Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Позиция СССР в связи с началом гражданской войны в Испании (1936 г.)

Название: Позиция СССР в связи с началом гражданской войны в Испании (1936 г.)
Раздел: Рефераты по истории
Тип: реферат Добавлен 20:24:09 20 марта 2007 Похожие работы
Просмотров: 501 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

А.В.Постернак

Данная статья написана на основе официальных советских и французских документов в области внешней политики, с помощью которых была предпринята попытка проследить изменение позиции Советского Союза относительно гражданской войны в Испании в 1936 году, а также — выявить ее оценку французскими политиками того времени.

6 августа 1936 г. СССР дал официальное согласие на присоединение к соглашению о невмешательстве в испанский конфликт с двумя пожеланиями: привлечение к нему Португалии и немедленное прекращение помощи мятежникам (ДВП, XIX, № 243, 245)1. Кроме того, по сообщению поверенного в делах Франции в СССР Пайара (от 9 августа), Москва требовала внесения некоторых поправок в преамбулу, в которой не следовало указывать конкретных мотивов участия в договоре, что могло оттолкнуть от него профранкистски настроенные страны (DDF, III, № 113)2.

Уже 7 августа заместитель наркома иностранных дел Н. Крестинский в письме полпреду в Италии Б. Е. Штейну писал: “Я не жду... никакой официальной договоренности по этому вопросу и во всяком случае ни одной минуты не сомневаюсь, что до окончательного разгрома испанских повстанцев Германия и Италия будут им самым активным образом помогать” (ДВП, XIX, № 243–244).

23 августа Пайар и нарком иностранных дел М. М. Литвинов обменялись нотами, аналогичными по содержанию. Правительство СССР обязывалось применить декларацию лишь после присоединения к ней Германии, Италии и Португалии (ДВП, XIX, № 249; DDF, III, № 193). 28 августа народный комиссариат внешней торговли СССР издал указ о запрещении экспорта, реэкспорта и транзита в Испанию и ее владения всякого рода оружия, амуниции и военных материалов, воздушных судов и кораблей (ДВП, XIX, прим. 158. С. 761)3. При этом Литвинов утверждал, что данный указ не распространяется на контракты о поставках, поскольку последних не существует (ДВП, XIX, № 260). 31 августа посол СССР в Испании М. И. Розенберг вручил верительные грамоты президенту испанской республики Асанье, что явилось актом частичного признания нового государства (ДВП, XIX, № 258).

Однако уже 7 октября поверенный в делах СССР в Великобритании С. Каган сделал в международном Комитете по невмешательству заявление о том, что в связи с продолжающейся помощью мятежникам со стороны некоторых стран советское правительство “будет считать себя свободным от обязательств, вытекающих из Соглашения” (ДВП, XIX, № 296; DDF, III, № 321).

Британское правительство было явно раздражено последним демаршем Советского Союза (ДВП, XIX, № 313; ср.: № 341). Но, допустив конфликт с форин офисом, Литвинов не был настроен портить отношения с Францией. Перед встречей советского посла в Париже Потемкина с Блюмом он дал полпреду инструкции объяснить премьер-министру позицию СССР, который не может нести ответственность за последствия решений лондонского Комитета, попустительствующего франкистам. Впрочем, “мы не игнорируем французское правительство и, в частности, лично Блюма” (ДВП, XIX, № 314). По словам Потемкина, во время встречи 23 октября “об испанских делах Блюм предпочел не говорить” (ДВП, XIX, прим. 185. С. 767).

23 октября полпред СССР в Англии и представитель СССР в Комитете И. Майский отправил председателю Комитета Плимуту письмо, в котором сообщал, что советское правительство в связи со сложившейся ситуацией “не может считать себя связанным Соглашением о невмешательстве в большей мере, чем любой из остальных участников Соглашения” (ДВП, XIX, № 327).

“Наша открытая помощь мадридскому правительству, — писал советский полпред в Германии Я. Суриц Н. Крестинскому 12 октября 1936 г., — может вызвать не только усиление германской помощи мятежникам, но не исключает при известных условиях и возможность открытого столкновения между немцами и нами”, поскольку “сила Германии заключается исключительно в слабости фронта мира. Возможно, что наше решительное выступление по испанскому вопросу будет иметь оздоровляющее влияние и поведет хотя бы к некоторой консолидации факторов, противодействующих фашизму”. Тогда Германию можно было бы вынудить к отступлению (ДВП, XIX, № 305). С этой целью СССР открыто солидаризировался с республиканской Испанией, когда Сталин 15 октября отправил приветствие генеральному секретарю ЦК КПИ Х. Диасу (ДВП, XIX, № 312). Таким образом, Советскому Союзу было невыгодно серьезно влиять на ситуацию в Испании в пользу республиканцев, чтобы напрямую не столкнуться с Германией.

21 октября Пайар сообщал, что тон советских газет в связи с испанскими событиями “изо дня в день становится все более ожесточенным”. По сведениям секретного французского агента, СССР уже отправил из одного черноморского порта партию демонтированных самолетов и в дальнейшем готов идти на более эффективную помощь, что вытекало из декларации Кагана. Самолюбие представителей советского государства было весьма задето в ходе последних заседаний Комитета, деятельность которого, по их мнению, теперь теряла смысл. А до получения удовлетворения своих требований СССР считал необходимым вернуть законному испанскому правительству право закупать оружие у какой угодно страны. “Разочаровавшись в результатах своих усилий в связи с установлением системы коллективной безопасности на Востоке... СССР мог бы с гораздо большим хладнокровием рассчитать ситуацию, которая сложится в результате его поддержки республиканской Испании, нежели степень риска, связанного с такого рода действиями, где основная тяжесть ляжет на плечи других, а положение изменится в пользу Советского Союза” (DDF, III, № 384).

На заседании 4 ноября разгорелась жесткая полемика между представителями СССР, Германии и Италии, которые обвиняли друг друга в нарушениях соглашения. Однако никто не заявил об окончательном выходе из Комитета. “Представитель СССР, — передавал французский посол в Лондоне Корбен министру иностранных дел Дельбосу, — небезуспешно защищался, однако постоянно оставался в изоляции, а резкую критику с немецкой и итальянской сторон против коммунистической пропаганды сопровождал определенный успех даже среди тех, кто признавал СССР невиновным в допущенных на данный момент нарушениях” (DDF, III, № 442). 13 ноября состоялась встреча Литвинова с французским послом в Москве Кулондром, в которой нарком попытался объяснить позицию СССР. По его словам, на заводах и в колхозах собираются простые труженики и обмениваются мнениями, о чем сами и сообщают в вышестоящие инстанции. “Мы также получаем много писем, — продолжал Литвинов, — и среди них есть адресованные лично мне с предложением включить Испанию в Союз Советских Социалистических Республик”. Последний факт невероятен, но показателен относительно общественного мнения, с которым “ни я, ни мои коллеги, ни товарищ Сталин” ничего не могут поделать. Поскольку имя Сталина никогда советскими представителями не упоминалось напрасно, Кулондр сделал вывод, что в словах наркома была доля истины, хотя некая двусмысленность сохранялась, поскольку советскому правительству в таком случае было необходимо четко отделить свою внутреннюю политику от внешней. На соответствующий вопрос Кулондра Литвинов без колебаний ответил: “Они разделены — как же еще мы можем поступать?” (DDF, III, № 497).

На заседании 13 ноября Майский демонстративно подчеркнул, что СССР не стремится превратить Испанию в коммунистическую страну: “Великий водораздел нашего времени идет не по линии “коммунизм и фашизм”, а по линии “война и мир”... Конечно, странам-агрессорам очень не нравится такая постановка вопроса... Вот почему вместо прямой и ясной дилеммы “война или мир” они пытаются подсунуть дилемму “коммунизм или фашизм” и таким путем повести по ложному следу широкое общественное мнение” (ДВП, XIX, № 360).

Литвинов считал необходимым сохранить за Советским Союзом инициативу миролюбивых начинаний в Комитете, поэтому телеграфировал 3 декабря 1936 г. Майскому, чтобы тот отправил Плимуту письмо с требованием распространения соглашения о невмешательстве на посылку и транзит в Испанию добровольцев (ДВП, XIX, № 393). Действенной эта мера представлялась наркому лишь в случае одновременного запрета волонтерства всеми державами, поскольку односторонние акты Франции или Англии в этом направлении будут неэффективными (ДВП, XIX, прим. 237-238. С. 783). Литвинов считал возможным оказывать давление на французов и англичан, о чем дал соответствующие инструкции Майскому и Потемкину с тем, чтобы они препятствовали единоличным решениям этих стран о запрете отправки добровольцев в Испанию (ДВП, XIX, № 416).

9 декабря нарком передал послу Великобритании в СССР Чилстону ноту, являвшуюся ответом на англо-французский демарш 5 декабря с предложением посредничества шести европейских держав в испанском конфликте (ДВП, XIX. С. 650–651). В ней он повторял высказанную ранее точку зрения о том, что под вмешательством СССР понимает помощь Франко, а не республиканскому правительству, которое по своему статусу имеет право получать легальную поддержку извне (ДВП, XIX, № 403; ср.: № 407).

15 декабря Кулондр в письме Дельбосу сообщал, что СССР обратит теперь особое внимание на французско-английские предложения в Комитете по поводу контроля, поскольку “преимущество в инициативе, которое дало империалистическим государствам нарушение Советским Союзом соглашения, оставило у него довольно горький осадок. У советских деятелей сложилось неблагоприятное впечатление, что те проницательность и реализм в области внешней политики, которыми они, не стесняясь, хвалились, не оправдали себя и что Германия и Италия их обманули, использовав соглашение с целью опередить СССР в Испании”. Это ощущение промаха ныне порождает подозрение ко всему, что исходит из-за границы — характерная черта всего советского режима. На самом деле в Москве хотят покончить с испанскими делами, поэтому английское предложение было принято “с настоящим чувством облегчения”. С другой стороны, советское руководство прекрасно понимает, что проигрывает начатую партию, так как в Испании СССР оказался один на один с Германией и Италией, что грозит как серьезным ударом по международному престижу Москвы, так и возможностью ее политической изоляции. Вообще страх перед возможностью политического одиночества, особенно после антикоммунистического договора Германии и Японии, для СССР станет, по словам Кулондра, главным стимулом в развитии сотрудничества с западными державами (DDF, IV, № 153)4.

Майский, основываясь на общественном мнении англичан, информировал НКИД 17 декабря: “... Роль активного фактора, как и до сих пор, будет предоставлена СССР, и максимум, на что можно было бы рассчитывать при известных обстоятельствах, — это моральная и политическая поддержка Великобритании. В политических кругах Англии испанские события все отчетливее и откровеннее... рассматриваются как скрытый поединок между СССР, с одной стороны, Германией и Италией, с другой. Таким образом, помимо вопросов о будущем фашизма и европейского мира, на карте сейчас стоит наш международный престиж...” (ДВП, XIX, № 418).

Менявшуюся в течение 1936 года позицию СССР французские дипломаты оценивали как следствие внутренней политической борьбы среди советского руководства и неуверенности в собственных силах на международной арене. 13 августа 1936 г. военный атташе Франции в Москве подполковник Симон сообщал министру национальной обороны Даладье, что относительно испанских событий мнения членов Коминтерна разделились: одни, в том числе Сталин, желали избежать интервенции, чтобы не вызвать негативной реакции Германии и Италии, а другие, так называемые “троцкисты”, считали необходимым помочь испанской республике (DDF, III, № 141). Тот же факт подтвердил Пайар в телеграмме министру иностранных дел от 3 сентября (DDF, III, № 231). 2 октября, после ареста лиц, проходивших по делу Зиновьева и Каменева, Пайар отправил Дельбосу пространное письмо, в основном посвященное бывшему руководителю Коминтерна Карлу Радеку, арестованному в середине сентября 1936 г. Пайар не скрывал своей симпатии к нему: “Из надежного источника, кстати, мне известно, что... Радек довольно резко высказался за вмешательство... и не столько ради советских интересов, сколько для поддержания революции как таковой. В Испании возникла революционная ситуация, и, по его мнению, следовало любой ценой способствовать ее развитию. Именно над этим планом в дальнейшем должны поразмыслить компетентные члены компартии, по крайней мере, пока таковые среди них еще имеются. Не свидетельствует ли арест Радека и Раевского5 о кризисе приспособления к реальности, возникшем в результате идейной эволюции, которой ныне способствуют фундаментальные понятия советского режима?” (DDF, III, № 310). В частном письме генеральному секретарю французского министерства иностранных дел Лежеру Кулондр 18 ноября сообщал, что в Москве “произошло пересечение двух направлений, возглавляемых, с одной стороны, Литвиновым, а с другой, — Димитровым, и, как мне кажется, скорее, исходя из интересов державы, чем коммунистической церкви (l’Eglise communiste), здесь желают кое-что позаимствовать у одного, а кое-что — у другого, а может, и у обоих вместе” (DDF, III, № 506).

По информации французского посла в Испании Эрбетта (на 19 октября), с середины сентября помощь Советского Союза республике стала весьма значительной. “Несомненно, подготовка Советским Союзом грузов для Испании, — писал он, — не может быть датирована моментом, когда его корабли подняли якоря в своих портах. Вероятно, именно в двадцатых числах августа советское правительство приняло решение, в результате которого в середине сентября были предприняты морские экспедиции. Уже с конца августа можно было распознать курс, по которому сразу стала разворачиваться гражданская война”. По мнению Эрбетта, советские политики не знают ни самой Испании, — так как поддерживают Кабальеро, — ни Германии, — поскольку рассчитывают произвести социальную революцию. Приняв невольное участие в триумфе Гитлера, СССР теперь способствует победе Франко. Незнание же Европы может привести Кремль к крупным политическим просчетам (DDF, III, № 374). СССР, продолжал Эрбетт, совершил крупную ошибку, сделав ставку на республиканцев, не обладавших сколько-нибудь организованной армией, невозможной под эгидой Народного фронта. Советский Союз “различает батальоны и исполинов там, где нет ничего, кроме стад и мельниц: стад, которые, если избегнут бойни, пойдут за другим хозяином, и мельниц, которые будут вращаться силой противного ветра, не перемалывая больше зерно”. Так должен ли Советский Союз, жертвуя своими силами и престижем, вести к катастрофе и другие нации? (DDF, III, № 405). Опасения французской стороны относительно Советского Союза были еще обусловлены тем, что Франция, заключившая с ним договор, не желала вмешиваться в испанский конфликт за счет разрыва отношений с Великобританией6.

Таким образом, по официальной версии, СССР в начале испанского конфликта не собирался в него активно вмешиваться, в отличие от Германии и Италии, которые имели собственные интересы на Пиренейском полуострове. Об этом свидетельствуют и официальные мероприятия советского руководства в августе 1936 г., направленные на запрет любых форм помощи воюющим сторонам. Но в октябре ситуация изменилась: при усилении помощи стран “оси” Франко СССР слагает с себя обязательства по невмешательству, обосновывая данный шаг законностью республиканского правительства, которому, в отличие от мятежников, материальная помощь допустима. Большая заслуга в этом деле приписывается мнению советских трудящихся, требовавших поддержки Испании, — конфликт теперь представлен как столкновение сил фашистского и антифашистского блоков.

Французские же дипломаты рассматривали данное изменение курса как определенный успех политической оппозиции в Москве. Сталин, изначально занявший здравую позицию невмешательства, был вынужден под давлением “троцкистов” — сторонников мировой революции — перейти к поддержке республиканцев с дальнейшей целью превратить Пиренейский полуостров в плацдарм “красных сил” на краю Европы. Вероятно, это изменение произошло уже в конце августа. Подобное мнение разделяется и рядом современных французских исследователей7.

На самом деле эволюция позиции СССР была связана скорее с изменением политической конъюнктуры, чем с давлением внутренней оппозиции, мнение которой в условиях “чисток” 1936–1937 гг. вряд ли могло учитываться8. В середине сентября республиканское и советское правительства пришли к соглашению относительно депортации золотого запаса республики в Москву — операция по его перевозке была завершена к февралю 1937 г., поэтому все поставки СССР в Испанию были оплачены. Помощь начала сокращаться лишь тогда, когда истощился депортированный золотой запас — к лету 1938 г.9 В результате проведения данной операции Советский Союз получал прямую материальную выгоду. Кроме того, помощь республике стала преподноситься как поддержка законного правительства, обладающего в силу своего статуса правами воюющей стороны (на международном уровне они признаны не были), что действительно повышало престиж СССР среди компартий других стран. Нельзя сказать, что Советский Союз пытался превратить Испанию в коммунистическую республику, так как, в отличие от Германии и Италии, не прилагал для этого необходимого максимума усилий10. Копирование советского репрессивного аппарата в республиканской зоне и деятельность политических агентов по силе воздействия были недостаточны для организации “красного государства”11, поскольку основными рычагами воздействия на республиканцев оставались материальные поставки и коммунистическое движение, координируемое Коминтерном12. Испания, очевидно, рассматривалась Сталиным как ставка в международной политике Советского Союза, который, несмотря на декларации Майского, реально не покинул лондонский Комитет и не пошел на разрыв с Великобританией и Францией. СССР стремился избежать политической изоляции, приняв условия “игры в невмешательство” Англии, Германии и Италии13. А поскольку испанские события не способствовали улучшению отношений СССР и его реального партнера — Франции (договор 1935 г., весьма тяготивший правительство Блюма, в это время так и не перерос в военное соглашение), то после Мюнхенского передела Чехословакии СССР начал искать иных союзников. В 1938–1939 гг. он в последний раз максимально выгодно для себя разыграет испанскую карту, принеся республиканское правительство в жертву Германии и Италии, с которыми начнет сближение14.

Примечания

1 Документы внешней политики СССР. М., 1974. Т. 19 (1 января — 31 декабря 1936 г.).

2 Documents Diplomatiques Franзais. 1932–1939. 2 sйrie (1936–1939). Paris, 1966. T. 3 (19 juillet — 19 novemre 1936).

3 По мнению Эрме, Советский Союз в августе занял выжидательную позицию, предоставив Коминтерну и Профинтерну действовать в пользу республиканцев. Однако для многих компартий окончательное решение СССР оказалось неожиданным, так как все надеялись, что он сразу окажет республиканцам поддержку, см.: Hermet G. La guerre d’Espagne. Paris, 1989. P. 220. Сходной точки зрения придерживается Паласио, см.: Palacio L. La maldonne espagnole. Ou la guerre d’Espagne comme rйpйtition gйnйrale du deuxiиme conflit mondial. Toulouse, 1986. P. 310. Темим считает, что в самом начале испанского конфликта ни СССР, ни Коминтерн не собирались в него вмешиваться, см.: Tйmime E. La guerre d’Espagne. Un йvйnement traumatisme. Paris, 1996. P. 94, 100. Альперт оценивает действия СССР как логичный и правильный политический ход. С одной стороны, если система невмешательства рухнет из-за Италии и Германии, Советскому Союзу будет легче заключить военный договор с Францией, с другой — если договор будет выполняться, это может реально спасти республику и устранить подозрения в том, что СССР вмешивается в конфликт, см.: Alpert M. A New International History of the Spanish Civil War. Basingstoke, London, 1994. P. 51.

4 Documents Diplomatiques Franзais. 1932–1939. 2 sйrie (1936–1939). Paris, 1967. T. 4 (20 novembre 1936 — 19 fйvrier 1937).

5 Главный редактор московской французскоязычной газеты “Journal de Moscou”.

6 В некоторых последних работах западные исследователи пытаются подчеркнуть особые заслуги двойственной политики Блюма, попытавшегося одновременно помочь республике и сохранить дружественные отношения с Великобританией, см.: Talbot C. Des avions pour l’Espagne?: the Decision of the French Governement not to Intervene in the Spanish Civil War: July 18 — August 8, 1936 / diplфme d’Etudes Supйrieures. Genиve, 1995. P. 1–2, 59–60; Tйmime E. Op. cit. P. 91; Lachadenиde R. S. de. La Marine franзaise et la guerre civile d’Espagne 1936–1939. Vincennes, 1993. P. 15.

7 См., например: Courtois S., Pannй J.–L. L’ombre portй du NKVD en Espagne // Courtois S., Werth N. etc. Le livre noir du communisme. Crimes, terreur et rйpression. Paris, 1997. P. 365–386; Brouй P. L’histoire de l’Internationale Communiste. 1919–1943. Paris, 1997. Более умеренно, но также негативно оценивает деятельность СССР в Испании Серрано, см.: Serrano C. P.C.F. et guerre d’Espagne // Autoure de la guerre d’Espagne. Actes du colloque organisй а la Sorbonne par le Centre de Recherche Idйologique et Discours les 7 et 8 novembre 1986. Sorbonne, 1993. P. 155–163. Подобная точка зрения выражена и в последнем документальном фильме, снятом французскими кинематографистами, см.: Staline en Espagne: la guerre civile dans la guerre civile, 1936–1939 / rйal. Muel C., documentaliste Lambert de Guise V. Paris: Kuiv (diffusй 29.06.1996).

8 Мнения о том, что СССР изменил отношение к Испании под давлением внутренней оппозиции, из современных исследователей, в частности, придерживается Альперт, см.: Alpert M. Op. cit. P. 51–52.

9 Об этом более подробно см.: Bolloten B. The Spanish Civil War. Revolution and Countrevolution. London, N. Y. 1991. P. 145–158. По подсчетам Боллотена, в Москву было перевезено 510.08 тонн золота (Ibid. P. 148). См. также: Hermet G. Op. cit. P. 226.

10 За всю войну в Испании побывало не более пяти тысяч советских военных специалистов и политических агентов, см.: Bolloten B. Op. cit. P. 159. Эрме для периода осени 1936 — зимы 1937 гг. определяет цифру в две тысячи, см.: Hermet G. Op. cit. P. 223. Лашаднед, исследовавший участие военно-морских сил Франции в гражданской войне в Испании, подчеркивает, что у Советского Союза не было никаких видов на военный контроль Средиземного моря в районе Пиренейского полуострова, см.: Lachadenиde R. S. de. Op. cit. P. 14.

11 Из последних работ о “чистках” в Испании см.: Courtois S., Pannй J.–L. Op. cit.; Huber P. “Sдuberungen” in spanischen Bьrgerkrieg im Spiegel des Kominternarchivus // Britovљkov Zbornik (A Festschrift for Marjan Britovљek). S. l., 1996. S. 341–361; P. Brouй. Staline et la Rйvolution. Le cas espagnol (1936–1939). Paris, 1993.

12 Carr E. H. Comintern and the Spanish Civil War. London, 1984; Brouй P. L’histoire de l’Internationale...; Ranzato G. La guerre d’Espagne. Firenze, 1995. P. 19–21.

13 Ориентацию СССР на политический момент с целью избежать политической изоляции в годы испанской войны подчеркивает Нильсон, однако подведение Советским Союзом правовой основы под вмешательство в конфликт разрушало существовавшие нормы международного права, см.: Nilsson A.–S. Political Uses of International Law. London, 1987. P.104–105.

14 Эрме расценивает этот факт как прямое предательство республиканцев, см.: Hermet G. Op. cit. P. 226–227. На изменение политических приоритетов СССР в конце гражданской войны указывают Вилар, Серрано и Темим, см: Vilar P. La guerre d’Espagne (1936–1939). Paris, 1986. P. 119; Serrano C. Op. cit. P. 161; Tйmime E. Op. cit. P. 103–104.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений21:58:27 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
15:32:12 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Позиция СССР в связи с началом гражданской войны в Испании (1936 г.)

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150696)
Комментарии (1839)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru