической рефлексии не "отменяет" философские методы, не элиминирует их из науки. Эти методы всегда в той или иной мере присутствуют в последней, какой бы степени зрелости ни достигли ее собственные методологические средства.

Философские методы, принципы, категории "пронизывают" науку на каждом из этапов ее развития. Так, любая наука использует практически весь арсенал категорий диалектики, в ней всегда стоит проблема истины и ее соотношения с заблуждением, традиционно трудными для ученых являются проблемы взаимосвязи материального и идеального, субъекта и объекта и других сугубо философских вопросов. На них "узкий специалист" неизбежно "натыкается" и вынужден так или иначе их решать, равно, как и свои специально-научные и собственно методологические вопросы.

Реализация философских принципов в научном познании означает вместе с тем их переосмысление, углубление, развитие.

Так, например, квантовая механика, по словам Н. Бора, преподала нам "гносеологический урок". А. Эйнштейн и Л. Инфельд отмечали, что "результаты научного исследования очень часто вызывают изменения в философских взглядах на проблемы, которые распространяются далеко за пределы ограниченных областей самой науки.

Философские обобщения должны основываться на научных результатах. Однако, раз возникнув и получив широкое распространение, они очень часто влияют на дальнейшее развитие научной мысли, указывая одну из многих возможных линий развития. Успешное восстание против принятого взгляда имеет своим результатом неожиданное и совершенно новое развитие, становясь источником новых философских воззрений".

Тем самым путь реализации методологической функции философии есть не только способ решения фундаментальных проблем развития науки, но и способ развития самой философии, всех ее методологических принципов.

3. Социальная философия как интегратор социогуманитарных наук в системно-целостном изучении личности

Тысячелетний опыт развития философии убеждает, что существует центральная тема, вокруг которой сосредоточены остальные проблемы и вопросы. Это тема человека и личности. Об этом писали известные мыслители от древности (Сократ, Платон, Аристотель) до наших дней (Н. А. Бердяев, Ж.-П. Сартр, К. Ясперс и др.). «Что такое есть человек и каково его истинное назначение. Этот основной религиозно-философский вопрос, который есть, в сущности, последняя цель всей человеческой мысли», - отмечал русский философ С. Л. Франк.

Философское сознание конца XX - начала XXI веков характеризуется обостренным интересом к этой проблеме. «Возрождаются антропоцентрические варианты исследовательской парадигмы, идет поиск подхода к ее осуществлению».

На современном этапе развития мирового общества наметилось усиление интеграционных процессов по линии новой государственной целостности. Одной из важнейших тенденций развития новейшей философии является все большее внимание к человеку, к проблемам его бытия, к его внутреннему миру. «Вновь возросла потребность в разработке и применении целостного системного подхода к изучению социальных феноменов. Одним из таких феноменов является личность - «элементарный» социальный субъект».

На передний план все более выдвигаются социально-личностные проблемы (сохранение здоровья человека, преодоление кризиса культуры, гуманизация и гуманитаризация образования, демография).

Необычайно важна степень личностной зрелости и ответственности. Каждый субъект должен быть наделен функцией критического самосознания, самоконтроля, самообновления, деятельностной активности.

Как писал поздний Б. Рассел: «Мы достигли такого момента истории, когда само существование человеческой расы впервые зависит от того, насколько человеческие существа научатся этически размышлять».

Под способностью этически размышлять философ имел в виду умение выбирать определенные гуманистические ценности, предпочитая узкоэгоистическим общечеловеческие, которые станут основой для будущей интеграции человечества в одну систему. Предстоит изменить парадигму ценностного мышления, т. е. принять новое мышление, согласно которому человечество совершает переход к новой, более совершенной целостности, где решающую роль будут играть общечеловеческие ценности. В конечном счете, все человечество интегрируется в одну систему - единство многообразия входящих элементов.

Одним из факторов, способствующих этому, по мнению В. П. Кохановского, является концептуально-методологический сдвиг, произошедший в естествознании. Формируется новое - «организмическое» видение (понимание) человека и природы, «последняя все чаще рассматривается не как конгломерат изолированных объектов и даже не как целостный живой организм, изменения которого могут происходить в определенных границах. Нарушение этих границ приводит к изменению системы, к ее переходу в качественно иное состояние, которое может вызывать необратимое разрушение целостности системы.

Все более укрепляется идея взаимосвязи и гармонического отношения между людьми, человеком и природой, составляющими единое целое. В рамках такого подхода складывается новое видение человека, как органической части природы, а не как ее властителя. Получает развитие так называемая биосферная этика, которая включает не только взаимоотношения между людьми, но и взаимоотношения между человеком и природой».

В настоящее время выделяют три большие группы наук - социогуманитарные, естественные и инженерно-технические. К первой группе относятся психология, история, социология, педагогика, филология, языкознание, этика, эстетика и др. Ко второй - математика, физика, биология, химия и т. д. К третьей - механика, технология производства, машиностроение и т. д.

Основное отличие гуманитарных дисциплин от естественно-научных заключается в направленности первых на раскрытие внутреннего духовного мира при изучении человека и личности. Эта направленность реализуется (в противоположность естественно-научному анализу природных фактов) посредством особого герменевтического метода. Герменевтика - это метод интерпретации текстов, позволяющий достигать понимания их смысла. «Гуманитарные науки, - писал выдающийся отечественный мыслитель? М. Бахтин, - науки о человеке в его специфике, а не о безгласной вещи в естественном явлении. Человек в его человеческой специфике всегда выражает себя (говорит), т. е. создает текст (хотя бы и потенциально). Там, где человек изучается вне текста и независимо от него, это уже не гуманитарные науки (анатомия и физиология и др.)». Следовательно, текст, заключает он, есть «первичная данность (реальность) и исходная точка всякой гуманитарной дисциплины». В качестве такого текста могут выступать: устная или письменная речь, мимика человека, танец, песня, художественное произведение, научная монография или историческое событие.

Философская наука имеет дело, преимущественно, с философскими текстами разных исторических периодов и концептуальных направлений. Этим объясняется ее неустранимая плюралистичность (наличие разных, иногда альтернативных учений) и диалогичность (отношения диалога или научного спора между разными учениями и людьми, их изучающими). Каждая историческая эпоха рождает возможность и потребность нового прочтения известных текстов. Новое вносит и человек (личность), их познающий и ведущий с ними свой «внутренний» диалог. Этот диалог потенциально никогда не может быть завершен.

Важность диалога в социогуманитарных исследованиях трудно переоценить. «Не будет преувеличением сказать, - отмечают в своей работе A. M. Коршунов и В. В. Мантатов, - что логика диалога во многом заменяет эксперимент в гуманитарных науках. Здесь проходят как бы испытание на научную объективность гипотезы и суждения в процессе их столкновения и взаимообоснования, диалектического выявления и конструктивного преодоления противоречий познания. С помощью такого диалога осуществляется творческий синтез знания, конструируется новый смысл».

Однако, абсолютное противопоставление социогуманитарного познания точным наукам неправомерно.

«В действительности естественные и социогуманитарные науки имеют как общие (сходные) признаки, свойства, методы, так и специфические особенности... Следует также иметь в виду, что в связи с усилением интегративных тенденций в развитии науки, взаимопроникновением методов естественных и социально-гуманитарных наук демаркационная линия между ними размывается. Например, в междисциплинарных науках, таких, как социальная экология, информатика, биоэтика, деонтология и др., естественно-научные и социальные компоненты знания находятся в единстве, образуя некий сплав».

Как известно, процесс формирования отдельных научных дисциплин происходил в результате отграничения предмета одной науки от предмета других наук. Процесс этот носил изоляционистский характер, так как «отпочковываясь от системы протознания элементы науки (отдельные научные дисциплины) становились самодовлеющими в своей автономности: естественные связи между ними нарушались, структурные взаимодействия исчезали».

Эта тенденция специализации была ведущей вплоть до XIX в., когда возникла реальная угроза кризиса единства науки. Проблему решения синтеза научного знания взяла на себя философия. Это подчеркивают многие авторы (П. В. Алексеев, А. В. Панин, Д. Е. Фролов, Н. С. Савкин и др.).

Предварительно здесь следует вспомнить о трех этапах в развитии соответствующих процессов в науке:

1. Возникновение целостной системы знаний в античную эпоху (в форме философского знания);

2. Постепенная дифференциация наук и их обособление вплоть до возникновения кризиса единства науки (до XIX века);

3. Начало интеграции наук и преобладание этого процесса в современных условиях.

В настоящее время можно выделить три типа частных наук-интеграторов:

1. Переходные (стыковые) науки, возникшие на стыке близко стоящих наук (биофизика, биохимия и др.);

2. Синтезирующие науки, объединяющие несколько далеко стоящих друг от друга наук (кибернетика, социальная экология и др.);

4. Проблемные науки, возникшие для решения конкретных междисциплинарных проблем (онкология, космонавтика и др.).

Кроме того, две науки играют роль всеобщих интеграторов: математика и философия. Математика выполняет интегративную функцию посредством особого языка (цифровые знаки, символы и формулы) и общего метода (соответствующие математические операции и способы анализа).

Философия осуществляет интегративную функцию по отношению к науке, с одной стороны, непосредственно (через внедрение тех или иных философских категорий практически во все науки). С другой стороны, - опосредованно (через влияние на вышеназванные частно-научные интеграторы). Кроме того, она осуществляет эту функцию по отношению к культуре, выступая как общекультурный интегратор разных сфер общественной жизни, способствуя преодолению классовой, национальной, расовой и государственной разобщенности.

Специфика интегративной функции социальной философии в изучении целостной личности заключается в следующем:

1. В системно-целостном подходе к данному феномену. То есть она представляет личность как целостную систему с особым интегративным качеством. В то время как частные науки дают нам фрагментарные и односторонние знания о ней.

2. В комплексном подходе, т. е. социальная философия объединяет усилия разных дисциплин о личности (социологии, психологии, педагогики, филологии, этики, эстетики и т. д.). Используя отрывочные и неполные знания из различных сфер науки, социальная философия синтезирует их в наиболее общие и адекватные (целостные) представления. Это объединение осуществляется на основе разработки наиболее общих понятий: «человек», «личность», «общество», «эпоха» и др. Затем эти понятия конкретизируются в частных науках.

3. В использовании разных методов по принципу «взаимодополнительности». Например, метод социологического опроса, метод исторической реконструкции, герменевтический метод, системный метод (о нем речь пойдет ниже), аксиологический подход и т. д.

В сложившейся в мире ситуации «особую роль приобретают социально-философские исследования общемировоззренческого и методологического характера. Они помогают системно представить проблемы и реально осуществить комплексный подход к их решению, интегративно объединяя усилия частных наук».

Социальная философия «рассматривает общество в его целостности, системности, в качестве интегрального образования, которое не сводится к простой сумме входящих в него элементов. Вместе с тем оно берется как особая область объективной реальности (в сравнении с природой), специфическая часть всего мироздания, отличающаяся качественным своеобразием».

Таким образом, ключевая, главная цель этой науки - «ответить на вопросы: что мы называем обществом, чем оно является и чем оно не является, почему и как оно существует в мире, каковы условия, механизмы и формы его реального исторического бытия», а также раскрыть проблему происхождения, сущности и предназначения человека.

Социальное познание обладает рядом особенностей, обусловленных спецификой самого предмета исследования. Перечислим их вкратце:

1. Объектом познания здесь выступает единство материального и идеального, объективного и субъективного (человек как субъект общественных отношений является не только живым организмом, материальным субстратом социального, но и обладает сознанием (идеальным));

2. В социальном познании объект познания совпадает с субъектом (человек сам творит свою историю и сам же ее познает);

3. Социальное познание имеет дело с законами, которые носят вероятностный, статистический характер (т. е. задача познающего обнаружить за бесконечным многообразием социальных сил, действующих в обществе некую вероятностно-статистическую тенденцию, показывающую направленность исторического процесса);

4. Социальное познание связано с индивидуализированным объектом (каждый человек уникален и единичен, неповторимы исторические события и т. д.);

5. Социально-гуманитарное познание носит диалоговый характер (логико-критический анализ различных позиций и точек зрения позволяет в диалоге сопоставить и столкнуть гипотезы и суждения и вывести концептуально более обоснованное и логически непротиворечивое знание);

6) социальное познание имеет гетерогенный характер (существуют разные виды социального познания: социально-философское, социологическое, экономическое, политологическое, историческое и др. Они неодинаково отражают социальную действительность.

В отличие от них философское познание фиксирует наиболее общие связи и отношения общественной жизни, вследствие чего выступает как наиболее опосредованная форма социального знания);

7. Социальное познание преимущественно занимается изучением качественных сторон исследуемых объектов.

Поскольку социальные объекты носят индивидуализированный, во многих случаях уникальный и неповторимый характер, трудно поддаются обобщению, то и исследуются они главным образом со стороны качества, сущности.

Данные положения основываются на признании существования социума в качестве особого объекта, сущностное своеобразие которого нельзя вывести из простого сложения составляющих его человеческих индивидов.

Объединение людей в большие общности порождает совершенно новые свойства этих групп, поведение которых подчиняется иным закономерностям, чем поведение отдельно взятого человека.

Поэтому общественная наука представляет собой «особый способ подхода к жизни, в котором погашается личность ради совокупностей. - Лес представляет собой совокупность деревьев, каждое из них имеет свою жизнь; но можно изучать не только дерево в отдельности, но и лес вообще, ибо существует и сам лес, а не только деревья отдельно. Надо видеть и то, и другое», - писал известный русский философ и социолог С. Н. Булгаков.

«Подобным же образом человеческая жизнь протекает в рамках некоторых совокупностей, которые обладают своей собственной закономерностью, не раскрывающейся в личности.

Таким образом, общественная жизнь предполагает некоторую «сверхличную» жизнь - жизнь больших масс людей, взятую как целостность, как система».

4. Политология в системе социально-гуманитарного знания. Структура политологии

К изучению политической сферы жизни общества имеют отношение многие науки: философия, социология, теория государства и права, история, политическая география и т. д. Столь широкое поле исследований объясняется тем, что политика представляет собой в высшей степени сложное и многогранное явление.

Целесообразность и необходимость исследования политики под разными углами зрения признаются многими учеными-обществоведами, в том числе и политологами. Разногласия между ними начинаются при решении вопроса о месте политологии среди других наук о политике.

При решении этого вопроса в отечественной литературе отчетливо выделяется две позиции. Первая позиция исходит из представления, что Политология представляет собой лишь одну из наук о политике. В этом качестве она имеет предметом своего изучения институциональные стороны политической жизни, прежде всего механизмы власти в государстве.

Сторонники второй позиции, отмечая в качестве достоинства этого подхода то, что он позволяет при изучении политики использовать специфические метода»! различных наук, вместе с тем указывают на ряд его существенных недостатков.

Главный из них состоит в недостаточном учете целостности политической сферы, взаимосвязи разнообразных политических исследований.

Дробление политических исследований на отдельные отрасли, отсутствие обобщающей политической науки, по мнению сторонников второй позиции, не позволяют в полной мере отразить единство политики, ее системные качества. Поэтому политология должна представлять собой общую интеграционную науку о политике во всех ее проявлениях.

В соответствии с данным подходом политология рассматривается как целостная, внутренне дифференцированная, междисциплинарная наука, состоящая из ряда отраслей политического знания, исследующего различные стороны политики на разных уровнях познания и под различными углами зрения: политическую философию, теорию политики, политическую социологию, политическую историю, политическую психологию, политическую антропологию, теорию международной политики, политическую географию.

Политическая философия является наследницей философского этапа в развитии политологии. Философия, как известно, это теоретическая основа мировоззрения человека. Поэтому политическая философия, во-первых, придает политическому исследованию мировоззренческий характер.

Политической философии свойствен нормативно-ценностный подход. Этот подход предполагает выяснение значения политических явлений для жизни личности и общества в целом, их оценку с точки зрения общего блага, справедливости, свободы, уважения человеческого достоинства.

Этот подход ориентирован на разработку идеала политического устройства и путей его практического воплощения. Он в большей степени исходит не из реального, а из должного или желаемого и требует опираться в политических решениях на этические ценности и нормы. Иными словами, в этом аспекте исследований, во-первых, политическая философия вырабатывает ценностно-нормативные критерии политики. Во-вторых, политическая философия анализирует способы и средства познания политики, определяет смысл понятий и категорий политической науки, формулирует обобщенные теории и выявляет закономерности развития политического процесса.

Эти две стороны политико-философского подхода позволяют сделать вывод о том, что политическая философия служит мировоззренческо-методологической базой политологических исследований, обеспечивая целостность в изучении политики, выявление ее сущностных характеристик, дает оценку смысла и значения различных политических концепций, выявляет принципы и законы во взаимоотношениях индивида, общества и власти, соотношение рационального и иррационального начал, мотивационную основу и нравственные критерии политического поведения.

Политическая философия - это наиболее высокий и, следовательно, абстрактный уровень анализа политики. В этом заключаются как сильная, так и слабая его стороны, Сильная сторона состоит в том, что политическая философия создает для политического исследования мировоззренческо-методологическую базу, слабая - в умозрительности и эмпирической реальности суждений.

Более конкретно политическая сфера жизнедеятельности индивида и общества исследуется в теории политики. Теория политики вычленяется из государствоведения и правоведения и находится на стыке с целым рядом юридических дисциплин: теориями государства и права, конституционного права, международного публичного права и т. д.

В рамках данной проблематики теория политики исследует происхождение и роль государства и права, принципы их построения, роль правосознания и т. д. В решении этих вопросов пересекаются предметы исследования юридических наук и политологии.

Однако политология подходит к проблеме государственно-правовых отношений гораздо шире юридических дисциплин. Она рассматривает их, прежде всего как социальные явления, как политические институты, формы политической организации общества, имеющие своей главной целью реализацию социальных интересов. Одна из центральных проблем теории политики - это проблема политической власти, ее сущности, особенностей, ресурсов, оснований, легитимизации и т. д. Наряду с этим теория политики рассматривает политическую систему, институты государства, политические режимы, субъекты политики и т. д.

Теория политики развивается на базе обобщения эмпирического материала, конкретно-исторической практики. Значительную роль в создании теории политики играет сравнительная политология. В рамках сравнительной политологии проводятся исследования политической культуры различных стран и регионов, политических систем, организаций, политической антропологии и психологии.

Для формирования общей теории политики большое значение имеет осмысление накопленных политической мыслью идей и концепций. Поэтому к общей теории политики тесно примыкает политическая история. Политическая история изучает политические идеи, теории, институты и события в их хронологической последовательности.

Значительное место в системе политологических дисциплин занимает политическая социология. Политическая социология исследует социальный срез политических явлений. Она выявляет зависимость политики от различных сфер жизнедеятельности общества, влияние на политическую систему, политические институты и политическое поведение экономических отношений, социальной структуры, идеологии и культуры.

Наиболее ярко социологический подход к политике представлен в работах К. Маркса, В. И. Ленина, М. Вебера.

В марксизме политика трактуется как вторичное, надстроечное явление. Это коренное положение марксизма в отношении политики наиболее четко выражено в хрестоматийной формуле В. И. Ленина «политика есть концентрированное выражение экономики». Видный немецкий мыслитель М. Вебер, напротив, экономические и политические явления выводил из особенностей духовной жизни, культуры народов.

Политическая социология исследует политические явления на двух уровнях: теоретическом и эмпирическом. Задача первого уровня - выработка методологии исследований, создание объясняющих моделей, что важно для понимания политики. Но не меньшее значение в политологии имеют конкретные эмпирические политико-социологические исследования, которые служат основой прикладной политологии.

Прикладная политология имеет непосредственную практическую направленность. Поэтому прикладная политология концентрирует свое внимание на конкретных событиях и ситуациях в жизнедеятельности государств, партий, социальных групп индивидов. Прикладная политология вырабатывает практические советы и рекомендации конкретным участникам политического процесса, краткосрочные прогнозы, которые используются при принятии тех или иных политических решений.

Субъективные механизмы политических взаимодействий, связей и отношений, влияние на них сознания и подсознания человека, его разума, воли, эмоций, установок, убеждений, мотивации, ценностных ориентации изучает политическая психология. В политической психологии существует два среза исследования политического поведения:

1. Индивидуально-личностный и общественно-групповой. В индивидуально-личностном аспекте политическое поведение рассматривается как результат восприятия и осознания конкретным человеком тех или иных политических реалий: политических лидеров, программ партий, движений, деятельности властных структур и т. д.

Этот аспект особенно важен при изучении общественного мнения по различным вопросам: определения уровня политической культуры населения, участия индивидов в выборах органов власти, определения тех или иных приоритетов социальной политики и т. д.

2. Общественно-групповой аспект политико-психологических исследований направлен на выявление закономерностей и ситуативных реакций масс на воздействие внешней среды. Основными задачами этого аспекта политико-психологического исследования являются оценка общественных настроений, отслеживание механизмов «психического заражения» и т. д. Это особенно важно для понимания стихийных массовых действий: бунтов, мятежей, поведения людей во время митингов, демонстраций и других акций протеста или поддержки.

В систему политических наук входят также политическая антропология и политическая география.

Политическая антропология устанавливает связь политики с социобиологическими качествами человека, а также показывает влияние на политику социокультурных особенностей той или иной общности. Приоритетным направлением политико-антропологического исследования является выявление особенностей политической культуры того или иного народа, государства из особенностей его национальной культуры, «народного духа». Политическая география изучает зависимость политических процессов от их пространственного положения, обусловленность политики размерами, экономико-географическими, климатическими и другими природными факторами (близостью к океану, гористой или равнинной местностью, наличием природных ископаемых и т. д.).

Раскрыв междисциплинарный характер политологии, мы тем самым показали характер взаимодействия и взаимовлияния политической науки и других родственных ей гуманитарных и социальных наук: философии, истории, социологии, психологии. Однако для уяснения специфики политологии было бы полезно установить особенности подхода каждой из этих наук к изучению политической сферы общественной жизни.

Из всего цикла философских наук наиболее близкой политологии по объекту исследования является социальная философия. Социальная философия рассматривает политику под своим углом зрения - с общемировоззренческих и методологических позиций. В мировоззренческом плане социальную философию интересуют место и роль политической сферы общественной жизни среди других сфер общественной жизни:

1. Материальной, духовной, социальной. В социальной философии политика рассматривается в широком и многоплановом контексте как часть более сложной, динамичной и самовоспроизводящейся системы, каковой является человеческое общество.

Таким образом, философское исследование политической сферы направлено не на раскрытие действия в нем конкретных механизмов (этим преимущественно занимается политология), а на формирование общей картины мира и уяснение места в нем человека: является ли человек свободным, самодеятельным субъектом политического действия или же он пассивный объект воздействия различных сил и т. д. Важной областью социально-философских изысканий служат также изучение характера взаимодействия в политическом сознании общественного и индивидуального, личностного начала, исследование природа политических убеждений, верований, норм, ценностей и идеалов.

Тесная связь существует между политологией и социологией. Переплетение проблематики этих наук послужило поводом для дискуссии в научной литературе по вопросу о том, можно ли рассматривать политологию как самостоятельную науку или же в качестве политической социологии она является составной частью социологии.

Ряд видных теоретиков политики (М. Гравитц, М. Дюверже, М. Хэттинг, О. Берг-Шлоссер и др.) отказывают политологии в праве на самостоятельное существование и рассматривают ее в качестве политической социологии. Нам представляется более правильной позиция тех авторов, которые считают, что при такой трактовке политологии утрачивается дифференцированный подход к политике, недостаточно учитывается множественность политических дисциплин и, в частности, специфика социологического анализа политики.

К тому же при отождествлении политической социологии с политической наукой возникает вопрос об отношении к ней несоциологических политических дисциплин - политической философии, политической психологии, политической географии и т. д.

Понимая сложность разграничения областей исследования политологии и социологии, мы, как следует из вышеизложенного, считаем необходимым признать право на существование политологии как междисциплинарной целостной, но структурированной науки о политике и поэтому рассматриваем политическую социологию в качестве составной части политологии.

Как отмечалось ранее, политической теорией и практикой занимается целый цикл юридических дисциплин: теория государства и права, конституционное право, международное публичное право. И следует признать, что проблемное поле этих дисциплин пересекается с политологией. Однако, как справедливо считает М. Н. Марченко, этот цикл дисциплин в отличие от политологии не является чисто политологическим.

Эти науки более точно можно назвать политико-правовыми, поскольку они, занимаясь проблемами государства и права, в отличие от политологии не сосредоточивают внимание на политических явлениях, процессах и отношениях, а рассматривают их, прежде всего в юридическом плане, например, касающимися норм права, правоотношений, правомерного поведения, юридической ответственности и др.

Необходимость соблюдения последовательности действий в организации реального экономического процесса, сопряженного с участием в нем самых широких слоев общества, предопределяет необходимость проекционной и структурной фиксации предшествующих традиционных и современных подходов, оформляемых в соответствующих политических учениях, передающих степень фрагментарности и последовательной преемственности в различении взаимосвязи экономического и политического развития общества.

5. Познание как форма активной интеллектуальной деятельности человека. Роль философии в формировании научного знания

Дальнейшее различение знания для производственной деятельности трудовых ресурсов и предпринимательских способностей человека приводит к необходимости выявления теста интеллектуальной деятельности человека в совокупности факторов, обеспечивающих реализацию экономических отношений и процессов.

Философский аспект данной проблемы исследуется через рассмотрение познания как формы активной интеллектуальной деятельности человека.

Одна из задач философии применительно к проблеме познания состоит в раскрытии содержания принципа самого познания, выявлении его форм, структуры и типологий. Долгое время в отечественной философской литературе многообразие форм познания и видов знания сводилось в основном к выделению чувственного и рационального (логического) познания. Объективно такой подход был оправдан, ибо без ощущений, без чувственности невозможно никакое знание действительности, равно как и без соответствующей мыслительной, логической обработки невозможно получение результатов.

Развитие теории познания подтвердило значимость других способов получения знания. Так, в случае рассмотрения научного знания с точки зрения его системности, иерархичности на первый план выходит проблематика взаимоотношений теоретического и эмпирического.

Существуют и другие подходы. Что же такое чувственное и рациональное? В понимании и объяснении чувственной природы знания многое сделали сторонники сенсуализма (от латинского sensus - чувство, ощущение). Ведущую роль в познании они отводили чувственности - ощущению и восприятию. Действительно, сознание человека с внешним миром связано посредством ощущений. В соответствии с этим ощущения являются источником знаний.

Ощущение - исходный, простейший элемент процесса познания, результат воздействия внешнего мира на органы чувств человека. Механизмы ощущений более углубленно стали изучаться с появлением психофизики, именно с ее помощью была установлена минимальная интенсивность действия раздражителей, необходимая для получения ощущения - нижний абсолютный порог. Верхний порог чувствительности устанавливает такую величину интенсивности раздражения, при которой возникают болевые ощущения. Экспериментально установлено, что чувствительность органов чувств растет в арифметической прогрессии, а при росте интенсивности действия раздражителей - в геометрической.

В ходе эволюции живой природы у растений и животных развились специфические анализаторы, позволяющие воспринимать различные виды ощущений, то есть по-разному реагировать на многообразные раздражители. Например, мимоза на механическое воздействие (прикосновение руки) отвечает складыванием листьев. А теплокровные животные не воспринимают инфракрасного излучения. Все это свидетельствует о различной пропускной способности информации (сведений об окружающем субъекта мире) у разных организмов. Если под этим углом зрения подойти к человеку, то на первом месте в ряду органов восприятия - у него стоят зрение и осязание, затем - слух, вкус, обоняние.

В последние годы внимание ученых привлекли способности, обнаруженные у некоторых людей, к сверхчувственному восприятию (экстрасенсы). При обилии сведений об этом в большинстве своем не выходящих за рамки его констатации, природа экстрасенсорного восприятия остается неясной.

Важно подчеркнуть, что у человека формирование способности ощущения не ограничивается его биологической природой, а проходит под сильным воздействием социальных факторов, среди которых место, пожалуй, занимают обучение и воспитание. Исходными предпосылками познания ощущения становятся только в процессе восприятия. Исходными предпосылками познание ощущения становятся только в процессе восприятия.

Восприятие - это такое отражение человеком (и животным) предметов в ходе непосредственного воздействия на органы чувств, которое приводит к созданию целостных чувственных образов. Восприятие человека формируется в процессе практической деятельности на основе опущений. По мере индивидуального развития и приобщения к культуре человек осознает предметы путем включения новых впечатлений в систему уже имеющихся знаний.

Биологическая природа исследуются физиологией высшей нервной деятельности, основная задача которой - изучение структуры и функций головного мозга, а всего нервного аппарата человека.

Мышление - процесс отражения объекта реальности, составляющий высшую ступень человеческого познания.

В отличие от ощущения и восприятия мышление осуществляет сложно опосредованное отражение действительности и позволяет человеку узнать о таких ее признаках и свойствах, которые могут быть восприняты непосредственно его органом чувств.

Мыслительная деятельность предполагает акт соотнесения между собой данных субъективной практики и результатов, представляющих продукт самого явления в виде имеющихся знаний понятий. Мышление имеет социальную природу, то есть индивидуум становится субъектом мышления, лишь овладевая опытом, языком, приемами мыслительной деятельности.

Сложная природа мыслительного процесса сделала мышление объектом изучения многих дисциплин - от психологии и физиологии высшей нервной деятельности до логики и теории познания.

В последние десятилетия мышление стало предметом особого интереса со стороны информатики и кибернетики. Появилось немало исследований, обсуждающих проблему возможности создания искусственного интеллекта. Несомненные достижения в области моделирования и разработки новых типов компьютеров подкрепляли оптимизм сторонников расширения границ интеллектуальной сферы. Однако имеющиеся результаты в создании компьютерных систем новейших поколений не всегда оправдывают надежды.

Конструкторам искусственного интеллекта не удается преодолеть барьер, отделяющий природные, естественные мыслительные структуры от искусственных. Пока даже с помощью мощнейшего логического аппарата при наличии; казалось бы, совершеннейших технических средств не удается проникнуть в сокровенные механизмы деятельности мозга, его структуру, чтобы до конца уяснить уникальную специфику человеческого мышления. Без решения этой задачи создание искусственного интеллекта невозможно.

Достижения в раскрытии теории познания, уточнение представлений о его чувственной и рациональной формах привели на. определенном этапе к их абсолютизации, в противоречие эмпиризма и рационализма.

Эмпиризм (от греческого слова empeiria - опыт) - такое философское сторонники которого чувственный опыт считают единственным источником знания.

Возникновение эмпиризма своими корнями уходит в эпоху философии Нового времени. Особенно широкое распространение эмпиризм получил в учениях философов-идеалистов в XIX веке. Именно тогда он был положен в основу теории познания многих философских течений, и, прежде всего позитивизма и родственных ему направлений.

Противоположное эмпиризму направление - рационализм (от латинского слова rationalis - разумный). Его сторонники пытались уподобить истины, лежащие в основе всякого знания и якобы обосновывающие себя, ясным и отчетливым математическим формам.

Философская суть рационализма проявляется в утверждении, что разум - основа бытия, познания и морали.

Широкое распространение термин «рационализм» получил же в XIX веке. В своем большинстве выразители рационалистической философии настаивают на оценки, согласно которому всякая реальность имеет в себе самой или в начале, от которого она исходит, достаточное основание для собственного бытия.

Подобная трактовка рациональности преследует цель устранить различие между материализмом и идеализмом. Рационализм исходит из того, что разум является источником и критерием достоверности знания, в рамках рационализма мышление отрывается от чувственного восприятия.

Рационализм подразделяется на онтологический и гносеологический. Онтологический рационализм утверждает разумность бытия, наличие в бытие некоего разумного начала. Гносеологический - объявляет разум главной формой познания.

В противовес чувственному созерцанию эмпириков рационалисты (Декарт, Лейбниц, Спиноза) выдвинули идею сверхчувства. Издержки подобного подхода сказались в абсолютизации понятия «интеллектуальная интуиция», посреди которой разум, беря опоры на опыт и минуя чувственные данные, приходит к непосредственному постижению сущности бытия.

Противостояние эмпиризма и рационализма оставило заметный след в истории философии. И хотя понимание действительных причин имевшего место заблуждения позволяло преодолеть его, последствия односторонней трактовки не устранены окончательно.

Сегодня выделяют эмпирический и теоретический уровни знания. Их различие проводится по различным основаниям: по объекту исследования, уровню отражения объективного мира и характеру связи с практикой, по логическим приемам познания и т. п.

Эмпирический - это такой уровень знания, содержание которого получено из опыта (наблюдение, измерение, эксперимент). На этом уровне знание фиксирует качества и свойства изучаемого предмета, доступного чувственному созерцанию. Данные наблюдений и экспериментов образуют эмпирическую основу теоретического исследования.

Необходимость в такого рода сведениях подчас выступает причиной разделения наук на экспериментальные и теоретические, хотя, конечно, на практике нельзя добиться положения, когда из экспериментальных дисциплин начисто будет устранена теория, а из теоретических изъято всякое упоминание об эксперименте.

Теоретический уровень знания опирается на абстрактное мышление, для которого исходным пунктом исследования выступают результаты, полученные в ходе чувственного восприятия.

Анализируя проблемы научного познания, необходимо исходить из факта существования сложных и противоречивых связей между эмпирическим и теоретическим уровнями научного знания. Ориентация на какое-либо одно из этих гносеологических направлений не приведет к пониманию сути этих связей. Ибо гносеология эмпиризма ограничивается суммированием, сопоставлением и обобщением данных эмпирии, а односторонность всеохватного теоретизма - своеобразной реакции на узкий эмпиризм - игнорирует наличие эмпирии как самостоятельного элемента познания.

Достижения в раскрытии природы познания, уточнение представлений о его и чувственной рациональной формах привели на определенном этапе к их абсолютизации, в противоречие эмпиризма и рационализма.

Поскольку для философских вопросов характерна радикальность, т. е. исследуется не та или иная причинно-следственная связь, а смысл, который может быть присущ всему целому, то можно сделать вывод о том, что философия играет роль в формировании научного знания.

Поскольку исследование экономического пространства входит в категорию научного знания, то рассмотрение роли философии в формировании научного знания должно быть интересно для экономистов.

Список литературы

1. Гадамер Х.-Г. Текст и интерпретация. Герменевтика и деконструкция. СПб, 1999;

2. Сагатовский В. Н. Философия развивающейся гармонии. Ч.3: Антропология. СПб, 1999;

3. Микешина Л. А, Опенков М. Ю. Новые образы познания и реальности. - М., 1997;

4. Микешина Л. А. Философия познания. - М., 2002.;

5. Лекторский В. А. Эпистемология классическая и неклассическая. - М., 2001;

6. Гейзенберг В. Шаги за горизонт. - М., 1989;

7. Диалектика познания - Л. 1988;

8. Роль философии в научном исследовании. - Л. 1990;

9. Эйнштейн А., Инфельд Л. Эволюция физики. - М., 1965;

10. Кохановский В. П., Золотухина Е. В., Лешкевич Т. Г., Фатхи Т. Б. Философия для аспирантов: Учебное пособие. Изд. 2-е - Ростов н/Д: "Феникс", 2003. - 448 с.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Привет студентам) если возникают трудности с любой работой (от реферата и контрольных до диплома), можете обратиться на FAST-REFERAT.RU , я там обычно заказываю, все качественно и в срок) в любом случае попробуйте, за спрос денег не берут)
Olya18:01:07 01 сентября 2019
.
.18:01:06 01 сентября 2019
.
.18:01:05 01 сентября 2019
.
.18:01:04 01 сентября 2019
.
.18:01:04 01 сентября 2019

Смотреть все комментарии (6)
Работы, похожие на Реферат: работа

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(258805)
Комментарии (3487)
Copyright © 2005-2020 BestReferat.ru support@bestreferat.ru реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru