Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Философия истории Р. Дж. Коллингвуда

Название: Философия истории Р. Дж. Коллингвуда
Раздел: Рефераты по философии
Тип: реферат Добавлен 07:20:13 24 августа 2004 Похожие работы
Просмотров: 869 Комментариев: 2 Оценило: 1 человек Средний балл: 4 Оценка: неизвестно     Скачать

Шмаков В. С.

Для Коллингвуда связь собственно философии и истории не просто очевидна; он полагал, что новый взгляд на философию прежде всего связан с анализом исторического познания. Для него объективность исторического факта уступала место интерпретации этого факта. Довольно четко такая позиция находит свое отражение в афоризме "факты ничто, их интерпретация все". "Фактом, привлекающим внимание философа, является не прошлое само по себе как для историка, и не мысль историка о нем как для психолога, но и то и другое в их взаимном отношении. Мысль в ее отношении к своему объекту - уже не просто мысль, а знание'1. В связи с этим можно отметить две особенности философии Коллингвуда: во-первых, он противопоставляет знание историческое и знание естественнонаучное, хотя при этом он не отрицает, что методы современного исторического исследования сложились под воздействием "их старшего собрата" - естественнонаучного метода исследования, принимая, таким образом, дуалистическую позицию. Во-вторых, его субъективизм в оценке исторических фактов не произволен, а подчинен определенной схеме: хотя исторический факт для него и есть продукт мышления историка, само мышление не произвольно, а отвечает определенным закономерностям. В некоторой степени эти закономерности сравнимы с эпистемами М.Фуко и парадигмами Т.Куна. Рассмотрим его подходы к определению некоторых категорий философии истории.

Исторический метод. В "Идее истории" Коллингвуд делает противоречивое заявление о том, что историк полагается только на свое мнение, и поэтому его мысль 'автономна, независима и обладает неким критерием, которому должны соответствовать его так называемые авторитеты, критерием, на основании которого они и подлежат критической оценке'2. На простейшем уровне эта автономность (самостоятельность) выражается в процессе отбора. Однако ни один историк, как бы плохо и просто он ни воспроизводил авторитетных авторов, никогда не делает этого без разбора. Это при условии, что историк несет ответственность за то, что привносится им в историю. Автономность историка служит примером и дальше, так как авторитеты объясняют определенные фазы исторического процесса, но могут не рассматривать промежуточные фазы. Историк заполняет пробелы, которые авторитеты оставляют, полагаясь на свои собственные методологические принципы и критерии уместности и сопоставимости. Это как раз то, что Коллингвуд немного позже назвал конструктивной историей, - наложение положений, взятых у авторитетов, на значимые для нас исторические факты. Мы вычисляем, что происходило в прошлом не фантазируя бездоказательно, а при помощи априорного воображения3. Другими словами, он считает себя авторитетом для самого себя, и то, что представляло авторитет для истории компиляции (или истории 'ножниц и клея'), для научного историка становится 'всего лишь источниками'4.

Самостоятельность историка видна во время критики источников, когда авторитеты подвергаются сомнению и иногда даже отвергаются как не заслуживающие доверия. Или историк может осудить предшественников за слишком доверчивое восприятие поверхностных ценностей, поскольку это вводит читателя в заблуждение. Даже когда авторитет принимается, это происходит не потому, что он не подвергается сомнению, а благодаря историку, подвергнувшему его испытанию на истинность. Картина прошлого, построенная историком при помощи априорного воображения, - это критерий, на основании которого историк оценивает и критикует источники как совместимые или несовместимые с согласованной картиной, составленной при помощи воображения. Например, Минк и Рубинофф считают, что априорное воображение является необходимым условием истории. Другими словами, это то, без чего история как вид деятельности не может продолжаться, поэтому, следовательно, не подвергается сомнению, а принимается в качестве необходимого условия5. Является ли, однако, вывод Коллингвуда о том, что историк - это критерий, формой радикального субъективизма?6 События, изучаемые историками, - это факты или следы, выражающие мысли, и выражения мысли - это языки, которые может читать соответственно подготовленный. Историк, способный читать их, должен осмыслить факты в своем воображении и выразить их в виде собственного опыта. Точка отчета любой истории - это не факт сам по себе, а значение, которое выводит историк, знающий язык, на котором изложен данный факт. Он делает свои собственные предположения на основании уже существующего утверждения. Историк принимает решения, строя по-своему понимание факта, часто предлагая понимать его немного по-другому, и в этом заключается автономность историка относительно фактов. Факты всегда представляют собой для историка его собственный опыт, действие, выполненное как бы его собственными силами, и сознание того, что оно было выполнено им самим: производится эстетический процесс чтения определенного текста на знакомом языке и отнесение его к определенному смыслу. Даже если подтверждение факту не найдено, но он обработан в голове историка, который определяет, что этот факт говорит и что означает. Только относящиеся к делу факты служат доказательством для правильно настроенного исторического сознания.

Коллингвуд не очень поощряет использование историком воображения и не предполагает, что возможен выбор в таком случае. Задаваемый им вопрос похож на вопрос, который задавал Гадамер относительно герменевтики: что происходит с нами каждый раз, когда мы интерпретируем текст? Ответ Гадамера - наш кругозор переплетается с кругозором текста. Это вопрос не метода, а онтологического условия. Когда мы занимаемся историческим объяснением, нравится нам это или нет, наше априорное воображение играет определенную роль,- это и есть онтологическое условие понимания. Как именно - это вопрос исторического метода; следовательно, историк должен подкрепить фактами понимание доказательства, другими словами, исторический метод накладывается на условия априорного воображения историка. Следовательно, доктриной Коллингвуда не является радикальный субъективизм, а осознание личной ответственности за предложенную интерпретацию.

Коллингвуд доказывает, что различие между естественными и гуманитарными науками имеет религиозные основы, поскольку природа относится к творениям Бога и далеко не все задуманное человеком исполняется. Следовательно, успех и неудача неотъемлемы от исследования человеческих действий. Коллингвуд, делая вывод, предполагает, что "в 18 веке люди верили в универсальность и нерушимость природных законов и в невозможность отделения природного успеха от неудачи, даже если они отделились от теологии, на которой были основаны эти предрассудки. Новую науку предложили критериологи под видом психологии. Логика, например, используя критерии истинности и ошибочности, объясняет, почему определенные аргументы не срабатывают. Психология, с другой стороны, покажет, насколько они типичны для определенной категории людей и попытается доказать почему. Критериология властвует над человеческими науками, это не случайный, а самокритичный элемент; это "способ применения мыслителем определенных стандартов или "критериев" и, таким образом, определение того, правильно или нет он мыслит". Целесообразность теоретического разума - это поиск истины и избежание ошибок, в то время как практический разум - это ничего кроме отделения добродетели от порока, верного и неверного.

Исторический факт. Рассмотрим эту особенность коллингвудской философии истории. Противопоставление естественнонаучного и исторического типов знания, столь свойственное неокантианской школе, принимает у Коллингвуда своеобразную трактовку. В основу ее положено понимание исторического события как действия. Действие при этом противопоставляется простому событию, факту, который является предметом изучения естественных наук. Сам Коллингвуд отличает действие и событие с помощью так называемых внешней и внутренней сторон факта или события. Простое событие имеет только внешнюю сторону и лишено внутренней, в то время как действие есть единство внутренней и внешней сторон. Не совсем ясно, что имеет в виду Коллингвуд, различая внешнюю и внутреннюю стороны. Так Коллингвуд утверждает, что ученый-естествоиспытатель не трактует событие как действие и не пытается воспроизвести замысел лица, совершившего его, проникая через внешнюю сторону события к его внутренней стороне. Вместо этого естествоиспытатель выходит за пределы события, устанавливает его отношения к другим событиям и тем самым подводит их под некоторую общую формулу, или закон природы. Для естествоиспытателя природа всегда только "феномен", "феномен" не в смысле ее недостаточной реальности, но в смысле того, что она является некоторой картиной, данной сознанию наблюдателя; в то же время события истории никогда не выступают как простые феномены, картины для созерцания. Они объекты, и историк смотрит не "на" них, а "через" них, пытаясь распознать их внутреннее, мысленное содержание.

Различение событий простых, или фактов; и событий-действий, обусловлено недоверием Коллингвуда к неопозитивистской трактовке научного факта. Во-первых, это касается природы научных фактов. Классический позитивизм полагал факты исходной точкой всего научного исследования, сводя их при этом к чувственным данным. Для Коллингвуда же факты не есть пассивные чувственные данные; они, скорее, имеют более активную и высокую по уровню когнитивную природу. Это подчеркивается Коллингвудом с особой настоятельностью: "Природные процессы поэтому с полным правом могут быть описаны как последовательность простых событий, исторические же процессы - нет. Они не последовательность простых событий, но последовательность действий, имеющих внутреннюю сторону, состоящую из процессов мысли. Историк ищет именно эти процессы мысли. Вся история - история мысли"7. Таким образом, оказывается, что факт, или простое событие, отражает физическую сторону явления, а действие - мыслительную сторону (внутреннюю, по терминологии Коллингвуда). Действительно, в конечном счете для историка "объектом, подлежащим открытию, оказывается не просто событие, но мысль, им выраженная. Открыть эту мысль - значит понять ее. После того как историк установил факты, он не включается в дальнейший процесс исследования их причин. Если он знает, что произошло, то он уже знает, почему это произошло... Причина данного события для него тождественна мыслям в сознании того человека, действия которого и вызвали это событие, а они не что иное, как само событие, его внутренняя сторона"8.

Во-вторых, полемика Коллингвуда с неопозитивистской методологией касается логики науки. Коллингвуд, противопоставляя формальную логику, как логику "науки" диалектической логике (логике философского знания), наделяет, таким образом, историю спецификой и противопоставляет ее естествознанию. Он пытается обосновывать новое направление развития философии истории - "философское исследование природы истории" - как особого типа или формы познания со своим особым предметом.

Коллингвуд постоянно подчеркивает, что ведет "непрерывную борьбу с позитивистской концепцией или, точнее, псевдоконцепцией истории как изучения последовательных во времени событий, случившихся в мертвом прошлом, событий, познаваемых точно так же, как ученый-естествоиспытатель познает события в мире природы, т.е. классифицируя их и выявляя отношения между определенными таким путем классами"9. Классифицируя формы знания, Коллингвуд определяет историческое знание как самостоятельную форму, занимающую место между естествознанием и философией, рассматривая историю как историю мысли историка.

По мнению Коллингвуда, естествознание изучает внешний мир, его отношение к познающему субъекту и делает открытия "благодаря наблюдениям и экспериментам, а история и философия существуют "для человеческого самопознания", изучают духовную деятельность субъекта. Рассматривая историю как процесс развития, Коллингвуд делает попытку применить при его анализе законы диалектики, при этом опять противопоставляет историческую науку естествознанию. Проводя верную линию несводимости законов развития истории к законам развития природы, Коллингвуд выводит "автономию истории". Именно эта автономия - суть развития всей "идеи истории", и объяснить этот процесс развития можно только путем анализа исторической мысли. "Мысль существует только в историческом процессе, процессе мысли, а исторический процесс является историческим лишь в той мере, в какой он познается нами как процесс мысли"10. Рассматривая генезис "идеи истории", прослеживая развитие и изменение ее методологии начиная с гегелевского противопоставления исторического процесса естественнонаучному и до современной ему концепции истории, Коллингвуд подчеркивает, что "наука о человеческой природе была ложной попыткой, а ложной ее сделала аналогия с естествознанеим"11. В чем заключается, по Коллингвуду, специфика истории? История - это "особая форма мысли", со своей методикой исследования, которая коренным образом отличается от естественнонаучной. Всякая наука имеет свою организацию, и в этом плане историю невозможно уподобить никакой другой науке, ее нельзя наблюдать, воспроизводить в определенных условиях и т.д. Коллингвуд определяет историю как науку особого рода, задача которой - изучение событий, недоступных нашему наблюдению. Эти события исследуются логическим путем, в результате чего историк, проанализировав что-то иное, доступное нашему наблюдению и именуемое "свидетельством", делает вывод, касающийся интересующих его событий. Происходит некоторое реконструирование прошлого, причем эта реконструкция происходит в мышлении историка. Историк рассматривает не событие, а выраженную им мысль. "Воспроизведение" историком мысли и есть суть понимания исторического процесса. Закрепить в своем мышлении мысль прошлого, "продумать" эти мысли, осознать их, в этом главный тезис Коллингвуда. "Вся история - история мысли... История мысли, а потому и вся история - воспроизведение мысли прошлого в собственном сознании историка"12. "Воспроизведение" историком мыслей прошлого можно понимать и как попытку Коллингвуда показать, что история имеет объективный характер. "Воспроизведение" мыслей исторических лиц историком дает ему возможность расценивать историю как объективную реальность, то есть промысливать действия исторических личностей. Но каким образом осуществлять этот процесс "воспроизведения" мыслей прошлого, к сожалению, не ясно.

Смысл истории. Еще один аспект, который можно отметить в философии истории Коллингвуда,- это попытка провести различие между смыслом биографии и смыслом истории. Целью истории по Коллингвуду является самопознание разума. Однако, он объясняет, что у биографии совершенно другая цель и выражается другими принципами, отличными от принципов истории. Ее ограничивают не человеческие мысли, а естественные биологические процессы - рождение и смерть и, время от времени, эмоциональные превратности. Это основа для биографии, влияющая на эмоции читателя13. В.Г.Дрей использует краткие заметки Коллингвуда о биографии в "Идее истории", чтобы возразить критикам, таким как Морис Мандельбаум, который назвал Коллингвуда чрезмерным историческим индивидуалистом14. Заметки Коллингвуда показывают, что исследования, направленные на человека, это вовсе не история. Тем не менее, Дрей считает, что различия, проведенные Коллингвудом между историей и биографией, "преувеличены, нет упоминания, например, о таких гибридах как биографии политических и общественных фигур, выбранных на основании их исторической значимости"15.

В "Идее истории", в разделе, посвященном историческим фактам, Коллингвуд ссылается на его связь с "Принципами искусства", предполагая, что историки, пытающиеся поднять историю до уровня науки различными шаблонами, превращают ее в форму псевдоистории, имеющую магическую ценность. 'Исторические схемы подобного типа приобрели магическое значение, создав некоторую фокусную точку эмоций и выступая тем самым в качестве стимула действий. В других случаях они имели некоторую развлекательную ценность, немаловажную в жизни усталого историка ножниц и клея'16. Цель биографии - вызывать эмоции, также как у магического и развлекательного искусств, как об этом сказано в "Принципах искусства". Главное различие между развлекающим артистом и биографом в том, что первый работает с вызывающими веру театральными иллюзиями17, но Коллингвуд, тем не менее, называет современную биографию, потворствующую появлению злобы в эмоциях человека, формой псевдоискусства. Он доказывает, что его цель - освободить читателей от благоговения перед великими фигурами при помощи язвительных комментариев, насмешки и сатиры. Однако, здесь Коллингвуд говорит только об определенной категории биографии, которая не является ни искусством, ни историей. Критерий отбора для историка - это события, олицетворяющие размышления о предмете. А биограф может рассматривать эти же события, но не потому, что они олицетворяют размышления, а потому что у них другие цели и интересы. Выбор зависит, прежде всего, от их значимости в качестве слухов и сплетен и т.п. Наши стадные, половые, агрессивные и т.п. инстинкты дают толчок желаниям, и мы получаем удовольствие, если они удовлетворены, или злобствуем, если этого не произошло.

Коллингвуд доказывает, что и для симпатии, и для злобы нужны индивидуальные объекты, которым можно сочувствовать. Именно животные чувства субъекта вызывают в нас соответствующие эмоции. Поэтому биограф должен познакомить нас с индивидуальным субъектом или с животной природой этого субъекта, способной вызывать в нас симпатию или злобу. Его рождение и смерть, успехи и неудачи в любви, его злость и ненависть, его восхождение от бедности к богатству или, еще лучше, упадок от богатства к бедности - все это делает его особенным в читательском понимании, а если этого недостаточно, то описание интерьера его дома помогут процессу индивидуализации. Если история считается историей компиляции (что включает в себя даты, факты и места), то биография может рассматриваться как отрасль исторической литературы. Популярная биография представляет достаточно узнаваемые варианты того, что Коллингвуд хочет исключить из исторического исследования. Но далеко не все биографии таковы, и если с его точки зрения, это не биография, поскольку она не вызывает симпатию или злобу, то его определение является чисто условным. Как история переходит фазу компиляции, и из истории 'ножниц и клея' превращается в подлинную историю, Коллингвуд не показывает убедительно. Поэтому можно обоснованно задать вопрос, почему биография не может стать научной, если биограф принимает сходную позицию по отношению к фактам как и историк.

На самом деле, Коллингвуд никогда не был методологическим индивидуалистом. Такое обвинение практически никогда не принимали в расчет, поскольку внимательно прочитав его работы, можно заметить, что он обращается не только к размышлениям индивидуумов, но и к социальным процессам, тенденциям в развитии мысли и трансформациям различных предположений. Доктрина Коллингвуда привела многих критиков к выводу, что в качестве теории исторического познания, она рассматривалась слишком узко и применялась только при раскрытии мыслей индивидуумов. Например, Карр заключает, что исторические факты - это также факты об индивидуумах, а не отдельно от них. Что важно, так это их взаимоотношения друг с другом и действия социальных сил, имеющих отношение к их деятельности. В этом смысле "сознательные мотивы индивидуума могут быть неуместны"18. Другими словами, теория Коллингвуда не в достаточной степени учитывает социальные тенденции истории общества. Для биографии нужны отдельные личности, в то время как история может обходиться без индивидуумов в том смысле, что неизвестность или отсутствие дат рождения и смерти не отстраняют субъект от изучения его историей. Коллингвуд напоминает нам, что в археологии древние цивилизации - объекты исторического исследования, даже если их отдельные представители нам неизвестны. Факты о деятельности, олицетворяющей мысли, что представляет собой язык, который историк использует для понимания значения в целом, а не отдельного человека, - в этом и заключается смысл истории. Тот тип истории, которым занимался Коллингвуд, тем не менее, часто требует рассмотрения тех мыслей, которые нельзя приписать ни к одному лицу. Иллюстрации, даваемые им в виде выводов, к которым историк может прийти, изучая определенные типы фактов, показывают, как нельзя обвинять Коллингвуда в том, что он является историческим индивидуалистом, и его теория возрождения не может тесно связываться с размышлениями отдельного человека.

Коллингвуда часто критикуют за слишком узкое понимание смысла истории. Коллингвуд признает разумную направленную деятельность, которая либо слишком доверяет человеческой рациональности, либо исключает многое из того, что делают люди. Например, он говорит, что "историк не интересуется фактом того, что человек ест, спит, любит и удовлетворяет тем самым свои естественные потребности, он интересуется социальными обычаями, которые он создает своей мыслью'19. Разграничивая смысл истории в "Идее истории", Коллингвуд подчеркивает, что мысли, с которыми историк имеет дело, являются рефлективными актами. Он говорит, что "рефлективные акты могут буть грубо определены как целесообразные акты, и они - единственное, что может стать предметом истории'20. Это привело к выводу, что Коллингвуд интеллектуализирует историю, ограничивая ее рефлексивной деятельностью.

Критики "Идеи истории" часто думали, что Коллингвуд приписывает излишнюю разумность и намеренность историческим лицам. Люди далеки от разумности, и ограничивать историческое исследование желаемой разумной деятельностью, значит делать его слишком интеллектуальным. С точки зрения Коллингвуда, история связана с действиями, в которых разум выражен в большей или меньшей степени, разум творящий или разрушающий, какая мысль, мудрая или глупая делает данную работу. Это дополнительный факт, подтверждающий точку зрения Дрея, что Коллингвуд использует критерий субъективной разумности. Люди поступают настолько разумно, насколько это возможно при тех или иных обстоятельствах. Обстоятельства создают ситуацию, в которой, как люди думают, они оказались. С этой точки зрения, решение действовать - субъктивно рационально. Именно историк, а не человек задает вопрос, являются ли обстоятельства и верования, а также действия человека разумными или нет21. Ученый историк, рассматривая факты, должен также спросить себя, является ли выраженная мысль правильной или нет. Другими словами, история - это критериологическая наука, в которой действующие лица ставят перед собой цели, после выполнения которых они могут считаться достигнутыми или нет, ощущать себя в определенных ситуациях, которые они могут верно или неверно воспринимать, и обладать собственными чувствами, которые другие могут и не разделять. Поэтому не достаточно знать "точно, что произошло", историк должен прийти к правильным выводам.

Можно заметить, то, что Коллингвуд предполагал под намеренной желательной деятельностью, включает в себя и неразумную деятельность, это является намеренной деятельностью, но с недостаточными причинами для нее. Однако, все это ограничивает смысл истории до размышлений или мыслительной деятельности. Теория происходящего у Коллингвуда в "Идее истории" и в "Автобиографии" исключает эмоции и чувства из области происходящего и, следовательно, чрезвычайно ограничивает понимание им смысла истории. Коллингвуд очень выразителен в "Идее истории", говоря, что только мысль в своей разумной форме может произойти снова. Чувства, ощущения и эмоции, хотя и являются частью разума, исключены из категории возможного человеческого опыта. Только рефлективные действия, в основном, намеренные и желаемые, могут составлять смысл истории. Эти аспекты разума, объединенные в одну категорию psyche, не могут произойти еще раз, поскольку они являются непосредственным опытом. В "Идее истории" Коллингвуд выводит условия для определения смысла истории. Прежде всего, смыслом истории не должна быть только мысль, а рефлективная мысль. Под этим он подразумевает целенаправленные действия. Иначе говоря, они являются критериологическими: "Рефлективная деятельность - деятельность, в которой мы знаем наперед, что мы пытаемся сделать, так что когда мы имеем результат этой деятельности, мы можем судить о ее завершенности по соответствию этого результата тому стандарту или критерию, который определял наше первоначальное представление о нем'22 . Это служит для того, чтобы четко отделить чувства от мыслей.

Подводя некоторый итог вышесказанному, можно отметить, что историческая концепция Р.Дж.Коллингвуда, емко сформулированная им в словах 'история есть история мысли историка', позволяет показать, что этим Коллингвуд дает значительный диапазон для осмысления историком прошлого. Историей движут идеи, страсти и эмоции. Историей движут закон и случайность. Историей движут массы, вожди и политики. История управляет толпами и личностью, в голове которой постоянно возникают новые идеи. Цикл метаистории у Коллингвуда начинается в человеке и замыкается на человеке.

Примечания:

1 Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. - М., 1980. - С. 6.

2 Там же. - С. 225.

3 Там же. - С. 229.

4 Там же. - С. 226.

5 Louis O. Mink. Mind History and Dialectic. - Bloomington. 1969. - P. 183-186.

6 Lionel Rubinoff. Collingwood and the Reform of Metaphisics. - Toronto, 1970. - P.63-65.

7 Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. - М., 1980. - С. 204.

8 Там же. - С. 204.

9 Там же. - С. 217.

10 Там же. - С. 217.

11 Там же. - С. 199.

12 Там же. - С. 204-205.

13 Там же. - С. 290.

14 Dray W.H. Collingwood`s Historical Individualism // Canadian Journal of Philosophy. - 1980. - P. 6; Maurice Mandelbaum. The Problem of Historical Knowledge. - New-York, 1967. - P. 9-14.

15 Dray. History as Re-enactment. - Oxford, 1995. - P. 170.

16 Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. - С. 253.

17 Collingwood R.G. The Principles of Art. - Oxford, 1938. - P. 80-83.

18 Carr E.H. What is History? - Harmonds-Worth, 1975. - P. 52.

19 Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. - С. 206.

20 Там же. - С. 296.

21 Dray. History as Re-anactment. - P. 116-117.

22 Там же. - С. 295.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений22:11:40 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
09:28:49 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Философия истории Р. Дж. Коллингвуда

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(149897)
Комментарии (1829)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru