Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Сочинение: Мастерство писателя на примере И. А. Бунина

Название: Мастерство писателя на примере И. А. Бунина
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 02:38:05 30 января 2008 Похожие работы
Просмотров: 358 Комментариев: 2 Оценило: 1 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно     Скачать

(по рассказу “Братья” )

ТРОПЫ

Метафора – оборот речи, употребление слов и выражений в переносном смысле на основе аналогии, сходства, сравнения.

…беззвучно и несказанно широко распахивалась вокруг парохода голубая бездна бездн… (вместо “море”)

Гипербола – преувеличение

И пошел, пошел мотать его пьяный и с головы до ног мокрый рикша, возбужденный ещё и надеждой получить целую кучу центов .

Литота – преуменьшение.

Олицетворение – представление неживого в виде живого, наделение неживого чертами и способностями живого.

Ночь быстро гасила сказочно-нежные, розовые и зеленые краски минутных сумерек…

Перифраз – выражение, описательно передающее смысл другого выражения или слова.

Но у рикши ещё долго были круглые глаза, - совсем как у той, страшной, которую он представил себе – медленно, тугим жгутом выползающую из корзины и с шипением раздувающую свое голубым отблеском мерцающее горло .( вместо “змея”)

Метонимия – необразный перифраз; оборот речи, замена одного слова другим, смежным по значению.

Много этих тел плещется со смехом, криком и в теплой прозрачной воде каменистого прибрежья . (вместо “люди, подростки”)

Синекдоха – вид метонимии, название части вместо названия целого, частного вместо общего и наоборот.

Ирония – тонкая, скрытая насмешка.

Символика – символическое значение, приписываемое чему-н.; совокупность символов (символ – условный знак какого-л. понятия, явления, идеи)

Аллегория – выражение чего–л. отвлеченного, мысли, идеи в конкретном образе.

РИТОРИЧЕСКИЕ ФИГУРЫ

Контраст, Антитеза – противопоставление, противоположность.

Оксюморон – совмещение несовместимых по смыслу определения и определяемого слова

Эпитет – яркое определение

Анафора – повторение слова, выражения в начале строки, строфы, абзаца, части.

Эпифора - повторение слова, выражения в конце строки, строфы, абзаца, части.

Рефрен – стих, строфа, фраза, предложение, регулярно повторяющийся в произведении; мотив, проходящий через всё произведение.

Синдетон – бессоюзие.

Полисиндетон – многосоюзие.

Градация – последовательность, постепенность (обычно нарастающая) в расположении чего-л., при переходе от одного к другому.

Эллипсис – пропуск (на письме - тире).

Энжанбеман – перенос на другую строку

Реминисценция – смутное воспоминание; отголосок, влияние чьего-л. творчества в худ. произведении.

С красным текстом – РАССКАЗ КАК ЖАНР ,

синим – МАСТЕРСТВО ПИСАТЕЛЯ,

черным –общее.

Пояснение: если Вы пишите сочинение на тему МАСТЕРСТВО ПИСАТЕЛЯ, то смело переписывайте текст целиком, просто пропуская фразы, помеченные красным, для сочинения РАССКАЗ КАК ЖАНР – пропускайте предложения, помеченные синим цветом.

И. А. Бунин – признанный мастер слова. Но ведь среди его читателей не только литературоведы, но и люди, практически не знакомые с теорией литературы, тем не менее, любящие его за нежное, мягко-туманное течение его прозы, за скрывающуюся в глубине шуршащих, звенящих, влекущих фраз философию, которую читатель чувствует, несмотря на то, что Бунин практически никогда не ставит прямых вопросов и никогда не отвечает на них прямо. Как достигает автор этого взаимопонимания с читателем? Живут ли его приемы жизнью, параллельной теме рассказа, являясь отражением ее? Попробуем ответить на эти вопросы, рассмотрев динамику одного из тропов, перифраза, и его разновидности – метонимии, в рассказе “Братья”.

ДЛЯ ЖАНРА : И. А. Бунин – признанный мастер слова. Но его рассказы притягивают не только литературоведов, но и неискушенных читателей нежным, мягко-туманным течением повествования, скрывающейся в глубине шуршащих, звенящих, влекущих фраз философией, которую читатель чувствует, несмотря на то, что Бунин никогда не ставит прямых вопросов и никогда не отвечает на них прямо. Как достигает автор этого взаимопонимания с читателем? И почему именно рассказы, а не более крупные формы, так привлекают читателя в Бунине? Чтобы ответить на эти вопросы, рассмотрим один из рассказов писателя – “Братья” - и найдем в нем особенности этого жанра.

Сначала обозначим рамки понятия “рассказ”: рассказ – это маленькая эпическая форма, раскрывающая общечеловеческие проблемы, ставящая на первый план не только самого героя и события, как правило, выраженные не так ярко, как в крупных формах, но и выразительные средства языка, жизнь которых четко просматривается именно в небольших произведениях. Итак, любой рассказ обладает двумя сторонами повествования: непосредственно содержанием и его художественным оформлением.

Еще при первом прочтении читатель ясно различает два плана рассказа: Цейлон с его первобытностью, жарой и неуместными здесь европейскими костюмами и окриками по-английски и пароход, на котором один из героев рассказа, англичанин, уплывает от “земли прародителей” в Европу. Какую роль играет выбранный нами троп в изображении этих двух контрастных частей рассказа? Такая двуплановая композиция, где части контрастны одна другой, характерна не только для Бунина (“Господин из Сан-Франциско”), но и для других авторов XX века: двучастные рассказы мы встретим у Солженицына, яркие противопоставления событий найдем в некоторых рассказах Андреева (в “Бездне” вечерняя прогулка противопоставляется ночному происшествию) и в произведениях других писателей. Этих авторов объединяет одно: использование двух полюсов рассказа для раскрытия тех самых “общечеловеческих проблем”, о которых мы говорили выше.

Но – вернемся к “Братьям”. Наиболее самостоятельным тропом, создающим будто параллельный, а на самом деле тесно переплетенный с содержанием мир в рассказе является перифраз, и первая ласточка его -

Первая метонимия встречает внимательного читателя еще в начале рассказа, произведения, когда автор с помощьюмножества живых эпитетов – “шелковистые пески”, “сигароподобные дубки” - и нескольких метафор – “перистые метелки-верхушки”, “зеркало водной глади”, будто показывает нам с высоты птичьего полета тот древний остров “лесных людей”, по улицам и закоулкам городов и деревень которого он чуть позже проведет читателя вдумчивого и чуткого: “Много этих тел плещется со смехом, криком и в теплой прозрачной воде каменистого прибрежья”. Почему “тела”, а не “подростки”? Почему автор строит предшествующее тропу предложение: “На песке, в райской наготе, валяются кофейные тела черноволосых подростков”, - таким образом, что “тела” представляются нам чем-то отдельным от “подростков”, какой-то их принадлежностью, собственностью, но не более? Возможно, мы найдем объяснение этому, проникнув в текст и обозначив в нем другие перифразы… И – среди объемных эпитетов (“громадные своды лесной зелени”, “темно-красные тропинки”), осторожно спускающих читателя на остров и ведущих к одному из многих, но с “особенным номером”, рикше, снова – яркий перифраз, оживленный аллитерацией: “большой белоглазый человек”, садящийся в колясочку рикши, вместо “европеец”, - и чуть ниже о нем же: “человек в шлеме”. Далее автор конкретизирует предположенное читателем понятие “европеец” до более узкого “англичанин”, но пока “англичанин” - неопределенный “хозяин острова”, не отдельный человек, а часть страны-метрополии. Следуем за “рикшей номер седьмой” и попадаем в его “лесную хижину под Коломбо” (обратим внимание на повторяющийся эпитет “лесной” относительно жителей Цейлона – он создает у читателя образ той первобытности, которая и отличает первую часть рассказа от второй), куда пришел он однажды “совсем не в урочное время” и умер “к вечеру”, став просто “мертвым старичком”. А сын его, “легконогий юноша”, после его смерти надел на свою, в отличие от “посеревшей и сморщившейся” руки старика, “круглую и теплую” руку медную бляху с номером семь. Потеряв не только отца, но и невесту, пропавшую на Невольничьем Острове, молодой рикша, будто забыв о невесте, бегал и жадно собирал “серебряные кружочки” за свою работу. Отметим этот перифраз: он не только оригинальный синоним слова “монеты”. Этим выражением автор подчеркивает несовместимость европейской цивилизации в том виде, в котором она присутствует на Цейлоне, и “земли древнейшего человечества”: в “потерянном эдеме” монета не металлический денежный знак, а только то, что она есть на самом деле – серебряный кружочек…

И вот “как-то утром” появляется еще один “человек в белом”. Он будто бы такой же, как остальные европейцы, “хозяин”, но взгляд его “странен”. Он – “англичанин”, но интересно то, что, в части-описании Цейлона мы встретим и другое его определение-перифраз: “ничего не видящий человек в очках”. Мы не встретим определение “человек” в рассказе для рикши, единственный, кроме европейцев, “человек” - это лакей у подъезда отеля. Обитатели Цейлона автором представляются в основном как “тела”: подростки на пляже, которых мы видели в начале рассказа, “коричневые тела молодых рабочих”, “голое, чуть полное, но крепкое, небольшое тело” невесты рикши… А слово “человек” для “диких людей” неприменимо. Оно объединяет в целое тело и его обитателя – душу, два понятия разных уровней: если тело существует лишь временно, во “сне краткой жизни”, то душа вечна как часть Возвышенного. И племянник старика из Мадуры, торговца змеями, пытающийся подражать европейцам в одежде, все равно “дикий”, c “громадным колтуном черной вьющейся шерсти на голове” вместо европейской шляпы; и невеста, которую рикша находит в одном из отелей, все та же “девочка-женщина”, “маленькое тело”, несмотря на японский халатик красного шелка и золотые браслеты на руках. На Цейлоне все живет: статуя предстает то “белой маркизой”, то “гордой, с двойным подбородком” мраморной женщиной. Ничто не зовется теми застывшими именами, которые придумал “человек”, и даже змея, которая убьет рикшу, предстает богиней, “самой маленькой и самой смертоносной”, “сказочно-красивой, …в черных кольцах с зелеными каемками, с изумрудной полосой на затылке…”, совсем не похожей на другую, “страшную…медленно, тугим жгутом выползающую из корзины и с тугим шипением раздувающую свое голубым отблеском мерцающее горло”. Обратим внимание на то, что описания основаны на разном звукоряде – в первом случае преобладают ясные [м], [з], чуть приглушенный [к] – подчеркивается лишь красота, а в другом описании – акцент на [ш], [щ], рисующие страх героя. Такими перифразами одного слова “змея” автор погружает читателя в атмосферу первобытной мистики острова, заставляет видеть “эдем” глазами одного из исконных обитателей его– рикши…

А понятие “человек” существует лишь в воображении европейцев; читатель неизбежно делает такой вывод из размышлений англичанина на пароходе: “…разум наш так же слаб, как разум крота, или, пожалуй, еще слабей, потому что у крота, у зверя, у дикаря хоть инстинкт сохранился, а у нас, у европейцев, он выродился, вырождается!”. Инстинкт – преклонение перед богами, чувство истины, которое пришло к молодому рикше перед тем, как он умер от укуса змеи, желая этой смерти во имя земной любви, а получив во имя вечной – англичанин пытается заменить страхом перед стихией. Страхом, создаваемым искусственно, не основанном ни на чем, кроме “слабого разума”. И автор, следуя за размышлениями своего героя, создает из ровно и сонно шумевшего в первой части океана сначала “свинцовую даль”, потом – “тьму”, и уже сам герой, англичанин, говорит об океане “бездонная глубина”, “зыбкая хлябь”, называя волны “бороздами зеленой огненной пены” с “черно лиловой темнотой вокруг”. И еще до того, как капитан скажет о размышлениях англичанина: “Это Цейлон так на вас подействовал”, внимательный читатель догадается о влиянии древней земли на сознание этого человека. Автор употребит в начале второй части перифраз “седок рикши номер седьмой”, говоря об англичанине, а ведь рикша номер седьмой уже мертв, и умер он с чувством Возвышенного, отрекаясь от искушений Мары – и читатель предполагает, что, называя так англичанина, автор каким-то образом хочет сблизить “дикаря” и “человека”, обозначить их общность, единство (рассказ не зря называется “Братья”), вызволить в англичанине древние инстинкты… Читатель не ошибся – англичанин почувствовал в конце второй части то, что в начале было лишь пустыми построениями разума: единство мира. Все – “бездна”, вечность, звездная, живая, но уже не пугающая… Читатель снова мог предугадать такое развитие. Как для рикши змея – сначала страшная, а потом красивая, так и для англичанина ужасная “хлябь” стала неопасной, чудной “бездной”, успокаивающей и укачивающей. Змея является символом Возвышенного, таким же, как и бездна, смертоносным – но уже не пугающим. Смерть – лишь способ вернуться к Богу в мире этого рассказа. И даже если океан, смешавшийся с небом, поглотит пароход и англичанина, то трагедии не произойдет: англичанин осознал вечность, и теперь Смерть для него не прекращение бытия, но растворение в Возвышенном…

Проследив лишь развитие и перекличку перифразов в рассказе И. А. Бунина – что практически невозможно в романе или повести, где деталь теряется за действием, читатель сможет открыть для себя мир писателя, не только разглядеть завуалированные вопросы автора и ответы на них, прочувствовать мысль писателя и динамику его размышлений, но и ощутить атмосферу описываемого в рассказе, увидеть его (рассказ) снаружи, глазами автора, и изнутри, как видят его герои Бунина. И, конечно, любой троп, даже такой мастерский, как перифраз Бунина, почти бессилен без других тропов и фигур: без создающих фон многих бунинских рассказов звуковых и цветовых градаций, без прозрачных и легких, но ясных рефренов, без неожиданных метафор, без мягких, гладких, отточенных эпитетов – без всего того, за что Бунина по праву называют Мастером.

И, конечно, перифраз в рассказе, оттененный звуковыми и цветовыми градациями, прозрачными и легкими рефренами, неожиданными метафорами и гладкими, отточенными эпитетами, которые ясно различимы в малой форме, не мог бы существовать так ярко и самостоятельно, но одновременно оттеняя тему произведения, в повести, рассказе или поэме…

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений22:30:50 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
15:48:59 24 ноября 2015

Работы, похожие на Сочинение: Мастерство писателя на примере И. А. Бунина

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151310)
Комментарии (1844)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru