Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364139
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62791)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21319)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21692)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8692)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3462)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20644)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: А. Н. Громцев Петрозаводск 2003

Название: А. Н. Громцев Петрозаводск 2003
Раздел: Остальные рефераты
Тип: реферат Добавлен 06:14:04 03 октября 2011 Похожие работы
Просмотров: 61 Комментариев: 6 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

КАРЕЛЬСКИЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР

Материалы инвентаризации природных комплексов и научное

обоснование ландшафтного заказника «Сыроватка»

Руководитель НИР и редактор, д.с.-х.н.

А.Н.Громцев

Петрозаводск 2003


Содержание

Реферат

Введение

1. Географическое положение, происхождение названия и транспортная

доступность (А.Н.Громцев)

2. Характеристика и оценка физико-географических особенностей

территории

2.1 Климат (А.Н.Громцев)

2.2 Геолого-геоморфологические условия и четвертичные отложения

(И.Н.Демидов)

2.3 Гидрологические условия (А.В.Литвиненко)

2.4 Почвенный покров (О.Н.Бахмет)

3. Характеристика и оценка наземных экосистем

3.1 Болота и заболоченные земли (В.К.Антипин, В.А. Коломыцев)

3.2 Леса (А.Н. Громцев, П.Ю.Литинский, Ю.В. Преснухин)

3.2.1 Общая характеристика лесов по данным лесоустройства

3.2.2 Экологические особенности лесного покрова

3.3 Луга (А.В.Кравченко)

3.4 Ландшафтные особенности природных комплексов (А.Н. Громцев)

4. Характеристика и оценка наземной флоры и фауны

4.1 Сосудистые растения (А.В. Кравченко, О.А. Рудковская, В.В. Тимофеева,

Е. П.Гнатюк)

4.2 Листостебельные мхи (А.И.Максимов, Т.А. Максимова)

4.3 Дереворазрушающие грибы (В.И. Крутов, А.В. Руоколайнен)

4.4 Лишайники (М.А.Фадеева)

4.5 Охотничьи животные (П.И.Данилов, В.В. Белкин, В.В. Фёдоров), мелкие и морские млекопитающие (Н.В.Медведев)

4.6 Птицы (С.В.Сазонов)

4.7 Насекомые (А.В.Полевой, А.Э.Хумала)

5. Характеристика и оценка водной флоры и фауны

5.1 Водоросли (С.Ф. Комулайнен)

5.2 Рыбы (Ю.А.Шустов)

5.3 Макрозообентос (В.И.Кухарев)

6. Характеристика и оценка изымаемых из хозяйственного оборота древесных ресурсов (А.Н. Громцев)

7. Общие рекомендации о целесообразности создания, площади и границах

Заключение

Литература

Приложение 1 Краткая характеристика охотничьего заказника «Воньгомский»

Приложение 2 «Проект Положения о ландшафтном заказнике «Сыроватка»

Реферат

В брошюре изложены результаты инвентаризации территории планируемого ландшафтного заказника «Сыроватка» (далее ПЛЗ) и обоснована необходимость его создания. Публикация состоит из 7 разделов. В первом дана краткая характеристика и оценка общих физико-географических особенностей территории (климат, геолого-геоморфологические, гидрологические и почвенные условия). В следующем разделе описаны и оценены наземные экосистемы (болота и заболоченные земли, леса, луга и ландшафт в целом). Затем следует характеристика и оценка наземной флоры и фауны (сосудистые растения, листостебельные мхи, дереворазрушающие грибы, лишайники, млекопитающие, птицы, насекомые). Отдельно представлена водная флора и фауна (водоросли, рыбы, макрозообентос). В заключении анализируются изымаемые их хозяйственного оборота древесные ресурсы и даются общие рекомендации о целесообразности создания, площади и границах заказника. Разработан проект «Положения о заказнике».

Для сохранения специфичной приморской биоты целесообразно продолжить создание цепи охраняемых территорий вдоль побережья Белого моря. Это будет своего рода второй «Зеленый меридиан» (первый вдоль российско-финляндской границы). Делается вывод о том, что ПЛЗ «Сыроватка» является ключевым звеном в этой цепи, поскольку в его пределах сохранились очень уязвимые к антропогенным воздействиям и совершенно незатронутые антропогенным воздействием (в сравнении с другими прибеломорскими территориями) лесные и болотные сообщества. До настоящего времени в Карелии нет ООПТ в условиях этого очень редкого типа географического ландшафта.

Все материалы инвентаризации, включая тематические фотографии помещены на сайте www.krc.karelia.ru/structure/fri


Введение

Идея создания ландшафтного заказника «Сыроватка» впервые появилась еще в 1991 году. Именно тогда в рамках плановых ландшафтно-экологических исследований Института леса Кар НЦ РАН на наиболее хорошо сохранившуюся и самую труднодоступную часть побережья Белого моря (в районе острова Сыроватка) высадилась небольшая экспедиция. Она состояла из сотрудников лаборатории ландшафтной экологии и охраны лесных экосистем. После проведения исследований стало очевидной перспективность этого участка с точки зрения организации здесь охраняемой территории.

В 2003 году работа была продолжена в рамках российско-финляндской «Программы развития устойчивого лесного хозяйства и сохранения биоразнообразия на Северо-Западе России».

На этот раз к обследованию территории был привлечен очень широкий круг специалистов из Института леса, Института биологии, Института геологии, Института водных проблем Севера Кар НЦ РАН. Общая численность экспедиции, высадившейся на побережье для продолжения инвентаризации природных комплексов, составляла уже 20 человек. Это были специалисты по геоморфологии и четвертичной геологии, гидрологии, почвоведению, болотоведению, лесоведению, ландшафтной экологии, ботанике, бриологии, лихенологии, микологии, зоологии, энтомологии, гидробиологии, дистанционному зондированию (руководитель НИР А.Н.Громцев). На всех стадиях работы велась видео- и фотосъемка. В результате удалось, в том числе с использованием фондовых материалов, дать наиболее полную к настоящему времени характеристику и оценку природных комплексов и на этой основе подготовить научное обоснование ландшафтного заказника «Сыроватка».

В представленной брошюре в краткой форме отражены итоги инвентаризации природных комплексов, определена целесообразность создания и предложены оптимальные по комплексу экологических параметров площадь и границы заказника.

Творческий коллектив выражает глубокую признательность Министерству окружающей среды Финляндии за поддержку и финансирование данного проекта.

Все материалы помещены на сайте www.krc.karelia.ru/structure/fri Здесь же помещена серия тематических фотографий И.Ю.Георгиевского.

А.Н.Громцев


1 Географическое положение, происхождение названия и транспортная доступность

Район ПЛЗ «Сыроватка» находится в пределах 60-70 км к северу от г. Кемь( рис.1). Для обоснования ПЛЗ предварительно была оконтурена территория между нижними течениями и устьями р. Ундукса и Хлебная, впадающих в Белое моря. Западной границей была принята просека между кварталами 49-50 Куземского лесничества Кемского лесхоза. Впоследствии к этому был добавлен квартал 130, включающий устье р.Воньга.

Название ПЛЗ исторически произошло от названия маленького острова «Сыроватка», расположенного на самой центральной части побережья. Именно здесь в 1991 году высадилась экспедиция Института леса КарНЦ РАН и впервые обследовала эту территорию. Этот остров в отлив отделяется от материковой части лишь узким проливом.

Участок ПЛЗ отличается исключительной транспортной труднодоступностью. Здесь полностью отсутствуют какие-либо дороги. От побережья Белого моря до железной дороги, в том числе до единственных на этом участке станций Сиг и Кузема, почти 30 км. Эта территория исключительно сильнозаболочена и поэтому очень труднопроходима. Водный путь (вдоль побережья) это практически единственная возможность в течение светлого времени суток добраться до центральной части ПЛЗ.


Рис.1 Географическое положение (слева), схема (справа) и ортокомпозиция рельефа (внизу) ПЛЗ «Сыроватка». На схеме показана квартальная сеть с номерами кварталов, тонкой красной линией - границы водоохранных полос (лесов 1 группы) и толстой красной линией - границы заказника

2. Характеристика и оценка физико-географических особенностей территории

2.1 Климат

Прибеломорская низменность - один из наиболее неблагоприятных в климатическом отношении районов Карелии. Здесь продолжительная и суровая зима, короткий и прохладный вегетационный сезон, небольшой безморозный период, пониженное количество осадков (табл. 1). Этот район непригоден для возделывания сельскохозяйственных культур.

Достаточно отметить, что в данной части Карелии продолжительность безморозного периода лишь 80-90 дней (для сравнения этот показатель в "самом теплом" регионе – Северном Приладожье –120-130 дней или почти на полтора месяца больше).

Более жесткие климатические условия определяют низкую теплообеспеченность почв. Так, количество дней со средней температурой почвы выше 100 в ландшафтах приморских равнин лишь 70-85, а в "самом теплом" Северном Приладожье – 115-125.

Поверхность исключительно сильнозаболоченной Прибеломорской низменности, вследствие испарения в летнее время, нагревается очень слабо и не накапливает тепла. Лишь в засушливое лето болота высыхают сверху и днем могут заметно нагреваться с поверхности. Однако и в такие годы из-за малой теплопроводности сухих торфяных залежей с мощным моховым "очесом" тепло не распространяется в нижележащие слои. Ночью поверхность сухого болота сильно охлаждается. Таким образом, в результате неблагоприятного теплового баланса систематические заморозки на болотах наблюдаются здесь раньше, а среднесуточная амплитуда колебания температур на 2-30 и более выше, чем в менее заболоченных ландшафтах. Среднегодовая скорость ветров здесь в 1,5-2 раза выше, чем средняя по региону (Карельская АССР..., 1986).

Таблица 1. Краткая сравнительная характеристика климатических условий в Северном Приладожье и в районе ПЛЗ, по: Атлас Карельской АССР, 1989.

Климатические условия

Ландшафтный район

Прибеломорская низменность (в районе ПЛЗ)

Северное

Приладожье

Средняя температура воздуха (° С):

Самого холодного месяца (январь)

(-10,5) - (-11,5)

(-8,0) - (-10,0)

Самого теплого месяца (июль)

(+14,0) - (+14,5)

Около +16,0

Продолжительность периодов (в днях)со средней суточной температурой воздуха:

Ниже: - 5°

130-120

115-110

Выше: 0°

180-185

205-210

+5°

130-135

155-160

+10°

80-85

105-115

+15°

-

45-50

Продолжительность безморозного периода (в днях):

105-115

120-130

Суммы температур за вегетационный период

(° С):

Выше: +5°

1350-1500

1850-1900

+10°

около 1000

Около 1500

Количество осадков (в миллиметрах):

за год

550-575

Около 650

за вегетационный период

135-150

Около 200

Число дней со снежным покровом:

165-170

135-145

2.2 Геолого-геоморфологические условия и четвертичные отложения

Рассматриваемая территория располагается в восточной части Фенноскандинавского кристаллического щита на побережье Белого моря и представляет собой древний пенеплен - почти ровную, слабо увалистую равнину, сформировавшуюся на месте древних складчатых горных сооружений архейской эры в ходе длительных процессов эрозии и выравнивания рельефа (рис. 1). Коренные породы перекрыты прерывистым маломощным чехлом четвертичных отложений, в основном морскими и болотными осадками голоцена. Абсолютные отметки равнины колеблются от 0 до 10 м в приморской полосе шириной до 2-3 км, и до 20-25 м на остальной части территории. Только некоторые скальные холмы до 0,5-1 км в диаметре, имеют высоты 30-40м. над уровнем моря. Современное поднятие земной коры в данном районе составляет около 1 мм в год (Невесский и др., 1977).

Коренные породы района представлены глубокометаморфизованными породами беломорской серии архея: амфиболитами и амфиболсодержащими гнейсами, а на севере и юго-западе района - биотитовыми гнейсами (Володичев, 1990). Обычно их поверхность сглажена и отшлифована в процессе длительной и разноплановой денудации. Наиболее хорошо складчатые структуры гнейсов и амфиболитов, разбитые многочисленными трещинами можно наблюдать на морском побережье, практически лишенном четвертичных осадков. Толщи гнейсов и амфиболитов прорваны дайками лерцолитов-габбро-норитов, крутопадающими магматическими телами небольшой мощности и основного состава (Степанов, 1981, табл. 2). Их площадь не превышает нескольких гектаров и наиболее крупная из даек находится в районе устья ручья, вытекающего из оз. Моржовое (рис. 2). Поверхность дайки сглажена ледниками и разбита трещинами, по которым часть блоков смещена, вероятно, во время послеледниковых землетрясений.

Таблица 2. Химический состав горных пород и отложений ПЛЗ (по Володичеву О.И.,1990 и Степанову В.С., 1981)

SiO2

TiO2

Al2 O3

Fe2 O3

FeO

MnO

MgO

CaO

Na2 O

K2 O

Лерцолиты-габбро-нориты

40.3

0.67

13.3

0.9

9.31

0.15

15.8

8.47

1.7

0.3

Гнейсы и амфиболиты

66.19

0.57

15.34

1.34

3.9

0.08

2.32

4.35

3.68

2.23

Поверхность кристаллических пород в значительной степени преобразована в ходе последнего оледенения. Широко распространены бараньи лбы - округлые скальные выступы, отшлифованные материковыми ледниками. Ориентация склонов бараньих лбов, а также многочисленные ледниковые шрамы и борозды, шириной до 7 см, указывают на движение ледника с запада на восток. Наиболее хорошо бараньи лбы представлены на берегу моря, где они формируют не только курчавые скалы, но и острова и луды, придающие побережью, особенно во время отлива, шхерный тип.

Четвертичные отложения прерывистым чехлом перекрывают скальные породы докембрия. Их средняя мощность составляет 1-2 м, а значительные площади, особенно в прибрежной полосе, практически лишены рыхлых осадков. В строении четвертичного покрова доминируют голоценовые морские пески, песчано-гравийные отложения, реже супеси и суглинки, мощностью от 20-40 см до 1-1,5 м. Развиты они почти на всей территории заказника. В наиболее полных разрезах наблюдается переслаивание пляжевых гравелистых песков со среднезернистыми песками и супесями. Часто встречаются и тонкие, до 2-4 см, слойки коричневого суглинка - "приливной мути", отложившейся в ходе приливов. Вязкая глина - "няша", мощностью до 40-50 см, образовавшаяся также в ходе морских приливов, была встречена только на современном побережье в зоне осушки. Хорошо отмытые крупнозернистые литоральные морские пески найдены и на наиболее высокой точке территории - горе Моржовой на отметке 40 м выше уровня моря.

Рис. 2.Геоморфологическая схема ПЛЗ. Условные обозначения: Террасы: 1 – субатлантическая (0-2500 лет назад), 2 – суббореальная (4800-2500 л.н.), 3 - атлантическая ((7900-4800 л.н.), 4 – бореальная (9300-7900 л.н.); 5 – друмлины, 6 – озы.

Ледниковые отложения представлены супесчаной мореной и развиты в основном только в западной, более возвышенной части заказника, где они слагают друмлиновые гряды, формировавшиеся под основанием двигавшегося ледника. Восточнее оз. Лещево, вершины друмлинов возвышаются над окружающей морской, сильно заболоченной равниной на 10-15 м. Длина их 500-700 м, ширина до 200 м. Ориентировка друмлинов, указывающая направление движения ледника, субширотная на большей части заказника и только в его северной части они ориентированы на восток-северо-восток.

Водно-ледниковые отложения встречены главным образом у северной границы территории, в районе озер Сигорецких (рис. 2). Здесь они слагают песчано-гравийные озовые гряды, сформировавшиеся в подледниковых туннелях. Высота гряд достигает 16-20 м, ширина - до 450 м, длина всей системы озовых гряд превышает 35 км.

Ледово-морские образования представлены хаотическими развалами не окатанных остроугольных глыб гнейсов и амфиболитов, перемещенных припайными льдами. В отдельных случаях можно установить перемещение глыб от места их отрыва от скалы в сторону материка (на запад) в результате давления припайного льда.

Аллювиальные отложения рек сложены грубообломочной фацией руслового аллювия. В пределах ПЛЗ широко развиты биогенные болотные отложения - торфа и озерные сапропели мощностью до 3 м и 2 м соответственно (рис. 3).

История геологического развития территории. В истории геологического формирования территории можно выделить три основных этапа. В первый, дочетвертичный этап, в ходе беломорской складчатости и процессов горообразования (около 2.7-2.8 млрд. лет) начали формироваться древние горные сооружения, сложенные, главным образом, толщами полосчатых гнейсов и амфиболитов. Позднее они были прорваны более молодыми интрузиями основного состава. На протяжении сотен миллионов лет процессы эрозии и выравнивания, превратили горные сооружения в полого-увалистую равнину - пенеплен. Поскольку основными породообразующими минералами гнейсов и амфиболитов являются кварц, полевые шпаты, амфиболы, биотит, по своему составу они являются кислыми и бедны кальцием, магнием, фосфором (табл. 2). Основные породы даек более богаты этими элементами, но их распространение крайне локально. Таким образом, в результате первого этапа была сформирована почти плоская денудационная равнина, сложенная прочными кристаллическими породами - гнейсами и амфиболитами кислого состава.

Второй этап можно условно назвать ледниковым, подразумевая только последнее Валдайское оледенение, следы которого наблюдаются практически на всей территории. Последний ледниковый покров достиг рассматриваемый район около 22 тысяч лет назад и на протяжении 10 тысяч лет здесь преобладали процессы ледниковой эрозии, разрушения и шлифовки материковым льдом подстилающих коренных пород. Вероятно, первоначально территория освободилась от материкового льда в аллередский интерстадиал (~11300 лет назад). Около 10800 лет назад, в ходе мощного позднедриасового похолодания, ледники стадии сальпаусселькя I, опять перекрыли всю рассматриваемую территорию и в очередной раз вынесли практически все ранее отложившиеся морены и другие рыхлые осадки в беломорскую котловину. Повторное освобождение территории ото льда произошло в позднедриасовый межфазиал, около 10 500 лет назад. Учитывая прочность кристаллических пород района, а также кратковременное воздействие, около 300 лет, на них ледников заключительной стадии оледенения сальпаусселькя I, можно предположить, что мощность отложившихся морен была крайне незначительна, в среднем менее 1.5-2 м. Позднее вся территория была перекрыта водами Беломорского приледникового озера и на его дне осаждались озерно-ледниковые глины и пески.

Таким образом, в ходе ледникового этапа, поверхность коренных пород района была в значительной степени переработана ледником, отложились донные морены и озерно-ледниковые осадки, сформировавшие полого-холмистую, местами друмлинизированную моренную равнину, прерывистым, маломощным чехлом перекрывавшую коренные породы.

В третий, морской этап, после отступления ледника и спуска приледниковых водоемов, около 9500 лет назад морские воды проникают в Беломорскую котловину и устанавливается морской режим осадконакопления. Вся история Беломорского бассейна в послеледниковье характеризуется значительными колебаниями его уровня при общей тенденции к снижению, вызванными климатическими и тектоническими причинами. На основании датирования морских террас в низовьях реки Выг (Девятова, 1976), можно предположить, что первые небольшие каменистые острова появились на рассматриваемой территории в бореальный период около 9000 лет назад (рис. 2). В атлантическое время уровень моря колебался в пределах отметок 26-19 м, а в суббореальный период изменялся от 19 до 13.5 м и западная часть территории уже развивалась в субаэральных условиях (рис. 2). В тоже время значительная заболоченность не только рассматриваемого района, но и огромных территорий, прилегающих с запада, препятствовали миграции растительности с материка на побережье. В субатлантическое время (с 2500 л.н.) уровень моря постепенно опустился с 10 м до современных значений и береговая линия приобрела современные очертания.

Постепенное снижение уровня моря, сопровождавшееся интенсивной волноприбойной деятельностью и воздействиями приливов, привело к значительному размыву ранее отложившихся морен и озерно-ледниковых осадков. Следует отметить, что средняя величина прилива составляет здесь 1м, величина ветрового нагонного подъема уровня моря – 0.7-0.9м, скорость вдоль береговых течений – 0.15-0.4 м/сек (Невесский, 1977). В таких гидродинамических условиях периодические и непериодические изменения уровня моря в условиях низких берегов и, практически, плоской поверхности прибрежной равнины ведут к интенсивной переработке береговой зоны на значительные расстояния вглубь материка. В то же время большая часть рыхлого материала не оседает на побережье, а выносится отливами и вдольбереговыми течениями в центральную часть моря. Только в понижениях рельефа коренных пород за каменистыми грядами существуют локальные условия для накоплениях рыхлых осадков - от гравийно-галечных пляжевых отложений до глинистой няши. Интенсивные процессы переработки береговой линии происходили на протяжении последних 9500 лет и охватили всю площадь рассматриваемой территории в ходе постепенного снижения уровня моря с отметок 45 м и до современных. В итоге территория заказника практически лишена четвертичного покрова и аккумулятивных форм рельефа, а развитие растительности началось практически, только с суббореального периода, около 4000 лет назад, а в приморской части - около 2500 лет назад.

2.3 Гидрологические условия

В гидрографическом отношении территория ПЛЗ относится к водосборам притоков Белого моря, представленных, как правило, очень малыми реками и ручьями. К категории малых можно отнести, с некоторой долей условности, только три водотока – р.р. Воньгу, Ундуксу и Хлебную, но они входят в состав заказника только нижними, небольшими по протяженности, участками. Особенно это относится к р. Воньге (три километра приустьевого участка). Основные параметры этих водотоков приведены в и. 3.

Таблица 3. Основные водотоки на территории ландшафтного заказника [Ресурсы поверхностных вод …, 1965]

Река

Длина реки,

Км

Общая площадь водосбора, км2

Притоков длиной <10 км на всем водосборе

Озер на всем

Водосборе

Все-го

В пределах

Заказника

Коли-чество

Суммарная длина, км

Коли-чество

Суммарная площадь, км2

Хлебная

37

17

142

25

54

29

3,38

Ундукса

51

27

276

18

32

Воньга

106

3

2580 1)

78 2)

160 2)

1025 1)

427 1)

Примечания: 1) с учетом бассейна оз. Энгозера, 2) без учета бассейна оз. Энгозера

Наиболее примечательной рекой из выше перечисленных является р. Ундукса, представляющая собой типичную для Карелии озерно-речную систему. Ее коэффициент линейной озерности (отношение озерных участков к общей длине системы) составляет около 45% (в пределах заказника), что приближается к максимальным значениям для Карельского гидрографического района.

Все другие водотоки представляют собой небольшие ручьи длиной менее 10, а как правило, менее 5 км (гидрометрические работы выполнены по карте масштаба 1:100 000). Их количество и распределение по территории представлено в табл. 4 (в таблицу включены и сами р.р. Хлебная, Ундукса и Воньга). Непосредственно в Белое море впадают 22 реки и ручья. Все другие являются их притоками. Из водоемов заказника по их размерам можно выделить только два – озера Лещево и Магрино, входящие в состав озерно-речной системы Ундуксы (табл. 5).

Другие водоемы представлены небольшими лесными и болотными ламбами площадью не более 70 га (оз. Болотное – 66 га, оз. Моржовое – 52 га). Другие озера гораздо меньше. Всего на территории заказника насчитывается 16 озер с площадью зеркала от 5 га. Их территориальное распределение показано в таблице 6 (в таблицу включены также озера Лещево и Магрино).

Таблица 4. Распределение рек по территории ПЛЗ

Основные водосборы

Количество рек на водосборе

Суммарная длина,

Км

Хлебная

13

53

Ундукса

14

52

Воньга

1

3

Малые притоки Белого моря

31

106

Всего

59

214

Густота речной сети составляет 0,69 км/км2 , что несколько выше, чем в среднем по Карелии (0,53 км/км2 без учета площади Ладожского и Онежского озер). Коэффициент озерности для территории планируемого заказника составляет 0,15 км2 /км2 , что также несколько выше, чем в среднем по Карелии (0,12 км2 /км2 без Онежского и Ладожского озер).

Таблица 5. Основные водоемы на территории ландшафтного заказника (Ресурсы поверхностных вод…, 1965)

Озеро

Общая площадь водосбора, км2

Площадь озера, км2

Высота над уровнем моря, м

Лещево

208

1,7

11,0

Магрино

270

2,6

11,0

Таблица 6. Распределение озер по территории ПЛЗ

Основные водосборы

Количество озер

Суммарная площадь, га

Хлебная

5

103

Ундукса

5

4358

Воньга

1

6

Малые притоки Белого моря

18

333

Всего

29

4800

В процессе полевых работ был исследован химический состав некоторых водных объектов (табл. 7 и 8). Как следует из анализа данных, воды исследованных водотоков кислые (р. Ундукса) и слабокислые. Имеют низкую минерализацию, что в целом характерно для Карельского гидрографического района. Однако здесь есть своя специфика – повышенные концентрации ионов натрия и хлора, что определяется влиянием атмосферного переноса с Белого моря.

Вторая особенность гидрохимии водных объектов – очень высокое даже для Карелии содержание органических веществ природного происхождения (фулевые и гуминовые кислоты). Цветность достигает 630 градусов, перманганатная окисляемость (ПО) – 39 мг О/л.

Таблица 7. Ионный состав, взвешенное вещество (мг/л) и рН

Река

Взвешенное

вещество

Na

HCO3

SO4

Cl

PH

Ундукса

3,55

4,4

2,5

13,7

4,4

5,5

Хлебная

6,51

7,6

7,4

1,4

6,7

6,17

Руч.Моржовый

5,89

7,3

17,4

1,2

7,6

6,7

Таблица 8. Биогенные элементы, органическое вещество и микроэлементы

Река

Цветность,

градусы

ПО,

мгО/л

Рмин,

мг/л

Nамм,

мг/л

Nнитритн,

Мг/л

Fe2+ ,

мг/л

Fe общ, мг/л

Mn, мг/л

Ундукса

629

36,7

0,001

0,01

0,001

0,25

1,89

0,03

Хлебная

600

39,0

0,001

0,01

0,001

0,25

2,76

0,03

Руч. Моржовый

331

25,9

0,001

0,01

0,001

0,13

1,06

0,03

Также отмечается повышенное содержание сопутствующего органике элемента – железа. Это обусловлено, в первую очередь, очень высокой заболоченностью их водосборов.

Оценка участка . Гидрографическая сеть ПЛЗ по своим гидрографическим и гидрохимическим показателям в полной мере отражает специфику особого географического района Карелии – Прибеломорской низменности.

2.4 Почвенный покров

На исследованной территории наиболее распространены ландшафты озерно-ледниковых и морских равнин. Рельеф местности плоский, невысокими террасами поднимающийся по направлению от берега моря. Иногда встречаются ледниковые и водно-ледниковые формы рельефа – моренные равнины, озовые и друмлиновые гряды (Волков и др., 1995). Основными факторами, определяющими направление почвообразовательного процесса на морских берегах, являются характер береговых наносов, рельеф и уклон поверхности берега и взморья (Цейц, Добрынин, Белозерова, 2000).

Поверхность района представляет собой равнину со слабым наклоном в сторону Белого моря, сложенную слабозавалуненными песками и супесями, сильно заболоченную. Для структуры почвенного покрова района исследования характерна чрезвычайно большая пестрота, что обусловлено прежде всего высокой вариабельностью элементов рельефа, а также изменением характера материнских пород, гидрологических условий и типов растительных ассоциаций.

По почвенно-географическому районированию территория относится к Кольско-Карельской провинции подзолистых иллювиально-гумусовых и болотных почв (Добровольский, Урусевская, 1984). Прибрежные ландшафты весьма специфичны, так как являются образованиями, переходными между сушей и морем. В формировании почв этих ландшафтов принимает участие фактор моря, выражающийся в затоплении их солеными морскими водами, что способствует созданию особого водно-воздушного режима и накоплению специфических химических элементов. В силу существования этого фактора, данные почвы не могут быть объединены с континентальными аналогами зонального ряда.

В связи с высокой заболоченностью территории в почвенном покрове преобладают торфяно-глеевые и торфяные почвы. На выходах коренных пород формируются примитивные почвы и маломощные буроземы. На отложениях морской аккумуляции распространены маршевые почвы. По мере удаления от берега моря доминирующее значение приобретают зональные факторы почвообразования, воздействие которых выражается в проявлении признаков подзолообразовательного процесса. В результате маршевые почвы постепенно сменяются подзолистыми.

Существует много работ, посвященных классификации маршевых почв, хотя единства взглядов в этом вопросе нет, и сама общепринятая система отсутствует. В двух крупных схемах классификации почв - ФАО-ЮНЕСКО и "Почвенной Таксономии" США различные группы почв приморских ландшафтов относятся к различным, разделенным на самом высоком уровне таксонам. В данном исследовании использовалась классификация, предложенная М.А. Цейцом и Д.В. Добрыниным (1997), согласно которой маршевые почвы выделяются как большая группа типов и разделяются на примитивные маршевые почвы, маршевые дерновые почвы и маршевые болотные почвы.

На исследованной территории лес редко подступает вплотную к литорали. Обычно между ней и лесом имеется узкая полоса приморских лугов. Во время больших приливов, нагонных ветров и штормов они на непродолжительное время заливаются морской водой и, таким образом, осолоняются. На таких лугах почвенный покров представлен маршевыми примитивными, формирующимися в непосредственной близости к морю, и маршевыми дерновыми почвами.

Маршевые примитивные почвы имеют следующее строение профиля – Ad-AC(C). Для них характерна слоистость и слабая развитость профиля, что связано с условиями их формирования. Горизонты этих почв имеют нейтральное значение рН и слабую степень засоления, что связано с интенсивным омыванием морем территорий, где они формируются: привносимые с морскими водами соли, не откладываясь, вымываются обратно в море (Орешникова, 2001).

Для маршевых дерновых почв характерно следующее строение профиля – Ad-A1(A1Bf)-BfC-C. В отличие от маршевых примитивных почв основным почвобразовательным процессом здесь является дерновый процесс. Реакция горизонтов этих почв также, как правило, нейтральная, по степени засоления они относятся к слабозасоленным.

По мере удаления от моря и постепенной смене растительности маршей на таежную все большее значение приобретают зональные факторы почвообразования, в результате маршевые почвы сменяются, как правило, подзолами иллювиально-железистыми и иллювиально-гумусово-железистыми (строение профиля – A0-A2-Bf-BC-C и A0-A2-Bhf-Bf-BC-C, соответственно). Для них характерно морфологическое строение подзолов зонального ряда, однако для их нижних горизонтов характерна слабая степень засоления. При движении дальше от берега засоленность почв исчезает.

Болотные почвы данной территории представлены в основном верховыми торфяными почвами (строение профиля - Т0-Т1-Т2-Т3), в значительно меньшей степени встречаются переходные и низинные торфяные почвы. Долины ручьев и рек, а также окрайки болот заняты торфяно-глеевыми почвами (OT-T1-T2-G).

Оценка участка . Почвенный покров обследованной территории подлежит охране. Маршевые почвы являются уникальными для Карелии, поэтому территории, занятые ими, необходимо переводить в систему охраняемых объектов. Кроме того, на данной территории в почвенном покрове преобладают маломощные почвы, которые даже при незначительном антропогенном воздействии, быстро деградируют в связи с особенностями природных условий. Береговые ландшафты подвергаются все усиливающемуся “давлению” со стороны человека и все более интенсивному хозяйственному освоению. Прямые и побочные результаты антропогенного воздействия все сильнее сказываются на состоянии Белого моря – северного моря с замедленным процессом самоочищения, а береговая зона является аккумулятором загрязнений всей акватории моря, и как следствие этого ее почвенный покров очень уязвим.


3. Характеристика и оценка наземных экосистем

3.1 Болота и заболоченные земли

Территория ПЛЗ в соответствии с ботанико-географическим зонированием Кольско-Карельского региона (Елина и др., 2000) представляет собой участок типичной северной тайги, для которой характерно как постоянство гипоарктических кустарничков, таких как вороника, так и доминирование ее вместе с черникой, брусникой и вереском. В ландшафтно-типологическом отношении территория расположена в пределах ландшафта сильно заболоченных равнин морского генезиса с преобладанием сосновых местообитаний (Волков и др., 1995). Для этой части территории Прибеломорья характерны террасы тектонического, а не морского происхождения. Террасы отделяются друг от друга невысокими скальными уступами с явным понижением их поверхностей к востоку, в континентальную сторону.

По геоботаническому районированию региона район исследований входит в состав Прибеломорского округа Кольско-Карельской таежной подпровинции (Елина и др., 2000). Округ включает южную часть Карельского берега от Кандалакшского залива до западной части Ветреного Пояса. Специфику его растительности определяют болота, занимающие от 70 до 80% территории Прибеломорской низменности. Здесь повсеместно преобладают печеночно-лишайниково-сфагновые грядово-мочажинно-озерковые дистрофные болота южно-прибеломорского типа (Елина, 1971).

Развитие болот и интенсивность заболачивания Прибеломорья в послеледниковье и голоцене шло по мере освобождения его территории от вод Белого моря. Палеоботанические и палеогеографические исследования Г.А. Елиной (Елина, Лак, 1989; Елина, Лебедева, 1992; Elina, Kuznetsov, 1996) показали, что в северном Прибеломорье наиболее древние болота, возраст которых достигает 7000 - 9000 лет. расположены на высотах 80-85 м над уровнем моря (н.у.м.), т.е. на расстоянии 50 км и более от морского побережья. В то время как на террасах с отметками 7-12 м н.у.м., на расстоянии около 10 км от берега моря, находятся болота, возраст которых не превышает 2000 лет.

В ходе обследования выявлено, что болота и заболоченные леса занимают около 80% территории ПЛЗ (рис. 3). Причем в пределах локальных межводосборных пространств здесь формируются огромные политипные лесо-болотные системы, в пределах которых суходолы представляют собой лесные острова. Высокая степень заболоченности обусловлена комплексом исключительно благоприятных для болотообразовательного процесса факторов: холодным и влажным климатом, равнинным рельефом, слабой дренированностью территории и поверхностным залеганием водоупорного горизонта, преимущественно скального. Болотные котловины мелкие и плоские, заполненные отложениями торфа. Относительные высоты поверхностей болот и окружающих суходолов различаются исключительно слабо. Нередко поверхность болот возвышается над суходолами. Сток поверхностных и почвенно-грунтовых вод с болот и суходолов затруднен. В основном он осуществляется по центральным или окрайковым транзитным топям, где формируются сфагновые или травяно-сфагновые фации, а в буферных с болотами частях суходолов - заболоченные леса различных типов. Показательной особенностью интенсивного развития заболачивания здесь служат обширные участки мелкозалежных болот с редкостойными усохшими сосновыми лесами. Таким образом, на территории ПЛЗ болотообразование выступает в качестве основного системоформирующего процесса, определяющего структуру и динамику экосистем.

История формирования болот. С целью исследования истории формирования при-брежных болотных экосистем были пробурены скважины сквозь торфяные отложения. Максимальная глубина торфяной залежи болот составляет 3 м. Самым глубоким из 8 исследованных болот оказался участок болотной системы, на расстоянии 7 км к западу от берега Белого моря, на его древней террасе, поверхность которой на 10-15 м приподнята над его современным уровнем. Здесь же расположены наиболее крупные по площади болота заказника, образующие обширные и сложные по структуре лесо-болотные комплексы.

Минимальные глубины торфяной залежи - не более 1 м, выявлены на болотах первой морской террасы на высоте от 4 до 7 м. н.у.м. На этих болотах наблюдаются выходы скальных пород и валунов. В придонных слоях торфяных залежей болот вскрыты отложения сапропеля и древесно-травяного торфа. Это свидетельствует как о озерном, так и суходольном их происхождении. Исходя из установленных глубин торфяной залежи и на основании данных Г.А.Елиной (Елина и др., 2001), можно предположить, что на верхней террасе болота стали зарождаться 2000 л.н., на нижней - 800 - 1000 л.н.

С развитием болот, расширением их площадей и ростом торфяной залежи происходило формирование современной ландшафтной структуры данной территории. Часть наиболее глубоких депрессий, древних лагун отступившего моря, превратились в лесные озерки с заболоченными берегами, по ложбинам стока, древним тальвегам, сформировались ныне существующие водотоки, по которым осуществляется сброс поверхностных и почвенно-грунтовых вод с болот и окружающих суходолов в море.

Заболачивание территории продолжается и является следствием не только эндогенных причин – естественных сукцессий болот и торфонакопления, но и экзогенных - динамикой уровня воды Белого моря – медленного, около, 1-3 мм в год, постоянно снижающегося базиса эрозии, т.е. отступлением его берега (Лилиенберг и др, 1971). Учреждение здесь заказника позволит организовать мониторинг природных комплексов этой уникальной части Карельского берега Белого моря и может служить своеобразным эталоном для исследований подобного характера в будущем.

Растительность болот. Современный растительный покров болот и заболоченных лесов заказника имеет общие и отличительные особенности, в сравнении его с другими ООПТ Карелии, в связи с чем ниже приводится описание структуры растительности доминирующих болотных участков. Флора изученных болот и заболоченных лесов заказника насчитывает 61 вид сосудистых растений, 33 вида мхов и 4 вида кустистых лишайников. Среди сосудистых растений доминантами местообитаний до сих пор служат сосна и, в гораздо более редких случаях, ель, однако наиболее разнообразен видовой состав семейств Осоковые (14 видов), Злаковые (9 видов) и Вересковые (6 видов), что характерно для болот и заболоченных местообитаний региона в целом.

Здесь часто встречаются следующие виды болотных кустарничков: Andromeda polifolia , Call una vulgaris, Empetrum nigrum, Oxycoc cus palu stris; трав: Eriophorum vaginatum, Baeothryon caespitosum, Carex lasiocarpa, C. limosa, C. pauciflora, Menya nthes trifoliata, Molinia caerulea. Большинство из них являются видами - доминантами в болотных растительных сообществах. Из мхов разнообразием отличаются сфагновые, насчитывающие 16 видов. Среди них наиболее широко распространены виды-эдификаторы, такие как Sphagnum fuscum, S. balticum, S. lindbergii, S. papillosum . Они произрастают на мезотрофных, олиготрофных и дистрофных болотных участках заказника. Кустистые лишайники - Cladina stigia, C. stellaris, Cetraria islandica , обычны для флоры дистрофных участков.

На болотах заказника выявлены места произрастания ряда редких видов растений. Это внесенные в Красную книгу России (1988), - Carex livida и, Красную книгу Карелии (1995), - Sphagnum subnitens , а также редко встречающиеся на болотах Карелии Hammarbya paludosa, Selaginella selaginoides, Sphagnum rubellum.

На исследованных нами болотах не выявлены растительные сообщества с болотным кустарничком Chamaedaphne calyculata , обычным для флоры болот Карелии. Это важная особенность проектируемого заказника по отношению ко всем другим ООПТ республики. Единственное место произрастания здесь Chamaedaphne calyculata обнаружено А.В. Кравченко в заболоченном сосняке кустарничково-моховом, расположенном в окрестностях оз. Моржовое.

Растительность болот заказника отражает многовековую и современную динамику Белого моря. В прибрежной части территории, по западным краям мелководных лагун, отделенных от моря россыпями валунов, сформированы пионерные микроценозы с Andromeda polifolia, Oxycoccus palustris, Molinia caerulea, Poa palustris, Eriophorum polystachion, Carex canescens, C. limosa, C. paupercula, Comarum palustre, Sphagnum riparium, S. lindbergii, S. fimbriatum, Warnstorfia exannulata, W. fluitans и др. Эти сообщества уже предопределили формирование полноценных фитоценозов, сукцессии которых полностью зависят от изменения гидрологических условий, и определяемого ими водно-минерального питания. Подобных серий заболачивания морских лагун нет на территориях других приморских ООПТ Карелии.

На береговой части территории, приподнятой на 2-3 м над уровнем моря, располагаются небольшие по площади (менее 50 га) и мелкозалежные (менее 1 м) болота с очень пестрым растительным покровом. Это самые молодые болота заказника, их возраст, вероятно, не превышает 300-400 лет. На окрайках таких болот обычны олиготрофные сообщества Pinus sylvestris - Andromeda polifolia + Eriophorum vaginatumSphagnum angustifolium или Pinus sylvestris - Calluna vulgaris + Empetrum nigrum - Sphagnum fuscum . Растительный покров центральной части болот образуют мезотрофные и мезоевтрофные травяно-сфагновые ценозы Carex limosaSphagnum fallax + S. lindbergii , Carex livida + Menyanthes trifoliata, Menyanthes trifoliata - Sphagnum fallax, Carex rostrata - S. lindbergii. В центре некоторых болот имеются вторичные озерки и сточные водотоки, в которых произрастают Eriophor um polystachion, Carex livida, C. aquatilis, C. paupercula, Menyanthes trifoliata.

Примерно в 1-2 км на запад от берега моря, на территории с высотами 5-6 м н.у.м., располагаются олиготрофные кустарничково-сфагновые болота. Они появились примерно 500-600 лет назад в результате сукцессии заболоченного сосняка кустарничково-сфагнового. Здесь доминируют сообщества Calluna vulgaris + Empetrum nigrum + Rubus chamaemorus - Sphagnum fuscum , характерные для верховых болот северной Карелии.

На более приподнятой (7-10 м н.у.м.) и удаленной от моря (3-5 км) территории заказника болота стали зарождаться 1000-1500 л.н., в результате заболачивания морских лагун и приливно-отливной части побережья отступившего моря. Остатки древних лагун сохранились здесь в виде озер, расположенных на окрайках болот. По растительному покрову и режиму водно-минерального питания доминируют олиготрофные сфагновые кочковато-мочажинные и мезоолиготрофные осоково-сфагновые кочковато-мочажин-ные болотные массивы. Они соединяются друг с другом посредством буферных заболоченных сосняков кустарничково-моховых и, тем самым, образуют сложные болотные и лесо-болотные системы.

Растительность олиготрофных болот образуют в основном сообщества следующих ассоциаций: Pinus sylvestris - Vaccinium uliginosum + Rubus chamaemorus - Sphagnum angustifolium, Calluna vulgaris + Rubus chamaemorus - Sphagnum fuscum, Eriophorum vaginatum - Sphagnum balticum, Andromeda polifolia + Baeothryon caespitosum - Sphagnum balticum. Такие сообщества характерны для северокарельских сфагновых верховых болот (Юрковская, 1992).

Растительный покров центральной части мезоолиготрофных осоково-сфагновых кочковато-мочажинных болот характеризуют сообщества ассоциаций Betula nana + Carex lasiocarpa - Sphagnum fallax и Carex lasiocarpa - Sphagnum balticum + S. lindbergii . Первые из них образуют растительность кочек, а вторые - мочажин. Периферийные части болот заняты сообществами Carex rostrata - Sphagnum fallax, Andromeda polifolia + Eriophorum vaginatum + Sphagnum angustifolium, Pinus sylvestris - Vaccinium uliginosum + Rubus chamaemorus - Sphagnum angustifolium , последовательно сменяющими друг друга к суходолу. В узких болотных горловинах, наряду с обычными сосново-кустарничково-сфагновыми сообществами, встречаются ценозы Andromeda polifolia + Baeothryon caespitosum и Carex limosa - Sphagnum majus. Во флоре болот присутствует Molinia caerulea , типичный вид для карельских аапа болот. Мы считаем, что исследованные нами мезотрофные кочковато-мочажинные болота являются топоэдафическим вариантом бореальных мезоолиготрофных осоково-сфагновых болот. Болота выделенного нами типа, вероятно, распространены в северной и центральной частях Карельского берега Белого моря.

Наиболее распространены на территории заказника олигодистрофные грядово-моча-жинно-озерковые, олиготрофные сфагновые грядово-мочажинные и мезоевтрофные грядово-мочажинные типы болот. Они расположены в центральной и западной частях территория заказника, приподнятой на 10 м и более над уровнем моря. Она намного раньше освободилась от воды моря, и первые очаги ее заболачивания появились, вероятно, 2000 и более л.н.

Олигодистрофные болота характеризуют болотные участки Cladineto- Sphagneta fusci + Sphagneta lindbergii + озерки с грядово-мочажинно-озерковым и Cladineto- Sphagneta fusci + Sphagneta baltici с грядово-мочажинным микрорельефом. На болотных участках первого вида гряды занимают 25%, мочажины - 70, а вторичные озерки 5% площади участка. Растительность гряд образуют сообщества Calluna vulgaris + Empetrum nigrum + Rubus chamaemorus - Sphagnum fuscum + Cladina , мочажин - Eriophorum vaginatum + Baeothryon caespitosum - Sphagnum compactum S. lindbergii . В озерках растительность отсутствует. На болотных участках второго вида гряды и мочажины составляют соответственно 40% и 60% площади. На грядах образованы ценозы Pinus sylvestris - Calluna vulgaris - Sphagnum fuscum + Cladina, в мочажинах - Baeothryon caespitosum + Sphagnum balticum . По структуре растительного покрова олигодистрофные болота близки к южноприбеломорским верховым болотам, выделенных Н.Я. Кац (1937) и детально изученных Г.А. Елиной (1971). Вероятно, олигодистрофные болота заказника представляют собой топоэдафический вариант южноприбеломорских болот, распространенных в северной части Карельского берега.

Глубина торфяной залежи олигодистрофных болот заказника достигает 3 м. Болота начали зарождаться более 2000 л.н. на месте обмелевших водоемов с маломощными (20 см) отложениями сапропеля. Пионерные палесообщества состояли из прибрежно-водных растений: Equisetum, Typha, Phragmites, Numphar . Сменившие их палеоценозы были мезотрофные сфагновые, в которых доминировали Sphagnum lindbergii , S. riparium. Они отложили 75 см слой переходных сфагновых торфов, в результате изменился режим водно-минерального питания болота и на месте сфагновых палеосообществ начали формироваться олиготрофные палеосообщества, близкие к ныне существующем. Современная структура растительного покрова олигодистрофных болот образовалась примерно 200-300 л.н.

Мезоевтрофные грядово-мочажинно-озерковые болота заказника по своей структуре и растительности относятся к болотным массивам северокарельского аапа типа. Здесь произрастают такие растения как Molinia caerulea, Carex lasiocarpa, C. livida, Betula nana, Sphagnum papillosum, Sphagnum subfulvum , характеризующие флору аапа болот. Большую часть болот занимают мезоевтрофные болотные участки Molinieto- Sphagneta papillosi + Herbeta + озерки с грядово-мочажинно-озерковым микрорельефом. Гряды занимают 60%, мочажины 30, а озерки - 15% площади участков. Вершины гряд заняты сообществами Molinia caerulea - Sphagnum papillosum , их пологие склоны покрывают Carex livida + Menyanthes trifoliata - Sphagnum papillosum . В мочажинах обычны сообщества Menyanthes trifoliata + Carex limosa . В озерках единично произрастают Equisetum fluviatile, Carex lasiocarpa, Menyanthes trifoliate.

Глубина торфяной залежи исследованных нами аапа болот составляет 1,7 м. Они начали формироваться примерно 2000 л.н., на месте заболоченного березняка травяного. В результате сукцессии березняки сменили древесно-вахтово-осоковые и древесно-хвощово-осоковые палеосообщества, отложившие 30 см слой низинных торфов. На их месте сформировались осоковые и осоково-вахтовые палеосообщества, которые образовали 1,0 м слой торфа. Современные сообщества, вероятно, начали существование около 200 л.н., о чем свидетельствуют остатки Molinia caerulea , появившиеся в самом верхнем слое залежи (0- 0,35 м).

Растительность олиготрофных сфагновых грядово-мочажинных болот имеет общие черты с олиготрофными сфагновыми кочковато-мочажинными болотами, которые были изложены нами выше.

На территории планируемого заказника широко распространены заболоченные леса и участки облесенных сосной болот. В основном они относятся к мезо-олиготрофному типу местообитаний. Древостой преимущественно изрежен, низкорослый (высота 4-5 м), его полнота едва достигает величины 0,3, чаще ниже. Микрорельеф, как правило, кочковато-западинный, положительные формы его сформированы приствольными повышениями. Напочвенный покров характеризуется обилием вересковых кустарничков, занимающих от 10 до 40% проективного покрытия (Ledum palustre, Calluna vulgaris, Andromeda polifolia , виды рода Vaccinium , в том числе два вида клюквы, Empetrum nigrum ). Травяной покров редкий, спорадический. Представлен в основном болотными растениями: Rubus chamaemorus, Carex globularis . Характерно здесь присутствие росянки (Drosera rotundifolia ). Моховой покров представлен в основном Sphagnum angustifolium, S. russowii и S. capillifolium в сочетании с лишайниками рода Cladina . Последние могут занимать от 5 до 10% поверхностей приствольных кочек.

Общие особенности и оценка болот и заболоченных земель. Хозяйственного значения заболоченные леса не имеют в силу их крайне низкой продуктивности и обилия сухостоя, на долю которого приходится до 60% деревьев. В то же время они представляют собой определенный рекреационный и эстетический интерес благодаря исключительному разнообразию низкорослых форм стволов и крон живых и усохших деревьев.

Все болота и заболоченные участки находятся в естественном состоянии, как и территория в целом. Человеческая деятельность здесь была и остается сосредоточенной исключительно в Белом море и в настоящее время ограничена только рыбным промыслом. В этом отношении территория ПЛЗ полностью соответствует критериям организации природных охраняемых территорий с ярко выраженными особенностями формирования экосистем по болотному типу.

На основании проведенного исследования биоразнообразия болот проектируемого заказника можно сделать следующие выводы:

  1. На территории заказника в полном объеме представлена болотная флора, характеризующая видовое разнообразие растительного покрова мезоевтрофных, мезотрофных, олиготрофных и олигодистрофных болот Карельского побережья Белого моря.
  2. Здесь сформирована уникальная лесо-болотная биота Карелии, типичная только для центральной части Карельского берега моря. Территория заказника в этом отношении является эталоном ее природы.
  3. По разнообразию растительности болота заказника не имеют себе аналогов среди всех ныне существующих приморских ООПТ республики.
  4. Территория заказника должна стать важным полигоном для мониторинга динамики Белого моря и влияния ее на природную среду региона. В этом отношении болота могут использоваться как одни из индикаторов этого процесса.

3.2 Леса

3.2.1 Общая характеристика лесов по данным лесоустройства

По состоянию на 01.01.2003 вся территории ПЛЗ находится в пределах Государственного лесного фонда. Доминируют открытые болота - почти 71 % площади, а леса покрывают более 1/3 территории (табл. 9). Водоемы и водотоки занимают 4 % (без акватории Белого моря). К лесам первой группы отнесено 58 % общей площади, остальная часть леса третьей группы.

Таблица 9. Распределение площади лесного фонда по группам и категориям

Группа

леса

Общая площадь земель лесфонда

Покрытая лесной растите-льностью

Всего лесных земель

Нелесные земли

сено-косы

воды

Дороги, просеки

болота

прочие

Всего нелесных земель

I

17827

100

7766

44,0

7766

2,0

-

991

5,5

18

-

8939

50,0

111

0,5

10061

56,0

III

13325

100

3529

26,5

3529

-

240

1,8

16

0,1

9540

71,6

9796

73,5

Всего

31152

100

11295

36,3

11295

2,0

-

1231

3,9

34

0,1

18479

59,3

111

0,4

19857

63,7

В лесном покрове доминируют сосняки - 64 % покрытой лесом площади, почти всю остальную часть занимают ельники (табл. 10). Абсолютно преобладают древостои старше 160 лет (в среднем более 86 %). Общий запас древесины - 833 тыс. м3 , в том числе в спелых и перестойных лесах 764 тыс.м3 . (табл. 11). По запасу соотношение между ельниками и сосняками приблизительно равное. Средний запас менее 74 м3 /га, в спелых и перестойных лесах - менее 75 м3 /га.

Таблица 10. Распределение площади лесов по преобладающим породам и группам возраста

Преобл.

Порода

Покрытые лесом земли, га/%

Всего

в том числе по группам возраста

0-20

21-40

41-100

101-120

121-160

160 и >

Сосна

7071/64

44/0,6

289/4,1

804/11,4

45/0,6

108/1,5

5811/81,8

Ель

4081/36

-

-

74/1,8

-

103/2,5

3904/95,7

Береза

113/+

-

-

34/30,1

32/28,3

4/3,5

43/38,1

Всего

11295/100

44/0,3

289/2,6

912/8,1

77/0,7

215/1,9

9758/86,4

Таблица 11. Распределение запасов древесины по преобладающим породам и группам возраста

Преобладающая

Порода

Возраст рубки

Покрытые лесом земли, тыс. м3 /%

Всего

в том числе по группам возраста

0-20

21-40

41-100

101-120

121-160

160 и >

Сосна

121

453,8/54

0,2/-

7,8/1,7

45,6/10,1

4,0/0,9

8,2/1,8

387,6/85,5

Ель

121

372,4/46

-

-

8,1/2,2

-

10,5/2,8

353,8/95,0

Береза

61

7,2/+

-

-

1,2/16,6

2,2/30,6

0,3/4,2

3,5/48,6

Всего

833,4/100

0,2/-

7,8/1,0

54,9/6,6

6,2/0,6

19,0/2,3

744,9/89,5

3.2.2 Экологические особенности лесного покрова

Лесотипологическая структура. По данным специальных исследований в центральной части ПЛЗ (см. рис.1) в лесном покрове доминируют сосняки (58%), в основном в заболоченных местообитаниях (часто с самой минимальной для лесного сообщества полнотой, балансируя между категориями «заболоченный сосняк» - «болото с сосной»). На 80% площади минеральных земель произрастают ельники (табл. 12). С этой точки зрения именно ель является более значимым лесообразующим видом или средообразующим компонентом в ландшафте. Выделено 10 типов леса или 53% от общего числа в северотаежной подзоне. Наиболее широко распространены сосняки кустарничково-сфагновые (33%), ельники черничные влажные (28%), сосняки болотно-кустарнич-ковые (8%). Еловые леса на минеральных землях представляют «острова» среди обширных массивов открытых болот, окаймленных заболоченными сосняками (рис. 3, 4). Явно выделяется узкая прибрежная полоса, отличающаяся относительным преобладанием покрытой лесом площади и древостоями более высокой полноты.

Особенности типов леса . Отличаются ярко выраженным преобладанием торфяных или в разной степени оторфованных почв. Эти типы леса занимают не менее 3/4 площади. Более того, на минеральных землях повсеместно обнаруживаются очаги заболачивания (по микропонижениям и в разломах кристаллического фундамента).

Таблица 12. Лесотипологическая структура

Тип леса

Морские и озерно-ледниковые сильнозаболоченные равнины с преобладанием местообитаний

еловых

(р-н о. Сыроватка)

сосновых

(р-н д.Поньгома)

С. скальный

6

21

С. лишайниковый

0

0

С. брусничный скальный

0

3

С. брусничный свежий

2

5

С. черничный скальный

0

0

С. черничный свежий

0

2

С. черничный влажный

0

5

С. чернично-сфагновый

4

0

С. трав. – хвощ. -сфагновый

0

0

С. болотно-кустарничковый

8

15

С. кустарничково-сфагновый

33

44

С. осоково-сфагновый

5

2

Итого сосняков

58

97

Е. Черничный скальный

4

0

Е. Черничный свежий

0

0

Е. Черничный влажный

28

0

Е. Чернично-сфагновый

4

0

Е. лог, приручейный

0

2

Е. травяно-, хвощево-сфагновый

6

1

Е. Кустарничково-сфагновый

0

0

Итого ельников

42

3

Всего лесов на скальных и неполнопрофильных, торфяных и

Оторфованных почвах

98

93

Здесь даже в условиях зеленомошной группы типов лесных местообитаний обычно накапливается грубая, так называемая сухоторфянистая лесная подстилка, иногда достигающая полуметровой толщины. По периферии минеральных участков типично "фронтальное" заболачивание за счет горизонтального разрастания торфяных залежей. Это дает основания обычно выделять не черничный свежий, а черничный влажный тип леса. Он отличается пониженными полнотой и производительностью, минимальным количеством подроста и оторфованностью лесной подстилки.

Сравнительно неблагоприятные по лесорастительным параметрам почвенные условия определяют и общие особенности древостоев. Средняя полнота и производительность древостоев достигает предельно низких значений для Карелии (табл. 13). В массиве коренных лесов ПЛЗ средняя полнота древостоев – 0.34 (87% -0,4 и ниже), класс бонитета – 5а. 4 (54% – 5 Б , а запас в возрасте 150-200 лет – 71 м 3 /га). Свыше 1/3 древостоев "балансируют" между полнотой 0.2-0.3 (по лесоустроительным нормативам минимальная полнота для отнесения к лесопокрытой площади должна быть 0.3).

Рис. 3 Структура растительного покрова ПЛЗ (классификация космического сканерного снимка 2000 г.) Зеленый цвет - хвойные леса на минеральных землях, желтый - редкостойные заболоченные леса, серый – открытые болота


Рис. 4 Типичный фрагмент профиля на приморской равнине (у оз. Моржового).


Самыми низкими значениями данных показателей характеризуются сосняки скальные и кустарничково-сфагновые (типичные примеры см. табл. 14). По существу этот тип растительности можно назвать "лесотундровым", поскольку на обширных территориях данные лесные сообщества " полуоткрыты" или не в полной мере создают лесную (фитоценотическую) среду. В лесном покрове абсолютно доминируют лесные сообщества среднего возраста более 160 лет (более 90%, без учета прибрежного елово-березового редколесья). Они отличаются в различной степени выраженной разновозрастностью.

Таблица 13. Полнота и производительность древостоев

Доля древостоев с полнотой, %

Доля древостоев

с классом бонитета,%

Средний

запас*

<0.3

0.3

0.4

0.5

0.6

Ср.

5

4

Ср.

37

22

28

5.5

7.5

0.34

54

32

14

-

5а .4

71/28

· в числителе на м 3 / га покрытой лесом, в знаменателе м 3 / га общей площади в возрасте свыше 120 лет

Таблица 14. Краткая характеристика преобладающих типов леса (на примере типичных участков)

Параметры

типа леса

Е. Черничный влажный

С. скальный

С. кустарничково-

Сфагновый

Состав/возраст, лет

>200

130

70

320

210

10050

130

до 300

Диаметр, см/высота, м

22/12

14/10

8/6

36/10

28/9

20/7

14/6

24/7

Полнота/

Запас м 3 /га

0.4/52

0.4/50

Ср. 0. 2 (0.15-0.35) / 16

Бонитет

5а

5б

5б

Подрост:

Состав/возраст

Густота, тыс. экз. /га /высота, м

10Е50

0.7/1.5

10Сразн.

0.5/1.0

10Сразн. +Е

1.0/0.5

Напочвенный покров (проективное покрытие,% мохово-лишай-никового и трав.–кус-тарн. яруса)

Зеленые мхи (70)

Вороника (40)

Багульник (20) Черника (15)

Лишайники (40)

Вороника (10)

Багульник (10)

Брусника (10)

Сфагнумы (95)

Вереск (20)

Багульник (20)

Вороника (20)

Почвы

Торфянисто-глеевые

маршевые

Примитивные скальные, оторфованные в трещинах и разломах

Торфяно-

Подзолистые

Примечание

Остров среди болот

Остров среди заболоченных сосняков

Полоса по периметру открытого болота

Максимальный зафиксированный возраст отдельных сосен не менее 400 лет, ельников – 250 лет, сосняков -350-400 лет. Точное определение максимального возраста невозможно ввиду сердцевинных гнилей практически у всех наиболее старых деревьев. Как правило в сосняках возраст самого старшего поколения не превышает 250 лет, ельниках 200 лет. У более старших деревьев обычны сухие вершины и они постепенно отмирают. Сравнительно небольшой максимальный возраст самых старших поколений обусловлен крайне неблагоприятными условиями лесных местообитаний. В ландшафте доля полнопрофильных минеральных почв невелика. Абсолютно доминируют олиготрофные и мезотрофные торфяные залежи самой разной мощности, в том числе оторфованные на очень сильнозавалуненном минеральном горизонте или скальном основании. В таких жестких эдафических и климатических условиях деревья не доживают до биологически предельного возраста.

Естественное возобновление под пологом древостоев. Естественное возобновление под пологом древостоев, количество и качество подроста лесоообразующих пород имеет важное значение с точки зрения уязвимости лесов. В случае его достаточности появляется возможность обеспечить восстановление лесов, не прибегая к лесокультурным мероприятиям, дорогостоящим и часто неэффективным в неблагоприятных почвенных и климатических условиях. Так, сосняк кустарничково-сфагновый формально отличается сравнительно высокой численностью подроста– 4.5 тыс. экз./га сосны (табл. 15). Однако в этом случае следует иметь ввиду, что данные древостои характеризуются предельно низкой средней полнотой (0.3) и балансируют между категориями "сосна по болоту" и "редкостойный сосняк".

Таблица 15. Краткая характеристика лесовозобновительного процесса под пологом древостоев

Доминирующие типы леса (занимают более 60% покрытой лесом площади)

Распределение площади древостоев по категориям численности подроста (%) ели* /сосны (тыс. экз. /га)

ели/сосны

тыс. экз. /га

Состав

0-0.2

0.21-1.0

1.01-3.0

3.0-7.0

С. кустарничково -сфагновый

100/0

0/5

0/9

0/86

0.1/4.5

10С

ед Е

Е. черничный влажный

26/0

74/100

0/0

0/0

0.5/0.6

5С5Е

В целом подрост отличает крайне угнетенное состояние, очень высокий возраст, низкая высота, небольшая численность при неравномерной встречаемости. Он явно бесперспективен с точки зрения целесообразности сохранения при рубках. Кроме того, следует иметь ввиду, что успешное создание лесных культур в сильнозаболоченных олиго- и мезотрофных местообитаниях данных типов ландшафта сопряжено с необходимостью проведения комплекса гидролесомелиоративных работ. Однако они нецелесообразны в связи с нулевой экономической эффективностью осушения.

Лесовозобновительный процесс на вырубках. Характерны медленные темпы восстановления древесной растительности в доминирующих типах местообитаний в связи с неблагоприятными лесорастительными условиями. Так, по материалам лесоустройства в среднем на более чем 90% вырубок 5-10 летней давности (находятся за пределами ПЛЗ) естественное возобновление полностью отсутствует. Здесь нет даже лиственных пород, обычно в большом количестве появляющихся на следующий год после рубки. Между тем, анализируемые типы местообитаний (зеленомошная группа) сравнительно наиболее благоприятны для появления лесообразующих пород. Следует также заметить, что все приводимые здесь и далее данные лесоустройства значительно усреднены. Часть вырубок и молодняков находится вне исключительно сильнозаболоченных, скальных и др. местностей с наиболее жесткими условиями для естественного возобновления. В относительно дренированных местностях, с доминированием супесчаных и песчаных почв и др., особенно на паловых вырубках, этот процесс развивается более успешно.

На следующей стадии формирования молодняков – в возрасте 10-20 лет обращает на себя внимание их сравнительно низкая полнота. Даже в брусничном типе местообитания как наиболее благоприятном для восстановления сосновых лесов в среднем зафиксирована самая низкая полнота сосняков брусничных в возрасте 10-20 лет (0.4-0.5 на более чем 80% площади). Состав формирующихся древостоев отличается пониженным участием сосны в сравнении с коренными древостоями. Так, в брусничном типе условий половина молодняков имеет в составе лишь 3-4 единицы сосны.

Более детальное представление о специфике лесовозобновительного процесса дают данные детальных натурных обследований. Выделяются крупные участки с явно замедленными темпами восстановления лесной растительности после рубок (см. раздел 3.4). Обычно это самые типичные урочища в наиболее сильнозаболоченных местностях, состоящих из различных комбинаций участков открытых болот, заболоченных и скальных типов леса площадью порядка 100–1000 га. Через 30-40 лет после рубки здесь формируются "лесоболотные" или "скальные" растительные группировки с полнотой не превышающей 0.2 и численностью предварительного и последующего возобновления сосны в пределах 1 тыс. экз./га. и средней высотой не более 1 м. Очевидно, что процесс формирования вторичного лесного покрова приобретает здесь затяжной характер.

Таким образом, сплошные рубки в наиболее сильнозаболоченных местностях морских и озерно-ледниковых равнин могут привести к ликвидации лесной среды на многие десятилетия или образованию на обширных участках устойчивых сообществ с обликом, близким к лесотундровому.

Общие особенности и оценка лесного покрова. Территория ПЛЗ представлена беспрецедентно для условий северо-запада таежной зоны России сильнозаболоченной местностью, где доля покрытой лесом площади не превышает 20-30%, причем в лесном покрове абсолютно доминируют сообщества на разных стадиях интенсивного заболачивания. На остальной территории компоновка суходольных лесов также носит выраженный "островной" характер – это минеральные "острова" на фоне обширных открытых болот, окаймляемых очень низкополнотными заболоченными лесами. Леса данной категории местностей фактически находятся на разных стадиях естественной деградации, тот есть лесные сообщества в результате тотального заболачивания постепенно трансформируются в лесоболотные, а затем и открытые болота, лишенные древесной растительности.

Лесные и лесоболотные сообщества данной части Карельского побережья Белого моря существуют в экстремальных эдафических и климатических условиях на фоне остальной территории Карелии.

Естественный лесовозобновительный процесс в наиболее сильнозаболоченных местностях происходит замедленными темпами или может растягиваться на неопределенное время. Прибрежные лесные и лесоболотные сообщества весьма оригинальны с точки зрения биоразнообразия и отличаются высокой степенью уязвимости к антропогенным воздействиям. Леса непосредственно примыкающие к береговой линии имеют не только локальное, но и большое региональное средообразующее (в том числе биотопообразующее) и средозащитное значение. Это своего рода естественный барьер (аналогичный притундровым лесам), во многом определяющий и регулирующий экологическую ситуацию на обширных территориях Прибеломорской низменности. В условиях «островного» расположения лесов тотальные сплошные рубки имеют ярко выраженный «биотопоразрушающий» эффект.

3.3 Луга

На всем побережье Белого моря на верхней литорали и супралиторали на послеледниковых морских отложениях сформировались первично-безлесные приморские луга, что дало основания для выделения побережья в особый Беломорский луговой район Карелии (Раменская, 1958). Приморские луга испытывают постоянное воздействие морской воды, поэтому их тип и флористический состав определяется в основном режимом подтопления соленой водой, действием волн, а выше зоны подтопления также влиянием брызг во время штормов. Большое значение имеет характер литорали, который на территории планируемого заказника представлен всеми типами: песчаной, илистой, валунной и каменистой, нередко в различном их сочетании на небольшом пространстве. Приморские луга чаще рассматривают как особый тип растительности – галофитную, а занятые ими территории – маршами (лайдами). Однако сообщества по узкой полосе вдоль приморских опушек можно отнести к настоящим злаково-разнотравным лугам, хотя и в таких сообществах обычно в том или ином количестве почти всегда присутствуют типичные галофильные виды растений.

Растительность лугов . На обследованной территории приморские луга распространены по всему побережью, их ширина варьирует от нескольких метров на открытых для волн берегах до нескольких десятков и даже сотен метров в защищенных островами заливах и в лагунах.

На песчаной литорали ниже уровня отлива обычны одновидовые, наиболее «глубоководные» сообщества Zostera angustifolia (Hornem.) Reichenb., на заиленной - Salicornia pojarkovae N. Semen. В верхней полосе среднего прилива они сменяются сообществом Salicornia europaea L., а на о. Сыроватка описан его вариант с доминированием Spergularia salina J. & C. Presl. На илистой литорали, особенно в лагунах, распространены одно- или маловидовые сообщества Ruppia brachypus J. Gay или R. maritima L. В лагунах с опресненной водой нередки одно- или маловидовые сообщества Potamogeton pectinatus L., Hippuris tetraphylla L. или H . x lanceolata Retz., последние два встречаются также в скальных ваннах.

В верхней же полосе прилива на песчаных, почти всегда с выходами скал и сильно завалуненных берегах, развиваются сообщества Tripolium vulgare Nees, Triglochin maritimum L. или Plantago maritima L., в которых данные виды доминируют или поодиночке, или в разном соотношении. Последние два вида, особенно Plantago maritima , формируют также сообщества на песчаных, сильно заиленных участках выше среднего уровня прилива. На песках в защищенных от действия волн местах встречаются чистые заросли Phragmites australis (Cav.) Trin. ex Steud. На илистой литорали отмечены сообщества с доминированием Carex subspathacea Wormsk. ex Hornem., C . salina Wahlenb., Juncus atrofuscus Rupr., Glaux maritima L., Eleocharis uniglumis (Link.) Schult., Puccinellia asiatica (Hadač & Á. Löve) Czer., P. coarctata Fern. & Weath. (два последних – на участках с застаивающейся водой), Blysmus rufus (Huds.) Link. Сообщество с доминированием Blysmus rufus особенно характерно для берегов лагун с опресненной водой и часто представлено в виде обширных, иногда почти чистых зарослей. В таких же местах нередко и сообщество Eleocharis quinqueflora (F. X. Hartm.) O. Schwarz.

Выше линии среднего прилива на илистых грунтах представлены сообщества с доминированием Carex glareosa Wahlenb. (на наиболее «сухих» участках), C. mackenziei V. Krecz., C. paleacea Wahlenb., C. rariflora (Wahlenb.) Smith, Carex recta Boott (и ее вариант с Stellaria humifusa Rottb.), Agrostis gigantea Roth, Festuca rubra L. В сложении почти всех этих сообществ, особенно последнего, в той или степени участвуют многие болотные виды.

На песчаных пляжах обширные, но иногда сильно изреженные заросли в том или ином сочетании формируют Honckenya peploides (L.) Ehrh., Alopecurus arundinaceus Poir., Elytrigia repens (L.) Nevski и Leymus arenarius (L.) Hochst., на выбросах водорослей и аварийной древесины – Atriplex nudicaulis Bogusl., Sonchus humilis Orlova, в периферийной части пляжей и вблизи опушки – Lathyrus aleuticus (Greene) Pobed.

Крайне необычными нам представляются болотистые, обычно с кустарниками, приморские сообщества, сформировавшиеся вблизи опушек по берегам лагун. Здесь доминируют либо Filipendula ulmaria (L.) Maxim., либо Molinia caerulea (L.) Moench. О том, что они относятся к приморским лугам, свидетельствует присутствие в сообществах типичных галофильных видов и наличие аварийной древесины. В таких же местах вне зоны забрызгивания во время прибоя широко распространены, обычно узкой полосой, настоящие злаково-разнотравные луга. Эти луга отличаются отсутствием ярко выраженных доминантов, пестрым видовым составом, в котором обычно представлены в том или ином количестве многие и галофильные, и болотные, и лесные виды. Именно в составе таких лугов чаще всего встречается охраняемый вид Ophioglossum vulgatum L., который ранее на побережье Белого моря был обнаружен только на Соловках (Erkamo, 1947; Киселева и др., 1997). Так как описания, в которых присутствует данный вид, с территории Карелии нам неизвестны, а сообщества с данным видом относятся к числу редких, мы сочли целесообразным их привести (табл. 16). Описания сделаны на пробных площадках площадью 4 м2 квадратной (по возможности) или прямоугольной формы.

В составе приморских луговых сообществ выявлены такие охраняемые в Карелии и Восточной Фенноскандии виды, как Ophioglossum vulgatum L., Ruppia brachypus J. Gay, Bolboschoenus maritimus (L.) Palla, Carex recta Boott. и Puccinellia capillaris (Liljebl.) Jansen.

Оценка участка. На территории ПЛЗ представлено подавляющее большинство сообществ приморских лугов, существующих на западном побережье Белого моря (Раменская, 1958; Вехов, 1969; Бреслина, 1980; Вехов, Георгиевский, 1984; Голуб, Соколов, 1998; Бабина, 2002). Луга испытывают крайне незначительное антропогенное воздействие, следов предшествующей деятельности не обнаружено, хотя, вероятно, какая-то их часть ранее выкашивалась. Исключением является полоса аварийной древесины, которая нередко заметно влияет на волновой режим и иногда является «искусственной» границей сообществ.

Таблица 16. Характеристика растительных сообществ с участием Ophioglossum vulgatum

Вид

Обилие-покрытие *(см. Примечание)

Primula finmarchica Jacq.

2b

2b

2a

1

Salix cinerea L.

r

r

r

Betula subarctica Orlova

r

r

Bryum salinum Hag. ex Limpr.

2a

2a

2m

Juncus atrofuscus Rupr.

+

2a

1

r

2b

+

r

2a

2m

Carex glareosa Wahlenb.

1

+

1

+

+

Triglochin maritimum L.

1

+

+

+

Plantago maritima L.

+

Alopecurus arundinaceus Poir.

1

+

Festuca rubra L.

2m

1

2a

2a

2a

r

Ophioglossum vulgatum L.

1

1

1

1

2a

2m

1

1

1

2a

+

2m

Rhinanthus minor L.

2m

+

+

2a

1

2a

+

r

+

R

1

Ranunculus polyanthemos L.

+

+

3

2a

r

+

R

+

+

Solidago lapponica With.

1

r

Hieracium umbellatum L.

1

1

Agrostis tenuis Sibth.

1

1

Stellaria graminea L.

1

Festuca ovina L.

1

1

+

r

Dianthus superbus L.

1

+

1

r

+

r

1

Veronica longifolia L.

+

+

+

+

2a

+

1

2a

Empetrum hermaphroditum Hagerup

1

1

2a

+

2b

1

2a

3

2b

1

Agrostis gigantea Roth

1

1

1

2m

1

1

2m

1

1

+

1

Euphrasia frigida Pugsl.

2m

2m

1

1

2m

2m

2m

Chamaepericlymenum suecicum

1

r

1

2a

1

(L.) Aschers.& Graebn.

Calamagrostis neglecta (Ehrh.)

2m

1

2a

2a

Gaertn., Mey. & Scherb.

Melampyrum pratense L.

2m

1

2a

Epilobium palustre L.

r

+

r

Cenolophium denudatum (Hornem.) Tutin

r

+

Angelica sylvestris L.

r

2a

2a

+

2a

+

2a

+

2a

1

r

Trientalis europaea L.

+

1

+

+

R

+

r

2m

+

Rumex thyrsiflorus Fingerh.

+

+

+

+

+

r

r

r

Ligusticum scoticum L.

+

+

+

r

r

+

+

Coccyganthe flos-cuculi (L.) Fourr.

1

+

r

1

+

+

+

Parnassia palustris L.

1

+

+

+

+

+

+

Potentilla egedi Wormsk.

+

+

+

r

r

r

Tanacetum vulgare L.

r

r

+

r

Conioselinum tataricum Hoffm.

+

r

+

+

Vaccinium uliginosum L.

+

Filipendula ulmaria (L.) Maxim.

r

Comarum palustre L.

r

Bistorta vivipara (L.) S. F. Gray

+

Sanionia orthothecioides (Lindb.) Loeske

2m

1

1

2a

Warnstorfia exannulata (Guemb. in B. S. G.) Loeske

3

Всего видов

18

14

19

22

17

17

16

21

19

17

18

16

Общее проективное покрытие

40

30

25

35

70

60

55

35

65

60

25

20

* Для количественной характеристики видов использована модифицированная шкала обилия-покрытия Браун-Бланке (Barkman et al., 1964), в которой особое внимание уделяется наиболее многочисленным в сообществе видам с невысокой численностью (до 50 особей) и (или) проективным покрытием (до 25%): r – вид представлен 1–2 особями, + – 3–5 особями, 1 – 6–50 особями, 2m – свыше 50 особей, 2a –покрытие 5–15%, 2b – покрытие 16–25%, 3 – покрытие 26–50%, 4 – покрытие 51–75%, 5 – покрытие 76–100%, при этом в классах r–2m проективное покрытие составляет менее 5%, в классах 2a–5 может быть любое количества особей.

3.4 Ландшафтные особенности природных комплексов

ПЛЗ находится в пределах ландшафта озерно-ледниковых и морских сильнозаболоченных равнин с преобладанием еловых местообитаний (Волков и др., 1995; Громцев, 2000). Данный тип ландшафта встречается только на побережье Белого моря, где представлен всего лишь двумя небольшими контурами (всего 214 тыс. га или 2 % площади северотаежной подзоны Карелии и менее 1,5 % всей площади региона). Таким образом, с природоохранной точки зрения это один из самых редких типов таежных экосистем ландшафтного ранга.

Внутренняя структура ландшафта выглядит следующим образом. Фоновым типом урочища являются приморские равнины с олиго-мезотрофными болотами и сосняками кустарничково-сфагновой и ельниками болотно-травяной группы типов БГЦ на торфяных и торфяно-глеевых почвах. Их центральные части, как правило, представлены олиго-мезотрофными болотами. Периферийные части – сосняками кустарничково- и осоково-сфагновыми на торфяных почвах и, изредка, ельниками травяно-, хвощево-сфагновыми и чернично-сфагновыми на торфяно-глеевых почвах. В целом этот комплекс фаций на разных стадиях заболачивания в условиях обширных равнинных участков занимает свыше 70% площади (рис. 3).

На этом фоне небольшими минеральными островами располагаются: 1) скальные гряды перекрытые маломощным покровом из ледниковых и морских отложений с ельниками черничной группы типов БГЦ на торфянисто-глеевых маршевых почвах (15%), 2) грядообразные возвышения с выходами коренных пород с сосняками кустарничково-сфагновой группы типов БГЦ и скальными на сухоторфянистых маршевых подзолах и примитивных скальных почвах (7% общей площади). Их относительное превышение над окружающими болотными массивами обычно не более нескольких метров. На остальной территории (8%)приморские равнины с лугами на маршевых почвах, проточные ложбины с ельниками травяно-сфагновой группы типов леса на торфяно-перегнойных почвах и озера.

Был проведен и общий сравнительный анализ (Громцев, 2000) следующих ресурсов (функций) данного типа ландшафта (на фоне 32 других, представленных в Карелии): 1) древесины; 2) ягодных, кормовых и лекарственных растений (6 видов); 3) охотничьих животных; 4) рекреационных; 5) средообразующих и средозащитных (с точки зрения их значимости и уязвимости к антропогенным воздействиям); 6) биологических (с точки зрения ландшафтного и биогеоценотического разнообразия). В итоге территория была отнесена к ландшафту с лесами преимущественно «экологического» (средообразующего и средозащитного назначения). Другими словами, вся система лесопользования должна быть ориентирована на сохранение и усиление этих функций лесов.

4. Характеристика и оценка наземной флоры и фауны

4.1 Сосудистые растения

Территория ПЛЗ расположена в Топозерском флористическом районе (Раменская, 1983), иначе в биографической провинции Karelia keretina (Kk ) в понимании скандинавских натуралистов (см., например, Mela, Cajander, 1906). Вплоть до последнего времени эта территория была совершенно неизученной в ботаническом плане. Нами она впервые была бегло посещена в 1991 г., но опубликованы данные только о находках нескольких наиболее редких в Карелии видов (Кравченко, 1999). Исследования 2003 г. позволили выявить состав флоры более полно, хотя ввиду труднодоступности удаленных от моря частей западная часть планируемого заказника обследована не была. Основные работы были сосредоточены на участке материкового побережья между мысом Моржовый и южной оконечностью о. Сыроватка и в глубь материка до 5 км, а также приустьевые части рек Ундукса на юге и Хлебная на севере. Обследованы также все самые крупные острова – Большой Робьяк, Двинская луда, Сыроватка и ряд мелких скальных островов-луд севернее и южнее о. Сыроватка.

Всего на территории планируемого заказника выявлено 302 вида сосудистых растений, объединенных в 168 родов и 66 семейств. Аборигенную фракцию представляют 290 видов из 161 рода и 65 семейств. В адвентивной фракции – 12 видов (4% от общего количества видов) из 12 родов и 11 семейств. Первые три места в десятке ведущих занимают семейства Cyperaceae (43 вида или 14, 8%), Poaceae (32; 11, 0), Asteraceae (16 вида, 5, 5%), что характерно как для флоры Карелии, так и для бореальных флор в целом. Далее следуют семейства Salicaceae, Caryophyllaceae, Ericaceae, Rosaceae, Juncaceae, Orchidaceae, Apiaceae. Доля 10-ти ведущих семейств составляет 55, 9% (162 вида), что также типично для бореальных флор. К особенностям таксономической структуры флоры, определяющей ее более-менее северный характер, следует отнести сравнительно высокое положение в спектре ведущих семейств Salicaceae (ранг 4), Ericaceae (ранг 5-6) и Betulaceae (ранг 11-13); вхождение в десятку ведущих семейства Apiaceae (делит ранг 8-10 с семействами Juncaceae и Orchidaceae ) и смещение на более низкие позиции семейств Scrophulariaceae (ранг 11-13), Polygonaceae (ранг 14) и Ranunculaceae (ранг 15), занимающих обычно места в десятке ведущих.

Хотя основу флоры составляют широко распространенные таежные виды (161 вид; 55, 5%), широко представлены северные широтные группы. «Северная» группа географических элементов, объединяющая арктические, арктоальпийские, арктобореальные, гипоарктические, гипоарктоальпийские, гипоарктобореальные виды, составляет 81 вид (27, 9%), от общего количества аборигенных видов, тогда как в более удаленных от побережьях локальных флорах эта цифра не превышает 10-15%. Повышенная роль северных видов является характерной чертой флоры планируемого заказника, как и всего беломорского побережья в целом.

Группа элементов широкого диапазона распространения (плюризональные) представлена 36 видами (12,4%), самая малочисленная группа бореальнонеморальных элементов (условно «южные») насчитывает 12 видов (4,1%). Из южных видов нередки Melica nutans L., Paris quadrifolia L., Platanthera bifolia (L.) Rich.. Довольно обычный в регионе Milium effusum L. встречается редко, разрастаясь только в местах, явно испытывающих антропогенное влияние.

Среди долготных фракций ведущей по количеству видов является циркумполярная (143 вида; 49,3%), за ней следуют: евроазиатская (69; 23, 8), европейская (30; 10, 3), евросибирская (22; 7, 6), еврозападносибирская (14; 4, 8) и амфиатлантическая (12 видов; 4,1%). Следует отметить относительно высокую численность сибирских видов, в сумме их доля составляет 12,4% (36 видов).

Преобладающими географическими элементами (типами ареалов) являются бореальные циркумполярные (70 видов; 24,1%), бореальные евразиатские (51; 17, 6), плюризональные циркумполярные (24; 8, 3) и гипоарктические циркумполярные (17 видов; 5, 9%).

Во флоре еловых (Picea obovata (L.) Karst., P. x fennica (Regel) Kom.) и сосновых лесов, первичных березняков, сложенных березой субарктической (Betula subarctica Orlova), абсолютно преобладают таежные травы и кустарнички. В составе напочвенного покрова почти во всех типах леса присутствуют болотные кустарнички, что характерно для северотаежных лесов. Повсеместно обычен гипоарктический вид Chamaepericlymenum suecicum (L.) Aschers. & Graebn.

На всех посещенных островах (что особенно характерно для совершенно безлесных островов Большой Робьяк и Двинская луда) широко развиты экстразональные тундровые или, иначе, тундрообразные сообщества (приморские вороничники по: Бреслина, 1971), распространенные по скалистым островам вплоть до южного побережья Онежского залива Белого моря. Преобладают вороничные, кустарничково-вороничные, арктоусово-вороничные, кустарничковые, всегда с обильными мхами и лишайниками, тундры. На скальных островах они почти всегда сочетаются с открытыми группировками скал, покрытыми только мхами и лишайниками или вовсе голыми, и многочисленными микроболотцами практически во всех отрицательных формах рельефа. В тундрах основу покрова составляют кустарнички – Empetrum hermaphroditum Hagerup, Vaccinium vitis-idaea L., V. myrtillus L., V. uliginosum L., Arctous alpina (L.) Niedenzu. Иногда наблюдается значительное участие кустарников, прежде всего Juniperus sibirica и ив (Salix glauca L., S. phylicifolia L.). Травянистые растения не играют значительной роли, их состав значительно варьирует, приурочены они в основном к микроболотцам и скалистым участкам. Чаще других встречаются Carex rariflora (Wahlenb.) Smith и C. globularis L., с разной частотой – такие северные виды, как Huperzia apressa (Desv.) Á. & D. Löve, Luzula frigida (Buchenau) Sam., Rhodiola rosea L., Euphrasia frigida Pugsl. и т. п.

Характерной чертой флоры, что совершенно ясно, является большое количество видов морских побережий – мелководий и берегов. Здесь встречаются все виды литорали: песчаная, глинистая, каменистая, валунная. Обычны такие виды, как Triglochin maritimum L., Plantago maritima L., Tripolium vulgare Nees, Zostera angustifolia (Hornem.) Reichenb., различные виды родов Puccinellia и Carex . На супралиторали, особенно на песчаных, часто сильно завалуненных пляжах, образуются мощные заросли крупных злаков – Alopecurus arundinaceus Poir., Elytrigia repens (L.) Nevski, Leymus arenarius (L.) Hochst. Часто на голом песке обширные подушковидные заросли образует Honckenya peploides (L.) Ehrh.. В периферийной части пляжей и по опушке характерным видом является Lathyrus aleuticus (Creene) Pobed.. Особенно пышно приморская растительность развивается на выбросах водорослей (в основном фукусах), так называемых подтурных землях. Накоплению выбросов водорослей способствуют аварийная древесина – топляк, в изобилии присутствующий по всем пологим берегам. Наиболее типичные виды – Atriplex nudicaulis Bogusl., щавели (Rumex aquaticus L., R . pseudonatronatus (Borb.) Borb. ex Murb., R . thyrsiflorus Fingerh.), Tripleurospermum subpolare Pobed., Stellaria crassifolia Ehrh., S . humifusa Rottb., Sonchus humilis Orlova и т. п. Глинистая литораль представлена в наиболее глубоко вдающихся в сушу заливах. Только на глинистой литорали обнаружены Ruppia brachypus J. Gay, R . maritima L., Salicornia europaea L., S . pojarkovae N. Semen.

На территории представлены все типы встречающихся в Карелии болот: дистрофные, верховые, которые преобладают, переходные, низинные и аапа. Болота никогда не подвергались мелиорации. Наиболее богаты с флористической точки зрения аапа болота, где представлен практически весь комплекс характерных для них видов: Selaginella selaginoides (L.) P. Beauv. ex Schrank & C. Mart., Molinia caerulea (L.) Moench, Carex livida (Wahlenb.) Willd., Juncus stygius L., Tofieldia pusilla (Michx.) Pers., Dactylorhiza traunsteineri (Saut.) Soó, Gymnadenia densiflora (Wahlenb.) A. Dietr., Calluna vulgaris (L.) Hull, Utricularia minor L. и проч. Не менее интересны низинные болота, сформировавшиеся по берегам лагун, среди которых преобладают таволговые (Filipendula ulmaria (L.) Maxim.), молиниевые (Molinia caerulea (L.) Moench) и травяно-осоковые сообщества с крайне незначительной ролью мхов. Здесь часто встречается редкая в Карелии ассоциация с доминированием Eleocharis quinqueflora (F. X. Hartm.) O. Schwarz.

Так как рассматриваемая территория осваивалась только рыбаками и охотниками, влияние человека на флору крайне незначительно. В составе заносной флоры выявлено всего 12 видов. Заносные виды встречаются практически только вблизи рыбацких изб. Нередких гемерофильных видов (отмеченных неоднократно) всего несколько: Poa annua L., Urtica dioica L., Stellaria media (L.) Vill., Trifolium pratense L., Amoria repens (L.) C. Presl, Lepidotheca suaveolens (Pursh) Nutt. Значительно реже встречаются Alchemilla subcrenata Bus. (мыс Моржовый), Geranium pratense L. (о. Сыроватка, материк у северной оконечности о. Сыроватка, устье р. Хлебная), Chaerophyllum prescottii DC. (устье р. Хлебная), Glechoma hederacea L. (о. Сыроватка).

Виды, занесенные в Красные книги и наиболее ценные объекты . На территории планируемого заказника встречаются редкие и нуждающиеся в охране виды. В Красную книгу Российской Федерации (1988) внесены пальцекорник Траунштейнера (Dactylorhiza traunsteineri ) – аапа болото в 1 км к западу от оз. Моржовое и осока свинцово-зеленая (Carex livida ) – в нескольких местах на материке между мысом Моржовый и о. Сыроватка; вблизи устья р. Хлебная. В Красную книгу Карелии (1995) помимо этих видов включены еще 8: гроздовник северный (Botrychium boreale Milde) – о. Большой Робьяк; г. ланцетный (Botrychium lanceolatum (S. G. Gmel.) Ångstr.) – о. Двинская луда; рдест гребенчатый (Potamogeton pectinatus L.) – лагуны с солоноватой водой между мысом Моржовый и о. Сыроватка; клубнекамыш морской (Bolboschoenus maritimus (L.) Palla) – материк у северной оконечности о. Сыроватка; осока Биджелоу (Carex bigelowii Torr. ex Schwein.) – там же; крупка седая (Draba incana L.) – о. Двинская луда, о. Большой Робьяк; родиола розовая (Rhodiola rosea ) – повсеместно на приморских скалах, и кровохлебка многобрачная (Sanguisorba polygama Nyl.) – о. Сыроватка. В Красную книгу Восточной Фенноскандии (Red Data Book.., 1998) внесены ужовник обыкновенный (Ophioglossum vulgatum L.) – устье р. Хлебная и в нескольких местах на материке у северной оконечности о. Сыроватка; осока прямая (Carex recta Boott.) – нередко на приморских лугах; подмаренник трехраздельный (Galium trifidum L.) – в нескольких местах на материке и на островах; горечавочка горькая (Gentianella amarella (L.) Boern.) – о. Двинская луда; бескильница нитевидная (Puccinellia capillaris (Liljebl.) Jansen), руппия коротконожковая (Ruppia brachypus ), камнеломка дернистая (Saxifraga cespitosa L.) – о. Двинская луда, о. Большой Робьяк, каменистые луды, примыкающие с севера к о. Сыроватка, материк у северной оконечности о. Сыроватка; рябина Городкова (Sorbus gorodkovii Pojark.) – в нескольких пунктах (приведены только те виды, которые в данной Красной книге имеют категорию охраны в том числе на территории Карелии).

Наиболее оригинальными с точки зрения встречаемости сосудистых растений являются следующие сообщества:

1) Каменистые воронично-лишайниковые, кустарничково-лишайниковые тундры. Они обычно составляют единый комплекс с осоково-сфагновыми микроболотцами в микропонижениях и группировками открытых скал. Здесь обычны такие арктоальпийские виды, как Carex rariflora , Luzula frigida , Arctous alpina , Salix glauca , встречаются охраняемые виды: Botrychium boreale , Draba incana , Rhodiola rosea , Saxifraga cespitosa и проч.

2) Приморские елово-березовые и березовые, напоминающие по облику лесотундровые, леса. В составе древесного яруса таких насаждений доминирует Betula subarctica . В подлеске с высоким постоянством и обилием встречаются северные виды ив – Salix glauca и S. stipulifera (B. Flod. ex Häyrén) Hiit. (последний вид ранее для Карелии не приводился).

3) Аапа болота. Здесь представлен почти весь комплекс видов, характерных для западного варианта аапа болот. К востоку от Белого моря эти виды крайне редки.

4) Первичные злаково-разнотравные суходольные луга, формирующие узкую полосу вдоль приморских опушек. Эти луга отличаются отсутствием ярко выраженных доминантов, пестрым видовым составом, в котором обычно представлены в том или ином количестве многие галофильные виды.

5) Лагуны с солоноватой водой. Только в этих лагунах на всем беломорском побережье Карелии встречается такой охраняемый вид, как Potamogeton pectinatus . Обычны Hippuris vulgaris L. и H . × lanceolata Retz., встречены считающиеся редкими Ruppia brachypus и R. maritima .

Наиболее важными с точки зрения охраны сосудистых растений являются следующие территории и объекты:

1) О. Большой Робьяк. Остров скальный, безлесный, на нем абсолютно преобладают различные варианты каменистых кустарничково-лишайниковых тундр. Здесь встречаются такие охраняемые виды, как Botrychium boreale , Carex recta , Draba incana , Rhodiola rosea , Saxifraga cespitosa , Sorbus gorodkovii и Galium trifidum .

2) О. Двинская луда. Остров скальный, безлесный, с преобладанием тундр. Здесь встречаются такие охраняемые виды, как Botrychium lanceolatum , Draba incana , Rhodiola rosea , Sorbus gorodkovii , Gentianella amarella , Saxifraga cespitosa .

3) О. Сыроватка. Остров моренный, на котором одинаково широко распространены лесные сообщества (преимущественно первичные березняки), тундры, галофитная растительность. Здесь встречается охраняемые виды Rhodiola rosea , Sanguisorba polygama (наиболее южное известное местонахождение) и Galium trifidum , а также такие редкие виды, как Carex capillaris L. и Ribes hispidulum (Jancz.) Pojark. (самые южные известные места произрастания на всем беломорском побережье).

4) Болотный массив западнее оз. Моржовое. Здесь представлены болотные сообщества разных типов, в том числе аапа болота с характерным набором видов, среди которых встречаются охраняемые в России Dactylorhiza traunsteineri и Carex livida .

5) Вся узкая прибрежная полоса приопушечными злаково-разнотравными лугами и разнообразной галофитной растительностью, в составе которой достаточно обычны считающиеся редкими в Карелии виды рода Ruppia , Puccinellia capillaris , P. pulvinata (Fries) V. Krecz., P. coarctata Fern. & Weath., Blysmus rufus (Huds.) Link, Bolboschoenus maritimus (наиболее северная точка в Карелии), Carex recta .

Исследования выполнялись частично при поддержке РФФИ (проект 03-04-48735).

4.2 Листостебельные мхи

История исследований. Побережье Белого моря и прилегающие к нему острова с флористической точки зрения представляют большой интерес. Своеобразие флоры и растительности Карельского и Поморского берегов и островов Белого моря к югу от Калгалакши позволило М.Л. Раменской (1960) выделить этот участок Карелии в отдельный флористический район - Беломорский, но впоследствии она отказалась от его выделения. Согласно последнему флористическому районированию побережье Белого моря входит в состав 3-х флористисческих районов: Топозерского, Кемского и Выгозерского (Раменская, 1983). В своей работе мы придерживаемся более раннего флористического районирования Карелии (Раменская, 1960).

Некоторые данные по мхам болот Карельского берега Белого моря содержатся в геоботанической работе Г.А. Благовещенского (1936). Сведения по бриофлоре Поморского берега Белого моря очень немногочисленны (Елина, Юрковская, 1964, 1965). В 1970-х годах сборы мхов в окрестностях села Нюхча проводила Л.А. Волкова, однако результаты этих исследований не опубликованы. Острова Белого моря в бриофлористическом отношении исследованы лучше. Первый список бриофитов архипелага Кузова находим у Р.Р. Поле (1915). Современные данные по листостебельным мхам островов содержатся в ряде публикаций (Савич, 1936; Богданова, 1969; Абрамов, Волкова, 1982; Белкина, Лихачев, 1997, 1999; Максимов, Максимова, 1999, 2003; Кузьмина, Смагин, 2001).

Специальных бриофлористиченских исследований на Карельском берегу Белого моря не проводилось. Впервые такие исследования были выполнены нами в ПЛЗ “Сыроватка“ в июле 2003 года. Заказник находится в Беломорском флористическом районе (Раменская, 1960) или в юго-восточной части биогеографической провинции Karelia keretina (Mela, Cajander, 1906). В результате обработки гербария бриофитов (более 400 образцов) в заказнике выявлено 97 видов листостебельных мхов (см. список). Из них 14 видов (Sphagnum obtusum , S . papillosum , S . rubellum , S . subnitens , S . teres , Tortella fragilis , Fissidens osmundoides , Orthotrichum pylaisii , Amblystegium serpens , Calliergon giganteum , Drepanocladus polygamus , Plagiothecium cavifolium , Brachythecium rivulare , B. udum ) впервые указываются для Беломорского флористического района. Последний вид является новым для бриофлоры Карелии. Ранее в районе отмечалось 135 видов листебельных мхов (Максимов и др., 2003). Таким образом, в настоящее время флора мхов Беломорского флористического района составляет 149 видов (табл. 17).

Редкие и ценные объекты. Из интересных находок следует отметить обнаружение в этом районе Brachythecium udum , Cinclidium subrotundum , Orthotrichum pylaisii, Polytrichastrum alpinum var . fragile , Polytrichum jensenii и Sphagnum subnitens . Cinclidium subrotundum и Sphagnum subnitens – редкие виды, занесенные в Красную книгу Карелии (1995) и Red Data Book of East Fennoscandia (1998). Cinclidium subrotundum ранее был собран на территории флористического района в 1982 г. А.И. Максимовым (Максимов и др., 2003). Заказник “Сыроватка“ является самой юго-восточной точкой произрастания вида в Карелии. Sphagnum subnitens был известен только из западных районов Карелии (Волкова, Максимов, 1993; Максимов, 2000). Polytrichastrum alpinum var . fragile - редкий арктический вид, впервые обнаружен на побережье Белого моря. Ранее указывался только для островов, где встречается не часто (Максимов, Максимова, 1999, 2003; Максимов и др., 2003). Polytrichum jensenii также является арктическим видом и его распространение в Карелии связано с подзоной северной тайги (Волкова, 1972; Волкова, Максимов, 1993). Возможно, что Беломорский флористический район является местом основного сосредоточения этого вида в регионе. Orthotrichum pylaisii встречается только на приморских скалах в местах обитания морских птиц. ПЛЗ является вторым местом произрастания вида в Карелии.

Общие особенности мохового покрова . Характерной особенностью наиболее широко распространенных в заказнике сосняков багульниково-воронично-зеленомошно-сфагновых является доминирование в напочвенном покрове сфагновых мхов, таких как Sphagnum capillifolium , S . girgensohnii , S . russowii , S . fuscum . Бриевые мхи обычно не образуют сплошного покрова, а представлены отдельными куртинами из Pleurozium schreberi , Dicranum scoparium , Polytrichum commune. Изредка здесь встречаются крупные валуны, на которых поселяются скальные виды: Racomitrium microcarpon и Andreaea rupestris . На очень редко встречающейся гнилой древесине отмечены Leptobryum pyriforme , Brachythecium salebrosum , на копрофильном субстрате - Splachnum luteum , Tetraplodon mnioides . Совершенно отсутствуют мхи, растущие в основании стволов деревьев и виды-эпифиты.

В еловых лесах в напочвенном покрове наряду с обычными фоновыми видами мхов, такими как Pleurozium schreberi, Hylocomium splendens, Dicranum majus, Ptilium crista- castrensis, Sphagnum girgensohnii, S. russowii произрастают виды влажных местообитаний: Pseudobryum cinclidioides, Aulacomnium palustre, Sphagnum warnstorfii, S. riparium, Calliergon cordifolium, Rhizomnium pseudopunctatum.

Характерной осебенностью ПЛЗ является широкое развитие на его территории омбротрофных болот, занимающих около 60% территории. В моховом покрове болот основными доминантами являются Sphagnum angustifolium, S. fuscum, S. balticum, S. lindbergii и S. russowii . Особенно активные позиции на этих болотах занимает Sphagnum lindbergii. Богатые евтрофные участки на болотных массивах очень редки, но только на них встречаются характерные виды аапа болот, такие как Sphagnum subfulvum , Loeskypnum badium, Scorpidium revolvens, Campylium stellatum и некоторые другие.

На приморских засоленных лугах мохообразные встречаются отдельными куртинками только в пределах супралиторальной полосы. В более сухих местообитаниях здесь бычно произрастают Brachythecium albicans, Sanionia uncinata и S. orthothecioides , в более влажных - Drepanocladus polygamus, Calliergon cordifolium, Warnstorfia exannulata . Изредка в зоне брызг на лугах и на скалистых обнажениях растет Bryum salinum.

Оценка участка . В целом, флора мхов заказника является типичной и репрезентативной для северо-таежных ландшафтов Карельского берега Белого моря. Она представлена 97 видами, что составляет 65% от флоры Беломорского флористического района (см. табл. 17). В ее сложении большое участие принимают бореальные, гипоарктогорные и арктические виды. Однако количество видов, относящиеся к двум последним элементам флоры, на побережье Белого моря ниже, чем на островах. Ряд листостельных мхов, такие как Bryum salinum, Sanionia orthothecioides, Orthotrichum pylaisii и Polytrichastrum alpinum var. fragile встречаются только на побережье и островах Белого моря и нигде более в Карелии не отмечены. Организация ПЛЗ «Сыроватка» будет способствовать сохранению этих и других редких и ценных видов мхов беломорского побережья.

Благодарности. Выражаем признательность М.С. Игнатову и Е.А. Игнатовой за подтверждение наших определений Brachythecium udum и Orthotrichum pylaisii.

Таблица 17. Список листостебельных мхов ПЛЗ

Номенклатура видов и расположение семейств приводится по: Ulvinen et al. (2002), Brachythecium udum , Polytrichastrum alpinim var . fragile даются по: Игнатов, Афонина (1992)

* - новый вид для Беломорского флористического района

** - новый вид для бриофлоры Карелии


Ceм . Sphagnaceae

Sphagnum angustifolium (C. E. O. Jensen ex Russow) C. E. O. Jensen

S. balticum (Russow) Russow ex C.E.O. Jensen

S. capillifolium (Ehrh.) Hedw.

S. compactum DC.

S. fallax (H. Klinggr.) H. Klinggr.

S. fimbriatum Wilson

S. fuscum (Schimp.) H. Klinggr.

S. girgensohnii Russow

S. lindbergii Schimp. ex Lindb.

S. magellanicum Brid.

S. majus (Russow) C. E. O. Jensen

*S. obtusum Warnst.

*S. papillosum Lindb.

S. riparium Aongstr.

*S. rubellum Wilson

S. squarrosum Crome

S. subfulvum Sjoers

*S. subnitens Russow & Warnst.

S. subsecundum Nees

*S. teres (Schimp.) Aongstr.

S. warnstorfii Russow

Ceм . Andreaeaceae

Andreaea rupestris Hedw.

Ceм . Tetraphidaceae

Tetraphis pellucida Hedw.

Ceм . Polytrichaceae

Polytrichastrum alpinum (Hedw.) G. L. Sm.

P. alpinum var. fragile (Bryhn) Long

P. longisetum (Sw. ex Brid.) G. L. Sm.

Polytrichum commune Hedw.

P. jensenii I. Hagen

P. juniperinum Hedw.

P. piliferum Hedw.

P. strictum Menzies ex Brid.

Сем . Funariaceae

Funaria hygrometrica Hedw.

Ceм . Grimmiaceae

Racomitrium microcarpon (Hedw.) Brid.

Schistidium agassizii Sull. & Lesq.

S. apocarpum (Hedw.) Bruch & Schimp.

*S. papillosum Culm.

Ceм . XY. Dicranaceae

Dicranum angustum Lindb.

D. bergeri Blandow ex Hoppe

D. bonjeanii De Not.

D. brevifolium (Lindb.) Lindb.

D. drummondii Muell. Hal.

D. elongatum Schleich. ex Schwaegr.

D. flexicaule Brid.

D. fuscescens Turner

D. majus Sm.

D. polysetum Sw.

D. scoparium Hedw.

Ceм . Ditrichaceae

Ceratodon purpureus (Hedw.) Brid.

Ceм . Fissidentaceae

*Fissidens osmundoides Hedw.

Сем . Rhabdoweisiaceae

Cynodontium tenellum (Bruch & Schimp.) Limpr.

Dicranoweisia crispula (Hedw.) Lindb. ex Milde

Oncophorus wahlenbergii Brid.

Ceм . Pottiaceae

Syntrichia ruralis (Hedw.) F.Weber & D. Mohr

*Tortella fragilis (Hook. & Wilson) Limpr.

Сем . Meesiaceae

Leptobryum pyriforme (Hedw.) Wilson

Ceм . Splachnaceae

Splachnum luteum Hedw.

Tetraplodon mnioides (Sw. ex Hedw.) Bruch & Schimp.

Ceм . Orthotrichaceae

*Orthotrichum pylaisii Brid.

Ceм . Hedwigiaceae

Hedwigia ciliata (Hedw.) Ehrh. ex P.Beauv.

Ceм . Aulacomniacea e

Aulacomnium palustre (Hedw.) Schwaegr.

Сем . Bryaceae

Bryum pseudotriquetrum (Hedw.) P. Gaertn. et al.

B. salinum I. Hagen. ex Limpr.

Ceм . Mniaceae

Cinclidium subrotundum Lindb.

Plagiomnium ellipticum (Brid.) T. J. Kop.

Pohlia cruda (Hedw.) Lindb.

P. nutans (Hedw.) Lindb.

Pseudobryum cinclidioides (Huebener) T. J. Kop.

Rhizomnium pseudopunctatum (Bruch & Schimp.) T. J. Kop.

Ceм . Amblystegiaceae

*Amblystegium serpens (Hedw.) Schimp.

Ce м . Brachytheciaceae

Brachythecium albicans (Hedw.) Schimp.

B. reflexum (Starke) Schimp.

*B. rivulare Schimp.

B. salebrosum (Hoffm. ex F. Weber & D. Mohr) Schimp.

B. starkei (Brid.) Schimp.

**B. udum (Hag.) Hag.

Сем . Campyliaceae

Calliergon cordifolium (Hedw.) Kindb.

*C. giganteum (Schimp.) Kindb.

Campylium stellatum (Hedw.) Lange & C. E. O. Jensen

*Drepanocladus polygamus (Schimp.) Hedenaes

Loeskypnum badium (Hartm.) H. K. G. Paul

Sanionia orthothecioides (Lindb.) Loeske

S. uncinata (Hedw.) Loeske

Scorpidium revolvens (Sw. ex Anonymus) Rubers

Straminergon stramineum (Dicks. ex Brid.)

Hedenaes

Warnstorfia exannulata (W. Guembel) Loeske

W. fluitans (Hedw.) Loeske

W. procera (Renauld & Aenell) Tuom.

W. sarmentosa (Wahlenb.) Hedenaes

Сем . Climaciaceae

Climacium dendroides (Hedw.) F. Weber & D. Mohr

Сем . Fontinaliaceae

Dichelyma falcatum (Hedw.) Myrin

Fontinalis antipyretica Hedw.

F. dalecarlica Bruch & Schimp.

Ceм. Hylocomiaceae

Hylocomium splendens (Hedw.) Schimp.

Pleurozium schreberi (Willd. ex Brid.) Mitt.

Rhytidiadelphus triquetrus (Hedw.) Warnst.

Ceм Hypnaceae

Ptilium crista-castrensis (Hedw.) De Not.

Ceм . Plagiotheciaceae

*Plagiothecium cavifolium (Brid.) Z. Iwats.

P. laetum Schimp.


4.3 Дереворазрушающие грибы

Грибы являются необходимым компонентом гетеротрофного блока всех экосистем. В лесных экосистемах доминирующая роль в разложении древесины принадлежит базидиомицетам, относящимся к группе афиллофороидных. Эти грибы участвуют почти на всех стадиях биологического разложения древесины и обеспечивают круговорот веществ. Дереворазрушающие макромицеты приняты в европейских странах как важные биоиндикаторы в оценке состояния лесных экосистем и при выявлении старых естественных лесов (Kotiranta, Niemelä, 1996).

Сбор образцов афиллофороидных грибов проводился маршрутным методом. В результате исследований зарегистрировано 37 видов (табл. 18). Среди них 1 вид – индикатор девственных и 7 видов – старовозрастных лесов.

Субстрат является основным фактором, определяющим присутствие и смену видов данной группы макромицетов в конкретном местообитании. В таблице приведена встречаемость видов на субстратах. Большинство видов афиллофороидных грибов – сапротрофы на сухостойной и валежной древесине. На живых деревьях отмечены широко известные возбудители гнилей Inonotus obliquus , Phellinus chrysoloma , Ph. igniarius . Наиболее богатый видовой состав отмечен на основной лесообразующей породе – ели, довольно много видов обитает на березе. Широко распространены и часто встречаются как обычные виды грибов Fomes fomenterius , Fomitopsis pinicola , Gloeophyllum sepiarium , Piptoporus betulinus , Trichaptum abietinum , виды родов Anrodia , Coniophora , так и более редкие индикаторные виды Fomitopsis rosea , Gloeoporus taxicola , Phellinus ferrugineofuscus , Ph. laevigatus , Ph. nigrolimitatus , в том числе северные виды Ph. lundellii , Trichaptum laricinum .

Оценка участка . Наибольшее видовое разнообразие характерно для старых естественных лесов, что в значительной мере связано с наличием большого количества мертвой древесины хвойных и лиственных пород на разных стадиях разложения. На территории ЛЗ большим разнообразием грибов отличаются ельники черничные по берегам ручьев, болот, а также расположенные на склонах возвышенностей (например, г. Моржовое, мыс Каменный).

Таблица 18. Афиллофороидные грибы ПЛЗ

Виды грибов

Субстрат

Индикаторные виды

Amylocystis lapponica (Romell) Singer

Е

**

Antrodia serialis (Fr.) Donk

С

A. sinuosa (Fr.) P. Karst.

Е

A. xantha (Fr.: Fr.) Ryvarden

С

Cerrena unicolor (Bull.: Fr.) Murrill

Б

Coniophora arida (Fr.) P. Karst.

Е

C. olivaceae (Pers.: Fr.) P. Karst.

Е

Fomes fomenterius (L.: Fr.) Fr.

Б

Fomitopsis pinicola (Sw.: Fr.) P. Karst.

Е

F. rosea (Alb. et Schwein.: Fr.) P. Karst.

Е

*

Gloeophyllum sepiarium (Wulfen: Fr.) P. Karst.

Е

Gloeoporus dichrous (Fr.: Fr.) Bres.

Б

G. taxicola (Pers.: Fr.) Gilb. et Ryvarden

Е

*

Inonotus obliquus (Pers.: Fr.) Pilát

Б

I. radiatus (Sowerby: Fr.) P. Karst.

Ол

Oligoporus subcaesius (A. David) Ryvarden et Gilb.

Е

Onnia tomentosa (Fr.) P. Karst.

Е

Phellinus alni (Bondartsev) Parmasto

Ол

Ph. chrysoloma (Fr.) Donk

Е

*

Ph. conchatus (Pers.: Fr.) Quél.

И

Ph. ferrugineofuscus (P. Karst.) Bourdot et Galzin

Е

*

Ph. igniarius (L.: Fr.) Quél.

Б,И

Ph. laevigatus (P. Karst.) Bourdot et Galzin

Б

Ph. lundellii Niemelä

Б

*

Ph. nigrolimitatus (Romell) Bourdot et Galzin

Е

*

Ph. punctatus (Fr.) Pilát

Б

Ph. viticola (Schwein.: Fr.) Dohk

Е

*

Phlebiopsis gigantea (Fr.: Fr.) Jülich

Е

Piptoporus betulinus (Bull.: Fr.) P. Karst.

Б

Polyporus varius Fr.

Др.

Stereum rugosum (Pers.: Fr.) Fr.

Б

S. subtomentosum Pouzar

Е

Trametes hirsuta (Wulfen: Fr.) Pilát

Б

Trichaptum abietinum (Dicks.: Fr.) Ryvarden

Е

Trichaptum laricinum (P. Karst.) Ryvarden

Е

Trichaptum pargamenum (Fr.) G. Cunn.

Б

Veluticeps abietina (Pers.: Fr.) Hjortstam et Tellería

[= Columnocystis abietina (Pers.: Fr.) Pouzar]

Е

Примечания. Субстрат на котором собран вид гриба: Б – береза, И – ива, Ол – ольха, Е – ель, С – сосна, др – древесина, * - индикаторные виды для старых лесов,** - для девственных лесов (по: Kotiranta, Niemelä, 1996).

4.4 Лишайники

На территории планируемого заказника, в лихенологическом плане ранее никем не обследованной, выявлены 150 видов лишайников. По мере дальнейшей обработки гербария, включающего свыше 400 образцов, список видов будет несколько расширен.

Обнаруженные виды лишайников принадлежат 56 родам из 31 семейства, при этом 6 ведущих семейств – С ladoniaceae (30 видов), Parmeliaceae (29), Lecanoraceae (12), Alectoriaceae (10), Pertusariacea (8), Peltigeraceae (7 видов), объединяют 64% видового состава; 7 семейств содержат по 3-5, остальные – по 1-2 вида. В географическом отношении флора лишайников является типичной бореальной, но с более значительным участием аркто-высокогорных видов по сравнению с континентальными лихенофлорами, что хорошо согласуется с положением ПЛЗ на побережье, подверженном охлаждающему воздействию Белого моря. Виды, относящиеся к наиболее многочисленному бореальному элементу (всего 81 вид, 54% от общего числа видов), наиболее характерны для лесных местообитаний и составляют ядро комплекса эпифитов хвойных пород деревьев и березы. Аркто-высокогорные виды (всего 23,14%) в основном распространены на открытых скалах и в скальных местообитаниях в лесах, а также на болотах и в тундре. Видов преимущественно южного распространения всего 9 (6%), они связаны с ивой козьей, ольхой серой, осиной и рябиной.

Краткая характеристика лихенобиоты по основным типам экосистем. Леса наиболее богаты лишайниками. В лесных местообитаниях на различных субстратах, в т. ч. на коре живых деревьев и мертвой древесине, на мхах, почве и скальных выходах представлено более 60% от общего числа видов. На обследованной территории превалируют зеленомошные и заболоченные ельники, в живом напочвенном покрове которых преобладают высшие сосудистые растения и сфагновые мхи. Неконкурентоспособные и потому немногочисленные здесь напочвенные лишайники Nephroma arcticum (L.) Torss., Peltigera aphthosa (L.) Willd., кладины (Cladina arbuscula (Wallr.) Hale & W. L. Culb., C. mitis (Sandst.) Mong. , C. rangiferina (L.) Nyl., C. stellaris (Opiz) Brodo, C. stygia (Ach.) Ahti и кладонии (Cladonia deformis (L.) Hoffm, C. sulphurina (Michx) Fr., C. fimbriata (L.) Fr.) поселяются на сфагнах и гниющем валеже. Эпифитные лишайники преимущественно развиваются в кроне ели, особенно на сухих нижних ветвях. Преобладают кустистые и листоватые виды родов Bryoria (B. capillaris (Ach.) Brodo & D. Hawksw. , B. fuscescens (Gyeln.) Brodo & D. Hawksw) и Hypogymnia (H. physodes (L.) Nyl., H. tubulosa (Schaer.) Hav.), а также Parmeliopsis ambigua (Wulfen) Nyl. Реже встречаются Alectoria sarmentosa (Ach.) Ach., Usnea subfloridana Stirt, Bryoria cf. implexa (Hoffm.) Brodo & D. Hawksw. Накипные лишайники обильно покрывают основания стволов ели как, например, Lepraria incana coll., или же поселяются на концах сухих веток (Chaenotheca chrysocephala (Turner ex Ach.) Th. Fr., Ochrolechia microstictoides Räsänen). На коре старых берез обычным является накипной вид Mycoblastus sanguinarius (L.) Norman, более редкими – Lecanora pulicaris (Pers.) Ach. и кустистые Evernia mesomorpha Nyl., Usnea glabrescens (Vain.) Vain., Bryoria lanestris (Ach.) Brodo & D. Hawksw. На гниющей древесине хвойных деревьев (хотя в целом валежа в лесах немного) обитает Cladonia coniocraea (Flörke) Spreng. На обнаженных корнях выворотов сосны отмечены Calicium parvum Tibell и Chaenotheca brunneola (Ach.) Müll. Arg. Послепожарные виды крайне редки, один из них, Hypocenomyce scalaris (Ach.) Choisy, например, встречен единственный раз на древесине сосны на полпути от побережья на г. Моржовое.

Особый интерес представляют коренные ельники влажные и приручейные с участием березы пушистой, ивы козьей, ольхи серой и рябины, а также заросли ивы и ольхи по заболоченным берегам ручьев, биоразнообразие лишайников которых выше за счет специфичных видов лиственных пород деревьев. Среди таких видов преобладают накипные лишайники, в их числе Buellia disciformis (Fr.) Mudd., Fuscidea pusilla Tønsberg, Lecanora expallens Ach. , L. sp. обитают на ольхе, Lecidea erythrophaea Sommerf., Lepraria sp. – на иве, Pertusaria amara (Ach.) Nyl., P. ophthalmiza (Nyl.) Nyl., Ochrolechia spр. на обеих древесных породах. Из листоватых и кустистых лишайников Bryoria sp., Ramalina farinacea (Westr.) Ach. встречаются на березе, ольхе, иве, Ramalina pollinaria (Westr.) Ach. – исключительно на иве. Коренные леса характеризует также комплекс видов-индикаторов “старовозрастных” лесов, для которых старые лиственные деревья являются единственно пригодным для жизни местообитанием. К числу таких видов относятся часто встречающиеся на рябине и, особенно, на иве козьей Lobaria scrobiculata (Scop.) DC. и Ramalina dilacerata (Hoffm.) Hoffm.; последний заселяет также стволы ольхи. На выворотах ели, иногда в трещинах коры при основаниях старых берез, обитает Chaenotheca furfuracea (L.) Tibell., на влажной древесине – Lecanora hypopta (Ach.) Vain.

В редких для этих мест сосняках чернично-вороничных на почве и валеже сосны преобладают кладонии (Cladonia cervicornis (Ach.) Flot. subsp. verticillata (Hoffm.) Ahti, C. furcata (Huds.) Schrad, C. gracilis (L.) Willd. subsp. turbinata (Ach.) Ahti и др.), отмечен Trapeliopsis flexuosa (Fr.) Coppins & P. James. Последний вид встречен на необычном для него субстрате – вывороте сосны.

Особенностью местной флоры является почти полное отсутствие осины в древостое, отчего видовой состав лишайников обеднен на целый ряд видов, приуроченных к данной породе. На единственно встреченных нами осинах в старых ельниках чернично-вороничных, распространенных по берегам р. Хлебная, произрастали Mycobilimbia carneoalbida (Müll. Arg.) comb. ined., Bacidia subincompta (Nyl.) Arnold, ?B. sp., Lecidella euphorea (Flörke) Hertel, Lecanora circumborealis Brodo & Vitik, Lobaria scrobiculata , Ramalina farinacea.

Деревья в прибрежных лесах подвергаются воздействию соленых водяных брызг. Вероятно, инпульверизацией можно объяснить распространение в прибрежных сообществах из березы субарктической с участием ели, сосны, ивы козьей, рябины таких видов, как Melanelia olivacea (L.) Essl. и Lecanora symmicta (Ach.) Ach. на ветвях молодых сосен и елей, ?Opegrapha sp. (о. Сыроватка) и Candelariella xanthostigma (Ach.) Lettau (в устье р. Ундукса) – на коре рябины.

В Прибеломорье широко распространены верховые болота, где на отмерших мхах и сосудистых растениях поселяются лишайники. На кочках и грядах (в меньшей степени это характерно для моховых ковров) лишайники составляют основу покрова, тогда их проективное покрытие может достигать 50-80%. Преобладают кладины: Cladina stygia (Ach.) Ahti с покрытием 10-40% общего проективного покрытия лишайников, C. arbuscula (Wallr.) Hale & W. L. Culb., C. mitis , C. rangiferina (L.) Nyl., C. stellaris (Opiz) Brodo, из кладоний наиболее обычна Cladonia subfurcata (Nyl.) Arnold, реже встречаются C. botrytes (K. G. Hagen) Willd, C. crispata (Ach.) Flot., C. gracilis (L.) Willd. subsp. elongata (Wulfen) Vain., C. subulata (L.) F. H. Wigg, Отмечены также Cetrariella delisei (Bory ex Schaer.) Kärnefelt & Tell, Cetraria islandica (L.) Ach. subsp. сrispiformis (Räsänen) Kärnefelt. Из накипных видов часто встречаются Icmadophila ericetorum (L.) Zahlbr., Ochrolechia frigida (Sw.) Lynge. На болотах нередко присутствует сухостой сосны. На лишенных коры стволах формируются эпиксильные сообщества лишайников, представленные в основном кустистыми и листоватыми видами (Hypogymnia physodes (L.) Nyl., Vulpicida pinastri (Scop.) J. E. Mattsson & M. J. Lai, Imshaugia aleurites (Ach.) S. L. F. Meyer, Parmeliopsis hyperopta (Ach.) Arnold, Platismatia glauca (L.) W. L. Culb. & C. F. Culb., Bryoria furcellata (Fr.) Brodo & D. Hawksw., B. simplicior (Vain.) Brodo & D. Hawksw., Usnea hirta (L.) Weber ex F. H. Wigg) и накипными калициоидными лишайниками (Calicium denigratum (Vain.)Tibell, Calicium sp., Chaenotheca spp.).

На территории заказника широко представлены скальные обнажения, для которых характерен специфический комплекс видов. На открытых скалах побережья выше линии прилива и на одиночно стоящих валунах на литорали, посещаемых птицами, преобладают нитрофильные виды, такие как Acarospora fuscata (Nyl.) Arnold, Physcia caesia (Hoffm.) Fürnr., Xanthoria candelaria (L.) Th. Fr., Caloplaca sp., Rinodina sp. На голых более-менее горизонтальных участках береговых скал фоновыми видами являются умбиликарии (Umbilicaria hyperborea (Ach.) Hoffm., U. proboscidea (L.) Schrad. , U. torrefacta (Lightf.) Schrad.), часто встречаются Melanelia sorediata (Ach.) Goward & Ahti, M. stygia (L.) Essl., Rhizocarpon badioatrum (Flörke ex Spreng.) Th. Fr., R. geographicum (L.) DC., R. grande (Flörke ex Flot.) Arnold, значительно реже – Parmelia omphalodes (L.) Ach., Arctoparmelia incurva (Pers.) Hale, Lecanora polytropa (Hoffm.) Rabenh, Lecidea spp., единично – Xanthoria polycarpa (Hoffm.) Th. Fr. ex Rieber.

На супралиторали в трещинах скал, забитых гумусом, на слое маломощного мелкозема на горизонтальных участках поселяются многочисленные кладонии (Cladonia. amaurocraea (Flörke) Schaer., C. bellidiflora (Ach.) Schaer., C. borealis S. Stenroos, C. chlorophaea (Flörke ex Sommerf.) Spreng., C. squamosa (Scop.) Hoffm., C. uncialis (L.) F. H. Wigg. ssp. uncialis ), а также Peltigera rufescens (Weiss.) Humb., P. scabrosa Th. Fr., Stereocaulon tomentosum Fr., S. sp.

На отдельно стоящих эрратических валунах и выходах коренных пород в лесах иной набор видов. Распространены Parmelia fraudans (Nyl.) Nyl., P. saxatilis (L.) Ach., P. sulcata Taylor, Melanelia hepatizon (Ach.) Thell, Arctoparmelia centrifuga (L.) Hale, Umbilicaria deusta (L.) Baumg. , Nephroma parile (Ach.) Ach., Peltigera malacea (Ach.) Funck, Leproloma membranaceum (Dicks.) Vain. , Cladonia gracilis (L.) Willd. subsp. turbinata (Ach.) Ahti, в то же время вид открытых скал Rhizocarpon geographicum встречается редко.

На островах (Двинская Луда, Большой Робьяк, Сыроватка) распространены воронично-лишайниковые, кустарничково-лишайниковые тундроподобные сообщества, лишайниковый покров которых слагается таежными видами родов цетрария (Cetraria ericetorum Opiz., C. islandica (L.) Ach. subsp. islandica ) и кладина (C. stellaris , C. rangiferina , С. mitis ). В меньшей степени представлены тундровые виды Flavocetraria nivalis (L.) Kärnefelt & Tell, Bryocaulon divergens (Ach.) Kärnefelt, Bryoria chalybeiformis (L.) Brodo & D. Hawksw.

Антропогенные местоообитания представлены на территории планируемого заказника крайне скудно и почти исключительно ограничиваются плавником, в изобилии встречающимся на всем побережье. На плавнике обнаружены Cladonia rangiferina , C. arbuscula , C. bacilliformis (Nyl.) Glück, C. cenotea (Ach.) Schaer. , C. cornuta (L.) Hoffm., С . macilenta Hoffm., C. phyllophora Hoffm., C. pyxidata (L.) Hoffm. , С . crispata (Ach.) Flot. , Parmeliopsis ambigua , P. hyperopta , Hypogymnia pysodes , Xylographa parallela (Ach.: Fr.) Behlen & Desberg, Cetraria sepincola (Ehrh.) Ach., Tuckermannopsis chlorophylla (Willd.) Hale, Sphaerophorus globosus (Huds.) Vain. , Lecanora orae-frigidae R. Sant. L. spp., Ochrolechia androgyna (Hoffm.) Arnold. Lecanora orae- frigida, вероятно, является более массовым видом, чем принято считать; нами он был найден также в 2002 г. на о. Б. Кузьмин в Онежской губе Белого моря. Редкие тропинки и участки с выбитым напочвенным покровом (о. Сыроватка) заселяются Peltigera leucophlebia (Nyl.) Gyeln., Baeomyces rufus (Huds.) Rebent., Trapeliopsis granulosa (Hoffm.) Lumbsch.

Приморские опушки с разреженным или почти отсутствующим покровом из сосудистых растений зарастают Peltigera cf. canina (L.) Willd., P. polydactyla (Neck.). Hoffm.

На территории планируемого заказника выявлен ряд охраняемых видов лишайников. В Красную книгу Российской Федерации (1988) внесен 1 вид – Bryoria fremontii (Tuck.) Brodo & D. Hawksw.), в Красную книгу Карелии (1995) – 4 вида: Lobaria scrobiculata , Neofuscelia pulla (Ach.) Essl., Ramalina dilacerata и R. roesleri (Hochst. ex Schaer.) Hue. Bryoria fremontii – эпифит хвойных деревьев и березы, нередко встречается в коренных ельниках и смешанных хвойных лесах. Два других вида, приуроченных к коренным местообитаниям, Ramalina dilacerata и R. roesleri , обитают на иве, ольхе и рябине, еще один вид, Lobaria scrobiculata – преимущественно на иве. Редкий наскальный лишайник Neofuscelia pulla обнаружен на открытых береговых скалах о. Сыроватка.

Оценка участка . Представленность во флоре лишайников планируемого заказника всего комплекса видов ненарушенных местообитаний, и, напротив, почти полное отсутствие видов, связанных в своем распространении с деятельностью человека, определяют особую природоохранную ценность данной территории.

4.5 Охотничьи животные, мелкие и морские млекопитающие

Охотничьи животные . ПЛЗ расположен в подзоне северной тайги, что в значительной мере определяет видовой состав и численность охотничьих животных. Анализ литературных источников, архивных материалов лаборатории зоологии Института биологии КарНЦ РАН, а также специальных учетов показал, что на данной территории обитают представители 4-х отрядов: заяц-беляк (Зайцеобразные), белка-летяга, обыкновенная белка, ондатра (Грызуны), лисица, волк, ласка, горностай, норка американская, куница, росомаха, выдра, рысь, бурый медведь (Хищные), лось, лесной северный олень (Парнокопытные).

Большинство видов здесь обычны, но численность их не высока (табл. 19) за исключением лесного северного оленя, показатель учета которого за последние годы в среднем составил 6,4 следа на 10 км маршрута. Территория ПЛЗ «Сыроватка» и Воньгомского охотничьего заказника, ранее учрежденного для охраны лесного северного оленя, имеют важное значение для охраны этого вида в местах его зимних концентраций. Как и прежде, здесь все еще наблюдаются стада до 50 оленей. Так, зимой 2003 г. при проведении Зимнего маршрутного учета встречены стада, состоящие из 6, 11, 12, 20, 37, 40 и 50 оленей.

Таблица 19. Численность охотничьих зверей в 2003 г., следов на 10 км

Белка

Волк

Горностай

Заяц-беляк

Куница

Лисица

Лось

Росомаха

Северный олень

Рысь

Республика Карелия

2,72

0,29

0,49

7,59

1,73

1,27

2,04

0,11

1,02

0,29

Кемский район

0,34

0,07

0,05

1,83

0,95

0,39

0,95

0,17

5,26

0,02

ЛЗ «Сыроватка»

0,24

0,08

0

1,39

1,00

0,36

1,16

0,08

7,01

0,04

Наибольшего расцвета популяция лесного северного оленя в Карелии достигла в середине 80-х годов прошлого века, когда общая численность вида достигла 6500 оленей (Данилов и др., 1986). Однако в конце 1980-х – начале 1990-х годов резко возросло нелегальное использование ресурсов диких копытных, в первую очередь в Прибеломорье, где обширные площади редколесья и болотных массивов позволяли использовать снегоходы при преследовании и отстреле животных. Численность северного оленя стала катастрофически снижаться, что требует срочных мер по его охране и восстановлению поголовья.

Оценка участка. Наши предложения по сохранению Воньгомского охотничьего заказника и расширению его площади (Данилов и др., 2000; 2001) совпадают с проектом по созданию ландшафтного заказника «Сыроватка». Ограничение широкомасштабных рубок леса в этом районе будет способствовать сбережению сосняков беломошников, их лишайникового напочвенного покрова и сохранит эту территорию как одно из наиболее благоприятных мест обитания лесного северного оленя.

Мелкие млекопитающие. Инвентаризацию фауны мелких млекопитающих побережья Белого моря в районе ПЛЗ "Сыроватка" проводили методами относительного прямого учета с помощью давилок Геро (Кучерук и др., 1963). Ловушко-линии выставлялись в 3 различных типах биотопов (ельник черничный влажный, сосняк кустарничковый, прибрежный березняк), приманка стандартная, расстояние между ловушками 5 метров (Ларина и др., 1981). Всего было отработано 225 ловушко-суток. Были добыты представители двух видов мелких млекопитающих: европейская рыжая полевка Clethrionomys glareolus (отряд грызуны), и обыкновенная бурозубка Sorex araneus (отряд насекомоядные).

Абсолютным доминантом териокомплекса Micromammalia побережья Белого моря в районе планируемого ПЛЗ "Сыроватка" является рыжая полевка (66% от уловов мелких млекопитающих), что отмечалось и в исследованиях, проводившихся на Карельском берегу Белого моря ранее (Ивантер, Данилов, 1963; Ивантер, 1967; Данилов и др., 1999). Разреженные, с высокой степенью заболоченности леса ПЛЗ "Сыроватка" не могут обеспечить мелких млекопитающих удовлетворительными кормовыми и, прежде всего, защитными условиями. Этим объясняются как бедность видового состава (см. Список …), так и не высокие показатели относительной численности зверьков (табл. 20), которые в 2,5-3 раза уступают аналогичным показателям териокомплексов побережья в районе Чупинской губы Белого моря, а также в целом по Северной Карелии.

Таблица 20. Численность Micromammalia на побережье Белого моря (экз. на 100 ловушко/суток)

Вид

Морское побережье в р-не о-ва Сыроватка, 2003 г.

Морское побережье в р-не деревень Кереть и Поньгома, 1998 г.

Морское побережье в р-не д. Кереть (Ивантер, 1967)

Северная Карелия (Ивантер, 1975)

Бурозубка

Обыкновенная

0,44

0,94

+

0,62

Бурозубка

Средняя

0

0,57

+

0,1

Бурозубка малая

0

0

+

0,04

Бурозубка равнозубая

0

0

0

0,01

Водяная кутора

0

0

0

0,01

Лемминг лесной

0

0

0

0

Рыжая полевка

0,89

2,45

3,01

2,5

Красная полевка

0

0

+

0,01

Красно-серая полевка

0

0

+

0,01

Темная полевка

0

0,19

0,09

0,2

Всего

1,33

4,2

4,8

3,5

+ - численность в пределах 0.1-0.6 экз. на 100 ловушко/суток

Морские млекопитающие. В особую группу обитателей Белого моря, в том числе и его прибрежных вод, следует выделить морских млекопитающих, фауна которых представлена 6 видами, систематически принадлежащим к двум отрядам; отряд ластоногих (Pinnipedia): кольчатая нерпа, морской заяц и гренландский тюлень; отряд китообразных (Cetacea): белуха, косатка и морская свинья (см. Список …).

Материал по морским млекопитающим был собран методом визуальных наблюдений во время как водных, так и пеших маршрутов вдоль морского побережья, и с обходом прилегающих островов (общая протяженность около 20 км).

Между тяготеющими к побережью островами и лудами существует интенсивное турбулентное перемешивание вод, обусловленное приливно-отливными течениями, в результате чего происходит активное обогащение морских вод биогенными веществами и, как следствие, наличие богатых биоресурсов беспозвоночных и рыб, что обеспечивает стабильную кормовую базу морским млекопитающим. В водах архипелага и прилегающих акваторий постоянно держится кольчатая нерпа. Морской заяц (лахтак)- самый крупный тюлень наших арктических вод. Питаясь преимущественно донными беспозвоночными - крабами, моллюсками, морскими червями, голотуриями и т.п., лахтак тяготеет к шельфовым склонам островов. Нередки заходы в воды архипелага и кита-белухи.

Оценка участка . В результатате инвентаризации побережья Белого моря в районе ПЛЗ "Сыроватка" было установлено, что леса данной территории имеют высокое биоценотическое и средообразующее значение. Широкомасштабные рубки приведут к дестабилизации и последующей полной деградации лесных сообществ. Это, в свою очередь, вызовет резкое сокращение териокомплекса мелких млекопитающих, что незамедлительно скажется на численности целого ряда охотничье-промысловых животных, прежде всего куньих.

Список и встречаемость мелких и морских млекопитающих побережья, прибрежных вод и прилегающих островов Белого моря в районе ПЛЗ "Сыроватка"

Отряд Насекомоядные (Insectivora)

Бурозубка обыкновенная (Sorex araneus L.) обычна

Бурозубка средняя (Sorex caecutiens Laxm.) редка

Бурозубка малая (Sorex minutus L.) редка

Бурозубка равнозубая (Sorex isodon Turov) редка

Водяная кутора (Neomys fodiens Penn.) редка

Отряд Грызуны (Rodentia)

Лемминг лесной (Myopus schisticolor Lillj.) ?*

Рыжая полевка (Clethrionomys glareolus Schr.) обычна

Красная полевка (Clethrionomys rutilus Pall.) редка

Красно-серая полевка (Clethrionomys rufocanus Sund.) обычна

Полевка обыкновенная (Microtus arvalis Pall.) ?*

Темная полевка (Microtus agrestis L.) редка

Полевка-экономка (Microtus oeconomus Pall.) редка

Водяная полевка (Arvicola terrestris L.) обычна

Отряд китообразные (Cetacea)

белуха (Delphinapterus leucas Pall.) обычна

Отряд ластоногие (Pinnipedia)

кольчатая нерпа (Pusa hispida Schreb.) обычна

морской заяц (Erignathus barbatus Erxl.) редок

?* - вид не встречен, но возможен

4.6 Птицы

История исследований. В разные годы орнитофауну побережья Поньгомской губы Белого моря изучали В.Е.Флинт (1951-1952 гг.), Л.О.Белопольский (1954-1955), Н.Н.Скокова и В.Д.Коханов (1958-1959), В.В.Бианки (1960), С.В.Сазонов (1991, 1998, 2003), Т.Ю.Хохлова и А.В. Артемьев (1998 г.) и другие исследователи (Флинт, Бёме, 1959; Благосклонов, 1960; Скокова, 1960; Бианки, 1963; Бианки и др., 1975, 1993; Волков и др., 1995; Сазонов, Медведев, 1999; Хохлова, Артемьев, 1999).

В 1991 г. инвентаризационные исследования проводились нами в период 11-18 июля и 1-6 августа, главным образом в окрестностях пос. Кузема и Поньгома, частично на территории ПЛЗ "Сыроватка" (2-6 августа). В 2003 г. работы осуществлялись полностью в пределах ПЛЗ, в период 15-24 июля (рис.). Количественные учеты птиц проводились на ландшафтных профилях и сети одноразовых маршрутов, применялись общепринятые учетные методики (Сазонов, 1997). Всего с наземными учетами пройдено 152 км трансектов. Кроме того, учетами птиц с маломерных судов в районе губы Поньгома охвачено 146 км водных маршрутов (август 1991 и 1998, июль 2003 гг.).

Видовой состав. Всего по материалам исследований и литературным данным на территории ПЛЗ "Сыроватка" зарегистрировано 154 вида птиц, из них 115 гнездящиеся. Есть еще 7 видов - отмечены на гнездовье в окрестностях ближайших населенных пунктов (пос. Кузема, Поньгома) – домовый и полевой воробьи, сорока, городская ласточка, полевой жаворонок, скворец, обыкновенная овсянка. В структуре лесов участка господствуют коренные сосняки и ельники, здешний массив девственных хвойных древостоев – самый крупный в Карельском Поморье. На побережье и морских островах представлены также первичные приморские березняки. Материковые местности характеризуются сильной степенью заболоченности и большим разнообразием типов болот, включая низинные болотные ассоциации. Биоценозы литорали и морского шельфа отличаются высоким уровнем биологической продуктивности. Указанные особенности экосистем участка, вместе с воздействием сурового климата приполярных широт, накладывают глубокий отпечаток на состав гнездовой орнитофауны. Преобладают виды северо-среднетаежного и арктического комплексов (48,7%), причем участие арктических и гипоарктических птиц достигает 23,5% разнообразия локальной фауны. На долю широкораспространенных видов приходится 36,5%, южных видов – только 14,8% общего разнообразия.

Плотность населения. Суммарная плотность населения птиц в материковых урочищах района составила 115 пар/км2 в 1991 г. и 139 пар/км2 в 2003 г., в среднем 127 пар/км2 , что является низкими показателями обилия для условий северного зоогеографического региона Карелии. Плотность населения птиц в 2003 г. была выше обычной, так как в данный сезон наблюдался хороший урожай семян сосны и подснежной брусники, что обусловило увеличение численности зерноядных птиц и птиц потребителей ягод: большой пестрый дятел, кукша, пухляк, сероголовая гаичка, таежные овсянки и дрозды, свиристель, вьюрок, чечетка, клесты, снегирь и др. В коренных лесах планируемого заказника, характеризующихся редкостойностью и низкорослостью, а местами имеющих облик изреженных лесотундровых криволесий, в состав доминантов и фоновых видов орнитонаселения входят вьюрок, пеночка-весничка, лесной конек, свиристель, пухляк, серая мухоловка, чечетка, клесты – еловик и сосновик, овсянка-ремез, сероголовая гаичка, овсянки – камышовая и крошка, чиж, кукша, снегирь, большой пестрый дятел и др. Большинство из них – это виды гипоарктического пояса лесов, т. е. осветленных и редкостойных формаций тайги с пониженной эдафической ролью древостоев. Очень редки или отсутствуют на гнездовье целый ряд южных видов и птиц с южными связями (виды бореального пояса лесов) – зяблик, лесная завирушка, желтоголовый королек, зарянка, крапивник, мухоловка-пеструшка, обыкновенная пищуха, хохлатая и большая синицы, сойка, пеночка-теньковка и др. Такой обычный вид, как зяблик в 1991 г. встречен лишь однажды, а в 2003 г. вовсе не зарегистрирован.

К числу типичных обитателей болот участка относятся большой улит, фифи, щеголь, бекас, средний кроншнеп, золотистая ржанка, серый журавль, белая куропатка. На водоемах гнездятся чернозобая и краснозобая гагары, лебедь-кликун, чирок-свистунок, свиязь, кряква, шилохвость, гоголь, луток, турпан и др. Плотность населения тетеревиных в 1991 г., т. е. период начала депрессии их численности на территории Карелии, составила: глухарь – 8,5 ос., рябчик – 8,5 ос., белая куропатка – 2,8 ос. на 1000 га (расчет численности по взрослым особям). В 2003 г. показатели учета тетеревиных заметно выросли: глухарь – 21,4 ос., рябчик – 12,5 ос., белая куропатка – 14,5 ос., тетерев – даже 35,0 ос. на 1000 га. Причем подавляющее большинство встреч тетерева регистрировалось в приморской полосе лесов с преобладанием редкостойных березняков вороничных.

В лесах ПЛЗ максимально представлены виды-индикаторы коренных хвойных древостоев и близкие к ним ценотические группы орнитофауны, всего 28 из 32, возможных на данных широтах (88%). Суммарная их численность составляет 31,6 пар/км2 или 23% всего населения птиц. Повышенные показатели плотности населения имеют глухарь, желна, трехпалый дятел, кукша, сероголовая гаичка, свиристель, дрозд-деряба, клесты – еловик и сосновик. В связи с обитанием у северных границ ареалов и преобладанием редкостойных лесов в структуре насаждений участка, низка численность пеночки-теньковки, обыкновенной пищухи, желтоголового королька, хохлатой синицы. Обычны такие обитатели коренных хвойных массивов, как мохноногий сыч, гоголь и луток. К заказнику приурочена самая крупная в карельском секторе Белого моря гнездовая группировка рыбоядных хищных птиц – скопы (8-10 пар) и орлана-белохвоста (5-7 пар). Гнездятся беркут и сокол-сапсан. Причем гнездование сапсана, судя по всему, стабильно на протяжении последних 50 лет, в отличие от других мест на побережье Белого моря, где этот вид гнездится эпизодически.

Повышенный уровень видового разнообразия птиц свойственен приморским урочищам – первичные приморские березняки вороничные в сочетании с сосняками и ельниками скальными, приморские низкоосочковые и валунные луга, полоса литорали со скальными лудами, обнажающаяся в отлив. Здесь постоянно гнездятся 91 вид птиц, по сравнению с 75 в материковых местностях. Помимо типичных таежных птиц обитают гага, средний крохаль, кулик-сорока, галстучник, камнешарка, турухтан, сизая и серебристая чайки, полярная крачка, обыкновенная каменка и др. В сезон 1991 г. отмечено несколько пар горного конька, эпизодически гнездящегося на побережье и архипелагах Белого моря (Зимин и др., 1993; Сазонов, Медведев, 1999). Суммарная плотность населения птиц в лесных формациях по берегу моря выше, чем в материковых урочищах, и составляет 151 пар/км2 . Наряду с появлением новых видов, здесь увеличивается численность птиц, связанных с лиственными и лиственно-хвойными омоложенными древостоями, влажными луговыми и прибрежными скальными стациями: пеночка-весничка, чечетка, пухляк, дрозды – белобровик, рябинник и певчий, тетерев, овсянки – камышевая и крошка, садовая славка, камышевка-барсучок, белая трясогузка, луговой конек и др.

Чрезвычайно специфичен состав фауны шхерной части заказника – многочисленных островов и луд с прилежащими мелководными акваториями моря. Основу населения птиц образуют морские колониальные виды – гага, сизая чайка, клуша, большая морская чайка, полярная крачка, чистик, гагарка. Гнездятся также кряква, свиязь, чирок-свистунок, средний крохаль, кулик-сорока, турухтан, галстучник, камнешарка, короткохвостый поморник. В прошлом отмечены случаи гнездования круглоносого плавунчика, малого веретенника и травника. Наибольшим богатством фауны водных и околоводных птиц отличаются губа Воньга, шхеры у мыса Хенной Наволок и о. Сыроватка. Кроме того, ценным объектом являются острова Бол. и Мал. Робъяки, где находится самая крупная в северной части Белого моря колония клуши (35 пар), в массе гнездится гага (более 80 гнезд), встречается большой баклан (Бианки, 1963; Пономарева и др., 1991). Летом на акваториях держится множество линных гаг и средних крохалей. В июле-августе и сентябре многочисленны на пролете средний кроншнеп, золотистая ржанка, малый веретенник, чернозобик, большой улит, фифи, щеголь, галстучник, турухтан и другие арктические кулики (сотни и тысячи особей). В сезоны миграции на акваториях участка образуют крупные стоянки малый лебедь и черная казарка – виды птиц, занесенные в Красную книгу России (Бианки и др., 1975). В последние годы заметно увеличилась численность гусей – гуменника и особенно белолобого, останавливающихся на побережье и морских лудах.

Оценка участка. Оценка значимости ОПТ производилась на основании комплекса критериев – орнитологических, ландшафтно-экологических и общих природоохранных (Сазонов, 2003). При отнесении ОПТ к числу объектов международного значения использовались методические указания программы "Ключевые орнитологические территории России" (КОТР) (Свиридова и др., 1996; Ключевые орнитологические территории России, 2000). Среди наиболее важных орнитологических критериев данной программы выделяются следующие: А1 – обитание особо уязвимых в Европе видов; А3 – гнездование значительного количества уязвимых (стенотопных) таежных видов; В1, В2, В3 – наличие видов птиц, гнездящихся с пороговыми уровнями численности (1% общей европейской популяции) или имеющих крупные для запада евразийской тайги гнездовые группировки. Приведенные оценки численности отдельных видов птиц базируются на материалах широкомасштабных количественных учетов орнитонаселения, выполненных в заказнике и на сопредельных территориях в 1991, 1998 и 2003 гг. (табл. 21).

По результатам произведенных оценок, критерию А1 удовлетворяет один вид – орлан-белохвост, группировка которого в заказнике насчитывает 5-7 пар. Критерию В1 соответствует размещение в заказнике 3 мигрирующих и 2 гнездящихся видов – малый лебедь, средний крохаль и морская чернеть, а также щеголь и большой улит. Крупными по европейским и российским масштабам гнездовыми группировками располагают 13 видов птиц (критерии В2, В3): тетерев, золотистая ржанка, фифи, средний кроншнеп, сизая чайка, клуша, чистик, трехпалый дятел, кукша, горихвостка-лысушка, деряба, певчий дрозд, клест-сосновик. К числу стенотопных таежных птиц, гнездящихся в заказнике с достаточно высокой плотностью (критерий А3), относятся 15 видов птиц: чернозобая гагара, лебедь-кликун, гоголь, луток, дербник, глухарь, бородатая неясыть,мохноногий сыч, желна, сероголовая гаичка, свиристель, овсянка-ремез, вьюрок, клест-сосновик, белокрылый клест. Всего таким образом, насчитывается 34 вида птиц, размещение и численность которых в заказнике так или иначе удовлетворяет критериям, применяемым при отнесении ОПТ к категории КОТР международного значения.

Таблица 21. Орнитологическая значимость ПЛЗ

Название вида

Характер пребывания

Оценки численности, гнездовых пар (n) или мигрирующих и линных особей (t, s)

Критерии

Минимальная

максимальная

Краснозобая гагара

n

15

20

Чернозобая гагара

n

30

50

А3

Лебедь-кликун

n

20

30

А3

Малый лебедь

t

200

300

В1

Гуменник

n

10

15

t

300

500

Белолобый гусь

t

500

1000

Черная казарка

t

500

1000

Кряква

n

80

100

Чирок-свистунок

n

150

200

Свиязь

n

50

100

Турпан

n

10

15

Гоголь

n

100

120

А3

Луток

n

30

40

А3

Средний крохаль

n

30

50

s

500

1000

В1

t

2000

3000

В1

Гага

n

200

400

s

1500

2000

Морская чернеть

t

1500

2000

В1

Орлан-белохвост

n

5

7

А1

Скопа

n

8

10

Беркут

n

1

2

Сапсан

n

1

2

Дербник

n

10

15

А3

Белая куропатка

nh

200

500

Тетерев

nh

400

1200

В3

Глухарь

nh

400

700

А3

Рябчик

nh

400

500

Серый журавль

n

20

40

Золотистая ржанка

n

150

200

В3

Галстучник

n

5

10

Кулик-сорока

n

100

150

t

500

1000

Фифи

n

600

1000

В3

Большой улит

n

400

500

В1

Щеголь

n

200

250

В1

Камнешарка

n

50

100

Турухтан

n

30

50

Бекас

n

200

500

Средний кроншнеп

n

50

100

В3

Сизая чайка

n

300

400

В3

Серебристая чайка

n

100

150

Клуша

n

50

70

В3

Большая морская чайка

n

10

15

Полярная крачка

n

400

800

Короткохвостый поморник

n

5

7

Гагарка

n

20

30

Чистик

n

50

70

В3

Бородатая неясыть

nh

5

10

А3

Мохноногий сыч

nh

50

100

А3

Желна

nh

70

100

А3

Трехпалый дятел

nh

250

400

В3

Кукша

nh

400

1000

В2

Сероголовая гаичка

nh

1000

1400

А3

Обыкновенная пищуха

nh

300

700

Горихвостка-лысушка

n

700

1100

В3

Деряба

n

600

800

В2

Певчий дрозд

n

700

1000

В3

Свиристель

n

400

2200

А3

Серый сорокопут

n

10

20

Овсянка-ремез

n

1300

1600

А3

Вьюрок

n

5000

7200

А3

Чечетка

nh

1800

3500

Чиж

n

700

1200

Клест-еловик

nh

400

1800

А3

Клест-сосновик

nh

700

1400

В2

Белокрылый клест

nh

100

400

А3

Характер пребывания: n - гнездится, t - встречается на пролете, s - летует (линные и холостые особи), h – зимует.

Виды, занесенные в Красные книги. Список птиц, занесенных в российскую и региональные Красные книги и гнездящихся на территории ПЛЗ "Сыроватка", включает 24 вида:

- виды Красной книги Российской Федерации – скопа, орлан-белохвост, беркут, сапсан, серый сорокопут;

- виды Красной книги Карелии – краснозобая гагара, лебедь-кликун, гуменник, турпан, луток, пустельга, дербник, серый журавль, клуша, бородатая неясыть, горихвостка-лысушка;

- виды Красной книги Мурманской области – чеглок;

- виды Красной книги Восточной Фенноскандии – чернозобая гагара, морская чернеть, полевой лунь, галстучник, турухтан, гагарка, варакушка.

Кроме того, к числу гнездившихся в прошлом или предположительно гнездящихся на данной территории относятся 7 видов птиц, занесенных в региональные Красные книги – большой баклан, малый веретенник, грязовик, дупель, травник, лесной жаворонок, овсянка-дубровник. Еще 9 видов из Красной книги России и регионов встречаются на пролете и кочевках: малый лебедь, черная казарка, красношейная поганка, синьга, черный коршун, мородунка, белоспинный дятел, рогатый жаворонок, лапландский подорожник.

Оценка участка. По комплексу орнитологических критериев, ПЛЗ "Сыроватка" должен быть отнесен к числу КОТР международного значения . Прежде всего, это ценный лесной резерват для многих стенотопных таежных видов, включая птиц-индикаторов коренных хвойных древостоев. Важна роль участка и в качестве водно-болотного угодья поддерживающего высокую численность водных и околоводных птиц в период размножения и обеспечивающего массовые стоянки водоплавающих птиц в сезоны миграции. Данный район является также местом сосредоточения на гнездовье редких видов дневных хищников – скопы, орлана-белохвоста, беркута и сапсана. Велико значение заказника и как регионального убежища для многих других видов птиц, занесенных в Красные книги России, Карелии и Восточной Фенноскандии. Среди ОПТ Прибеломорья, к категории КОТР международного значения относятся еще только 3 участка – Кандалакшский заповедник, ландшафтный заказник "Кузова" и "Сорокский". В случае проведения на территории планируемого заказника широкомасштабных рубок лесов, данная территория полностью утратит свой высокий природоохранный статус, в том числе в отношении редких и уязвимых видов наземной орнитофауны. По существу, характеризуемая территория заслуживает присвоения статуса национального парка (Сазонов, Медведев, 1999). В целях оперативности, целесообразно учреждение здесь сначала ландшафтного заказника, рассматриваемого как стадия на пути организации национального парка. Одним из главных ограничений режима создаваемого заказника должно стать полное изъятие лесного массива из лесосечного фонда. В пределах существующего охотничьего заказника "Воньгомский" должна быть запрещена всякая охота, на остальной территории может быть разрешена только осенне-зимняя охота, преимущественно для местных жителей пос. Калгалакша, Поньгома и Кузема. На всей территории планируемого заказника допустимы туризм и рекреация, рыболовство, сбор грибов и ягод населением, заготовка морских водорослей при соблюдении экологических норм промыслового изъятия и научных рекомендаций по природопользованию.

4.7 Насекомые

Во время экспедиции в район ПЛЗ "Сыроватка" были проведены сборы насекомых в нескольких точках в районе о. Сыроватка и мыса Моржовый. При сборах основное внимание уделялось двум отрядам насекомых – Diptera и Hymenoptera, но, по возможности, отлавливались и представители других отрядов. Мы старались охватить все наиболее распространенные типы биотопов, представленные в районе исследований. Большое внимание уделялось приморским стациям (берег в приливной зоне, приморские луга) а также другим влажным местообитаниям, включающим заболоченные ельники и заболоченные участки вдоль русла ручьев и по краям озер. Помимо сборов кошением и ловушками Малеза, были проведены учеты стволовых вредителей на двух пробах в старых ельниках, отличающихся по режиму увлажнения.

Общая характеристика энтомофауны. Всего было собрано около 2000 экземпляров насекомых. К настоящему моменту обработаны практически все материалы по Diptera, Coleoptera и Lepidoptera (табл. 22).

Lepidoptera

Нами было обнаружено 11 видов, относящихся к подотряду булавоусых чешуекрылых. Все они являются обычными и широко распространены в Карелии. Обнаружение здесь Махаона (Papilio machaon L.), включенного в Красные Книги России и Карелии, еще раз показывает, что на территории республики популяции этого вида находятся в хорошем состоянии.

Coleoptera

Во время обследования еловых древостоев нами были отмечены 4 вида жуков, являющихся обычными представителями комплекса еловых стволовых вредителей в Карелии. Пожалуй следует отметить широкое распространение в районе дендроктона (Dendroctonus micans Kug.). На пробе в заболоченном ельнике следы его поселений и, в некоторых случаях, живые жуки были обнаружены на 45% деревьев. Еще три вида жуков были отловлены на цветущих зонтичных в прибрежной зоне.

Hymenoptera

Сборы перепончатокрылых к настоящему моменту еще не обработаны. В приложении приводится только один вид – большой еловый рогохвост (Urocerus gigas L.), являющийся широко распространенным вредителем ели.

Diptera

Отряд двукрылых был исследован более детально. Нами обнаружено 212 видов из 36 семейств. В уловах, как и ожидалось, преобладали семейства, большей частью связанные с околоводными стациями: Dolichopodidae, Ephydridae, Sciomyzidae, а также отдельные представители семейств Syrphidae и Scathophagidae. Приморские биотопы, в целом, характеризуются своеобразной фауной двукрылых. Многие виды приспособлены к обитанию именно в засоленных приморских стациях и больше нигде не встречаются. Нами был обнаружен ряд видов, ранее в Карелии не отмечавшихся или известных только по очень старым сборам. Среди них следует отметить некоторых представителей мух-зеленушек - D. bonsdorffi Frey, D. urbanus Stann., львинок – Nemotelus uliginosus L., скатофагид – Okeniella caudata Zett..

Из индикаторных видов были найдены два вида мух-журчалок: Temnostoma apiforme и T. vespiforme . Оба вида включены в Красную Книгу Карелии, хотя статус их окончательно не подтвержден (Полевой, 2000). Оба вида в изобилии встречались на цветущих зонтичных вдоль морского побережья и на приозерных болотах.

Оценка участка. Район о. Сыроватка несомненно представляет интерес из-за присутствия здесь характерных приморских биотопов по соседству со старыми хвойными лесами, а также обилием увлажненных биотопов с богатой растительностью, и необычными для этой части Карелии тундровыми участками на прибрежных островах. Короткий срок полевых исследований не позволил выявить все потенциально уязвимые виды, вероятно обитающие в данном районе, поэтому на данный момент мы не можем достоверно оценить состояние популяций видов, связанных со старыми лесами. Этот аспект влияния широкомасштабных рубок оценить сложно. Если при лесозаготовках активно будет эксплуатироваться береговая полоса, то наверняка пострадают прибрежные сообщества, что может привести к обеднению фауны насекомых и исчезновению наиболее чувствительных видов.

Таблица 22. Список видов насекомых, собранных в районе ПЛЗ

Чешуекрылые – Lepidoptera

Papilionidae

Papilio machaon Linnaeus

Pieridae

Colias palaeno Linnaeus

Lycaenidae

Palaeochrysophanus hippothoe Linnaeus

Plebejus argus Linnaeus

Vaciniina optilete Knoch

Nymphalidae

Brentis ino Rottemburg

Proclossiana eunomia Esper

Clossiana selene Denis & Schiffermüller

Satyridae

Erebia ligea Linnaeus

Coenonympha tullia Müller

Lasiommata petropolitana Fabricius

Жесткокрылые – Coleoptera

Scarabaeidae

Trichius fasciatus Linnaeus

Nitidulidae

Pityophagus ferrugineus Linnaeus

Cerambycidae

Leptura quadrifasciata Linnaeus

Chrysomelidae

Galeruca tanaceti Linnaeus

Scolytidae

Xylechinus pilosus Ratzeburg

Dendroctonus micans Kugelann

Polygraphus polygraphus Linnaeus

Перепончатокрылые – Hymenoptera

Siricidae

Urocerus gigas Linnaeus

Двукрылые – Diptera

Tipulidae

Tipula quadrivittata Staeger

Prionocera proxima Lackschewitz

P. turcica Fabricius

Dictenidia bimaculata Linnaeus

Limoniidae

Helius longirostris Meigen

Idioptera fasciata Linnaeus

Neolimnomyia nemoralis Meigen

Phylidorea abdominalis Staeger

P. fulvonervosa Schummel

P. glabricula Meigen

P. phaeostigma Schummel

Pilaria meridiana Staeger

Erioptera gemina Tjeder

Ormosia ruficauda Zetterstedt

Dicranomyia hyalinata Zetterstedt

Metalimnobia quadrinotata Meigen

Ptychopteridae

Ptychoptera minuta Tonnoir

Keroplatidae

Macrocera parva Lundström

Neoplatyura flava Macquart

Diadocidiidae

Diadocidia spinosula Tollet

Mycetophilidae

Mycomya cinerascens Macquart

M. griseovittata Zetterstedt

M. nitida Zetterstedt

Acnemia nitidicollis Meigen

Allocotocera pulchella Curtis

Phthinia mira Ostroverkhova

Polylepta borealis Lundström

Syntemna nitidula Edwards

Boletina digitata Lundström

B. dissipata Plassmann

B. gripha Dziedzicki

B. nigricans Dziedzicki

Coelosia truncata Lundström

Docosia gilvipes Walker

Ectrepesthoneura hirta Winnertz

Leia subfasciata Meigen

Rondaniella dimidiata Meigen

Dynatosoma fuscicorne Meigen

Mycetophila caudata Staeger

M. perpallida Chandler

Phronia braueri Dziedzicki

P. forcipata Winnertz

P. nigripalpis Lundström

P. strenua Winnertz

Platurocypta testata Edwards

Cordyla brevicornis Staeger

C. parvipalpis Edwards

Bibionidae

Dilophus femoratus Meigen

Stratiomyiidae

Microchrysa cyaneiventris Zetterstedt

Nemotelus uliginosus Linnaeus

Tabanidae

Chrysops nigripes Zetterstedt

C. sepulcralis Fabricius

Hybomitra borealis Fabricius

? H. kaurii Chvala et Lyneborg

H. lundbecki Lyneborg

H. montana Meigen

H. nigricornis Zetterstedt

Atylotus fulvus Meigen

Haematopota pluvialis Linnaeus

Asilidae

Laphria flava Linnaeus

Empididae

Tachypeza truncorum Fallén

Platypalpus ecalceatus Zetterstedt

P. longicornis Meigen

P. nigritarsis Fallén

P. stigmatellus Zetterstedt

P. unguiculatus Zetterstedt

Hybos femoratus Muller

H. grossipes Linnaeus

Bicellaria intermedia Lundbeck

? B. mera Collin

B. nigra Meigen

B. pilosa Lundbeck

B. sulcata Zetterstedt

Leptopeza borealis Zetterstedt

L. flavipes Meigen

Rhamphomyia anomalina Zetterstedt

R. poplitea Wahlberg

R. simplex Zetterstedt

R. unguiculata Frey

Empis lucida Zetterstedt

Chelifera concinnicauda Collin

Dolichopodidae

Dolichopus annulipes Zetterstedt

D. bonsdorffi Frey

D. cruralis Wahlberg

D. fraterculus Zetterstedt

D. lepidus Staeger

D. nigricornis Meigen

D. nitidus Fallén

D. nubilus Meigen

D. pennatus Meigen

D. picipes Meigen

D. plumipes Scopoli

D. rupestris Haliday

D. simplex Meigen

D. ungulatus Linnaeus

? D. uralensis Stackelberg

D. urbanus Stannius

Hygroceleuthus latipennis Fallén

Hercostomus aerosus Fallén

H. angustifrons Staeger

Tachytrechus ammobates Haliday

Porphyrops riparium Meigen

Xiphandrium caliginosum Meigen

X. monotrichum Loew

Syntormon pallipes Fabricius

S. rufipes Meigen

S. tarsatus Fallén

Sympicnus pulicarius Fallén

Platypezidae

Microsania pictipennis Meigen

Syrphidae

Pyrophaena granditarsa Forster

Platycheirus angustatus Zetterstedt

P. clypeatus Meigen

P. manicatus Meigen

P. peltatus Meigen

P. scutatus Meigen

Melanostoma mellinum Linnaeus

M. scalare Fabricius

Scaeva selenitica Meigen

Dasysyrphus tricinctus Fallén

Sphaerophoria menthastri Linnaeus

S. philantus Meigen

S. scripta Linnaeus

Chrysotoxum bicinctum Fabricius

C. fasciolatum De Geer

Rhingia campestris Meigen

Neoascia aenea Meigen

N. dispar Meigen

Pipiza bimaculata Meigen

Cheilosia longula Zetterstedt

C. mutabilis Fallén

C. pagana Meigen

C. rotundiventris Becker

C. scutellata Fallén

Volucella bombylans Linnaeus

Volucella pellucens Linnaeus

Sericomyia silentis Harris

Helophilus affinis Wahlberg

H. lineatus Linnaeus

Temnostoma apiforme Fabricius

T. vespiforme Linnaeus

Calobatidae

Compsobata commutata Czerny

Psilidae

Chamaepsila gracilis Meigen

C. humeralis Zetterstedt

? C. rosae Fabricius

Otitidae

Ceroxys urticae Linnaeus

Seioptera vibrans Linnaeus

Tephritidae

Orellia ruficauda Fabricius

Coelopidae

Fucomyia frigida Fabricius

Dryomyzidae

Dryomyza flaveola Fabricius

Sepsidae

Themira pusilla Zetterstedt

Nemopoda nitidula Fallén

N. pectinulata Loew

Sciomyzidae

Pherbellia brunnipes Meigen

Sciomyza dryomyzina Zetterstedt

Pteromicra glabricula Fallén

Tetanocera arrogans Meigen

Ilione lineata Fallén

Limnia paludicola Elberg

Lauxaniidae

Luciella affinis Zetterstedt

L. laeta Zetterstedt

Sapromyza hyalinata Meigen

Lauxania cylindricornis Fabricius

Chamaemyiidae

Chamaemyia juncorum Fallén

C. polystigma Meigen

Piophilidae

? Piophila casei Linnaeus

Mycetaulus bipunctatus Fallén

Amphipogon flavum Zetterstedt

Lonchaeidae

Lonchaea laxa Collin

Clusiidae

Clusiodes ruficollis Meigen

Clusia flava Meigen

Heleomyzidae

Suillia atricornis Meigen

S. bicolor Zetterstedt

S. flava Meigen

S. fuscicornis Zetterstedt

Milichiidae

Neophyllomyza acyglossa Villeneuve

Ephydridae

Notiphila aquatica Becker

N. cinerea Fallén

N. dorsata Stenhammar

N. uliginosa Haliday

Hydrellia griseola Fallén

Ochthera mantis De Geer

? Scatella sibilans Haliday

Lamproscatella quadrisetosa ? Becker

Coenia palustris Fallén

Ephydra alandica Frey

E. riparia Fallén

Chloropidae

? Conioscinella sordidella Zetterstedt

Meromyza sororcula Fedoseeva

Haplegis tarsata Meigen

Cetema myopina Loew

Thaumatomyia trifasciata Zetterstedt

Scatophagidae

Delina nigrita Fallén

Cordilura aberrans Becker

C. ciliata Meigen

C. pubera Linnaeus

C. pudica Meigen

Megaphthalma pallida Fallén

? Nanna tibiella Zetterstedt

Scatophaga litorea Fallén

S. suilla Fabricius

? Trichopalpus punctipes Meigen

Cosmetopus dentimanus Zetterstedt

Pogonota barbata Zetterstedt

Okeniella caudata Zetterstedt

Anthomyiidae

Chelisia monilis Meigen

Muscidae

Thricops rufisquama Schabl

Mesembrina resplendens Wahlberg

Calliphoridae

Calliphora uralensis Villeneuve

Cynomya mortuorum Linnaeus

Protophormia terraenovae Robineau-Desvoidy

Tachinidae

Phytomyptera nigrina Meigen

Cylindromyia pusilla Meigen


5. Характеристика и оценка водной флоры и фауны

5.1 Водоросли

Водоросли - наиболее чувствительный и надежный индикатор водных экосистем, с помощью которого можно диагностировать загрязнение до выявления его методами химических анализа. Она определяет структуру и функционирование всех ее элементов. Преимущество альгологических исследований при мониторинге водных экосистем объясняется коротким жизненным циклом водорослей, что позволяет даже при проведении ограниченных по времени наблюдений не только определить современное состояние водоемов, но и оценить возможные изменения.

Изучение водорослевых сообществ включало анализ флористического состава, экологию и распределение фитопланктона и фитоперифитона. Особое внимание было обращено на исследование структуры фитоперифитона так как именно сообществам прикрепленных водорослей принадлежит ведущая роль в функционировании экосистем малых водоемов, характерных для исследованной территории. За счет фотосинтеза фитоперифитона создается фонд органического вещества в небольших водоемах. Фитоперифитон свободен от кратковременного влияния случайных, локальных изменений гидрологического и гидрохимического режима и отражают средний, преобладающий в данном водоеме.

Пробы перифитона отбирались по отработанной методике (Комулайнен и др. 1989; Комулайнен, 2003) на 9 станциях выбранных в реках Ундукса (UN), Хлебная (CH), Лепручей (LR), в двух небольших озерах (L1, L2), а также в ручье вытекающем из озера Моржового и впадающего в Белое море (SP). Расположение станций было выбрано с тем расчетом,чтобы оценить структуру альгофлоры в наибольшем числе биотопов. Для оценки роли отдельных таксонов в формировании перифитона вычислялось средне взвешенное относительное обилие видов по численности (N%) и биомассе (B%). При помощи кластерного анализа станции были сгруппированы по принципу сходства видового состава.

Общая характеристика. В фитопланктоне исследованных водоемов определено 27 таксонов водорослей. Среди них несомненно доминируют диатомовые: Aulacosira italica (Ehr.) Kütz., A. islandica (O. Müll.) Simonsen, A. ambigua (Grun.) Simonsen, Tabellaria fenestrata (Lyngb.) Kütz. Сине-зеленые и зеленые водоросли играют меньшую роль. Преобладание диатомовых в планктоне характерно для водоемов различных географических зон и отмечалось ранее и для притоков Белого моря (Трифонова, 1973; Чекрыжева, 1990; Вислянская, 1998). Водоросли других отделов представлены в фитопланктоне менее разнообразно, среди них только Sphaerocystis schroeteri Chood., Ankistrodesmus pseudomirabilis Korshik. и Stenocalyx monilifera Schmidt. достаточно постоянны в альгоценозах. Фитопланктон исследованных водоемов характеризуется невысокой видовой насыщенностью и постоянным присутствием случайных форм. Особенно заметный вклад в формирование биомассы фитопланктона вносят прикрепленных Tabellaria flocculosa (Roth.) Kütz.,. Eunotia pectinalis Kütz. и нитчатые зеленые водоросли.

Фитоперифитон исследованных водоемов более разнообразен. В прикрепленных сообществах определено 70 таксонов водорослей рангом ниже рода, относящихся к 41 роду и 4 порядкам.

Сравнение роли различных отделов показывает, что видовое богатство альгофлоры перифитона исследованных водоемов и их участков также определяют диатомовые водоросли. Среди диатомей доминируют типичные для олиготрофных водоемов европейского севера виды: Tabellaria flocculosa, Eunotia pectinalis, Frustulia rhomboides, Gomphonema parvulum. Достаточно разнообразно представлены в перифитоне синезеленые водоросли,. максимального обилия среди которых достигают Capsosira brebissonii Kütz., Tolypothrix saviczii Kossinsk., Stigonema mamillosum (Lyngb.) Ag.. Среди зеленых водорослей доминируют типичные для альгофлоры северных водоемов нитчатые формы: Oedogonium, Bulbochaete, Zygnema.

Особенностью альгофлоры исследованных водоемов является относительная однородность группировок водорослей в систематическом отношении. Основное фитоценотическое значение имеет небольшое число представителей маловидовых родов при значительной выравненности структуры альгоценозов. Набор руководящих форм и выявленных комплексов почти идентичен во всех водоемах. В альгоценозах отсутствуют виды характеризующиеся высокой требовательности к фосфору и азоту.

Очень сходно и соотношение экологических групп водорослей. Большая часть выявленных видов - эпилиты и эпифиты. Обращает на себя внимание разнообразие ацидофильных и широко распространенных видов. Их относительная численность в перифитоне исследованных водоемов достигает 70%, что может быть объяснено поступлением с заболоченных водосборов кислых, низкопродуктивных вод. Комплекс, включающий Tabellaria flocculosa + Eunotia spp ., является определяющим для альгофлоры. Это еще более усиливает однородность альгофлоры, ограничивает распространение многих видов и заметно нивелирует различия в структуре альгофлоры в исследованных водоемах.

По отношению к солености виды, определенные в перифитоне, относятся к олигогалобам. Вместе с тем обращает на себя внимание разнообразие галофильных форм. Причем в на устьевых участках рек Ундукса и Хлебная в перифитоне встречены морские формы: A. distans var. lirata (Ehr.) Simonsen, Melosira juergensii Ag. M. nummuloides (Dillw.) Ag. и Percursaria percursa (Ag.) Bory.

Все исследованные водоемы находятся в естественном состоянии, это определяет таксономический состав перифитона, в котором отсутствуют виды указывающие на увеличение антропогенной нагрузки. Значения индексов разнообразия, биомассы формируемых группировок перифитона также позволяют судить о высокой степени развития альгоценозов в реке, о их жизненной активности и устойчивости. Исследованные водоемы можно характеризовать как олиготрофные на основании преобладания в обрастаниях видов свойственных водам с низкой трофностью, и заметным обилием видов свойственных для бореальных водоемов с низкой минерализацией не подверженных антропогенному влиянию. Вода водоемов, судя по составу индикаторных видов, условно чистая, b-мезосапробная. Можно считать, что все исследованные водоемы имеют значительный очистной потенциал.

Сравнение таксономического состава перифитона позволяет выделить три группы водоемов (рис. 5). Специфичность альгофлоры в выделенных группах определяется четко выраженным доминирование, а также влиянием в формировании альгоценозов аллохтонной флоры. Первая группа объединяет реки Ундукса и Хлебная, в которых формирование перифитона происходит в условиях высоких скоростей течения. Поэтому массовыми в альгоценозах являются облигатные реофилы. Ко второй группе относятся небольшие водотоки, где доминируют зеленые нитчатые водоросли. Третья объединяет озера, где кроме типичных прикрепленных форм достаточно разнообразны планктонные водоросли.

Оценка участка . Исследованные водоемы по составу массовых видов имеют большое сходство с холодноводными, олиготрофными водоемами бореальной и субарктической зон (Комулайнен, 1996; 1999). Видовое разнообразие альгоценозов определяют диатомовые водоросли в то время как основу биомассы во многих случаях составляют зеленые, сине-зеленые и золотистые водоросли.

Рис. 5. Дендрограмма сходства рек по относительной численности видов в фитоперифитоне. Пояснения к условным обозначениям см. в тексте.

Различия таксономического состава исследованных водоемов определяются их морфометрией (размеры, глубина), степенью зарастания, гидрологическим режимом. Влиянием приливов объясняется присутствие в альгоценозах морских галофильных форм.

Пресные воды являются связующим звеном между климатом и процессами, проходящими на море на суше и на их границе. Незначительные размеры водоемов, замкнутость водосборов, непосредственный контакт с результатами деятельности человека создают условия для быстрого отклика экосистем на антропогенные воздействия и определяют их уязвимость.

5.2 Рыбы

Известно, что во многих водоемах Европейского Севера России обитают ценные виды рыб – лососевые (семга, кумжа, палия) и сиговые (сиги, ряпушка), многие представители которых занесены в Красные книги России, Республики Карелия, Финляндии и Фенноскандии. В тоже время сильное антропогенное воздействие на природу Крайнего Севера привело к тому, что многие популяции рыб практически исчезли или находятся в депрессивном состоянии. Одной из действенных мер по охране ценных видов растений и животных (включая и рыб) является создание ООПТ (национальные парки, заповедники, заказники и пр.). Создание ПЛЗ «Сыроватка» также имеет непосредственное отношение к охране ценных видов рыб побережья Белого моря Республики Карелия.

Согласно информации, полученной от ихтиологов Карелрыбвода, наибольший интерес с точки зрения охраны рыбного населения планируемого заказника представляет собой река Ундукса, известная как кумжево-сиговая река. Достоверно установлено, что в 1979, 1980, 1987 годах в значительных количествах в августе и сентябре заходила морская проходная форма кумжи Salmo trutta trutta L., порядка 100-150 экз. и морской проходной беломорский сиг Coregonus lavaretus pidschian (Gmelin) в пределах 400-500 экз. Заход семги, горбуши не известен. В реке обитают – щука, окунь, плотва, налим, минога. Река Хлебная известна как сиговая река. По сведениям 1980 года в августе-сентябре в реку на нерест заходил морской проходной беломорский сиг в количестве до 1 тыс. экз. заход семги, кумжи, горбуши не известен. Естественно, что в других водоемах планируемого заказникаозерах и речках обитают типичные прнедставители ихтиофауны побережья Белого моря и в первую очередь – окунь, плотва, щука.

Продуктивность кумжевых рек, где на порогах и перекатах нерестятся производители кумжи и в течение нескольких лет живет её молодь во многом зависит от гидрологического режима водоема. Резкие весенние и осенние паводки, атакже низкие меженные уровни воды в летний и зимний период приводят к гибели икры и молоди кумжи (Сирин, 1981). Поэтому возможные широкомасштабные рубки на данной территории (вместо организации ландшафтного заказника) в виду появления жесткого гидрологического режима вне всякого сомнения приведут к резкому снижению численности кумжи, а возможно и полному ее уничтожению.

На территории действующего охотничего заказника и южной части ПЛЗ «Сыроватка» находится также устьевая зона семужьей реки Воньга – одна из 17 рек побережья Белого моря Республики Карелия в которых обитает семга – атлантический лосось Salmo salar L. Ещё в недавнем прошлом, в предвоенные годы, в Карелии добывали до 160 тонн лосося в год, в том числе 4 тонны в реке Воньга (Казаков, 1998). Усиление охранного режима устьевой зоны реки также будет способствовать сохранению популяции сёмги.

5.3 Макрозообентос

Для оценки экологической ситуации на водосборах, входящих в состав изучаемой территории, проведено обследование сообществ донных беспозвоночных различных по типу водотоков. Это безымянный ручей – приток губы Воньга, - относящийся к болотно-речным водным системам согласно классификации Ю.Б.Литинского (1963), р.Ундукса – озерно-речная система, руч.Моржовый, имеющий признаки речных и озерно-речных систем и р.Хлебная, занимающая положение между озерно-речными и болотно-речными системами.

Пробы макрозообентоса отбирались в предустьевых участках водотоков выше зоны воздействия приливных морских вод. Обследовались однотипные биотопы с гравийно-галечным грунтом в диапазоне скоростей течения 0,2-0,5 м/с на глебинах до 0,3 м. Для характеристики качественного состава бентофауны использован метод kick-sampling (Лоусон, Фоззард, 1977; Скворцов и др., 2001) на суммарной площади около 1 м2 , кроме того в пробу входили смывы с валунов. Количественные пробы на рр.Ундуксе и Хлебной отбирались с помощью рамки типа “Surber” (0,15х0,30 м) (Комулайнен и др., 1989). Камеральная обработка материалов проводилась по общепринятым методикам.

Общая характеристика. Всего в составе бентофауны выявлено 40 таксонов беспозвоночных (табл. 23). Не обнаружены Turbellaria , Isopoda , Gastropoda , Hemiptera , Megaloptera , в группах Bivalvia и Coleoptera - по одному виду организмов. Невысокое таксономическое богатство макрозообентоса, – следствие значительной заболоченности водосборов и влияния гумифицированных вод (Кухарев, 1991,2003). Увеличение роли болот в питании реки и регулировании ее стока сказывается и на количественных показателях донной фауны (Кухарев,1988): численность и биомасса животных бентоса в р.Ундуксе составила 4440 экз/м2 и 7,53 г/м2 , а в р.Хлебной только 990 и 3,82 соответственно.

Несмотря на невысокое природное качество речных вод, в составе макрозообентоса доминируют организмы, относящиеся к чувствительным индикаторам экологических нарушений различного типа – Plecoptera, Ephemeroptera, Trichoptera, Simuliidae (табл. 24). В числе субдоминант в большинстве случаев представители тех же групп организмов, насчитывающих 28 видов, то есть более половины от числа выявленных таксонов.

Таблица 23. Состав и оценка относительного обилия таксонов макрозообентоса обследованных водотоков (1 - руч.б/н, 2 – р.Ундукса, 3 – руч.Моржовый, 4 – р.Хлебная; s – численность (N)/биомасса (В) таксона менее 1% от общей в пробе, n – 1-20, m – более 20%)

Таксон

1

2

3

4

N

B

N

B

N

B

N

B

Nematoda

-

-

s

s

N

S

s

s

Oligochaeta

N

n

n

n

N

S

s

s

Hirudinea

Helobdella stagnalis (L.)

-

-

-

-

N

N

-

-

Erpobdella octoculata (L.)

-

-

-

-

-

-

n

s

Mollusca

Pisidium sp.

-

-

s

s

N

N

n

n

Hydracarina

-

-

s

s

-

-

s

s

Odonata

Somatochlora aenea (L.)

-

-

s

n

-

-

-

-

Plecoptera

Nemoura pictetii Klap.

N

n

s

s

-

-

-

-

Nemoura sp.

-

-

-

-

n

S

-

-

Amphinemura borealis Mort.

M

m

-

-

-

-

-

-

Amphinemura sp.

-

-

-

-

n

S

-

-

Taeniopteryx nebulosa L.

-

-

s

s

-

-

n

s

Leuctra digitata Kemp.

N

n

m

n

m

M

n

n

Isoperla obscura Zet.

-

-

n

n

-

-

-

-

Isoperla sp.

N

n

s

s

-

-

n

n

Ephemeroptera

Ephemerella ignita (Poda)

-

-

-

-

n

M

-

-

Baetis vernus Curt.

-

-

m

n

-

-

n

n

Baetis sp.

-

-

n

n

-

-

-

-

Heptagenia flava (Rost.)

-

-

s

n

-

-

n

n

Heptagenia sp.

-

-

-

-

-

-

s

s

Metretopus sp.

-

-

s

n

-

-

-

-

Coleoptera

Elmis sp.

-

-

n

N

-

-

n

s

Trichoptera

Rhyacophila fasciata Hag.

-

-

n

M

-

-

n

n

Ithytrichia lamellaris Eat.

-

-

-

-

-

-

s

s

Polycentropus flavomaculatus Pict.

-

-

n

N

-

-

n

n

Neureclipsis bimaculata L.

-

-

s

S

-

-

n

m

Chaetopteryx villosa Fabr.

-

-

-

-

-

-

n

m

Chaetopteryx sp.

N

n

-

-

-

-

-

-

Leptoceridae n/det.

-

-

n

S

-

-

-

-

Wormaldia subnigra McL.

-

-

n

N

-

-

-

-

Hydropsyche pellucidula Curt.

-

-

n

N

-

-

-

-

Oligostomis reticulata (L.)

-

-

-

-

n

N

-

-

Diptera

Simuliidae

Schonbaueria pusilla (Fries.)

N

n

n

S

-

-

s

s

Simulium morsitans Edw.

-

-

-

-

-

-

n

n

S. tuberosum (Luustr.)

-

-

-

-

-

-

m

n

Eusimulium latipes (Mg.)

-

-

n

N

-

-

n

n

Chironomidae

N

n

n

S

m

N

n

n

Ceratopogonidae

N

s

-

-

-

-

-

-

Muscidae

Limnophora riparia (Fall.)

-

-

s

S

-

-

s

n

Limoniidae

Dicranota sp.

-

-

-

-

n

N

-

-

Таблица 24. Относительные численность (N) и биомасса (B) (% от общих значений в пробе) основных групп макрозообентоса обследованных рек

Таксон

руч. б/н

р. Ундукса

Руч. Моржовый

р. Хлебная

N

B

N

B

N

B

N

B

Nematoda

0,2

0,1

1,0

0,2

0,4

0,1

Oligochaeta

8,2

3

1,7

1,2

4,0

0,7

0,8

0,1

Hirudinea

3,0

3,5

1,2

0,4

Mollusca

0,2

0,2

1,0

0,4

7,4

3,8

Hydracarina

0,2

0,1

0,8

0,1

Odonata

0,2

7,1

Coleoptera

4,0

1,5

2,3

0,4

Plecoptera

69,4

72,5

25,5

16,5

42,0

26,2

10,1

7,5

Ephemeroptera

23,6

23,2

14,0

49,3

3,9

5,6

Trichoptera

1,2

9,5

24,2

39,6

1,0

1,1

19,0

58,9

Simuliidae

1,2

9,5

17,3

8,9

38,6

18,4

Chironomidae

18,8

5

2,7

0,7

33,0

11,4

14,7

3,7

Diptera var.

1,2

0,5

0,2

0,9

1,0

7,2

0,8

1,0

Все это свидетельствует об отсутствии значимых негативных факторов воздействия на водосборах обследованных водотоков.

Для формализации полученных данных использованы индексы, характеризующие различные аспекты структурной организации зообентических сообществ (табл. 25). Индекс Вудивисса (Woodiviss, 1964), примененный в региональной модификации (Кухарев, 1986, 1991), снижает свои значения от 10 до 0 по мере роста нагрузки загрязняющих веществ. Полученные для обследованных рек величины этого показателя (8-10) свидетельствуют об отсутствии здесь антропогенных нагрузок.

Таблица 25. Структурные характеристики зообентических сообществ обследованных водотоков (n – число таксонов, IW – индекс Вудивисса, NС /NЭ – отношение численностей стено- и эврибионтных организмов, H – индекс разнообразия Шеннона, J – индекс равномерности распределения биомассы)
Водоток
Показатель

n

IW

NС /NЭ

H

JB

ручей без названия

10

8

2,4

2,57

0,68

р. Ундукса

21

10

2,5

3,06

0,77

руч. Моржовый

13

9

1,3

2,71

0,59

р. Хлебная

23

10

2,4

3,60

0,65

Известно, что при неблагоприятных воздействиях из состава сообществ выпадают узкоспециализированные стенобионтные организмы. При нормальных условиях в составе зообентоценозов доля стенобионтов составляет не менее 60% (Алимов, 1989). В нашем случае указанная величина превышена в 2,1-4,1 раза (см. табл. 25).

Как отмечено выше, высокая природная гумификация речных вод сказывается на видовом богатстве донной фауны. С учетом этого полученные величины показателей разнообразия (индексы Шеннона и равномерности распределения биомассы, см. табл. 25) характеризуют изучаемые сообщества как стабильные, находящиеся в нормальном состоянии. Для характеристики обследованных водотоков в целом значения двух последних индексов рассчитаны по совокупности всех отобранных проб: Нобщ = 4,03; Jобщ = 0,82.

Оценка участка. Полученные данные свидетельствуют о том, что макрозообентические сообщества обследованных водотоков находятся в естественном ненарушенном состоянии. Это указывает на отсутствие значимых негативных воздействий антропогенной природы на речных водосборах. В случае проявления таких воздействий, например при вырубке лесов, следует ожидать увеличения притока в водные экосистемы дополнительной энергии в виде растворенных и взвешенных веществ, что приведет к изменениям структуры донных зооценозов: сокращению списка стенобионтных животных, фильтраторов, снижению таксономического разнообразия и, следовательно, к снижению значений использованных индексов.

6. Характеристика и оценка изымаемых из хозяйственного оборота древесных ресурсов

По данным лесоустройства общий запас древесины на территории ПЛЗ - 833 тыс. м3 , в том числе в спелых и перестойных лесах 764 тыс. м3 (см. табл. 11). Средний запас менее 74 м3 /га покрытой лесом площади и менее 27 м3 /га общей площади. В спелых и перестойных лесах запас менее 75 м3 /га покрытой лесом площади (вдвое меньше чем в среднем по Карелии) и менее 25 м3 /га общей площади.

По данным специальных исследований средняя полнота древостоев – 0.34 (87% -0.4 и ниже), класс бонитета – 5а .4 (54% – 5Б ), а запас в возрасте 150-200 лет – 71 м3 /га. Свыше 1/3 древостоев "балансируют" между полнотой 0.2-0.3 (по лесоустроительным нормативам минимальная полнота для отнесения к лесопокрытой площади должна быть 0.3). Подавляющая часть древесины в спелых и перестойных лесах характеризуется крайне низким качеством - ниже 3 класса товарности (выход деловой древесины менее 50 %).

Итак, в целом леса отличаются самыми низкими в Карелии запасами древесины, «островным» расположением лесов (на фоне обширных болотных массивов) и крайне низкой товарностью. Изымаемые из лесопромышленного оборота земли самые низкопродуктивные в Карелии. Кроме того, почти 60 % лесов являются водоохранными с весьма значительными ограничениями лесопользования.

С экономической точки зрения потери за счет выведения из лесопромышленного оборота лесов ПЛЗ для Республики Карелия ничтожны и весьма незначительны для Кемского района.


7. Общие рекомендации о целесообразности создания, площади и границах

Результаты работы позволяют дать общее заключение о целесообразности создания ландшафтного заказника «Сыроватка». Для этого есть следующие главные основания:

1. Природные комплексы (лесные, лесоболотные и болотные) на данной территории находятся практически в первобытном состоянии. Это придает им особую природоохранную ценность на фоне обширных окружающих территорий, глубоко трансформированных антропогенными факторами;

2. Приморские ландшафты весьма оригинальны с точки зрения разнообразия видов и сообществ и отличаются высокой степенью уязвимости к антропогенным воздействиям.

3. Леса, непосредственно примыкающие к береговой линии, имеют не только локальное, но и большое региональное средообразующее (в том числе биотопообразующее) и средозащитное значение. Это своего рода естественный барьер (аналогичный притундровым лесам), во многом определяющий и регулирующий экологическую ситуацию на обширных территориях Прибеломорской низменности. В условиях «островного» расположения лесов на фоне исключительно сильнозаболоченной территории практикуемые в лесах промышленного назначения сплошные рубки имеют ярко выраженный биотопо- и средоразрушающий эффект.

4. Территория заказника находится между устьями и нижними частями течений трех рек с нерестовыми полосами при сравнительно небольшой ядровой части с лесами III группы. Это очень удачное географическое положение (междуречье) позволяет совместить сохранение нерестилищ ценных видов рыб и уязвимых к антропогенным воздействиям и ценных в природоохранном отношении наземных экосистем.

5. В пределах заказника уже существует и Институтом биологии Кар НЦ РАН рекомендуется для расширения охотничий заказник «Воньгомский». Его краткая характеристика приводится в Приложении 1. Таким образом, ПЛЗ «Сыроватка» частично уже является ООПТ, а его общий контур полностью совпадает с предлагаемыми новыми (расширенными) границами охотничьего заказника.

Контур ПЛЗ «Сыроватка целесообразно ограничить квартальными просеками и включить в его состав следующие кварталы Куземского лесничества Кемского лесхоза: 513-514, 31-36,51-56,71-76,91-96,11-115,130 общей площадью 31 152 га.

Кроме того, в состав этого природоохранного объекта необходимо включить часть акватории Белого моря (шириной 1 км от береговой линии во время максимального прилива) и острова Большой Рабьяк, Малый Рабьяк, Сенушные, Сыроватка (общей площадью около 60 га) с акваторией той же ширины.

Заключение

Представленные материалы характеризуют природные особенности территории предлагаемого ПЛЗ в геолого-геоморфологических, гидрологических, лесоведческих, зоологических, флористических и других аспектах. Эти данные позволили дать многоаспектную экологическую оценку исследуемого объекта на фоне Восточной Фенноскандии, сделать заключение о необходимости создания ПЛЗ « Сыроватка». Предложен оптимальный по совокупности всех экологических параметров вариант его площади и границ. Показано, что с экономической точки зрения потери за счет выведения из лесопромышленного оборота лесов ПЛЗ для Республики Карелия ничтожны и весьма незначительны для Кемского района.

На следующей стадии работы необходимо получить согласие администрации Кемского района на создание заказника. Затем эти материалы поступают в Управление природных ресурсов МПР РФ по Республике Карелия. Его задачей является их экспертиза, согласование с другими республиканскими ведомствами и подготовка проекта решения. Итогом этой процедуры должно стать специальное Распоряжение Правительства Республики Карелия об образовании заказника.

На наш взгляд, представленные материалы дают достаточные основания для принятия положительного решения на всех стадиях рассмотрения проекта организации данного очень ценного природоохранного объекта.

Литература

Абрамов И.И., Волкова Л.А. К бриофлоре северо-запада СССР // Новости систематики низших растений. Т. 19. 1982. С. 167- 170.

Алимов А.Ф. Введение в продукционную гидробиологию. Л., 1989. 152 с. Атлас Карельской АССР. Петрозаводск, 1989. 40 с.

Бабина Н. В. Галофитная растительность западного побережья Белого моря // Растительность России. 2002. № 3. С. 3–21.

Белкина О.А., Лихачев А.Ю. Конспект флоры листостебельных мхов Кандалакшского заповедника (Белое море). Апатиты, 1997. 48 с.

Белкина О.А., Лихачев А.Ю. Некоторые особенности флоры листостебельных мхов Кандалакшского заповедника (Белое море) // Бот. журн. 1999. Т. 84, № 11. С. 36-49.

Бианки В.В. Численность и размещение массовых морских птиц в западной части Белого моря //Проблемы использования промысл. ресурсов Белого моря и внутр. водоемов Карелии. М.; Л., 1963. С. 161- 167.

Бианки В.В., Коханов В.Д., Корякин А.С. и др. Птицы Кольско-Беломорского региона //Русский орнитол. журн. 1993. Т. 2. Вып. 4. С. 491-586.

Бианки В.В., Коханов В.Д., Скокова Н.Н. Осенний пролет водоплавающих птиц на Белом море //Труды Кандалакшского гос. заповедника. 1975. Вып. 9. С. 3-76.

Благовещенский Г.А. Эволюция растительного покрова болотного массива “1007 км“ у ст. Лоухи (Карелия) // Тр. Бот. ин-та АН СССР. Геоботаника. 1936. Вып. 3. С. 141-232.

Благосклонов К.Н. Птицы Кандалакшского заповедника и окрестностей Беломорской биологической станции Московского университета //Труды Кандалакшского гос. заповедника. 1960. Вып. 2. С. 5-104.

Богданова Н.Е. О бриофлоре Кемь-лудского архипелага // Вест. МГУ. Биология. 1969. Сер. 6. № 1. С. 11-114.

Бреслина И. П. Приморские луга Кандалакшского залива Белого моря // Биолого-флористические иссл. в связи с охраной природы в Заполярье. Апатиты, 1980. С. 132–143.

Бреслина И.П. Приморские вороничники – особые тундрообразные экстразональные ценозы // Природа и хозяйство Севера. Апатиты, 1971. Вып. 3. С. 89-91.

Вехов В. Н. Растительность Кемь-Лудского архипелага // Труды Кандалакшского государственного заповедника. 1969. Вып. VII. Ботанич. иссл. С. 60–125.

Вехов В. Н., Георгиевский А. Б. Луга Ковдского полуострова и о. Великий // Ботанические исследования в заповедниках РСФСР. М., 1984. С. 50–66.

Вислянская И.Г. Притоки Белого моря. Фитопланктон//Современное состояние водных объектов Республики Карелия. Петрозаводск. 1998. 168-169.

Волков А.Д., Громцев А.Н., Еруков Г.В. и др. Экосиемы ландшафтов запада северной тайги (структура, динамика). Петрозаводск, 1995. 194 с.

Волкова Л. А. О распространении некоторых мхов в Карелии // Новости систематики низших растений. Л., 1972. Т.9. С.349-354.

Волкова Л. А., Максимов А. И. Список листостебельных мхов Карелии // Растительный мир Карелии и проблемы его охраны. Петрозаводск, 1993. С.57-91.

Володичев О.И., 1990, Беломорский комплекс Карелии. Геология и петрология. Л."Наука",246с.

Голуб В. Б., Соколов Д. Д. Приморская растительность Восточной Европы // Успехи совр. биол. 1998. Т. 118. № 6. С. 729–744.

Громцев А.Н. Ландшафтная экология таежных лесов: теоретические и прикладные аспекты. Петрозаводск, 2000. 144с.

Данилов П.И., Блюдник Л.В., Федоров Ф.В., Белкин В.В., Каньшиев В.Я., Якимов А.В. 2000. Оценка целесообразности сохранения существующих временных охотничьих заказников. Определение территории для создания новых охотничьих заказников // Отчет по х/д № 37. Петрозаводск. 45 стр. (рук.).

Данилов П.И., Блюдник Л.В., Федоров Ф.В., Белкин В.В., Якимов А.В., Каньшиев В.Я. 2001. Охотничьи заказники как форма сохранения биоразнообразия // Биоразнообразие Европейского Севера. Теоретические основы изучения социально-правовых аспектов использования и охраны. Петрозаводск. С. 50 – 52.

Данилов П.И., Пуллиайнен Э., Марковский В.А., Хейкура К., Блюдник Л.В., Эркинаро Э., Сулкава С., Линдгрен Э. 1986. Лесной северный олень (Rangifer tarandus fennicus Lönnb.) Восточной Фенноскандии (история, распространение, современное состояние популяций) // Экология наземных позвоночных Северо-Запада СССР. Петрозаводск. С. 124-138.

Девятова Э.И., 1976, Геология и палинология голоцена и хронология памятников первобытной эпохи в юго-западном Беломорье. Л."Наука", 122с.

Добровольский Г.В., Урусевская И.С. География почв. М.: Изд-во МГУ, 1984. 416 с.

Елина Г.А. Типы болот Прибеломорской низменности // Болота Карелии и пути их освоения. Петрозаводск, 1971. С. 51-79

Елина Г.А., Лак Г.Ц. Торфяные болота - индикаторы динамики природно-климатических процессов голоцена // Палеоклиматы позделедниковья и голоцена. М., 1989. С. 52-57

Елина Г.А., Лебедева Р.М. Динамика растительности и палеогеография голоцена Карельского берега Прибеломорской низменности // Ботан. журн., 1992. Т.77, № 5. С. 17-29

Елина Г.А., Лукашов А.Д., Юрковская Т.К. Позднеледниковье и голоцен восточной Фенноскандии (палеорастительность и палеогеография). Петрозаводск, 2000. 242 с.

Елина. Г.А., Юрковская Т.К. К флоре мхов и лишайников прибеломорских верховых болот в бассейнах рек Нюхчи и Сумы // Научн. конф. по итогам работ Института биологии ПГУ за 1963 г. / Тезисы докл. Петрозаводск, 1964. С. 51-52.

Елина. Г.А., Юрковская Т.К. О прибеломорских болотах Карелии // Бот. журн. 1965. Т. 50, № 4. С. 486-497.

Зимин В.Б., Сазонов С.В., Лапшин Н.В. и др. Орнитофауна Карелии. Петрозаводск, 1993. 220 с.

Игнатов М.С., Афонина О.М. Список мхов территории бывшего СССР // Бриол. журн. Arctoa. 1992. Т. 1. № 1-2. C.1-85.

Инвентаризация и изучение биологического разнообразия на Карельском Побережье Белого моря. Ред. А.Н.Громцев, В.И.Крутов. Петрозаводск, 1999. 140 с.

Казаков Р.В. История и состояние промысла атлантического лосося в России. В кн. « Атлантический лосось», 1998, С-кт Петербург, «Наука», с.335-380.

Кац Н. Я. Типы болот и их размещение на территории европейской части СССР // Землеведение. 1937. Т. 39, № 4-5. С. 388-456

Киселева К. В., Новиков В. С., Октябрева Н. Б. Сосудистые растения Соловецкого историко-архитектурного и природного музея-заповедника (аннотированный список видов) // Флора и фауна музеев-заповедников и национальных парков. М., 1997. Вып. 1. 44 с.

Ключевые орнитологические территории России. Т. 1. Ключевые орнитологические территории международного значения в Европейской России. М., 2000. 702 с.

Комулайнен С. Ф. Перифитон рек Ленинградской, Мурманской областей и Республики Карелия. Петрозаводск. КарНЦ РАН. 1996. 39 с.

Комулайнен С. Ф. Фитоперифитон в реках Карельского берега Белого моря. Материалы 2ой Международной конференции: Биологические ресурсы Белого моря и внутренних водоемов Европейского Севера Петрозаводск. 1999. С.140–143.

Комулайнен С.Ф. Методические рекомендации по изучению фитоперифитона в малых реках. Петрозаводск КарНЦ РАН 2003. 43 с.

Комулайнен С. Ф., Круглова А.Н., Хренников В.В., Широков В.А. Методические рекомендации по изучению гидробиологического режима малых рек. Петрозаводск, 1989. 41 с.

Кравченко А. В. К флоре сосудистых растений Карельского побережья Белого моря // Инвентаризация и изучение биологического разнообразия на Карельском побережье Белого моря. Петрозаводск, 1999. С. 55-65.

Красная книга Карелии. Петрозаводск, 1995. 286 с.

Красная книга РСФСР. Растения. М., 1988. 592 с.

Кузьмина Е.О., Смагин В.А. Сфагновые мхи болот Соловецких островов // Новости систематики низших растений. Т. 34. 2001. С. 220- 226.

Кухарев В.И. Методические аспекты биологической оценки качества вод малых водотоков в связи с хозяйственной деятельностью на их водосборах // Рациональное использование природных ресурсов и охрана окружающей среды. Петрозаводск, 1986, с.73-78.

Кухарев В.И. Оценка влияния дренажных стоков на качество вод водоприемников южной Карелии по бентическим организмам // Использование и охрана водных ресурсов бассейна Онежского озера. Петрозаводск, 1988. С.99-132.

Кухарев В.И. Сообщества макрозообентоса как индикаторы качества вод малых рек Карелии. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. биол. наук. Л., 1991. 28 с.

Кухарев В.И. Воздействие природных и антропогенных факторов на формирование разнообразия макрозообентоса рек // Разнообразие биоты Карелии: условия формирования, сообщества, виды. Петрозаводск, 2003. С. 207-213.

Лилиенберг Д.А., Сетунская Л.Е., Благоволин Н.С. и др. Морфоструктурный анализ современных вертикальных движений Европейской части СССР// Геоморфология, 1975, № 1. С3-18.

Литинский Ю.Б. Особенности гидрографической структуры водных систем Карелии // Проблемы использования промысловых ресурсов Белого моря и внутренних водоемов Карелии. М.-Л., 1963. С. 170-174.

Лоусон Д., Фоззард Л. Программа биологического и химического обследования рек Шотландии с целью оценки качества их воды // Научные основы контроля качества поверхностных вод по гидробиологическим показателям. Л., 1977. С. 79-92.

Максимов А. И. Редкие листостебельные мхи Карелии // Бот. журн., 2000. Т. 85. № 4. С. 67-80.

Максимов А. И., Максимова Т. А. К бриофлоре заказников “Шуйостровский“ и “Керетьский“ // Инвентаризация и изучение биологического разнообразия на Карельском побережье Белого моря (оперативно-информационные материалы). Петрозаводск, 1999. С. 66-73.

Максимов А.И., Максимова Т.А. Листостебельные мхи островов Белого моря // Культурное и природное наследие островов Белого моря. По заказу Карельского научного центра РАН. Петрозаводск, 2002. С. 97-101.

Максимов А.И., Максимова Т.А., Бойчук М.А. Листостебельные мхи // Разнообразие биоты Карелии: условия формирования, сообщества, виды. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2003. С. 105-119.

Невесский Е.Н., Медведев В.С., Калиненко В.В., 1977, Белое море. Седиментогенез и история развития в голоцене. М., "Наука", 236с

Орешникова Н.В. Почвы приморских лугов таежной зоны на примере западной части побережья Белого моря. Автореф. кандид. дисс. Москва. 2001. 24 с.

Поле Р.Р. Материалы для познания растительности Северной России. 1. К флоре мхов Северной России // Тр. Ботан. Сада Петра Великого. 1915. Т. 33. Вып. 1. С. 1-148.

Полевой А. В. Краснокнижные двукрылые (Diptera) Карелии: предложения по изменению и дополнению списка. // Сохранение биологического разнообразия Фенноскандии: Тезисы докладов Международной конференции (30 марта - 2 апреля 2000 г.). Петрозаводск: Карельский научный центр РАН. 2000. С. 80-81.

Пономарева Т.С., Семашко В.Ю., Черенков А.Е. Обыкновенная гага на Соловецком архипелаге //Орнитология. М., 1991. Вып. 25. С. 40-45.

Раменская М. Л. Луговая растительность Карелии. Петрозаводск, 1958. 400 с.

Раменская М. Л. Определитель высших растений Карелии. Петрозаводск, 1960. 400 с.

Раменская М. Л. Анализ флоры Мурманской области и Карелии. Л., 1983. 216 с.

Ресурсы поверхностных вод. Гидрологическая изученность. Т. 2. Карелия и Северо-Запад. Л., 1965. 700 с.

Савич Л. И. Сфагновые (торфяные) мхи европейской части СССР. М., Л., 1936. 104 с.

Сазонов С.В. Орнитофауна заповедников и национальных парков северной тайги Восточной Фенноскандии и ее зоогеографический анализ. Петрозаводск, 1997. 116 с.

Сазонов С.В., Медведев Н.В. Некоторые итоги изучения орнитофауны Карельского Поморья и предложения по формированию сети охраняемых природных территорий региона //Инвентаризация и изучение биол. разнообразия на Карельском побережье Белого моря. Петрозаводск, 1999. С. 81-87.

Сазонов С.В. Зоогеографический статус и орнитологическая значимость национального парка "Паанаярви" //Природа нац. парка "Паанаярви". Труды КарНЦ РАН. Серия Б. "Биология". Петрозаводск, 2003. Вып. 3. С. 86-96.

Свиридова Т.В., Зубакин В.А., Белик В.П. Программа "Ключевые орнитологические территории России". Методические разработки. М., 1996. 40 с.

Сирин А.А. Влияние лесной среды на условия обитания лососевых (по зарубежным данным). – Лесоведение, 1981, №1, с.67-76.

Скворцов В.В., Станиславская Е.В., Тысячнюк М.С. Руководство по определению экологического состояния ручьев и рек С.-П., 2001. 169 с.

Скокова Н.Н. Пролет птиц осенью 1958 г. в окрестностях с. Поньгома //Труды Кандалакшского гос. заповедника. 1960. Вып. 3. С. 152-174.

Степанов В.С., 1981, Основной магматизм докембрия западного Беломорья. Л."Наука", 218с.

Трифонова И.С. Состав и продукционная характеристика фитопланктона реки Кеми и озер ее поймы. Биол. исслед. на внутр. водоемах Прибалтки. Минск. 1973. с. 304-306.

Флинт В.Е., Бёме Р.Л. Орнитологические находки на Белом море //Тезисы докл. Второй Всесоюз. орнитол. конф. М., 1959. Ч. Ш. С. 25.

Хохлова Т.Ю., Артемьев А.В. Птицы охотничьих (зоологических) заказников Карельского Прибеломорья и их окрестностей //Инвентаризация и изучение биол. разнообразия на Карельском побережье Белого моря. Петрозаводск, 1999. С. 88-105.

Хохлова Т.Ю., В.К.Антипин, Токарев П.Н. особо охраняемые природные территории Карелии. Петрозаводск, 2000.312 с.

Цейц М.А., Добрынин Д.В. Морфогенетическая диагностика и систематика маршевых почв Карельского Беломорья // Почвоведение. 1997. № 4. С. 411-416.

Цейц М.А., Добрынин Д.В., Белозерова Е.А. Структурная организация почвенного и растительного покрова маршей Поморского берега Белого моря // Экологические функции почв Восточной Фенноскандии. Петрозаводск, 2000. С. 95-107.

Чекрыжева Т.А. Видовой состав фитопланктона некоторых озер и рек Карелии //АН СССР. КФ. Отд. вод. пробл. Препринт. Петрозаводск. 1990. 39 с.

Экосистемы ландшафтов запада северной тайги (структура, динамика). Ред. Волков А.Д., Громцев А.Н. Петрозаводск, 1995. 194 с.

Юрковская Т.К. География и картография растительности болот европейской России и сопредельных территорий. СПб, 1992. 255 с.

Barkman J. J., Doing H., Segal S. Kritische Bemerkungen und Vorschläge zur quantitativen Vegetationsanalyse // Acta Bot. Neerl. 1964. № 13. S. 87–93.

Elina G.A., Kuznetsov O.L. Paleowegetation and Paleogeography of Holocene of Priberomorskaya lowland in Karelia, prignosis for 1000 years // Aquilo. Set. Bot. 1996. Vol. 36. P. 9-20

Erkamo V. I. O. Bergroths botaniska undersökningar i Karelia pomorica //Acta Soc. Fauna Flora Fennica. 1947. T. 67. № 1. 83 s.

Mela A. J., Cajander A. K. Suomen kasvio. Helsinki, 1906. X + 68 + 764 s.

Mela A.J., Cajander A.K. Suomen kasvio. Helsinki, 1906. X+68+764 s.

Red Data Book of East Fennoscandia. Helsinki, 1998. 351 p.

UlvinenT., Syrjänen K & Antilla S. (toim.). Suomen sammalet (levinneisyys, ekologia, uhanalaisuus). Suomen ympäristökeskus. Helsinki, 2002. 354 s.

Woodiviss.F.S. The biological system of stream classification used by the Trent River Board. Chemistry and Industry, 1964, vol.11. Р.443-447.

Приложение 1

Краткая характеристика охотничьего заказника «Воньгомский»

(по: Хохлова и др.,2001)

Площадь 6,5 тыс.га. Включает губу Воньга, расположенные к северу-западу от нее заболоченные лесные территории, а также прилегающие к ним участки акватории с многочисленными островами и развитой зоной литорали. Создан для защиты мест концентрации северного оленя, диких гусей и других водоплавающих, в том числе одного из основных мест воспроизводства гаги в бассейне Белого моря. В границах заказника сохраняются местообитания редких и ценных видов птиц, присутствуют малонарушенные естественные лесные и болотные сообщества, высоко видовое разнообразие фауны. В ее составе лось, бурый медведь, выдра, норка, куница, белка, глухарь, тетерев, белая куропатка и другие виды охотничьих животных. Зимние стада северного оленя достигают 50 голов. Гнездятся охраняемые хищные птицы – скопа, орлан-белохвост, обитает сокол-сапсан. Более половины территории резервата находится на материке и включает малодоступные, глухие участки со сложным рельефом, обилием болот, ручьев, небольших речек и озер, в том числе систему озер в нижнем течении р. Ундуксы. В этих местах гнездятся гуменники и в небольшом числе – лебеди-кликуны, данные по численности которых отсутствуют из-за недоступности мест их гнездовий. Акватория заказника по большей части мелководна, включает довольно широкую зону литорали со множеством островов, что создает благоприятные условия для гнездования и кормежки гаги и других водно-болотных птиц. Во время миграции здесь кормятся множество водоплавающих птиц и куликов: золотистая ржанка, чернозобик, большой улит, щеголь, фифи, краснозобик и др.

Несмотря на то, что прибрежную зону и острова постоянно посещают рыбаки и туристы, большая часть территории заказника почти не подвергается антропогенному прессу, что особенно важно для гуменника, кликуна и крупных хищных птиц, которые избегают соседства с человеком в гнездовое время. Благодаря этому обстоятельству заказник играет важную роль в сохранении редких и ценных видов, в связи с чем целесообразен его перевод в постоянные резерваты с пересмотром границ, поскольку зимние скопления оленей наблюдаются теперь в основном в междуречье рек Летней и Ники. Режим охраны общевидового зоологического заказника требует доработки и детализации с учетом специфики местных условий. Предложен к охране исполкомом Кемского райсовета. Учрежден решением Кемского исполкома № 138 от 05.09.73 г. и Постановлением СМ КАССР № 462 от 02.11.73 г. на 10 лет; продлен до 1993 г. С октября 1998 г. находится в ведении Управления по охране, контролю и регулированию использования охотничьих животных РК.

Приложение 2

Проект

Положение

о государственном ландшафтном заказнике

регионального значения "Сыроватка"

1. Государственный ландшафтный заказник регионального значения "Сыроватка" образован на территории Куземского лесничества Кемского лесхоза и включает следующие кварталы Куземского лесничества Кемского лесхоза: 513-514, 31-36,51-56,71-76,91-96,11-115,130 общей площадью 31 152 га. Кроме того, в состав заказника входят часть акватории Белого моря (шириной 1 км от береговой линии во время максимального прилива) и острова Большой Рабьяк, Малый Рабьяк, Сенушные, Сыроватка (общей площадью около 60 га) с акваторией той же ширины.

Заказник создан с целью сохранения особо ценных природных комплексов, практически не затронутых хозяйственной деятельностью, поддержания общего экологического баланса, оптимизации режима использования природных ресурсов.

2. На территории заказника установлен следующий режим природопользования.

Запрещаются: рубки главного пользования, рубки ухода и санитарные рубки, разработка полезных ископаемых, лесоосушительная мелиорация, торфоразработка, применение ядохимикатов, весенняя охота, устройство туристических стоянок в период размножения животных и птиц (с середины апреля до середины июня), сбор растений занесенных в Красные книги России и Карелии, добыча водорослей методом драгирования, траловый лов рыбы, промысловая охота, а также промысловый сбор грибов и ягод.

Разрешаются: научно-исследовательская деятельность, туризм, строительство специально оборудованных туристических стоянок и строений, включая заготовку строительного материала и дров для этих объектов, промысловый лов рыбы по лицензиям, любительский лов рыбы и охота по лицензиям в установленные сроки, сбор грибов и ягод.

Материалы инвентаризации природных комплексов

и научное обоснование ландшафтного заказника «Сыроватка»

Руководитель НИР и редактор А.Н.Громцев

Печатается по решению Ученого совета

Института леса Карельского научного центра РАН

от 4 декабря 2003 г.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Привет студентам) если возникают трудности с любой работой (от реферата и контрольных до диплома), можете обратиться на FAST-REFERAT.RU , я там обычно заказываю, все качественно и в срок) в любом случае попробуйте, за спрос денег не берут)
Olya17:13:28 01 сентября 2019
.
.17:13:27 01 сентября 2019
.
.17:13:26 01 сентября 2019
.
.17:13:25 01 сентября 2019
.
.17:13:24 01 сентября 2019

Смотреть все комментарии (6)
Работы, похожие на Реферат: А. Н. Громцев Петрозаводск 2003

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(258777)
Комментарии (3487)
Copyright © 2005-2020 BestReferat.ru support@bestreferat.ru реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru