Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Учебник по международному частному праву

Название: Учебник по международному частному праву
Раздел: Рефераты по экономике
Тип: реферат Добавлен 02:34:07 12 марта 2007 Похожие работы
Просмотров: 3916 Комментариев: 3 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

ГЛАВА 1

ПОНЯТИЕ, ПРЕДМЕТ И СИСТЕМА МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ 1. Понятие международного частного права. § 2. Содержание между­народного частного права. § 3. Природа норм международного частного права и его место в системе права. § 4. Исходные начала российской доктрины международного частного права. § 5. Система международно­го частного права. § 6. Обзор литературы по международному част­ному праву

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С., Крылов С. Б. Международное частное право.— М., 1959.— С. 5—19; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Общая часть.— М., 1973.— С. 11—60; Лунц Л. А; Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право.— М., 1984.— С. 3—17;

Гчленская Л. Н. Международное частное право.— Л., 1983; Междуна­родное частное право/Под ред. Г. К. Матвеева.— Киев, 1985.— С. 5— 36; Корецкий В. М. Избранные труды.— Кн. 1.— Киев, 1989.— С. 224— 225; Кн. 2.— С. 4—125; Перетерский И. С. Система международного частного права//Сов. государство и право.— 1946.— № 8—9.— С. 17—30; Садиков О. Н. Развитие советской науки международного частного права//Ученые записки ВНИИСЗ.— Вып. 23.— 1971.— С. 78—90; Международное частное право: Современные проблемы.— Кн. 1—2/ Отв. ред. М. М. Богуславский.— М., 1993; Лебедев С. Н. О природе международного частного права//Сов. ежегодник меж­дународного права. 1979.— М., 1980.— С. 61—80; Брагинский М. И. О природе международного частного права//Проблемы совершенст­вования советского законодательства. Труды ВНИИСЗ.— 24.— М., 1982.— С. 146—160; Маковский А. Л. Проблема природы между­народного частного права в советской науке//Труды ВНИИСЗ.—29.— М., 1984.— С. 206—224; Иссад М. Международное частное право/ Пер. с фр.— М., 1989.— С. 24; Чешир Дж; Норт П. Международное частное право.— М., 1982.— С. 17—30.

§ 1. ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

1. Международное частное право неразрывно связано с расширением международного торгово-экономического,

научно-технического и культурного сотрудничества. Важ­ную роль в правовом регулировании этого сотрудничества призваны играть нормы международного частного права, значение которого возрастает по мере углубления между­народных хозяйственных связей, развития новых орга­низационных форм в различных областях международно­го делового сотрудничества.

На развитие международного частного права оказыва­ют влияние основные факторы современной действи­тельности.

Во-первых, это интернационализация хозяйственной жизни. Объективный процесс интернационализации сов­ременного мирового хозяйства требует и нового уровня многосторонних экономических отношений. Характер­ный пример в этом плане дает развитие Европейского континента. Непосредственным проявлением интерна­ционализации хозяйственной жизни является широкое развитие разностороннего экономического и научно-технического сотрудничества. Если на рубеже XIX и XX веков оно ограничивалось исключительно торговлей, то на рубеже XX и XXI веков — это не только обмен товара­ми и услугами, это промышленное сотрудничество, включающее в себя совместные предприятия, совмест­ное производство, специализацию и лицензирование, это — широкая гамма научно-технического сотрудни­чества, проведение совместных исследований и разрабо-

ток-

Во-вторых, это резкое усиление миграции населения вследствие войн, всякого рода конфликтов, политиче­ских и национальных причин, а также с целью трудо­устройства, получения'образования.

В-третьих, научно-технический прогресс, с одной сто­роны, благодаря достижениям в области коммуникаций, транспорта и связи приблизил континенты и страны и тем самым облегчил общечеловеческое общение; разви­тие радио, телевидения, видеотехники, использование спутников для вещания сделали возможным транснацио­нальное использование информационных данных, дости­жений науки, техники и культуры, а успехи в освоении космоса — коммерциализацию космоса; с другой сторо­ны, отрицательные последствия научно-технического прогресса, как показали трагедии в Чернобыле и Бхопале, загрязнение окружающей среды не могут быть ограниче­

ны пределами территории какого-либо одного государ­ства.

' Для международного частного права большую роль 'играет гуманизация международных отношений. В цент­ре внимания всех государств — участников междуна­родного общения должны быть человек, его заботы, пра­ва и свободы.

Взаимозависимость государств находит свое выраже­ние в расширении сотрудничества в самых различных сферах, в резко увеличившемся объеме общения, кон­тактов между людьми независимо от их гражданства и места проживания.

В решении задач развития сотрудничества с различ­ными странами важная роль принадлежит праву, право­вым методам и средствам.

Специфика международного частного права состоит в том, что при сохранении различия в правовых системах государств именно международное частное право с по­мощью так называемых коллизионных норм (см. ниже) призвано определить, право какого государства подле­жит применению в соответствующих случаях.

2. В конце 80-х — начале 90-х годов в СССР, а затем в России произошли глубокие изменения в правовом регулировании внешнеэкономической деятельности. Пре­доставление прав внешнеэкономической деятельности промышленным предприятиям, производственным коо­перативам, развитие кооперационных отношений с орга­низациями и фирмами других стран, создание совмест­ных предприятий — все это открывало новые перспекти­вы для активного взаимодействия и дальнейшего разви­тия международного сотрудничества на уровне предприя­тий. В ходе экономической реформы и наши предприя­тия за рубежом, и иностранные фирмы в РФ получили более широкие возможности для осуществления инве­стиционной и коммерческой деятельности, для исполь­зования различных форм совместного предприниматель­ства.

Все это имело принципиальное значение для даль­нейшего развития международного частного права, для повышения его роли в деле правового обеспечения эко­номического, научно-технического сотрудничества между субъектами права различных государств.

Распад Советского Союза, создание и становление

права применяются нормы, сформулированные перво­начально в качестве правил международного договора, а затем трансформированные в нормы внутреннего зако­нодательства. Возьмем в качестве примера международ­ные договоры, содержащие унифицированные мате­риально-правовые нормы, роль и значение которых в области международного частного права все время воз­растают. Государства — участники такого договора- обя­зались ввести эти нормы в свое внутреннее законода­тельство. Тем самым данные нормы следует рассматри­вать как составную часть содержания международно-правовых обязательств государств. В то же время эти нормы нельзя не признать и нормами гражданско-право-выми, поскольку их назначение — регулировать отно­шения гражданско-правового характера. И в конечном счете указанные нормы станут регулировать такие отно­шения субъектов из различных государств— участников международного договора. Таким образом, в двойствен­ной природе подобных унифицированных норм между­народных договоров, предназначенных для единообраз­ного регулирования имущественных отношений с ино­странным (международным) элементом, также проявля­ется правовая связь между международным публичным и международным частным правом. / "S современной доктрине общепризнанным является 'положение о том, что роль международных договоров i как источников международного частного права повы­шается. Во второй половине XX века число международ­ных договоров, как многосторонних, так и двусторон­них, содержащих нормы по вопросам международного частного права, резко возросло. Особенно это проявля­ется в области международного торгового права. Более того, появилась новая проблема, получившая отражение в литературе,— проблема -устранения коллизий, возни­кающих между этими договорами.

Связь между международным публичным и междуна­родным частным правом проявляется и в том, что в меж­дународном частном праве используется целый ряд об­щих начал международного публичного права. Опреде­ляющее значение здесь имеют прежде всего принципы суверенитета государств, невмешательства во внутренние дела, недопущения дискриминации (принцип недискри­минации). В области международного частного права,

12


нормы которого в значительной степени формируются каждым государством самостоятельно, большое значе­ние имеет принцип соблюдения каждым государством как своих договорных обязательств, так и общеобяза­тельных для всех государств норм и принципов между­народного права. В нашей литературе на это справедливо обращал внимание С. Н. Лебедев.

Исходные начала международного частного и между­народного публичного права едины. Целеустремленность обоих, писал И. С. Перетерский, является однородной. Устанавливая нормы по вопросам международного част­ного права, наше государство исходит из стремления к миру и сотрудничеству. Эта же политика находит свое выражение и в международных договорах, заключаемых Россией, i

Применяемые нашим государством нормы как между­народного частного права, так и международного пуб­личного права направлены на правовое оформление экономических, научно-технических и культурных свя­зей РФ с другими странами, служат развитию широкого международного сотрудничества. В практике междуна­родных отношений эти нормы, а также соответствующие методы регулирования часто взаимодействуют, сохра­няя при этом свою специфику и самостоятельное зна­чение.

В ряде случаев и международное частное право, и международное публичное право регулируют общий комплекс одних и тех же отношений, но с использова­нием своих специфических для каждой из этих систем методов. Взаимосвязь норм международного частного права и норм международного публичного права прояв­ляется, в частности, в том, что содержание контрактов, относящихся к области международного частного права, в какой-то его части может быть предопределено теми соглашениями, которые были заключены между прави­тельствами. В то же время каждый контракт имеет самостоятельное юридическое значение. На практике в приведенном нами примере категории международного публичного права и категории международного частного права применяются совместно.

В литературе конца XIX века нередко содержались утверждения, согласно которым в коллизионных прин­ципах lex loci actus (закон места совершения акта)

13

и lex rei sitae (закон местонахождения вещи) или же в принципе автономии воли сторон усматривались нор­мы международного обычного права.

Выдвинутые крупными юристами-международниками Э. Цительманом и Ф. Каном в конце прошлого века теории такого рода так и остались теоретическими построениями, не получившими подтверждения в между­народно-правовой практике, поскольку каждое государ­ство устанавливало в своем законодательстве, по каким вопросам должны быть введены коллизионные нормы и каково должно быть содержание таких норм. Швей­царские юристы К. Келлер и К. Сир исходят из того, что такие якобы обычные международно-правовые нор­мы могут в одностороннем порядке изменяться авто­номным правом отдельного государства или же вообще не применяться.

Таким образом, нельзя утверждать, что в общем международном праве имеются обязательные импера­тивные нормы ( jus cogens), предписывающие какое право подлежит применению к правоотношению с ино­странным элементом.

Следует остановиться и на другом вопросе соотно­шения общего международного права с международным частным правом, ставшем весьма актуальным в последние годы. Речь идет о проблеме экстерриториального приме­нения национального права. В определенных, строго ограниченных случаях с согласия одного государства на его территории могут осуществляться действия органов другого государства, применяться иностранные правовые нормы (например, при исполнении иностранных судеб­ных решений).

Новая ситуация возникла в связи с тем, что экстер­риториальное применение картельного, валютного, внеш­неэкономического законодательства, в частности законо­дательства об экспортном контроле одной страны в дру­гой, вступает в конфликт с законодательством этой дру­гой страны. «В результате такой ситуации,— как совер­шенно справедливо отмечали К. Келлер и К. Сир,— оте­чественное государство может перестать стать хозяином в собственном доме, в то время как иностранное госу­дарство прямым или косвенным образом будет направ­лять внутреннюю хозяйственную политику». В этих слу­


чаях возникает вопрос о нарушении принципа государ­ственного суверенитета и принципа невмешательства во внутренние дела других государств.

§ 2. СОДЕРЖАНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

1. Наша отечественная доктрина исходит из того, что нормы международного частного права регулируют граж-данско-правовые, семейные и трудовые отношения с ино­странным, или международным, элементом. Таким обра­зом, речь идет о гражданско-правовых отношениях, понимаемых в широком смысле и выходящих за пределы одного государства. Говоря об имущественных и иных связанных с ними отношениях, необходимо подчеркнуть, что регулирование гражданско-правовых отношений между лицами каких-либо двух государств тесно связано с общим состоянием внешнеполитических отношений между этими государствами.

Прежде всего следует остановиться на том, что пони­мается под таким иностранным (международным) эле­ментом в имущественных отношениях. Можно привести три основные группы имущественных отношений, для которых характерно наличие такого элемента:

а) имущественные отношения, субъектом которых выступает сторона, по своему характеру являющаяся иностранной. Это могут быть гражданин иностранного государства, иностранная организация или даже ино­странное государство. Например, внешнеэкономическое объединение «Союзхимэкспорт» заключает договор с английской фирмой о продаже партии товаров. Ино­странным элементом в данном случае будет то, что сто­роной в таком договоре выступает английская фирма;

б) имущественные отношения, когда все их участни­ки принадлежат к одному государству, но объект (на­пример, наследственное имущество), в связи с которым возникают соответствующие отношения, находится за границей;

в) имущественные отношения, возникновение, изме­нение или прекращение которых связаны с юридическим фактом, имеющим место за границей (причинение вреда, заключение договора, смерть и т. д.).


Можно привести следующий пример. Группа наших туристов в Париже после прогулки на катере по Сене переходила, для того чтобы высадиться на берег, через баржу. Настил на барже не был закреплен, и 14 человек провалились в трюм с трехметровой высоты и получили серьезные увечья. Возникло обязательство по возмеще­нию вреда.

Отечественная доктрина относит к международному частному праву вопросы так называемого международ­ного гражданского процесса. Она исходит из того, что иностранный элемент в гражданском деле (а к граждан­ским делам в РФ относятся и семейные, и трудовые дела) порождает определенные процессуальные последствия.

, 2. Исторически основу международного частного права всегда составляли так называемые коллизионные нормы. Существенной особенностью регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным элемен­том является то, что в ряде случаев нормы международ­ного частного права на содержат прямого ответа, пря­мого предписания о том, как нужно решить тот или •иной вопрос. Эти нормы указывают лишь, какое законо-

' дательство подлежит применению. Нормы такого рода называются коллизионными (см. гл. 3).

Типичным примером применения коллизионных норм в нашей практике является следующее дело. Всесоюзное объединение «Сов-экспортфильм» заключило договор с английской фирмой «Ромулус филмс лтд.» о прокате в Великобритании советского кинофильма «Спящая красавица». В связи с утратой одной части фильма англий­ская фирма в 1967 году предъявила иск к объединению о возмеще­нии убытков. Вопросы возмещения убытков в контракте определены не были. Возникает, в частности, вопрос о том, должны ли возме­щаться положительный ущерб и так называемая упущенная выгода в случае фактической невозможности исполнения, если такая невоз­можность возникла по вине одной из сторон. Для того чтобы отве­тить на этот вопрос, нужно знать, какое право подлежит применению по данному контракту. Поскольку договор был заключен в Лондоне, к нему были применены нормы английского права.

Коллизионные нормы с юридико-технической точки зрения представляют собой наиболее сложные нормы, входящие в область международного частного права. Совокупность таких норм, применяемых каждым госу­дарством, составляет коллизионное право. Наша доктри­на исходит из того, что международное частное право не может быть сведено только к коллизионному праву. Коллизионное право составляет часть международного частного права, часть наиболее сложную и весьма суще­ственную, но коллизионными вопросами содержание


международного частного права отнюдь не исчерпыва­ется.

3. В сферу международного частного права необходи­мо включить все нормы, регулирующие гражданско-пра-вовые отношения с иностранным элементом. Так следует сделать потому, что определяющее значение имеет сам характер отношений, предмет регулирования, а не метод регулирования. Может применяться несколько методов, при этом один метод не исключает применения другого. Материально-правовой метод и коллизионный метод — это два способа регулирования отношений с иностран­ным элементом, причем наиболее совершенным является первый способ (см. гл. 3), при котором происходит непосредственное применение материальной нормы без обращения к коллизионной норме. Исходя из такого под­хода, к международному частному праву должны быть отнесены материально-правовые нормы, унифицирован­ные путем заключения международных соглашений.

В объяснительной записке представителя Венгрии, направленной в 1965 году Генеральной Ассамблее ООН, по вопросу о мерах, которые должны быть приняты для прогрессивного развития в области международного частного права, отмечалось, что «для целей, имеющихся в виду в настоящее время, под «развитием международ­ного частного права» понимается не столько какое-либо международное соглашение о нормах коллизионного права, применяемых национальными и арбитражными судами, сколько унификация частного права, главным образом в области международной торговли (как, напри­мер, унификация правовых норм, касающихся междуна­родной продажи товаров или составления контрактов)». Это положение применимо в полной мере и к регулиро­ванию отношений в областях научно-технического и культурного сотрудничества, морских, железнодорожных и воздушных перевозок.

На значении унификации норм в порядке междуна­родных соглашений следует остановиться более подроб­но. Процесс интернационализации хозяйственной жизни ускорил процесс унификации материально-правовых норм в областях торговли, транспорта и др. Советский Союз, а затем Россия участвовали в последние годы в разработке ряда проектов конвенций, содержащих мате­

риально-правовые нормы.


Материально-правовые нормы, созданные в порядке унификации, содержатся в таких актах, принятых ор­ганами Совета Экономической Взаимопомощи, как раз­личные Общие условия, которые не потеряли своего зна­чения и после прекращения деятельности СЭВ. Прежде всего следует назвать Общие условия поставок товаров между организациями стран — членов СЭВ (ОУП СЭВ). Кроме того, были приняты Общие условия монтажа, Общие условия технического обслуживания. Общие усло­вия специализации и кооперирования производства.

Тем самым была осуществлена унификация не только материально-правовых норм, но и норм коллизионных. В одних областях (поставки товаров, отношения по специализации и кооперированию, по перевозке) такие коллизионные нормы дополняли унифицированные мате­риально-правовые нормы, в других имели самостоятель­ное значение (в семейных, наследственных правоотно­шениях). Последнее объясняется тем, что в некоторых областях отношений существенную роль играют исто­рические, национальные и иные особенности. Поэтому метод унификации материально-правовых норм был бы здесь преждевременным, а унификация коллизионных норм путем заключения двусторонних соглашений (договоров о правовой помощи) оказалась бы эффектив­ной.

Практика показала, что наиболее целесообразным является заключение таких соглашений, направленных на унификацию правового регулирования отношений между хозяйственными организациями различных стран, в которых установление единообразных материально-правовых норм дополняется унифицированными колли­зионными нормами, отсылающими к национальному за­конодательству, подлежащему применению по вопросам, не урегулированным такими нормами. Применительно к сфере торгового мореплавания в нашей литературе отмечалось, что материально-правовая унификация должна касаться основных вопросов регулирования в сочетании с другими методами регулирования, в том числе с решением в тех же международных соглаше­ниях относительно менее важных вопросов путем уста­новления унифицированных коллизионных норм.

Возникает вопрос, относятся ли к области между­народного частного права внутренние материальные нор-

18


мы, то есть нормы внутреннего законодательства, кото­рые непосредственно, без применения коллизионной нор­мы регулируют отношения с иностранным элементом. Одни советские авторы (И. С. Перетерский) относили эти нормы к международному частному праву, другие (Л. А. Лунц) — нет. Согласно точке зрения Л. А. Лунца, включение в состав международного частного права ма­териально-правовых норм, непосредственно регулирую­щих отношения с иностранным элементом, может при­вести к тому, что граница международного частного права с гражданским правом была бы вовсе стерта. По нашему мнению, исходя из характера регулируемых правом отношений, эти нормы также следует включить в состав международного частного права. Речь при этом идет не об общих нормах нашего гражданского зако­нодательства, подлежащих применению к правоотноше­ниям с иностранным элементом в силу отсылки к ним коллизионных норм, а о специальных нормах, непосред­ственно установленных государством для регулирования внешнеэкономических отношений или отношений по научно-техническому, культурному сотрудничеству.

Специфика правового регулирования в области международного частного права определяется тем, что государство принимает специальное законодательство по вопросам внешних экономических связей, нормы кото­рого не сливаются с другими нормами внутренней системы права, а носят обособленный характер. Эти нормы приняты исключительно для регулирования отно­шений с иностранным элементом.

Специфика этих правил состоит в том, что они решают тот или иной вопрос по существу, содержат прямые мате­риально-правовые нормы, не используя коллизионный метод.

Таким образом, в состав международного частного права входят как коллизионные, так и материально-правовые нормы, регулирующие гражданско-правовые отношения с иностранным элементом, которые возни­кают в областях международного экономического, научно-технического и культурного сотрудничества, а также нормы, определяющие гражданские, семейные, ^РУДовые и процессуальные права иностранцев. Тем са­мым, включая унифицированные нормы в состав между­народного частного права, подлежащего применению в

19


силу коллизионных норм, мы с учетом специфических особенностей права придерживаемся широкой концепции международного частного права.

4. В доктрине международного частного права раз­личных государств вопрос о предмете этой отрасли права решается неодинаково.

В работах английских (А. Дайси, Дж. Чешир, П. Норт) и американских (Д. Биль, Г. Гудрич) авторов рассматриваются как коллизионные вопросы, вопросы выбора права ( choice of law), так и вопросы подсудно­сти ( juridiction), то есть правила о том, какие споры по правоотношениям с «иностранным элементом» долж­ны рассматриваться местными судами, а какие — суда­ми других государств. Такой процессуальный подход к проблемам международного частного права приводит в ряде случаев к ограничению применения иностран­ных законов и соответственно к расширению сферы действия внутреннего права.

Во Франции доктрина (А. Батиффоль, П. Саватье) относит к международному частному праву прежде всего нормы о гражданстве, имея в виду правила о француз­ском гражданстве ( nationalite). В курсах и учебниках традиционно рассматривается правовое положение во Франции иностранцев ( condition des etrangers), то есть правила внутреннего материального права по ши­рокому кругу вопросов (въезд, пребывание иностранцев, их имущественные и иные права), и только после рас­смотрения этих двух комплексов изучаются вопросы коллизии законов ( conflit des lois) и международной подсудности ( conflit de juridiction).

Более широкий подход характерен для работ И. Лу-суарна и П. Бореля (Франция), П. Лалива (Швейцария) и др.

Германские юристы Л. Раапе, Г. Кегель сводят меж­дународное частное Право к коллизионному праву. Правда, Г. Кегель включил в свой учебник (хотя и в виде приложения) вопросы международного гражданского процесса, международного «права экспроприации», меж­дународного валютного права и права картелей, огово­рив публично-правовой характер этой проблематики.

По мнению М. Иссада (Алжир), в современных усло­виях международное частное право не может быть огра­ничено коллизионным правом. В более широком смысле,

20


считает он, «международное частное право — это право, регулирующее международные отношения независимо от применяемых методов. Методов может быть множе­ство, и один не должен исключать другой».

Чехословацкий юрист П. Каленский относит к этой области и коллизионные, и материально-правовые нор­мы. Такой же подход характерен для юристов Болгарии:

В. Кутикова — автора учебника, И. Алтынова, написав­шего книгу о системе международного частного права. Прямо противоположную позицию занимает другой болгарский юрист — Ж. Сталев, отстаивающий в своей работе концепцию международного частного права как права исключительно коллизионного.

Китайская доктрина (Ияо Хуанг, Рен Лишенг, Лью Динг), как правило, исходит из широкого подхода к международному частному праву, относя к нему все случаи регулирования гражданско-правовых отноше­ний с иностранным элементом (китайская теория «большого международного частного права»), однако Ли Хао Пей рассматривает международное частное право как исключительно коллизионное право (теория «маленького международного частного права»).

Польские авторы К. Пшибыловский, М. Сосьняк, В. Валашек обычно сводят международное частное право к коллизионному праву с добавлением вопросов так называемого международного гражданского процесса. Аналогичным образом поступают венгерские теоретики (в учебнике Л. Рецеи, в многочисленных работах И. Саси).

5. С вопросом о предмете международного частного права непосредственно связан и вопрос о наименовании этой отрасли права и отрасли правоведения (правовой науки). Нынешнее название ( private international law) было впервые предложено американским автором Дж. Стори в 1834 году. В англо-американской доктрине это название применяется в XX веке наряду с ранее употреблявшимся термином «конфликтное право» (соп- flict of law). В государствах Европы указанное название стало повсеместно применяться начиная с 40-х годов XIX в. ( droit international prive, Inter­ nationales Rrivatrecht, diritto internazionale pri­ vate, derecho international privado).

Одним и тем же термином «международное частное право» обозначаются и система норм (отрасль права), и

21


отрасль правоведения. По сравнению с наименованиями всех других отраслей права это наименование наименее общепризнано. ~~

Все три элемента данного названия часто оспаривают­ся. Одни авторы утверждают, что это не международное право, а внутреннее право (см. § 3), другие указывают, что это не частное право, и, наконец, находятся даже такие, которые считают, что это вообще не право, а ка­кие-то чисто технические правила о выборе законо­дательства. Последнее утверждение, в отличие от первых двух, не имеет какой-либо серьезной основы (см. гл. 3).

Приведем в качестве примера высказывание по поводу этого наименования из учебника Г. Кегеля: «Название «международное частное право» явно неточно. Речь идет не о международном, а о национальном (внутригосу­дарственном) праве, и не о материальном частном праве, а о праве коллизионном. Однако сущность это название выражает достаточным образом». В западной литерату­ре было предложено более 20 других названий, но все они не привились (например, межгосударственное част­ное право, внешнее частное право, пограничное право).

В прошлом в советской юридической литературе так­же были высказаны возражения против термина «между­народное частное право» со ссылкой на отсутствие деле­ния всего права на публичное и частное.

Однако, несмотря на несоответствие названия' «меж­дународное частное право» тем отношениям, которые оно регулировало в СССР, этот термин неизменно сохра­нялся и применялся и в учебной, и в научной литературе. В настоящее время это название общепринято в России и других государствах, ранее входивших в состав СССР.

§ 3. ПРИРОДА НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА И ЕГО МЕСТО В СИСТЕМЕ ПРАВА

В нашей литературе И. С. Перетерский обратил вни­мание на то, что в слово «международное» применительно к международному публичному и частному праву вкла­дывается различный смысл. «Международное публичное право,— утверждал он,— является международным в том смысле, что оно устанавливает правоотношения

22


между государствами (inter nations, inter gentes), a международное частное право — в том смысле, что оно устанавливает правоотношения между лицами, при­надлежащими к различным государствам, правоотноше­ния, выходящие за рамки отдельной правовой системы и требующие выяснения, какой закон к ним применяет­ся». Таким образом, в первом случае термин «между­народное» понимается в смысле «межгосударственное», а во втором — «международное» в смысле регулирова­ния отношений с иностранным элементом.

По вопросу о том, входит ли международное част­ное право в состав международного права или же отно­сится к внутреннему праву, в советской юридической ли­тературе были высказаны различные точки зрения. По мнению ряда авторов (С. Б. Крылов, М. А. Плоткин, С. А. Голунский, М. С. Строгович, В. Э. Грабарь, А. М. Ладыженский, Ф. И. Кожевников, С. А. Малинин, В. И. Менжинский, И. П. Блищенко, Л. Н. Галенская), нормы международного частного права входят в состав международного права в широком смысле слова. В обо­снование этой точки зрения указывалось не только на глубокую связь, которая существует между международ­ным публичным и международным частным правом, на близкое внутреннее родство между ними, но и на един­ство источников, которому придавалось решающее зна­чение. «В международном договорном праве,— писал С. Б. Крылов,— должно быть усмотрено основное содер­жание международного частного права... Лишь изучение международных договоров дает содержание подлинного международного частного права».

Эта точка зрения основывается на том, что в между­народном частном праве речь идет о межгосударствен­ных отношениях, затрагивающих вопросы гражданского права. При этом обращалось внимание на то, что всякий спор, конфликт в гражданско-правовой области между отдельными фирмами, даже спор о разводе между граж­данами разных государств может в конечном счете пере­расти в конфликт между государствами.

Была высказана и иная точка зрения, исходящая из того, что вопрос о природе норм международного част­ного права решается прежде всего с учетом характера Регулируемых им отношений. Из того факта, что пред­метом регулирования в международном частном праве

23


являются отношения гражданско-правового характера, заключали, что международное частное право входит в состав гражданского, то есть внутреннего, права, а наука международного частного права является одной из гражданско-правовых наук. Этот вывод был сделан И. С. Перетерским, а затем подробно обоснован в мно­гочисленных трудах Л. А. Лунца, и прежде всего в его трехтомном курсе международного частного права;

Из данной точки зрения исходят в своих работах по международному частному праву такие авторы, как А. Б. Альтшулер, М. И. Брагинский, И. А. Грингольц, С. А. Гуреев, К. Ф. Егоров, В. П. Звеков, С. Н. Лебедев, А. Л. Маковский, Г. К. Матвеев, Н. В. Орлова, В. С. Позд­няков, М. Г. Розенберг, А. А. Рубанов, О. Н. Садиков к др.

Отнесение международного частного права к внутрен­нему праву было поддержано в работах Е. Т. Усенко и в некоторых других трудах по международному публично­му праву. В современном мире, отмечает А. П. Мовчан, существуют только два вида систем права — междуна­родное право и национальные системы права, а «между­народное частное право является частью национальных систем права различных государств».

В литературе получила развитие и третья точка зре­ния, которая первоначально в 20-е годы была высказана А. Н. Макаровым, а затем разработана Р. А. Мюллер-соном. Согласно ей, нормы международного частного права, регулируя международные отношения невластно­го характера, состоят из двух частей, а именно из опреде­ленных частей национально-правовых систем и опреде­ленной части международного публичного права. «Од­нако,— пишет Р. А. Мюллерсон,— эти части, образую­щие в результате такого взаимодействия полисистем­ный комплекс, не исключаются из соответствующих на­ционально-правовых систем или из международного пуб­личного права».

Таким образом, особенность международного част­ного права как права согласно этой точке зрения за­ключается в том, что оно регулирует особую группу общественных отношений, обладающих двойственным характером и не имеющих своей «собственной» систе­мы права. Эта точка зрения была воспринята в учебнике международного права 1982 года, а также поддержана в определенной степени и в других работах.

24


Еще И. С. Перетерский обращал внимание на то, что отношения, которые входят в область международного частного права, хотя и являются отношениями граж-данско-правовыми, имеют свою специфику. Не будь ее, самостоятельное существование международного частно­го права не имело бы вообще никакого основания. «Пра­воотношения, входящие в область международного част­ного права,— писал он,— хотя и являются граждан­скими, представляют собой известное своеобразие, совмещение гражданско-правовых и международно-правовых начал, действующих совместно и нераз­рывно».

Интернационализация хозяйственной жизни, разви­тие интеграционных процессов, влияние технического прогресса на правовое регулирование — все это пред­определяет тенденцию повышения роли международного договора как источника международного частного права. Наряду с нормами, содержащимися в международных договорах, государства применяют нормы международ­ного частного права, основой которых являются общие начала международного права, общепризнанные прин­ципы и нормы современного международного права, а также международные обычаи.

Хотя определенная, а по ряду вопросов значитель­ная часть норм международного частного права форму­лируется первоначально в международных договорах, природа, характер таких норм этим не определяются. Наша доктрина исходит из того, что международный договор содержит обязательства государств-участников. Если договор обязывает государства вводить нормы, содержащие правила по вопросам международного част­ного права, то государство обязано это сделать. Но для сторон (а ими в правоотношениях в области междуна­родного частного права являются граждане и юридиче­ские лица) указанные нормы становятся обязательными в том случае, когда это предписано в той или иной форме самим государством. Иными словами, согласно развитой У нас доктрине, поддерживаемой автором настоящей работы, нормы международного договора в результате трансформации, понимаемой в широком смысле слова, становятся нормами внутреннего права и тем самым нор­мами международного частного права, применяемыми данным государством. Трансформация осуществляется

25


путем принятия внутреннего закона или иного норма­тивного акта (например, закона о векселях 1937 г., вве­денного в СССР после присоединения СССР к Женев­ской вексельной конвенции 1930 г.).

После трансформации эти нормы сохраняют авто­номное положение во внутренней правовой системе каждого государства — участника международного до­говора. Автономный характер этих норм обусловлен прежде всего тем, что они выражают волю не одного государства, а всех государств — участников договора и что, как правило, цель создания этих норм — peiy-лировать специфические имущественные и иные отноше­ния с международным (иностранным) элементом, а не вообще гражданско-правовые отношения.

Из данного свойства норм, из факта их обособле­ния следует, что, во-первых, нормы нельзя произвольно, без согласия других государств-участников, менять и, во-вторых, толкование их должно осуществляться также единообразно. На это обращается внимание в некото­рых международных соглашениях. Так, в Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи това­ров 1980 года указывается, что «при толковании настоя­щей Конвенции надлежит учитывать ее международный характер и необходимость содействовать достижению единообразия в ее применении» (п. 1 ст. 7).

Толкование норм международных договоров осуще­ствляется по иным критериям, чем толкование внутрен­них законов. Это вытекает из ст. 31—33 Венской кон­венции о праве международных договоров от 23 мая 1969 г. Применяемые в договоре понятия могут не совпадать с понятиями, терминами внутреннего законо­дательства. В этих случаях рекомендуется учитывать практику и цели договора (ст. 31). Наряду с текстом, включающим преамбулу и приложения, в процессе тол­кования возможно обращение к дополнительным сред­ствам толкования, в том числе к подготовительным материалам.

Несмотря на тенденцию повышения роли между­народного договора в данной области, внутреннее зако­нодательство продолжает оставаться существенным источником правового регулирования. Это обстоятель­ство признается в доктрине многих стран. Так, фран­цузский юрист А. Батиффоль отмечает, что при отсут-ствии международных договоров соответствующие нормы формулируются законами различных государств и при­меняются их судами, а законодательство одной ^страны значительно отличается от законодательства другой. По­этому существуют французское, германское, итальянское законодательства и судебная практика по международ­ному частному праву. Правда, как он замечает, ситуация в этой области не столь уж существенно отличается от ситуации в области международного публичного права, где каждое государство также свободно опреде­ляет в большой степени, что оно признает в качестве международного порядка.

Из аналогичного положения исходят, как правило, в подавляющем большинстве случаев курсы и учебники по международному частному праву в различных стра­нах мира. «Не существует единого международного частного права,— утверждает германский профессор Хр. фон Бар в своем курсе 1987 года,— а имеется их столько, сколько существует на земном шаре (на этой Земле) правопорядков». Свое международное частное право есть в ФРГ, Франции, Великобритании, Италии и т. д. Содержание каждого из них, во всяком случае час­тично, существенно отличается от другого.

Таким образом, каждое государство (за исключе­нием случаев использования унифицированных норм международных договоров и общих начал междуна­родного права) применяет в области регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным эле­ментом не одни и те же нормы международного част­ного права, общие для всех государств, а различные нормы.

Приведенные выше соображения дают основание рассматривать международное частное право как особую отрасль права и относить его (вопреки, казалось бы, названию) к сфере внутригосударственного права. Что касается международного частного права как отрасли правоведения, то эта быстро развивающаяся правовая наука исходит как из институтов и понятий междуна­родного права, так и из институтов гражданского права различных государств, что делает неизбежным приме­нение в ней методов сравнительного правоведения. Как правило, и это отмечал в свое время еще С. Б. Кры­лов, «международное частное право разрабатывается

27


прежде всего цивилистами — специалистами в области гражданского права». Таким образом, предметом регули­рования в международном частном праве являются граждане ко-правовые отношения, чем и оправдывается отнесение международного частного права к внутренней правовой системе каждого государства. В то же время приведенные выше обстоятельства позволяют говорить, по нашему мнению, о комплексном характере между­народного частного права как отрасли правоведения. Без связи с изучением проблем общего международного права не может плодотворно осуществляться разработка вопросов международного частного права.

§ 4. ИСХОДНЫЕ НАЧАЛА РОССИЙСКОЙ ДОКТРИНЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

1. Цель норм международного частного права, при­меняемых Российским государством,— правовое обеспе­чение многообразных международных экономических, научно-технических и культурных связей, а также установление правового положения иностранцев в РФ, соответствующего правам человека, определенным международными пактами. Международное частное пра­во играет активную роль в организации сотрудничества России с другими странами в области экономики и тор­говли, транспорта и связи, науки, техники и культуры. В нормах международного частного права отражается мирная внешняя политика нашего государства.

Важное место в международном частном праве за­нимают нормы, направленные на обеспечение прав и интересов граждан — субъектов соответствующих от­ношений в области гражданского, трудового, семейного, процессуального права.

Россия последовательно исходит из положений Заключительного акта и принятых в его развитие дру­гих документов Совещания по безопасности и сотруд­ничеству в Европе. Эти документы направлены на обес­печение каждым государством в пределах его территории прав человека и основных свобод лицам, подлежащим его юрисдикции, на обеспечение эффективной юридичекой помощи гражданам других государств-участников, временно находящимся на их территории, а также на обеспечение возможности заключения браков между гражданами различных государств.

По мере того как наше общество становится все более и более открытым, по мере того как будут облег­чаться и учащаться поездки граждан различных госу­дарств за границу, по мере того как будут расширяться процессы миграции населения, в том числе и миграции рабочей силы, значение соответствующих норм между­народного частного права будет возрастать.

Действия Российского государства и его органов в области международного частного права исходят из закрепленных в Конституции РФ принципов.

Отношения России с другими государствами строят­ся на основе соблюдения, признания и уважения суве­ренитета и суверенного равенства всех стран, отказа от применения силы или угрозы силой; нерушимости гра­ниц, территориальной целостности государств; мирного урегулирования споров; невмешательства во внутренние дела; уважения прав и свобод человека, включая права национальных меньшинств; добросовестного выполнения обязательств и других общепризнанных принципов и норм международного права.

2. Из принципа суверенного равенства государств вытекает принцип недискриминации. В силу этого прин­ципа не должна допускаться дискриминация как в области торгово-экономических отношений между раз­личными странами, так и в отношении правового поло­жения иностранных юридических лиц и граждан по при­чине принадлежности данного государства к той или иной общественно-политической системе или на осно­вании иного отличительного признака. В ст. 4 Хартии экономических прав и обязанностей государств, приня­той Генеральной Ассамблеей ООН в 1974 году, этот принцип был выражен следующим образом: «Каждое го­сударство имеет право участвовать в международной тор­говле и других формах экономического сотрудничест­ва, независимо от каких-либо различий в политиче­ских, экономических и социальных системах. Ни одно государство не должно подвергаться какой-либо Дискриминации, основанной лишь на таких разли­чиях».Нормы нашего внутреннего законодательства, отно­сящиеся к области международного частного права, в том числе и коллизиовгные нормы, в принципе носят общий характер, не делая каких-либо различий при­менительно к разным зарубежным правовым системам. Если, например, в законе установлено, что права и обя­занности сторон по обязательствам, возникающим вслед­ствие причинения вреда, определяются по праву стра­ны, где имело место причинение вреда (ст. 167 Основ гражданского законодательства), то это положение от­носится в равной мере к правам, возникшим под дейст­вием любой соответствующей правовой системы, по­скольку иное не вытекает из международного договора РФ с каким-либо государством.

В современных условиях углубления сотрудниче­ства со всеми странами, осуществления перестройки механизма внешнеэкономической деятельности, ре­шения задачи создания благоприятного инвестиционно­го климата перед нашей наукой международного част­ного права встали новые задачи, связанные с разработкой различных правовых аспектов совместной деятельности как в форме совместных предприятий, учрежденных на территории РФ и за рубежом, так и в форме реализации совместных проектов регионального характера, создания в РФ свободных экономических зон.

Необходима разработка с учетом опыта КНР и дру­гих стран вопросов международного частного права, возникающих при создании таких специальных эконо­мических зон. Новые задачи встали и в связи с развитием космических исследований, проблемами атомной энер­гетики.

На современном этапе международных отношений и развития нашего общества мо'жно сформулировать основ­ные задачи, стоящие в нашей стране в области между­народного частного права:

во-первых, дальнейшее совершенствование правового обеспечения интеграционных процессов, в том числе и проведение работы по унификации и сближению пра­вовых норм стран—членов СНГ, призванных ре­гулировать отношения между предприятиями этих стран;

во-вторых, содействие применению новых, более

30


глубоких форм сотрудничества, и прежде всего раз­личных форм совместной предпринимательской дея­тельности;

в-третьих, защита прав и интересов иностранных инвесторов в РФ и нашей инвестиционной деятельности за рубежом, обеспечение гарантии в этой сфере отно­шений;

в-четвертых, расширение гарантий прав иностранцев в РФ в самых различных областях (трудового, семейного права, судебной защиты);

в-пятых, обеспечение защиты имущественных прав и законных интересов граждан, организаций и фирм Рос­сийской Федерации за рубежом.

В век технического прогресса, в условиях дальней­шей интернационализации хозяйственных и культур­ных отношений, когда действия, совершенные в преде­лах одного государства, могут повлечь за собой послед­ствия в других странах, когда все большее число наших организаций и граждан вступают в различные по своему характеру отношения с организациями и гражданами других стран, знание вопросов международного част­ного права должно помочь нашим консульским учреж­дениям, различным организациям в обеспечении надле­жащей правовой защиты государственного имущества, прав и интересов наших граждан, российских органи­заций и самого государства за рубежом.

При применении этих норм на практике, при регу­лировании отношений с иностранцами и иностранными организациями и фирмами, при определении в каждом конкретном случае прав и обязанностей сторон необхо­дима особая четкость.

Велико практическое значение изучения вопросов международного частного права, знание которых не­обходимо не только работникам органов внешних сно­шений Российского государства, но и юристам, работаю­щим в различных областях хозяйства, и прежде всего на предприятиях и фирмах различных форм собствен­ности, в организациях и учреждениях культуры, работ­никам суда, прокуратуры, нотариата, загсов и других государственных органов.

31


§ 5. СИСТЕМА МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

В настоящем параграфе рассматривается система международного частного права как учебного курса и как отрасли правовой науки. Ранее уже указывалось, что предметом международного частного права является ре­гулирование гражданско-правовых отношений с иност­ранным элементом. Этим предопределяются последо­вательность изложения материала, система деления курса на соответствующие разделы. Она близка к системе построения учебников и курсов гражданского права, хотя и не совпадает с ней.

Учебньш курс международного частного права де­лится на две части: Общую и Особенную. В Общей части рассматриваются вопросы, которые имеют общее значе­ние для международного частного права в целом, вопро­сы, которые могут быть, так сказать, вынесены за скобки при анализе норм и институтов, составляющих содержание отдельных тем Особенной части. Общую часть составляет рассмотрение источников между­народного частного права, ряда общих понятий и прин­ципов, прежде всего методов регулирования, учения о коллизионных нормах, национального режима и ре­жима наибольшего благоприятствования, принципа взаимности и других принципов международного част­ного права. К Общей части следует отнести и рассмотре­ние правового положения субъектов гражданско-пра­вовых отношений с иностранным элементом, государ­ства как особого субъекта таких отношений, иностран­ных юридических лиц и иностранных граждан.

Особенная часть обычно состоит из следующих разделов: 1) право собственности; 2) обязательственное право, и прежде всего договор купли-продажи товаров и договор перевозки; 3) кредитные и расчетные отно­шения; 4) обязательства из правонарушений; 5) автор­ское и патентное право; 6) семейное право; 7) наслед­ственное право; 8) трудовые отношения; 9) междуна­родный гражданский процесс.

Развитие международно-правового регулирования имущественных отношений в области торгового море­плавания дало основание говорить о создании особой подотрасли международного частного права. В настоя-

32


щей работе гражданско-правовые институты торгового мореплавания, соответствующие вопросы, возникающие при железнодорожных, воздушных и автомобильных перевозках, обладающие большой спецификой, рас­сматриваются в краткой форме.

§ 6. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ ПО МЕЖДУНАРОДНОМУ ЧАСТНОМУ ПРАВУ

1. В дореволюционной русской литературе в области международного частного права в XIX веке и в начале XX века наибольшей известностью пользовались труды Н. П. Иванова, К. Малышева, Ф. Ф. Мартенса, А. Пилен-ко, П. Е. Казанского, А. Нольде и М. И. Бруна. Разработ­ка этих проблем, в отличие от международного публич­ного и гражданского права, началась в России сравни­тельно поздно. В 1859 году известный русский циви­лист Д. И. Мейер в своих чтениях по русскому граждан­скому праву изложил основные положения учения Савиньи о коллизиях законов.

Первой оригинальной работой в России, специально посвященной международному частному праву, была ра­бота Н. П. Иванова «Основания частной международ­ной юрисдикции», изданная в 1865 году в Казани. Бес­спорно, писал Н. П. Иванов, что «законодательная власть государства может и даже обязана признавать в извест­ных случаях, внутри своих территориальных пределов, силу иностранных законов — этого требует интерес взаимного общения наций». Однако, по его мнению, в отличие от точки зрения Савиньи, вопрос о приме­нении права в случае коллизий между законами должен решаться законодательной властью государства, а не судебной. Что же касается суда, то «в случае коллизии между законами отдельных государств судья обязан поступать на основании своего отечественного закона», а именно на основании тех постановлений отечествен­ного законодательства, которые прямо предписЁпают применение иностранных законов. Автор не исключал применения иностранного права и путем толкования. Следует отметить, что Н. П. Иванов впервые ввел в научный оборот в России и сам термин «международное частное право».


2 Зап. № 23»

33


Другому русскому цивилисту — К. И. Малышеву J(1841—1907) принадлежит заслуга в разработке уче-| ния о так называемых «межобластных коллизиях», ко-| торое было весьма актуальным в дореволюционной | России, потому что на ее территории действовали зако-| нодательные акты различных правовых систем (Свод! законов России, Гражданский кодекс Наполеона и|

ДР.). , ... | Систематическую разработку вопросов международ-1

ного частного права осуществил Ф. Ф. Мартене в томе II | своего курса «Современное международное право ци-j вилизованных народов» (СПб., 1896, с. 285—377). В этом| фундаментальном труде, переведенном на ряд языков,! Ф. Ф. Мартене, выдающийся русский юрист и дипломат, jисходил из идеи связанности суверенного государства! некоторыми основными началами международного част- J ного права, выработанными в процессе международного | общения. Под международным частным правом Мартене | понимал совокупность юридических норм, определяющих j применение к данному правовому отношению заинтере- | сованного лица в области международного оборота «пра-1 ва или закона отечественного или иностранного госу-| дарства». j

Курс Мартенса был наиболее известным в дерево-j люционной России. Мартене последовательно исходил из | идеи международного общения. «Международное обще-| ние есть единственное верное и положительное осно-| вание, на .котором может развиваться международное! частное право, и исходя из него только и могут быть| решены запутанные и сложные вопросы, вопросы о| применении законов различных государств». Проф.| Ф. Ф. Мартене прежде всего исходил из междуна-| родно-правовой концепции международного частного | права. |

Следует отметить большую практическую деятель-j ность Ф. Ф. Мартенса в области кодификации междуна-Ц родного частного права. Он был «первым делегатом»! России на Гаагских конференциях по международному! частному праву и избирался ее вице-президентом. Под| председательством Ф. Ф. Мартенса при Министерстве-1 иностранных дел России в 1898 году было создано| Совещание из представителей разных ведомств, в задачу| которого входили рассмотрение программы работы Гааг-|

34


ских конференций и подготовка соответствующих по­ложений.

Широким подходом к международному частному пра­ву отличались работы П. Е. Казанского, который отно­сил к международному частному праву («международ­ному гражданскому праву») не только коллизионные нормы, как это делал Ф. Мартене, но и нормы материаль­ного права. П. Е. Казанский говорил о двух задачах «международного гражданского права»: во-первых, со­здать всемирный гражданский оборот и обеспечить каж­дому лицу определенную совокупность прав и, во-вторых, определить, «законы каких государств должны приме­няться к тем или другим отношениям между людьми».

Международному гражданскому праву он посвятил Особенную часть своего учебника международного права (Одесса, 1904 г.), где определил «общие начала: поня­тие и юридическая природа всемирного гражданского права» (§ 96), говорил о договорах и кодификации этого права (§ 97), столкновении (т. е. коллизии) законов (§ 98), а также дал анализ отдельных норм.

Таким образом, несомненная заслуга П. Е. Казан­ского состоит в том, что он не ограничивает междуна­родное частное право (или, как он его называет, между­народное гражданское право) рамками коллизионного права, хотя и не всегда последовательно проводит в этом отношении свою точку зрения.

Теоретические проблемы Общей части международ­ного частного права (понятие comitas, публичного по­рядка, отсылки и др.) были разработаны А. Пиленко (Пиленко А. Очерки по систематике международного частного права.— 1911. Второе издание этой работы вышло в 1915 г. в Петрограде). Он же написал полный очерк международного частного права для первого изда­ния международного права Листа (Юрьев, 1902, с. 371— 404).

В 1911—1916 годах вышел ряд работ профессора Коммерческого института в Москве М. И. Бруна, в кото-рь!х отстаивалась точка зрения о цивилистическом и на­циональном, а не международном характере коллизион­ного права (Брун М. И. Введение в международное частное право.— Пг., 1915 и другие работы).

А. Нольде известен своим «Очерком международного частного права» (второе издание — СПб., 1909, третье —

35


1912), помещенным в курсе международного права Листа — Грабаря, по которому училось несколько поко­лений русских юристов. Достоинством этого очерка явля­ется попытка автора дать свод «русских коллизионных норм». Автор, говоря о неточности самого термина «меж­дународное частное право», обращает внимание на то, что для того, чтобы этот термин был оправдан, требо­валось бы, «во-первых, чтобы конфликты гражданских законодательств носили всегда международный харак­тер... и, во-вторых, чтобы решения коллизий давались международным правом в собственном смысле слова, то есть международными договорами или обычаями, но никак не внутренним правом отдельных государств. На самом деле это не так». Нольде признает, в частно­сти, что «по большей части решения коллизий даются не международным правом, а внутренним правом отдельных государств» (Лист Ф. Международное право.— С. 465).

2. В советский период первые работы в области международного частного права были опубликованы ле­нинградским профессором А. Н. Макаровым, который сыграл в определенной степени роль связующего звена между дореволюционной и зарождающейся советской наукой в области МЧП. В СССР им были опубликованы две работы: «Основные начала международного частного права» (М., 1924) и «Правовое положение иностранцев в СССР» (М., 1925).

В первой работе он в большей степени опирается на дореволюционную и западную литературу и в меньшей степени на советскую литературу и практику, что пред­ставляется вполне естественным, поскольку последние в то время только зарождались, «Под международным частным правом,— по 'мнению А. Н. Макарова,— надле­жит... понимать совокупность правовых норм, определяю­щих пространственные пределы действия разнолистных гражданских законов» (с. 7).

В отношении спора о том, «признавать ли междуна­родное частное право правом международным или правом внутренним, государственным», А. Н. Макаров -исходит из того, что ни у кого не может быть сомнений относи­тельно принадлежности к международному праву Гааг­ской конвенции о браке 1902 года или норм любого иного, договора по вопросам коллизионного права. В то же вре­мя он считает, что «приходится признать безоговорочно;

36


национальные коллизионные нормы нормами внутрен­него государственного права» (с. 25).

Основной вывод, который делает А. Н. Макаров по этому вопросу, следующий: «Для меня лично,— пишет он,— теорией, отвечающей современному уровню между­народного права, является теория раздельности двух правопорядков — международного и государственного. Логически неизбежным выводом этой основной теоре­тической предпосылки является признание раздельности и коллизионного международного и государственного права» (с. 26).

3. Первая попытка осветить вопросы международного частного права с позиций нового законодательства была предпринята И. С. Перетерским. Речь идет об изданной в 1925 году книге «Очерки международного частного пра­ва РСФСР». Позднее была издана такая значительная работа, как учебник «Международное частное право» (1930 г.) С. Б. Крылова.

В результате совместной работы И. С. Перетерского и С. Б. Крылова в 1940 году был издан учебник междуна­родного частного права (в 1959 г. его переиздали). Этот учебник сохраняет свое значение и до настоящего време­ни, потому что в нем были впервые сформулированы основные теоретические положения, заложены основы современной доктрины международного частного права. Из других пособий по международному частному праву, написанных до Великой Отечественной войны, следует отметить работу А. Г. Гойхбарга (1928 г.) и особенно С. И. Раевича (1934 г.), которая отличалась как новой постановкой вопроса об объеме международного част­ного права, так и оригинальной разработкой проблем.

В последующий период был издан учебник Л. А. Лун-ца «Международное частное право» (1949 г.). Основные проблемы международного частного права были затем детально разработаны Л. А. Лунцем в его фундаменталь­ном трехтомном труде «Курс международного част­ного права». В 1959 году вышел в свет первый том «Меж­дународное частное право. Общая часть»; в 1963-м — второй: «Международное частное право. Особенная часть», а в 1966 году — третий: «Международный граж­данский процесс». Общая часть была переиздана в 1973 году. Особенная часть — в 1975 году, в 1976 году появился «Международный гражданский процесс», под-

37


готовленный Л. А. Лунцем и Н. И. Марышевой. В 1984 го­ду был издан учебник по международному частному пра­ву, написанный Л. А. Лунцем, Н. И. Марышевой и О. Н. Садиковым под общей редакцией последнего. Сле­дует отметить также четыре учебных пособия по этому предмету: Л. Н. Галенской, изданное в 1983 году в Ленин­граде, и под редакцией Г. К. Матвеева, изданное в 1985 году в Киеве; М. Н. Кузнецова, изданное в 1991 году в Москве, и Т. Н. Нешатаевой, изданное в 1991 году в Перми.

Значительный вклад в развитие советской доктрины международного частного права был внесен В. М. Корец-ким. Еще в 20-х годах им был разработан ряд вопросов, связанных с проблемой признания экстерриториального действия советских законов о национализации. В рабо­тах «Униформизм в праве», «Очерки международного хозяйственного права», «Международное радио-право», опубликованных во второй половине 20-х годов, В. М. Ко-рецкий первый среди наших юристов выдвинул идею международного хозяйственного права как комплекс­ной межотраслевой дисциплины, включающей в себя регулирование международных публично-правовых и гражданско-правовых аспектов, обратил внимание на значение унификации дюрм международного частного права. Итогом многолетней работы ученого явилось крупное монографическое исследование «Очерки англо­американской доктрины и практики международного частного права» (1948 г.). В 1989 году были изданы избранные труды В. М. Корецкого в двух книгах (Киев, 1989).

Для нашей науки характерно большое число работ по различным проблемам теории и практики между­народного частного права, причем в послевоенное время основное внимание уделялось специальным вопросам — вопросам Особенной части международного частного права.

Обратим внимание лишь на некоторые основные мо­нографические исследования. По вопросам общего ха­рактера к ним следует отнести книги Н. В. Миронова «Советское законодательство и международное право» (1968 г.), А. А. Тилле «Время, пространство, закон» (1965 г.), А. А. Рубанова «Теоретические основы между­народного взаимодействия национальных правовых

38


систем» (1984 г.); «Международное частное право: Сов­ременные проблемы». Под ред. М. М. Богуславского (1993 г.).

По проблемам права собственности были изданы книги Г. Е. Вилкова «Национализация и международное право» (1962 г.), М. М. Богуславского «Иммунитет государства» (1962 г.).

Из многочисленных работ, посвященных проблемам внешней торговли, отметим две книги В. С. Позднякова:

«Государственная монополия внешней торговли в СССР» (1962 г.), «Советское государство и внешняя торговля (правовые вопросы)» (1976 г.).

В советской доктрине большое внимание уделялось правовым проблемам, связанным с сотрудничеством социалистических стран, с экономической интеграцией этих стран. Среди работ на данные темы следует прежде всего назвать исследование Е. Т. Усенко «Формы регулирования социалистического международного раз­деления труда» (1965 г.) и коллективное исследование «Правовые формы организации совместных производств стран — членов СЭВ» (под общей редакцией Е. Т. Усен­ко, 1985 г.). Этой же проблематике была посвящена книга М. М. Богуславского «Правовое регулирование между­народных хозяйственных отношений» (1970 г.).

Детальный анализ Общих условий поставок СЭВ осуществлен М. Г. Розенбергом в его книге «Между­народное регулирование поставок в рамках СЭВ» (1989 г.). Вопросы ответственности хозяйственных орга­низаций стран — членов СЭВ по внешнеторговым сдел­кам исследуются в работе М. П. Бардиной (1981 г.).

Общее представление о правовом регулировании в области внешней торговли дают книги: «Экспортно-им­портные операции (правовое регулирование)» под ре­дакцией В. С. Позднякова, изданная в 1970 году; «Пра­вовое регулирование отношений по внешней торговле СССР», ч. I, 1985 г. (авторы В. С. Поздняков, О. Н. Сади­ков), ч. II, 1986 г. (коллектив авторов под редакцией В. С. Позднякова); «Право и внешняя торговля», 1987 г. (под редакцией В. С. Позднякова).

Из работ, посвященных правовым вопросам внешних экономических связей, отметим книги коллективов ав­торов: «Правовые формы научно-технического и про-мышленно-экономического сотрудничества СССР с капи-

39


талистическими странами» (под общей редакцией М. М. Богуславского, 1980 г.); «Международная научно-техническая и производственная кооперация» (под общей редакцией М. М. Богуславского, 1982 г.); «Пра­вовые проблемы совершенствования хозяйственного ме­ханизма в СССР: внешнеэкономические аспекты» (отв. редактор М. М. Нестеров, 1990 г.).

Большой интерес представляют следующие работы в этой области: И. С. Чыкин. «Договор во внешнеэконо­мической деятельности» (1990 г.), А. С. Комаров. «Ответ­ственность в коммерческом обороте» (1991 г.).

Правовое регулирование инвестиционных отношений рассматривается в монографии А. Г. Богатырева «Ин­вестиционное право» (1992 г.).

Правовое положение совместных предприятий осве­щается в работе Н. Н. Вознесенской «Смешанные пред­приятия как форма международного экономического сотрудничества» (1986 г.), второе издание вышло в 1989 году. Этой же проблематике посвящен сборник «Правовое положение совместных предприятий на тер­ритории СССР» (1988 г.).

Международные торговые контракты анализируются в книге В. А. Мусина, вышедшей в Ленинграде в 1986 году.

Денежным обязательствам и кредитным отношениям посвящены книга Л. А. Лунца «Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистиче­ских стран» (1948 г.), коллективная монография о валютных отношениях во внешней торговле (под редак­цией А. Б. Альтшулера, 1948 г.).

О правовых вопросах технической помощи разви­вающимся странам и лицензионных договорах писал М. М. Богуславский в книге «Правовые вопросы техниче­ской помощи СССР иностранным государствам и лицен­зионные договоры» (1963 г.). Лицензионным договорам посвящена монография М. Л. Городисского «Лицензия во внешней торговле СССР» (1972 г.). М. М. Богуслав­ский, О. В. Воробьева и А. Г. Светланой написали моно­графию «Международная передача технологии: правовое регулирование» (1985 г.).

Анализ основных правовых вопросов договора между­народной перевозки дан в работе О. Н. Садикова «Пра­вовое регулирование международных перевозок» (1981г.).


По морскому международному частному праву был издан ряд работ, среда которых книги А. Л. Маковского «Международное частное морское право» (1974 г.);

С. А. Гуреева «Коллизионные проблемы морского права» (1972 г.) и «Международное торговое судоходство» (1979 г.); Г. Г. Иванова и А. Л. Маковского «Между­народное частное морское право» (1984 г.).

Несколько монографий посвящено проблемам автор­ского права, интерес к разработке которых повысился в связи с присоединением СССР к Всемирной конвенции об авторском праве 1952 года: М. М. Богуславского «Вопросы авторского права в международных отноше­ниях» (1973 г.), Ю. Г. Матвеева «Международные кон­венции авторского права» (1976 и 1978 гг.) и «Между­народная охрана авторских прав» (1987 г.).

Вопросам патентного права были посвящены моно­графия М. М. Бо1уславского «Патентные вопросы в меж­дународных отношениях» (1962 г.), книга Ю. И. Свя-досца «Правовая охрана научно-технических достижений и советский экспорт» (1986 г.).

Ряд работ в области международной охраны интел­лектуальной собственности был опубликован М. Н. Куз­нецовым (в частности, «Охрана результатов творческой деятельности в международном частном праве», 1988 г.).

Правовое положение иностранцев в СССР рассмат­ривается в работах Л. А. Галенской (1982 г.), В. И. Ки-силя и В. П. Пастухова (1987 г.), а также в книгах:

«Статус иностранцев в СССР» под общей редакцией М. М. Богуславского (1984 г.); М. М. Ботуславского, Л. В. Лазарева, Н. И. Марышевой «Иностранцы в СССР:

правовое положение», М., 1984 г. (на французском, ис­панском и арабском языках) и в значительной степени основанной на этой работе книге Л. В. Лазарева, Н. И. Марышевой, И. В. Пантелеевой «Иностранные граждане (правовое положение)» (1992 г.). В области трудового права была издана работа А. С. Довгерта «Правовое регулирование международных трудовых от­ношений» (Киев, 1992 г.).

В области семейного права две монографии были опубликованы Н. В. Орловой: «Вопросы брака и развода в международном частном праве» (I960 г.), «Брак и семья в международном частном праве» (1966 г.). Из других исследований отметим книгу И. К. Городецкой

41


«Международная защита прав и интересов детей» (1973 г.).

В советской доктрине А. А. Рубановым была осу­ществлена фундаментальная разработка проблем наслед­ственного права. Укажем его работы: «Наследование в международном частном праве (отношения СССР с ка­питалистическими странами)» (1966 г.), «Наследование в международном частном праве (отношения между социалистическими странами)» (1972 г.), «Заграничные наследства (отношения между социалистическими и ка­питалистическими странами)» (1975 г.).

Вопросы международного гражданского процесса разрабатывались в книгах Д. Д. Аверина «Положение иностранцев в советском гражданском процессе» (1966 г.) и Н. И. Марышевой «Рассмотрение судами гражданских дел с участием иностранцев» (1970 г.), а также в специально посвященных проблемам арбитра­жа работах С. Н. Лебедева, С. Н. Братуся, Д. Ф. Рам-зайцева и других авторов. Назовем несколько книг:

С. Н. Лебедев. «Международный торговый арбитраж» (1965 г.); С. Н. Лебедев. «Международное сотрудниче­ство в области коммерческого арбитража» (1979 г.);

С. Н. Лебедев. «Международный коммерческий арбит­ража компетенция арбитров и соглашение сторон» (1988 г.); Д. Ф. Рамзайцев. «Внешнеторговый арбитраж в СССР» (1952 и 1957 гг.); И. О. Хлестова. «Арбитраж во внешнеэкономических отношениях стран — членов С^В» (1980 г.); А. И. Минаков. «Арбитражные соглаше­ния и практика рассмотрения внешнеэкономических споров» (1985 г.).

4. Необходимое представление о состоянии науки международного частного' права в других государствах могут дать следующие курсы и учебники.

Австрия. Duchek A., Schwind F. Internationales Pri-vatrecht.— Wien, 1979; Schwimann M. Grundriss des inter-nationalen Privatrechts.— Wien, 1982; Schwind F. Hand-buch des Osterreichischen Internationalen Privatrechts.— Wien, 1975; Schwind F. Internationales Privatrecht. Lehr und Handbuch fur Theorie und Praxis. — Wien, 1990.

Алжир. Issad M. Droit international prive.— 2 ed.— T. 1, 2.— Alger, 1983; Иссад M. Международное частное право / Пер. с фр.— M., 1989.

42


Аргентина. Boggiano A. Derecho international priva­do.--T. 1—3.—Buenos-Aires.—1991; Goldschmidt W. Derecho international privado.— 4 ed.— Buenos-Aires, 1982.

Бельгия. Rigaux F. Droit international prive.— T. I.— BruxeUes, 1977; T. II.—BruxeUes, 1979; Van der Elst, Weser. Droit international prive beige.— T. I.— BruxeUes, 1983; T. II.— BruxeUes, 1985.

Бразилия. Valladao N. Direito international privado.— Rio de Janeiro, 1980.

Болгария. Обстоятельный учебник международного частного права В. Кутикова выдержал несколько изданий (Кутиков В. Международно частно право на Нр. Бълга-рия.—София, 1976).

Великобритания. Dicey and Morris. On the Conflict of Laws.— 10 ed.— T. 1, 2.— L., 1980 (приложения изда­ны в 1982, 1983, 1984 гг.); Вольф M. Международное частное право / Пер. с англ.— M., 1948;Чешир Дж., Норт П. Международное частное право / Пер. с англ.— M., 1981; North P. M. Cheshire and North's Private Interna­tional Law. 1992; Morris. The Conflict of Laws.— 3 ed.— L., 1984; Scott A. W. Private International Law. Conflict of Laws.— 2 ed.— Plymout, 1979.

Венгрия. Учебник Л. Рецеи издан на немецком языке (Reczei L. Internationales Privatrecht.— I960), моногра­фии на английском языке академика Иштвана Саси о международном частном праве социалистических и раз­вивающихся стран (Szaszy I. Conflict of Laws in the Socialist and Developing Countries.— 1974), о междуна­родном гражданском процессе (Szaszy I. International Civil Procedure.— 1976), о международном трудовом праве (Szaszy I. International Labor Law.— 1968).

Ряд интересных теоретических работ был опублико­ван Ф. Мадл: о сравнительном международном частном праве — праве международных хозяйственных связей (1978 г.) и о коллизионном праве и внешней торгов­ле, написанная совместно с Л. Векаш (Будапешт, 1987 г.).

Индия. Saharay. An Introduction to the Conflict of Laws.—Calcutta, 1969.

Италия. Monacco R. L'efficacia deUa Legge nello Spazio (Diritto internationale private).—2 ed.—Torini, 1964; Ballarino T. Diritto internationale private.—

43


Padua, 1982; Vitta. Corso di diritto intemationale pri-vato e processuale.— 2 ed.— Torino, 1983.

Испания. Carillo Salcedo. Derecho Internacional Privado.— Madrid, 1983; Perez Vera. Derecho Interna­cional Privado.— Madrid, 1980.

Канада. Castel J. G. Canadian Conflict of Laws.— T. 1, 2.— Toronto, 1986.

Китай. В 1981 году в Пекине вышли «Основы между­народного частного права» (авторы Ияо Хуанг и Рен Лишенг). В 1983 году изданы два учебника междуна­родного частного права: более полный (430 с., автор Хан Депеи) и более краткий (79 с., авторы Рен Лишенг и Лью Динг). В 1986 году был выпущен Словарь по меж­дународному частному праву.

Мексика. Arellano Garein. Derecho Internacional Privado.— 1986; Arce. Derecho Internacional Privado.— 6 ed.— 1971.

Польша. Учебники по международному частному пра­ву (Walaszek W; Sosniak M. Zarys prawa miedzynarodo-wego prywatnego.— 1968, 1973; Sosniak M. Precis de droit international prive.— Wroclaw, 1976; Pardon M. Prawo prywatne miedzynarodowe.— Warszawa, 1987). Есть ряд учебников и других авторов. Из большого числа монографических исследований следует обратить внима­ние на книги E. Якубовского о предприятиях в между­народной торговле (1970 г.), единообразном праве в международном хозяйственном обороте (1972 г.) и дру­гие работы по правовым вопросам экономических свя­зей, арбитража, M. Сосьняка и В. Валашека — по раз­личным вопросам семейного и наследственного права, E. Райского — в области международного гражданского процесса и по другим вопросам.

Румыния. Учебник Т. Попеску, а также ряд работ по различным проблемам международного частного права И. Эминеску, И. Нестора, О. Капатина, Н. Филинеску, M. Шакита и других авторов.

США. Beale J. A Treatise on the Conflict of Laws.— V. I—III.— N. Y., 1935; Ehrenzweig A., Jayme E. Private International Law.— 3 v.— Leyden — N. Y.: V. I.— 1972; V. II.— 1973; V. IIL— 1977; Rabel E. The Conflict of Laws, A Comparative Stady.— Vol. 1.— Chicago, 1945;

Restatement of Law Second, Conflict of Laws.— 2 ed.— Vol. 1—3.— N. Y., 1971; Reese W., Rosenberg M.

44


Cases and Materials on Conflict of Laws.— 7 ed.— N. Y., 1978; Scales E., Hay P. Conflict of Laws,— 2 ed., St.-Paul, Minn., 1992.

ФРГ. Раапе Л. Международное частное право / Пер. с нем.— M., I960; Ferid M. Internationales Privatrecht.— Miinchen.— 3 aufl.— 1986; Kegel G. Internationales Pri­vatrecht.— Miinchen.— 6 aufl.— 1987; Neuhaus P. Die Grundbegriffe des Internationales Privatrechts.— Tiibingen, 1976; Von Bar Ch. Internationales Privatrecht.— Bd. 1.— Allgemeine Lehren.— Miinchen, 1987; Bd. Besonderez Teil.—Miinchen, 1991; Luderitz A. Internationales Pri­vatrecht.— В., 1992.

Франция. Batiffol Н. Aspects philosophiques du droit international prive.— P., 1961; Niboyet I. Traite de droit international prive francais.—T. 1.—2 ed.—P., 1947;

T. 2.— 2 ed.— Р., 1951; Т. 3.— Р., 1944; Т. 4.— Р., 1947;

Т. 5.— Р., 1948; Т. 6.— Р., 1949—1950; Simon-Depitre M. Droit international prive.— P., 1964; Francescakis Ph. Yurisprudence de droit international prive.— P., 1961;

Loussouarn Y. et Bowel P. Droit international prive.— 2 ed.— P., 1980; Batiffol Н., Lagarde P. Droit inter­national prive.— 7 ed.— T. 1.— P., 1981; T. 2.— P., 1983;

Major os F. Le droit international prive.— 2 ed.— P., 1981; Mayer P. Droit international prive.— 3 ed.— P., 1987. Grands arrets de la jurisprudence francaise de droit international prive, par Ancel В., Lequette Y.— 2 ed.— P., 1992.

Чехо-Словакия. Учебник по международному частно­му праву Зд. Кучеры (Кисета Z. Mezinarodni pravo soukrome.— Praha, 1980). Из монографических иссле­дований большое теоретическое значение имеют работы П. Каленского об обязательственном статуте междуна­родной купли-продажи, различных тенденциях в доктри­не международного частного права (Kalensky P. Trends of Private International Law.— Prague, 1971).

Швейцария. Schnitzer A. Handbuch des Internationa­les Privatrecht.— 4 aufl.— Basel, 1957; Vischer F., Planta A. Internationales Privatrecht.— 2 aufl.— Basel, 1982; Keller M., Siehr K. Allgemeine Lehren des inter-nationalen Privatrechts.— Zurich, 1986.

Швеция. Eeck Н. The Swedish Conflict of Laws,— 1965.

Югославия. Учебники и учебные пособия по между-

45


народному частному праву Ц. Матича и К. Сайко (Загреб, 1982), Т. Варади (Нови-Сад, 1983), фундаментальный курс М. Пака (Белград, 1988).

Япония. Учебники международного частного права:

Ямада Рьони (Токио, 1982), Мицура Масато (Токио, 1984).

Статьи по международному частному праву, а также обзоры судебной практики, библиографические и иные сведения в этой области регулярно публикуются в таких изданиях, как курсы лекций Академии международного права в Гааге («Recueil des cours de 1'Academie de Droit International»); журналах «Clunet» («Journal du droit International»), «Revue Critique de droit international prive» (Франция), «Rabels Zeitschrift fur auslandisches und internationales Privatrecht, Praxis des intemationalen Privat und Verfahrens Rechts» (IPRAX); «Recht der Intemationalen Wirtschaft» (RIW) (ФРГ), «International and Comparative Law Quarterly» (Великобритания), «American Journal of International Law» (США).

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какое место занимает международное частное право в системе права?

2. Какие имущественные отношения регулируются нормами международного частного права?

3. Кто может выступать в качестве субъектов в об­ласти международного частного права?

4. В чем проявляется связь международного частно­го права и международного публичного права?


ГЛАВА 2

ИСТОЧНИКИ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ 1. Виды источников международного частного права. § 2. Между­народные договоры. § 3. Внутреннее законодательство. § 4. Судебная и арбитражная практика. § 5. Обычаи

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С; Крылов С. Б. Международное частное право.— С. 30—39; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Обитчя часть.— М., 1973.— С. 61—124; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Са­диков •0. Н. Международное частное право.— С. 17—50; Междуна­родное частное право в избранных документах.— М., 1961; Между­народные договоры СССР о правовой помощи.— М., 1988; Механизм внешнеэкономической деятельности. Документы и материалы.— М., 1988; Сборник международных договоров СССР.— 1982 — 1991— Вып.. XXXVI— XLVIL— М., 1982—1993; Арбитражная практика (Торгово-промышленная палата СССР. Решения Внешнеторговой арбитражной комиссии).—Ч. I—IV.—M., 1972; Ч. V.—М., 197;:;

Ч. VI.— М., 1976; Ч. VII.— М., 1979; Ч. VIII.— М., 1983; Ч. IX.— М., 1984; Ч. X.— М. 1985.— Ч. XI.— М., 1989.

§ 1. ВИДЫ ИСТОЧНИКОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

1. В юридической науке, когда говорят об источниках права, имеют в виду формы, в которых выражена та или иная правовая норма. Источники международного част­ного права имеют определенную специфику. В области международного частного права очень большое значение придается тем правовым нормам и правилам, которые предусмотрены в различных международных договорах и соглашениях.

47


Основных видов источников в международном част­ном праве четыре: 1) международные договоры; 2) внут­реннее законодательство; 3) судебная и арбитражная практика; 4) обычаи.

2. Удельный вес видов источников международного частного права в разных государствах неодинаков. Кроме того, в одной и той же стране в зависимости от того, о каких правоотношениях идет речь, применяются нор­мы, содержащиеся в различных источниках.

В доктрине неоднократно указывалось, что основная особенность источников международного частного права состоит в их двойственном характере. С одной стороны, источниками являются международные договоры и меж­дународные обычаи, а с другой — нормы законодатель­ства и судебная практика отдельных государств и при­меняемые в них обычаи в области торговли и морепла­вания. В первом случае, как отмечал И. С. Перетерский, имеется в виду международное регулирование (в том смысле, что одни и те же нормы действуют в двух или нескольких государствах), а во втором — регулирование внутригосударственное. Двойственность источников не означает возможности разделения международного част­ного права на две части; предметом регулирования в обоих случаях являются одни и те же отношения, а имен­но гражданско-правовые отношения международного ха­рактера. Как понимать эту двойственность источников с учетом теории трансформации норм международного договора?

Согласно господствующей в нашей доктрине точке зрения, международно-правовая норма применяется к соответствующим отношениям только в результате ее трансформации, то есть преобразования в норму внутри­государственного права. Такая трансформация осуще­ствляется путем ратификации, издания актов о приме­нении международного договора или издания иного внутригосударственного акта. Однако и после их транс­формации эти нормы сохраняют автономный ха­рактер по отношению ко всей системе права данной страны в целом. Поэтому о двойственности источников следует говорить в особом, условном смысле.

Международное регулирование в рассматриваемой области имеет весьма существенное значение, причем удельный вес его все время возрастает. Большое число

48


заключаемых международных конвенций, широкий охват регулируемых ими вопросов привели, например, к тому, что в ряде областей основным источником международ­ного частного права становится международный договор. Эта тенденция характерна для экономического и научно-технического сотрудничества, регулирования железно­дорожных, воздушных, автомобильных перевозок, автор­ского и патентного права.

Как решается в РФ вопрос о соотношении между­народного договора и внутреннего закона?

Согласно Конституции России 1993 года, общеприз­нанные принципы и нормы международного права и меж­дународные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если между­народным договором Российской Федерации установле­ны иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Такое же правило содержится и в Основах законода­тельства о браке и семье, и в Основах гражданского судопроизводства, ряде других законодательных актов, имеющих отношение к области международного частного права. Это положение подчёркивает значение междуна­родного договора для регулирования соответствующих отношений. В соответствии с распространенной точкой зрения данное положение понимается как норма, кото­рая разрешает коллизию между двумя внутригосударст­венными нормами. Одна из них — какое-либо правило общего характера, содержащееся во внутреннем зако­нодательстве, а вторая — специальное изъятие из нее, вытекающее из заключенного государством междуна­родного договора. Именно этой второй норме отдается предпочтение.

И еще одно предварительное замечание. Доктрина не рассматривается у нас в качестве источника между­народного частного права, что не должно умалять ее зна­чения для разработки и уяснения норм международного частного права.

§ 2. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ДОГОВОРЫ

В отношениях России с другими странами значение международного договора как источника международно-

49


го частного права возрастает. Нормы, сформулирован­ные первоначально в международном договоре, приме­няются в этих отношениях чаще, чем нормы внутрен­него законодательства. Для России как правопреемника Союза ССР сохранили свое действие международные договоры, заключенные ранее СССР. Это относится как к многосторонним, так и к двусторонним договорам. Так, заключенные СССР договоры об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным де­лам — это двусторонние. СССР заключил договоры о правовой помощи с Албанией (1958 г.), Болгарией (1957 и 1975 гг.), Венгрией (1958 г. и протокол 1971 г.), ГДР (1957 и 1979 гг.), Кубой (1984 г.), КНДР (1957 г.), МНР (1958 г.), Польшей (1957 г. и протокол 1980 г.), Румынией (1958 г.), Чехословакией (1957 и 1982 гг.), Вьетнамом (1981 г.) и Югославией (1962 г.).

Договоры систематически обновлялись. Обновление осуществлялось по двум направлениям. В одних случаях старые договоры СССР с этими странами (с Болгарией, ГДР, Чехословакией) заменялись новыми, в других— старые договоры (с Венгрией и Польшей) были сущест­венным образом дополнены специальными протоко­лами.

Россия заключила договоры о правовой помощи с КНР (1992 г.), а также с Азербайджаном. Государства — члены Содружества независимых государств (СНГ) за­ключили 22 января 1993 г. Конвенцию о правовой по­мощи и правовых отношениях по гражданским, семей­ным и уголовным делам.

Цель всех этих договоров состоит в том, чтобы обес­печить взаимное признание и соблюдение имуществен­ных и личных прав граждан одного государства на тер­ритории другого. Договоры строго исходят из принципов равенства и уважения суверенитета каждой страны. В них регулируются отношения по вопросам сотрудни­чества между органами юстиции, правовой защиты, опре­деления и разграничения компетенции судов и примене­ния права, процессуальных прав иностранцев, исполне­ния поручений о правовой помощи, признания и испол­нения решений по гражданским и семейным делам, признания и пересылки документов, выдачи преступни­ков и другим видам помощи по уголовным делам. Таким образом, действует система договоров о правовой помо-

50


щи, в которых решается целый комплекс вопросов, ка­сающихся сотрудничества органов юстиции и охраны драв граждан.

Договоры о правовой помощи были подписаны с Ираком (1973 г.), Алжиром (1982 г.), Тунисом (1984 г.), Сирией (1982 г.). Народной Демократической Респуб­ликой Йемен (1985 г.), Финляндией (1978 г.), Италией (1979 г.), Грецией (1981 г.), Кипром (1984 г.). Так, договор между СССР и Финляндией о правовой защите и правовой помощи по гражданским, семейным и уголов­ным делам подписан 11 aaiycra 1978 г.

Конвенция между СССР и Италией о правовой помо­щи по гражданским делам была заключена 25 января 1979 г. В ней содержатся правила о правовой защите, об оказании правовой помощи, о взаимном признании вступивших в силу судебных решений по гражданским (в том числе семейным) делам, а также решений, касаю­щихся признания отцовства, установления опеки, попе­чительства и усыновления.

Двусторонние соглашения по вопросам гражданско­го процесса СССР имел и с рядом других государств. Это соглашение 1970 года с Австрией (о свободном доступе в суды, порядке исполнения судебных поручений и др.), а также соглашения об исполнении судебных поручений с США (1935 г.), Францией (1936 г.), Бель­гией (1945—1946 гг.), ФРГ (1956—1957 гг.).

С отдельными социалистическими странами (Болга­рией, Венгрией, ГДР, Монголией, Чехословакией и Румы­нией) Советским Союзом были заключены соглашения о социальном обеспечении, содержащие правила о тру­довых правах граждан, пенсионном обеспечении. Далее следует назвать консульские конвенции. СССР были заключены консульские конвенции с Болгарией (1971 г.), Венгрией (1971 г.), ГДР (1971 г.), Вьетнамом (1978 г.), КНР (1986 г.), КНДР (1957 г.), Кубой (1972 г.), Мон­голией (1972 г.), Польшей (1971 г.), Румынией (1972 г.), Чехословакией (1972 г.), Югославией (I960 г.). Россия заключила консульские конвенции с Польшей (1992 г.).

Консульские конвенции были заключены с Индией (1973 г.), Ираком (1975 г.), Гвинеей-Бисау (1976 г.), Анголой (1976 г.), Сирией (1976 г.), Мозамбиком (1977 г.), Эфиопией (1977 г.), Мексикой (1978 г.) и Другими странами.

51


СССР заключил консульские конвенции с ФРГ (1958 г.), Австрией (1959 г.), США (1964 г.), Велико­британией (1966 г.), Францией (1966 г.), Финляндией (1966 г.), Японией (1966 г.), Италией (1967 г.), Шве­цией (1967 г.), Бельгией (1972 г.), Грецией (1981 г.) и другими западными странами.

Многочисленные соглашения в области транспорта, в частности соглашения о международном автомобиль­ном сообщении, были заключены СССР с Болгарией, Венгрией, ГДР, Польшей, Румынией, Чехословакией.

Советским Союзом были заключены соглашения о взаимной охране авторских прав с Болгарией, Венгрией, ГДР, Кубой, Польшей и Чехословакией.

С Францией (1970 г.) и Австрией (1981 г.) были заключены соглашения о правовой охране промышлен­ной собственности. С Австрией (1981 г.) и Швецией (1986 г.) имеются соглашения о взаимной охране автор­ских прав.

Наиболее важным источником международного част­ного права являются торговые договоры (о торговле, торговле и мореплавании). Эти договоры устанавливают общий режим, применяемый в торговле РФ с соответст­вующим иностранным государством (см. гл. 3). В указан­ных договорах определяется правовое положение юри­дических лиц и граждан, содержатся правила по вопро­сам торгового арбитража. Отметим, в частности. Согла­шение о торговых отношениях между СССР и США от 1 июня 1990 г., которое было ратифицировано Россией и США. Аналогичные соглашения были заключены США с Украиной, Казахстаном, Кыргызстаном, Туркмениста­ном. Россия заключила соглашение об экономическом сотрудничестве с Великобританией (9 ноября 1922 г.), со­глашения о торговле и экономическом сотрудничестве с Финляндией (20 января 1992 г.), с Канадой (19 июня 1992 г.), с Китаем (5 марта 1992 г.) и другими странами. В соглашении с Великобританией предусматриваются, в частности, создание в обеих странах «предпосылок для инвестиций, которые были бы привлекательны для инвес­торов из другой страны», меры по поощрению «создания и поддержки систем защиты интеллектуальной собствен­ности, соответствующих общепринятым в Европе стан­дартам».

С рядом стран были заключены специальные согла-

52


шения о торговом судоходстве (например, с Велико­британией соглашение 1968 г. с протоколом 1974 г.). Со многими странами (США, Великобританией, Фин­ляндией, Швецией, Норвегией, Австрией, ФРГ и др.) подписаны соглашения об избежании двойного налого­обложения. С Великобританией, ФРГ, Финляндией, Францией, Бельгией, Нидерландами, Канадой, Китаем, Испанией, Италией, Австрией, Турцией, Кореей, Швей­царией и другими странами заключены соглашения о взаимной защите капиталовложений.

Отметим тенденцию расширения участия России в многосторонних соглашениях универсального харак­тера.

Прежде чем остановиться на основных многосторон­них соглашениях, отметим, что в современных условиях повысилась роль межправительственных организаций в кодификации правил международного частного права, подготовке проектов различных международных согла­шений.

Генеральная Ассамблея ООН по инициативе Венгрии рассмотрела «меры, которые должны быть приняты для прогрессивного развития в области международного част­ного права, в особенности с целью содействия развитию международной торговли». В результате в 1966 году был создан специальный орган — Комиссия ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). В состав ко­миссии входят 36 государств. В ее работе активное участие принимают представители России.

Как отмечалось в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 1966 г., задача комиссии состоит в том, чтобы содействовать «прогрессивному согласованию и унификации правил международной торговли». На ко­миссию, в частности, возложены подготовка новых меж­дународных конвенций, типовых и единообразных зако­нов в области права международной торговли, содейст­вие кодификации международных торговых обычаев, сбор и распространение информации в этой области.

В качестве первоочередных комиссия определила следующие темы из своей программы работы: междуна­родная купля-продажа товаров, международные плате­жи, коммерческий арбитраж- На основе подготовленных проектов был принят ряд конвенций. К их числу отно­сятся Конвенция ООН о договорах международной куп-

53


ли-продажи товаров. Конвенция об исковой давности в' международной купле-продаже товаров. Конвенция ООН о морской перевозке грузов (см. гл. 9), а также Арбит­ражный регламент ЮНСИТРАЛ и Примирительный рег-ламент ЮНСИТРАЛ. В 1985 году были приняты Типо­вой закон о международном торговом арбитраже. Кон­венция о международном переводном и международном простом векселе (9 февраля 1988 г.).

Разработкой проектов конвенций в области между­народного частного права занимается также Гаагская конференция по международному частному праву. Пер­вая ее сессия была созвана правительством Нидерландов в Гааге в 1893 году по инициативе известного голланд­ского юриста Т. М. Ассера. В ней участвовали 13 евро­пейских государств, включая Россию. Всего состоялось 15 обычных сессий Гаагской конференции (в 1893, 1894, 1900, 1904, 1928, 1951, 1956, 1960, 1964, 1968, 1972, 1976, 1980, 1984, 1988 гг.) и 2 внеочередные, на которых был принят ряд проектов соглашений в области международного частного права. В 1951 году был принят постоянный Статут Гаагской конференции по междуна­родному частному праву (вступил в силу в 1955 г.). Статут действует для 38 государств. Для Латвии вступил в силу с 11 августа 1992 г. Согласно статуту, задачей конференции является прогрессивная унификация пра­вил международного частного права (ст. 1). Сессии кон­ференции собираются, как правило, раз в четыре года (ст. 3). Подготовку их осуществляют Специальная госу­дарственная комиссия, созданная Нидерландами, и По­стоянное бюро конференции. Наиболее значительными из документов, принятых на сессиях конференции начи­ная с 50-х годов, являются конвенции в области граж­данского процесса. К ним относятся: Конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 года (СССР при­соединился в 1966 г.); Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам 1965 года; Конвенция о сборе за грани­цей доказательств по гражданским и торговым делам 1970 года; Конвенция об облегчении доступа к правосу­дию за границей 1980 года и др.

С конвенциями по процессуальным вопросам тесно связана Конвенция, отменяющая требование легализа­ции иностранных официальных документов 1961 года.

54


Участвуют 42 государства. Для России и Беларуси дейст­вует с 31 мая 1992 г.

К области семейного права относятся 10 из 29 Гааг­ских конвенций. Это — Конвенция о заключении брака и признании его недействительным 1978 года; Конвенция о праве, применимом к имуществу супругов, 1978 года;

Конвенция о признании развода и судебного разлучения супругов 1970 года; Конвенция о праве, применимом к алиментным обязательствам в отношении детей, 1956 года; Конвенция о признании и исполнении реше­ний по делам об алиментных обязательствах в отноше­нии детей 1958 года; Конвенция о компетенции и приме­нимом праве в отношении защиты несовершеннолетних 1961 года и ряд других конвенций о правовом положении детей. Из конвенций в других областях следует обратить внимание на Конвенцию о коллизиях законов относи­тельно формы завещательных распоряжений 1961 года, Конвенцию о праве, применимом к ответственности изго­товителя, 1973 года и некоторые другие.

Значительную работу в этой области проводит также такая межправительственная организация, как Междуна­родный институт по унификации частного права (УНИДРУА) в Риме. Им были подготовлены проекты конвенций по целому ряду вопросов (международной купле-продаже товаров, представительству, перевозкам грузов и пассажиров, а также по иным вопросам). Инсти­тут — это межправительственная организация, создан­ная в 1926 году. Ее членами являются 52 страны, в том числе Болгария, Венгрия, Куба, Польша, Румыния, Рос­сия. Издает ежегодник. Международные конвенции, в которых регулируются отношения в области между­народного частного права, разрабатываются также в рам­ках Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) и других организаций.

Рассмотрим отдельные группы многосторонних согла­шений в зависимости от их содержания.

Прежде всего следует остановиться на конвенциях по вопросам международной торговли. К их числу отно­сятся Гаагская конвенция о праве, применимом к между­народной купле-продаже движимых материальных ве-Щей, 1955 года. Гаагская конвенция о праве, примени­мом к переходу права собственности в международной

55


торговле товарами, 1958 года и Конвенция о праве, при­менимом к международной купле-продаже, 1986 года.

В отличие от этих конвенций, содержащих едино­образные нормы коллизионного характера, в 1964 году в Гааге была заключена Конвенция об единообразном законе о международной купле-продаже товаров, при­званная ввести в странах — ее участницах унифициро­ванные материальные нормы в области внешнеторговой купли-продажи.

Эти конвенции, так же как и подписанная в Гааге Кон­венция о заключении договоров международной купли-продажи 1964 года, не получили широкого примене­ния.

В 1980 году на конференции в Вене была подписана Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (см. гл. Ь ). Конвенция призвана заме­нить собой указанные выше Гаагские конвенции 1964 го­да. Конвенция вступила в силу с 1 января 1988 г. В 1974 году в Нью-Йорке была заключена Конвенция об иско­вой давности в международной купле-продаже товаров, а в 1980 году — Дополнительный протокол к ней, кото­рый привел некоторые положения этой конвенции в соот­ветствие с Конвенцией ООН о договорах международной купли-продажи товаров. В 1983 году на конференции в Женеве была заключена Конвенция о представительст­ве при международной купле-продаже товаров, а в 1988 году на конференции в Оттаве — Конвенция о международном финансовом лизинге.

В области международных расчетов основньши со­глашениями являются конвенции ЮНСИТРАЛ о между­народном переводном векселе и международном простом ! векселе от 9 декабря 1988 г. ;

Россия участвует в важных многосторонних конвен­циях по вопросам иностранных инвестиций: Конвенции о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами 1965 года, за­ключенной в Вашингтоне (эту конвенцию подписало более 150 государств, ратифицировали 106); Конвенции ;

об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям ;

инвестиций 1992 года, заключенной в Сеуле (конвенцию подписало 131 государство). [

Многочисленные многосторонние соглашения были;

заключены по различным вопросам торгового морепла--

56


вания. К их числу относятся Конвенция для объедине­ния некоторых правил относительно столкновения судов 1910 года. Конвенция для объединения некоторых пра­вил относительно оказания помощи и спасания на море 1910 года. Заключение этих конвенций положило начало целой серии Брюссельских конвенций по морскому пра­ву, подготовленных Международным морским комитетом (ММК) и принятых на дипломатических конференциях в Брюсселе. Важнейшие из них — Конвенция об унифи­кации некоторых правил о коносаменте 1924 года и про­токол к ней 1968 года; Конвенция об ограничении ответ­ственности собственников морских судов 1957 года;

Конвенция об унификации некоторых правил относи­тельно ответственности, вытекающей из столкновения судов внутреннего плавания, I960 года. На конференции в Гамбурге была подписана Конвенция ООН о морской перевозке грузов 1978 года (Гамбургские правила). В результате деятельности ЮНКТАД в Женеве в 1974 го­ду была подписана Конвенция о Кодексе поведения ли­нейных конференций. Унификация ряда норм, регулиру­ющих воздушную перевозку, осуществлена путем заклю­чения Варшавской конвенции 1929 года, донолненной Гаагским протоколом 1955 года и Гватемальским прото­колом 1971 года. Россия — участница этой конвенции.

В области регулирования вопросов железнодорожного транспорта имеются Бернские международные конвен­ции о железнодорожных перевозках грузов и железно­дорожных перевозках пассажиров и багажа, которые в 1980 году были объединены и приняты в новой редакции как единое соглашение (вступило в силу с 1 мая 1985 г.).

Основным соглашением по вопросам перевозок'грузов в международном автомобильном сообщении является Женевская конвенция о договоре международной пере­возки грузов автомобильным транспортом 1956 года (РФ—ее участница). В 1980 году была принята Кон­венция ООН о международных смешанных перевозках грузов.

По вопросам торгового арбитража имеется ряд со­глашений. Важнейшие из них — Нью-йоркская конвен­ция о признании и приведении в исполнение иностран­ных арбитражных решений 1958 года и Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 года (см. гл. 18). РФ—участница этих соглашений. В 1975 году

57


была заключена Межамериканская конвенция о между­народном коммерческом арбитраже.

В самостоятельную группу входят многочисленные международные соглашения по вопросам интеллекту­альной собственности. К их числу относится Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 года (см. гл. 13). Советский Союз присоединился к конвенции в 1965 году. 23 декабря 1977 г. СССР рати­фицировал Договор о патентной кооперации 1970 года. Эти соглашения действуют для России, Украины и Бе­ларуси.

Соглашением в области авторского права является Бернская конвенция об охране литературных и художе­ственных произведений 1886 года, пересмотренная, в частности, на дипломатических конференциях в-Сток­гольме в 1967 году и Париже в 1971 году.

Друпнм многосторонним соглашением в этой области является Всемирная конвенция об авторском праве 1952 года (заключена в Женеве, дополнена на конфе­ренции в Париже в 1971 г.). Советский Союз присоеди­нился к ней в 1973 году (см. гл. 12).

Кроме того, СССР присоединился к Мадридской конвенции о международной регистрации товарных зна­ков 1891 года (в 1976 г.), ратифицировал (в 1980 г.) Будапештский договор о международном признании де­понирования микроорганизмов для целей патентной про­цедуры 1977 года, участвовал в ряде других соглашений в области охраны интеллектуальной собственности. Участницей всех этих соглашений является Россия.

Хотя Россия и не является участницей ряда кон­венций в области международного частного права, и прежде всего разработанных Гаагскими конференциями по международному частному праву, для последних лет несомненна тенденция повышения роли СССР, а затем и России в разработке важнейших международных согла­шений в этой области. РФ активно участвует в работе ЮНСИТРАЛ, Европейской экономической комиссии, ЮНКТАД, ЮНЕСКО, ВОЙ С и других организаций по подготовке проектов такого рода.

Специально следует остановиться на таком много­стороннем документе, как Общие условия поставок меж­ду внешнеторговыми организациями стран — членов СЭВ (ОУП СЭВ). ОУП СЭВ 1968/1988 годов по своему

58


содержанию представляют унифицированные матери­альные нормы, регулирующие все основные вопросы внешнеторговых сделок. Наряду с материальными нор­мами внешнеторговой купли-продажи в ОУП СЭВ содер­жится и коллизионная норма, отсылающая к материаль­ному праву страны продавца (§ 122 ОУП СЭВ 1968/ 1988 гг.). ОУП СЭВ вступили в силу в соответствии с порядком, предусмотренным Уставом СЭВ. После того как каждая из стран — членов СЭВ одобрила ОУП СЭВ и сделала их внутренними актами, они приобрели обяза­тельную силу в отношениях между этими государствами в качестве многостороннего соглашения. После ликви­дации СЭВ ОУП СЭВ, как и другие разработанные СЭВ документы, как правило, потеряли обязательную силу, но продолжают применяться по усмотрению сторон (см. подробнее об этом в гл. 8).

Сохранили действие Соглашение об устранении двой­ного налогообложения доходов и имущества юридиче­ских лиц от 19 мая 1978 г.. Соглашение об устранении двойного налогообложения доходов и имущества физи­ческих лиц от 27 мая 1977 г.. Конвенция о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вы­текающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества, от 26 мая 1972 г. Послед­няя, так называемая Московская арбитражная конвен­ция 1972 года, представляет с точки зрения междуна­родного частного права наибольший интерес (см. гл. 18).

Из многочисленных конвенций регионального харак­тера в области международного частного права следует отметить прежде всего Кодекс Бустаманте, названный по имени его составителя — известного кубинского юриста. Этот кодекс, состоящий из 437 статей, представ­ляет собой наиболее детально разработанный междуна­родный договор по вопросам международного частного права. Он был принят в 1928 году на VI Панамерикан­ской конференции и ратифицирован 15 странами Цент­ральной и Южной Америки.

Развитие интеграционных процессов привело к за­ключению соглашений, действующих в отношениях меж­ду странами той или иной группировки государств. В частности, ряд таких конвенций был заключен между странами — членами Европейского экономического со­общества (ЕС). К их числу относится прежде всего

59


Римская конвенция 1980 года о применении права к до­говорным обязательствам. Она вступила в силу для Бельгии, Дании, ФРГ Франции, Италии, Люксембурга, Великобритании, Греции, Нидерландов, Ирландии.

В 1968 году страны — члены ЕС заключили Брюс­сельскую конвенцию о подсудности и исполнении судеб­ных решений (новая редакция 1979 г.). Европейские го­сударства, входящие в Европейскую ассоциацию свобод­ной торговли (ЕАСТ), заключили в 1980 году в Лугано соглашение о подсудности и исполнении судебных ре­шений по гражданским и торговым делам. С 1 января 1992 г. оно вступило в силу в отношениях между Фран­цией, Нидерландами и Швейцарией. Тем самым поло­жения Брюссельской конвенции ЕС 1968 года были рас­пространены на Швейцарию, входящую в ЕАСТ.

В 1968 году страны — члены ЕС заключили Брюс­сельскую конвенцию о взаимном признании компаний.

Европейская конвенция о государственном иммуни­тете 1972 года вступила в силу в 1976 году (в 1992 г. действовала для Австрии, Бельгии, Великобритании, Кипра, Нидерландов, Швейцарии, ФРГ).

Начиная с 1975 года каждые три года проводятся конференции по международному частному праву стран Американского континента. На первой конференции (1975 г.) в Панаме были приняты шесть конвенций, на второй (1979 г.) в Монтевидео — семь конвенций по различным вопросам международного частного права.

На конференции в Ла-Пасе в 1984 году были приняты четыре конвенции (межамериканские конвенции о праве и дееспособности юридических лиц в международном частном праве, о коллизионных нормах, касающихся усыновления несовершеннолетних, о юрисдикции и экс­территориальном действии иностранных судебных реше­ний, дополнительный протокол к межамериканской кон­венции о сборе доказательств за рубежом). На конфе­ренции в Монтевидео в 1989 году были приняты три конвенции (об обязанности содержания лиц, о возвра­щении из других стран несовершеннолетних, о между­народных перевозках грузов автотранспортом).

Для развивающихся стран при отсутствии правового регулирования в ряде областей характерен интерес к проведению международной унификации как региональ­ного, так и универсального характера. Так, в 1962 году

60


в Либревиле было подписано соглашение о создании Афро-Малагасийского ведомства промышленной собст­венности (ОАМПИ), предусматривающее единые нормы для охраны изобретений, регистрации товарных знаков и промышленных образцов. Это соглашение было пере­смотрено и дополнено в 1977 году. В 1978 году аналопга-ное соглашение было заключено группой других афри­канских государств, бывших английских колоний.

Афро-Азиатский правовой консультативный комитет принял Типовое соглашение для двусторонних соглаше­ний о правовой помощи и доказательствах.

§ 3. ВНУТРЕННЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

1. Второй вид источников международного частного права — внутреннее законодательство. Переходя к ха­рактеристике этого вида, необходимо обратить внимание на то, что в России и в других странах СНГ, в отличие, например, от Австрии, Венгрии, Польши, Румынии, Чехо-Словакии, Югославии, Швейцарии, не принимался специ­альный закон по вопросам международного частного права, а есть несколько законодательных актов, содер­жащих нормы в области международного частного права. Число таких норм в последние годы возросло.

Важнейшим источником в области международного частного права является Конституция РФ (Основной закон). В Конституции есть специальная глава, посвя­щенная внешней политике государства. Ряд положений Конституции касается международного права и между­народных договоров (о добросовестном выполнении обязательств, общепризнанных принципов и норм между­народного права, о международных нормах, относящих­ся к правам человека).

В Конституции РФ содержатся положения о том, что РФ гарантирует своим гражданам защиту и покрови­тельство за ее пределами, о правах и обязанностях ино­странных граждан и лиц без гражданства в РФ.

Закон о гражданстве РФ содержит, в частности, правила о сохранении гражданства РФ при заключении и расторжении брака (ст. 64), о возможности двойного гражданства (ст. 3), о гражданстве детей (ст. 11, 13, 16, 17, 25—31) и другие положения, непосредственно

61


связанные с вопросами международного частного права.

Важное значение для международного частного права сохраняет Закон СССР о правовом положении иност­ранных граждан, принятый 24 июня 1981 г. В нем фор­мулируются как общие принципы правового положения иностранных граждан в стране, так и правила по вопро­сам трудовой деятельности, отдыха, охраны здоровья^ социального обеспечения, предоставления жилища, иму­щественных и личных неимущественных прав, получения образования, брачных и семейных отношений и др.

В РФ действуют (с 3 августа 1992 г.) Основы граж­данского законодательства Союза ССР и республик 1991 года. В Основах содержатся нормы международ­ного частного права как по общим, так и по специальным вопросам: основания применения иностранного права (ст. 156); установление содержания иностранного права (ст. 157); ограничения применения иностранного пра­ва (ст. 158); исковая давность (ст. 159); правоспособ­ность и дееспособность иностранных граждан и лиц без гражданства (ст. 160); правоспособность иностранных юридических лиц (ст. 161); ответные ограничения пра­воспособности (ст. 162); защита личных неимуществен­ных прав (ст. 163); право собственности (ст. 164); сдел­ки и доверенность (ст. 165); обязательства по внешне­экономическим сделкам (ст. 166); обязательства вслед­ствие причинения вреда (ст. 167); неосновательное обо­гащение (ст. 168); наследственное право (ст. 169);

международные договоры (ст. 170).

Правила международного частного права содержатся также в Основах законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье 1968 года. Там говорится о правах и обязанностях иностранных граждан в брачных и семейных отношениях (ст. 30), регулируются вопросы заключения браков советских граждан с иностранцами и иностранцев между собой в СССР (ст. 31), заключения браков советских граждан за границей, в том числе в консульских учреждениях СССР (ч. 1 и 2 ст. 32), призна­ния всех браков иностранцев, заключенных за границей (ч. 3 ст. 32), расторжения браков советских граждан с иностранцами и иностранцев между собой в СССР и за границей (ст. 33), установления отцовства (ст. 34), усыновления детей (ст. 35), признания разводов, совер­шенных за границей, установления опеки (ст. 36), ре-

62


гистрации актов гражданского состояния советских граждан, проживающих за границей (ст. 37), признания документов, выданных органами иностранных государств в удостоверение актов гражданского состояния (ст. 38), применения иностранных законов и международных до­говоров (ст. 39). Эти нормы воспроизводятся в Кодексе о браке и семье России и кодексах других стран СНГ.

Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1961 года определяют гражданские процессуальные права иностранных граждан, иностран­ных предприятий и организаций, а также лиц без граж­данства (ст. 59, 60); устанавливают правила о предъявле­нии исков к иностранным государствам и юрисдикции в отношении аккредитованных в стране дипломатических представителей иностранных государств (ст. 61); содер­жат правила об исполнении судебных поручений иност­ранных судов, о порядке обращения советских судов с поручениями к иностранным судам (ст. 62) и об испол­нении решений иностранных судов и арбитражей (ст. 63).

Указами Президиума Верховного Совета СССР от 16 мая 1977 г. и 9 октября 1979 г. в Основы гражданско­го судопроизводства были внесены дополнения и изме­нения. В Основы дополнительно включено правило об определении подсудности судам СССР гражданских дел по спорам, в которых участвуют иностранные граждане, лица без гражданства, иностранные предприятия и орга­низации, а также по которым хотя бы одна из сторон проживает за границей (ст. 60'). Были внесены некото­рые изменения в ст. 4 (о рассмотрении в судах дел с участием иностранцев) и fl ст. 60 (в отношении права обращения в суды и процессуальных прав лиц без граж­данства) .

21 июня 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР принял указ «О признании и исполнении в СССР реше­ний иностранных судов и арбитражей» и постановление «О мерах по выполнению международных договоров СССР о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам».

Эти нормы воспроизводятся в Гражданском процес­суальном кодексе России и кодексах других стран СНГ.

В Основах законодательства РФ о нотариате 1993 го­да определяются нотариальные действия, совершаемые консульскими учреждениями РФ' решаются вопросы

63


применения иностранного права при совершении нота­риальных действий; регулируются вопросы принятия нотариусом документов, составленных за границей, обес­печения доказательств, требующихся для ведения дел в органах других государств.

Отдельные правила, относящиеся к области между­народного частного права, содержатся также в некоторых других актах бывшего СССР, сохранивших свое действие в РФ: Воздушном кодексе СССР 1983 года. Кодексе тор­гового мореплавания СССР 1968 года (КТМ СССР) и других актах.

В частности, в КТМ СССР нормы по вопросам меж­дународного частного права помещены в ст. 14 (о при­менении правил кодекса и правил иностранного права), ст. 15 (о включении в договоры условий о применении иностранных законов и обычаев торгового мореплава­ния), ст. 16 (о соглашениях сторон о передаче споров с иностранными гражданами или организациями на рас­смотрение иностранного суда или арбитража), ст. 17 (о применении правил международных договоров) и др.

В России был принят ряд законов, непосредственно относящихся к области регулирования внешнеэкономи­ческой и инвестиционной деятельности. Это Закон об иностранных инвестициях в РСФСР 1991 года. Закон о валютном регулировании 1992 года. Таможенный кодекс 1993 года, указы президента и постановления правитель­ства по вопросам государственного ретулирования внеш­неэкономической деятельности.

Ряд положений международного частного права со­держится в Законе РФ о международном коммерческом арбитраже от 7 июля 1993 г. Законом ре1улируются вопросы, касающиеся арбитражных отношений, опре­деления состава третейского суда, его компетенции, по­рядка ведения разбирательства, признания и приведения в исполнение арбитражных решений.

Нормы международного частного права содержатся и в ряде законов общего характера: Законе о предприя­тиях и предпринимательской деятельности от 25 декабря 1991 г.. Законе о залоге 1992 года. Законе о недрах от 21 февраля 1992 г., Патентном законе от 23 сентября 1992 г.. Законе о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров от 23 сен­тября 1992 г., Законе об авторском праве и смежных пра-

64


вах от 9 июля 1993 г. и других законодательных актах. Подготовлен проект Закона о международном частном праве.

2. Следует остановиться также на законодательстве в области международного частного права отдельных государств. В Австрии, Венгрии, Китае, Польше, Румы­нии, Чехо-Словакии, Турции, Швейцарии, Югославии были приняты специальные законы в этой области, в дру­гих странах соответствующие нормы содержатся в раз­личных законодательных актах.

Так, в Австрии Закон о международном частном праве был принят 15 июня 1978 г. (вступил в силу 1 января 1979 г.). В нем содержатся детальные правила по различным вопросам (личный закон, семейное право, право наследования, вещное право, право на нематери­альные блага, обязательственное право, в том числе трудовой договор, неосновательное обогащение, обяза­тельства из причинения ущерба), а также положения общего характера в отношении применения права.

В Турции Закон о международном частном праве и процессе был принят в 1982 году (вступил в силу 22 де­кабря 1982 г.). Закон содержит 48 статей.

Наиболее подробным является Закон о международ­ном частном праве Швейцарии (200 статей) от 18 декаб­ря 1987 г. Наряду с общими положениями в области международного частного права он содержит положения о месте жительства и месте пребывания физических и юридических лиц, гражданстве, признании и исполнении решений судов и других органов иностранных государств. Специальные главы закона посвящены статусу физиче­ских лиц, семейному праву, правам детей, опеке, насле­дованию, вещному праву, правам на нематериальные блага (интеллектуальная собственность), обязательст­венному праву, праву товарищества, конкурсному произ­водству, международной арбитражной подсудности. Та­ким образом, в нем содержатся нормы, обычно не вклю­чаемые в законодательные акты подобного рода.

Примерно в таком же объеме (183 статьи) был при­нят 22 сентября 1992 г. Закон о международном частном праве Румынии (вступил в силу 1 октября 1992 г.).

В Болгарии отдельные правила международного частного права содержатся в Законе об обязательствах и договорах 1950 года. Указе о торговле и судоходстве

3 Зак. № 239 65


1953 года. Декрете об экономическом, промышленном, научном и техническом сотрудничестве с иностранными юридическими и физическими лицами от 12 июня 1974 г. В Семейном кодексе 1985 года (гл. 11) подробно регули­руются вопросы заключения и расторжения браков бол­гарских граждан с иностранцами и другие вопросы се­мейного права. Вопросы международного гражданского процесса решены в Гражданском процессуальном кодек­се в редакции закона от 31 марта 1983 г.

В Венгерской Республике Закон о международном частном праве был принят в 1979 году. В главе I «Общие положения» этого закона регулируются вопросы квали­фикации, обратной отсылки, установления содержания иностранного права, взаимности, публичного порядка. Глава II посвящена лицам (гражданам, государству как субъекту правоотношений, юридическим лицам); гл. III — праву интеллектуальной собственности; гл. IV — праву собственности; гл. V — обязательствам; гл. VI — наследованию; гл. VII — семейному праву; гл. VIII — трудовому праву; гл. IX — вопросам юрисдикции; гл. Х — правилам процесса; гл. XI — признанию и исполнению решений иностранных судов и других органов. Этот за­кон вступил в силу 1 июня 1979 г.

В Китайской Народной Республике 21 марта 1985 г. был принят Закон о международных хозяйственных договорах. Он подлежит применению ко всем внешне­торговым и иным внешнеэкономическим договорам, за­ключаемым китайскими организациями с иностранными контрагентами, то есть его можно отнести к актам «прямого действия», призванным непосредственно регу­лировать гражданско-правовые отношения с иностран­ным элементом. Ряд норм. закона имеет диспозитивный характер.

В законе 1985 года содержатся общие правила о за­ключении договора, об условиях договора, его форме (предусматривается письменная форма), об исполнении договора и ответственности за его неисполнение (дается, в частности, определение форс-мажора), о порядке рас­смотрения споров, сроках исковой давности и другие положения. В законодательстве КНР есть ряд актов, определяющих правовой режим инвестиций и совмест­ных предприятий с участием иностранного капитала, а также предприятий, полностью принадлежащих иност-

66


ранному капиталу, правовой режим особых экономиче­ских зон, передачи технологии.

12 апреля 1986 г. были приняты Общие положения гражданского права КНР. Они вступили в силу 1 января 1987 г. В них содержится ряд коллизионных норм: о при­менении права по вопросам гражданской дееспособности (ст. 143), права собственности на недвижимое имущест­во (ст. 144), деликтных обязательств (ст. 146), семей­ных отношений (ст. 147), наследования (ст. 149).

В Польской Республике основным источником меж­дународного частного права является Закон о междуна­родном частном праве 1965 года, содержащий колли­зионные нормы гражданского, трудового и семейного права. Наряду с этим законом в Польше в области меж­дународного частного права действуют отдельные нормы, содержащиеся в Законе о воздушном праве 1962 года, Законе о морском праве 1961 года и в ряде других актов. Вопросы процессуального характера подробно регули­руются Гражданским процессуальным кодексом 1964 года.

В Чехо-Словакии Закон о международном частном и процессуальном праве был принят в 1963 году. Это закон, подробно регламентирующий обязательственные, трудовые, наследственные и семейные отношения с ино­странным элементом, а также вопросы процессуального характера.

В 1963 году были приняты также два специальных закона: Кодекс международной торговли (Закон о право­отношениях в международных торговых отношениях) и Закон об арбитраже в международных торговых отно­шениях и об исполнении арбитражных решений. Они вступили в силу с 1 апреля 1964 г. Кодекс международ­ной торговли (726 параграфов) подлежит применению в тех случаях, когда в соответствии с правилами между­народного частного права должно применяться законо­дательство Чехо-Словакии. Он регулирует не только международную куплю-продажу, но и все другое иму­щественные отношения, возникающие в международной торговле (договоры перевозки, страхования и др.).

В бывшей СФРЮ Закон о разрешении коллизий между законом и нормами иностранного права в опре­деленных правоотношениях был принят 15 июля 1982 г.


з*

67


(вступил в силу с 1 января 1983 г.) Закон состоит из б глав и 309 статей.

В первой главе (ст. 1—13) даются общие положения, касающиеся сферы действия закона, применения иност­ранного права (оговорка о публичном порядке, установ­ление содержания иностранного права и т. п.), действи­тельности сделок, исковой давности, определения при­менимого права в отношении лиц с множественным гражданством и лиц без гражданства.

Вторая глава (ст. 14—45) содержит коллизионные нормы о право- и дееспособности, опеке, признании лица умершим, праве собственности и других вещных правах, договорах, внедоговорной ответственности за причинение вреда, наследовании, заключении и растор­жении брака, признании его недействительным, личных и имущественных отношениях супругов и лиц, находя­щихся в фактических брачных отношениях, об отноше­ниях между родителями и детьми, установлении отцов­ства и алиментировании, а также об усыновлении.

Третья глава (ст. 46—85) посвящена компетенции судов и других органов страны по делам с иностранным элементом и положению иностранцев в процессе (про­цессуальная дееспособность, учет судом процесса по тому же делу, ведущегося за границей, обеспечение иностран­цами уплаты судебных расходов).

Четвертая глава (ст. 86 101) посвящена признанию и исполнению иностранных судебных и арбитражных решений.

Главы пятая (ст. 102—106) и шестая (ст. 107, 108) содержат некоторые дополнительные и переходные по­ложения. Этот закон с небольшими изменениями был введен в действие в Хорватии законом от 26 июня 1991 г. Он действует также в Словении, Сербии, Черно­гории.

Закон как источник международного частного права обычно имеет меньшее значение, чем судебная практика. Отдельные нормы международного частного права во многих государствах Запада содержатся в различных законодательных актах, однако эти положения малочис­ленны. Так, во Франции в Гражданском кодексе 1804 го­да (так называемом Кодексе Наполеона) имеется ряд статей, относящихся к правам иностранцев. Есть и другие нормативные акты в этой области.

68


В действовавшем до 1986 года в ФРГ Вводном за­коне к Германскому гражданскому уложению (ГГУ) содержалась определенная система коллизионных норм (ст. 7—31), однако в ней отсутствовали нормы по мно­гим существенным вопросам (прежде всего в области обязательственного права). С 1 сентября 1986 г. в ФРГ вступил в силу Закон о новом регулировании в области международного частного права от 25 июля 1986 г. (За­кон о международном частном праве), которым были заменены соответствующие статьи Вводного закона к ГГУ. Там имеются также нормы о подсудности в области семейного права. Одновременно в этот закон были вклю­чены правила Римской конвенции 1980 года о примене­нии права к договорным обязательствам и проведен ряд других изменений. Тем самым была установлена систе­ма коллизионных норм, предусматривающих применение права в отношении формы сделок, заключения и растор­жения брака, прав детей, опеки и попечительства, на­следственного права, обязательственного и трудового права, процессуальных вопросов.

В США и Великобритании определенное значение имеют частные кодификации, составленные на основе обобщения судебных прецедентов. Наиболее известная кодификация такого рода в Англии содержится в курсе Дайси, а в США — в составленном в 1934 году Амери­канским институтом права Своде законов о конфликте законов на основе трехтомного курса Биля и во втором Своде законов о конфликте законов, вышедшем в 1971 году.

В отдельных штатах США приняты законы в этой области. Так, в штате Луизиана в 19.91 году был принят Закон о международном частном праве (вступил в силу со 2 января 1992 г.).

В последние десятилетия в Великобритании в области международного частного права, где ранее безраздельно господствовали судебная практика, судебный прецедент, определенное место начинает занимать законодательст­во. Это объясняется рядом факторов, прежде всего уси­лением вмешательства государства в хозяйственную жизнь, в том числе и во внешнеэкономической сфере. Существенное значение имело вступление Великобрита­нии в Европейское экономическое сообщество, что сде­лало необходимым издание ряда законодательных актов

69


с целью имплементации конвенций Европейского сооб­щества в английское право.

За сравнительно непродолжительный период времени в Великобритании были приняты Закон об арбитраже 1975 года. Закон о завещаниях 1963 года. Закон об усыновлении 1968 года. Закон о признании судебных решений о разводе и раздельном жительстве супругов 1971 года. Закон о доказательствах при судопроизвод­стве в других юрисдикциях 1975 года, а также ряд зако­нов, регулирующих морские, железнодорожные и авто­мобильные перевозки, и др. Особый интерес представ­ляет Закон о государственном иммунитете 1978 года, принятый в соответствии с Европейской конвенцией о государственном иммунитете 1972 года.

Не умаляя значения судебной и юридической прак­тики как источника международного частного права, следует отметить тенденцию к созданию в этой области законодательных норм. В частности, во Франции еще в 1959 году был подготовлен первый проект закона по международному частному праву. В 1969 года на его ос­нове появился новый проект такого закона. Проект исхо­дит из принципов, выработанных судебной практикой, и в то же время оставляет за судами достаточно широкую возможность для дальнейшего формулирования правил в области международного частного права. Кодифика­ционные работы в этой области ведутся и в других госу­дарствах Запада (в Бельгии, Италии, Нидерландах).

Новые нормы в области международного частного права были приняты в Японии в 1989 году (вступили в силу с 1 января 1990 г.), в Испании — в 1974 году (ст. 8—12 Вводного закона к Гражданскому кодексу).

3. В ряде развивающихся стран (например, Сирии, Египте, Ираке, Алжире, Перу) коллизионные нормы со­держатся в гражданских кодексах. Так, в Гражданском кодексе Алжира коллизионные нормы имеются в ст. 9— 24 (применение права при определении вопросов лично­го статуса лица, в области права собственности и обяза­тельств, применение закона страны гражданства мужа в случаях расторжения смешанных браков и др.). Колли­зионные нормы включены в ст. 2046—2111 Гражданско­го кодекса Перу 1984 года.

Наряду с коллизионными нормами в гражданских кодексах развивающихся стран содержатся правила,

70


направленные на освобождение экономики этих стран от влияния иностранного капитала (правила о правовом по­ложении иностранных компаний). В Индии значитель­ное место в качестве источника международного част­ного права сохраняется за судебной практикой.

В большинстве африканских государств в целях пра­вового регулирования иностранных капиталовложений приняты специальны» инвестиционные законы и кодек­сы. В инвестиционных кодексах определяются правовое положение смешанных предприятий, правила национа­лизации частной иностранной собственности, перевода прибылей, положения об арбитраже и т. д. Большое значение имеют принятые в ряде латиноамериканских государств (Мексике, странах Андской группы) специ­альные законы о приобретении иностранной техноло­гии.

§ 4. СУДЕБНАЯ И АРБИТРАЖНАЯ ПРАКТИКА

Незначительное количество законодательных норм в ряде стран Запада в области международного част­ного права связано с тем значением, какое имеет в этих странах третий вид источников международного част­ного права — судебная и арбитражная практика. Под судебной практикой понимаются проводимые в решениях взгляды судей на какой-либо правовой вопрос, имеющие руководящее значение при решении судами аналогичных вопросов в дальнейшем. Этот источник характерен для ряда государств, причем в некоторых из них он является основным источником права. Такое положение сущест­вует в Великобритании и частично в США. В Великобри­тании действует система судебных прецедентов, то есть вынесенных ранее руководящих судебных решений, вы­являющих действующее право и формулирующих его.

Система прецедентов в этих странах имеет, таким образом, решающее значение.

В России судебная практика вообще не рассматри­вается как источник права. Источником права в РФ явля­ется закон. Суд в России не создает правовых норм, поэтому судебная практика не является и источником международного частного права. В то же время для толкования норм в процессе их применения значение

71


судебной, а особенно в области международного частного права арбитражной практики несомненно.

§ 5. ОБЫЧАИ

Международные обычаи, основанные на последова-гельном и длительном применении одних и тех же пра­вил, наша доктрина и практика рассматривают в качест­ве источников международного публичного, а также международного частного права.

Обычаи — это правила, которые сложились давно, систематически применяются хотя и нигде не зафикси­рованы. Этим обычай отличается от нормы закона.

Обычаи, в основе которых лежат принципы сувере­нитета и равенства государств, обязательны для всех стран; что же касается других обычаев, то они обязатель­ны для того или иного государства в случае, если они им в какой-либо форме признаны.

Кроме международно-правовых обычаев имеются торговые обычаи, которые широко применяются страна­ми в международной торговле и в области торгового мореплавания. То, что в нашей стране обычаи призна­ются в качестве источника международного частного права, нашло свое проявление, в частности, в следую­щем: постоянный арбитражный орган — Международ­ный коммерческий арбитражный суд при Торгово-про­мышленной палате РФ (ранее именовавшийся Внешне­торговой арбитражной комиссией — ВТАК) при разре­шении споров учитывает торговые обычаи. В Законе о Международном коммерческом арбитраже 1993 года пре­дусмотрено, что третейский суд принимает решение с уче­том того, что этот суд разрешает споры на основе торговых обычаев (п. 3 ст. 28).

Применение принятых в международной торговой практике обычаев осуществляется Арбитражным судом в тех случаях, когда это обусловлено в договоре, из ко­торого возник спор, и тогда, когда к обычаям отсылает норма права, подлежащего применению к спорному пра­воотношению, а также если применение обычая основы­вается на положениях международного договора, дейст­вующего в отношениях между государствами, к которым принадлежат стороны в споре. Кроме того, в арбитраж­ной практике допускается применение торговых обычаев

72


и в случаях, когда в нормах права, подлежащего при­менению к спорному вопросу, не содержится необходи­мых указаний, а обращение к торговому обычаю выте­кает из характера условия, относящегося к спору, на­пример условия, обозначенного одним из распростра­ненных в международной торговле терминов «франке», «фоб», «сиф» и т. п. Вследствие расхождения в детальном содержании торговых обычаев, применяемых в отдель­ных странах, в практике Арбитражного суда при ТПП РФ принимается во внимание (при установлении содержа­ния обычая) опыт внешнеторговых отношений между соответствующими странами и практика применения сторонами обычно принятых в торговых отношениях условий, связанных с обычаем, необходимость в обра~ щении к которому возникла при разбирательстве спора» От обычаев следует отличать обыкновения, складываю­щиеся в практике торговых сделок и определяющие де­тали этих сделок. С торговыми обыкновениями прихо­дится сталкиваться в области морских перевозок. Они складываются, например, в портах. Обыкновения могут регулировать взаимоотношения сторон только в тех слу­чаях, когда стороны в той или иной форме признали необходимым применение обыкновении какого-либо мор­ского порта.

Таким образом, в России в качестве источников меж­дународного частного права признаются, во-первых, меж» дународные договоры и международные обычаи и, во-вторых, внутреннее законодательство и применяемые в РФ торговые обычаи. Ни судебная и арбитражная прак­тика, ни доктрина не рассматриваются у нас в качестве источника международного частного права.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1 В чем проявляется своеобразие источников между­народного частного права?

2. Какую роль играют в области международного частного права международные договоры?

3. В отношениях с какими странами действуют до­говоры о правовой помощи?

4. В каких странах были приняты специальные за­коны о международном частном праве?


ГЛАВА 3

ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ 1. Коллизионный и материально-правовой методы регулирования. § 2. Место и роль материально-правовых норм в регулировании. § 3. Система коллизионных норм. § 4. Толкование и применение коллизионных норм. § 5. Оговорка о публичном порядке. § 6. Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим. § 7. Взаим­ность и реторсия

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С; Крылов С. Б. Международное частное право.— С." 40—65; Дуну Л. А. Курс международного частного права. Общая часть.— С. 171—376; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 50—80; Лунц Л. А. Развитие совет­ской доктрины по международному частному праву // Сов. государст­во и право.— 1977.— № 12.— С. 48—57; Дунц Л. А. К вопросу о квалификации в международном частном праве // Сов. ежегодник международного права. 1979.— М., 1980.— С 212—219; Корецкий В. М. Очерки англо-американской доктрины и практики международного частного права.— М., 1948; Зевков Д. П. К вопросу о соотношении материально-правового и коллизионного способов регулирования • международном частном праве // Сов. ежегодник международного пра­ва. 1973-М.. 1975.—С. 284—292; Садиков О. Н. Коллизионные нормы в современном международном частном праве // Сов. ежегодник международного права. 1982.— М., 1983.— С. 205—220; Садиков О. Н. Императивные нормы в международном частном праве // Моск. журнал международного права.— 1992.— № 2.— С. 71—84; Международное! частное право: Современные проблемы / Отв. ред. М. М. Богуслав» ский.—М., 1993.—Кн. 1.—С. 146—198; Кн. 2.—С. 161—216; Тил-ле А. А. Время — пространство — закон.— М., 1965.

§ L КОЛЛИЗИОННЫМИ МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВОЙ МЕТОДЫ ^РЕГУЛИРОВАНИЯ

1. Отечественная доктрина исходит из того, что меж­дународному частному праву свойственны свои специфи­ческие приемы и средства регулирования прав и обязан-

74


ностей участников гражданских правоотношений между­народного характера. Речь идет о сочетании и взаимо­действии двух методов: коллизионного и материально-правового. Известно, что именно первому методу между­народное частное право обязано своим возникновением и дальнейшим развитием. В литературе по международ­ному частному праву обычно отмечается, что при право­отношениях с иностранным элементом всегда возникает так называемый коллизионный вопрос: необходимо ре­шить, какой из двух коллидирующих (сталкивающихся) законов подлежит применению — действующий на тер­ритории, ще находится суд, рассматривающий дело, или иностранный закон, то есть закон той страны, к кото­рой относится иностранный элемент в рассматриваемом деле.

«Коллизия» — латинское слово, означающее столкно­вение. Этот термин носит условный характер. Образно говорят о коллизии законов и необходимости выбора между ними для объяснения хода рассуждений суда или иного лица, которые должны решить вопрос о примене­нии права к правоотношению с иностранным элементом. Коллизионная проблема — проблема выбора права, под­лежащего применению к тому или иному правоотноше­нию,— типична прежде всего для международного част­ного права. Если в других отраслях права вопросы кол­лизии законов имеют второстепенное, подчиненное зна­чение, то здесь именно коллизионная проблема и ее уст­ранение составляют основное содержание этой правовой отрасли, что отразилось, как известно, и в ее названии в ряде стран.

Коллизия может быть устранена путем использова­ния так называемых коллизионных норм, указывающих, какой закон подлежит применению в том или ином слу­чае. Приведем пример из практики.

В Россию приехала французская гражданка на основе соглаше­ния о культурном сотрудничестве между Россией и Францией, фран­цуженка училась в одном из наших университетов и вышла замуж за российского гражданина. После этого она вернулась во Францию и Прислала оттуда письмо, в котором просила считать ее брак с россий­ским гражданином недействительным, поскольку он был заключен с нарушением французского закона. По французскому закону девушка 18 лет не может вступить в брак без согласия родителей. По россий­скому же закону девушка может вступить в брак с 18 лет, причем разрешения родителей не требуется.

75


Можно представить себе и такую ситуацию, когда французская гражданка находится в Польше, вступает там в брак с польским гражданином и также не имеет разрешения на вступление в брак от своих родителей. Возникает вопрос: может ли эта французская студентка вступить в брак в России и может ли она вступить в брак в Польше? Для того чтобы ответить на эти вопросы, нужно обратиться к законодательству России и Польши. В законодательстве каждой из стран имеются специаль­ные коллизионные нормы. В Кодексе законов о браке и семье РФ говорится, что браки иностранцев с россий­скими гражданами заключаются в РФ по российскому законодательству. Это означает, что к такому браку должно было применяться российское право. Если мы обратимся к польскому законодательству, то установим, что при регистрации брака иностранца применяется за­конодательство страны его гражданства. В данном слу­чае для регистрации брака французской студентки под­лежит применению французское законодательство. Та­ким образом, установив коллизионную норму, нужно обратиться уже к тому правилу закона, к которому от­сылает коллизионная норма.

Вернемся теперь к нашему примеру. Для того чтобы зарегистрировать брак между российским гражданином и французской гражданкой, следует применить совет­ское законодательство и соответственно законодатель­ство России. В нашем законе предусмотрены определен­ные условия для вступления в брак (достижение опре­деленного возраста и пр.), но не требуется согласия ро­дителей. Таким образом, брак в РФ в рассматриваемом случае может быть зарегистрирован. В польском же за­конодательстве говорится, как уже указывалось, что нуж­но обратиться к законодательству страны гражданства иностранца, вступающего в брак с польским граждани­ном. Поскольку по французскому законодательству тре­буется согласие родителей, брак не может быть заре­гистрирован в Польше при отсутствии такого согласия.

Следовательно, сама коллизионная норма не решает еще по существу вопрос, она отсылает к материальным нормам, предусматривающим соответствующие правила. И вопрос будет решен на основании этих правил.

Другой пример. Всесоюзное объединение «Станкоимпорт» еще до начала второй мировой войны заключило с швейцарской фирмой

76


договор о поставке станков. Однако вследствие начала военных дей­ствий поставка станков не состоялась, и возник вопрос о возврате авансов, которые были выданы советской организацией швейцарской фирме. Прошло много времени, и исковая давность истекла. Можно ли и каким образом восстановить срок давности и предъявить иск о возврате авансов? В самом договоре ничего по этому вопросу не говорилось, и ответить на него можно лишь на основании норм зако­нодательства какой-либо определенной страны. Спор рассматривался во Внешнеторговой арбитражной комиссии в Москве (решение от 27 октября 1950 г.). Ответчик (швейцарская фирма «Свисстул») утверждал, что должно быть применено швейцарское право. Объ­единение «Станкоимпорт» настаивало на применении советского пра­ва. Нужно было прежде всего установить, какое законодательство подлежит применению, а затем уже на основе норм этого законода­тельства решить дело по существу. Из правил советского законода­тельства, действовавшего в то время (ст. 7 ГПК РСФСР), следовало, что к обязательствам по внешнеторговым сделкам должяо приме­няться законодательство места заключения договора. Договор был заключен в Советском Союзе, поэтому в случае применения совет­ской коллизионной нормы к делу должно быть применено советское право.

В швейцарском же праве соответствующая коллизионная норма предусматривала, что должно применяться законодательство места исполнения договора. Поскольку в данном случае договор подлежал исполнению в Швейцарии, с точки зрения швейцарской коллизион­ной нормы необходимо применить швейцарское право. Таким образом, коллизионные нормы советского и швейцарского законодательства не совпадают, и конкретное решение дела зависит прежде всего от того, коллизионные нормы какой страны будут применены судом или арбитражем. При рассмотрении дела Арбитражная комиссия в Москве исходила при решении этого вопроса из советского законодательства и применила к сделке советское право.

2. Коллизионная норма — это норма, определяющая, право какого государства должно быть применено к соот­ветствующему правоотношению.

Поскольку коллизионная норма — это норма от­сылочного характера, ею можно руководствоваться толь­ко вместе с какими-либо материально-правовыми нор­мами, к которым она отсылает, то есть нормами законо­дательства, решающими вопрос по существу. Хотя кол­лизионная норма указывает лишь, законы какой страны должны быть применены, ее нельзя рассматривать как имеющую те же функции, что выполняет справочное бюро на вокзале, сообщающее пассажирам, в каком око­шечке они могут купить билет и с какого пути отправля­ется их поезд. Вместе с материально-правовой нормой, к которой она отсылает, коллизионная норма выражает определенное правило поведения для участников граж­данского оборота.

77


Наша доктрина не ограничивает содержание между­народного частного права только коллизионными нор­мами. Еще в 1940 году И. С. Перетерский и С. Б. Крылов в своем учебнике международного частного права писали, что «рассматривать международное частное право лишь как «коллизионное», то есть посвященное лишь «разгра­ничению» различных законодательств,— это значит „суживать... действительный характер международного частного права"».

Объединение в составе международного частного права коллизионных и материально-правовых норм осно­вывается на необходимости двумя различными метода­ми регулировать однородные по своему характеру отно­шения.

Помимо материально-правовых норм международных соглашений международное частное право включает и материально-правовые нормы внутреннего законодатель­ства, специально предназначенные для регулирования гражданских отношений с иностранным элементом. К та­ким нормам, в частности, относятся: а) нормы, регу-лирующие внешнеэкономическую деятельность; б) нор­мы, определяющие правовое положение различных пред­приятий с иностранными инвестициями, учрежденных на территории России; в) нормы, касающиеся ре­жима инвестиций, инвестиционной деятельности рос­сийских организаций; г) нормы, определяющие статус граждан России за рубежом; д) нормы, определяющие права и обязанности иностранных граждан и организа­ций в России в сфере гражданского, семейного, трудово­го и процессуального права.

В этих и других аналогичных нормах содержится прямое предписание, непосредственно определяющее права и обязанности участников правоотношений с ино­странным элементом.

Что же касается материально-правовых норм между­народных соглашений, трансформированных в наше за­конодательство, то число таких норм возрастает. Иногда в литературе по международному частному праву при­меняются в этих случаях термины «прямые нормы», «прямой метод регулирования». Указанные термины употребляются исключительно для противопоставления терминам «коллизионная норма», «коллизионный метод». Значение прямых норм особенно велико, поскольку бла-

78


годаря им устанавливаются единые для государств — их участников правила, единообразно решающие те или иные конкретные вопросы.

§ 2. МЕСТО И РОЛЬ МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВЫХ НОРМ В РЕГУЛИРОВАНИИ

1. Повышение роли материально-правовых норм международных соглашений непосредственно связано с развитием процессов интернационализации хозяйствен­ной жизни. Создание единообразных материально-пра­вовых норм, регулирующих торговые, производственные, научно-технические, транспортные и иные связи между организациями и фирмами различных государств, вы­зывается не только потребностью в устранении различий во внутреннем праве государств — различий, осложняю­щих это регулирование, но и тем обстоятельством, что внутреннее право нередко оказывается «не приспособ­ленным» для регулирования этих отношений.

В советской литературе еще в 20-х годах В. М. Корец-кий убедительно показал, что применительно к общим международным хозяйственным связям главное место в регулировании занимают не коллизионные нормы, а дру­гие приемы и методы.

Тенденция возрастания роли материально-правового метода регулирования особое значение получила в отно­шениях между Советским Союзом и другими странами — членами Совета Экономической Взаимопомощи. Между странами — членами СЭВ в период существования этой организации вопросы международного частного права в области экономических и научно-технических связей решались преимущественно на основе материально-пра­вового метода регулирования, играющего в этой области ведущую (по сравнению с коллизионным методом) роль.

Единообразные правовые нормы позволяли осуществ­лять специальное регулирование отношений в названной области, не обособляясь в «наднациональное» или «над-государственное» право. Практика разработки и приме­нения Общих условий поставок СЭВ и других аналогич­ных Общих условий показала преимущества этого мето­да регулирования. Цель данных документов состояла в создании унифицированных материально-правовых норм.

79


Коллизионный метод регулирования оказывается не­обходимым, во-первых, в качестве общего субсидиарного начала, позволяющего восполнить пробелы, образующие­ся при унификации материально-правовых норм; во-вторых, в качестве основы для уретулирования отноше­ний, возникающих в отдельных сферах сотрудничества, и с учетом конкретных условий его реализации; в-третьих, в случаях, когда применение единообразных материаль­но-правовых предписаний по тем или иным причинам встречает затруднения.

В современных условиях многое страны идут по пути расширения сферы применения унифицированных ма­териально-правовых норм, но унификация не может охва­тывать все вопросы, она не может быть беспредельной. Кроме того, в ряде случаев более эффективным и в этой области является применение коллизионного метода. При ретулировании же отношений с участием граждан применяется, как правило, коллизионный метод. Однако при этом могут использоваться унифицированные кол­лизионные нормы, содержащиеся в договорах о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, а также в других соглашениях.

2. Материально-правовые нормы внутреннего зако­нодательства, о которых идет речь, предназначены исклю­чительно для регулирования отношений с «внешним эле­ментом», «международного фактического состава», для ре1улирования которых непригодны нормы общего ха­рактера. Речь идет, таким образом, о специальном регу­лировании, о нормах в рамках внутреннего законода­тельства, специально рассчитанных на регулирование этих отношений. Законодатель вместо того, чтобы из­брать метод косвенного ре1улирования, что характерно для международного частного права вообще, то есть вместо того, чтобы предусмотреть коллизионные нормы, создает систему правовых норм, которые предназначены для регулирования тех случаев, которые не относятся к «внутригосударственной» жизни.

По пути создания таких норм активно идут некоторые страны. Как уже отмечалось (гл. 2), в Чехо-Словакии и КНР были приняты специальные законы о международ­ных хозяйственных договорах. Если в Чехо-Словакии в самом тексте закона от 14 декабря 1963 г. о правоотно­шениях в международном торговом обороте (Кодекс

80


международной торговли) было предусмотрено, что он подлежит применению в случае, если на основании кол­лизионной нормы или в силу избранного сторонами пра­ва подлежит применению право Чехо-Словакии, то в КНР соответствующий закон применяется ко всем договор­ным отношениям субъектов права этой страны с иност­ранными лицами. Если в Чехо-Словакии одной из основ­ных причин создания такого закона было то обстоя­тельство, что в этой стране были сформированы две от­расли законодательства (гражданское и хозяйственное), приняты гражданский и хозяйственный кодексы и необ­ходимо было создать третью систему норм для право­отношений, не подпадающих под действие ни граждан­ского, ни хозяйственного кодекса, то в КНР этот момент не имеет решающего значения.

В развивающихся странах были изданы инвестицион­ные кодексы и принято иное законодательство об ино­странных инвестициях — законодательство о передаче технологии, специально рассчитанное на отношения с международным, или иностранным, элементом. В соот­ветствии с концепцией публичного порядка, принятой в этих странах, от положений этого законодательства сто­роны не могут отступить, они не могут и исключить его применение путем выбора права в конкретном договоре между сторонами.

3. Преимущества материально-правового метода ре­гулирования можно сформулировать следующим обра­зом:

1) материально-правовые нормы, создаваемые при использовании этого метода, по своему содержанию при­званы непосредственно регулировать гражданско-право-вые отношения с иностранным элементом, тот «между­народный фактический состав», о котором говорилось выше. Тем самым создается большая адекватность ре­гулирования, чем при использовании коллизионного ме­тода, поскольку коллизионная норма отсылает общим образом к праву какого-то государства, а нормы этого права, как правило, за очень редким исключением, фор­мировались как нормы общего характера, призванные регулировать все гражданско-правовые, семейные и иные отношения без учета специфики «международного фак­тического состава». Иными словами, при материально-правовом методе всегда применяется специальное регу-

81


лирование, а при коллизионном — общее регулирова­ние.

В доктрине не раз обращалось внимание на то, что при коллизионном регулировании не учитывается спе­цифика отношений, о которых идет речь. Венгерский юрист И. Саси справедливо отмечал в этой связи, что «только то право может выполнить свою служебную роль, которое учитывает международный характер регу-лируемых отношений»;

2) использование метода прямого регулирования со­здает гораздо большую определенность для участников соответствующих отношений, поскольку им, а также со­ответствующим органам, которые будут применять эти нормы, они (т. е. материально-правовые нормы) всегда известны заранее;

3) применение метода прямого регулирования при создании материально-правовых норм, содержащихся в международных договорах, дает еще одно дополнитель­ное преимущество. Оно позволяет в большей степени, чем при использовании коллизионного метода, избегнуть односторонности при создании правового регулирования. Ранее уже неоднократно отмечалось наиболее характер­ное противоречие, возникающее в области международ­ного частного права: отношения, выходящие за рамки одного государства, фактически призвано в большинстве случаев регулировать в одностороннем порядке какое-либо одно государство. При применении прямого метода это противоречие устраняется, поскольку государства сами создают на основе согласования нормы, призван­ные регулировать отношения между субъектами права этих государств. Если же путем заключения междуна­родного договора создаются единые коллизионные нор­мы, это противоречие устраняется лишь частично, по­скольку в конечном счете к отношениям сторон будет применяться внутреннее право какого-либо одного госу­дарства,- то есть право, созданное каждым из них в одно­стороннем порядке.

Приведенная выше практика применения метода пря­мого регулирования позволяет выявить те области отно­шений, где применение этого метода получило наиболь­шее развитие. Основным критерием здесь является на­личие экономической необходимости в создании едино­образного и в то же время специального регулирования,

82


а также развитие технического прогресса, неизбежно ведущего в ряде областей к созданию материально-правовых норм. По мере интернационализации механиз­мов экономических отношений значение таких норм бу­дет возрастать.

Таким образом, создание материально-правовых норм в области международного частного права, и прежде всего унифицированных материально-правовых норм, как правильно подчеркивает С. Н. Лебедев, не должно вести к недооценке унификации коллизионных норм, которые, играют и будут в дальнейшем играть важную роль в регулировании международных хозяйственных отношений. Как отмечает А. Л. Маковский, материаль­но-правовая унификация должна касаться основных воп­росов регулирования международных гражданских от­ношений (в частности, в сфере торгового мореплавания) в сочетании с другими методами регулирования, в том числе «с решением в тех же международных соглашени­ях относительно менее важных вопросов путем установ­ления унифицированных коллизионных норм».

§ 3. СИСТЕМА КОЛЛИЗИОННЫХ НОРМ

Коллизионные нормы с юридико-технической сторо­ны — это наиболее сложные нормы, применяемые в меж­дународном частном праве, что делает необходимым рас­смотреть определенные правила установления содержа­ния коллизионных норм. Эти правила помогают решению вопросов использования коллизионных норм на практи­ке. Каждая коллизионная норма состоит из двух частей. Первая ее часть называется объемом коллизионной нор­мы. В этой части коллизионной нормы говорится о соот­ветствующем правоотношении, к которому она примени­ма. Вторая часть коллизионной нормы носит условное название коллизионной привязки. Привязка — это ука­зание на закон (правовую систему), который подлежит применению к данному виду отношений. Приведем при­мер коллизионной нормы, взятой из законодательства, действующего в России.

Согласно Закону о залоге в отношении прав и обязан­ностей сторон, применяется право страны, где учрежде­на, имеет место жительства или основное место деятель-

83


ности сторона, являющаяся залогодателем, если иное не установлено соглашением сторон (ч. 6 ст. 10). Объем здесь — договор залога, а если говорить более точно, то речь идет не вообще о договоре залога, а о содержании такого договора, о том, какие имеют права и какие должны нести обязанности стороны по такому договору. Привязка приведенной нормы — место учреждения, мес­то жительства или основное место деятельности одной из сторон (залогодателя). Имеется целый ряд других привязок, которые встречаются в различных коллизион­ных нормах. Остановимся на наиболее распространен­ных коллизионных привязках.

При регулировании отношений с участием граждан часто встречаются ссылки на закон гражданства лица (lex patriae), закон места жительства лица (lex domi-cilii). Обе эти привязки применяются в нашем законо­дательстве. Так, гражданская дееспособность иностран­ного гражданина определяется, как правило, по праву страны, гражданином которой он является (ч. 2 ст. 160 Основ гражданского законодательства 1991 г.). Отноше­ния по наследованию определяются по праву той страны, где наследодатель имел последнее постоянное место жительства (ч. 1 ст. 169 Основ гражданского законода­тельства 1991 г.). Естественно, что закон гражданства может не совпадать с законом места жительства, по­скольку гражданин может находиться на территории одной страны, но сохранять гражданство другого госу­дарства.

Гражданская правоспособность иностранного юриди­ческого лица определяется по праву страны, где учреж­дено такое юридическое лицо (ч. 1 ст. 161 Основ граждан­ского законодательства 1991 г.).

Следующий вид коллизионной привязки — это закон места нахождения вещи (lex rei sitae). Он применяется в области права собственности, в наследственном праве (ст. 164, 169 Основ гражданского законодательства 1991 г.). Большое распространение имеет закон места заключения сделки (lex loci contractus). Это — право страны, вде была заключена сделка. Такая коллизионная привязка содержится в ст. 165 Основ гражданского за­конодательства 1991 года в отношении сделок, которые не относятся к числу внешнеторговых.

Согласно ст. 165 Основ, право страны, где была вы-

84


дана доверенность, применяется к форме и сроку дейст­вия доверенности. «Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если последняя удовлетворяет требованиям со­ветского права».

В области внешней торговли применяются и другие коллизионные привязки, прежде всего закон места на­хождения продавца. Такая привязка содержится в отно­шении договора купли-продажи (ст. 166 Основ 1991 г.).

В законодательстве ряда государств применяется принцип закона места исполнения обязательства (lex loci solutions). Это значит, что к содержанию договора, к определению прав и обязанностей сторон применяется закон того государства, где договор подлежит испол­нению.

В области торгового мореплавания применяется в ряде случаев закон флага (lex flagi). Из этого колли­зионного принципа исходит ст. 14 Кодекса торгового мореплавания СССР. Другим примером коллизионной привязки является закон места причинения вреда (де­ликта) (lex loci delicti commissi). Так, при рассмот­рении вопроса о причинении вреда иностранным туристам в РФ права и обязанности сторон по обязательствам, воз­никающим вследствие такого причинения вреда, будут определяться по праву страны, где имело место действие, послужившее основанием для требования о возмещении вреда (ст. 167 Основ гражданского законодательства 1991 г.).

В семейном праве применяется закон места заклю­чения брака (lex loci celebrations). Так, в частности, этот принцип применялся в Основах законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье и при­меняется в ст. 161 Кодекса о браке и семье России. В силу применения этого принципа может создаться такое положение, что брак, заключенный в РФ россий­ской гражданкой с иностранцем, будет действительным по нашим законам, но может быть признан недействи­тельным за границей. Такой брак, если при его заключе­нии было нарушено законодательство страны, граждани­ном которой являлся один из вступающих в брак, станет «хромающим браком». Из этого примера видно, что пу­тем применения коллизионных норм одной страны, со­держащихся во внутреннем законодательстве, не всегда

85


Moiyr быть преодолены те коллизии, которые возникают вследствие расхождения законов различных государств.

Говоря о коллизионных нормах, следует указать и на закон суда (lex fori), то есть закон той страны, где рассматривается спор (в суде, арбитраже или в ином органе). Согласно этому принципу, суд или иной орган государства должен руководствоваться законом своей страны, невзирая на иностранный элемент в составе дан­ного отношения. Например, общепризнано, что в вопро­сах гражданского процесса суд и при рассмотрении дела с иностранным элементом в принципе применяет свое право. В Основах законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. указывается, что нотариус в соответ­ствии с законодательством Российской Федерации и меж­дународными договорами применяет нормы иностранно­го права (см. гл. 17).

Выше рассматривались в основном коллизионные нормы, установленные в законодательных актах, дейст­вующих в России. Расширение в последние годы числа таких коллизионных норм позволяет утверждать, что в нашем праве складывается определенная система колли­зионных норм, что и привело к подготовке проекта За­кона РФ о международном частном праве.

Коллизионные нормы содержатся и в международ­ных договорах РФ.

Коллизионные нормы содержатся в договорах о пра­вовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, а также в консульских конвенциях, заключенных Россией.

Коллизионные нормы могут содержаться как во внут­реннем законодательстве, так и в международных согла­шениях.

§ 4. ТОЛКОВАНИЕ И ПРИМЕНЕНИЕ КОЛЛИЗИОННЫХ НОРМ

1. Нашему законодательству известны как односто­ронние, так и двусторонние коллизионные нормы. Одно­сторонняя коллизионная норма указывает лишь на при­менение отечественного закона. Например, в ч. 3 ст. 169 Основ гражданского законодательства 1991 г. говорится:

«Наследование строений и другого недвижимого имуще-

86


ства, находящегося в СССР, а также прав на это имуще­ство определяется по советскому праву».

Двусторонние коллизионные нормы указывают на пределы применения как отечественного, так и иностран­ного права. Примером двусторонней коллизионной нормы может служить другое правило Основ гражданского за­конодательства, которое уже приводилось: «Отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследователь имел последнее постоянное место жи­тельства» (ч. 1 ст. 127).

Как и всякие другие граждански-правовые нормы, коллизионная норма может иметь либо императивный (обязательный), либо диспозитивный характер. В по­следнем случае стороны могут договориться об ином принципе применения права к отношениям между ними. Например, коллизионная норма ст. 10 Закона о залоге или ст. 166 Основ представляет собой диспозитивную норму. В статье говорится, что права и обязанности сто­рон по соответствующим сделкам определяются по зако­нам места их совершения — страны, где учреждено юри­дическое лицо или находится место жительства,— при отсутствии соглашения сторон. Стороны могут, напри­мер, договориться, что к сделке будет применяться пра­во страны ее исполнения или же право страны места заключения.

Диспозитивный характер имеют все коллизионные нормы, установленные ст. 166 Основ в отношении при­менения права к правам и обязанностям сторон по таким внешнеэкономическим сделкам, как договоры купли-про­дажи, имущественного найма, лицензионный договор, договоры хранения, комиссии, поручения, перевозки, транспортной экспедиции, страхования, кредитный до­говор, договор дарения, договор поручительства, договор залога.

Такой же характер имеют коллизионные нормы, подлежащие применению к договорам о производствен­ном сотрудничестве, специализации и кооперировании, выполнении строительных, монтажных и других работ по капитальному строительству. Следует обратить вни­мание на то, что этот список не является исчерпываю­щим. Однако в той же ст. 166 в отношении двух катего­рий договоров не предусмотрена возможность выбора права сторонами. В ч. 3 ст. 166 установлено следующее:

87


«К договору о создании совместного предприятия с учас­тием иностранных юридических лиц и граждан прини­мается право страны, где учреждено совместное пред­приятие». В ч. 4 этой же ст. 166 говорится, что к договору, заключенному на аукционе, в результате конкурса или на бирже, применяется право страны, где проводился аукци­он, конкурс или находится биржа. Отсюда следует сде­лать вывод, что приведенные выше коллизионные нормы носят императивный (обязательный) характер.

2. В процессе применения коллизионной нормы воз­никает проблема квалификации юридических понятий, используемых в самой формулировке коллизионной нор­мы (как объема, так и привязки). Эти понятия («доми­цилий», «форма сделки», «движимое и недвижимое иму­щество» и т. д.) не совпадают по своему содержанию в праве различных государств. Например, исковая дав­ность рассматривается во Франции, как и в подавляю­щем большинстве других государств, как понятие граж­данского права, а в Великобритании, США и Финлян­дии — как понятие процессуального права.

Если французский суд квалифицирует давность не по собственному праву, а по английскому праву (в слу­чае, когда к сделке подлежит применению английское право), то применить английские правила о сроке давно­сти он не сможет, поскольку суд вообще не применяет иностранные процессуальные законы. Господствующая доктрина западных государств исходит из того, что ква­лификация юридических понятий должна проводиться по закону суда до того, как решена проблема выбора закона, то есть до того, как применена коллизионная норма. Но если на основе коллизионной нормы должен применяться иностранный закон, то всякая цальнейшая квалификация возможна лишь на основе той правовой системы, к которой отсылает коллизионная норма. Одна­ко это правило очень часто нарушалось, особенно в тех случаях, когда буржуазный суд должен был применять право социалистических государств. Следует подчерк­нуть, что во всех случаях, когда коллизионная норйа права иностранного государства отсылает к нашему зако­ну, суд или иной орган этого государства должен приме­нять российский закон так, как он применяется в Рос­сии.

Наша доктрина международного частного права исхо-

88


дит из значения общих правовых понятий при регули­ровании отношений с субъектами права иных правовых систем.

Всякая коллизионная норма направлена на призна­ние действия неопределенного круга иностранных право­вых систем и возникших под их действием субъективных прав. Поэтому эта норма, очевидно, может быть выраже­на лишь посредством терминов и понятий, которые явля­ются по своему содержанию общими для соответствую­щих правовых систем. Другими словами, понятия и тер­мины в коллизионной норме по содержанию могут не совпадать с одноименными понятиями во внутреннем праве данной страны.

Когда в коллизионной норме нашего закона приме­няются такие понятия, как «собственность», «граждан­ская правоспособность», эти понятия по своему содер­жанию могут и не совпадать с одноименными понятиями нашего материального права. Поэтому сфера действия коллизионной нормы (ее объем) должна быть выражена посредством «обобщенных» юридических понятий — об­щих для различных правовых систем. Что же касается квалификации коллизионных привязок, то здесь положе­ние иное: полная точность указаний о применении права может быть обеспечена лишь путем применения квалифи­кации привязки по закону суда, то есть путем использо­вания тех же понятий, хоторые по соответствующим правовым институтам содержатся во внутреннем граж­данском (семейном, трудовом) праве данной страны. Таков общий подход нашей доктрины к квалификации юридических понятий. Однако следует обратить внима­ние на то, что в отношении коллизионной привязки в отдельных, конкретных случаях сам закон дает опреде­ление понятий, применяемых в коллизионной норме.

В практике международной торговли большие труд­ности возникают из-за различного понимания того, что является местом заключения контракта. В английском праве это место определяется по месту отправки акцеп­та («теория почтового ящика»), а в большинстве других стран — по месту получения акцепта

В нашем законодательстве эта трудность устранена благодаря ч. 2 ст. 165 Основ гражданского законодатель­ства 1991 года. Напомним, что в данной статье устанав­ливается отсылка к законам места совершения обычной

89


сделки. В ч. 2 этой статьи говорится о том, что «место совершения сделки определяется по советскому праву». Фактически здесь прямо применена квалификация при­вязки по закону суда. Можно привести и другой пример. Согласно ст. 159 Основ, вопросы исковой давности ре­шаются по праву страны, применяемому для регулиро­вания соответствующего отношения. В то же время пред­усматривается, что «требования, на которые исковая давность не распространяется, определяются по совет­скому праву».

Если говорить о вторичной квалификации, то есть о квалификации после того, как уже применена колли­зионная норма, то такая дальнейшая квалификация должна осуществляться на основе той правовой системы, к которой эта коллизионная норма отсылает. Примени­тельно к исковой давности из такого принципа исходила долголетняя практика Внешнеторговой арбитражной ко­миссии при Торгово-промышленной палате СССР.

3. Один из самых сложных вопросов применения коллизионных норм — это вопрос об обратной отсылке. Возникла эта проблема в международных отношениях в связи с рядом судебных дел, рассматривавшихся еще в конце прошлого века. Остановимся на одном из них.

Английский подданный, проживавший постоянно в Бельгии, составил завещание, по которому завещал довольно крупную сумму какмм-то лицам. Завещание составлялось им собственноручно и нигде не было заверено. Наследники умершего оспорили его действитель­ность. Дело в том, что завещание было составлено по правилам английского закона, но нарушало правила законодательства Бель­ки — страны, где проживал этот английский подданный. В англий­ском коллизионном праве говорится, что завещание должно состав­ляться по законам страны места нахождения лица. Таким образом, английское право отсылает к бельгийскому. Если применить бель­гийское право, то нужно признать, что завещание недействительно.

Однако в бельгийском праве имеются не только материально-правовые нормы, но и коллизионные нормы. Последние исходят из принципа закона гражданства. Таким образом, само бельгийское право как бы отказывается от решения этого вопроса, отсылая к английскому праву. Английское же право опять отсылает к бельгий­скому.

Как понимать отсылку к иностранному закону? Если ее понимать как отсылку только к нормам материального права, то это означает неприменение доктрины обратной отсылки. Если же ее понимать как отсылку к праву иностранного государства в целом, то это означает при­нятие данной доктрины.

90


Законодательная практика и доктрина иностранных государств не дают однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны. Закон о международном частном праве Польши признает оба этих вида отсылок. Закон о между­народном частном праве Венгрии признает отсылку к своему праву. Закон ФРГ не признает отсылку в области договорного права, но признает в других случаях. При­знается обратная отсылка по законам о международном частном праве Австрии и Швейцарии. Доктрина обратной отсылки не принята в Римской конвенции 1980 года о праве, применимом к договорным обязательствам. В ст. 15 этой конвенции, носящей заголовок «Исключение обратной отсылки и дальнейшей отсылки», предусматри­вается следующее: «Под правом государства, подлежа­щим применению в соответствии с настоящим соглаше­нием, понимаются действующие в этом государстве пра­вовые нормы, за исключением норм международного частного права».

По этому вопросу в нашей юридической литературе были высказаны следующие соображения. Проблема обратной отсылки—это одна из проблем применения иностранного права, поскольку оно должно применяться в силу действия коллизионных норм. Иностранное право применяется в России во всех случаях, когда коллизи­онные нормы отсылают к иностранному праву. Если российский закон отсылает к иностранному закону, а иностранный закон сам отказывается от регулирования каких-либо отношений, нет оснований не применять в данном случае российский закон.

Это положение о возможности принятия обратной отсылки было сформулировано в литературе по между­народному частному праву в самом общем виде. Вместе с тем в действующем законодательстве вопрос об обрат­ной отсылке решен не полностью.

Что же касается применения права к внешнеторго­вым сделкам, то на практике было выражено отрица­тельное отношение к применению обратной отсылки.

При рассмотрении Внешнеторговой арбитражной комиссией иска английской фирмы «Ромулус филмс лтд* к В/О «Совакспорт-

фильм» (см. гл. 1) возник следующий вопрос: договор о прокате со­ветского фильма «Спящая красавица» был заключен в Лондоне, и, следовательно, в соответствии с коллизионной нормой ст. 126 Основ

91


к нему должно было применяться английское право. Однако ответ­чик, ссылаясь на английские коллизионные нормы, доказывал, что они отсылают, в свою очередь, к советскому праву. Арбитраж отверг этот довод ответчика, указав в своем решении, в частности, следующее:

«Как бы ни решался этот вопрос по английскому коллизионному праву, принятие обратной отсылки во всяком случае зависит от со­ветского коллизионного права», а последнее в соответствии с господ­ствующей доктриной и практикой не применяет «обратной отсылки при разрешении споров по внешнеторговым сделкам, за исключением случаев, предусмотренных в заключенных СССР международных до», говорах».

Вопрос об обратной отсылке получил отрицательное решение и при регулировании внешнеторговой поставки в отношениях между странами — членами СЭВ. Это на­шло свое выражение в том, что в Общих условиях поста­вок СЭВ прямо предусматривалось, что в отношениях сторон по поставкам товаров по тем вопросам, которые не урегулированы контрактом или настоящими Общими условиями, применяется «материальное право страны продавца», то есть, иными словами, обратная отсылка исключалась.

Отрицательное отношение к применению обратной отсылки получило в России законодательное закрепление в Законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г. В соответствии с этим Законом третейский суд должен разрешать споры в соответствии с такими норма­ми права, которые стороны избрали в качестве приме­нимых к существу спора. «Любое указание на право или систему права какого-либо государства,— говорится в ст. 28 Закона,— должно толковаться как непосредствен­но отсылающее к материальному праву этого государст­ва, а не к его коллизионным нормам».

4. В проекте Закона РФ о международном частном праве предусматривается возможность применения как обратной отсылки, так и отсылки к праву третьей страны. В то же время в проекте предусматривается, что правила не применяются, во-первых, в случае, когда иностранное право применяется на основании соглашения сторон, и, во-вторых, в случае, когда соглашение сторон дает осно­вание считать, что они имели в виду подчинить свои отно­шения тому иностранному праву, которое подлежит при­менению в соответствии с положениями Закона РФ о международном частном праве.

92


§ 5. ОГОВОРКА О ПУБЛИЧНОМ ПОРЯДКЕ

1. Действие коллизионной нормы, то есть, иными словами, применение иностранного права, может быть ограничено путем использования оговорки о публичном порядке. Согласно правилам, действующим в ряде стран, иностранный закон, к которому отсылает коллизионная норма, может быть не применен и основанные на нем права могут быть не признаны судами или иными органа­ми данного государства, если такое применение закона или признание права противоречило бы публичному по­рядку данного государства.

Понятие публичного порядка (ordre public, public policy) отличается в судебной практике и доктрине многих государств крайней неопределенностью; более того, некоторые юристы на Западе утверждают, что не­определенность — основной характерный признак этого понятия. Суды используют оговорку о публичном поряд­ке с целью ограничения, а иногда и полного отрицания применения иностранного права, и прежде всего права страны другой социально-экономической системы. Опре­деление пределов применения этой оговорки во многих государствах полностью предоставляется судейскому усмотрению. Вследствие этой практики оговорка о пуб­личном порядке превратилась в один из типичных «кау­чуковых параграфов».

В ряде дел, рассмотренных в связи с признанием действия за рубежом советских декретов о национали­зации, буржуазный суд вынужден был в силу своих кол­лизионных норм применять советское право (см. гл. 7). Суд рассуждал таким образом: мы должны применять советское право, и национализированное имущество дол­жно быть возвращено Советскому государству, но это на­рушает принцип частной собственности, а поскольку это противоречит основам нашего закона, нужно применять оговорку о публичном порядке и в силу данной оговорки не применять советское право. Такая позиция суда чрез­мерно расширяет понятие публичного порядка, практи­чески сводит на нет применение иностранного права. Из-за применения оговорки о публичном порядке неод­нократно наносился ущерб имущественным интересам Советского государства.

Однако еще в 20-х годах в ряде своих решений (см.

93


гл. 7) буржуазные суды были вынуждены отвергнуть ссылки на противоречие публичному порядку советских декретов о национализации (в Великобритании — по делу Лютера — Сегора, в США — по делу о советском золоте).

Из практики судов Франции заслуживает внимания дело о кар­тинах Пикассо, рассмотренное в 1954 году судом департамента Сена. Несколько картин этого художника были вывезены из СССР в Па­риж и выставлены в одном из французских музеев. До революций картины принадлежали С. И. Щукину, затем были национализиро­ваны и стали достоянием Советского государства. Иск был предъявлен дочерью С. И. Щукина — Екатериной Щукиной-Келлер, которая тре­бовала признать ее право собственности на картины и просила нало­жить на них арест. Иск был отклонен, причем французский суд в своем решении указал, что французский публичный порядок в дан­ном деле не был задет в такой мере, чтобы требовалось принятие срочных мер, ибо эти картины были приобретены уже много лет на­зад иностранным сувереном от его собственных граждан, на его соб­ственной территории и в соответствии с законами страны.

В аналогичном деле о картинах Матисса иск был предъявлен в 1993 году другой дочерью С. И. Щукина — Ириной Щукиной-Келлер (см. подробнее в гл. 6). Суд также отклонил ссылку истца на то, что проведение на­ционализации без компенсации представляет собой на­рушение французского публичного порядка и поэтому акт национализации не может быть признан во Франции.

2. Наше законодательство исходит из того, что в не­которых случаях могут быть установлены ограничения применения иностранного закона. Такие ограничения со­держит ст. 158 Основ гражданского законодательства 1991 года. Эта статья предусматривает следующее: «Ино­странное право не применяется в случаях, когда его при­менение противоречило бы основам советского строя». Статья 169 Кодекса о браке и семье РСФСР уста­навливает, что «применение иностранных законов о бра­ке и семье или признание основанных на этих законах актов гражданского состояния не может иметь места, если такое применение или признание противоречило бы основам советского строя».

Следует обратить внимание на то, что в приведен­ных статьях говорится не о случаях противоречия самого иностранного закона основам нашего строя, а о противо­речии этим основам применения иностранного закона. Приведем пример: обычное право иностранного государ­ства, допускающее полигамию, противоречит основам

94


российского семейного права, но из этого не вытекает, что полигамные браки, заключенные в стране, где они действительны, не могут порождать юридических послед­ствий, которые были бы признаны в России (требование об уплате алиментов на содержание детей и т. п.).

Для нашей практики характерен крайне осторожный подход к вопросу об использовании оговорки о публич­ном порядке, хотя возможность неприменения иностран­ного права есть. Наличие принципиального различия между нашим законом и законом другого государства не может само по себе быть основанием для применения оговорки о публичном порядке, поскольку такое приме­нение этой оговорки могло бы привести к отрицанию применения в России права иностранного государства вообще. Таким образом, речь может идти не о противо­речии между законами, а о тех отдельных случаях, «ког­да применение иностранного закона,— как отмечал Л. А. Лунц,— могло бы породить результат, недопусти­мый с точки зрения нашего правосознания». На практи­ке наши судебные и административные органы стара­ются не прибегать к этой оговорке.

Следует отметить, что случаи применения оговорки о публичном порядке к внешнеторговым отношениям в нашей практике вообще не имели места, хотя эта воз­можность и предусмотрена действующим законодатель­ством. Таким образом, широкое применение категории публичного порядка не соответствует задачам между­народного частного права и снижает его роль в налажи­вании сотрудничества государств с различными правовы­ми системами.

3. В современном международном частном праве ши­рокое признание наряду со ссылкой на оговорку о пуб­личном порядке получила возможность неприменения иностранного права со ссылкой на строго императивные нормы национального права, которые должны пользо­ваться приоритетом перед нормами иностранного права, подлежащего применению в силу коллизионных норм. Приведем в качестве примера ст. 18 Закона о междуна­родном частном праве Швейцарии, согласно которой императивные нормы швейцарского права в силу особого их назначения применяются независимо от того, право какого государства подлежит применению в соответст­вии с настоящим законом. Аналогичное правило преду-

95


смотрено в германском Законе о международном част­ном праве 1986 года (ст. 34).

Такое же правило в более расширенном виде вошло в текст Римской конвенции 1980 года о праве, примени­мом к договорным обязательствам. Согласно ст. 7, «ничто в настоящей Конвенции не ограничивает применение норм права страны суда в случаях, когда они являются императивными независимо от права, применимого к до­говору».

Исходя из этой практики, в проект Закона РФ о меж­дународном частном праве вошла статья, согласно кото­рой положения законодательства РФ, имеющие импера­тивный характер, подлежат обязательному применению к договорным отношениям независимо от избранного сторонами права.

§ 6. РЕЖИМ НАИБОЛЬШЕГО БЛАГОПРИЯТСТВОВАНИЯ И НАЦИОНАЛЬНЫЙ РЕЖИМ

1. Принцип наибольшего благоприятствования — один из основных принципов торговых договоров, за­ключаемых с иностранными государствами. В силу дан­ного принципа иностранцы пользуются максимумом тех прав, которые предоставлены лицам другого государства. Этим объясняется само выражение «наибольшее благо­приятствование». Указанный принцип состоит в том, что . иностранным юридическим и физическим лицам в тор­говле, мореплавании или в иных областях предоставля­ется такой же режим, какой предоставляется или будет предоставляться в будущем юридическим и физическим лицам третьей страны. Тот' режим в области торговли, мореплавания, правового положения иностранных орга­низаций, применяемый к одному иностранному государ­ству, с которым заключен торговый договор, будет при­меняться и к любому другому государству, с которым также заключен торговый договор на основе принципа наибольшего благоприятствования. Таким образом, в си­лу этого принципа создаются равные условия для всех' иностранных государств и их организаций и фирм в от-:' ношении тех вопросов торговли, которые предусмотрены торговым договором.

96


Принцип наибольшего благоприятствования отлича­ется от принципа недискриминации (см. гл. 1). Если в силу принципа недискриминации каждое государство имеет право требовать от других государств условий таких же, какими пользуются все государства, то есть общих и одинаковых для всех, то в силу принципа наи­большего благоприятствования создаются наиболее при­вилегированные, благоприятные условия.

Принцип наибольшего благоприятствования всегда устанавливается в договорном порядке, а принцип не­дискриминации не нуждается в договорном оформлении. Это — общее правило, вытекающее из равенства госу­дарств. В то же время введение в торговый договор ого­ворки о наибольшем благоприятствовании препятствует проведению дискриминационных мер.

В прошлом на Западе имели место попытки обосно­вать отказ от применения принципа наибольшего благо­приятствования в отношениях с социалистическими странами ссылками на то, что этот принцип неприменим в данном случае потому, что планирование и система государственной монополии внешней торговли в этих странах якобы приводят к ограничениям в торговле со странами Запада. В действительности система внешней торговли и, в частности, планирование импорта и экспор­та применялись социалистическими странами, включая СССР, без дискриминации ко всем странам, на одинако­вой правовой основе. Программы импорта и экспорта товаров отражали при этом результаты двусторонних переговоров и соглашений, и принцип наибольшего бла­гоприятствования никоим образом не нарушался.

Значение принципа наибольшего благоприятствова­ния следует показать на примере советско-американских торгово-экономических отношений.

В период «холодной войны» в 1951 году правитель­ство США односторонне расторгло торговое соглашение между СССР и США 1937 года, содержащее этот прин­цип, ввело режим дискриминации и установило список товаров, запрещенных к вывозу в Советский Союз. Эти меры привели почти к полному прекращению торговли между обеими странами.

18 октября 1972 г. между СССР и США было под­писано соглашение о торговле, которое предусматривало предоставление сторонами друг другу режима наиболь-


4 Зак. № 239

97


шего благоприятствования в вопросах таможенного обло­жения, сборов и иных формальностей при импорте и экспорте товаров. Применение в торговле с СССР этого принципа могло бы способствовать значительному рас­ширению торговых связей между СССР и США. Однако в результате противодействия не заинтересованных в торговле кругов соглашение не вступило в силу, что на­несло ущерб прежде всего интересам самих США.

В декабре 1974 года в США были приняты законы о торговле и о государственном кредитовании экспорта. В этих законах предоставление Советскому Союзу ре­жима наибольшего благоприятствования было поставле­но в зависимость от политических уступок со стороны Советского Союза, что по существу означало вмешатель­ство во внутренние дела СССР. Естественно, Советский Союз не мог согласиться вести свои торгово-экономи-ческие отношения с США на такой основе.

Режим наибольшего благоприятствования и не­дискриминационный режим были установлены в даль­нейшем в отношениях нашей страны с США благодаря заключению 1 июня 1990 г. Соглашения о торговых от­ношениях. Согласно ст. 1 этого соглашения, каждая сто­рона «без каких-либо условий предоставит товарам, про­исходящим из или экспортируемым на территорию дру­гой стороны, режим не менее благоприятный, чем тот, который предоставлен подобным товарам, происходящим из или экспортируемым на территорию любой третьей страны...»

Недискриминационный режим предоставляется в от­ношении применения количественных ограничений и вы­дачи лицензий.

Применение режима наибольшего благоприятствова­ния оказывает положительное влияние на развитие меж­дународной торговли. Это было прямо признано в За­ключительном акте Совещания по безопасности и сотруд­ничеству в Европе.

Следует отметить в этой связи, что со всеми страна­ми — членами Общего рынка Советским Союзом был произведен обмен письмами, подтверждавшими действие ранее заключенных торговых договоров и соглашений, предусматривавших предоставление режима наибольше­го благоприятствования в торговле с СССР. Все это создало достаточную договорно-правовую базу для раз-

98


вития двустороннего торгово-экономического сотрудни­чества СССР с указанными странами.

В советской торгово-договорной практике имелись некоторые изъятия из режима наибольшего благоприят­ствования. Они выражались в предоставлении льгот со­седним с СССР странам в целях облегчения пригранич­ной торговли.

Для современной договорной практики нашего госу­дарства характерны и некоторые изъятия, касающиеся развивающихся стран, а также связанные с установле­нием особых преимуществ в пределах определенных та­моженных союзов. В качестве примера можно привести торговое соглашение с Индией от 10 декабря 1980 г. В соглашении, в частности, предусматривалось, что ре­жим наибольшего благоприятствования не будет касать­ся «преимуществ, которые были предоставлены или ко­торые могут быть предоставлены в будущем одним из Правительств соседним странам в целях облегчения при­граничной торговли»; «преимуществ, которые Индия предоставила или может предоставить в будущем одной или нескольким развивающимся странам в связи с ее участием в каком-либо соглашении по развитию торгово-экономического сотрудничества развивающихся стран»;

«льгот или преимуществ, вытекающих из таможенного союза и/или зоны свободной торговли, членом которых является или может стать каждая из стран».

2. От режима наибольшего благоприятствования сле­дует отличать национальный режим. В силу этого режи­ма иностранным гражданам и юридическим лицам предо­ставляется такой же режим, какой предоставляется оте­чественным гражданам и юридическим лицам. Посколь­ку на иностранных физических и юридических лиц рас­пространяются те права и преимущества, которыми в данной стране пользуются местные физические и юриди­ческие лица, все они ставятся в равное положение. От­личие национального режима от режима наибольшего благоприятствования состоит в том, что в силу послед­него в равное положение ставятся иностранные орга­низации и иностранные граждане между собой. Нацио­нальный режим может применяться и в отношении хо­зяйственной деятельности иностранных лиц, и в отноше­нии товаров иностранного производства.

Наша договорная практика, как отмечалось выше,

4* '


в торговых отношениях с другими странами исходит из принципа наибольшего благоприятствования и к при­менению национального режима в области торговли от­носится в общем отрицательно. Национальный режим применяется в торговых договорах в ограниченных слу­чаях, например по некоторым вопросам торгового море­плавания. Кроме того, предоставление национального режима предусматривается в отношении свободного до-­ступа иностранных юридических лиц и граждан в суды. Национальный режим применяется в договорах о право­вой помощи, социальном обеспечении (судебная защита, предоставление трудовых и иных прав на основе нацио­нального режима). По отдельным вопросам, например в отношении доступа в суды, национальный режим предусмотрен в договорах о торговом мореплавании.

Большое практическое значение приобрело предо­ставление в РФ национального режима иностранцам на основе многосторонних соглашений в области авторско­го права и прав на изобретения и товарные знаки.

3. При определении общего правового статуса иност­ранных граждан в РФ решающее значение имеет прин­цип национального режима. Согласно Конституции РФ, лица, не являющиеся гражданами РФ и законно нахо­дящиеся на ее территории, пользуются правами граждан России (ст. 37). В соответствии со ст. 3 Закона о право­вом положении иностранных граждан в СССР иностран­цам предоставляется национальный режим, что означает предоставление им в России таких же прав, что и россий­ским гражданам, за некоторыми изъятиями, установлен­ными в законодательстве. Таким образом, в силу нацио­нального режима иностранные граждане, и в первую оче­редь постоянно проживающие в РФ, ставятся в равное положение г российскими гражданами, они пользуются теми же правами и должны нести те же обязанности, что и российские граждане.

Принцип национального режима закреплен в ряде положений нашего законодательства (ст. 160 Основ вражданского законодательства — в отношении граж­данской правоспособности иностранцев; ст. 160 Кодекса о браке и семье — в отношении семейных прав иност­ранцев; ст. 5 Закона РФ об авторском праве и смежных правах — в отношении авторских прав на произведения, впервые опубликованные в России, и т. д.).

100


Таким образом, в России национальный режим при­меняется в отношении прав иностранцев согласно пра­вилам внутреннего законодательства, хотя в отдельных случаях он может предусматриваться и в соответствии с международными договорами.

§ 7. ВЗАИМНОСТЬ И РЕТОРСИЯ

1. Проблема взаимности непосредственно связана с такой объективной реальностью современного мира, как взаимозависимость государств. Наше государство неиз­менно выступает за укрепление экономических, научно-технических, культурных и иных связей с другами стра­нами, поскольку и они стоят за укрепление деловых связей с Россией. Обе стороны должны стремиться к развитию таких связей на началах равноправия. Равно­правие находит свое выражение и во взаимном призна­нии государствами действия их законов независимо от принадлежности государства к той или иной обществен­ной формации. Без этого сотрудничество между страна­ми невозможно.

В России признаются те права, которые возникают на основе иностранного законодательства. Во всех этих случаях следует говорить о взаимности в широком смыс­ле. Доктрина международного частного права понимает взаимность и в более узком смысле, а именно как взаим­ное предоставление определенного режима (националь­ного, наибольшего благоприятствования) или каких-либо прав иностранным гражданам и иностранным юридиче­ским лицам.

Сущность взаимности состоит в предоставлении фи­зическим и юридическим лицам иностранного государ­ства определенных прав при условии, что физические и юридические лица предоставляющего их государства бу­дут пользоваться аналогичными правами в данном ино­странном государстве. Вводя оговорку о взаимности в международный договор, государство преследует цель обеспечить своим организациям и гражданам за грани­цей пользование определенными правами. Поскольку в законодательствах государств имеются значительные различия, в отношении взаимности возникают опре-

101


деленные сложности. Они состоят в следующем. В меж­дународном частном праве обычно различают два вида взаимности: «материальную» и «формальную». Термины эти чисто условные. Под «материальной» взаимностью понимается предоставление физическим и юридическим лицам иностранного государства той же суммы конкрет­ных прав или полномочий, которыми пользуются отече­ственные граждане в данном иностранном государстве. При «формальной» взаимности иностранным физиче­ским и-юридическим лицам предоставляются правомо­чия, которые вытекают из местного закона; они могут быть поставлены в одинаковое положение с местными гражданами и юридическими лицами.

С одной стороны, в силу принципа «формальной» взаимности иностранным гражданам в РФ предоставля­ются права, которыми обладают российские граждане, в том числе и. те права, которыми они не пользуются в своем государстве. С другой стороны, иностранцы не мо­гут требовать предоставления им тех прав, которыми они обладают в своем государстве, если предоставление таких прав не предусмотрено российским законодатель­ством.

В отношениях России с иностранными государства­ми во многих случаев взаимное предоставление физиче­ским и юридическим лицам прав в одинаковом объеме невозможно в силу разных правовых систем.

Приведем конкретный пример. В большинстве госу­дарств существует право частной собственности на зем­лю. В России хотя право частной собственности на землю и было предусмотрено (в отношении ее граждан в 1990 г.), такое право не предоставляется иностранцам. Значит, «материальная» взаимность, то есть предоставле­ние иностранным гражданам, например гражданам Фран­ции, права собственности в РФ на земельный участок, была бы нарушением основ нашего строя. Поэтому фран­цузский гражданин может обладать в РФ только такими правами, какие имеют в РФ другие иностранные гражда­не. Что же касается российского гражданина во Франции, то он должен иметь те права, которые предоставляются во Франции иностранным гражданам. Объем этих прав в РФ и во Франции фактически может и не совпадать. Речь может идти о предоставлении на началах взаимности ли-

102


бо национального режима, либо режима наибольшего благоприятствования.

Таким образом, взаимность в нашей практике в облас­ти международного частного права понимается главным образом как «формальная», а не как «материальная». Таково общее правило. В отдельных случаях, например в областях авторского права, налогообложения, возмож­но в соответствии с международной практикой приме­нение «материальной» взаимности, что предусматривает­ся в соответствующих законодательных актах. Не следу­ет исключать создания определенного правового режима для хозяйственной деятельности иностранных юридиче­ских и физических лиц в особых экономических зонах. Но этот режим должен быть определен специальным законодательством (см. гл. 5).

2. В связи с взаимностью возникает вопрос о ретор­сии, то есть о применении ответных ограничений. Если одно государство принимает меры, наносящие неоснова­тельный в порядке дискриминации ущерб интересам дру­гого государства или его граждан, то это последнее госу­дарство может принять ответные ограничительные меры. Целью таких мер является обычно достижение отмены ограничений, установленных первым государством.

Если по отношению к нашему государству, нашим организациям или нашим гражданам будет применяться какое-либо ограничение дискриминационного порядка, то в РФ также может быть применена ответная мера ограничительного характера по отношению к гражданам и юридическим лицам данного государства. В наиболее общей форме этот принцип выражен в Законе о правовом положении иностранных граждан. Часть 3 ст. 3 этого за­кона предусматривает, что «в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограниче­ния прав и свобод граждан СССР, Советом Министров СССР могут быть установлены ответные ограничения». Статья 162 Основ гражданского законодательства 1991 года предусматривает предоставление прав иностранцам в области гражданского права, признавая их граждан­скую правоспособность без требования взаимности, но в то же время в ней говорится следующее: «Правительст­вом СССР могут быть установлены ответные ограниче­ния в отношении граждан и юридических лиц тех госу­дарств, в которых имеются специальные ограничения

103


гражданской правоспособности советских граждан и юридических лиц».

Согласно постановлению № 203 «О мерах государст­венного регулирования внешнеэкономической деятель­ности» Совета Министров СССР от 7 марта 1989 г., на определенные периоды времени по отдельным товарам, странам и группам стран могли вводиться ограничения экспорта и импорта, в частности для принятия ответных мер на дискриминационные акции иностранных госу­дарств и (или) их союзов.

В соответствии с положениями международного права применение ограничительных мер в отношении опреде­ленного иностранного государства (его органов, юриди­ческих лиц и граждан) в качестве реторсии (ответной меры) не может рассматриваться как нарушение прин­ципа недискриминации.

Так, Венская конвенция о дипломатических сноше­ниях 1961 года предусматривает, что не является дискри­минацией, «если государство пребывания применяет какое-либо из положений настоящей Конвенции огра­ничительно ввиду ограничительного применения этого положения к его представительству в аккредитующем государстве» (ст. 47).

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ

1. Что понимается под коллизионным и материально-правовым методами регулирования?

2. Что понимается под унификацией материльно-правовых норм и каково значение унификации правовых норм в области международного частного права?

3. Какие имеются основные коллизионные привязки?

4. В чем состоит проблема обратной отсылки?

5. Что понимается под оговоркой о публичном по­рядке?

6. Чем отличается национальный режим от режима наибольшего благоприятствования?

7. Какие виды взаимности различаются в междуна­родном частном праве?

Ю4


ГЛАВА 4

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ

§ 1. Положение иностранцев в различных государствах. § 2. Граждан­ская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ. § 3. Гражданская правоспособность российских граждан за рубежом

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И С., Крылов С. Б. Международное частное право. С. 66—81; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особен ная часть.— М., 1975.— С. 12—40; Лунц Л А., Марышева Н И., Сади ков О. Н Международное частное право.— С. 81—89; Галенская Л Н Правовое положение иностранцев в СССР — М., 1982; Статус ино­странцев в СССР (под общей редакцией М. М. Богуславского) М., 1984; Касиль В. И; Пастухов В. П Правовой статус иностранцев в СССР.— Киев, 1987; Лазарев Л. Н., Марышева Н. И; Пантелеева И В Иностранные граждане (правовое положение) М., 1992.

§ 1. ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ В РАЗЛИЧНЫХ ГОСУДАРСТВАХ

Нормами международного частного права регулиру ются имущественные, личные неимущественные, семей ные, трудовые и процессуальные права иностранцев. Иностранец подчиняется как бы двум правопорядкам отечественному и государства, в котором он находится В этой двойственности — своеобразие правового положе ния иностранца.

Для конца XX века характерно резкое увеличение числа иностранцев, временно или постоянно находящих ся в другой стране. Так, например в ФРГ с 1988 по 1992 год число проживающих в стране иностранцев

105


возросло более чем на 2 млн. человек и достигло почти 6,5 млн. человек.

В условиях развития и углубления международного сотрудничества, создания в нашей стране большей откры­тости общее число приезжающих в РФ иностранцев все время увеличивается.

Иностранными гражданами признаются лица, не являющиеся гражданами РФ и имеющие доказательства своей принадлежности к гражданству иностранного го­сударства. В настоящей работе «иностранец» применя­ется как адекватный термину «иностранный гражда­нин».

Положение иностранцев определяется прежде всего Конституцией РФ. Статья 37 Конституции устанавли­вает: «Лица, не являющиеся гражданами Российской Федерации и законно находящиеся на ее территории, пользуются правами и свободами, а также несут обя­занности, установленные Конституцией, законами и меж­дународными договорами Российской Федерации».

Поскольку в России в течение определенного вре­мени сохранялось действие Закона СССР о правовом положении иностранных граждан в СССР от 24 июня 1981 г., остановимся на основных положениях этого закона.

Закон 1981 года исходит из следующих основных принципов правового положения иностранных граждан:

во-первых, иностранные граждане пользуются теми же правами и свободами и несут те же обязанности, что и граждане СССР, если иное не вытекает из Консти­туции СССР, этого закона и других актов законодатель­ства Союза ССР. Таким образом, исходным является принцип национального режима;

во-вторых, иностранные граждане в СССР равны перед законом независимо от происхождения, социаль­ного и имущественного положения, расовой и националь­ной принадлежности, пола, образования, языка, отноше­ния к религии, рода и характера занятий и других об­стоятельств;

в-третьих, в отношении граждан тех государств, в ко­торых имеются специальные ограничения прав и свобод граждан СССР, Советом Министров СССР могут быть установлены ответные ограничения;

в-четвертых, использование иностранными граждана-

106


ми прав и свобод в СССР не должно наносить ущер­ба интересам советского общества и государства, пра­вам и законным интересам граждан СССР и других лиц.

При определении правового положения иностранцев наше законодательство исходит из принципа равенства всех рас и национальностей, поэтому, например, запреты для вступления в брак между белыми и неграми, дейст­вующие в некоторых странах, в РФ не имеют никакой силы.

Согласно Конституции РФ, женщины и мужчины имеют в РФ равные права и свободы. Действующий в нашей стране принцип равноправия женщины и муж­чины полностью распространяется и на иностранцев. Женщине-иностранке предоставляются в РФ равные пра­ва с мужчиной-иностранцем.

Поэтому в РФ не могут быть признаны всякого рода ограничения прав замужних женщин. Правила законодательства Греции, Нидерландов, Бельгии, Брази­лии и других государств, устанавливающие власть мужа над женой, перестают действовать для граждан этих государств во время их нахождения в РФ. Жена без согласия мужа может в РФ поступать на работу, распо­ряжаться своим имуществом, обращаться в суд и т. д.

Безоговорочное признание принципа равенства жен­щины и мужчины приводит к тому, что в РФ не могут быть осуществлены вообще юридические действия, осно­ванные на неравноправном положении женщины.

Закон о правовом положении иностранных граждан в СССР предусматривает разделение всех иностранных граждан на две категории: постоянно проживающих и временно находящихся в СССР. Отнесение лица к той или иной категории зависит не от временного фактора (срока пребывания), а от критерия степени устойчи­вости правовой связи иностранца с Советским государ­ством, цели и характера нахождения его на территории СССР.

Закон исходит из того, что факт постоянного про­живания какого-либо лица в стране определяет сущест­венным образом его правовое положение. Поэтому в таких вопросах, как трудовая деятельность, обеспече­ние жилищем, предоставление медицинской помощи, об­разование, иностранные граждане, постоянно проживаю-

107


щие в РФ, полностью приравниваются к гражданам России.

Статус таких лиц отличается, таким образом, от статуса лиц, на время приезжающих в нашу страну.

§ 2. ГРАЖДАНСКАЯ ПРАВОСПОСОБНОСТЬ И ДЕЕСПОСОБНОСТЬ ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН В РФ

1. Согласно ст. 160 Основ гражданского законода­тельства, иностранные граждане пользуются в РФ граж­данской правоспособностью наравне с нашими гражда­нами.

Приведенное положение закона закрепляет пре­доставление иностранцам национального режима (см. гл. 3). В силу этого иностранцы пользуются в РФ, как правило, такой же гражданской правоспособностью, как и российские граждане. Это означает, что гражданская правоспособность иностранца в РФ определяется в принципе российским законодательством, а не личным законом иностранца. Применение к иностранцам лич­ного закона, в частности закона государства, граж­данином которого он является, допускается лишь при наличии соответствующих правил международного дого­вора, участницей которого является РФ.

Из предоставления иностранцам национального ре­жима в то же время следует, что иностранец в РФ не может претендовать на какие-либо иные гражданские права, нежели те, которые предоставлены по нашему закону гражданам РФ; иностранец не может требовать предоставления ему привилегий или установления изъя­тий из нашего закона.

Закрепленный в законодательстве национальный режим в отношении гражданской правоспособности ино­странцев носит безусловный характер, то есть он пре­доставляется иностранцу в каждом конкретном случае без требования взаимности. Из этого принципа исходят и другие законодательные акты, регулирующие права иностранцев в различных областях (ст. 25 Гражданского процессуального кодекса и др.).

Сказанное не означает, что в отдельных случаях зако­нодательством не могут быть установлены правила в

108


отношении осуществления каких-либо прав на началах взаимности.

Предоставление иностранцу гражданской правоспо­собности наравне с гражданами России, как правило, не обусловлено тем, чтобы иностранец имел место жи­тельства в РФ. В отдельных прямо предусмотренных в законе случаях предоставление определенных прав свя­зано с фактом постоянного проживания иностранца в РФ. Так, согласно ст. 12 закона 1981 года, иностран­ные граждане могут иметь в нашей стране жилой дом и иное имущество в личной собственности, наследовать и завещать имущество, иметь права автора произведе­ний науки, литературы и искусства, открытия, изобре­тения, рационализаторского предложения, промышлен­ного образца, а также иные имущественные и личные неимущественные права. В соответствии со ст. 11 того же закона все иностранные граждане, постоянно про­живающие в СССР, имеют право на основаниях и в порядке, установленных для граждан СССР, получить в пользование жилое помещение в домах государствен­ного и общественного жилого фонда, жилищно-строи-тельных кооперативов.

Согласно Закону о собственности в РСФСР от 24 де­кабря 1990 г., положения этого закона, относящиеся к собственности российских граждан, применяются так­же к находящейся в РФ собственности иностранных граждан и лиц без гражданства, если иное не преду­смотрено законодательными актами.

2. Статья 160 Основ гражданского законодательства предусматривает также возможность установления зако­ном отдельных изъятий в отношении предоставления иностранцам равных прав с отечественными гражда­нами.

Установленные в свое время в союзном законода­тельстве изъятия были немногочисленны, и они могут быть сведены к двум группам.

К первой группе относятся изъятия в отношении возможности для иностранцев занимать определенные должности или осуществлять занятия той или иной профессией на равных началах с нашими гражданами (см. гл. 16). Согласно п. 7 Положения об охране рыб­ных запасов и о регулировании рыболовства в водоемах СССР от 15 сентября 1958 г., иностранным гражданам

109


и юридическим лицам запрещается заниматься промыс­ловой добычей рыбы и других водных животных и рас­тений в водоемах СССР, за исключением случаев, пре­дусмотренных соглашениями СССР с иностранными го­сударствами.

В соответствии со ст. 16 Закона СССР о государст­венной границе СССР от 24 ноября 1982 г. запрещена промысловая, исследовательская и изыскательская дея­тельность иностранных судов в территориальных и внут­ренних водах СССР. В соответствии с указом «Об эко­номической зоне СССР» Президиума Верховного Совета СССР от 28 февраля 1984 г. в экономической зоне СССР промысел рыбы и других живых ресурсов может осу­ществляться иностранными юридическими и физически­ми лицами только на основе международных договоров или иной договоренности между СССР и соответствую­щим иностранным государством.

Согласно ст. 5 указа «О континентальном шельфе Союза ССР» Президиума Верховного Совета СССР от 6 февраля 1968 г., иностранным физическим и юриди­ческим лицам запрещается проводить исследования, раз­ведку, разработку естественных богатств и иные работы на континентальном шельфе СССР, за исключением случаев, когда это прямо предусмотрено соглашением между СССР и заинтересованным иностранным госу­дарством или специальным разрешением, выданным ком­петентными властями СССР.

Вторую группу 'изъятий составляют правила, уста­навливающие особый режим прав иностранцев, определя­емый характером охраняемых прав, особенностями их юридической природы. Так, в силу территориального характера авторских прав (согласно ст. 5 Закона об ав­торском праве и смежных правах) национальный режим в отношении авторских прав иностранцев установлен при­менительно к произведениям, обнародованным на терри­тории РФ либо необнародованным, но находящимся на территории РФ в какой-либо объективной форме. В отношении других произведений иностранцев автор­ские права признаются в соответствии с международ­ными договорами РФ (см. гл. 12).

3. В России имеется некоторое количество лиц без гражданства. К ним относятся проживающие на тер­ритории РФ лица, не являющиеся гражданами РФ и не

110


имеющие доказательства своей принадлежности к ино­странному гражданству. Согласно Основам гражданского законодательства (ст. 160), лица без гражданства поль­зуются в России гражданской правоспособностью нарав­не с нашими гражданами. Отдельные изъятия могут быть установлены законодательными актами.

Таким образом, в отношении лиц без гражданства, независимо от того, проживают они в РФ или нет, действует принцип национального режима.

4. Законодательство содержит также специальные правила, касающиеся дееспособности физических лиц, под которой понимается способность совершать опреде­ленные действия, принимать на себя определенные обя­зательства. Коллизионные вопросы дееспособности фи­зического лица возникают прежде всего вследствие того, что законы разных стран не всегда одинаково опреде­ляют возраст, с наступлением которого человек достигает совершеннолетия и тем самым становится полностью дее­способным. Как и во многих странах континентальной Европы, наш закон исходит в вопросах дееспособности из принципа lex patriae.

Согласно Основам гражданского законодательства, «гражданская дееспособность иностранного гражданина определяется по праву страны, гражданином которой он является» (ч. 2 ст. 160). Таково общее правило в отношении дееспособности иностранцев. Наряду с этим закон предусматривает и некоторые специальные пра­вила.

Гражданская дееспособность лица без гражданства определяется по праву страны, в которой он имеет по­стоянное место жительства (ч. 3 ст. 160). Гражданская дееспособность иностранных граждан и лиц без граж­данства в отношении сделок, совершаемых в РФ, и обя­зательств, возникающих вследствие причинения вреда в РФ, определяется по российскому праву (ч. 4 ст. 160). Таким образом, ч. 3 и 4 ст. 160 Основ гражданского законодательства содержат изъятия из действия прин­ципа личного закона лица в пользу территориального принципа.

Постоянно проживающие в РФ иностранные гражда­не и лица без гражданства могут быть признаны в РФ недееспособными или ограниченно дееспособными в по­рядке, установленном нашим законодательством.

ill


В договорах о правовой помощи, заключенных с другими странами, дееспособность физического лица обычно определяется по закону его гражданства.

Согласно многосторонней Конвенции о правовой по­мощи стран СНГ от 22 января 1993 г., дееспособность физических лиц определяется законодательством дого­варивающейся стороны, гражданином которой является это лицо (ст. 23).

5. Постановления о правах иностранцев содержатся в различных международных договорах, заключенных РФ с другими странами (торговых договорах, консуль­ских конвенциях, договорах о правовой помощи, по вопросам налогообложения и т. д.). В этих договорах закрепляется уравнение иностранцев в правах либо с отечественными гражданами (предоставление нацио­нального режима), либо с гражданами любого другого государства, с которым заключен договор на аналогич­ных условиях (предоставление режима наибольшего благоприятствования). Приведем некоторые примеры из договорной практики.

По соглашению между СССР и Францией о торго­вых взаимоотношениях от 3 сентября 1951 г. француз­ские граждане или юридические лица, образованные согласно французскому закону, будут в отношении их личности и имущества пользоваться режимом столь же благоприятным, как граждане и юридические лица на­иболее благоприятствуемой нации, при осуществлении ими непосредственной или через избранных ими посред­ников хозяйственной деятельности на территории СССР в тех условиях, в каких эта деятельность разрешается законодательством СССР (ст. 4).

Предоставление национальнрго режима предусмотре­но договором о правовой защите и правовой помощи меж­ду СССР и Финляндией от 11 августа 1978 г. Граждане Финляндии в СССР, точно так же как граждане СССР на территории Финляндии, пользуются в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой в судах и других учреждениях, как и собствен­ные граждане каждого из государств.

6. Таким образом, иностранцы имеют в РФ такие же имущественные и личные неимущественные права, что и российские граждане. Эти права должны осуществляться ими таким же образом, как и российскими гражда-

112


нами. Реализация указанных прав должна соответство­вать их назначению в обществе.

Иностранцы, как и граждане РФ, могут владеть, поль­зоваться и распоряжаться принадлежащей им собствен­ностью в пределах, установленных нашим законом. Ха­рактерные примеры дает в этом отношении судебная практика.

По иску Л. Гриневой к французскому гражданину А. Реве, про­живающему во Франции, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда 10 мая 1955 г. признала, что иностранец может владеть и распоряжаться принадлежащим ему домом в Москве на тех же основаниях, что и советский гражданин, и что такое право не обусловлено проживанием его в СССР.

Иностранец-собственник имеет право истребовать по суду вещи из незаконного владения лица, удерживаю­щего их у себя.

Таким образом, в отношении права собственности иностранцев действует принцип национального режима. На иностранцев распространяются все общие правила нашего законодательства о собственности граждан. Это касается круга предметов, которые вообще Moiyr при­надлежать иностранцам, и пределов осуществления ино­странцами их права собственности. Установленные в этом отношении правила законодательства должны соблю­даться на территории РФ всеми лицами, в том числе иностранцами. Так, если иностранец везет в РФ оружие, то ни законность приобретения оружия за. рубежом, ни правомерность владения им, когда он жил в другой стра­не, не являются основанием для владения оружием в РФ. Иностранец может владеть оружием в РФ лишь при выполнении условий, установленных нашим законо­дательством.

Предоставление национального режима иностранцам означает не только уравнение их с нашими гражданами в области гражданских прав, но и возложение на ино­странцев как участников гражданских правоотношений обязанностей, вытекающих из правил нашего законода­тельства. Например, согласно ст. 444 ГК РСФСР, из факта причинения вреда жизни, здоровью и имуществу гражданина или организации возникает обязательство по возмещению вреда. Такое обязательство возникает и в случае причинения вреда иностранцам (см. гл. 11). Осуществление прав, предоставленных в РФ иностран-

113


ным гражданам в соответствии с нашим законодатель­ством, неотделимо от исполнения ими обязанностей. Общее правило в отношении обязанностей иностранцев, находящихся на территории РФ, сформулировано в ст. 37

Конституции РФ.

Согласно ст. 13 Закона СССР о правовом положении иностранных граждан в СССР, иностранные граждане в СССР имеют право на получение образования на­равне с советскими гражданами в соответствии с поряд­ком, установленным нашим законодательством.

Иностранные граждане, принятые в российские учеб­ные заведения, имеют права и несут обязанности уча­щихся и студентов в соответствии с российским зако­нодательством.

Для работающих в РФ иностранцев, которые окон­чили высшие учебные заведения за границей, имеет боль­шое значение признание действия их дипломов в РФ. Правила по этим вопросам содержатся в соглашениях о признании эквивалентности дипломов. В РФ лица, окончившие высшие учебные заведения за границей, при наличии у них соответствующего документа в под­линнике считаются имеющими высшее образование на­равне с лицами, окончившими высшие учебные заведения на территории РФ. Документы об окончании высших учебных заведений, полученные за границей, имеют юридическую силу в РФ и не подлежат обмену на дипло­мы установленного в РФ образца.

§ 3. ГРАЖДАНСКАЯ ПРАВОСПОСОБНОСТЬ РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН ЗА РУБЕЖОМ

Положение российских граждан за рубежом опре­деляется как законодательством страны их местопре­бывания, так и нашим законодательством. Большое зна­чение в этом отношении имеют положения международ­ных договоров РФ с иностранными государствами» Предоставление в договорном порядке на основе взаим­ности определенного режима ставит своей целью пре­дотвращение какой бы то ни было дискриминации российских граждан, изменения их правового положе­ния в одностороннем порядке.

Граждане РФ за границей пользуются защитой я

114


покровительством Российской Федерации. Это предусма­тривает Конституция РФ.

Консульский устав СССР устанавливает, что «консул обязан принимать меры к тому, чтобы... граждане СССР пользовались в полном объеме всеми правами, предостав­ленными им законодательством государства пребыва­ния и международными договорами, участниками кото­рых являются СССР или союзная республика и госу­дарство пребывания, а также международными обычая­ми» (ст. 23). В случае, если консулом будет установлено нарушение каких-либо прав советских граждан, он дол­жен принять меры для восстановления нарушенных прав.

Может ли российский гражданин иметь за границей те имущественные права, которые нашему праву неиз­вестны или которые у нас прямо не признаются? Вправе ли он иметь, например, право собственности на недви­жимость (здания, земельные участки)? В Советском государстве советский гражданин не мог осуществлять права собственника на земельный участок, поскольку в Советском Союзе не было права личной собственности на землю. Земля находилась в исключительной собствен­ности государства. Что же касается имущественных прав советских граждан за границей, то они могли поль­зоваться там всеми имущественными правами, предо­ставленными соответствующими иностранными закона­ми, хотя эти права и были неизвестны советскому законо­дательству.

Бще в разъяснении Народного комиссариата юстиции РСФСР 1923 года отмечалось: «Гражданин РСФСР может за границей вла­деть на праве собственности сельскими м городскими земельными участками, домами и дачами, промышленным и торговым предприя­тием» и вообще владеть любой собственностью без соблюдения огра­ничений, установленных Гражданским кодексом РСФСР.

В советской практике в первые годы после создания Советского государства возник вопрос, Moiyr ли советское дипломатическое представительство и другие органы Советского государства за гра­ницей защищать имущественные права советских граждан, принимать меры по защите таких прав, которые в Советском государстве совет­ский гражданин в силу советских законов осуществлять не может. Этот вопрос был решен рядом циркуляров Народного комиссариата по иностранным делам, которые сохранили свое значение до наших дней.

В циркуляре № 329 НКИД 1925 года говорилось следующее:

«Советский гражданин может за пределами Союза .осуществлять права, основанные на иностранных законах». В циркуляре указыва-

115


лось, что советский гражданин может осуществлять право собствен­ности на землю, если такое право собственности в данном государ­стве признается. Это означало, что те права, которые возникают под действием иностранных законов, должны осуществляться и советскими гражданами на равных основаниях с местными гражданами или дру­гими иностранцами.

В циркуляре № 42 НКИД от 12 апреля 1922 г. разъяснялось, что факт непризнания того или иного права советским законодатель­ством не препятствует Советскому правительству защищать такое пра­во за границей. Однако осуществление этого права не должно нару­шать основы социалистической морали, противоречить господствую­щему в СССР социалистическому правосознанию: «Пределы, до каких может простираться защита подобных прав, определяются вместе с тем и общими основами правосознания Советского государства». Не могут быть взяты под защиту все права — ото должно состав­лять предмет отдельной оценки в каждом конкретном случае».

Законодательство России о собственности существен­ным образом отличается от ранее действовавшего зако­нодательства СССР. Было введено право частной соб­ственности. Уже Законом о собственности в РСФСР 1990 года было установлено, что гражданин вправе при­обрести для ведения сельскохозяйственного производ­ства, а также строительства жилого дома, садоводства и огородничества земельные участки, в собственность или во владение (ст. 12). Однако, несмотря на это, при­веденные выше циркуляры имеют не просто историче­ское значение. Из них можно сделать следующие вы­воды: 1) поскольку объем прав собственника, по общему правилу, определяется законом места нахождения вещи, российский гражданин может осуществлять в отношении своего имущества все правомочия, которые установлены иностранным законом, и пользоваться защитой со сто­роны местных органов; 2) всякая попытка ограничить имущественные права российских граждан и лишить их законной защиты не может 'рассматриваться иначе, как дискриминация.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какими законодательными актами определяется гражданская правоспособность иностранца в РФ?

2. Какое значение имеет факт постоянного прожива­ния иностранца в РФ для предоставления ему опреде­ленных прав?

3. Как определяется гражданская правоспособность российских граждан за рубежом?

116


ГЛАВА 5

ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

§ 1. Участие юридических лиц в международных хозяйственных отношениях и определение их государственной принадлежности. § 2. Иностранные юридические лица в РФ. § 3. Правовое положение российских юридических лиц за границей. 8 4 - Правовые формы совместной хозяйственной деятельности. § 5. Правовое положение предприятий с иностранными инвестициями в РФ

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С., Крылов С. Б. Международное частное право.— С. 82—93; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 41—73; Лунц Л. А., Марышееа Н. И; Садиков О. Н. Меж­дународное частное право,—С. 90—110; Корецкий В. М. Очерки англо-американской доктрины и практики международного частного права.— С. 197—395; Ладыженский А. М. Теория национальности юридических лиц в международном частном праве//Сов. ежегодник международного права. 1964—1965.— М, 1966.— С. 260—275; Ген- kuh Д. М. Правовое положение советских экспортных и импортных объединений за границей//Проблемы международного частного пра­ва.— М., I960.— С. 3—28; Вознесенская Н. Н. Совместные предпри­ятия как форма международного экономического сотрудничества.— М., 1989; Совместные предприятия, международные объединения и организации на территории СССР. Нормативные акты и комментарии/ / Под ред. А. Д. Голубева,— М., 1989; Правовое положение совмест­ных предприятий в СССР.— М., 1988; Богуславский М. М; Орлов Л. Н. Законодательство о совместных предприятиях. Комментарий.— М., 1993; Ляликова Л. А. Транснациональные корпорации и проблема определения их национальности//Сов. ежегодник международного права. 1981.— М., 1982.— С. 256—269.

§ 1. УЧАСТИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЯХ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИХ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ

1. В современных условиях хозяйственная деятель­ность юридических лиц не ограничена пределами одного

117


государства, причем число таких юридических лиц все время возрастает. Экспорт капитала приводит к тому, что предприятия, созданные в одном государстве, при­надлежат полностью или частично компаниям другого государства. Основная деятельность крупных монопо­лий осуществляется вообще в нескольких странах.

В современной экономической литературе междуна­родные монополии, деятельность которых охватывает многие важные сферы мирового хозяйства, делятся обыч-' но на несколько групп.

В первую из них входят национальные общества, тресты, компании, имеющие за рубежом многочисленные филиалы, а также дочерние общества. Речь идет, таким образом, о монополиях, национальных по своему капи­талу, но международных по сфере деятельности. К чис­лу таких транснациональных корпораций США принад­лежат «Дженерал моторз», «Форд моторз», «Интер-нэшнл бизнес мэшинз» и др. В европейских капитали­стических странах крупнейшими международными моно­полистическими корпорациями являются «Фольксваген» (ФРГ), «Филипс» (Нидерланды), «Бритиш петролеум», «Империал кэмикал индастриз» (Великобритания), «Сименс» (ФРГ), «Нестле» (Швейцария).

Ко второй группе транснациональных корпораций относятся тресты и концерны, которые являются меж­дународными не только по сфере деятельности, но и по капиталу. В отличие от монополий первой группы, они принадлежат капиталу нескольких государств. Таковы, например, англо-голландские концерны — нефтяной «Ройял датч-Шелл» и химико-пищевой «Юнилевер», англо-американо-канадский никелевый трест «Интер-нэшнл никл компани оф Кэнада», бельгийско-франко-люксембургский металлургический концерн «Арбед», германо-бельгийский трест фотохимических товаров «Агфа-Геверт», англо-итальянский концерн резинотехни— ческих изделий «Данлоп-Пирелли». ^

Общим для этих" двух групп является то, что те и другие монополии созданы как юридические лица од­ного государства. В других странах и те и другие мо­нополии имеют многочисленные филиалы, отделения, а также дочерние общества.

Наконец, к третьей группе международных монопо­лий относятся многочисленные картели и синдикаты*

118


объединения производственного и научно-технического характера, юридическими лицами не являющиеся.

С правовой точки зрения монополии (речь идет о первых двух группах) не являются международными юридическими лицами, хотя термин «международный» применяется и в официальном названии некоторых из них.

Тенденция развития транснациональных корпораций США такова, что от участия и контроля над запад­ноевропейскими предприятиями они все чаще переходят к превращению их в свою собственность. Экономически и политически это ведет к более глубокому воздействию американского капитала на экономику Западной Европы, а юридически — к образованию в европейских странах юридических лиц, формально самостоятельных, но пол­ностью принадлежащих американской компании, часто с одноименным названием, например «Дрессер Франс» (Франция), «форд АГ Кёльн» (ФРГ).

Монополии используют для полностью принадлежа­щих им компаний форму самостоятельного юридическо­го лица страны места нахождения, для того чтобы распространить на них действие местного законодатель­ства, и в первую очередь налогового, если его требо­вания являются более льготными для «отечественных» компаний, чем для иностранных.

В других случаях монополии, и прежде всего транс­национальные, создают в иностранных государствах свои филиалы. Филиалы не наделяются правами самостоя­тельных юридических лиц. Таким образом, наиболее характерной особенностью ТНК является несоответст­вие между экономическим содержанием, экономической сущностью и юридической формой; экономическое един­ство оформляется юридической множественностью (юридические лица местного права, филиалы и т. д.), что служит интересам собственников ТНК. Хартия эко­номических прав и обязанностей государств 1974 года предусматривает, что каждое государство имеет право в пределах действия своей юрисдикции регулировать и контролировать деятельность транснациональных корпо­раций. В этой хартии, принятой в виде резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, точно так же как в проек­те разработанного Кодекса поведения ТНК, отразилось стремление развивающихся стран оградить- свою эко-

119


номику от пагубного влияния транснациональных кор­пораций.

Еще одной распространенной формой экспорта ка­питала является организация смешанных обществ (на паях с местным капиталом или с фирмами различных государств). Под смешанными обществами в между­народном частном праве обычно понимаются торговые общества или производственные предприятия, капитал которых принадлежит юридическим лицам или гражда­нам различных государств.

Международными юридическими лицами современ­ная западная доктрина признает те юридические лица, которые созданы либо непосредственно в силу меж­дународного договора (например. Международный банк реконструкции и развития — МБРР, Европейское обще­ство химической обработки облученных горючих мате­риалов — «Еврохемик»), либо на основании внутреннего закона одного или двух государств, принятого в соот­ветствии с международным договором (Европейское об­щество по финансированию закупок железнодорожного оборудования — «Еврофирма», Банк международных расчетов — БМР).

В советской юридической литературе понятие между­народного юридического лица было применено к между­народным банкам стран — членов СЭВ — Международ­ному банку экономического сотрудничества (МВЭС) и Международному инвестиционному банку (МИБ)

2. В целом ряде случаев важно установить, к какому государству принадлежит то или иное юридическое лицо. Например, если в торговом договоре указывается, что юридическим лицам договаривающегося государства предоставляется режим наибольшего благоприятствова­ния или же национальный режим, то необходимо опре­делить, какие юридические лица могут рассматриваться как юридические лица данного государства.

В международных отношениях часто возникает необ­ходимость дипломатической защиты иностранных граж­дан, причем такая защита имеет место в отношении не только граждан (физических лиц), но и юридиче­ских лиц.

Из этого положения исходило и советское законо­дательство. Консульский устав СССР предусматривал,! что консул обязан принимать меры к тому, чтобы совет- т

120


ские юридические лица пользовались в полном объеме всеми правами, предоставленными им законодательством государства пребывания, соответствующими междуна­родными договорами и международными обычаями (ст. 23). Консул обязан принимать меры для восста­новления нарушенных прав юридических лиц.

В международных отношениях возникает множество правовых вопросов, касающихся юридического лица, ко­торые нужно решить. Например, в одном государстве какое-то образование признается юридическим лицом, а в другой стране такое же образование рассматри­вается не как юридическое лицо, а как простая сово­купность физических лиц. Так, английский «партнер-шип» (полное товарищество) по английскому праву не является юридическим лицом, по французскому же пра­ву аналогичное образование считается юридическим лицом.

Для того чтобы установить, является ли то или иное образование юридическим лицом, необходимо выяснить, к какому государству это образование отно­сится.

Классическая- доктрина международного частного права определяла личный закон образования (объеди­нения) в зависимости от его государственной принад­лежности, «национальности».

Этот закон отвечает на вопрос, является ли то или иное образование юридическим лицом. Если личным законом товарищества, о котором говорилось выше, будет английский закон, тогда такое товарищество не признается юридическим лицом. В случае же, когда установлено, что личным законом является французский закон, это образование будет рассматриваться как юри­дическое лицо.

Личным законом (статутом) юридического лица опре­деляются такие правовые вопросы, как объем право­способности, порядок ликвидации юридического лица.

Личный закон юридического лица определяется его национальностью. Термин «национальность» в между­народном частном праве применяется к юридическим лицам условно, в ином смысле, чем он применяется к гражданам. Под национальностью юридического лица понимается принадлежность юридического лица к опре­деленному государству. В праве Великобритании и США

121


господствующим критерием для определения националь­ности юридического лица является место его учрежде­ния, то есть закон того государства, где юридическое лицо создано и утвержден его устав. Английские авторы называют такой закон законом инкорпорации. При этом если юридическое лицо учреждено в Великобритании и там зарегистрирован его устав, то считается, что это юридическое лицо английского права (принцип инкорпо­рации).

В континентальных государствах Западной Европы применяются другие принципы определения националь­ности юридического лица. Господствующая тенденция сводится к тому, что в качестве критерия для уста­новления национальности юридического лица применяют закон места нахождения юридического лица. Под мес­том нахождения юридического лица понимается то ме­сто, где находится правление этого юридического лица. Такой принцип принят, в частности, во Франции и ФРГ.

В литературе по международному частному праву был выдвинут и третий критерий определения нацио­нальности юридического лица — место деятельности (его восприняло законодательство Италии). Этот кри­терий получил применение в практике развивающихся стран.

В ряде случаев в законодательстве и судебной прак­тике упомянутые критерии установления национальности , юридического лица отбрасываются со ссылкой на то, что эти критерии исходят из формальной точки зре­ния, а подлинную принадлежность капитала по таким формальным признакам определить нельзя. Когда нужно установить, кому в действительности принадлежит юри­дическое лицо, кто его контролирует, используется «тео­рия контроля». Эта теория была первоначально сфор­мулирована во время первой мировой войны и приме­нялась в судебной практике в борьбе с нарушением за­конодательства о «враждебных иностранцах».

Этот вопрос впервые возник в английской судебной практике в известном деле Даймлера (1916 г.). В Англии была учреждена акционерная компания по продаже -шин. Ее капитал состоял из 25 тыс. акций, из них только одна принадлежала англичанину, а остальные находились в руках германских собственников. Компания

122


бь1ла зарегистрирована по английским законам. С точки зрения английского права компания — английское юри­дическое лицо. Однако суд признал, что в данном слу­чае надо установить, кто контролирует юридическое ли­цо, и соответственно с этим решил вопрос о его факти­ческой принадлежности.

В дальнейшем критерий контроля был воспринят законодательством ряда государств, предусматриваю­щим, что,под «враждебным юридическим лицом» пони­мается юридическое лицо, контролируемое лицами враж­дебной национальности. Критерий контроля применялся после второй мировой войны во всех случаях, когда особенно важно было установить действительную при­надлежность юридического лица. Как и другае право­вые категории, этот критерий используется различ­ными государствами в зависимости от целей их эконо­мической политики.

Законодательство и практика различных государств при решении вопроса о национальной принадлежности юридических лиц не ограничиваются формальными критериями. В реальной экономической жизни большое значение имеет критерий контроля, который может в отдельных случаях сочетаться с другими критериями. В последние годы в западной литературе по международ­ному частному праву все чаще государственная принад­лежность отделяется от личного статута юридического лица. Более того, предлагается вообще не применять категорию личного статута для решения всех коллизион­ных вопросов, касающихся данного юридического лица. По этому пути идет в ряде стран и законодательная практика. В зависимости от конкретной цели выбирается определенный критерий. Так, для определения подсуд­ности в США применяется принцип инкорпорации, а для целей налогообложения — принцип места деятель­ности.

Как уже отмечалось, юридические лица создаются на территории определенного государства. Однако их дея­тельность не ограничивается территорией этого государ­ства и может осуществляться на территории других стран. При осуществлении такой деятельности возни­кают два вопроса: во-первых, о признании правосубъект-ности иностранного юридического лица и, во-вторых, о допуске его к осуществлению хозяйственной деятель-

123


ности на территории данного государства и об усло­виях такой деятельности.

Правосубъектность иностранных юридических лиц обычно признается на основании двусторонних догово­ров, прежде всего торговых.

Вопрос о допуске иностранного юридического лица к хозяйственной деятельности на территории государства решается законодательством этого государства. В боль­шинстве стран такая деятельность иностранного юри­дического лица возможна, но при выполнении определен­ных правил, условий, установленных национальным за­конодательством.

Правовое положение иностранных юридических лиц определяется и торговыми договорами, в которых уста­навливается общий режим для юридических лиц. Этот режим может быть основан либо на принципе наиболь­шего благоприятствования, либо на принципе националь­ного режима. В интересах крупнейших монополий стра­нами — членами ЕС подготовлен проект устава «компа­нии европейского права». Учреждение «европейской ком­пании» дает возможность юридическим лицам отдель­ной страны распространить хозяйственную деятельность на всю территорию Общего рынка.

§ 2. ИНОСТРАННЫЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА В РФ

1. Правовое положение иностранных юридических лиц в РФ определяется как правилами нашего зако­нодательства, так и положениями международных до­говоров РФ с другими государствами.

Действующее законодательство исходит из того, что гражданская правоспособность иностранных юридиче­ских лиц определяется по праву страны, где учреждены юридическое лицо или организация (ч. I ст. 161 Основ гражданского законодательства 1991 г.).

Согласно многосторонней Конвенции о правовой по­мощи стран СНГ от 22 января 1993 г. правоспособ­ность юридического лица определяется законодатель­ством государства, по законам которого оно было учреж­дено.

В торговых договорах предусматривается взаимное предбставление определенного режима юридическим ли-

124


цам договаривающихся государств, а также взаимное признание правосубъектности юридических лиц. В этих целях в договорах содержатся и критерии определения национальности юридических лиц. Однако во взаимоот­ношениях РФ с другими странами определение нацио­нальности юридического лица не имеет того значения, которое оно имеет во взаимоотношениях других госу­дарств. Это объясняется тем, что под юридическими лицами всегда подразумеваются юридические лица, учрежденные по нашим законам и имеющие место пре­бывания на территории РФ. Участие иностранного капитала в совместных предприятиях, учрежденных в РФ, не меняет дела, поскольку все они являются юридическими лицами права России.

Вопрос об определении национальности иностран­ных юридических лиц возникает главным образом при признании их правосубъектности, что является необхо­димой предпосылкой для заключения с ними сделок.

Приведем ряд примеров из договорной практики. В ст. 10 торгового договора между СССР и Финлян­дией 1947 года говорится, что будет предоставляться определенный режим юридическим лицам, образованным согласно финляндским законам. Таким образом, в этом договоре, как и в ряде других, национальность юриди­ческого лица определяется по месту его учреждения.

Однако иногда используется и другой критерий. Так, в ст. 10 торгового договора между СССР и Австрией 1955 года указано, что соответствующие права предо­ставляются в одной стране юридическим лицам, имею­щим свое место пребывания на территории другой страны.

Таким образом, в советской договорной практике применялись обычно два критерия для определения на­циональности юридических лиц: место учреждения юри­дического лица и место его пребывания.

Итак, в торговых договорах, заключенных Советским Союзом с иностранными государствами, во-первых, опре­деляется, к какому государству относится соответст­вующее юридическое лицо, поскольку там устанавливает­ся принцип определения национальности юридических лиц; во-вторых, предусматривается взаимное признание правосубъектности этих юридических лиц, то есть в СССР признается соответствующее юридическое лицо,

125


созданное, например, в Финляндии, а в Финляндии при­знаются юридические лица, созданные в СССР; и нако­нец, в-третьих, содержатся правила о режиме юриди­ческих лиц, о режиме наибольшего благоприятствова­ния или национальном режиме. СССР, а затем РФ предоставляют по торговым договорам иностранным юридическим лицам режим наибольшего благоприятство­вания. Что же касается национального режима, то он-предоставляется в определенных сферах (право на судеб­ную защиту, в области торгового мореплавания). Если торговым договором предусматривается режим наиболь­шего благоприятствования, то это значит, что ко всем иностранным юридическим лицам должны применяться одинаковые положения. Никакой дискриминации в от­ношении иностранного юридического лица какого-либо государства, с которым заключен договор на основе прин­ципа наибольшего благоприятствования, не допускается.

2. Какими правами пользуются иностранные юри­дические лица в России и других странах СНГ? Ино­странные предприятия и организации могут без особого разрешения совершать в РФ сделки по внешней тор­говле и по связанным с ней расчетным, страховым и иным операциям с российскими предприятиями, органи­зациями. При совершении сделок иностранное юриди­ческое лицо не может ссылаться на ограничение пол­номочий его органа или представителя, неизвестных праву страны, в которой орган или представитель ино­странного юридического лица совершает сделку (ч. 2 ст. 161 Основ 1991 г.).

Иностранные юридические лица имеют право на су­дебную защиту своих прав (см. гл. 17).

Во всех этих случаях каких-либо особых разреше­ний иностранным фирмам для заключения сделок или же для обеспечения охраны их прав -не требуется. Иное положение имело место в отношении хозяйствен­ной деятельности иностранных фирм на территории СССР. В условиях социалистической системы хозяйст­венная деятельность иностранных юридических лиц осу­ществлялась только в разрешительном порядке. Этот порядок препятствовал проникновению иностранного ка­питала в советскую экономику на всех этапах разви­тия Советского государства. В то же время такой поря­док не исключал привлечения в необходимых случаях

126


иностранных фирм к осуществлению под контролем и с разрешения Советского государства определенной хозяй­ственной деятельности на территории СССР.

Организационные формы участия иностранных фирм в хозяйственной деятельности в СССР не оставались неизменными. Они обусловливались задачами, стоящими перед народным хозяйством СССР на определенных этапах его развития.

С начала 20-х годов-допускались концессии, кото­рые не сыграли большой роли в развитии эко­номики страны. Условия концессий определялись дого­вором, заключаемым концессионером с государством.

В конце 20-х годов появилась другая форма допу­щения в СССР иностранных фирм. В годы первой пятилетки стал осуществляться ввоз иностранного обо­рудования для строительства и оснащения предприятий. С целью организации монтажа оборудования, образо­вания складов запасных частей в СССР стали созда­ваться представительства некоторых иностранных фирм.

Увеличение объема внешнеторговых операций с СССР, а главное, заключение ряда долгосрочных конт­рактов, постоянное и длительное сотрудничество с нашей страной привели к расширению числа крупных иностранных фирм, открывших свои представительства в СССР. В конце 60-х и в начале 70-х годов в Москве были открыты представительства японских, итальянских, французских, западногерманских, а затем и американ­ских фирм. Стали функционировать представительства банков.

Открытие представительств иностранных фирм в СССР осуществлялось в соответствии с Положением о порядке открытия и деятельности в СССР предста­вительств иностранных фирм, банков и организаций, утвержденным постановлением № 1074 Совета Мини­стров СССР от 30 ноября 1989 г. Правила, предусмот­ренные этим постановлением об открытии представи­тельств иностранными юридическими лицами, продолжа­ют действовать в России. Согласно Положению, иност­ранные фирмы, банки и организации могут открывать представительства в РФ не иначе как с особого разреше­ния, выдаваемого в зависимости от характера их деятель­ности Министерством внешней торговли. Центральным банком. Министерством юстиции, Торгово-промышлен-

127


ной палатой РФ, а также другими министерствами и ве­домствами. В разрешении указываются цель открытия представительства; условия, на которых фирме разреша­ется это сделать; срок, на который выдается разрешение;

количество сотрудников представительства из числа иностранных граждан — служащих фирм. Представи­тельство выступает от имени и по поручению представ­ляемой им фирмы и осуществляет свою деятельность в. соответствии с законодательством РФ. Представительст­ва открываются, как правило, на срок не свыше 3 лет, который может быть продлен.

Разрешение на открытие представительства РФ выда­валось иностранным фирмам, известным на мировом рынке; положительно зарекомендовавшим себя в качест­ве партнеров наших организаций по сотрудничеству в различных сферах; заключившим с нами крупномас­штабные сделки; осуществляющим промышленную ко­операций с нашими предприятиями и организациями;. заключившим с нашими организациями наиболее важ­ные соглашения о научно-техническом сотрудниче­стве.

Деятельность представительства прекращается с ис­течением срока разрешения; прекращением деятельности фирмы; прекращением действия межправительственно­го соглашения, на основании которого было открыто представительство; по решению самой фирмы, а также по решению соответствующего министерства и ведом­ства, при котором было аккредитовано представитель­ство (в случае нарушения представительством усло­вий его деятельности).

В определенных вопросах иностранное юридическое лицо будет подчиняться законам страны своей нацио­нальности. Речь идет о вопросах, которые определяются личным статутом этого юридического лица, в частности относительно его учреждения и ликвидации. Если соот­ветствующее юридическое лицо за границей будет ликви­дировано, то и в РФ оно или его отделение тоже будет считаться ликвидированным. По другим же вопросам действует российское законодательство.

При осуществлении деятельности в РФ юридическое лицо должно подчиняться соответствующим нормам на­шего права, а также положениям торгового договора, заключенного РФ с соответствующим государством.

128


Наряду с представительствами иностранные юри­дические лица могут создать на территории РФ свои филиалы. В соответствии с Законом об иностранных инвестициях от 4 июля 1991 г. иностранные юриди­ческие лица могут создать на территории России пред­приятия с долевым участием российских и иностранных инвестиций (совместные предприятия) и предприятия, полностью принадлежащие иностранным инвесторам.

Из действующего законодательства РФ можно сде­лать вывод, что иностранное юридическое лицо может осуществлять на территории России предприниматель­скую деятельность лишь путем создания каких-либо организационно-правовых структур. Согласно Закону о предприятиях и предпринимательской деятельности от 25 декабря 1990 г., субъектами такой деятельности в России могут быть граждане иностранных государств и лица без гражданства «в пределах правомочий, уста­новленных законодательством РСФСР». Статус предпри­нимателя приобретается посредством государственной регистрации предприятия, то есть, иными словами, речь применительно к иностранному предпринимателю может идти о создании им принадлежащего иностранцу пред­приятия.

§ 3. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РОССИЙСКИХ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ ЗА ГРАНИЦЕЙ

Во внешнеэкономических отношениях с иностран­ными организациями и фирмами до перестройки в СССР в области внешнеэкономической деятельности (1986— 1989 гг.) основными субъектами с советской стороны были в основном внешнеторговые объединения системы Министерства внешней торговли (МВТ) и Государствен­ного комитета СССР по внешним экономическим свя­зям (ГКЭС), то есть узкий круг специализированных внешнеторговых организаций.

Для преодоления разобщенности промышленности и внешней торговли, изменения структуры нашего экспо­рта, повышения заинтересованности производственных предприятий, объединений и других организаций во внешнеэкономической деятельности, осуществления бо­лее рационального и эффективного импорта по-новому


5 Зак. 239

129


был решен вопрос о хозяйственных организациях, имею­щих право непосредственного осуществления экспортно-импортных операций.

Число юридических лиц, управомоченных совер­шать внешнеэкономические сделки, резко возросло, по­скольку право самостоятельного выхода на внешний рынок было предоставлено любому предприятию и объ­единению, производящему продукцию (работу, услуги^, или производственному кооперативу, если их продукция является конкурентоспособной, то есть находит спрос у зарубежных партнеров. Подавляющая часть указан­ных субъектов — это научно-производственные, произ­водственные предприятия и объединения и другие орга­низации промышленности. Иными словами, в рамках коренного совершенствования внешнеэкономической де­ятельности в нашей стране право выхода на внешний рынок, то есть прежде всего право экспортировать и импортировать товары, услуги и результаты творческой деятельности, получил широкий круг производителей и потребителей.

Внешнеэкономические объединения заключают сдел­ки в РФ и за границей. Каждое объединение имеет свой устав. То, что объединение находится в админи­стративном подчинении органа государственного управ­ления, не означает, что оно может отождествляться с государством как таковым либо с министерством как органом государственного управления. Объединение все­гда выступает в обороте как самостоятельный субъект права. Самостоятельность понимается именно в граждан-ско-дравовом отношении. Объединение заключает сделку не от имени государства, но для объединения обяза­тельны акты государства, в частности о запрете экспорта или импорта.

В известном решении Внешнеторговой арбитражной комиссии по иску израильской фирмы «Джордан инвестмент лтд* против В/О «Союзвефтеэкспорт» от 19 июня 1958 г. было признано, что запрещение со стороны Министерства внешней торговли СССР испол­нения договора и отказ в выдаче лицензии на вывоз нефти из СССР, будучи обязательными для В/О «Союзнефтеэкспорт», являются обстоя­тельствами форс-мажора, освобождающими его от ответственности. Истец в данном деле, в частности, утверждал, что. эти действия не могут рассматриваться в качестве форс-мажора для ответчика, поскольку ответчик и Министерство внешней торговли являются ор­ганами одного и того же государства. В решении ВТАК признана самостоятельная правосубъектность объединения и отмечено, что

130


«объединение не является органом государственной власти. Поэтому попытка фирмы отождествить объединение с министерством лишена основания».

В этой связи нельзя согласиться с утверждениями, часто высказываемыми на Западе, что государственное юридическое лицо частного права (применительно к СССР и РФ — советского и российского гражданского права) идентично со стоящим за ним государством.

В уставе объединения закреплено общее положение гражданского права о раздельной ответственности юри­дических лиц: каждое юридическое лицо пользуется имущественной самостоятельностью и несет обособлен­ную ответственность. Государство, его органы и орга­низации не отвечают по обязательствам объединения, а объединение не отвечает по обязательствам государства, его органов и организаций. Таким образом, принцип раз­дельной ответственности юридических лиц установлен внутренним правом и уставом объединения.

Поскольку при решении вопроса об ответственности юридического лица действует личный закон юриди­ческого лица, а личным законом объединения является российский закон, во всех случаях ответственность объединения может наступать лишь в соответствии с этим принципом российского права. Правомочия объеди­нения формулируются в уставе. Вне зависимости от того, каким родом деятельности занимается объеди­нение, оно имеет право заключать договоры, совер­шать сделки как в РФ, так и за границей. Каждое объединение может учреждать свои отделения, филиа­лы, конторы и агентства, представительства как в РФ, так и за границей. Объединение вправе участвовать во всякого рода других обществах, организациях, в том числе смешанных, деятельность которых соответ­ствует задачам объединения. И наконец, объедине­ние может приобретать, отчуждать, брать и сдавать в наем как в РФ, так и за границей любое имущество, движимое и недвижимое.

Объединение имеет, таким образом, широкий круг прав, которые закрепляются за ним для того, чтобы оно могло успешно осуществлять свою деятельность.

Заключая внешнеторговые сделки, объединение реа­лизует соответствующие права. Сделки должны совер­шаться с соблюдением правил их подписания, установ-


5*

131


ленных нашим законодательством (см. гл. 8). Входя­щие в состав объединения фирмы имеют право заклю­чать по поручению объединения и от его имени сделки по внешней торговле.

Объединение связывают лишь сделки, заключенные в соответствии с уставом объединения и законодатель­ством. В ряде уставов, например в Уставе государст­венного предприятия В/О «Атомэнергоэкспорт», утвер" жденном Министром внешних экономических связей РФ 10 августа 1992 г., предусмотрено, что внешнеторго­вые сделки объединения подписываются двумя ли­цами.

Объединение, как любое юридическое лицо в РФ, имеет специальную правоспособность. Это означает, что деятельность объединения ограничивается теми целями и задачами, которые государство возлагает на него. Таким образом, объем правоспособности каждого юридического лица определяется той конкретной целью, для которой оно было образовано.

Каждое объединение вправе заключать только такие сделки, предмет которых соответствует его уставу. Объем правоспособности объединения устанавливается в уставе.

Это положение действует в отношении всех россий­ских субъектов международного частного права — участ­ников внешнеэкономических связей. При регистрации участников внешнеэкономических связей обязательно представляется устав, в котором должны быть отраже­ны характер и номенклатура внешнеэкономической дея­тельности по производимой продукции (работам, услу­гам). В случае осуществления внешнеэкономических операций с нарушением уставной правоспособности в соответствии с постановлением № 203 «О мерах госу­дарственного регулирования внешнеэкономической дея­тельности» Совета Министров СССР от 7 марта 1989 г. государственным органом управления (Государственной внешнеэкономической комиссией Совета Министров СССР) могло быть принято решение о приостановле­нии внешнеэкономических операций такого участника. Это приостановление могло осуществляться в виде запре­та исполнения конкретной сделки или временного при­остановления всех таких операций нарушителя на срок до одного года.

132


Таким образом, общее для всех российских субъек­тов международного частного права в области внешне­экономической деятельности то, что они являются юри­дическими лицами, несущими самостоятельную имущест­венную ответственность по своим обязательствам. Это особенно важно иметь в виду, поскольку принципы самостоятельной ответственности, полного хозяйствен­ного расчета и самофинансирования хозяйственных субъектов — это. основополагающие принципы проводи­мой в РФ хозяйственной реформы.

Все указанные организации являются российскими юридическими лицами, поэтому их личный статут опре­деляется российским правом. В соответствии с нашим законодательством государственная организация, являю­щаяся юридическим лицом, отвечает по своим обяза­тельствам закрепленным за ней имуществом. Государство не отвечает по обязательствам государственных органи­заций, являющихся юридическими лицами, а названные организации не отвечают по обязательствам государства. Эти положения определяются личным статутом россий­ских организаций, и поэтому они должны применяться и за рубежом, то есть, иными словами, иметь экстеррито­риальное значение. Приведем пример.

В 1972 году в США был предъявлен иск к пароходу «Сулей-ман Стальйкии», который эксплуатировался советской судоходной компанией. Иск был предъявлен в связи с претензией, касавшейся рыболовного промысла, осуществлявшегося другой советской орга­низацией. В ноте, направленной в связи с арестом парохода «Сулей-ман Стальский», со ссылкой на ст. 13 Основ гражданского законо­дательства 1961 г. отмечалось, что пароходство является самостоя­тельным юридическим лицом, не имеющим отношения к рыболов­ству.

Если подходить к российскому объединению (пред­приятию) с точки зрения любых критериев, исполь­зуемых в иностранных государствах при определении национальности юридических лиц (Напомним, что обыч­но применяется, критерий либо места учреждения юриди­ческого лица, либо его места нахождения), то личным законом объединения (предприятия) всегда будет только российский закон. Личным законом будут определяться правоспособность юридического лица, его внутренняя структура, внутренняя организация, решение о его ликви­дации. Другие же вопросы, касающиеся порядка осу-

133


ществления деятельности на территории иностранного государства, допуска юридического лица к соответст­вующей деятельности, условий такой деятельности, ре­шаются во внутреннем законодательстве той страны, где действует российское юридическое лицо, и в соответ­ствии с положениями торгового договора, заключенного Россией с данным государством.

§ 4. ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ СОВМЕСТНОЙ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

1. Интернационализация международной хозяйствен­ной жизни приводит к использованию различных орга­низационных форм совместной деятельности субъек­тов из разных государств. Это могут быть чисто дого­ворные формы, при которых отношения сторон опре­деляются договорами о производственной либо научно-технической кооперации, договорами о консорциумах, предусматривающими обычно совместное выступление сторон на том или ином рынке или в отношении опре­деленного объекта деятельности. Но это могут быть и более глубокие организационные формы, приводящие к созданию юридических лиц (смешанные общества, за­нимающиеся, как правило, торговой деятельностью, сов­местные предприятия и др.).

Организационные формы совместной деятельности отличаются большим разнообразием. Однако общим для них, как правило, является то, что происходит объеди­нение капиталов, принадлежащих участникам из различ­ных стран, осуществляется совместное управление с целью достижения определенного результата, имеет мес­то совместное несение рисков и убытков.

Одной из возможных организационно-правовых форм является консорциум. Обычно во внешнеэкономической сфере консорциумы создавались на договорной основе для реализации, как правило, крупномасштабных про­ектов, которые требуют объединения усилий нескольких организаций (на практике применялись, в частности, банковские консорциумы при получении кредитов, кон­сорциумы для участия в торгах при переговорах о стро­ительстве объектов за рубежом). Консорциумы в нашем

134


законодательстве как правовая форма не урегулированы. На практике, а также в силу постановлений правитель­ства об отдельных консорциумах применяются два вида консорциумов.

1) Консорциумы, создаваемые для отношений с иностранными партнерами временного характера. В меж­дународной практике известны два вида таких консор­циумов: закрытый и открытый. В первом случае контракт с иностранным заказчиком подписывается одной внеш­неторговой организацией, принявшей на себя обязан­ности руководителя и несущей перед ним ответственность за выполнение всего комплекса обязательств, преду­смотренных в контракте. Во втором случае контракт с иностранными заказчиками подписывается всеми парт­нерами по консорциуму и каждый из них несет свою долю имущественной ответственности непосредственно перед иностранным заказчиком.

Если раньше, до проведения реформ во внешнеэко­номической области, могли создаваться только консорци­умы закрытого типа, то после предоставления всем предприятиям права внешнеэкономической деятельности все они могут выступать в качестве стороны в отно­шениях с иностранными заказчиками.

Такого рода консорциумы юридическими лицами не являются.

2) Консорциумы, создаваемые для внешнеторго­вой деятельности на длительный период времени. При­мером такого консорциума является так называемый Советский внешнеэкономический консорциум, который был создан специально в области советско-американских экономических отношений.

Основными положениями о деятельности Советского внешнеэкономического консорциума, утвержденного по­становлением № 238 Совета Министров СССР от 21 мар­та 1989 г., было предусмотрено, что члены этого консор­циума создают на нашей территории совместные пред­приятия с членами Американского торгового консор­циума.

Советский внешнеторговый консорциум должен был действовать на основе валютной самоокупаемости и сбалансированности в целом (всех вместе) совместных предприятий, созданных его членами -и членами амери­канского консорциума, созданного в США.

135


Совместное предприятие, как и другие совместные хозяйственные организации (в тех случаях, когда они наделяются правами юридического лица), является юридическим лицом определенного государства — обыч­но страны места его учреждения.

Совместные предприятия, созданные в РФ, —это юридические лица российского права. "Однако их пра­вовой режим отличается от режима обычных юридиче­ских лиц, что обусловливается наличием в соответствую­щих правоотношениях ряда иностранных элементов (один из участников — иностранное юридическое лицо, иностранные вклады, участие иностранных специалистов в органах юридического лица, характер операций, зна­чение внешнеэкономической деятельности и т. д.). Эти обстоятельства делают необходимым рассматривать пра­вовое положение образований такого рода (часто име­нуемых английским термином «джойнт венчерс» — совместное производство и сбыт) не только в рамках гражданского или торгового права какой-либо страны, но и в рамках международного частного права.

2. Во внешнеэкономических связях СССР с другими странами на различных этапах своего развития наше государство использовало разнообразные формы созда­ния смешанных обществ. В отдельных странах совет­скими организациями создавались различные общества, в том числе и полностью им принадлежавшие. Деятель­ность этих обществ сыграла определенную положитель­ную роль в развитии экономических отношений с капи­талистическими государствами как в период борьбы СССР за дипломатическое признание, так и в последую­щие годы.

Первым обществом за границей, полностью принадлежавшим советской организации, был «Аркос» (Всероссийское кооперативное общество по торговле с Англией). «Аркос» был учрежден в Лондоне как акционерное общество по английским законам. Поэтому это было английское юридическое лица Оно пользовалось всеми правами, кото­рые английское законодательство предоставляет юридическим лицам. Но по характеру своей деятельности «Аркос» выполнял исключи­тельно поручения советских организаций. Фактическое положение этого акционерного общества нашло свое отражение в нотной пе­реписке в мае 1927 года между Наркоминделом СССР и английским ведомством иностранных дел в связи с налетом английской полиции на «Аркос» и торговую делегацию (так именовалось тогда советское торгпредство). Наряду с решительным протестом по поводу нападения на торговую делегацию в отношении «Аркоса» в советской ноте от

136


17 мая 1927 г. говорилось следующее: «Хотя «Аркос» является формально акционерным обществом, зарегистрированным по англий­ским законам, британские власти не могли не знать, что он занимается главным образом, если не исключительно, выполнением торговых поручений советских хозяйственных органов. Полицейское нападение на крупное английское торговое общество, хорошо зарекомендовав­шее себя в английских деловых кругах... является совершенно бес­прецедентным в истории лондонского Сити. Налет мог иметь своей единственной целью лишь нанесение ущерба советским интересам, связанным с деятельностью «Аркоса»... С этой точки зрения Советское правительство считает себя вправе протестовать и против нападения на „Аркос"».

С участием «Аркоса» в США в 1924 году было образовано общество «Аркос — Америка инкорпорейтед», которое в том же году слилось с компанией «Продактс иксчейндж корпорейшн», также осуществлявшей торговые операции с США в условиях отсутствия дипломатического признания СССР. В результате слияния была обра­зована новая компания — «Амторг трейдинг корпорейшн». Устав «Ам-торга» был зарегистрирован в штате Нью-Йорк. Таким образом, это юридическое лицо права США. Корпорация с момента своего обра­зования представляла все советские организации, осуществлявшие внешнюю торговлю. «Амторп» сыграл большую роль в развитии совет-ско-американской торговли в годы первой пятилетки (в 1931 г. общий оборот советско-американской торговли составил 116 млн. долл.). В период «холодной войны» операции «Амторга» были свернуты, впоследствии они несколько расширились. Функции «Амторга» — ведение торговых операций российских внешнеторговых организаций в США. Однако с точки зрения законодательства о юридических лицах на основе рассмотренного выше принципа инкорпорации — это юридическое лицо штата Нью-Йорк, к которому подлежат при­менению правила как законодательства штата, так и в соответствую­щих случаях федерального законодательства.

Смешанные общества с участием иностранного капи­тала создавались как на территории РФ, так и за гра­ницей.

В годы восстановления народного хозяйства и новой экономи­ческой политики в целях привлечения иностранного капитала для заготовок экспортных товаров внутри страны, сбыта их за границей и ввоза в страну товаров, необходимых для восстановления народ­ного хозяйства и удовлетворения других нужд, разрешалась организа­ция специальных акционерных обществ с участием иностранного капитала и обязательным участием Наркомвнешторга. Согласно декрету ВЦИК о внешней торговле от 13 марта 1922 г., Наркомвнешторгу предоставлялось право с утверждения Совета Труда и Обороны (СТО) организовывать такие акционерные общества как для осуществления импортно-экспортных операций, так и для производства экспортных товаров. Акционерами смешанных обществ были Наркомвнешторг (или его органы) и иностранные фирмы. Поскольку советской стороне принадлежало не менее 51% акций смешанных обществ, ей обеспе­чивалось большинство голосов в органах общества — общем собра­нии и правлении. Смешанные общества учреждались либо в СССР — в форме акционерных обществ в соответствии с действовавшим в

137


то время гражданским законодательством, либо за границей — в фор­ме акционерного общества или товарищества с ограниченной ответ­ственностью по законам соответствующего государства, на территории которого создавалось общества

Наиболее крупными смешанными обществами были «Руссаыг-лолес» (создано в СССР на основе особого договора, утвержденного СТО 21 апреля 1922 г.). Русско-Британское хлебоэкспортное общество, Русское лесное агентство (созданы в Англии), «Дерутра», «Деру-металл», «Деру люфт», «Книга» (созданы в Германии), Русско-Австрий­ское торговое акционерное общество (РАТАО) и др. "-

Значительную роль в развитии экономических связей с Ираном сыграли русско-персидские смешанные общества («Шарв», «Перещелк», «Персхлопок» и др.), на долю которых приходилось около половины торгового оборота между этими странами. Наряду с торговыми об­ществами по соглашению между СССР и Ираном от 1 октября 1927 г было создано смешанное общество по эксплуатации рыбных промыс­лов Капитал общества делился на равные дали (50% — советский вклад и 50% — иранский)

После Великой Отечественной войны на основе перехода к СССР бывших германских активов, а затем и японского имущества (ва Дальнем Востоке) учреждались общества двух типов. Первый из них — советские акционерные общества, созданные в СССР и руководив­шие предприятиями в Германии. К этому типу относилось и общество «Дунайское пароходство». Второй — смешанные общества, созданные по соглашениям с Болгарией, Румынией, Венгрией и другими странами. В качестве пая Советского государства служили бывшие германские активы. Позднее соглашения о создании смешанных обществ были заключены с КНР и КНДР Так, были образованы Советско-Ру-мьвккое нефтяное общество, Советско-Болгарское горнорудное обще­ство, Советско-Китайское общество по добыче цветных металлов.

Общества были организованы на паритетных началах: половина акционерного капитала принадлежала организациям страны, в кото­рой было создано общество, и половина — СССР; расходы и доходы делились поровну. Управление обществом осуществлялось на началах равенства. В 1952—1955 годах общества такого рода были ликвиди­рованы.

В 70—80-х годах во многих странах имелись отдель­ные смешанные или полностью принадлежавшие СССР общества, занимавшиеся тбрговой деятельностью или деятельностью, связанной с оказанием услуг советским организациям (например, агентским обслуживанием су­дов советского флота занимались «Совиспан»— в Испа­нии «Юниориент» в Японии и другие общества). Соз­дание таких обществ было связано с переходом к сотруд­ничеству на стабильной основе с высокоразвитыми стра­нами Запада и развивающимися странами.

Общества подобного рода играют существенную роль и в торговле нашими машинами и оборудованием. При­ведем несколько примеров. В 1947 году в Финляндии было создано общество «Конеда» по торговле советскими

138


автомобилями, а в 1963 году—общество «Конейсто», которое занимается торговлей машинами (позже анало­гичное общество было учреждено в Норвегии).

По советскому законодательству участвовать в созда­нии обществ за границей могли только организации, имеющие право на осуществление внешнеэкономической деятельности. Образовывая смешанные общества за рубе­жом, советские организации вступали в соответствую­щие отношения лишь с определенным и ограниченным кругом физических и юридических лиц. Ограничение числа участников достигается выбором определенной правовой формы смешанного общества. Так, смешанные компания с участием советских организаций всегда учре­ждались в виде акционерного общества без права пуб­личной подписки на акции. В практике наших организа­ций нет единого правила, касающегося доли их участия, однако чаще всего она равна 50 или 51% и более.

Все смешанные общества созданы по законам соот­ветствующих стран с полным соблюдением требований, установленных законодательством страны пребывания и учреждения общества.

Таким образом, это юридические лица не советского права, а права той страны, где они учреждены и осу­ществляют свою деятельность. К ним полностью приме­няется законодательство соответствующего государства. Основная цель этих обществ — содействовать развитию торговли нашей страны со страной их пребывания; такие общества, как правило, производственной деятельностью ранее не занимались.

Новые направления использования формы смешан­ного общества, как и других форм совместного пред­принимательства советскими организациями за рубежом, стали развиваться в конце 80-х годов. Эти направле­ния — важная составная часть проведения реформ в области внешнеэкономической деятельности.

При осуществлении хозяйственной деятельности в разных странах стали применяться более гибкие орга­низационные нормы. Речь идет, в частности, о созда­нии совместных научно-исследовательских и проектных организаций, инжиниринговых, сбытовых и рекламных фирм, совместном обслуживании и ремонте экспорти­руемой техники, покупке акций, облигаций и других ценных бумаг.

139


В отношении всех форм совместной деятельности за рубежом наше законодательство определяет, какие организации и в каком порядке могут принимать участие в деятельности такого рода. Согласно постановлению «О развитии хозяйственной деятельности советских организаций за рубежом» Совета Министров от 18 мая 1989 г., государственные предприятия, зарегистрирован­ные в качестве участников внешнеэкономических связей, могут создавать зарубежные предприятия с согласия вышестоящих органов управления и с учетом рекомен­даций МВЭС и МИД.

Согласно п. 9 Указа Президента Российской Феде­рации от 15 ноября 1991 г. «О либерализации внеш­неэкономической деятельности на территории РСФСР» осуществление инвестиций за рубежом, включая покупку ценных бумаг, юридическими лицами, зарегистрирован­ными на территории России, и российскими гражда­нами производится по лицензиям в порядке, определяе­мом правительством России.

Из этого указа следует, что, во-первых, круг россий­ских участников совместных и иных предприятий за рубежом не ограничивается и что, во-вторых, разре­шительный порядок для осуществления такого участия сохраняется. _

§ 5. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ПРЕДПРИЯТИЙ С ИНОСТРАННЫМИ ИНВЕСТИЦИЯМИ В РФ

1. Основными законодательными актами, регулирую­щими положение предприятий с иностранными инвести­циями в России, являются- Закон об иностранных ин­вестициях в РСФСР от 4 июля 1991 г. и Закон о пред­приятиях и предпринимательской деятельности от 25 де­кабря 1990 г. Как отмечалось выше, согласно россий­скому законодательству, под предприятиями с иностран­ными инвестициями понимаются предприятия с долевым участием иностранных инвесторов (совместные пред­приятия) и предприятия, полностью принадлежащие иностранным инвесторам. Все эти предприятия могут создавать дочерние предприятия и филиалы. Кроме то­го, на территории России могут создаваться филиалы иностранных юридических лиц.

140


Согласно ст. 12 Закона об иностранных инвестициях, предприятия с иностранными инвестициями создаются и действуют в форме акционерных обществ и других хозяйственных обществ и товариществ, предусмотренных действующим законодательством. Это законодательство предусматривает следующие организационно-правовые формы: полное товарищество, смешанное товарищество, товарищество с ограниченной ответственностью (кото­рое, согласно «Положению об акционерных обществах», утвержденному постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г., № 601 именуется акцио­нерным обществом закрытого типа).

Наиболее распространенной на практике формой яв­ляется, форма товарищества с ограниченной ответствен­ностью, применяется форма акционерного общества. И товарищество с ограниченной ответственностью, и ак­ционерное общество являются юридическими лицами, они имеют собственное наименование с указанием орга­низационно-правовой формы.

Под товариществом с ограниченной ответствен­ностью (акционерным обществом закрытого типа) пони­мается объединение граждан и (или) юридических лиц, создаваемое для совместной хозяйственной деятельно­сти. Уставный фонд товарищества образуется за счет вкладов учредителей. Участники общества несут убытки, связанные с деятельностью общества, в пределах сумм внесенных ими вкладов.

Обычным акционерным обществом признается об­щество, уставный фонд которого разделен на определен­ное число акций равной номинальной стоимости, несу­щее ответственность по обязательствам только своим имуществом. Акционеры несут убытки, связанные с деятельностью общества, в пределах стоимости принад­лежащих им акций.

Согласно ст. 1 Положения об акционерных общест­вах, акционерным обществом является организация, соз­данная на основе добровольного соглашения физических и юридических лиц (в том числе иностранных), объеди­нивших свои средства путем выпуска акций и имеющих целью удовлетворение общественных потребностей и извлечение прибыли.

2. Участниками совместного предприятия могут быть российские юридические лица, российские граждане;

141


иностранные юридические лица, включая, в частности, любые компании, фирмы, предприятия, организации или ассоциации, созданные и правомочные осуществлять ин­вестиции в соответствии с законодательством страны своего места нахождения; иностранные граждане, лица без гражданства, российские граждане, имеющие посто­янное место жительства за границей, при условии, что они зарегистрированы для ведения хозяйственной дея­тельности' в стране их гражданства или постоянного места нахождения; иностранные государства и между­народные организации.

Вопрос о том, является или не является соответ­ствующая иностранная фирма юридическим лицом, об­ладает ли она, следовательно, гражданской правоспособ­ностью, может быть решен по праву государства, в ко­тором учреждена эта иностранная организация. Такой вывод вытекает из установленного в ст. 161 Основ граж­данского законодательства 1991 года принципа приме­нения закона инкорпорации юридического лица. На­помним, что в соответствии с этой статьей Основ «1раж-даиская правоспособность иностранных юридических лиц определяется по праву страны, где учреждено юри­дическое лицо».

3. Действующее в России законодательство не уста­навливает для отечественных и иностранных участников совместного предприятия какого-либо обязательного со­отношения долей. Этот вопрос решается соглашением сторон (учредительным договором). Иные правила по этому вопросу установлены в отношении совместных страховых организаций.

Уставный капитал акционерного общества образуется вначале из оплаты- акций учредителям, а затем акку­мулированием денежных средств путем открытой подпис­ки на акции. Уставный капитал товарищества образует­ся только за счет вкладов учредителей.

Уставный капитал может быть сформирован путем внесения либо денежных средств, либо имущества и имущественных прав. В первом случае не будет осуществляться согласование оценки вкладов учреди­телями. Во втором случае необходима оценка вкла­дов.

Вклады в иностранной валюте и имущества, оценен­ного в иностранной валюте, подлежат пересчету в

142


рубли в соответствии с тем курсом, который действует для операций такого рода (до 1 января 1992 г. действо­вал курс Госбанка СССР, применявшийся во внешне­торговых операциях; после 2 января 1992 г. стал при­меняться коммерческий курс). При формировании устав­ного капитала путем внесения денежных средств, иму­щества, имущественных и неимущественных прав на практике стали делаться специальные перечни вкладов российских и иностранных участников в виде отдель­ных приложений к учредительному договору. Каждый. перечень должен содержать наименование вклада, его описание, согласованную оценку вклада и срок его взноса.

В качестве вклада могут вноситься: собственность, а также другие имущественные права, как, например, право пользования, право залога и т. д.; права на долевое участие и другие формы участия в хозяйственных пред­приятиях и организациях; права требования по денеж­ным средствам, вложенным для создания экономических ценностей, или услугам, имеющим экономическую цен­ность; авторские права, права промышленной собствен­ности, такие как права на изобретения, включая права, вытекающие из патентов, товарные знаки, промышлен­ные образцы, полезные модели, фирменные наимено­вания, а также технологию и «ноу-хау»; права на эко­номическую деятельность, включая права на разработку, добычу или эксплуатацию природных ресурсов. В слу­чае призвания в России права собственности иностран­ного инвестора на землю оно также войдет в число возможных прав такого рода, которые будут опреде­ляться в качестве вклада.

Согласно закону «Об иностранных инвестициях», обязанность внесения каждым из участников до 50% указанных в учредительных документах вкладов отсро­чена до истечения года после регистрации предприятия. Таким образом для иностранного инвестора установле­но определенное изъятие из общего правила о вне­сении не менее 50 % уставного капитала в течение 30 дней после регистрации, а остальных 50% —в течение пер­вого года деятельности общества.

4. Закон «О предприятиях и предпринимательской деятельности» разрешает предприятиям самостоятельно определять структуру органов управления. Положение

143


об акционерных обществах от 25^ декабря 1990 г. для акционерных обществ как открытого, так и закрытого типа (как отмечалось выше, под последним российское законодательство понимает, как правило, товарищество с ограниченной ответственностью) предусматривает че­тыре органа управления: общее собрание, совет дирек­торов, правление, генеральный директор. Высшим орга­ном считается общее собрание акционеров, созываемое раз в год. В промежутках между годовыми собраниями высшим органом управления является совет директоров. Число директоров определяется общим собранием, но оно должно быть нечетным (не менее трех в закрытом обществе и не менее пяти — в открытом).

Из числа директоров общее собрание назначает гене­рального (исполнительного) директора. Совет директо­ров утверждает состав правления.

В отношении совместных предприятий следует иметь в виду, что принципиальные вопросы их деятельности должны решаться на основе единогласия всех их учре­дителей. Перечень таких вопросов обычно определяется в учредительных документах. Уставы совместных пред­приятий обычно определяют компетенцию совета дирек­торов, правления, генерального директора и ревизионной комиссии.

В товариществах с ограниченной ответственностью генеральный директор обычно назначается собранием учредителей из числа директоров сроком на 3 года с правом его продления. Генеральный директор осу­ществляет оперативное руководство работой товарище­ства, без доверенности действует от его имени, заклю­чает договоры, осуществляет любые другие действия, необходимые для достижения целей товарищества, за исключением тех, которые в соответствии с уставом прямо закреплены за собранием и советом директо­ров.

Ревизионная комиссия осуществляет контроль за фи­нансовой деятельностью товарищества. Ее члены изби­раются из числа учредителей сроком на 2 года на общем собрании участников.

5. Регистрация предприятий с иностранными инве­стициями в России осуществляется на основе постанов­лений правительства № 26 «О регистрации предприятий с иностранными инвестициями» от 28 ноября 1991 г.

144


и № 357 «О некоторых вопросах ведения Государст­венного реестра предприятий» от 28 мая 1992 г., а также постановлений региональных и местных органов власти. Так, в Москве регистрация осуществляется в соответствии с постановлением № 97 «О введении еди­ного порядка регистрации предприятий и организаций в Москве» правительства Москвы от 17 октября 1991 г. и последующими актами по вопросам регистрации пред­приятий. Можно говорить о трех случаях регистрации предприятий в зависимости от объема иностранных ин­вестиций и предмета деятельности.

Первый случай касается регистрации предприятий, объем иностранных инвестиций в которые превышает 100 млн. руб. (размер суммы был определен ст. 16 Зако­на об иностранных инвестициях и подлежит изменению), она осуществляется специальным органом—Комитетом по иностранным инвестициям, вошедшим в 1992 году в состав Российского агентства по международному эко­номическому сотрудничеству и развитию.

Второй случай касается регистрации предприятий с иностранными инвестициями нефтегазодобывающей, нефтегазоперерабатывающей и угледобывающей отрас­лей. Регистрация таких предприятий, независимо от вели­чины их уставного капитала, была возложена на Коми­тет по иностранным инвестициям (соответственно на Российское агентство по международному экономическо­му сотрудничеству и развитию).

Третий случай касается остальных предприятий. Их регистрация осуществляется Советами Министров рес­публик в составе Российской Федерации, администра­циями краев и областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга. В Москве и Санкт-Петербурге созданы регистрационные палаты.

6. Имущество, ввозимое в РФ в качестве вклада иностранных инвесторов в уставный фонд предприя­тий с иностранными инвестициями в пределах сроков, установленных учредительными документами для его формирования, а также имущество, предназначенное для собственного материального производства, освобождает­ся от взимания таможенной пошлины и не облагается налогом на импорт.

Имущество, ввозимое в РФ иностранными работни­ками предприятий с иностранными инвестициями для

145


собственных, нужд, освобождается от взимания тамо­женной пошлины.

Законом об иностранных инвестициях было уста­новлено, что предприятия, полностью принадлежащие иностранным инвесторам, и совместные предприятия, в уставном фонде которых иностранные инвестиции со­ставляют более 30%, вправе без лицензий экспортиро­вать продукцию для собственных нужд, за исключе­нием случаев, предусмотренных действующими на тер­ритории РФ международными договорами.

7. Важную роль в решении существенных вопросов как учреждения предприятий, так и их деятельности призваны сыграть договоры о создании совместных пред­приятий, заключаемые их участниками, и уставы пред­приятии.

На современном этапе создания в нашей стране совместных предприятий законодательное регулирование ограничено кругом наиболее важных и принципиаль­ных вопросов, с тем чтобы оставить решение их на усмотрение сторон — участников совместного предприя­тия. Договорное регулирование приобретает, таким обра­зом, важное, если не решающее, значение.

Совместные предприятия являются юридическими лицами по российскому законодательству. Они могут от своего имени заключать договоры, приобретать иму­щественные и личные неимущественные права и нести обязанности, быть истцами и ответчиками в суде и третейском суде. Совместные предприятия имеют само­стоятельный баланс и действуют на основе полного хозяйственного расчета, самоокупаемости и самофинан­сирования. В принципе на совместные предприятия как на юридические лица российского права распространя­ются общие положения российского законодательства о юридических лицах. Но в. отношении совместных предприятий, которые следует рассматривать как осо­бый, новый вид российских юридических лиц, действуют некоторые специальные положения, прямо установлен­ные законодательством.

8. Из других юридических вопросов следует оста­новиться на вопросе о праве, подлежащем примене­нию к взаимоотношениям участников совместного пред­приятия. Поскольку договор об учреждении совмест­ного предприятия — это всегда договор с иностранным

146


участником (фирмой, компанией, корпорацией), во взаи­моотношениях участников совместного предприятия все­гда присутствует «иностранный элемент». Это означает необходимость решения так называемой коллизионной проблемы, то есть вопроса о том, правом какого госу­дарства эти отношения будут регулироваться. Решение этой проблемы российским судом или третейским судом (арбитражем) возможно лишь на основе норм и прин­ципов коллизионного права, входящего в состав **ежду-народного частного права. Такая норма содержится в Основах гражданского законодательства 1991 года.

В п. 3 ст. 166 Основ 1991 года говорится следующее:

«З. К договору о создании совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан применяется право страны, где учреждено совместное предприятие». Здесь под термином «совместное пред­приятие» понимается юридическое лицо, а не любая сов­местная деятельность. О применении права к такой сов­местной деятельности, как производственное сотрудни­чество, кооперирование, говорится в предшествующем п. 2 этой же статьи. В п. 3 ст. 166 термин «договор» следу­ет толковать таким образом, что он включает в себя все учредительные документы (соглашение, устав, приложе­ния к ним), но не договоры, заключаемые СП с другими субъектами, в том числе и с учредителями. К таким договорам право должно применяться в соответствии с другими коллизионными нормами российского законо­дательства.

Из приведенных положений Основ следует, что суд или арбитраж в случае рассмотрения спора по договору о создании совместного предприятия в России будет применять в силу п. 3 ст. 166 российское право как право страны, где было учреждено совместное предприятие.

Возникает вопрос, может ли договор о создании СП содержать условие о применении иного права, чем право Российской Федерации, на территории которой учрежда­ется предприятие. 'Следует сделать вывод, что такое условие договора должно быть признано российским судом или арбитражем в России недействительным, по­скольку оно прямо противоречит законодательству (см. гл. 3).

Арбитраж, рассматривающий спор по такому согла­шению (не в России), решая этот вопрос, может также

147


исходить из того, что личным статутом СП как юриди­ческого лица, учрежденного по российскому праву, будет право России, а не право какой-либо иной страны.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какое значение имеет определение национальности юридического лица и какие основные критерии приме­няются для определения национальности юридических

лиц?

2. В чем состоит принцип раздельной ответствен­ности государственного юридического лица и Россий­ского государства?

3. Какие имеются виды предприятий с иностранны­ми инвестициями?

4. Что понимается под совместным предприятием?

5. Каково правовое положение предприятия с ино­странными инвестициями на территории России?


Глава б

ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГОСУДАРСТВА КАК УЧАСТНИКА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

§1. Государство как су&ьект имущественных отношений.

§2. Иммунитет государства и его виды. §3. Правовой режим граж-

данско-правовых сделок, совершаемых государством

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть— С. 74—91; Лунц Л. А., Марышва Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 110—118; Богуславский М. М. Иммунитет государства.— М., 1962; Поздняков В. С. Государствен­ная монополия внешней торговли в СССР.— М., 1969; Поздняков В. С. Советское государство и внешняя торговля (правовые вопросы).— М., 1976; Иванов С. И. Современные тенденции в законодательстве некоторых буржуа зных государств по вопросу об иммунитете госу­дарства и его собственности (на примере США и Англии) // Сов. ежегодник международного права. 1981.— М., 1982.— С. 235—246;

Законодательство капиталистических стран об иммунитете иностран­ного государства. Обзорная информация ВНИИСЗ / Сост. И. О. Хлес-това, Н. Г. Швыдак.— М., 1988; Баратянц Н. Р., Богуславский Af. М., Колесник А. Н. Современное международное право: иммунитет го­сударства // Сов. ежегодник международного права, 1988.— М., 1989.—С. 165—182; Хлестова И. О. Проблемы юрисдикционного иммунитета иностранного государства в работе Комиссии междуна­родного права // Там же.— С. 183—194; Швыдак Н. Г. Юрисдикцион-ные иммунитеты иностранного государства в судебной практике Франции и Швейцарии. Материалы по иностранному законода­тельству и международному частному праву // Труды 49 ВНИИСЗ.— М, 1991.— С. 109—182.

§ 1. ГОСУДАРСТВО КАК СУБЪЕКТ ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ

Развитие международного сотрудничества в области экономики, производства, торговли, науки и культуры

149


приводит к тому, что государство вступает в самые различные имущественные правоотношения с другими государствами, а также с международными организа­циями, юридическими лицами и отдельными гражданами других государств. При этом обычно различают два вида правоотношений, в которых участвуют государства. Во-первых, правоотношения, возникающие между государ­ствами, а также между государством и международными организациями (по экономическому и научно-техничес-кому сотрудничеству, кредитные и т. д.). Во-вторых, правоотношения, в которых государство выступает в качестве только одной стороны; другой стороной в этих правоотношениях могут быть иностранные юридические лица, международные хозяйственные (немежгосударст­венные) организации и отдельные граждане.

Отношения первого вида регулируются исключитель­но нормами международного публичного права и, хотя они тесно связаны с отношениями второго вида, в настоящей работе не рассматриваются. Что касается отношении второго вида, то это могут быть отношения оо поставке товаров, выполнению различных услуг • иные.

Государство может выступать стороной в соответст­вующих правоотношениях при выпуске им займов, обли­гации которых продаются иностранным гражданам. Оно может быть сторонок • концессионных договорах и вообще в отношениях, возникающих при предоставлении государством концессий иностранным частным компа­ниям. Определение правовой природы этих отношении особенно актуально для стран, заинтересованных в при­влечении иностранных -инвестиций (см. гл. 7). Приме­нительно к Советскому государству выступление его в качестве стороны в торговых сделках могло иметь место тогда, когда сделки заключались торгпредством. Однако в современных условиях организация внешней торговли такие случаи крайне редки, поскольку внешнеторговые сделки заключаются хозяйственными организациями — самостоятельными юридическими лицами. Однако если Российское государство предоставляет само гарантию по внешнеторговой сделке, то в этом случае оно стано­вится субъектом соответствующих отношений.

Российское государство само выступает субъектом имущественных отношений при строительстве здания для

150


посольства за границей, аренде земельного участка или найме жилого дома. Во всех случаях эти сделки заклю­чаются торгпредством или посольством РФ от имени государства. Следует строго различать случаи, когда субъектом имущественных отношений выступает госу­дарство и когда субъектом отношений являются государ­ственные юридические лица или любые другие юрцаиче-ские лица.

Возможны и иные правоотношения подобного рода Например, Российское государство может выступать в гражданском обороте за границей в качестве наслед­ника выморочного имущества, оставшегося после смерти российских граждан, или в качестве наследника по за­вещанию (см. гл. 15)

В области имущественных отношений государство выступает как особый субъект права, поскольку оно не является юридическим лицом. В западной юриспру­денции была выдвинута теория «расщепления» госу­дарства в тех случаях, когда оно выступает в имущест­венных отношениях, на два лица: если оно действует в силу своего суверенитета, то это одно лицо, субъект властвования, а если оно заключает сделку, то это уже другое лицо, которое должно быть приравнено к прочим юридическим лицам.

С этой теорией трудно согласиться по следующим основаниям. Государство всегда является единым субъек­том, но проявления его правосубъектности много­образны. Если государство заключает сделку или пре­доставляет заем другому государству, то при этом оно не теряет своего суверенитета, а продолжает действовать как суверен и в экономической области, и в области международных научных и культурных связей. Катего­рия юридического лица — это категория внутреннего на­ционального права каждого государства. Само государ­ство наделяет какое-либо образование правами юриди­ческого лица, то есть само государство устанавливает, что то или иное образование является юридическим лицом. Кто же может наделить государство правами юридического лица? Только какой-либо правопорядок, существующий над государством, или какое-либо всемир­ное правительство, о создании которого много писали в юридической и общеполитической литературе, но та­кого надгосударственного органа нет.

151


§2. ИММУНИТЕТ ГОСУДАРСТВА И ЕГО ВИДЫ

1. Иммунитет государства основывается на том, что оно обладает суверенитетом, что все государства равны. Это начало международного права выражено в следую­щем изречении: «Par in parem non habet imperium» («Равный не имеет власти над равным»).

В теории и практике государств обычно-различают несколько видов иммунитета: судебный, от предваритель­ного обеспечения иска и от принудительного исполне­ния решения.

Судебный иммунитет заключается в неподсудности одного государства судам другого государства («Par in parem non habet jurisdictionem» — «Равный над равны­ми не имеет юрисдикции»). Без согласия государст­ва оно не может быть привлечено к суду другого государства. Причем не имеет значения, в связи с чем или по какому вопросу государство намереваются привлечь к суду.

Иммунитет от предварительного обеспечения иска состоит в следующем: нельзя в порядке предваритель­ного обеспечения иска принимать без согласия госу­дарства какие-либо принудительные меры в отношении его имущества.-

13 марта 1948 г. американские судебные власти наложили арест на прибывший в Нью-йоркский порт советский пароход «Россия», пытаясь объяснить эти незаконные действия судебным иском двух пассажиров, которые якобы получили ушибы во время качки судна в море. Арест был произведен в порядке обеспечения иска. Совет­ское посольство по поручению правительства СССР обратило внима­ние государственного департамента США на недопустимость наложе­ния ареста на судно, принадлежащее иностранному государству и пользующееся поэтому судебным иммунитетом, заявив протест про­тив указанных действий американских властей. После этого представ­ления госдепартаменту б апреля 1948 г. в федеральных судах Восточного и Южного округов Ныо-"Йорка были вынесены решения о снятии ареста с судна.

В данном случае Советское государство не давало согласия на рассмотрение дела в суде вообще; здесь действовало общее положение об иммунитете, но и в случае, если согласие государства на рассмотрение дела имеется, оно не распространяется на предва­рительное обеспечение иска.

Под иммунитетом от исполнения решения понима­ется следующее: без согласия государства нельзя осу­ществить принудительное исполнение решения, вынесен-^ ного против государства.

152


Наряду с этими тремя видами иммунитета говорят еще об иммунитете собственности государства (см. гл. 7). Это более общее понятие, поскольку не всегда вопрос об иммунитете имущества государства возникает в связи с рассмотрением какого-либо иска в суде.

Все эти иммунитета связаны между собой, пото­му что их основа одна — суверенитет государства, ко­торый не позволяет применять в отношении государст­ва какие-либо принудительные меры.

Государство может дать согласие на рассмотрение предъявленного к нему иска в суде другого государства или же на меры по обеспечению иска либо исполнению решения, но такое согласие должно быть явно выражено дипломатическим путем или иным образом. Согласие го­сударства на неприменение к нему правил об иммуните­те, об установлении определенных изъятий из этих пра­вил может быть сформулировано в международных договорах, и прежде всего в торговых.

Вступая в гражданско-правовые отношения с иност­ранной компанией, государство может дать в заключае­мом им соглашении согласие на предъявление к нему исков в суде, а также на применение к нему мер по предварительному обеспечению иска или же в отношении принудительного исполнения.

2. В прошлом веке и в начале XX века положение об иммунитете государства и его собственности находило повсеместное применение, и судами ряда государств был вынесен ряд руководящих решений (leading case) по этому вопросу.

Затем стала развиваться теория так называемого функционального, или ограниченного, иммунитета. Сог­ласно этой теории, когда государство действует как су­верен, совершает акт властвования, оно всегда пользует­ся иммунитетом. Если же государство совершает дейст­вия в качестве частного лица, осуществляет внешне­торговые операции, то есть занимается какой-либо коммерческой деятельностью, то оно иммунитетом не пользуется. Такой точки зрения придерживались суды Австрии, Швейцарии, Бельгии, Италии, Греции. Теория функционального иммунитета получила применение в практике судов ФРГ (решения конституционного суда в 1962 и 1963 гг. по вопросам иммунитета).

Советская доктрина исходила из того, что государст-

153


во не перестает быть суверенным, когда оно выступает в экономическом обороте. Государство не отказывается от своего суверенитета и не лишается его. Практика показала, что разграничить действия, совершаемые de jure imperil (т. е. в качестве акта властвования суверена), и действия, совершаемые de jure gestionis (т. е. в качестве частного лица), на основе объективных критериев невозможно. с

В судах стран Запада был рассмотрен ряд дел, касав­шихся иммунитета Советского государства.

Одним из них, на примере которого можно разобрать отдель­ные положения, касающиеся иммунитета государства и его собствен­ности, было известное дело о советском золоте, рассмотренное в США в 1928—1932 годах.

Для расчетов по некоторым сделкам в США было вывезено и депонировано в двух нью-йоркских банках определенное количество советского золота в слитках. Государственный французский банк предъявил иск о выдаче ему этого золота не к. Советскому прави­тельству Ti не к Госбанку СССР, а к нью-йоркским банкам, в.которых оно находилось. Французский банк утверждал, что в порядке предо­ставления займов царскому правительству еще до революции он по­местил в банк в Петербурге определенное количество золотых слитков и что слитки, которые находятся в американских банках, и есть те самые, которые в 1916 году им были привезены в Петер­бург.

В иске было отказано. Остановимся на некоторых принципи­альных вопросах этого дела, на решение которых повлияли прежде всего интересы тех американских деловых кругов, которые были за развитие торговли с СССР.

В решении федерального суда Южного округа Нью-Йорка от 5 июня 1931 г. значительное место занял вопрос об иммунитете государства и его собственности. Суд, в частности, указал, что «одним из обычных свойств государственного суверенитета является изъятие от исков со стороны иностранцев. Было бы нарушением одного из атрибутов суверенитета, если бы правительство иностранного госу­дарства привлекалось в качестве, ответчика на суде без его согла­сия». Суд признал, что иммунитетом должно пользоваться не только государство, не только правительство, но и любой орган Советского государства, в частности Госбанк СССР, являющийся, как выразился суд, «частью(.party) Советского правительства».

Трудным для американского суда был вопрос о дипломата ческом признании. Советский Союз не был признан в то время Соединенными Штатами, но он 'был признан Францией. В решения суда говорилось: «Хотя и не состоялось признание правительством Соединенных Штатов того, что было названо советским режимом, ни как правительства де-юре, ни как правительства де-факто, мы только прячем головы в песок, подобно страусам, если не хотим признать это». Исходя из этого, суд сделал вывод, что вопрос о признании не имеет значения, поскольку Советское государство ре­ально существует, а раз это так, значит, следует признать иммуни-^

154


тет в отношении его собственности, и всякого рода возражения, связанные с непризнанием государства, отпадают.

Далее суд рассуждал следующим образом: Советское государ­ство утверждает, что оно собственник этого золота, хотя это иму­щество находится во владении нью-йоркских банков. Право собствен­ности Советского государства на данное имущество оспариваться не может. Не может быть и наложен арест на это имущество. Если у французского банка есть какая-либо претензия к Советскому государству, он вправе обратиться непосредственно к Советскому государству, но наложить арест на имущество Советского государства нельзя. Таким образом, в решении содержалось принципиальное признание иммунитета советского имущества за границей. Арест, который сначала наложили на советское золото, был снят.

Из penieisrii, вынесенных в послевоенный период, представляет интерес решение по делу Е. Вейламан (1959 г.). Содержание этого дела следующее: в 1932—1934 годах в СССР были ликвидированы концессии английских акционерных обществ «Тетюхе майнияг корпо-рейши» и «Лена Голдфилдс лимитед» (см. гл. 7). Советское пра­вительство выдало этим обществам обязательства (облигации), по ко­торым в различные сроки производились платежи. В 1941 году СССР был вынужден пойти на приостановление платежей по этим обязательствам. Английские общества, распространив облигации среда английских и американских граждан, не выплачивали по ним ника­ких процентов, ссылаясь на то, что Советский Союз не оплатил эти облигации. В связи с этим Вейламан, которая была одним из дер­жателей таких облигаций, обратилась в нью-йоркский суд с иском к Советскому Союзу. В обеспечение иска был наложен арест на счета Госбанка СССР и Банка для внешней торговли СССР в трех нью-йоркских банках (всего на сумму около 55 тыс. долл.). Само по себе рассмотрение судом этого дела являлось нарушением обще­признанных норм международного права о судебном иммунитете, поскольку Советское правительство не давало согласия на рассмот­рение иска Вейламан в американском суда.

В дальнейшем Вейламан предъявила иск к .«Чейз Манхэттен Бэнк» о передаче ей определенных сумм с находившихся в этом банке счетов советских банков. В решении Верховного суда штата Нью-Йорк от 1 октября 1959 г. в результате дипломатического протеста СССР, поддержанного госдепартаментом, был признан имму­нитет собственности СССР — денежных средств на счетах в «Чейз Манхэттен Бэнк». Общепризнано, говорилось в решении суда, что, когда в суде штата рассматриваются вопросы в отношении имму­нитета иностранных суверенных государств и их собственности, они не должны обычно решаться путем применения местного закона. Такие вопросы должны рассматриваться, принимая во внимание международную вежливость в отношениях между государствами, и решаться в соответствии с политикой, сформулированной госдепар­таментом США для осуществления международных отношений. Гос­департамент согласился с требованием СССР об иммунитете к через прокурора США сделал заявление о заинтересованности США в том, чтобы собственность СССР в США пользовалась иммунитетом «от исполнения судебных решений илиГ других действии, аналогичных исполнению судебных решений, и что этот суд должен принять меры к немедленному освобождению любой государственной собственности СССР, на которую до настоящего времени наложен арест в связи

155


с этим процессом, и отклонить всякие возможные действия, связанные с исполнением, или действия, аналогичные исполнению судебного решения».

Из практики английских судов по вопросам иммунитета следует остановиться на деле ТАСС (1949 г.). Некий Крайна предъявил к ТАСС иск в связи с тем, что ему якобы был нанесен моральный ущерб. Английский суд признал, что ТАСС не может быть ответчиком по данному делу, поскольку ТАСС — это отдел, часть Советского правительства, занимающийся вопросами информации, и, поскольку это часть Советского правительства, иск к правительству не может рас­сматриваться при отсутствии согласия ответчика. В суд, указывалось далее в решении, поступило письмо советского посольства в Лондоне, в котором приводились выдержки из устава ТАСС и сообщалось, что Советское правительство и ТАСС, ссылаясь на иммунитет, не дают согласия на рассмотрение иска. Таким образом, в решении англий­ского суда по данному делу был признан иммунитет Советского государства и его органов.

Приведенные решения были вынесены до принятия в США Закона об иммунитетах иностранных государств 1976 года и в Великобритании Закона об иммунитете государства 1978 года. В законе США 1976 года ука­зано, что иммунитет не будет признаваться, «козда основаниями для иска служат коммерческая деятель­ность, осуществляемая иностранным государством в Сое­диненных Штатах, или действие, совершенное за преде­лами Соединенных Штатов в связи с коммерческой деятельностью иностранного государства вне Соединен­ных Штатов, если это действие имеет прямые последст­вия для Соединенных Штатов» [§ 1б05(а)2]. На имуще­ство иностранного государства, находящееся в США и используемое для коммерческой деятельности в этой стране, не распространяется иммунитет от мер по аресту для обеспечения иска и от мер по обращению взыска­ния на имущество на основании судебного решения.

В законе США 1976-года указывается также, к какому критерию должны прибегать американские суды, чтобы определить, какие действия являются публично-правовыми, а какие — частно-правовыми. По этому воп­росу суды в разных странах, в том числе и в США, выносили различные решения, часто противоречивые. В законе США 1976 года в качестве такого критерия избрана не цель» а характер, природа операции или отдельной сделки [§ 1603(d)]. Там говорится, что «ком­мерческая деятельность» означает либо ре1улярное осу­ществление коммерческого поведения, либо конкретное коммерческое действие или акт. Коммерческий характер

156


любой деятельности определяется характером осуществ­ления поведения или конкретного действия либо акта, а не ее целью. Английский Закон об иммунитете государ­ства 1978 года определяет коммерческое действие при помощи описания его характера и перечисления типов соответствующих контрактов (ст. 3).

В деле по иску к советским информационным агентствам ТАСС и АПН (решение федерального суда Нью-Йорка от 23 января 1978 г.), которые подготовили материал, опубликованный в газетах «Советская Россия», «Красная звезда» и других изданиях, то есть за пределами США, истец ссылался на то, что эти действия имели «прямые» последствия в США. Истец доказывал (и это имеет наиболее существенное значение с точки зрения применения на практике закона США 1976 г.), что речь идет именно о коммерческой деятельности и в случае такой деятельности иммунитет не должен предоставляться. Однако суд с такими доводами не согласился. Он исходил из того, что действия информационных агентств не связаны с каким-либо контрактом и не могут рассматриваться как коммерчес­кая деятельность. Суд пришел к выводу, что советские организации пользуются иммунитетом от юрисдикции судов в соответствии с Зако­ном США об иммунитетах иностранных государств 1976 года.

Определенное практическое значение имеет вопрос об обратном действии этого закона. Данный вопрос был центральным в деле Jackson v. People's Republic of China (1986 г.). Речь шла о претензиях держателей облигаций, выпущенных правительством Китая в 1911 го­ду. Правительство КНР, к которому был предъявлен иск, неоднократно заявляло, что оно не несет никаких обязательств по внешним долгам бывшего китайского правительства, и настаивало на признании иммунитета. Хотя суд пришел к выводу, что выпуск государством облигаций в соответствии с § 1603(6) закона США 1976 года следует квалифицировать как коммерческую деятельность, иммунитет государства должен быть при­знан, поскольку закон не может иметь обратной силы. При рассмотрении этого дела правительство КНР заяви­ло, что теория ограниченного иммунитета не может быть обязательной для тех стран, которые ее не признают. По мнению китайского правительства, эта теория «при­менима только к той группе стран, которые ее признали, и не применима в отношении Китая, который продолжает придерживаться принципа абсолютного иммунитета».

На решение по данному делу сослался другой суд США при рассмотрении в 1988 году иска держателей царских займов к правительству СССР. В иске было от-

157


казано со ссылкой на то, что закон США 1976 года не имеет обратной силы.

Законы об иммунитете, исходящие из аналогичных принципов, что и закон США, были приняты в Канаде (1981 г.), Австралии (1981 г.), Пакистане (1981 г.), Сингапуре (1979 г.), ЮАР (1981 г.).

В законодательные акты США, Великобритании и других государств, принятые в последние годы, а татке в некоторые международные соглашения были включе­ны специальные правила, касающиеся тех случаев, когда иностранное государство является собственником недвижимого имущества, находящегося на территории государства суда, а также случаев возможного наследо­вания имущества иностранным государством по закону или по завещанию. Так, согласно Европейской конвенции об иммунитете государств от 16 мая 1972 г., иммунитет не признается, если иностранное государство отказалось от иммунитета; само предъявило иск; спор возник по трудовому контракту, в связи с недвижимостью, тре­бованиями о возмещении ущерба, охраной прав промыш­ленной собственности, а также деятельностью de jure gestionis, осуществляемой бюро или агентством госу­дарства в стране суда. Если сравнивать эту конвенцию с законом США 1976 года, то можно заметить, что в ней речь идет о действиях не только коммерческого, но и вообще частно-правового характера и что центр тяжести в вопросе о непризнании иммунитета перене­сен на наличие территориальной связи, необходимой для установления юрисдикции данного государства.

3. Комиссия международного права в 1991 году приняла проект статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности и рекомендовала Гене­ральной Ассамблее ООН созвать международную конфе­ренцию для рассмотрения этого проекта.

До принятия универсальной международной конвен­ции по этому вопросу существенную роль продолжает играть судебная практика каждого государства, хотя ре­шения суда одной страны могут использоваться и во вся­ком случае учитываться при рассмотрении аналогичного дела в другой стране.

Характерный пример дает практика Франция. В этой связи следует остановиться на решении Парижского суда Большой инстан­ции от 16 июня 1993 г.

158


В связи с проведением в Центре искусства и культуры имени Жоржа Помпиду выставки картин Анри Матисса из Государственно­го Эрмитажа и Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина (ГМИН) дочь коллекционера С. И. Щукина Ирина Щукина-Келлер, а также некий И. Коновалов, утверждаю­щий, что он является внуком другого известного собирателя запад­ной живописи И. Морозова, предъявили ряд исков к Российской федерации. Государственному Эрмитажу, ГМИИ имени А. С. Пушки­на и Центру Помпиду. Истцы требовали наложения предваритель­ного ареста на картины и каталоги выставки, признания их права собственности на картины и выплаты им возмещения в крупных суммах. Картины перешли в собственность государства на основании декретов о национализации 1918 года.

Решением суда в исках Щукиной и Коновалову было отказано со ссылкой на, принцип судебного иммунитета государства и его собственности.

От имени Российского государства а суде было заявлено, что акт о национализации представляет собой осуществление публичной власти государства и касался коллекции картин, принадлежащей его гражданам и находящимся на его территории. Кроме того, было обращено внимание суда на то, что иммунитетом от принудитель­ных мер пользуется не только государство как таковое, но также два музея, осуществляющие хранение картин в рамках выполнения публич­но-правовых функций в области культуры, на что они были уполно­мочены Министерством культуры РФ.

Суд согласился с этими доводами я призвал, что прв отсутствия согласия государства на рассмотрение дела иски не могут быть пред­метом рассмотрения суда. На этом же основании суд отказал ист­цам в отношении их требований об осуществлении мер принудитель­ного характера в отношении картин.

§ 3. ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ СДЕЛОК, СОВЕРШАЕМЫХ ГОСУДАРСТВОМ

1. Сделки по внешней торговле, как правило, заклю­чаются внешнеэкономическими организациями или же непосредственно предприятиями (см. гл. 5).

С точки зрения нашего права и нашей доктрины о раздельной ответственности государства и государст­венных юридических лиц следует считать, что государ­ственные внешнеторговые организации как самостоя­тельные юридические лица не должны пользоваться иммунитетом, предоставляемым государству. В новых ус­ловиях хозяйственной деятельности в России и в другах государствах СНГ субъектом внешнеторговых сделок стали не только внешнеторговые организации, но и обыч­ные государственные предприятия. При этом ни те, ни

159


другие не могут рассматриваться^ как органы государства, обладающие иммунитетом. Поскольку внешнеторговые сделки осуществляются де государством, а через само­стоятельные юридические лица, иммунитет государства не играет существенной роли для внешнеторговой дея­тельности.

В тех же исключительных случаях, когда внешнетор­говую сделку заключило торговое представительство' от имени государства, такая сделка должна рассматривать­ся как сделка, совершенная самим государством.

Торгпредство — это орган, осуществляющий за границей права РФ в области внешнеэкономической деятельности. Положение о торговых представительствах СССР за границей было утверждено с дополнениями и поправками законом СССР, принятым Верховным Советом СССР 3 августа 1989 г.

Торгпредство не является юридическим лицом. Пра­ва и обязанности по его сделкам возникают непосредст­венно у государства. Отсюда вытекает, что «по обяза­тельствам торговых представительств СССР несет ответ­ственность Советское государство» (ст. 6 Положения ).-

Положение предусматривает, что торгпредства могут совершать от своего имени и от имени СССР сделки и иные юридические акты, необходимые для осущест­вления возложенных на них задач, выступать в судах в качестве истца или представителя истца.

В качестве ответчика торгпредства могут выступать в судах лишь по спорам, вытекающим из сделок и иных юридических актов, совершенных торгпред­ствами в странах пребывания, и только в тех странах, в отношении которых СССР в международных догово­рах или путем одностороннего заявления, доведенного до сведения компетентных органов стран пребывания, выразил согласие на подчинение торгпредства суду стра­ны пребывания по указанным спорам. Таким образом, статус торгпредства определяется в принципе российским правом. Это вытекает из того, что торгпредство являет­ся органом государства, а на органы государства рас­пространяются законы этого государства, поэтому лич­ным законом торгпредства является российское право.

В том же случае, когда заключен торговый договор РФ с иностранным государством, положение торгпред­ства в данном государстве определяется на основе

160


этого договора. В торговом договоре могут быть пре­дусмотрены некоторые изъятия в отношении тех иммуни-тетов, которые предоставляются торгпредству. Эти изъя­тия всегда следует толковать строго ограничительно.

В качестве примера сошлемся на торговый договор СССР с Австрией от 17 октября 1955 г. В ст. 4 приложе­ния к договору о правовом положении торгпредства гово­рится, что иммунитета и привилегии, предоставленные торгпредству, распространяются также на его торговую деятельность со следующими изъятиями: «Споры по тор­говым сделкам, заключенным или гарантированным на территории Австрии торговым представительством, под­лежат, при отсутствии оговорок о третейском разбира­тельстве, компетенции австрийских судов».

Принудительное исполнение окончательных судебных решений, вынесенных против торгпредства по этим спо­рам, может иметь место, но лишь в отношении товаров и долговых требований торгпредства. Таким образом, речь идет только о торговых сделках, и только о тех, которые заключены в Австрии. В отношении всех других сделок торгпредство должно пользоваться иммунитетом в полном объеме.

На практике имели место случаи, когда к торгпред­ству пытались предъявлять иски бывшие собственники национализированного в СССР имущества и другие лица, у которых имелась мнимая или действительная претензия к Советскому государству. Суд не может рассматривать такие иски к торгпредству, поскольку изъятия из иммунитета торгпредства допускаются толь­ко в отношении совершенных им торговых сделок в данной стране. Если сделку заключает какое-либо рос­сийское юридическое лицо, то торгпредство ответствен­ности за сделку не несет.

Суды в странах Запада неоднократно пытались представить торгпредство в качестве лица, несущего универсальйую ответственность за действия всех наших организаций. Однако с этой точкой зрения согласиться нельзя. Торгпредство — это орган государства, и потому его правовое положение определяется российским пра­вом, которое устанавливает, что торгпредство не отвеча­ет по обязательствам внешнеэкономических и иных хозяйственных организаций, а последние не отвечают по обязательствам торгпредства.


6 Зап. № 239

161


В торговых договорах, заключаемых СССР, указыва­лось, что правительство СССР несет ответственность лишь по тем торговым сделкам, которые были надлежа­щим образом заключены торгпредством или гарантирова­ны от имени торгпредства. Советское правительство не несет ответственности по сделкам хозяйственных ор­ганизаций, а хозяйственные организации не несут от­ветственности по сделкам торгпредства.

Положение о раздельной ответственности торгпредст­ва, государства и юридических лиц имеет полную силу и в отношении государств, с которыми СССР или РФ не заключили торговых договоров. Приведем пример из судебной практики Нидерландов.

Иск был предъявлен к СССР как таковому и к торгпредству. Между тем спор возник по сделке одной голландской фирмы со Всесоюзным объединением «Промсырьеимпорт». Суд отверг иск, ука­зав, что спор должен разрешаться лишь в отношении объединения.

2. Современная концепция участия государства в гражданско-правовых отношениях, которая стала скла­дываться в 90-е годы, получила отражение в Основах гражданского законодательства 1991 года. Согласно ст. 25 Основ, государство участвует в отношениях, регу­лируемых гражданским законодательством, на равных началах с другими участниками этих отношений. По своим гражданско-правовым обязательствам государство отвечает находящимися в его собственности^ средствами государственной казны. Эти положения, согласно Осно­вам, должны применяться соответственно к автономным образованиям, административно-территориальным обра­зованиям, уполномоченным ими органам. Автономные образования и административно-территориальные обра­зования отвечают по своим обязательствам находящими­ся в их собственности средствами, не закрепленными за юридическими лицами в полное хозяйственное ве­дение или оперативное управление.

Статья 25 Основ (ч. 4) предусматривала также принятие Закона СССР об иммунитете государства и его собственности, однако такой закон не был принят.

В ряд заключенных Российским государством и его органами соглашений и контрактов с иностранными юри­дическими лицами и иностранными государствами было включено согласие российской стороны на отказ или изъятие от юрисдикционного иммунитета и его видов.

162


Особое положение государства как участника между­народных хозяйственных отношений выражается и в том, что к обязательствам государства в принципе может применяться только его право, кроме случаев, когда государство прямо выразило свое согласие на примене­ние иностранного права. Поэтому правоотношения по до­говору государства с иностранной компанией или ино­странным гражданином регулируются внутренним зако­нодательством государства — стороны в договоре, а не законодательством другого государства или международ­ным правом, если в договоре не предусмотрено иное.

Из этого признанного в доктрине положения исхо­дила Постоянная палата международного правосудия в своих известных решениях о сербских и бразильских займах, вынесенных в 1929 году. По иску французских держателей сербских государственных займов к югослав­скому правительству палата признала, что права и обя­занности по этим займам подчинены не праву Фран­ции, где по ним были выпущены облигации, а законам Югославии. По мнению палаты, природа суверенного государства проявляется в том, что действительность принятых им обязательств не может быть подчинена иному закону, чем его собственному.

Из решения Международного суда ООН от 6 июля 1957 г. по франко-норвежскому спору о норвежских займах также может быть сделан вывод о том, что к договору между государством и иностранным граж­данином или юридическим лицом применяется внутрен­нее право данного государства. Отсюда следует, что к обя­зательствам по займам в принципе должно применяться право страны, выпустившей заем. То же самое следует сказать и о концессионных договорах, хотя концессии обладают определенной спецификой. Все вопросы кон­цессионного договора относятся к внутренней компетен­ции государства. Концессионный договор — это сделка, правоотношения по которой регулируются внутренним правом, и она не является международным догово­ром.

В то же время концессию нельзя рассматривать и как граждане ко-правовой контракт, одностороннее пре­кращение которого неправомерно. Это односторонний акт государства («соизволение»), предоставляющий частной компании, в том числе и иностранной, право осущест-

б* 163


влять в интересах данного государства, развития его экономики определенную хозяйственную деятельность. В этих же интересах действие такого акта может быть досрочно прекращено, предоставленная концессия может быть «взята обратно».

Так, к началу 80-х годов основные развивающиеся страны — экспортеры нефти фактически ликвидировали концессии, учитывая при этом особую природу концес­сионных договоров. В 1981 году Иран аннулировал все соглашения о добыче нефти и эксплуатации нефтяных месторождений, заключенные бывшим шахским прави­тельством этой страны с западными компаниями.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какие имеются виды иммунитета государства?

2. В чем различие между концепцией абсолютного иммунитета и концепцией ограниченного (функциональ­ного) иммунитета?

. 3. В каких странах приняты законы об иммунитете государства и какова практика их применения?


ГЛАВА 7

ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ

§ 1. Вопросы собственности в международных отношениях. § 2. Кол­лизионные вопросы права собственности. § 3. Применение за границей законов о национализации. § 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций. § 5. Иностранные инвестиции в свободных экономичес­ких зонах. § 6. Правовое положение собственности РФ и россий­ских организаций за границей

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С; Крылов С. Б. Международное частное право.— С. 94—117; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Осо­бенная часть.— С. 99—127; Лунц Л. А., Марышева Н. Я.» Сади­ков О. Н. Международное частное право.— С. 118—129; Перетер­ский И. С. Борьба СССР за равноправие двух систем собственности в международных отношениях // Ученые записки АОН.— Вып. 1.— М., 1947.—С. 113—151; Корецкчй В. М. Очерки англо-американ­ской доктрины и практики международного частного права.— С. 197—395; Лаптев В. В. Вопросы собственности в современном международном частном праве // Вопросы международного частного права.— М., 1956.— С. 40—57; Вилков Г. Е. Национализация и меж­дународное право.— М., 1962; Богатырев А. Г. Инвестиционное пра­ва— М., 1992; Законодательство об иностранных инвестициях Рос­сии и стран ближнего зарубежья.— М., 1993; Богуславский М. М. Пра­вовое положение иностранных инвестиций.— М., 1993.

§ 1. ВОПРОСЫ СОБСТВЕННОСТИ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

Большое теоретическое и практическое значение име­ет признание государственной собственности, права одно­го государства на его имущество, находящееся за рубе­жом. Право одного государства должно относиться, таким образом, к существованию права другого государ­ства как к объективному факту.

Советскому государству пришлось вести длительную

165


борьбу с капиталистическим миром за признание этого принципа. Эта борьба велась на конференциях в Генуе и Гааге, когда капиталистические государства попыта­лись заставить Советское государство отменить национа­лизацию орудий и средств производства. Она велась в иностранных судах, которые стремились подходить к собственности Советского государства за границей как к обычной частной собственности иностранца и не признавали право собственности СССР на находящееся за границей национализированное имущество.

Проблемы собственности в современных международ­ных отношениях многообразны. В традиционных кур­сах международного частного права стран Запада раздел о праве собственности сводится, как правило, исключи­тельно к изложению коллизионных вопросов. Между тем ни вопросы национализации, ни вопросы участия иностранного капитала в разработке естественных ресур­сов, ни вопросы режима иностранных инвестиций не могут быть сведены к проблемам коллизионного харак­тера и должны рассматриваться наряду с ними.

§ 2. КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

1. В законодательстве многих государств проводится различие между правом на недвижимое имущество и правом на движимое имущество. В отношении недви­жимости законодательство, судебная практика и доктри­на этих государств придерживаются принципа, согласно которому право собственности на недвижимость регули­руется законом места нахождения недвижимости. Этот закон определяет и содержание права собственности на недвижимость, и форму и условия перехода прав на недвижимость. Особенно жестко данный принцип проводится в отношении такой основной категории недвижимого имущества, как земельные участки. В спе­циальных реестрах и книгах ведется строгая регистра­ция прав собственности на землю.

Российские юридические лица и иные наши органи­зации, точно так же как и граждане России, если им принадлежит недвижимое имущество за рубежом, имеют

166


право владеть, пользоваться и распоряжаться таким имуществом в полном объеме в соответствии с прави­лами местного законодательства.

Более сложным является положение с движимым иму­ществом. Сюда относятся обычно права требования, цен­ные бумаги, транспортные средства, личные вещи и т. д. В отношении этой категории имущества в различных государствах по-разному решается вопрос о значении принципа закона места нахождения вещи, хотя и в от­ношении режима движимого имущества указанный прин­цип имеет решающее значение.

Во-первых, считается общепризнанным, что если в каком-либо государстве вещь правомерно перешла по законам этого государства в собственность определен­ного лица, то при изменении места нахождения вещи право собственности на данную вещь сохраняется за ее собственником. Таким образом, признается право собст­венности на вещь, приобретенную за границей.

Во-вторых, обычно признается, что объем прав собст­венника определяется законом места нахождения вещи. Из этого следует, что при перемещении вещи из одного государства в другое (как это происходит именно с дви­жимым имуществом) соответственно изменяется и со­держание прав собственника. При этом не имеет значе­ния, какие права принадлежали собственнику вещи до ее. перемещения в данное государство. Право собствен­ности на вещь, например приобретенную иностранцем на своей родине, признается, но содержание этого права будет определяться не законом страны его граж­данства, а законом места нахождения вещи.

В доктринах международного частного права сущест­вуют различные точки зрения на то, какой закон регу­лирует переход права собственности, если вещь приобре­тается не в том государстве, где она находится. В од­них странах доктрина высказывается в пользу приме­нения закона места нахождения вещи, в других предпо­чтение отдается личному закону собственника.

В Великобритании и США в течение длительного времени исходным был принцип, согласно которому пра­ва на движимость определяются личным законом соб­ственника. В курсе Дайси обращается внимание на переход от принципа личного закона к принципу места нахождения вещи.

167


В праве Франции в ряде случаев переход права собственности на движимость определяется законом мес­та нахождения вещи; в то же время в наследственном праве переход имущества в порядке наследования часто определяется личным законом наследодателя. Однако принцип личного закона рассматривается в современной доктрине больше как исключение из общего правила. Этот принцип продолжает сохраняться в законода­тельстве лишь отдельных стран (Аргентины, Брази­лии).

Расширение применения закона места нахождения вещи обосновывается в иностранной литературе прежде всего интересами гражданского оборота.

Таким образом, как правило, принцип lex rei sitae определяет, какие вещи могут быть вообще объектом права собственности, объем и содержание прав и обя­занностей собственника и чаще всего возникновение, переход и прекращение права собственности.

2. Коллизионные вопросы отношений, вытекающих из права собственности, регулируются также в отдельных международных соглашениях. Гаагская конвенция о пра­ве, применяемом к переходу права собственности в международной торговле товарами, 1958 года решает ряд вопросов, связанных с переходом права собствен­ности, не на основании принципа lex rei sitae, а на основании обязательственного статута, то есть права, применяемого сторонами к сделке внешнеторговой куп­ли-продажи (см. гл. 8).

3. В действующем в России законодательстве имеет­ся несколько коллизионных норм, касающихся права собственности. Основное правило содержится в ст. 164 Основ гражданского законодательства 1991 года, нося­щей название «Право собственности». В этой статье закреплен ряд положений. Во-первых, установлено, что «право собственности на имущество определяется по праву страны, где это имущество находится» (ч. 1). Во-вторых, предусматривается, что право собственности на транспортные средства, подлежащие внесению в госу­дарственные реестры, определяется по праву страны, где транспортное средство внесено в реестр. В-третьих, предусмотрено, что «возникновение и прекращение пра­ва собственности на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда

168


имело место действие или иное обстоятельство, послу­жившее основанием для возникновения или прекраще­ния права собственности, если иное не предусмотрено законом» (ч. 2).

Таким образом, в РФ закон места нахождения вещи признается исходным коллизионным началом для решения вопросов права собственности. Закон места нахождения вещи определяет прежде всего, какие вещ­ные права возможны вообще и каково их содержа­ние.

Из положения ч. 2 ст. 164 Основ следует, что если право собственности на движимую вещь возникло по закону ее места нахождения, то оно не может прекратиться в силу перемещения вещи в другую стра­ну, в которой на основании действующего в ней законо­дательства такое право собственности не могло бы воз­никнуть в таком же порядке, как в первой стране.

Вопросы перехода права собственности и риск-а случайной гибели вещи имеют особое значение в меж­дународной купле-продаже товаров. В действующем в России законодательстве установлены специальные кол­лизионные нормы по этим вопросам применительно к обязательственному статуту (см. гл. 8).

В ч. 3 ст. 164 Основ гражданско законодательст­ва предусмотрено, что «возникновение и прекращение права собственности на имущество, являющееся предме­том сделки, определяются по праву места совершения сделки, если иное не установлено соглашением сторон». Это означает, что за основу принят принцип автономии воли сторон. Если же стороны в контракте не решили этот вопрос, то тогда начинает действовать коллизион­ный принцип lex loci contractus. Согласно ст. 138 ГК РСФСР, риск случайной гибели отчуждаемой вещи переходит на приобретателя одновременно с возникно­вением у него права собственности, если иное не установлено договором. Если отчуждатель несвоевремен­но передал вещь или приобретатель несвоевременно принял ее, риск случайной гибели несет просрочившая сторона.

Особые сложности в международной практике вызы­вают случаи, когда предметом сделки является товар в пути. Например, товар перевозится морем или по железной дороге, а стороны во время его нахождения

169


в пути совершают сделку по передаче на него права собственности. Какое право тогда следует приме­нять: страны отправления товара, страны назначения или какого-либо промежуточного пункта нахождения ве­щи? Закон предписывает в этих случаях применять закон места отправки вещи. Согласно ч. 3 ст. 164 Основ, «право собственности на имущество, находящееся в пути по внешнеэкономической сделке, определяется по праву страны, из которой это имущество отправлено, если иное не установлено соглашением сторон».

В отношениях между предприятиями, к которым продолжают применяться ОУП СЭВ 1968/1988 годов, момент перехода права собственности и риска случайной гибели товара с продавца на покупателя определяется не путем применения коллизионных норм, а исходя из единых материально-правовых норм. Так, этот переход при железнодорожных перевозках считается совершен­ным «с момента передачи товара с железной дороги страны продавца железной дороге, принимающей то­вар», в водных перевозках на условиях «фоб», «сиф» и «каф» — «с момента перехода товара через борт судна в порту погрузки».

§ 3. ПРИМЕНЕНИЕ ЗА ГРАНИЦЕЙ ЗАКОНОВ О НАЦИОНАЛИЗАЦИИ

1. Под термином «национализация» понимается ого­сударствление, то есть изъятие имущества, находящегося в частной собственности, и передача его в собствен­ность государства. В результате национализации в собственность государства переходят не отдельные объ­екты, а целые отрасли экономики. Национализацию как общую меру государства по осуществлению социально-экономических изменений следует отличать от экспроприации как меры по изъятию- отдельных объек­тов в собственность государства и от конфискации как меры наказания индивидуального порядка.

Характер национализации зависит от того, кем и в каких целях она проводится. В 1917—1920 годах Советским государством проводилась национализация земли, банков, промышленных и торговых предприя­тий и т. д.

170


Мероприятия по национализации были осуществлены в ряде стран Восточной Европы и Азии. Социалисти­ческая национализация означала, что право частной собственности на национализированное имущество было уничтожено и возникло новое, принципиально иное по содержанию право социалистической собственности. Позднее национализация стала важным средством в борьбе освободившихся от колониальной зависимости молодых государств за достижение ими экономической независимости. В зависимости от конкретных условий процесс создания государственного сектора путем нацио­нализации протекал в этих странах по-разному: в одних национализировалась только собственность, которая при­надлежит иностранному капиталу, в других затрагивал­ся и местный частный капитал.

Национализация проводилась и в ряде высокоразви­тых стран Запада.

2. Право любого государства на национализацию частной собственности, в том числе и принадлежащей иностранцам, вытекает из общепризнанного принципа международного права — суверенитета государства. Осу­ществление национализации — это одна из форм прояв­ления государственного суверенитета.

Каждое государство в силу суверенитета устанав­ливает свою политическую и экономическую систему, свою систему права собственности. Государство имеет исключительное право устанавливать содержание и ха­рактер права собственности, порядок приобретения, пере­хода и утраты этого права.

Право государства на национализацию, включающее право свободно распоряжаться своими естественными ресурсами и богатствами, было подтверждено в ряде резолюций Генеральной Ассамблеи ООН. Так, 21 декаб­ря 1952 г. Генеральная Ассамблея ООН на своей VII сессии приняла резолюцию № 626 «О праве свободной эксплуатации естественных богатств и ресурсов». В ней говорится, что «право народов свободно распо­ряжаться своими естественными богатствами и ресур­сами и свободно их эксплуатировать является их неотъ­емлемым суверенным правом и соответствует целям и принципам Устава Организации Объединенных На­ций». В резолюции рекомендуется всем государствам — членам ООН воздерживаться от действий, прямых

171


или косвенных, имеющих целью препятствовать осущест­влению суверенных прав того или иного государства в отношении его естественных богатств. В то же время в резолюции не содержится каких-либо положений, ко­торые ограничивали бы право государства национали­зировать собственность иностранцев или устанавливали бы условия проведения такой национализации. Посколь­ку осуществление национализации относится к внутрен­ней компетенции государства, ни один международный1 -орган не может обсуждать меры по национализации собственности иностранцев. Это положение нашло свое подтверждение также в решении Международного суда ООН, который признал себя некомпетентным рассмат­ривать жалобу правительства Великобритании (1951 г.) в связи с национализацией Ираном Англо-Иранской нефтяной компании.

Таким образом, с точки зрения современного меж­дународного права право осуществлять национализацию собственности, в том числе собственности иностранных граждан и компаний, является бесспорной прерогативой суверенного государства.

3. Международное публичное право признает право государства на проведение национализации, но оно не ре1улирует и не может регулировать отношения собст­венности, возникающие между государством и частными физическими и юридическими лицами. Условия проведе­ния национализации определяются не международным правом, а внутренним правом государства, осуществляю­щего национализацию.

При всех отличиях, связанных с историческими, политическими и экономическими условиями проведения национализации в различных странах, с точки зрения проблематики международного частного права важно вы­явление некоторых общих черт, характерных для право­вой природы национализации.

Во-первых, всякий акт национализации — это акт государственной власти; во-вторых, это социально-эконо­мическая мера общего характера, а не мера наказания отдельных лиц; в-третьих, национализация может осуще­ствляться в отношении собственности вне зависимости от того, кому она принадлежит (отечественным или иностранным физическим и юридическим лицам);

в-четвертых, каждое государство, проводящее национа-

172


лизацию, определяет, должна ли выплачиваться иност­ранцам компенсация за национализированную собствен­ность, а если должна, то в каком размере. Внутренний закон государства может предусмотреть предоставление компенсации, условия и время ее выплаты, что имело место в ряде стран.

В качестве примера можно привести ст. 3 иракского закона № 59 от 1 июня 1972 г. о национализации «Ирак петролеум компани», в которой указывалось, что иракское государство уплатит ей компенсацию. Однако из этой компенсации, согласно закону, должны быть вычтены долги компании (налоги, местные долги, свя­занные с операциями) и суммы, которые причитаются иракскому государству.

В 1973 году Генеральная Ассамблея ООН подтвердила право освободившихся государств самим определять формы и размер компенсации (резолюция 3171/ XXXVIII).

Вместе с тем государство как сторона в международ­ном договоре о взаимной защите инвестиций может принять на себя обязательства не осуществлять меры по принудительному изъятию капиталовложений, в том числе путем национализации, реквизиции или кон­фискации в административном порядке. Такое обяза­тельство Советского Союза (так же, как другого госу­дарства — стороны в договоре) содержится в двусторон­них соглашениях о поощрении и взаимной защите капи­таловложений, заключенных правительством СССР с правительствами Великобритании, ФРГ, Франции, Фин­ляндии и других стран. В этих соглашениях предусмат­ривается, что при национализации иностранных капита­ловложений, проведенной в случаях, когда этого требуют государственные или общественные интересы, будет вы­плачиваться компенсация. Она должна выплачиваться без необоснованной задержки, быть конвертируемой и свободно переводимой с территории одной страны на территорию другой.

Таким образом, Советский Союз, а затем Россия и другие страны СНГ признали в заключенных ими соглашениях принцип быстрой, адекватной и эффектив­ной компенсации (ст. III договора России с США, ст. 5 договора с Кореей). Естественно, что такое признание принципа компенсации не имеет обратной силы и не

173


может быть распространено на национализацию, прове­денную в нашей стране в период до заключения этих соглашений.

4. Законы о национализации имеют экстерритори­альное действие, то есть должны признаваться и за пределами государства, их принявшего. Это означает, что государство, осуществившее национализацию, долж­но быть признано за границей собственником как иму­щества, которое находилось в момент национализации в пределах его территории, так и национализирован­ного имущества, находившегося в момент национали­зации за границей.

В настоящее время, как правило, ни судебной прак­тикой, ни юридической доктриной стран Запада не оспа­ривается экстерриториальное действие законов о нацио­нализации в отношении имущества, которое в момент национализации находилось на территории государства, осуществившего национализацию, а затем было вывезено за границу в порядке ведения внешней торговли, в ка­честве экспонатов на выставки или для иных целей.

Решающее значение для признания судами принципа экстерриториального действия законов о национализации имела длительная борьба Советского государства, кото­рую оно вело за признание своих прав на имущество, приобретенное в силу законов о национализации.

Первым решением, которым было признано экстерриториаль­ное действие советских законов о национализации, было решение Высшего суда Великобритании от 12 мая 1921 г. по делу «А. М. Лю­тер против Д. Сегора». Суть этого известного дела сводилась к следующему. В августе 1920 года Наркомвнешторг РСФСР продал английской фирме «Сегор» партию фанеры. До национализации фанера была собственностью акционерного общества «Лютер». На­ционализированный товар (фанера) в момент национализации нахо­дился на складе предприятия общества «Лютер» в Новгороде. Пос­ле прибытия фанеры в Великобританию бывшие собственники об­щества «Лютер» предъявили иск фирме «Сегор» о возврате фанеры. Первоначально иск был удовлетворен, однако при вторичном рас­смотрении дела уже после заключения первого торгового договора между РСФСР и Великобританией в 1921 году английский суд отклонил иск. Судья Скретон(Scrutton), в частности, указал, что если Л. Б. Красин (глава советской торговой делегации) привез товары в Англию от имени своего правительства и объявил, что они принадлежат правительству, то ни один английский суд не может проверять такое заявление. Как заявил судья Варингтон (Warrington), суд не может «входить в рассмотрение вопроса о действительности актов, коими право собственности на спорные това­ры был» изъято от истцов и перенесено на ответчиков». Судьи

174


отвергли довод истца о том, что советские законы о национализации якобы противоречат принципам справедливости и морали и поэтому действие их не может быть признано в Великобритании.

Из решений судов других стран следует указать на решение федерального суда США от 5 июня 1931 г. по делу о советском золоте (по иску Банка Франции к американским банкам), в котором было признано, что акты национализации должны рассматриваться как дей­ствительные (см. гл. 6). В решениях американских судов по делу «правительство США против банкирско­го дома М. Бельмонт» (1937 г.) и по делу Пинка (1942 г.) было признано экстерриториальное действие советских законов о национализации в отношении иму­щества отделений национализированных русских юриди­ческих лиц, находившегося в момент национализации на территории США.

Верховный суд США в своем решении от 2 февраля 1942 г. по иску правительства США к Пинку, ликвидатору американских отделений национализированных русских страховых обществ, указал:

«Мы решаем, что право на фонды или на имущество, о которых идет речь, было приобретено Советским правительством как преемни­ком «Первого русского страхового общества»; что это право оказалось переданным Соединенным, Штатам по соглашению с Литвиновым и что Соединенные Штаты имеют право на имущество (фонды) вопреки притязаниям общества и иностранных кредиторов».

В силу применяемых в каждой стране коллизионных норм моменты возникновения и перехода права собствен­ности определяются по принципу lex rei sitae. Отсюда следует, что при рассмотрении иностранными судами вопросов, касающихся национализированного имущест­ва, подлежат применению законы государства, осущест­вившего национализацию.

Признание права собственности государства на наци­онализированное имущество, вывозимое им за границу, является необходимой предпосылкой осуществления международной торговли. Без признания экстерритори­ального действия национализации была бы невозможной международная торговля.

Г. Кегель (ФРГ) исходит из необходимости призна­ния иностранной экспроприации (этим термином он пользуется в своем учебнике по международному частно­му праву), а тем самым и применения иностранного права, проведшего эту экспроприацию. «Право на персид­скую нефть, индонезийский табак и чилийскую медь,

175


ввозимые на европейский рынок, пришлось в последние годы признать за новыми господами»,— писал он. Г. Ке­гель имеет в виду решения судов ряда стран, вынесен­ные в связи с национализацией Англо-Иранской нефтя­ной компании, решение апелляционного суда Бремена, отказавшего в 1959 году в иске двум голландским обществам в отношении нескольких тысяч тюков таба­ка, закупленных западногерманской фирмой в Индоне­зии, а также решения, вынесенные в отношении нацио­нализации, проведенной правительством С. Альенде в Чили. В этих решениях судов были отвергнуты домо­гательства бывших собственников на национализирован­ное имущество И признано экстерриториальное действие актов о национализации в отношении имущества, нахо­дившегося в момент национализации в стране, где она была проведена, и вывезенного затем за границу. Впоследствии в силу внутренних изменений, происшед­ших в Индонезии, правительство этой страны приняло решение о возвращении прежним владельцам ранее национализированных предприятий. Однако решение за­падногерманского суда в Бремене об индонезийском табаке сохраняет свое принципиальное значение.

В решении французского суда от 16 июня 1993 г. по искам И. Щукиной и И. Коновалова к Российской федерации, Государственному Эрмитажу и ГМИИ имени А. С. Пушкина суд признал, что акт национализации — это акт государственной власти. И что особенно важно, что факт проведения национализации без компенсации собственности не меняет природы акта национализации как акта осуществления суверенитета государства со всеми вытекающими отсюда последствиями.

5. Если право собственности на вывезенное за гра­ницу национализированное имущество получило повсе­местное признание, иное положение'сложилось в судеб­ной практике государств Запада в отношении национа­лизированного имущества, находившегося в момент на­ционализации за границей. Суды ссылаются при этом на то, что приобретение права собственности на имущество может определяться исключительно законами страны его места нахождения. С этим обоснованием нельзя сог­ласиться. Если обратиться к практике проведения нацио­нализации Советским государством, то следует прежде всего отметить, что по советскому законодательству

176


не имело юридического значения, где находилось иму­щество национализируемого предприятия в момент наци­онализации, поскольку национализация распространяет­ся на все такое имущество, независимо от места его нахождения. В большинстве случаев речь шла о том, что за границей находились лишь отдельные составные части национализированного имущественного комплекса, отдельные вклады в банках, отдельные имущественные требования (права и т. п.). Что же касается филиалов национализированных юридических лиц, то личный закон юридического лица ре1улирует, согласно признанным по­всеместно правилам международного частного права, порядок ликвидации такого юридического лица и пре­дусматривает, какие последствия при этом наступают.

«Судьба зарубежного имущества национализирован­ных предприятий,— отмечает Л. А. Лунц в своей рабо­те «Международное частное право»,— может опреде­ляться лишь законом той страны, к которой данное предприятие принадлежало в момент национализации. Например, бывшие русские частные банки и русские страховые общества, уставы которых были в свое время утверждены в России в соответствии с действующими в то время российскими законами и правления кото­рых находились в Петербурге или Москве, имели, оче­видно, русский личный статут. Национализация их по декретам Советского правительства не могла не полу­чить экстерриториального действия».

Юридическая доктрина на Западе выдвинула целый ряд возражений, призванных обосновать неправомер­ность актов о национализации, проводимой в других странах.

Некоторые авторы, в частности, утверждают, что национализация не должна приводить к досрочному и одностороннему прекращению концессионного договора. Такой аргумент приводился в Великобритании и других странах после национализации Египтом Компании Суэц-кого канала и в ряде других случаев. Эти юристы утверждают, что соглашение о концессии — это квази­международный договор, к которому применяется прин­цип pacta sunt servanda, и соответственно поэтому досрочное прекращение такого договора в силу акта о национализации следует рассматривать как международ­ный деликт. Между тем этот довод не исходит из дейст-

177


вительной правовой природы концессионного договора. Концессия не может регулироваться международным правом, это — обязательство, которое регулируется внут­ренним правом (см. гл. 6). Без прекращения концессий национализация в большинстве случаев вообще была бы невозможной, поскольку иностранные монополии осуще­ствляют эксплуатацию естественных богатств развиваю­щихся стран на основе концессионных договоров.

6. Признание одним государством национализации собственности его граждан и юридических лиц, прове­дённой другим государством, часто становится в между­народной практике предметом международных соглаше­ний. В таком соглашении могут быть урегулированы и взаимные имущественные претензии, возникшие в связи с проведением национализации. Урегулирование подобных претензий вытекает из самого факта призна­ния действия национализации.

Первым соглашением такого рода в советской дого-ворно-правовой практике был советско-германский дого­вор, заключенный в Рапалло 16 апреля 1922 г. По ст. 2 договора Германия признала национализацию, прове­денную в Советской России, поскольку она прямо отка­залась от предъявления претензий в отношении иму­щества германских граждан, национализированного Со­ветским государством без какой-либо компенсации, «при условии, что правительство РСФСР не будет удов­летворять аналогичные претензии других государств».

Советско-американским соглашением 1933 года (со­глашением Литвинов — Рузвельт), а затем обменом нотами в 1937 году по вопросу об урегулировании долговых претензий и претензий на национализирован­ное имущество со стороны США была признана нацио­нализация, проведенная Советским государством. Прави­тельство США получило от СССР право истребования некоторого находящегося на территории Соединенных Штатов Америки имущества, перешедшего к Советскому государству в силу законов о национализации.

Советский Союз заключал соглашения, касавшиеся вопросов национализации, проведенной в Прибалтийских республиках, с Великобританией (1968 г.), Данией (1964 г.), Нидерландами (1967 г.), Норвегией (1959 г.), Швецией (1941 и 1964 гг.). Остановимся на соглашении между СССР и Великобританией об урегулировании

178


взаимных финансовых и имущественных претензий от 5 января 1968 г. Соглашение касалось двух основных групп претензий, возникших после 1 января 1939 г. К одной из них относились имущественные права анг­лийских юридических лиц, затронутые, в частности, мерами по национализации в Латвийской, Литовской и Эстонской Советских Социалистических Республиках, а также западных областях Украины, Молдавии, Бело­руссии и РСФСР, и некоторые другие права. К дру­гой — находившиеся на территории Англии имущество и другие активы, включая счета в банках, задержанные английскими властями суда, банковские, коммерческие и финансовые требования, принадлежавшие физическим и юридическим лицам Латвии, Литвы, Эстонии, а также западных областей Украины, Молдавии, Белоруссии и РСФСР, а также хранившееся в Банке Англии золото бывших центральных банков Латвии, Литвы и Эстонии, передача которого Госбанку СССР была задержана правительством Великобритании. По соглашению претен­зии не подлежали взаимному предъявлению, а каждое правительство несло исключительную ответственность за урегулирование претензий и распределение оставших­ся на его территории активов между своими гражда­нами (физическими и юридическими лицами).

Правительство Великобритании за счет активов, ос­тававшихся на его территории, регулировало претензии держателей обязательств (облигаций), выданных прави­тельством СССР английским акционерным обществам «Тетюхе майнинг корпорейшн» и «Лена Голдфилдс Лимитед» (см. гл. 7), независимо от гражданства таких держателей (ст. 4). Кроме того, правительство Велико­британии за счет этих же активов обязывалось выпла­тить определенную сумму Советскому правительст­ву в возмещение части соответствующих претензий (ст. 5).

Болгария заключала соглашения по вопросам нацио­нализации с Великобританией (1955 г.), Францией (1959 г.), Швейцарией (1954 г.); Польша — с Великобри­танией (1949 и 1954 гг.), Данией (1953 г.), США (1980 г.), Францией (1948 г.), Швецией (1949 г.). Аналогичные соглашения были заключены Венгрией, Ру­мынией, Чехословакией и Югославией.

Заключение государством международных соглаше-

179


ний по этим вопросам следует считать подтверждением наличия у государства права самостоятельно определять условия проведения национализации.

§ 4. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ

1. Правовое положение иностранных инвестиций в развивающихся странах отличается большим разнооб­разием, что предопределяется существенными различи­ями в политике этих стран по отношению к иностранно­му капиталу. В них иностранный капитал ограничивал­ся, подвергался государственному контролю, а в ряде случаев национализировался. В странах в одних случаях иностранные капиталовложения ограничивались, а в дру­гих — поощрялись путем предоставления определенных льгот и гарантий. Для политики развивающихся госу­дарств по отношению к иностранному капиталу часто характерны колебания и изменения. Это объясняется в значительной степени тем, что указанные государства, испытывая острую нехватку ресурсов для капиталовло­жений, вынуждены прибегать к привлечению средств извне. Однако иностранные монополии предоставляют инвестиции на таких условиях, которые зачастую идут вразрез с национальными интересами этих стран.

Правовой режим иностранной собственности опреде­ляется прежде всего внутренним законодательством раз­вивающихся стран (горным законодательством, закона­ми о разработке природных богатств, специальными инвестиционными кодексами). В данной области между­народного частного права нормы этого законодательства непосредственно регулируют отношения между иност­ранными частными инвесторами и государством, при­нимающим инвестиции, то есть, как правило, приме­няется не коллизионный, а прямой метод регулирова­ния.

2. К числу важнейших мероприятий по ограничению иностранных капиталовложений относятся: а) установ­ление особого государственного контроля за допуском иностранного капитала к разработке недр и естествен­ных богатств; б) недопущение иностранного капитала в определенные, наиболее важные для народного хо-

180


зяйства отрасли; в) установление обязательной доли участия национального государственного или частного капитала в предприятиях, создаваемых иностранными фирмами (в смешанных обществах); г) мероприятия, направленные на использование какой--то части прибылей иностранных предприятий для внутренних нужд разви­вающейся страны (налогообложение, ограничения при переводе прибылей за границу и т. п.); д) определение концессионной политики.

Инвестиционные кодексы предусматривают обычно несколько режимов для иностранных инвестиций, причем особо привилегированный режим устанавливается для предприятий, требующих крупных капиталовложений и создаваемых в тех отраслях экономики, в которых наибо­лее заинтересована развивающаяся страна. Основные льготы, предоставляемые привилегированным режимом, обычно следующие: освобождение от таможенных пош­лин при «возе оборудования и сырья, необходимого для строительства и деятельности предприятия; полное или частичное освобождение в течение определенного срока от налога на прибыли; беспошлинный вывоз готовой продукции; право полного или частичного пере­вода прибылей за границу; предоставление гарантий на случай национализации и т. п.

В государствах Латинской Америки были приняты специальные законы об иностранных капиталовложени­ях, устанавливающие порядок перевода прибылей за гра­ницу и другие условия иностранных капиталовложений. Например, такой закон действует в Мексике с 8 мая 1973 г.

3. Подробное регулирование правового режима ино­странных инвестиций имеется в тех государствах (КНР, Польша, Венгрия и др.), которые проводят активную политику привлечения иностранного капитала и исполь­зования его для решения задач экономического развития своих стран.

В ст. 18 Конституции КНР 1982 года говорится, что «Китайская Народная Республика разрешает иностран­ным предприятиям и другим иностранным хозяйствен­ным организациям либо отдельным лицам в соответствии с законами Китайской Народной Республики вклады­вать капиталы в Китае, осуществлять в различных формах экономическое сотрудничество с китайскими

181


предприятиями или другими китайскими хозяйствен­ными организациями». В КНР принят ряд нормативных актов, касающихся создания предприятий, основанных на китайском и иностранном капитале или же полностью принадлежащих иностранному капиталу. В смешанных предприятиях доля капиталовложений иностранных участников должна составлять не менее 25%. Верхний предел не оговаривается. В установлении этого миниму­ма состоит одна из особенностей законодательства КНР, поскольку в законодательстве ряда других стран ограничивается максимум иностранного участия (он может быть не более 50 или 49%). В китайских комментариях к соответствующим законодательным актам обычно подчеркивается, что ограничение по минимуму участия должно способствовать серьез­ным и значительным иностранным капиталовложе­ниям.

В СРВ постановлением Совета Министров от 18 ап­реля 1977 г. был утвержден Устав иностранных капи­таловложений.

4. Правовое регулирование иностранных инвестиций в России осуществляется прежде всего специальным законодательством в этой области: Законом об иност­ранных инвестициях в РСФСР от 4 июля 1991 г. и Зако­ном об инвестиционной деятельности в РСФСР от 26 июня 1991 г., а также другими законами.

Кроме того, отдельные положения об иностранных инвестициях содержатся в налоговом законодательстве, Законе о предприятиях и предпринимательской дея­тельности, Законе о недрах и др.

Специальные законодательные акты об иностранных" инвестициях были приняты на Украине, в Беларуси, Казахстане, Кырплзстане, Узбекистане, Таджикистане, Туркменистане, Азербайджане, Молдове, Грузии, а также в странах Балтии: Литве, Латвии и Эстонии.

Согласно закону от 4 июля 1991 г., иностранными инвестициями являются все виды имущественных и ин­теллектуальных ценностей, вкладываемые иностранными инвесторами в объекты предпринимательской и других видов деятельности в целях получения прибыли (дохо­да).

Иностранные инвесторы имеют право осуществлять инвестирование из территории России путем:

182


— долевого участия в предприятиях, создаваемых совместно с российскими юридическими лицами и граж­данами;

— создания предприятий, полностью принадлежа­щих иностранным инвесторам, а также филиалов ино­странных юридических лиц;

— приобретения предприятий, имущественных комп­лексов, зданий, сооружений, долей участия в предприя­тиях, паев, акций, облигаций и других ценных бумаг а также иного имущества, которое в соответствии с действующим на территории России законодательством может принадлежать иностранным инвесторам;

— приобретения прав пользования землей и иными природными ресурсами;

— приобретения иных имущественных прав;

— иной деятельности по осуществлению инвестиций, не запрещенной действующим на территории России законодательством, включая предоставление займов, кре­дитов, имущества и имущественных прав.

Иностранные инвестиции на территории России мо­гут вкладываться в любые объекты, не запрещенные для таких инвестиций законодательством.

В ст. 2 закона дается понятие иностранных инвес­тиций, а в ст 3 и 4 конкретизированы формы и объекты инвестиций. Применительно к совместным предприятиям при их создании должны быть определены вклады как российских, так и иностранных участников (их характер, размер и т д.)

Согласно ст б Закона об иностранных Инвестициях от 4 июля 1991 г., государство гарантирует, что иностран­ным инвестициям будет предоставляться полная и безус­ловная правовая защита, их режим не должен быть менее благоприятным, чем режим, предоставляемый оте­чественным инвесторам. В России иностранным инвести­циям предоставляются гарантии от национализации и иных мер, от незаконных, действий государственных органов и их должностных лиц. Согласно ст. 7 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР, «иностранные инвестиции в РСФСР не подлежат национализации и не могут быть подвергнуты реквизиции или конфиска­ции, кроме как в исключительных, предусмотренных законодательными актами случаях, когда эти меры при-­меняются в общественных интересах». В отношении

183


в течение определенного в соглашении срока (2 месяца для члена суда и 3 месяца для председателя третейского суда) они не будут выбраны, то тогда они назначаются председателем Международного суда ООН (ст. 9 догово­ра с ФРГ, ст. 10 договора с Кореей, ст 7 договора с Турцией).

Постановлением № 395 правительства Российской Федерации от 11 июня 1992 г. был одобрен в качестве' основы для переговоров типовой проект соглашения меж­ду правительством Российской Федерации и правительст­вами иностранных государств о поощрении и взаимной защите капиталовложений. Типовой проект Российской Федерации предусматривает в этом случае возможность обращения к Генеральному секретарю ООН с просьбой произвести необходимые назначения.

Согласно типовому проекту, третейский суд выносит свое решение большинством голосов. Предусматривается, что решение суда имеет обязательную силу. В заключен­ных соглашениях ничего не говорится о том, на основа­нии каких правовых норм третейский суд будет выносить свои решения. Очевидно, он будет прежде всего исходить из текста самого договора, а также из общепризнанных норм международного права.

Для государств, заинтересованных в притоке иност­ранных инвестиций, имеет определенное значение уча­стие в многосторонних международных соглашениях, призванных обеспечить защиту прав инвесторов и умень­шить возможные риски, которые они несут в связи с капиталовложениями в других странах.

Одним из таких соглашений является Сеульская кон­венция о создании Многостороннего агентства по страхо­ванию иностранных инвестиций 1985 года. Система государственного и частного страхования на нацио­нальном уровне благодаря Сеульской конвенции допол­няется международной многосторонней системой страхо­вания иностранных инвестиций. Согласно этой конвен­ции, создается Многостороннее агентство по страхова­нию иностранных инвестиций. (Конвенция вступила в силу 12 апреля 1988 г., В ней участвуют Великобрита­ния, США, ФРГ и другие страны.) В функции агентства входит заключение договоров страхования и перестрахо­вания в отношении некоммерческих рисков, которым могут быть подвергнуты инвестиции стран — участниц

186


Сеульской конвенции. Кроме того, агентство может про­изводить дополнительные ассигнования в целях расшире­ния деятельности по обеспечению притока инвестиций в развивающиеся страны — участницы конвенции.

Вторым многосторонним соглашением, имеющим в настоящее время более широкое применение, является Вашингтонская конвенция о порядке разрешения инвес­тиционных споров между государствами и иностран­ными лицами. Конвенция была подписана 18 марта 1965 г. и вступила в силу 14 октября 1966 г. В ней участ­вуют 99 государств.

Конвенция предусматривает создание специального Центра по разрешению инвестиционных споров при Меж­дународном банке реконструкции и развития (МБРР). Россия и ряд других стран СНГ (Украина, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и др.) присоединились к этим многосторонним соглашениям.

§ 5. ИНОСТРАННЫЕ ИНВЕСТИЦИИ В СВОБОДНЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗОНАХ

Интернационализация хозяйственной жизни, стрем­ление к более эффективному использованию преиму­ществ международного разделения труда привели к соз­данию во многих странах особых экономических зон. Зо­ны такого рода в различных вариантах были созданы в Китае, Вьетнаме, Болгарии, Венгрии, Южной Корее, США и ряде других стран. Создание особых экономи­ческих зон служит и привлечению иностранных капи­таловложений.

В КНР был принят ряд нормативных актов, определяющих ста­тус таких зон, целью образования которых было обеспечение более благоприятных условий для привлечения и использования иностран­ных капиталовложении, создание режима инвестиций, отличающегося от режима, установленного в остальной части КНР.

Так, в Положении об особых экономических зонах провинции Гуандун предусматривалось, что «в особых зонах иностранцам, китай­цам, проживающим за границей, соотечественникам из Гонконга и Макао, а также их компаниям, предприятиям предлагается вклады­вать капиталы с целью создания промышленных предприятий, созда­вать предприятия, используя одновременно инвестиции китайской стороны, заниматься производственной и прочей деятельностью» (ст. 1). Создаваемым в зонах смешанным предприятиям с участием китай­ского и иностранного капитала, а также предприятиям, полностью

187


принадлежащим иностранному капиталу, в отличие от предприятий, находящихся за пределами этих зон, предоставляются особые нало­говые льготы (ст. 13), полное освобождение ввозимых ими средств производства и сырья от импортных пошлин. В отношении зон создается как бы «зона свободной торговли»: вывоз продукции за границу осуществляется беспошлинно, а для вывоза в другие районы КНР устанавливаются пошлины; предусматривается особый порядок въезда и выезда иностранцев, зарубежных китайцев и «соотечественников из Гонконга и Макао»; земля не переходит в собственность иностран­ных инвесторов, но устанавливаются максимально длительные сроки аренды земельных участков.

В целях привлечения иностранного капитала, передо­вой зарубежной техники, технологии и управленческого опыта, развития экспортного потенциала РФ на ее терри­тории создаются свободные экономические зоны. В них устанавливается льготный, по сравнению с общим, режим хозяйственной деятельности для иностранных инвесто­ров и предприятий с иностранными инвестициями.

В Российской Федерации были приняты положения о 12 свободных экономических зонах (СЭЗ). Первой такой зоной, правовой статус которой был определен парламен­том России, стала зона в Находке, специальное поста­новление о ней было принято Верховным Советом РСФСР 24 октября 1990 г. Позднее принимались доку­менты о других зонах, в частности о создании свободной экономической зоны «Сахалин» (постановление Прези­диума Верховного Совета РСФСР от 27 мая 1991 г.— Ведомости, 1991, № 22, ст. 793), о хозяйственно-право­вом статусе свободной экономической зоны в Зеленогра­де (распоряжение Председателя Верховного Совета РСФСР от 21 мая 1991 г.— Ведомости, 1991, № 21, ст. 766), о статусе зоны «Янтарь» в Калининградской области (постановление Совета Министров РСФСР от 25 сентября 1991 г.). Постановления о зонах общего характера принимались Верховным Советом РСФСР 14 июня 1990 г. и 13 сентября 1990 г., ряд поста­новлений принимался также правительством Российской Федерации. 4 июня 1992 г. президентом Российской Федерации был принят указ «О некоторых мерах по развитию свободных экономических зон (СЭЗ) на терри­тории Российской Федерации». Этим указом была преду^ смотрена подготовка закона «О свободных экономиче­ских зонах в Российской Федерации». Законы о свобод­ных экономических зонах были приняты в Казахстане, на Украине.

188


Любая экономическая зона независимо от места ее расположения и цели ее создания остается неотъемле­мой частью государственной территории со всеми выте­кающими отсюда последствиями.

Для облегчения создания совместных предприятий в СЭЗ должны быть возможности для оперативного реше­ния всех возникающих вопросов (регистрации совмест­ных предприятий, оформления кредитов, осуществления таможенных процедур и т. п.). Создание таких возмож­ностей осуществляется путем делегирования правомочий центральным органам. Во многих странах, где образова­ны специальные зоны, широкое распространение получи­ли системы обслуживания инвесторов «в одном месте» или «за 24 часа», когда всё вопросы выдачи необходимых разрешений и лицензий, связанных с осуществлением капиталовложений, решаются в оперативном порядке на месте.

Иностранным инвесторам и предприятиям с иност­ранными инвестициями, осуществляющим хозяйствен­ную деятельность в свободных экономических зонах, помимо прав и гарантий, предусмотренных действую­щим на территории РФ законодательством, могут предо­ставляться дополнительные льготы:

— упрощенный порядок регистрации предприятий с иностранными инвестициями: предприятия с определен­ным объемом иностранных инвестиций подлежат регист­рации в уполномоченных на то органах непосредственно в свободной экономической зоне;

— льготный налоговый режим: иностранные инвесто­ры и предприятия с иностранными инвестициям обла­гаются налогами по пониженным ставкам, включая налог на переводимую за границу прибыль. При этом ставки налогов не могут составлять менее 50% действующих на территории РФ налоговых ставок для иностранных инвесторов и предприятий с иностранными инвести­циями;

— пониженные ставки платы за пользование землей и иными природными ресурсами; предоставление прав на долгосрочную аренду сроком до 70 лет с правом субаренды;

— особый таможенный режим, включающий пони­женные таможенные пошлины на ввоз и вывоз товаров, упрощенный порядок пересечения границы;

189


— упрощенный порядок въезда и выезда иностран­ных граждан, в том числе и безвизовый.

Правовой режим и условия хозяйственной деятель­ности совместных предприятий, включая порядок их на­логообложения на территории СЭЗ, определяются Зако­ном об иностранных инвестициях и конкретными поло­жениями о СЭЗ.

Указанный принцип установлен указом президента Российской Федерации от 4 июня 1992 г. Сущест­венное изъятие было сделано этим указом в отноше­нии условий хозяйственной деятельности в СЭЗ для иностранных инвесторов, деятельность которых связана с поиском, разведкой, эксплуатацией и добычей возобнов­ляемых и невозобновляемых природных ресурсов, вклю­чая ресурсы континентального шельфа морской эконо­мической зоны. Эти условия, как указано в этом указе, определяются соответствующим законодательством и нормативными актами Российской Федерации (п. 7 указа).

К числу этих актов относятся Закон Российской Федерации о недрах от 21 февраля 1992 г.. Закон о концессиях (в случае его принятия) и другие акты.

Следует иметь в виду, что в отношении предприятий с иностранными инвестициями в нефтегазодобывающей, нефтегазоперерабатывающей и угледобывающей отрас­лях независимо от величины их уставного капитала установлено правило об их регистрации в Комитете по иностранным инвестициям при Министерстве финансов Российской Федерации, вошедшем позднее в состав Рос­сийского агентства международного сотрудничества и развития.

В свободных экономических зонах в России совмест­ные предприятия должны облагаться по пониженным ставкам, включая налог на переводимую за границу прибыль. Ставки налогов не могут составлять менее 50% действующих на территории России налоговых ставок для СП.

Экспортные пошлины на сырьевые товары, добывае­мые в счет квот, предусмотренных положениями о СЭЗ, устанавливаются в размере 50% от уровня, преду­смотренного действующим экспортным тарифом по пред­ставлению администрации СЭЗ (п. 5 указа президента от 4 июня 1992 г.).

190


Свободные экономические зоны были созданы в ряде государств, входивших ранее в состав Советского Союза (Туркменистане, Литве).

§ 6. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СОБСТВЕННОСТИ РФ И РОССИЙСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ ЗА ГРАНИЦЕЙ

1. Категории государственного имущества за грани­цей различны как по основанию возникновения, так и по своему удельному весу. Развитие экономических отношений между нашей страной и иностранными госу­дарствами неизбежно приводит к увеличению объема этого имущества, и прежде всего товаров, вывозимых как для продажи, так и для экспонирования на различных выставках.

За границей находятся различные категории имуще­ства, входящие в состав государственной собственности. Это — имущество государства, торгпредства и других ор­ганов Российского государства и вклады Центрального банка РФ и Внешэкономбанка, экспортные товары, вре­менно находящиеся за границей морские суда, самолеты и т. д. За границей находилось и различное имущество, перешедшее к Советскому государству после проведения им национализации. После окончания второй мировой войны значительную категорию советского государствен­ного имущества за границей составляли так называемые активы, которые перешли к Советскому государству в порядке репараций.

Практическое значение вопросов, касающихся госу­дарственной собственности за рубежом, требует рассмот­рения ряда специальных положений международного частного права.

2. Прежде всего возникает вопрос, может ли госу­дарственная собственность занимать за границей такое же положение, которое занимает собственность, при­надлежащая любому частному лицу. Можно ли в иност­ранном государстве под тем или иным предлогом, в частности мнимого неисполнения обязательств россий­скими организациями, арестовать государственное иму­щество, находящееся за границей, продать его с публич-

191


ных торгов или подвергнуть иным мерам принуди­тельного характера?

На эти вопросы следует дать отрицательный ответ, поскольку собственность государства находится в особом положении, она пользуется иммунитетом. Выше был рас­смотрен вопрос об иммунитете государства и его орга­нов (гл. б). Иммунитет собственности тесно связан с иммунитетом государства, но может рассматриваться как самостоятельный вид иммунитета.

Иммунитет собственности государства заключается в особом режиме такой собственности, обусловленном осо­бым положением субъекта права собственности — суве­ренного государства. Иммунитет собственности госу­дарства, находящейся за границей, сводится к тому, что это имущество не может быть объектом насильственных мер со стороны того государства, где указанное иму­щество находится.

Собственность государства пользуется неприкосно­венностью. Это означает, что она не может без согла­сия государства-собственника быть подвергнута принуди­тельному отчуждению, аресту, секвестру и другим прину­дительным мерам; ее нельзя насильно удерживать на иностранной территории; она не должна подвергаться расхищению со стороны другого государства, его органов или частных лиц.

Таким образом, неприкосновенность собственности государства не ограничивается изъятием ее из-под дейст­вия принудительных мер судебного характера. К ней не мотут применяться и административные меры, она не мо­жет быть объектом взыскания по всякого рода внесудеб­ным требованиям.

Иммунитет, которым пользуется собственность иност­ранного государства, делает недопустимым: 1) предъяв­ление исков непосредственно к такой собственности (ис­ков in rem в англо-американском праве); 2) наложение ареста на собственность для обеспечения любого предъ­являемого к иностранному государству иска, связанного или не связанного с такой собственностью; 3) принуди­тельное исполнение решения суда, вынесенного в отно­шении такой собственности иностранного государства.

При рассмотрении вопроса об иммунитете собствен­ности английский ученый Дайси различает два случая. В первом случае собственность иностранного государст-

192


ва находится в руках представителя этого государства, пользующегося судебным иммунитетом, и поэтому иск направлен против суверена. Во втором случае собствен­ность находится в руках третьего лица, не пользую­щегося судебным иммунитетом, поэтому предъявление иска к такому лицу возможно. Но даже в последнем случае, признает Дайси, «иск или процессуальное дейст­вие в отношении собственности (суверена) считается... иском или процессуальным действием против такого суверена».

Таким образом, на собственность иностранного госу­дарства не распространяется действие рассмотренного выше принципа «закон местонахождения вещи» (lex rei sitae), или, иными словами, в отношении этой собствен­ности должны делаться изъятия из общего распростра­нения на собственность иностранных лиц действия зако­на страны места нахождения имущества. Эти положения должны находить полное применение к государственной собственности РФ в тех случаях, когда государство или его органы не дали согласия на применение соот­ветствующих принудительных мер в отношении россий­ского имущества.

3. Иммунитет собственности иностранного государ­ства находит свое выражение и в том, что органы дру­гого государства не могут входить в рассмотрение воп­роса о том, принадлежит ли собственность иностранному государству, когда она находится в его владении, если иностранное государство заявляет, что имущество при­надлежит ему. Государство, в котором такое имущество находится, не может входить в рассмотрение этого воп­роса.

В известном деле Лютера Сегора (см. § 3) англий­ский судья совершенно резонно указал, что если Л. Б. Красин привез товары в Англию и объявил, что они принадлежат Советскому правительству, то ни один анг­лийский суд не может опровергнуть, такое заявление.

Таким образом, если государство фактически обла­дает имуществом и заявляет, что имущество принадле­жит ему, то в суде иностранного государства это обстоя­тельство не может подвергаться сомнению. Это положе­ние известно как доктрина акта государства. Она приме­нялась в течение длительного времени в судебной прак­тике ряда государств, и прежде всего в Великобрита-


7 Зак. № 239

193


нии и США. Доктрина акта государства исходит из того, что источником каждого акта государства является его суверенитет. Поскольку принцип суверенитета — это один из основных принципов международного права, доктрину акта государства следует рассматривать как доктрину международного права. Доктрина акта госу­дарства запрещает судам одного государства обсуж­дать законность актов другого государства и выносить решение об их недействительности. В последние годы наметилась тенденция к умалению значения указанной доктрины и к ограничению сферы ее действия. Эта тен­денция проявилась наиболее ярко в США.

В широко известном деле Саббатино окружной суд Южного округа Нью-Йорка, признавая действительность доктрины акта госу­дарства, решил, что она ве может быть применена к кубинским зако­нам о национализации, поскольку они якобы «нарушили международ­ное право». Верховный суд США не согласился с этими доводами. В его решении от 23 марта 1964 г. по делу Саббатино было признано экстерриториальное действие кубинских законов о национализации, Суд пришел к выводу, что в соответствии с доктриной акта госу­дарства американские суды не вправе обсуждать вопрос о закон­ности или незаконности акта суверенного государства. Однако это решение было фактически аннулировано принятием конгрессом США так называемой второй «поправки Хикенлупера» к закону об иностран­ной помощи 1964 года. В этой поправке, иногда именуемой «поправ­кой Саббатино», в частности, было предусмотрено, что суды не должны уклоняться, ссылаясь на доктрину акта государства, от вынесе­ния решения по существу дела в случае, если иск основан на кон­фискации или другом изъятии собственности, осуществленном «в нару­шение принципов международного права, включая принципы ком­пенсации и другие стандарты».

Сославшись на «поправку Хикенлупера», окружной суд при новом рассмотрении дела Саббатино пришел к иным выводам, чем Верхов­ный суд США. Из ограничения доктрины акта государства исходит также решение Верховного суда США от 7 июня 1972 г. по делу First National City Bank v. Banco.Nacioiud de Cuba.

4. В отношении правила об иммунитете необходимо отметить, что если имущество государства пользуется иммунитетом, то из этого не вытекает, будто это правило должно применяться во всех случаях, поскольку пользо­вание иммунитетом является правом, а не обязанностью государства. Государство не всегда может претендовать:

на такой иммунитет, а в ряде случаев может не ссы";

латься на иммунитет принадлежащей ему собственности. Каждое государство само определяет режим государст­венной собственности. Наше государство само опреде*! .ляет режим государственной собственности. Наше госу*

194 :


дарство передает часть этой собственности в полное хозяйственное ведение либо оперативное управление го­сударственных юридических лиц, закрепляет за ними определенное имущество.

Предприятие, за которым имущество закреплено соб­ственником этого имущества на праве полного хозяйст­венного ведения, является юридическим лицом и осу­ществляет в отношении этого имущества права и обязан­ности собственника. В России основную оперативную работу по экспорту и импорту, как отмечалось в гл. 5, ведут внешнеэкономические объединения, другие объе­динения и предприятия, в том числе и полностью или частично принадлежащие государству. Поскольку подоб­ное объединение или предприятие — это самостоятель­ное юридическое лицо и государство не принимает на себя ответственности по его обязательствам, оно, в отли­чие от торгпредства, не пользуется иммунитетами. В ходе проведения экономических реформ в нашей стране право осуществления внешнеэкономической деятельности по­лучили государственные промышленные предприятия. В отношении их полностью действует принцип раздель­ной ответственности государства и юридического лица. Имущество объединения не пользуется иммунитетом в отношении предварительного обеспечения иска или при­нудительного исполнения решения только в том'случае, если речь идет об обязательствах самого объедине­ния или предприятия. Если же истец требует наложить арест на имущество объединения по претензиям не к данному объединению, а к каким-либо другим государ­ственным юридическим лицам или к самому государст­ву, то на такое имущество взыскание обращено быть не может. Российское государство в отношении такого рода взысканий может ссылаться на иммунитет госу­дарственной собственности, поскольку речь уже будет ид­ти о взыскании в отношении государственного имущества вообще, вне зависимости от того, в чьем управлении это имущество находится.

Таким образом, государственная собственность, на­ходящаяся в хозяйственном ведении или в оперативном управлении государственных юридических лиц, не поль­зуется иммунитетом в тех случаях, когда она рассмат­ривается как предмет взыскания по иску к такому юриди­ческому лицу. Если же арест накладывается на это иму-


7*

195


щество как на собственность государства, в чем бы она ни заключалась и где бы она ни находилась, то подобная собственность уже не выделяется из общего фонда государственной собственности. В этом случае такой собственности как собственности государства присущ иммунитет.

В ином положении находятся государственные юри­дические лица, финансируемые- из государственного бюд­жета и осуществляющие определенные государственные или публично-правовые функции. В решении француз­ского суда о картинах Матисса из музеев имени А. С. Пушкина и Государственного Эрмитажа (см. выше гл. 6) было обращено внимание на то, что картины, находящиеся в этих музеях, относятся к федеральной собственности государства, а сами музеи осуществляют публичные функции. Поэтому, как считал суд, музеи должны пользоваться судебным иммунитетом и иммуни­тетом от принудительного исполнения на равных основа­ниях с государством — Российской Федерацией.

5. Вопрос об иммунитете собственности иностранного государства часто возникает в связи с иммунитетом государственных судов, используемых для торговых це­лей. Наша доктрина исходит из необходимости призна­ния такого иммунитета. Кодекс торгового мореплава­ния СССР предусматривает, что на суда, находящиеся в собственности Советского государства, не может быть наложен арест или обращено взыскание без согласия Совета Министров СССР (ст. 20). Эта норма действую­щего в РФ закона должна уважаться и за границей, поскольку правовое положение морского судна опреде­ляется законом государства, под флагом которого оно плавает. В обязанности консулов РФ входит следить за тем, чтобы судам предоставлялись в полном объеме права и иммунитета в соответствии с законодательством госу­дарства пребывания и международными договорами, участниками которых являются РФ и государство пребы­вания .консула. К числу таких договоров относится, в частности, договор о торговом судоходстве между СССР и Великобританией 1968 года. Согласно протоколу к до­говору от 1 марта 1974 г., морские суда и грузы, принад­лежащие на праве собственности одному государству, «не будут подлежать задержанию или аресту в связи с испол­нением любого решения суда» другого государства. Одна- ,

,196


ко государство-собственник будет принимать в этих случаях необходимые административные меры для ис­полнения таких решений (ст. 2 протокола).

6. Особый режим предоставляется имуществу иност­ранного государства и в области налогообложения. Это закреплено как во внутреннем законодательстве госу­дарств, так и в различных международных соглаше­ниях. Например, в США на основании закона № 846 от 24 декабря 1942 г. находящаяся в округе Колумбия (т. е. в Вашингтоне) собственность, которая принадлежит иностранному правительству и используется для офи­циальных целей или в качестве резиденции главы дипло­матической миссии, освобождается от общего и спе­циального налогообложения. Обложение налогом недви-жимостей, принадлежащих иностранным правительствам и используемых в консульских целях, находится в США в компетенции местных властей. В одних штатах осво­бождение от уплаты налогов на собственность, при­надлежащую иностранному правительству, предоставля­ется на началах взаимности, в других — только в соответ­ствии с договорами, заключенными США с другими государствами.

В решениях судов США отмечалось, что в силу прин­ципа иммунитета к иностранным правительствам не мо­гут предъявляться иски по поводу налогообложения их собственности, находящейся в США.

Согласно ст. 21 Консульской конвенции между СССР и США от 1 июня 1964 г., недвижимая собственность в США, принадлежащая Советскому государству и ис­пользуемая для дипломатических или консульских целей, подлежит освобождению от всех федеральных, штатных и местных налогов.

Это положение нашло подтверждение в решении одного из амери­канских судов. Предметом рассмотрения суда был вопрос о налого­обложении здания, принадлежавшего СССР и использовавшегося как резиденция постоянного представительства-СССР при ООН. Местные власти г. Гленкова сделали попытку, вопреки тому, что эта собст­венность принадлежит иностранному суверену, подвергнуть ее в 1969 го­ду налогообложению. В предшествующие годы налогообложение не производилось. 7 января 1971 г. окружной суд Восточного округа штата Нью-Йорк по делу правительства США против г. Гленкова вынес решение, согласно которому собственность постоянного предста­вительства СССР при ООН в Гленкове в силу ст. 21 Консуль­ской конвенции между США и СССР не подлежит налогообложе­нию. В 1978 году в США было установлено налогообложение в отно-

197


шении собственности иностранного государства, используемой для коммерческих целей.

Отметим, что любые российские организации, приоб­ретая за рубежом недвижимое имущество, а также беря в аренду земельные участки, не должны руководствовать­ся законодательством страны места нахождения иму­щества. Они обязаны самым тщательным образом выпол­нять предписания этого законодательства (правила ре­гистрации земельных участков в так называемых земель­ных кадастрах и др.). При этом необходимо проверять, не имеются ли в отношении земельного участка какие-либо обременения, в частности сервитута (право прохода других лиц, проживания и т. д.), не заложено ли соот­ветствующее имущество и т, д. Игнорирование обстоя­тельств такого рода может привести к неблагоприятным последствиям для российской организации — собствен­ника или арендатора имущества.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какие коллизионные нормы применяются в отно­шении собственности?

2. Что понимается под правом государства на нацио­нализацию частной собственности?

3. Что понимается под экстерриториальным действи­ем актов о национализации?

4. Каково содержание международных договоров РФ с другими странами по вопросам национализации?

5. Каково содержание соглашений РФ с другими странами о взаимном поощрении и защите инвестиций?;

6. Какой правовой режим должен предоставляться;

собственности Российского государства за рубежом?!


ГЛАВА 8

ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СДЕЛКИ

§ 1. Понятие внешнежоноАмческой сделки. § 2. Форма договора. § 3. Применение права по вопросам содержания сделок. § 4. Универ­сальные международные конвенции по внешнеторговой купле-продаже. Типовые договоры. Торговые термины. Общие условия поставок. § 5. Компенсационные соглашения. § б. Контракты по оказанию технического содействия и строительству предприятий. $ 7. Концессион­ные и иные соглашения. 8 & Договоры в области научно-технического сотрудничества

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С; Крылов С. Б. Международное частное право.— С 147—156; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особен­ная часть.—С, 128—227; Лунц Л. А., Марышева Н. И; Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 130—179; Поздняков В. С., Сади­ков О. Н. Правовое регулирование отношений по внешней торговле. Ч. 1.— М., 1985; Правовое регулирование отношений по внешней тор­говле СССР.— Ч. 2 / Под ред. В. С. Позднякова.— М., 1986; Право и внешняя торговля.— М., 1987; Лунц Л. А. Внешнеторговая купля-продажа (коллизионные вопросы).— М., 1972; Мусин В. А. Между­народные торговые контракты.— Л., 1986; Зыкин И. С. Договор во внешнеэкономической деятельности,— М., 1990; Розенберг М. Г. Заклю­чение договора международной купли-продажи товаров.— М., 1991;

Международные правила толкования торговых терминов «Инко-термс».— М., 1992; Сборник международных договоров и других доку­ментов, применяемых при заключении и исполнении внешнеэкономи­ческих контрактов.— М., 1991; Гражданское и торговое право капитали­стических государств / Под ред. Е. А. Васильева.—VL, 1992. С. 313— 334, 341—346, 357—363, 379—389; Комаров А. С. Выбор применимого права в контрактах с фирмами капиталистических стран. Материалы секции права.— Вып. 37.— М, 1988.— С. 59—71; Сас И. Общие условия поставок СЭВ. Перевод с венгерского.— М., 1978; Розен­берг М. Г. Международное регулирование поставок в рамках СЭВ.— М., 1989; Кабатов В. А. Строительство советскими организациями про­мышленных объектов за рубежом // Сов. государство и право.— 1978.— № 10.— С. 76—84; Комаров А. С. Ответственность в коммерче­ском обороте.— М., 1991; Шмитхофф К. Экспорт: право и практика международной торговли.— М., 1993.

199


§ 1. ПОНЯТИЕ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ СДЕЛКИ

1. В процессе осуществления торгово-экономических, научно-технических и иных международных связей меж­ду организациями и фирмами различных государств заключается большое число договоров, обычно именуе­мых контрактами. Место нахождения сторон, а также место заключения и исполнения этих договоров не совпа­дают, что требует определения права, подлежащего при­менению к такому договору с иностранным, или. между­народным, элементом.

Речь идет прежде всего о внешнеторговых сделках. К внешнеторговым сделкам наша доктрина относит сделки, в которых хотя бы одна из сторон является иностранным гражданином или иностранным юридиче­ским лицом и содержанием которых являются операции ^ по ввозу из-за границы товаров или по вывозу товаров за границу либо какие-нибудь подсобные операции, свя­занные с вывозом или ввозом товаров. Таким образом, к внешнеторговым сделкам относятся договоры купли-продажи товаров, а также договоры подряда, комиссии и ряд других договоров, заключаемых между организа­циями и фирмами различных государств. Наиболее широ­ко распространенным видом внешнеторговых сделок яв­ляется договор внешнеторговой купли-продажи, поэтому в дальнейшем изложении основное внимание уделяется этому виду договора.

Венская конвенция о договорах международной куп­ли-продажи товаров 1980 года понимает под такими договорами договоры купли-продажи товаров, заключен­ные между сторонами, коммерческие предприятия кото­рых находятся в разных государствах. На практике встречаются различные виды сделок. Традиционными являются сделки купли-продажи товаров в материальной форме. По таким сделкам продавец обязуется передать товар в собственность покупателя в установленные конт­рактом сроки и на определенных условиях, а покупа­тель обязуется принять товар и уплатить за него Опреде­ленную денежную сумму. Различаются сделки по экспор­ту и по импорту товаров. В практике отечественных организаций часто встречаются различные виды товаро­обменных и компенсационных сделок на безвалютной

200


основе. Одним из видов таких сделок являются бартер­ные сделки, которые предусматривают обмен согласован­ных количеств одного товара на другой. В таком дого­воре либо указывается количество взаимопоставляемых товаров, либо оговаривается сумма, на которую стороны обязуются поставить товары.

В современных условиях наряду с куплей-продажей товаров все большее значение приобретают различные договоры (контракты) по оказанию всякого рода услуг, проведению работ, оказанию технического содействия в строительстве предприятий, созданию промышленных комплексов и осуществлению других проектов, сотруд­ничеству в производстве отдельных видов оборудования, проведению совместных конструкторских и научно-исследовательских работ, лицензионные договоры об ис­пользовании изобретений и других научно-технических достижений («ноу-хау»), договоры о передаче научно-технической документации, договоры инжиниринга, ли­зинга и др. Все эти договоры представляют собой раз­личные виды внешнеэкономических сделок. Сделки зак­лючаются внешнеэкономическими организациями, про­мышленными предприятиями (объединениями) и иными организациями (см. гл. 5).

В торговых отношениях России с рядом государств контракты заключаются во исполнение межправитель­ственных соглашений о товарообороте, о предоставле­нии государственных кредитов для поставки товаров в Россию и др. Заключение таких соглашений создает в отношениях между государствами взаимные обязатель­ства осуществлять поставки по определенной номенкла­туре и контингентам товаров. В качестве примера приве­дем Соглашение между правительством Российской Фе­дерации и правительством Китайской Народной Респуб­лики о государственном кредите для поставок товаров из КНР в Российскую Федерацию от 18 декабря 1992 г. В соответствии с условиями этого соглашения в счет кредита из КНР в РФ поставляются товары, предусмот­ренные перечнем, а погашение основного долга и упла­та процентов по кредиту осуществляются поставками товаров, также определяемых соглашением. Конкретная номенклатура ежегодно поставляемых в КНР российских товаров будет согласовываться компетентными органами обеих стран за 3 месяца до начала года поставки

201


товаров. Контракты на поставку товаров будут заклю­чаться между российскими и китайскими внешнетор­говыми организациями, уполноченными компетентными органами обеих стран. При заключении контрактов эти организации будут руководствоваться положениями сог­лашения (ст. 4). В соглашении, в частности, опре­делено, каким образом будут устанавливаться цены на товары.

Протоколы о товарообороте, содержащие списки то­варов, были заключены в 1992 году Россией с Маль­той, Венгрией и другими странами. В соглашении с Маль­той определены сделки о взаимно экспортируемых това­рах, которые не носят ограничительного характера. В про­токоле с Венгрией определены приоритеты сторон в об­ласти взаимных поставок товаров.

Таким образом, в пределах, определяемых меж­правительственными соглашениями о товарообороте и уточняющими их ежегодными протоколами, эти соглаше­ния создают в отношениях между государствами взаим­ные обязательства осуществлять поставки по определен­ной номенклатуре и контингентам товаров. Контракты, заключаемые между внешнеторговыми организациями этих стран, являются средством реализации межправи­тельственных соглашений. После того как контракт заключен, права и обязанности участвующих в нем орга­низаций определяются контрактом. В этом смысле по­нимается юридическая самостоятельность каждого конт­ракта. В то же время выполнение обязательств сторона­ми по контракту связано с содержанием межправительст­венных соглашений.

Эта взаимосвязь была специфична именно для отно­шений между организациями стран — членов СЭВ, что обусловлено тесной связью международно-правовых и гражданско-правовых методов регулирования экономиче­ских отношений.

Однако эти акты государств (соглашения) не порож­дают автоматически гражданско-правовых обязательств. Такие обязательства возникнут только на основании контракта. После заключения контракта обязательства государства могут измениться; в межправительственное соглашение, на основе которого был заключен контракт, могут быть внесены изменения, в частности предусмат­ривающие уменьшение объема поставок, перенос постав-

202


ки данного количества товара на другой плановый период и т. д. Указанные изменения также не могут автомати­чески влиять на изменение контракта. Организации должны изменить свои контрактные обязательства в соответствии в изложенными обязательствами госу­дарств.

2. Заключая договор, стороны могут установить, ка­ким законодательством он должен регулироваться. Сто­роны имеют право сделать выбор в силу автономии воли сторон. Эта автономия состоит в том, что стороны имеют право устанавливать по своему усмотрению содер­жание договора.

Автономия воли сторон обычно признается в законо­дательстве различных государств. Однако допустимые пределы автономии воли сторон понимаются в законо­дательствах государств по-разному. В одних странах она ничем не ограничивается. Это означает, что стороны, заключив сделку, могут подчинить ее любой правовой системе. В других странах действует принцип локализа­ции договора: стороны могут свободно избрать право, но только такое, какое связано с данной сделкой. Однако в сделках купли-продажи товаров выбор закона самими сторонами встречается нечасто. При отсутствии прямо выраженной воли сторон при определении права, подле­жащего применению к сделке, у суда или арбитража создаются большие возможности свободы усмотрения при толковании предполагаемой воли сторон. Английская судебная практика идет в этих случаях по пути отыска­ния права, свойственного данному договору, применяя метод локализации договора. Как отмечает английский ученый Дж. Чешир, суд должен избрать закон так, как это сделали бы «справедливые и разумные люди... если бы они подумали об этом при заключении договора».

По этому же пути идет и практика США. Согласно правилам Единообразного торгового кодекса США 1962 года, «стороны вправе в случаях, когда сделка имеет разумную связь как с данным, так и с другим штатом или государством, согласиться о том, что их права и обя­занности будут определяться по праву либо данного, либо другого штата или государства. При отсутствии такого соглашения настоящий закон применяется к сдел­кам, имеющим надлежащую связь с данным штатом» (ст. 1—105).

203


Из принципа автономии воли сторон исходит и ст. 27 германского Закона о новом регулировании международ­ного частного права 1986 года. В случае отсутствия такого выбора к договору подлежит применению право государства, с которым договор связан наиболее тесным образом (ст. 28).

Общее ограничение свободы выбора права сторонами состоит в том, что при помощи такого выбора нельзя исключить применение императивных норм, подлежащих применению к соответствующим правоотношениям, а также нельзя исключить применение норм права, в большей степени отвечающих интересам потребителя или работника (в трудовом договоре).

Согласно правилам, установленным в законодатель­стве КНР, стороны могут определить право, подлежащее применению к договору, поскольку закон не устанавлива­ет иного. Если сторонами такой выбор не сделан, подле­жит применению право страны, с которой договор связан наибольшим образом [§ 145 Общих положений граж­данского права 1986 г., § 5 (1) Закона о международных хозяйственных договорах 1985 г.].

В законодательстве ряда государств в тех случаях, когда воля сторон в сделке вообще не была выражена, применяется принцип закона места совершения контрак­та. Однако в условиях развития современных техниче­ских средств связи применение этого принципа вызывает большие затруднения, поскольку в области международ­ной торговли значительная часть сделок заключается путем переписки (по телеграфу, телетайпу и т. д.), то есть в форме сделок между «отсутствующими». Местом зак­лючения договора при этом считается тот пункт, где произошло последнее действие, необходимое для того, чтобы признать сделку совершенной.

Вопрос о том, где именно произошло такое послед­нее действие, решается в различных странах неодинако­во. Например, по праву Великобритании, США, Японии сделка считается совершенной в момент и в месте, откуда отправлен акцепт (теория «почтового ящика»), то есть согласие на полученную оферту .(предложение), а по пра­ву большинства других стран, в том числе и России, сделка считается совершенной в момент и в месте полу­чения акцепта оферентом (лицом, сделавшим предло­жение).

204


В последние годы в ряде стран были выдвинуты и другие принципы для определения права, подлежащего применению к сделке, и прежде всего принцип, по которому к договорам применяется закон места произ­водственной деятельности продавца, закон продавца.

§ 2. ФОРМА ДОГОВОРА

1. Коллизионная норма о праве, подлежащем приме­нению к форме сделки, содержится в ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 года. В этой статье предусмотрено следующее правило: «Форма сделки под­чиняется праву места ее совершения. Однако сделка, совершенная за границей, не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования советского права».

Из приведенного правила следует, что форма со­вершенной за границей сделки должна отвечать требо­ваниям, установленным правом места совершения сделки, либо требованиям нашего закона.

В этой же статье установлено специальное правило, касающееся формы сделок со строениями: «Форма сде­лок по поводу строений и другого недвижимого иму­щества, находящегося в СССР, подчиняется советскому праву».

2. Особый подход проявляется в отечественном за­конодательстве к применению права в отношении формы внешнеэкономических сделок. Действующее законода­тельство исходит из правила, согласно которому форма внешнеэкономических сделок, в которых участниками являются наши организации, всегда определяется только по российскому праву.

Статья 165 Основ предусматривает, что «форма внешнеэкономических сделок, совершаемых советскими юридическими лицами и гражданами, независимо от мес­та совершения этих сделок, определяется законодатель­ством Союза ССР». Ранее такое правило (ст. 125 Основ 1961 г., ст. 45, 464 ГК РСФСР 1964 г.) распространя­лось также и на порядок подписания внешнеторговых сделок.

Советское законодательство устанавливало для внешнеторговых сделок, совершаемых советскими орга-

205


низациями, не только письменную форму, но и опреде­ленный порядок их подписания (согласно постановлению «О порядке подписания внешнеторговых сделок» Совета Министров СССР от 14 февраля 1978 г.). Внешнеторго­вые сделки, заключаемые советскими организациями, правомочными совершать внешнеторговые операции, должны были подписываться двумя лицами. Право под­писи таких сделок имели руководитель и заместители' руководителя организации, руководители фирм, входя­щих в состав этой организации (например, всесоюз­ного хозрасчетного внешнеторгового объединения), а также лица, уполномоченные доверенностями, подписан­ными руководителем организации единолично, если уста­вом (положением) организации не предусматривается иное.

Внешнеторговая арбитражная комиссия всегда ис­ходила из того, что соблюдение советских законов, предусматривающих письменную форму для совершае­мых советскими организациями сделок по внешней торговле и определенный порядок их подписания, являет­ся условием действительности этих сделок, независимо от того, по какому закону (советскому или иностран­ному) должны быть в данном случае определены права и обязанности сторон.

Таким образом, положение ст. 125 Основ граждан­ского законодательства 1961 года, касающееся формы и порядка подписания внешнеторговых сделок, совершае­мых советскими организациями, закрепило сложившую­ся у нас в стране арбитражную практику по этому вопросу. Коллизионная норма, установленная данной статьей, связана с материальной нормой ст. 14 тех же Основ 1961 года, из которой следует, что если не соблюде­ны нормы советского законодательства о форме и поряд­ке подписания внешнеторговой сделки, то сделка должна считаться недействительной.

Введение на территории России с 3 августа 1992 г. Основ гражданского законодательства 1991 года, не пре­дусматривающих обязательного применения особого по­рядка подписания сделок двумя лицами, приводит к выводу, что ранее установленный порядок подписания внешнеторговых сделок и последствия его несоблюде­ния с введением Основ 1991 года в действие не должны рассматриваться как обязательное требование законода-

206


тельства, подлежащее применению в России. Порядок подписания внешнеторговых сделок двумя лицами подле­жит применению лишь в случаях, предусмотренных учре­дительными документами (уставами, положениями) соответствующих российских участников внешнеторго­вых сделок.

Иначе этот вопрос решается законодательством Ук­раины. Согласно ст. 6 Закона о внешнеэкономической деятельности от 16 апреля 1991 г., в случае, если внешнеэкономический договор (контракт) подписывает­ся физическим лицом, требуется только подпись этого лица. От имени других субъектов внешнеэкономической деятельности внешнеэкономический договор (контракт) подписывают два лица: лицо, обладающее таким пра­вом согласно должности в соответствии с учреди­тельными документами, и лицо, уполномоченное дове­ренностью, выданной за подписью руководителя субъ­екта внешнеэкономической деятельности единолично, если учредительные документы не предусматривают иное.

Что же касается обязательности письменной формы внешнеэкономических сделок для любого российского участника, независимо от времени и места их соверше­ния, то это требование сохраняется. При этом следует иметь в виду, что при присоединении СССР в 1990 году к Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров Советским Союзом была сделана ого­ворка относительно недопустимости заключения таких договоров в любой форме. Конвенция исходит из того, что не требуется, чтобы договор заключался или подтвер­ждался в письменной форме или подчинялся этому тре­бованию в отношении формы. Наличие договора может доказываться любыми средствами, включая свидетель­ские показания (ст. 11). Однако в соответствии со ст. 96 конвенции государство, законодательство которого тре­бует, чтобы договоры купли-продажи заключались или подтверждались в письменной форме, может сделать заявление о неприменимости положения конвенции, допускающего использование иной формы для тех случа­ев, когда одна из сторон договора имеет свое коммер­ческое предприятие в этом государстве- Поскольку РФ (как и Беларусь, и Украина) правом на такое заявле­ние воспользовалась, для сделок, заключаемых россий-

207


скими субъектами, была подтверждена обязательность письменной формы.

3. В Законе о залоге России, вступившем в силу с б июня 1992 г„ предусмотрен ряд правил о примене­нии права в отношениях по залогу. Так, предусмот­рено применение российского права независимо от места его заключения в отношении формы договора. Форма договора залога определяется в принципе по закону места-заключения. Договор о залоге, заключенный за преде­лами России, не может быть признан недействительным вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требо­вания, установленные российским законодательством. Форма договора залога в отношении зданий, сооруже­ний, оборудования, предприятий, земельных участков и иных объектов на территории России, а также подвиж­ного состава железнодорожного транспорта, зарегистри­рованных в России воздушных судов гражданской авиа­ции, морских и речных судов, космических объектов, независимо от места заключения таких договоров, опре­деляется законодательством России (ч. 5 ст. 10).

4. Форма и срок действия доверенности определяют­ся по праву страны, где выдана доверенность. Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если последняя удов­летворяет требованиям российского права.

§ 3. ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ПО ВОПРОСАМ СОДЕРЖАНИЯ СДЕЛОК

1. Исходным принципом нашего законодательства при определении права, подлежащего применению к правам и обязанностям сторон по внешнеэкономиче­ской сделке, является принцип автономии воли сторон. Согласно ч. 1 ст. 166 Основ гражданского законодатель­ства 1991 года, «права и обязанности сторон по внешне­экономическим сделкам определяются по праву страны, избранному сторонами при совершении сделки, или в си­лу последующего соглашения».

Ранее в нашем законодательстве (в ст. 126 Основ 1961 г.) тоже был предусмотрен этот принцип, но он был сформулирован более кратко: «Права и обязанности сторон по внешнеторговой сделке определяются по зако-

208


нам места ее совершения, если иное не установлено соглашениями сторон». В этой норме было выражено в течение десятилетий применявшееся в практике Внешне­торговой арбитражной комиссии правило, из которого следует, что прежде всего должен ставиться вопрос о том, законодательству какого государства намерены были подчинить свои обязательства стороны по контракту.

В, новой редакции Основ уточняется, что стороны могут сами избрать право, подлежащее применению к заключенной ими сделке, как при совершении сделки, так и путем заключения международного соглашения, то есть, иными словами, они могут договориться о приме­нении права к сделке позднее. Другим новым моментом является то, как вытекает из текста Основ, что не по всем договорам допускается свобода выбора права сторонами.

В двух случаях, а именно предусмотренных в пп. 3 и 4, выбор права сторонами не предусмотрен. Приведем эти пункты ст. 166 Основ:

«З. К договору о создании совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан применяется право страны, где учреждено совместное предприятие.

4. К договору, заключенному на аукционе, в резуль­тате конкурса или на бирже, применяется право страны, где проводится аукцион, конкурс или находится бир­жа».

Если ранее (до введения в действие Основ 1991 г.) стороны, заключая, например, учредительный договор о создании совместного предприятия в СССР (см. гл. 5), могли договориться о том, какое право будет применять­ся к такому договору, то после 3 августа 1992 г. такая возможность должна быть исключена. При определении намерения сторон принимается во внимание лишь дейст­вительная воля сторон, выраженная в их соглашении. Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ не устанавливает «предполагаемую» или «ги­потетическую» волю сторон, как это практикуется в ряде случаев судами и арбитражем на Западе, что практически дает судам широкую свободу судейского усмотрения. В нашей практике не применяется, например, распростра­ненное в ряде стран правило, согласно которому условие о подчинении возникающих споров суду или арбитражу какой-либо страны предполагает намерение сторон под-

209


чинить свои отношения nb контракту законам этой же страны (см. гл. 17).

В России допускается свободный выбор закона любого государства по соглашению участников сделки. Принцип локализации договора не применяется. При этом ст. 166 Основ следует толковать таким образом, что стороны могут избрать только правопорядок, дейст­вующий в определенной стране, а не какие-либо общие начала права и справедливости.

Если в соглашении сторон не выражено действи­тельное их намерение подчинить свои отношения праву определенной страны, то тогда, согласно ст. 166 (ранее согласно ст. 126 Основ 1961 г.), право, подлежащее применению, будет определяться на основе коллизионной нормы или коллизионных норм, содержащихся в нашем законодательстве. В Основах гражданского законода­тельства 1961 г. (ст. 126) и в Гражданском кодексе 1964 г. (ст. 566) правом, применимым к договору при отсутствии выбора сторон, считается закон места заклю­чения сделки, определяемого по нашему праву как место получения оферентом акцепта (ст. 162,163 ГК РСФСР). Следовательно, советское законодательство использовало формальный критерий для выбора права, не увязывая его с вопросом о наличии реальной связи между правоотно­шением и регулирующим его правопорядком. На практи­ке такой подход приводил к тому, что решающее значение! приобретало указание в тексте контракта места заключе­ния договора. . 1

Совершенно иначе этот вопрос был решен в Основах 1991 года. В ст. 166 предусмотрено, что «при отсу»«| ствии соглашения сторон о подлежащем применения! праве применяется право 'страны, ще учреждена, имее| место жительства или основное место деятельности сто" рона, являющаяся: . |

1) продавцом — в договоре купли-продажи; |

2) наймодателем — в договоре имущественного нав|

ма ? . 'I

3) лицензиаром — в лицензионном договоре о паяЩ

зовании исключительными или аналогичными правами

4) хранителем — в договоре хранения; |

5) комиссионером — в договоре комиссии; •$

6) поверенным — в договоре поручения; I

7) перевозчиком — в договоре перевозки; | д

210 . -4


8) экспедитором — в договоре транспортной экспе­диции;

9) страховщиком — в договоре страхования;

10) кредитором — в кредитном договоре;

11) дарителем — в договоре дарения;

12) поручителем — в договоре поручительства;

13) залогодателем—в договоре залога».

Обратим внимание на то, что в отношении прав и обя­занностей сторон Закона о залоге (ч. 6 ст. 10), так же как ст. 166 Основ 1991 года, предусматривается в случае, если нет иного соглашения сторон, подлежит примене­нию право страны, где учреждена, имеет место житель­ства или основное место деятельности сторона, являю­щаяся залогодателем, если иное не установлено согла­шением сторон.

Наряду с 13 конкретными коллизионными привяз­ками в отношении 13 конкретных видов договоров, содержащихся в п. 1 ст. 166 Основ 1991 года, преду­смотрено также правило о том, что к договорам о произ­водственном сотрудничестве, специализации и коопери­ровании, выполнении строительных, монтажных и других работ по капитальному строительству применяется право страны, где такая деятельность осуществляется или соз­даются предусмотренные договором результаты, если иное не установлено соглашением сторон (п. 2 ст. 166 Основ 1991 г.).

Кроме того, установлено правило общего характера в отношении договоров, не перечисленных прямо в пп. 1—4 ст. 166. К ним применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятель­ности сторона, которая осуществляет исполнение, имею­щее решающее значение для содержания такого дого­вора (п. 5 ст. 166).

Таким образом, в Основах 1991 года были учтены тенденция развития современного международного част­ного права и новейшие международные соглашения в этой области.

2. В отношении иных (не внешнеторговых) сделок действует коллизионная норма, согласно которой к содер­жанию таких сделок подлежит применению право места заключения сделки. Согласно ч. 2 ст. 165 Основ 1991 года, права и обязанности сторон по сделке определяются по праву места ее совершения, если иное не установлено

211


соглашением сторон. Место совершения сделки опреде­ляется по российскому праву.

Ранее (до введения в действие Основ 1991 г.) этот принцип применялся и к внешнеторговым сделкам. Поэ­тому сложившаяся тогда практика представляет некото­рый интерес.

При заключении сделок, подписываемых сторонами одновременно, и сделок, заключаемых путем переписки (т. е. сделок между «отсутствующими»), в самой сделке обычно указывалось, что местом ее заключения считается такой-то город или такая-то страна.

Если конкретное место в сделке между «отсутствую­щими» не было указано, возникали трудности в тех случаях, когда в законодательстве сторон не одинаково решается вопрос об определении момента и места заклю­чения договора. Например, договор был заключен путем обмена письмами между английским и советским внешне­торговыми объединениями. Выше отмечалось, что с точки зрения английского права контракт будет считаться заключенным в момент отправки акцепта и в месте, откуда отправлен акцепт. С точки зрения нашего права контракт считается заключенным с момента и в месте получения акцепта лицом, сделавшим предложение (ст. 162 и 163 ГК РСФСР).

При рассмотрении во ВТАК иска Всесоюзного объединения «Про-! динторг» к швейцарской фирме «Теакс» (решение от 20 января 1970 г.) ответчик считал, что к правоотношениям сторон должно быть применено швейцарское право. Свою точку зрения он обосновал тем, что присланный В/О «Продинторг» из Москвы текст договора был подписан фирмой «Теакс» в Швейцарии и поэтому договор должен считаться заключенным в Швейцарии. ВТАК не согласилась с привей денными ответчиком доводами. При этом она сослалась на ст. 12& Основ гражданского законодательства 1961 года. |

Поскольку в договоре содержалось прямое указание на то, чт«| местом его заключения является Москва, арбитраж, основываясь на ст. 126 Основ, применил к правоотношениям сторон из договор*! советское право. На основе этого решения следует сделать вывод, что Д случае подписания договора в различных местах (или при обмене письмами о заключении договора) при установлении места его заклкЙ чения надо было основываться на содержащемся в договоре или щ переписке указании на место его заключения. При наличии такогй указания то обстоятельство, что договор был подписан сторонами I различных местах, уже не может иметь юридического значения. Укай зание сторонами в договоре (независимо от того, составлен ли он I форме единого документа или представляет собой обмен письма:

ми) места его заключения следует рассматривать как согласие ст<§ рон связать с этим местом наступление определенных юридичй

212 ' |


ских последствий; к таким последствиям, обусловливаемым местом заключения договора, в первую очередь относится, согласно нашему законодательству, определение права, подлежащего применению к договору (права договора).

В связи с этим решением ВТАК в советской литера­туре отмечалось, что при наличии фактических обстоя­тельств, аналогичных тем, при которых был заключен договор со швейцарской фирмой, местом заключения договора следовало бы считать Москву даже в том слу­чае, если бы договор и не содержал указания места его заключения. В силу ст. 126 Основ, имеющей импера­тивный характер, определение места заключения догово­ра между «отсутствующими» должно основываться на положениях советского права, то есть на ст. 162 и 163 ГК РСФСР. Эти статьи предусматривают^ что при заклю­чении договора между «отсутствующими» сторонами мес­том его заключения считается страна оферента. В рас­сматриваемом случае предложение о заключении догово­ра (в форме уже подписанного В/О «Продинторг» текста договора) исходило из Москвы, а акцепт этого предложе­ния, выраженный путем подписания фирмой текста при­сланного из Москвы договора, был получен В/О «Продин­торг» в Москве. Следовательно, в соответствии с поло­жениями упомянутых статей Гражданского кодекса РСФСР заключение договора состоялось по получении акцепта в Москве, которая, таким образом, и должна считаться местом заключения договора.

3. Путем определения права, подлежащего примене­нию к внешнеторговой сделке, устанавливается так назы­ваемый обязательственный статут сделки. На основе обя­зательственного статута определяются права и обязан­ности сторон по сделке, последствия ее неисполнения (просрочки, ненадлежащего исполнения). Обязательст­венным статутом определяются также обстоятельства освобождения от ответственности. По обязательственно­му статуту решаются также вопросы исковой давности, поскольку, согласно ст. 159 Основ 1991 г., к исковой дав­ности применяется тот закон, который подлежит при­менению для определения прав и обязанностей участ­ников соответствующего правоотношения (см. гл. 3).

В то же время обязательственный статут не может применяться к форме подписания внешнеторговых сде­лок, поскольку советское законодательство устанавлива-

213


ет в отношении этих вопросов особые правила. На За­паде отмечалось, что если предписания нашего закона о письменноЙ^форме таких сделок отнести к нормам внутч реннего публичного порядка или рассматривать их ка^ нормы о доказательствах, то они могут и не применяться вне советской юрисдикции. Но суд должен признать их действие, если считать данные нормы относящимися Ц личному статуту советских (российских) организаций! то есть если их суть видеть в том, что советская (рос­сийская) организация и ее представители не управомоче-ны на совершение сделок иначе, как в письменной форме.

§ .4. УНИВЕРСАЛЬНЫЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ КОНВЕНЦИИ ПО ВНЕШНЕТОРГОВОЙ КУПЛЕ-ПРОДАЖЕ. ТИПОВЫЕ ДОГОВОРЫ. ТОРГОВЫЕ ТЕРМИНЫ. ОБЩИЕ УСЛОВИЯ ПОСТАВОК

1. Каждая внешнеторговая сделка, заключаема внешнеторговой или иной организацией с иностранны» контрагентом, имеет самостоятельное юридическое зна чение. Права и обязанности сторон, содержание сделк] устанавливаются по соглашению между сторонами. Под тому особо важное значение имеют на практике точно и четкое формулирование условий сделки, определена ответственности сторон и других условий. Существенны различия в нормах национального законодательства, также трудности в определении права, подлежащего пр) менению к сделкам, приводят к стремлению партнер* регламентировать свои отношения как можно подрббн* в самом контракте. Это, ^ свою очередь, ведет к услод нению переговоров о заключении контрактов. ;

Указанными обстоятельствами в значительной степ ни объясняется тенденция создания унифицироваша материально-правовых норм в области международвд купли-продажи (см. гл. 2). s

Отсутствие единых материально-правовых норм, реа| лирующих международную торговлю, вызывает необзб димость прибегать к коллизионному методу и отря)| тельно влияет на развитие международной торгов)! В резолюции 2205 (XXI) Генеральной Ассамблеи00№ 17 декабря 1966 г. обоснованно отмечалось, что pacxas

214 . I


дения, имеющиеся в законах различных государств по вопросам международной торговли, составляют одно из препятствий на пути ее развития. Национальные законы отличаются большим разнообразием и содержат по од­ним и тем же вопросам часто противоположные правила. Поэтому от того, как будет решен коллизионный вопрос, какое право будет применено к договору при разрешении спора, во многих случаях зависит установление того, следует ли вообще считать договор заключенным, на­сколько правомерно предъявление тех или иных требова­ний сторонами друг другу, каков объем ответствен­ности сторон и т. п.

Различные межправительственные организации, а также отдельные государства предприняли многочислен­ные попытки унификации норм, регулирующих отноше­ния во внешнеторговом обороте. Такая унификация мо­жет осуществляться путем: введения в национальное законодательство нормативных положений, разработан­ных в рамках международных договоров; формирования типовых и единообразных законов; выработки различных типовых договоров; формулирования международными организациями сложившихся торговых обычаев в виде так называемых торговых терминов.

На сессии Гаагской конференции в 1964 году были приняты Гаагская конвенция о единообразном законе о заключении договоров о международной купле-продаже товаров и Гаагская конвенция о единообразном законе о международной купле-продаже товаров. Однако на кон­ференции были представлены в основном государства Запада. Это привело к тому, что по своему содержанию указанные Гаагские конвенции не носят в полной мере универсального характера.

Гаагские конвенции 1964 года широкого применения не получили. Комиссия ООН по праву международной торговли поставила перед собой задачу разработать такие унифицированные правила, которые оказались бы прием­лемыми для большинства стран с различными систе­мами права. В результате работы этой комиссии был разработан проект, на основе которого на конференции в Вене в 1980 ' году была принята Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (см. гл. 2). В преамбуле конвенции отмечается, что, по мнению государств — ее участников, принятие единообразных

215


норм, регулирующих договоры международной купли-продажи товаров и учитывающих различие обществен­ных, экономических и правовых систем, будет способ­ствовать устранению правовых барьеров в международ­ной торговле и содействовать ее развитию.

Конвенция 1980 года разрешает сторонам исклю­чать применение к их договору конвенции в целом. Кро­ме того, нормы конвенции, как общее правило, носят диспозитивный характер. Но если в контракте не будет оговорено, что стороны согласились вообще на примене­ние к их контракту каких-либо иных положений или что стороны по конкретному вопросу договорились иначе, то тогда к соответствующим отношениям будут применять­ся положения конвенции. Конвенция подлежит приме-, нению, во-первых, к договорам, стороны которых явля­ются организациями и фирмами государств-участников, а во-вторых, в случаях, когда право государства — участ­ника конвенции применимо к договору в силу коллизион­ной нормы.

Национальная принадлежность сторон, их граждан­ский или торговый статус, а также гражданский или, торговый характер договора не имеют значения при решении вопроса о применении конвенции.

Конвенция содержит подробные правила по всем основным вопросам договоров международной купли-продажи товаров (она состоит из 101 статьи, сгруппи­рованных в четыре части: «Сфера применения и общие положения», «Заключение договора», «Купля-продажа! товаров» и «Заключительные положения»). ;

В той части конвенции, которая регулирует собст­венно отношения сторон по договору международной купли-продажи товаров, определяются обязательства продавца, в частности касающиеся поставки товара Ц передачи документов, количества и качества товаров, щ также обязательства покупателя, в том числе относи| тельно цен и принятия поставки. Конвенция регулирует средства правовой защиты в случае нарушения договора) продавцом или покупателем, содержит нормы о переходи риска. •

В отдельную главу конвенции выделены положения общие для обязательств'продавца и покупателя. В не^ решаются вопросы предвидимого нарушения договора Ц договоров на поставку товаров отдельными партиями!

216 5


взыскания убытков, процентов с просроченных сумм и т. п.

Конвенция 1980 года не содержит коллизионных норм, хотя и исходит из того, что по вопросам, в ней не урегулированным, подлежит применению право на основании коллизионных норм. Это следует из п. 2 ст. 7 Конвенции 1980 года, где говорится, что «вопросы, отно­сящиеся к предмету регулирования настоящей Конвен­ции, которые прямо в ней не решены, подлежат реше­нию в соответствии с общими принципами, на которых она основана, а при отсутствии таких принципов — в соответствии с правом, применимым в силу норм между­народного частного права».

Государства — участники Гаагской конвенции о еди­нообразном законе о заключении договоров о междуна­родной купле-продаже товаров 1964 года и Гаагской кон­венции о единообразном законе о международной купле-продаже товаров 1964 года, чтобы стать участни­ками конвенции 1980 года, должны денонсировать ука­занные Гаагские конвенции. Это правило конвенции 1980 года направлено на то, чтобы в максимальной сте­пени обеспечить расширение сферы ее применения, а тем самым и унификацию национального законодатель­ства. В конвенции 1980 года не предусмотрены правила, относящиеся к исковой давности и порядку разреше­ния споров.

По вопросам исковой давности в 1974 году была заключена Конвенция об исковой давности в междуна­родной купле-продаже товаров. Конвенция была разра­ботана ЮНСИТРАЛ по предложению делегации ЧССР. Она регулирует один из важнейших вопросов, связан­ных с осуществлением прав сторон по сделке между­народной купли-продажи товаров. Ею устанавливается единый для всех договоров международной купли-продажи срок исковой давности, который равен 4 годам. По законодательству различных стран срок исковой дав­ности колеблется от 6 месяцев до 30 лет, поэтому для многих из них четырехлетний срок представляется при­емлемым. Конвенция предусматривает, что четырехлет­ний срок исковой давности по требованию, вытекаю­щему из нарушения договора, начинается со дня, когда имело место такое нарушение, а по требованию, вы­текающему из дефекта или иного несоответствия това-

217


pa условиям договора,— со дня фактической передачи товара покупателю или его отказа от принятия товара.

Конвенцией установлены также правила о перерыве или продлении срока исковой давности, его изменении и порядке исчисления, а также вводится общее ограни­чение срока исковой давности (10 лет) и предусмат­риваются последствия его истечения. В соответствии с конвенцией истечение срока исковой давности принима­ется во внимание при рассмотрении спора только по заявлению стороны, участвующей в процессе. При нали­чии такого заявления право требования не подлежит признанию и принудительному осуществлению, если рас­смотрение спора начато после истечения срока исковой давности.

В ст. 90 конвенции 1980 года и ст. 37 Конвенции об исковой давности в международной купле-продаже това­ров (в формулировке, предусмотренной протоколом об изменении последней конвенции) отмечается, что эти конвенции не затрагивают действия любых международ­ных соглашений, которые уже заключены или могут быть заключены и которые содержат положения по вопросам, являющимся предметом регулирования указанных кон­венций.

Таким образом, только на рубеже 70—80-х годов уда­лось разработать многосторонние конвенции, содержа­щие единообразные материально-правовые нормы в об­ласти торговли. Их применение на практике потребует определенного времени.

2. С принятием конвенции 1980 года, не содержав­шей каких-либо коллизионных норм, стала очевидной задача дополнения материально-правовых правил, преду­смотренных конвенцией, унификацией коллизионных правил. Эта задача была в какой-то степени выпол­нена путем принятия Конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров, 1985 года. Конвенция была выработана на чрезвычай­ной сессии Гаагской конференции международного част­ного права (см. гл. 2). Конвенция может применяться к любой купле-продаже движимых вещей, «имеющих меж­дународный характер». Под сделкой, обладающей таким характером, понимается прежде всего договор, стороны которого (коммерческие предприятия) находятся в раз­ных государствах. Конвенция распространяется также на

218


продажи с аукциона или на бирже. По aonpocyJO выборе права в конвенции принята следующая формулировка:

«Договор купли-продажи регулируется правом, выбран­ным сторонами. Соглашение сторон об этом выборе должно быть прямо выраженным или ясно демонстри­руемым условиями договора и поведением сторон, рассматриваемыми в их совокупностях» (п. 1 ст. 7).

Если стороны не выбрали применимое право, как это предусматривается в ст. 7, то тогда договор купли-продажи регулируется правом государства, в котором продавец имеет свое коммерческое предприятие в момент заключения договора. Таким образом, в этом вопросе был использован опыт уже имеющихся международных соглашений (Гаагская конвенция 1955 г.).

В конвенции 1985 года также установлен ряд изъя­тий в пользу применения права страны покупателя (п. 2 ст. 8): когда переговоры велись и договор был заключен присутствующими сторонами в стране покупа­теля; когда договор прямо предусматривает, что продавец должен исполнить свое обязательство по поставке това­ра в стране покупателя; когда договор был заключен в результате объявления покупателем торгов. Пункт 3 ст. 8 конвенции был сформулирован следующим обра­зом: «В порядке исключения, если в свете всех обстоя­тельств, взятых в целом, например деловых отношений между сторонами, договор купли-продажи имеет явно бо­лее тесную связь с правом иным, чем то, которое было бы применимо к договору в соответствии с пп. 1 и 2 настоящей статьи, договор купли-продажи регулируется этим иным правом». В этом положении конвенции явно сказалось стремление отразить тенденции в решении дан­ной проблемы в таких странах, как Великобритания, США, Канада и др.

В силу ст. 22 конвенция не должна применяться к договору купли-продажи между сторонами, принадлежа­щими к государствам — участникам других международ­ных соглашений, устанавливающих коллизионные нормы для таких договоров.

3. В практике международной торговли широкое при­менение имеют различные типовые условия, типовые контракты, которые стали разрабатываться крупными экспортерами и импортерами, а также их объедине­ниями и ассоциациями еще в конце XIX века.

219


В современных условиях крупные фирмы широко применяют типовые договоры. Например, в США 47,2% ассоциаций импортеров и 39,7 % ассоциаций экспортеров используют типовые договоры в международной торгов­ле. Типовые контракты представляют собой формы дого­воров, которые обязательны для сторон только по их соглашению. Однако фактически крупные фирмы навя­зывают эти условия контрагентам из других стран. Со-;

держание же таких условий основано исключительно на праве и практике страны, где они были выработаны.

Европейской экономической комиссией ООН (ЕЭК) разработаны Общие условия поставок оборудования и машин, пиломатериалов хвойных пород и др. Как и обычные типовые контракты, такие Общие условия при­меняются только при наличии ссылки на них в конкрет­ных договорах.

Особый интерес представляют разработанные ЕЭК в 1990 году руководства в области встречной торговли:

руководство по международным договорам встречной торговли и руководство по международным компенса­ционным договорам, а также подготовленное руководство по правовым основам встречной торговли.

4. При заключении и исполнении договоров купли-продажи, связанных с морской перевозкой товаров, боль­шую роль играют обычаи (см. гл. 2). Обычаи не вполне совпадают по своему содержанию в различных странах и даже в отдельных портах одной и той же страны. На основе таких обычаев в практике международной торгов­ли были выработаны договоры на условиях «фоб» и «сиф», а также их разновидности — договоры на усло­виях «фас» и «каф». Эти термины образованы из пер­вых букв английских слов: «фоб» — free on board (сво­бодно на борту); «сиф» — cost, insurance, freight (стоимость, страхование, фрахт); «фас» — free along side ship (свободно вдоль борта судна); «каф» — cost and freight (стоимость и фрахт).

Договоры на таких условиях применяются в прак­тике наших организаций. Обычно по договору на усло­виях «фоб» продавец обязан за свой счет доставить товар в порт отгрузки, погрузить его на борт судна, оплатить все налоги и сборы в порту погрузки. Продавец несет риск случайной гибели и порчи товара до момента пере­мещения товара-через поручни судна.

220


При продаже на условиях «фоб» фрахтование судна совершает покупатель, в то время как отгрузка товара производится, как правило, из страны продавца. Поэтому именно продавцу более удобно совершить операцию фрахтования. В таких случаях покупатель поручает про­давцу по особому договору и за особое вознагражде­ние зафрахтовать для него и от его имени необходимое судно. Договор купли-продажи в связи с этим обстоя­тельством не перестает быть договором «фоб», поскольку сторонами договора фрахтования являются перевозчик и покупатель (а не продавец).

По договору «сиф» в обязанности продавца входит:

за свой счет доставить товар в порт отгрузки; зафрахто­вать для перевозки товара надлежащее судно, то есть заключить договор фрахтования; поместить груз на борт судна; уплатить все налоги и сборы, связанные с выво­зом товара, а также все вывозные пошлины; за свой счет застраховать товар в пользу покупателя.

Толкование терминов «фоб», «сиф» и др. содержится в сборнике торговых обычаев «Trade Terms», изданном Международной торговой палатой (последняя по време­ни редакция 1953 г.). Кроме того. Международная тор­говая палата приняла Правила толкования торговых терминов — «Международные торговые термины» («1п- coterms»). Последняя редакция «Инкотермс» была при­нята в 1990 году. «Инкотермс» 1990 года учитывает широко практикуемые в последние годы применение средств компьютерной связи, а также изменение спосо­бов транспортировки, использование контейнеров и др. В документе 1990 года проведена классификация терми­нов в зависимости от способов транспортировки товара, в которых содержатся правила толкования 15 терминов, используемых при составлений договоров международ­ной купли-продажи. Эти правила мотут применяться ко всем видам товаров, в то время как типовые договоры обычно применяются каждый к определенному виду товара. Правила, так же как единые обычаи и прак­тика в отношении товарных аккредитивов, подготовлен­ные Международной торговой палатой (1962 г.), носят характер рекомендаций и подлежат применению только ^огда, когда это предусмотрено в договоре.

Чтобы предотвратить различное понимание условий «фоб», «сиф» и др., стороны указывают в самом дого-

221


воре, какое содержание они вкладывают в эти термины, особенно по вопросам, связанным с погрузкой и выгруз­кой товаров. В практике Арбитражного суда при ТПП в Москве выносились решения, в которых давалось толко­вание различных условий такого рода.

5. Материально-правовые нормы содержатся в Об­щих условиях поставок. В отношениях российских орга­низаций, осуществляющих внешнеторговые операции <;= организациями КНР и КНДР, применяются двусторон­ние Общие условия поставок, представляющие собой международные межведомственные договоры норматив­ного характера. ОУП СССР — КНР были введены в действие с 1 июля 1990 г., а с КНДР — ОУП в редакции 1981 года действуют с 1 января 1982 г. В ОУП СССР — КНР не содержится коллизионной нормы. Из этого обстоятельства следует, что в случае спора в арбитраже в России к договору купли-продажи будет применяться право страны продавца, а в случае рассмотрения спора в КНР — право страны, имеющей наиболее тесную связь с конкретным контрактом. Споры рассматриваются по месту нахождения ответчика.

В ОУП СССР — КНДР имеется коллизионная норма, предусматривающая, что по вопросам, не урегулирован­ным или не полностью урегулированным в ОУП и в контрактах, к отношениям сторон применяется право страны продавца.

В период существования СЭВ были разработаны и действовали Общие условия поставок СЭВ в различных редакциях (последняя редакция ОУП СЭВ 1968/ 1988 гг.). ОУП СЭВ подлежали обязательному приме­нению к внешнеторговым поставкам между организа­циями стран — членов СЭВ, независимо от того, были ли на них сделаны ссылки в контрактах. После прекраще­ния деятельности СЭВ как международной организации ситуация изменилась. Однако своего значения ОУП СЭВ не потеряли. В отношениях с организациями отдельных стран они сохранили обязательное значение (Кубы, Вьетнама, Монголии), с организациями же других стран (Польши, Венгрии и др.) они приобрели факультатив­ное значение. В соответствии с договором с ФРГ после воссоединения Германии они могут в таком качестве продолжать применяться и к германским предприятиям. Это значит, что ОУП СЭВ подлежат применению лишь

222


в случае прямой отсылки к ним в самом контракте.

По своему содержанию ОУП СЭВ 1968/1988 годов охватывают широкий круг вопросов (заключение, изме­нение и прекращение контракта, базис поставки, сроки поставки, качество товара, гарантии качества, коли­чество товара, упаковка и маркировка, техническая доку­ментация, проверка качества товара, права и обязан­ности сторон при поставке товара с недостатками по качеству и количеству, порядок платежей; некоторые общие положения об ответственности, санкции, порядок и сроки предъявления претензий, арбитраж, исковая давность и др.).

Приведем в качестве примера правила ОУП СЭВ 1968/1988 годов об ответственности сторон. ОУП при­знают две основные формы материальной ответствен­ности: во-первых, уплату стороной, не исполнившей или ненадлежащим образом исполнившей обязательства (должником), другой стороне (кредитору) штрафа, и, во-вторых, возмещение должником кредитору убытков.

ОУП СЭВ 1968/1988 годов различают общий и спе­циальный сроки исковой давности. Общий срок в 2 года исчисляется с момента возникновения права требования. Специальный срок в один год применяется к искам, основанным на претензиях по качеству и количеству, штрафам, претензиям, основанным на неприбытии (пол­ной утрате) товара.

Создание и применение ОУП СЭВ и после ликвидации СЭВ обеспечивают равенство при определении прав и обязанностей сторон по контракту и существенно облег­чают переговоры о заключении конкретных контрактов.

6. ОУП СЭВ сузили сферу и возможность примене­ния коллизионных норм, яо не исключили полностью такую возможность. В то же время они установили еди­ную коллизионную норму, устранив тем самым необхо­димость применения коллизионных норм внутреннего за­конодательства стран — членов СЭВ, которые не сов­падают. Коллизионная норма ОУП СЭВ 1968/1988 годов содержится в § 122. Этот параграф предусматривает, что «к отношениям сторон по поставкам товаров по тем вопросам, которые не урегулированы или не полностью урегулированы контрактами или настоящими Общими условиями поставок, применяется материальное право страны продавца». Наряду с установлением этой общей

223


коллизионной нормы Общие условия поставок СЭВ в ряде конкретных случаев также говорят о применении права исходя из того же коллизионного принципа.

Опыт применения ОУП СЭВ способствовал подго­товке в рамках Комиссии по сотрудничеству Совета Экономической Взаимопомощи и Финляндской Респуб­лики аналогичного документа для внешнеторговых опера­ций между соответствующими организациями стран —--„ членов СЭВ и фирмами Финляндии. ОУП СЭВ — Финляндия (полностью или частично) применяются лишь в том случае, если об этом достигнута догово­ренность между сторонами, то есть только при наличии ссылки на них в контракте.

Задачам обеспечения формирования и развития об­щего экономического пространства, а также сохране­ния хозяйственных связей между хозяйственными субъ­ектами из различных стран СНГ призвано служить Соглашение об Общих условиях поставок между органи­зациями государств — участников Содружества незави­симых государств от 20 марта 1992 г. Соглашение вступило в силу с 1 июля 1992 г. Общие условия содер­жат, в частности, положения, касающиеся заключения, изменения и расторжения договоров.

§ 5. КОМПЕНСАЦИОННЫЕ СОГЛАШЕНИЯ

В области торгово-экономических отношений СССР с промышленно развитыми государствами Запада в 70— 80-х годах особое значение приобрели так называемые компенсационные соглашения. На основе этих соглаше­ний осуществлялась реализация крупномасштабных проектов в таких областях, как газовая и нефтяная промышленность, металлургия, химия и нефтехимия, разработка полезных ископаемых. Компенсационные со­глашения отличаются от «классических» компенсацион­ных сделок купли-продажи товаров, под которыми пони­маются сделки между одним и тем же продавцом и по­купателем, предусматривающие взаимные поставки това- . ров на равную стоимость. •;

Под компенсационным соглашением долгосрочного действия о реализации крупномасштабных проектов понимаются соглашения на крупные суммы, заключае-

224


мые на длительные сроки с фирмой или группой фирм о закупке, как правило, на условиях предоставления долгосрочного кредита (банковского и фирменного) ма­шин, оборудования, лицензий, материалов и других то­варов. Эти машины и иные объекты должны использо­ваться для строительства соответствующего нового пред­приятия, полностью принадлежащего нашему государ­ству, или же для разработки природных ископаемых с погашением кредита поставками части продукции, изго­товляемой или добываемой на таких предприятиях, с возможностью, однако, поставок подобной или иной про­дукции с других предприятий, если это вызывается спе­цифическим характером соглашения или необходи­мостью обеспечения наиболее выгодных условий для по­гашения кредита.

Компенсационные соглашения имеют гражданско-правовой характер и относятся к сфере международного частного права, несмотря на то что они тесно связаны с соответствующими межправительственными соглаше­ниями.

Практика заключения таких соглашений выработала определенную систему договорных связей. Основным правовым документом являются генеральные соглаше­ния, которые подразделяются на две группы. Гене­ральные соглашения первой группы заключались с со­ветской стороны Министерством внешних экономичес­ких связей СССР, отраслевым министерством или иным органом государственного управления; генеральные со­глашения второй группы заключались внешнеэкономи­ческим объединением, действующим как от своего имени, так и по уполномочию ряда других всесоюзных объединений.

Генеральные соглашения определяли основные цели и задачи сотрудничества сторон и предусматривали пути реализации такого сотрудничества. Соглашения носили организующий и координирующий характер. Конкретных обязательств сторон по поставкам оборудования они не содержали. Они предусматривались в контрактах, которые заключались для их исполнения соответствую­щими советскими и иностранными организациями и фирмами.

Вместе с тем в генеральных соглашениях имелись и такие положения, которые впоследствии целиком вос-


8 Зап. № 239

225


производились в контрактах (например, о переуступке прав, об арбитраже, о форс-мажоре) или являлись осно­вой для фиксации соответствующих положении в конт­рактах (например, принцип определения цен, количества и сроков поставок продукции).

Таким образом, взаимосвязь отношений между госу­дарствами и отношений между организациями и фирма­ми государств при заключении компенсационных согла­шении проявлялась, с одной стороны, в том, что право­вая основа для компенсационных соглашений создава­лась путем заключения межправительственных соглаше­ний, а с другой— в применении метода одобрения соглашений правительствами. Вся система компенса­ционных соглашений, содержание как генеральных со­глашений, так и отдельных контрактов (на поставку оборудования, материалов и т. п.) были выработаны прак­тикой сотрудничества.

§ 6. КОНТРАКТЫ ПО ОКАЗАНИЮ ТЕХНИЧЕСКОГО СОДЕЙСТВИЯ И СТРОИТЕЛЬСТВУ ПРЕДПРИЯТИЙ

При оказании технического содействия в строитель­стве предприятий и иных объектов за рубежом, выпол­нении изыскательских, геологоразведочных и иных работ применяется договор подряда. Подрядные договоры (т. е.. договоры о выполнении определенных работ), заключаемые внешнеторговыми организациями с ино­странными контрагентами, предусматривают производст­во либо отдельных видов, либо целого комплекса работ, например связанных с сооружением за границей про­мышленных объектов. Так же как при поставке товаров» для возникновения подрядных отношений важное значе­ние имеют межгосударственные соглашения, в данном случае соглашения об экономическом и научно-техни­ческом сотрудничестве. При оказании технического со­действия во взаимоотношениях государств-контрагентов особенно четко выявляется тесная связь международно-правовых отношений с гражданско-правовыми отноше­ниями с иностранным элементом, поскольку положения межгосударственных соглашений (а также протоколов,

226


писем государственных органов) во многом предопреде­ляют юридическое содержание договоров (контрактов), заключаемых на их основе. Однако эта тесная связь не должна вести к смешению обязательств участников каж­дого вида правоотношений.

Подрядные договоры (контракты), заключаемые внешнеторговыми организациями с организациями и фирмами других стран, в зависимости от характера ра­бот могут быть различных видов: договоры о проведе­нии изыскательских и геологоразведочных работ; дого­воры о проведении проектных работ; договоры о выпол­нении монтажных работ; договоры о строительных рабо­тах; договоры о техническом обслуживании машин и обо­рудования и др.

При выполнении строительных работ с участием рос­сийских организаций могут возникать правоотношения двоякого рода. При одном виде правоотношений строи­тельные работы осуществляются организациями и фир­мами страны, которой оказывается техническое содей­ствие. Объединение (как подрядчик) выполняет по договору с иностранными фирмами и организациями (заказчиком) отдельные виды работ по строитель­ству.

В другом виде правоотношений объединение принима­ет на себя строительство предприятия или сооружение объекта в целом^ вплоть до ввода его в эксплуатацию. Такое выполнение работ называют строительством «под ключ». Эти работы объединение может осуществлять от своего имени, привлекая для этого российские строи­тельные организации. В качестве субподрядчиков оно вправе привлекать и местные организации, а также, с соблюдением законодательства страны-заказчика, контр­агентов из третьих стран.

В тех случаях, когда в конкретном контракте какие-либо правоотношения не ретулируются, мог бы возник­нуть коллизионный вопрос. Однако на практике колли­зионные проблемы не возникали в силу тесной взаимо­связанности, существующей между фажданско-право-вьгми отношениями и отношениями между государства­ми. Споры или разногласия обычно разрешаются на меж­государственном уровне, то есть без обращения к ар­битражу.


8*

227


§ 7. КОНЦЕССИОННЫЕ И ИНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ

Особое место в системе договоров занимают кон­цессионные и аналогичные им соглашения. В России, Кыргызстане, а также в Венгрии (1991 г.), Великобри­тании, Норвегии и в некоторых других государствах по­рядок заключения и условия таких договоров регулиру­ются в законодательном порядке.

В Кыргызстане Закон о концессиях и иностранных концессионных предприятиях был принят 31 марта 1992 г.

Согласно положениям российского законодательства и практике его применения, государство предоставляет по таким соглашениям иностранным инвесторам права либо на поиск и освоение возобновляемых и невозоб­новляемых природных ресурсов на территории России, либо на ведение отдельных видов хозяйственной деятель­ности, являющихся монополией государства, либо на дол­госрочную аренду имущества, являющегося государст­венной собственностью, но не переданного в полное хо­зяйственное ведение или оперативное управление пред­приятиям, учреждениям и организациям Российской Федерации (ст. 40 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР от 4 июля 1991 г.).

Под концессионным договором понимается договор, в соответствии с которым государство на возмездной и срочной основе предоставляет иностранному инвестору исключительное право на осуществление такой деятель ности и передает иностранному инвестору право соб­ственности на продукцию или доход, полученный в ре­зультате такой деятельности.

Под соглашением о разделе продукции понимается договор, в соответствии с которым государство на воз­мездной и срочной основе предоставляет иностранно­му инвестору также исключительное право на осущест­вление такой деятельности. Однако, в отличие от кон­цессионного договора, продукция, полученная в резуль­тате осуществления такой деятельности, распределяется между государством и иностранным инвестором на усло­виях, установленных соглашением.

Под сервисным соглашением с риском и без риска понимается договор, в соответствии с которым государ­ство предоставляет иностранному инвестору на срочной

228


основе право на осуществление конкретных видов работ и услуг, предусмотренных соглашением. При этом про­дукция, полученная в результате осуществления таких работ и услуг, остается в собственности государства.

Срок действия концессионного договора определяется в зависимости от характера и условий концессии, но не может быть более 50 лет.

Одностороннее изменение условий концессионного договора не допускается, если иное не оговорено в дого­воре.

Концессионные договоры могут содержать изъятия из действующего на территории РСФСР законодатель­ства. В этом случае они подлежат утверждению Верхов­ным Советом РСФСР (ст. 40 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР).

В законодательстве об иностранных инвестициях России проводится различие между правовым регули­рованием концессионных договоров и правовым регули­рованием других видов инвестиционной деятельности, в том числе и связанных с созданием совместных пред­приятий.

§ 8. ДОГОВОРЫ В ОБЛАСТИ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

Особой сферой применения договорной формы в со­трудничестве между отечественными организациями и организациями и фирмами других стран является об­ласть научно-технического сотрудничества. В этой сфере применяются договоры о передаче результатов научно-технических работ, договоры о выполнении работ орга­низацией или фирмой одной страны по заданию орга­низации другой страны и договоры о совместном про­ведении конструкторских и научно-исследовательских работ.

Предметом договоров о научной кооперации является проведение на началах кооперации научно-исследова­тельских, проектно-конструкторских и эксперименталь­ных работ, цель которых, в частности, состоит в расши­рении научных знаний, создании образцов новых изде­лий, материалов, оборудования или разработке техноло­гических процессов.

229


В договорах определяются права и обязанности сто­рон, решаются вопросы финансирования (раздельного или совместного), вопросы использования результатов работ, правовой охраны изобретений, материальной от­ветственности сторон и др.

В договоре или рабочем плане, прилагаемом к догово­ру и являющемся его неотъемлемой частью, опреде­ляются этапы, промежуточные и окончательные сроки выполнения работ, заканчивающиеся передачей резуль­татов, полученных в ходе исследований. В договоре пре­дусматривается, что опубликование сведений о резуль­татах работ, проводимых на основе договора, может производиться только по договоренности между сторо­нами в каждом конкретном случае.

В договоре определяются условия использования ре­зультатов работ сторонами. Так, при совместной финан­сировании результаты работы принадлежат сторонам совместно. Они имеют право самостоятельно ими распо­ряжаться в целях использования на территории своих стран. Для передачи результатов в третьи страны тре­буется согласие обеих сторон.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Что понимается под внешнеэкономическими сдел­ками?

2. Какие правила установлены в действующем зако­нодательстве в отношении формы внешнеторговой сделки?

3. Каково содержание принципа автономии воли сто­рон?

4. Каковы правила российского законодательства в отношении применения права по вопросам содержания внешнеторговых сделок?

5. Каково содержание Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года?


ГЛАВА 9

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ ГРУЗОВ И ПАССАЖИРОВ

§ 1. Понятие международных перевозок. § 2. Международные желез­нодорожные перевозки. § 3. Международные автомобилные перевоз­ки. § 4. Международные воздушные перевозки. { 5. Международные морские перевозки

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 237—327; Лунц Л. А, Марышева И. И., Садиков О. И. Между­народное частное права— С. 179—198; Садиков О. Н. Правовое регу­лирование международных перевозок.— М., 1981; Садиков О. И. Рефор­ма Бернских конвенций о железнодорожных перевозках//Внешняя тор­говля.— 1982.— № 4.— С. 26—28; Курс воздушного права.— В 2-х тт.— Т. 2.— М., 1981; Малеев Ю. Н. Международное воздуш­ное право: вопросы теории и практики.— М., 1986; Гуреев С. А. Кол­лизионные проблемы морского права.— М., 1972; Маковский Л. Л. Международное частное морское право.— М., 1974; Иванов Г. Г., Ма­ковский А. Л. Международное частное морское право.— Л., 1984.

§ 1. ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ПЕРЕВОЗОК

Перевозки трузов и пассажиров осуществляются же­лезнодорожным, автомобильным, воздушным и морским транспортом. Под международной перевозкой понимает­ся перевозка грузов и пассажиров между двумя и более государствами, выполняемая на условиях, которые уста­новлены заключенными этими государствами междуна­родными соглашениями. Характерной особенностью пра­вового ре1улирования в этой сфере является то, что основные вопросы перевозок решаются в международ­ных соглашениях (транспортных конвенциях), содержа­щих унифицированные нормы, единообразно определяю­щие условия международных перевозок грузов и пасса-

231


жиров. Обычно такие соглашения содержат требования к перевозочной документации, определяют порядок прие­ма груза к перевозке и выдаче его в пункте назначения, условия ответственности перевозчика, процедуру предъ­явления к перевозчику претензий и исков. При отсут­ствии единообразных материально-правовых норм обра­щаются к нормам национального права в соответствии с коллизионными нормами транспортных конвенций или национального законодательства. Особенность договора международной перевозки заключается в том, что в ходе его исполнения соответствующие материально-правовые нормы применяются на основании различных коллизион­ных принципов. Так, при отправлении груза руковод­ствуются законом страны отправления, при выдаче груза в конечном пункте — законом страны назначения. В дру­гих случаях применяется закон перевозчика или же закон страны суда. Подлежащее применению к международ­ной перевозке право может быть указано в транспорт­ном документе, выданном перевозчиком.

Определенной спецификой отличаются перевозки грузов в смешанном (например, железнодорожно-вод-ном) сообщении, перевозки транзитных грузов через территорию РФ, а также контейнерные перевозки.

§ 2. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ

В течение длительного времени наиболее важными соглашениями в области железнодорожного транспорта были Бернские конвенции о железнодорожных перевоз­ках грузов и пассажиров [сокращенно — МГК (или СИМ) и МПК <или СИВ) ]. В 'них участвуют 33 государ­ства (большинство стран Европы, а также ряд стран Азии и Северной Африки). В 1966 году было заключено Дополнительное соглашение к МПК об ответственности железных дорог при перевозках пассажиров. В 1980 году на конференции по пересмотру Бернских конвенций было принято новое Соглашение о международных железно­дорожных перевозках (КОТИФ).

КОТИФ объединяет международно-правовые нормы Бернских конвенций и Дополнительного соглашения 1966 года в едином основном соглашении, к которому

232


имеются два приложения (А и В), содержащие нормы гражданско-правового характера об условиях междуна­родных железнодорожных перевозок. Приложение А» определяющее условия перевозок пассажиров, получило наименование Единые правила МПК. Приложение В содержит условия перевозок грузов, оно названо Единые правила МГК.

Единые правила МГК действуют только в отношении перевозок по определенным железнодорожным линиям, перечень которых устанавливают участники соглашения. Ставки провозных платежей определяются национальны­ми и международными тарифами. Предусмотрены пре­дельные сроки доставки грузов.' Так, по правилам КОТИФ общие сроки доставки грузов составляют для грузов большой скорости 400 км, а для грузов малой скорости — 300 км в сутки. Вместе с тем за железными дорогами сохранено право устанавливать для отдельных сообщений специальные сроки доставки, а также устанав­ливать дополнительные сроки при возникновении сущест­венных затруднений в перевозках и других особых об­стоятельств.

Предельный размер ответственности железных дорог в случае несохранности перевозимых грузов в КОТИФ определен в расчетных единицах Международного валют­ного фонда—СПЗ (17 СПЗ, или 51 старый золотой франк за 1 кг веса брутто).

Правила КОТИФ предусматривают, что причиненные просрочкой в доставке убытки возмещаются грузовла­дельцу в пределах трехкратных провозных платежей.

Хотя СССР не являлся участником Бернских кон­венций и КОТИФ, их положения, служебные инструкции и другие нормативные документы применялись и продол­жают применяться при перевозках наших внешнетор­говых грузов в страны Западной Европы и из этих стран в Россию.

Социалистическими странами Европы и Азии были заключены две многосторонние транспортные конвенции:

Соглашение о международном грузовом сообщении (СМГС) и Соглашение о международном пассажирском сообщении (СМПС). В дополнение к этим соглашениям принимались различные тарифы и правила (см. гл. 2).

Заключение договора международной перевозки гру­зов оформляется составлением накладной по предписан-

233


ной СМГС форме, а грузоотправитель получает дубли­кат накладной. Сроки доставки груза определены в СМГС. Провозные платежи на дорогах стран отправле­ния и назначения уплачиваются по внутренним тари­фам, а при следовании по дорогам транзита — по тран­зитным тарифам, дополняющим СМГС.

Согласно ст. 22 § 2 СМГС, ответственность железных дорог за несохранность груза наступает при наличии вины перевозчика, которую в ряде случаев должен дока­зать грузовладелец. В отличие от МГК, максимум ответ­ственности в СМГС не установлен, и возмещение вы­плачивается перевозчиком в пределах действительной стоимости груза, указанной в счете поставщика, или объявленной его ценности, если это было сделано. Не­сохранность груза должна быть подтверждена коммер­ческим актом. При просрочке в доставке железная доро­га уплачивает щтраф в определенном проценте от провоз­ной платы.

Иски к железным дорогам предъявляются в суде, причем предварительно перевозчику должна быть направ­лена претензия. Для предъявления претензий и исков действует девятимесячный срок, а по требованиям о про­срочке в доставке груза — двухмесячный. Железная до­рога должна рассмотреть претензию в 180 дней, и на это время течение срока давности приостанавливается.

Ответственность железных дорог за несохранность и просрочку доставки багажа аналогична условиям пере­возок грузов по СМГС, однако был установлен опреде­ленный предел ответственности перевозчика. Забота о сохранности ручной клади лежит на пассажире. Для тре­бований к перевозчику установлено обязательное претен-зионное производство, а срок заявления претензий и исков составляет б месяцев.

В СМПС есть ряд коллизионных норм. Общая колли­зионная норма установлена в ст. 46 и соответствует ст. 35 СМГС. Из этой коллизионной нормы следует, что ответственность железной дороги за причинение вре­да здоровью пассажира должна определяться согласно законодательству той страны, где имел место несчастный случай, поскольку в СМПС унифицированных мате­риальных норм по данному вопросу нет.

СССР заключил двусторонние соглашения о между­народном железнодорожном грузовом и пассажирском

234


сообщении с пограничными странами — Финляндией, Ираном и Турцией, а по грузам — также с Австрией. Для России сохранило силу соглашение с Финляндией. Эти соглашения отражают общепринятую практику меж­дународных перевозок и в ряде вопросов учитывают правила перевозок, выработанные в рамках Бернских конвенций (МГК и МПК).

В ходе сотрудничества в области железнодорожного транспорта стран, входивших ранее в СССР, был заклю­чен ряд соглашений. Отметим, в частности. Соглашение о разделении инвентарных парков грузовых вагонов и контейнеров бывшего МПС СССР и их дальнейшем сов­местном использовании от 22 января 1993 г. и Согла­шение о совместном использовании грузовых вагонов и контейнеров от 12 марта 1993 г. Эти соглашения были заключены участниками СНГ, Азербайджаном, Грузией, Латвией, Литвой и Эстонией.

§ 3. МЕЖДУНАРОДНЫЕ АВТОМОБИЛЬНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ

Правила дорожного движения установлены Конвен­цией о дорожном движении и Протоколом о дорожных знаках и сигналах от 19 сентября 1949 г. (действует ре­дакция 1968 г., вступившая в силу в 1977 г.). РФ участ­вует в этих соглашениях. Действует также Таможенная конвенция о международных перевозках грузов 1959 года (в 1978 г. вступила в силу новая редакция). РФ—ее участник,

Условия договора международной автомобильной пе­ревозки грузов между европейскими странами опреде­ляются Конвенцией о договоре международной дорож­ной перевозки грузов (сокращенно — ЦМР) от 19 мая 1956 г. В конвенции участвует большинство европейских государств. СССР присоединился к ней в 1983 году, и с 1 августа 1986 г. перевозки грузов советским автомо­бильным транспортом регулируются этой конвенцией. Конвенция определяет основные права и обязанности грузовладельца и перевозчика при автомобильной пере­возке, порядок приема груза к перевозке и выдачи его в пункте назначения. Установлен также предел ответ­ственности перевозчика при несохранностн груза —

235


25 золотых франков за 1 кг веса брутто. Конвенция дей­ствует для РФ.

При автомобильных перевозках существенное значе­ние имеет создание гарантий при причинении вреда треть­им лицам автотранспортными средствами — источником повышенной опасности. Это достигается посредством введения обязательного страхования гражданской ответ­ственности, что предусматривается как внутренним зако­нодательством, так и рядом международных соглаше­ний. Так, в заключенных с рядом^стран двусторонних соглашениях об организации автомобильного сообщения предусматривается обязательное страхование граждан­ской ответственности при международных автомобиль­ных перевозках.

§ 4. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ВОЗДУШНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ

Условия воздушных перевозок пассажиров и грузов определяются Варшавской конвенцией для унификации некоторых правил, касающихся международных воздуш­ных перевозок, 1929 года. Она дополнена Гаагским протоколом 1933 года. В конвенции участвует более 100 государств, большинство из которых ратифицировало также Гаагский протокол. СССР — участник конвенции (с 1934 г.) и протокола (с 1957 г.). Конвенция и протокол действуют для РФ. Действие Варшавской конвенции рас­пространяется на воздушные перевозки между участ­вующими в ней странами, а также на перевозки, когда место отправления и место назначения находятся на территории одного и того же государства-участника, а остановка предусмотрена на территории другого государ­ства, хотя бы и не участвующего в конвенции. В конвен­ции определены основные требования к перевозочным до­кументам, права отправителя на распоряжение грузом в пути следования, порядок выдачи груза в пункте назна­чения, ответственность перевозчика перед пассажирами и грузовладельцем.

Согласно Варшавской конвенции, ответственность перевозчика основана на вине, которая презюмируется, то есть, иными словами, ответственность наступает не­зависимо от доказательства вины перевозчика. Предел ответственности перед каждым пассажиром^.составляет

236


250 тыс. французских золотых франков (франк содер­жанием 65,5 мг золота пробы девятьсот тысячных), за каждый килограмм багажа и груза — 250 тыс. франков, в отношении ручной клади — 5 тыс. франков. Эти пре­делы могут быть повышены авиакомпаниями. При пе­ревозках в США ответственность ограничивается дока­занным ущербом, но не должна превышать 75 тыс. долл. США.

Поскольку Варшавская конвенция оставила открыты­ми вопросы о порядке определения размера возмеще­ния (в пределах установленного его максимума) и о круге лиц, имеющих право на возмещение в случае гибели пас­сажиров, они решаются в судах каждого государства в соответствии с национальным законодательством и сло­жившейся в данном государстве практикой. Эти вопросы могут решаться на основании закона суда, закона пере­возчика, закона места заключения договора перевозки. При рассмотрении исков граждан и их иждивенцев в российских судах применяется закон суда, то есть суды руководствуются гл. 19 Основ гражданского законода­тельства и соответствующими статьями ГК РФ о деликт-ной ответственности.

§ 5. МЕЖДУНАРОДНЫЕ МОРСКИЕ ПЕРЕВОЗКИ

Наиболее сложные правовые вопросы возникают при международных морских перевозках. Это объясняется как разнообразием самих отношений в данной области (предметом регулирования), так и различным характе­ром источников правового регулирования (наряду с нор­мами конвенций и внутреннего законодательства широко используются морские обычаи, как национальные, так и международные; см. гл. 2).

В законодательстве многих государств обычно не со­держится коллизионных норм, предусматривающих, пра­во какой страны подлежит применению к отношениям по морской перевозке грузов. Эти вопросы решаются судебной практикой. В судах Великобритании и Фран­ции (в соответствии с французским законодательством) применяется закон флага судна, а в судах ФРГ пред­почтение отдается закону места назначения груза. Со­гласно Закону Польши применяется закон, избранный

237


сторонами. При отсутствии выбора к договору перевозки применяется закон места нахождения перевозчика. По Кодексу торгового мореплавания СССР 1968 года (КТМ СССР) права и обязанности сторон по договору морской перевозки грузов, договору морской перевозки пассажи­ров, а также по договорам фрахтования на время, мор­ской буксировки и морского страхования определяются по закону места заключения договора, если иное »е-- установлено соглашением сторон. Место заключения договора определяется по праву РФ.

Морские перевозки грузов могут осуществляться на различных условиях. Если такая перевозка осуществля­ется без предоставления морским перевозчиком всего судна или его части, то отношения между участниками перевозки оформляются коносаментом. В 1924 году в Брюсселе была заключена Конвенция об унихрикащш некоторых правил о коносаменте. Хотя СССР и не являл­ся участником этой конвенции, ее основные положения были отражены в КТМ СССР. Конвенция определяет правовое значение реквизитов коносамента, условия от­ветственности перевозчика и порядок предъявления к нему претензий. Установлен принцип ответственности морского перевозчика за вину. Однако перевозчик не несет ответственности за так называемую «навигацион­ную ошибку» (ошибка капитана, матроса, лоцмана в су­довождении или управлении судном).

В марте 1978 года на конференции в Гамбурге была принята Конвенция ООН о морской перевозке грузов, призванная заменить конвенцию 1924 года. Новая кон­венция имеет более широкую сферу действия (распро­страняется на перевозки животных и палубных грузов) и предусматривает ряд важных нововведений. В частнос­ти, ею отменено правило, освобождающее морского пе­ревозчика от ответственности при навигационной ошиб­ке, несколько повышен предел его ответственности за сохранность груза, более подробно определен порядок заявления требований к перевозчику (срок исковой дав­ности— 2 года). Конвенция 1978 года в силу пока не вступила.

Наиболее прогрессивной формой доставки грузов морем являются регулярные, или линейные, перевозки, которые обычно осуществляются на основании согла­шений об организации постоянных морских линий. Такие'

238


соглашения могут быть межгосударственными, однако чаще они заключаются заинтересованными судовладель­ческими компаниями. В соглашениях о линии фикси­руются основные условия эксплуатации соответствующих линий, а условия морских линейных перевозок опреде­ляются в линейных коносаментах, правилах и тарифах соответствующих судовладельческих компаний. Условия линейных перевозок имеют некоторые транспортно-правовые особенности, однако специфические коллизион­ные вопросы в этой области, как правило, не возникают.

Большинство морских линий эксплуатируется в на­стоящее время в рамках соглашений между крупными судовладельческими компаниями, образующими таким путем группы перевозчиков, получившие название ли­нейных конференций. Решающее влияние имеют в них компании ведущих государств, которые стремятся обес­печить себе максимальные экономические выгоды путем установления высоких фрахтовых ставок и других льготных условий.

В целях устранения дискриминационных элементов в деятельности линейных конференций в рамках ООН по инициативе развивающихся стран в 1974 году было заключено важное международное соглашение — Кон­венция о Кодексе поведения линейных конференций. Конвенция содержит ряд положений, направленных на введение работы линейных конференций в определенные рамки, исключающие дискриминацию и создающие ба­ланс интересов перевозчика и грузовладельцев. СССР ра­тифицировал конвенцию в 1979 году. Она вступила в силу в октябре 1983 года.

Пассажирские перевозки морем стали за последние годы предметом ряда международных соглашений, по­следнее из которых —. Афинская конвенция о перевоз­ках морем пассажиров и их багажа от 13 декабря 1974 г. СССР присоединился к этой конвенции в 1983 году. Кон­венция восприняла большинство ранее выработанных международно-правовых норм о морских пассажирских перевозках: принцип ответственности за вину, ограниче­ние предела ответственности перевозчика (при причине­нии вреда здоровью пассажиров — 700 тыс. франков), срок исковой давности — 2 года.

Морские перевозки могут также осуществляться по чартеру. В этом случае для перевозки груза предостав-

239


ляются все судно, его часть или определенные помеще­ния. Обычно на практике применяются проформы чартерен, разработанные международными морскими организациями, а также национальными объединениями судовладельцев. Чартеры разрабатываются по видам гру-зсв (угольные, нефтяные, лесные и т. д.), благодаря чему учитывается специфика перевозки отдельных гру­зов. По своему содержанию морской чартер представ-" ляет собой сложный договор, в который включается до 60 различных условий (предоставление груза, порядок его подачи, расчеты по фрахту и т. д.). В отношении ответственности обычно делается ссылка на условия Кон­венции об унификации некоторых правил о коносамен­те. Условия проформ чартера могут изменяться и допол­няться сторонами, в частности, посредством включения оговорок.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ;

1. Что понимается под международной перевозкой?

2. Какие установлены пределы ответственности пере­возчика по различным видам перевозок?

3. В чем специфика морских перевозок по чартеру?


ГЛАВА 10

МЕЖДУНАРОДНЫЕ КРЕДИТНЫЕ И РАСЧЕТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

§ 1. Валютное законодательство РФ и международные соглашения. § 2. Международные расчеты и кредитование во взаимоотношениях российских организаций с фирмами и организациями иностранных государств. § 3. Международные неторговые расчеты

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 328—355; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Меж­дународное частное право.— С. 198—213; Альтшулер А. Б. Сотруд­ничество социалистических государств: расчеты, кредиты, право.— М., 1973; Альтшулер А. Б. Восток,— Запад: валютно-кредитные от­ношения.— М., 1979; Альтшулер А. Б. Международное валютное пра­во.—М., 1984; Белов А. П. Способы обеспечения исполнения обя­зательств во внешнеторговых сделках.— М., 1992; Гражданское и тор­говое право капиталистических государств.— 3-е изд./Под ред. Е. А. Васильева.—М., 1993.—С. 410—426.

§ 1. ВАЛЮТНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РФ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ

1. Основным законодательным актом в области валют­ных операций является Закон Российской Федерации о валютном регулировании и валютном контроле от 9 ок­тября 1992 г. Он определяет принципы осуществления валютных операций в Российской Федерации, полномо­чия и функции органов валютного регулирования и ва­лютного контроля, права и обязанности юридических и физических лиц в отношении владения, пользования и распоряжения валютными ценностями, ответственность за нарушение валютного законодательства.

Под валютными операциями понимаются:

241


а) операции, связанные с переходом права собствен­ности и иных прав на валютные ценности, в том числе операции, связанные с использованием в качестве сред­ства платежа иностранной валюты и платежных докумен­тов в иностранной валюте;

б) ввоз и пересылка в Российскую Федерацию, а также вывоз и пересылка из Российской Федерации валютных ценностей;

в) осуществление международных денежных перево­дов.

Основным органом валютного ре1улирования в России является Центральный банк Российской Федерации. Этот банк определяет сферу и порядок обращения в Россий­ской Федерации иностранной валюты и ценных бумаг в иностранной валюте. Он издает нормативные акты, обязательные к исполнению в Российской Федерации резидентами и нерезидентами. В валютном законодатель­стве под «резидентами» понимаются прежде всего фи­зические лица, имеющие постоянное место жительства в России, и юридические лица, созданные в соответствии с законодательством России и имеющие местонахожде­ние в России, а под «нерезидентами» — физические лица с постоянным местом жительства за пределами России и юридические лица, созданные в соответствии с законодательством иностранных государств и с местом нахождения за пределами России.

Банк проводит все виды валютных операций и уста­навливает правила проведения резидентами и нерезиден­тами в Российской Федерации операций с иностранной валютой и ценными бумагами в иностранной валюте, а также правила проведения нерезидентами в Российской Федерации операций с валютой Российской Федерации и ценными бумагами в валюте Российской Федерации.

Россия участвует в большом числе соглашений по вопросам международных расчетов и кредитных отно­шений.

В двусторонних торговых и платежных соглашениях, заключенных РФ с иностранными государствами, содер­жатся положения о расчетах и кредитовании.

Под расчетными отношениями понимаются прежде всего платежи по внешнеторговым и иным внешнеэко­номическим операциям (о неторговых платежах см. § 3). Под кредитными отношениями понимаются отношения

242


сторон, при которых кредитор обязуется передать в поль­зование заемщику (должнику) валютные ценности, а заемщик (должник) обязуется возвратить их или предо­ставить кредитору соответствующую компенсацию, как правило, с уплатой процентов в сроки и на условиях, предусмотренных соглашением сторон. Эти отношения возникают либо на основе межгосударственного согла­шения, либо на основе гражданско-правовой сделки.

В обслуживании внешнеэкономической деятельности особую роль играют банки.

Для обеспечения бесперебойности расчетов, поддер­жания необходимой ликвидности, регулирования струк­туры валютной кассы и кредитного портфеля, покрытия потребностей внешнеэкономического оборота страны в кредитных ресурсах Внешэкономбанк РФ проводит соот­ветствующие операция на международных валютных и кредитных рынках. Внешэкономбанк осуществляет кре­дитование в иностранной валюте участников виешнеэко-номичесхих связей, по их поручению или по поручению других специализированных банков выполняет платежи за границу.

В обслуживании внешнеэкономической деятельности помимо Внешэкономбанка принимают участие и другие коммерческие банки. В их задачу входят кредитование и финансирование затрат, связанных с внешнеэкономи­ческой деятельностью их клиентов, осуществление рас­четов по прямым связям с иностранными партнерами, а также осуществление неторговых операций по обслу­живанию российских и иностранных граждан. Послед­няя функция во многом относится и к сфере деятель­ности Сберегательного банка России.

Для создания банков с иностранным участием тре­буется получение лицензии (разрешения) Центрального банка России.

Под банками с иностранным участием понимаются, во-первых, банки, уставный капитал которых формирует­ся за счет средств резидентов — российских юриди­ческих и физических лиц, и, во-вторых, банки, уставный капитал которых формируется за счет средств нерезиден­тов — иностранных юридических и физических лиц. По правилам, предусматривающим Условия открытия бан­ков с участием иностранных инвестиций на территории Российской Федерации от 8 апреля 1993 г. Центральный

243


банк прекращает предоставление лицензий на соверше­ние банковских операций с участием иностранных ин­вестиций, если превышен определенный лимит. На 1993 г. был установлен лимит участия иностранного капитала в банковской системе страны в размере 12%.

В ходе реформы внешнеэкономических связей перед банками РФ открылось широкое поле деятельности. В сфере внешнеэкономических связей стали проводиться такие финансовые операции, как покупка акций, облига­ций и других ценных бумаг, их выпуск и размещение. Клиентам предлагаются новые виды услуг, как, например, страхование валютных рисков по экспортно-импортным операциям.

Одно перечисление видов деятельности банков пока­зывает все многообразие и сложность расчетных и кре­дитных отношений, субъектами которых могут быть и не­посредственно государства, и государственные банки, и коммерческие банки, и международные банки и пред­приятия, и отдельные граждане. А. Б. Альтшулер отме­чал комплексный характер валютных отношений, неод­нородность субъектов этих отношений, своеобразное сочетание в рассматриваемой области организационных и имущественных отношений.

§ 2. МЕЖДУНАРОДНЫЕ РАСЧЕТЫ И КРЕДИТОВАНИЕ ВО ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ РОССИЙСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ С ФИРМАМИ И ОРГАНИЗАЦИЯМИ ИНОСТРАННЫХ ГОСУДАРСТВ

1. Межправительственные, платежные соглашения обычно предусматривают осуществление расчетов рос­сийских организаций с зарубежными фирмами в свобод­но конвертируемой валюте. Форма расчетов указывается в заключаемых внешнеторговых сделках. Расчеты осу­ществляются посредством аккредитива и в порядке ин­кассо. Аккредитив — это поручение банку произвести платежи за счет специально выделенных для этого сумм против предусмотренных документов. Международная торговая палата разработала Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов (действуют в редакции 1983 г.). При другой форме расчетов—

244


в порядке инкассо — управомоченная на получение пла­тежа организация дает обслуживающему ее банку инкассовое поручение, с тем чтобы банк через своего иностранного корреспондента получил причитающийся платеж или акцепт векселя или иного платежного доку­мента. При такой форме расчетов применяются Унифи­цированные правила по инкассо, разработанные Между­народной торговой палатой (действуют в редакции 1978 г.). Оба эти документа носят рекомендательный характер.

2. Широкое распространение в области кредитно-расчетных -отношений получили такие ценные бумаги, как вексель и чек. Векселями оформляются задолжен­ность импортера при коммерческом кредите и отношения между банками при предоставлении банковских креди­тов. Различают два вида векселей: простые и перевод­ные. Широкое распространение получили переводные векселя, выставляемые импортером товара на банк и ин-дентованные последним (тем самым банк принимает на себя безусловное обязательство платежа). Такие векселя выполняют роль международного платежного средства. Форма векселя определяется законом страны, где он выставлен (выписан).

В 1930 году на Женевской конференции были приня­ты конвенции об унификации вексельного права, соглас­но которым государства, присоединившиеся к ним, обя­зались на своей национальной территории в качестве на­ционального ввести Единообразный вексельный закон (ЕВЗ). Кроме того, в 1930 году была также заключена Женевская конвенция о решении коллизионных вопро­сов о переводном и простом векселях. СССР присоеди­нился к этим конвенциям в 1936 году. В связи с этим было утверждено Положение о переводном и простом векселях от 7 августа 1937 г. Это Положение 1937 года до приня­тия вексельного законодательства применяется в России (постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 июня 1991 г.).

В 1931 году была принята Женевская чековая кон­венция, приложением к которой является Единообразный чековый закон (ЕЧЗ). В 1988 году была принята конвен­ция ЮНСИТРАЛ о международных чеках.

В Положении о чеках, утвержденном постановлени­ем Верховного Совета РФ от 13 февраля 1992 г., содер-

245


жится ряд правил, относящихся к области международ­ного частного права (ст. 32). Так, чеки, подлежащие оплате в РФ, должны удовлетворять тербованиям рос­сийского права. Точно так же выданный в России чек, подлежащий оплате за рубежом, должен отвечать требо­ваниям права страны места платежа.

3. Кредитные отношения отличаются большим мно­гообразием. При так называемом коммерческом (фир­менном) кредите экспортер предоставляет кредит им­портеру в виде продажи товара с отсрочкой платежа.

Банковский кредит в виде денежных средств предо­ставляется банками в различных формах. Его предо­ставление может быть связано с конкретной внешнетор­говой сделкой. Так называемые денежные кредиты не увязываются с заключением конкретной сделки, средства по такой кредитной операции используются по усмотре­нию заемщика (должника). Своеобразную форму кре­дитования во внешнеэкономической сфере представляют собой кредиты международных банковских консорци­умов. На стороне кредиторов выступает большая группа банковских учреждений различных стран. Использование такой формы дает возможность мобилизовать значитель­ные валютные средства путем привлечения их от большо­го числа банков разных стран и предоставления непо­средственно консорциумом таким образом консолидиро­ванной суммы заемщику в порядке и на условиях, со­гласованных между банками — участниками консорци- ' ума и заемщиком.

' Недостаточная в целом, регламентация в националь­ном законодательстве и отсутствие международных дого­воров, ре1улирующих рассматриваемую форму кредито­вания, побуждают ее участников достичь максимально полной договоренности по всему комплексу вопросов, связанных с кредитованием. Такая договоренность офор- ' мляется соглашением, заключаемым между группой бан- , ков-кредиторов, с одной стороны, и заемщиком — с дру- ^ гой. . ,:'•

В соглашении получает юридическое закрепление ряд важных положений: I) достигнутая договоренность меж­ду банками (кредиторами) о создании международного банковского консорциума; 2) договоренность указанных банков и заемщика: а) о содержании прав и обязательств, с одной стороны, во взаимоотношениях между органа-,

246


.яеД^^Р0 ** и wyra- а — яеДУ0 "1 *1 *^ *яУ этими банка-

эдтором к0 "00 !"^3 ,^а^1 "" ^^я- с ЯРУ"^ в0 ЙТбаякамя-кре^^ в ^^^рами и заемщи-

^ » связи с их У^ти^ кре^ ^й операции маимоотношениях между ^д^ ^ участия в

SS б) о конкре ^ вал^8 ^^^я ставка -^

S^-^o^^

„яты проЦв1 "'0 * .^„ яашении показы-^р^ешенк<сп^ ^^ додержат чрез-

^нализ Усл^^^ного т<^^ случаях

„явт что, хо^ ^^^пжяо сказать уа драв и обяза-25айв?подробяу^,^°у^гламента^ ^^.

^змерно казуистиче^ю^ согяа^^яо^мерикан-

2Sc"'^"^Йемы* » ^"Й ^йее ^'яншя ".„a осяове ^^фор»<>»тем "кмяей и учитываю-

ско^ ПР^ "P^SeS^eo6ьe S?S^ произойти ^.ламентация "е^^^м». KOTOI Йoэ*o>» У в ~"аше-щрй лк>6ые »°змо^ ^г^ения^1°^^е о <приме-

„пооцессе Р®^"3 спей*2 ""'1106 ^^* ""Р** 01фе -"Уобычво вкл^^^с^ме.пР^х случаях бу-

scmomправе», ^от ^^ «^сЙ?» D0 дайному Ценной ^Раны,«^^^щени^^ачестве при­дут peiy^P^^LSlea^П Paктt Й^тcя, например,

^^s^^^s-

So^^^S^0 ^-в ием

„pS^ "P3 ^-^еторгор^ РАСЧЕТЫ

s 3. МБЖДУН^0 ^ „ясч^^ относятся ,м нетор^®™* ^ьств за рубежом:

К ме^ДУнароД""^ представ^ пенсионных, на-платежи на содер*^ ^ментн^ ^ЖДУнародные

,_ оаоаботнои пл _^-„< им сух**- .„.нием в РФ та-^нных и зн^^ "сУ^^Гее покупка,

торговые Р3 "6 ^^»»^ в^Уграницы, перевод ких операции с -"^па^их из-^ ^я производят

sss»'-^ »


Нерезиденты имеют право без ограничений перево­дить, ввозить и пересылать валютные ценности в Рос­сийскую Федерацию при соблюдении таможенных пра­вил.

Нерезиденты имеют право продавать и покупать иностранную валюту за валюту Российской федерации в порядке, устанавливаемом Центральным банком Рос­сийской Федерации.

Нерезиденты имеют право беспрепятственно перево­дить, вывозить и пересылать из Российской Федерации валютные ценности при соблюдении таможенных правил, если эти валютные ценности были ранее переведены, ввезены или пересланы в Российскую Федерацию или приобретены в России в соответствии с действующим законодательством.

Сделки, заключенные в нарушение положений валют­ного законодательства, являются недействительными.

Переводы из-за границы в пользу российских и ино­странных граждан и организаций производятся беспре­пятственно; запреты или ограничения действующим зако­нодательством не установлены.

Суммы переводов, поступающих из-за границы, могут быть выплачены получателю наличными или перечисле­ны на вклад в Сбербанке или ином банке.

Граждане, получившие валюту на законных основа­ниях, вправе распорядиться ею любым из следующих способов: 1) обменять на рубли; 2) открыть текущий счет или сделать вклад в любом банке, выполняющем валютные операции.

Ввоз и пересылка из-за границы в РФ иностранной валюты и иных валютных ценностей разрешаются с соблюдением правил таможенного контроля, а также почтовых правил.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. В каких формах осуществляются расчеты во взаи­моотношениях стран? ,-

2. В каких формах осуществляются кредитные one-;

рации во внешнеэкономической сфере?

3. Что понимается под международными неторговы-/ ми расчетами?


ГЛАВА 11

ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ИЗ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА

§ 1. Коллизионные вопросы деликтных обязательств. § 2. Причи­нение вреда в РФ. § 3. Причинение вреда за рубежом

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 356—379; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Между­народное частное право.— С. 213—222; Звеков В. П. Обязательства из причинения вреда в международном частном праве (некоторые коллизионные вопросы) // Очерки международного частного права.— М., 1963—С. 112—136.

§ 1. КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ ДЕЛИКТНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Выбор закона в сфере обязательств из правонару­шений (деликтных обязательств) приводит к установле­нию права, которым ре1улируются основания и пределы деликтной ответственности и которое обычно 'именуют статутом деликтного обязательства. Этот статут в раз­личных странах не одинаков.

Основным коллизионным критерием в этой области является принцип закона места причинения вреда (lex loci delicti). Из этого принципа исходит законодатель­ство ряда стран. Так, Закон о международном частном праве Венгрии 1979 года устанавливает следующие пра­вила: 1) к ответственности за вред, причиненный вне договора, если данный закон не предусматривает иное, применяется .закон, действующий в месте и во время дей-

249


ствия или бездействия лица, причинившего вред; 2) если это более выгодно для потерпевшего, то следует руко­водствоваться законом государства, на территории кото­рого наступил вред; 3) если место жительства причи-нителя вреда и потерпевшего находится в одном и том же государстве, следует применять закон этого государ­ства; 4) если по закону места совершения действия или бездействия лица, вызвавшего вред, условием ответ­ственности является вина, способность к виновному дей­ствию может быть установлена либо по личному закону причинителя вреда, либо по закону места совершения правонарушения.

Закон Югославии 1982 года исходит из места причи­нения вреда. При этом допускается применение как за­кона места совершения причинившего вред действия, так и закона места наступления вредных последствий (с учетом того, какой закон более благоприятен для по­терпевшего). Однако эти правила применяются тогда, когда в конкретном случае не было предусмотрено иное.

Специальная коллизионная привязка установлена в законах ВР и бывшей Югославии для определения про­тивоправности деяния. Венгерский суд, согласно § 34 за­кона 1979 года, не вправе установить ответственность за такое поведение, которое по венгерскому закону не является противоправным. Согласно ст. 28 югославского закона, вопрос о том, противоправно ли деяние, решает­ся по праву места совершения действия или места на­ступления его последствий; в случае совершения дей­ствия в нескольких местах достаточно применить право какого-либо одного из мест, где деяние признается противоправным.

В отношении деликтных'обязательств в КНР дей­ствует закон места совершения противоправного дея­ния. Если гражданство причинителя вреда и потерпевше­го совпадает или они находятся в одном и том же госу­дарстве, то может применяться закон гражданства сторон или закон места пребывания. Если действие, совершенное за пределами КНР, не рассматривается законом КНР как противоправное, оно не служит основанием для возник­новения деликтного обязательства (ст. 146 Общих поло­жений гражданского права 1986 г.).

В договорах о правовой помощи, заключенных СССР с другими странами, имеются коллизионные нормы о де-

250


ликтной ответственности (ст. 33 договора с СРВ, ст. 41-А договора с Польшей, ст. 38 договора с Чехо-Словакией). Эти нормы предусматривают применение права страны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требова­ния о возмещении вреда. Исключения из этого общего правила предусмотрены для случаев, когда причинивший вред и потерпевший являются гражданами одного и того же договаривающегося государства. В этих случаях подлежит применению закон страны гражданства.

Таким образом, при решении коллизионного вопроса применительно к деликтным обязательствам осуществля­ется выбор между двумя основными вариантами: приме­нением права страны совершения вредоносного действия либо страны потерпевшего, то есть лица, которому был причинен вред. Традиционно применяется закон места причинения вреда, однако применение этого принципа по законодательству ряда стран корректируется возмож­ностью применения права страны потерпевшего, если оно предоставляет лучшие возможности возмещения вреда.

Более сложная ситуация возникает в случаях, коща вредоносное действие совершается в одном государстве, а результат наступает в другом государстве (загряз­нение окружающей среды, авария на атомной электро­станции). При отсутствии международного соглашения у потерпевших, находящихся в разных странах, остается лишь возможность обращаться с исками о возмещении вреда в свои отечественные суды, что по ряду причин не может быть реализовано (о невозможности исполне­ния судебного решения см. гл. 17).

Многосторонние соглашения (Парижская конвенция об ответственности в отношении третьих лиц в области атомной энергетики 1960 г.. Брюссельское соглашение об ответственности владельцев атомных судов 1962 г. и Венское соглашение о гражданско-правовой ответ­ственности за ядерный ущерб 1963 г.) исходят из принци­па компетентности судов страны, в которой произошло соответствующее действие. При этом должно применять­ся право страны суда. В Венском соглашении 1963 года более четко определено, что подлежит применению право страны суда, «включая правила этого права, относящие­ся к коллизионному праву» (т. е., иными словами, пред­усматривается и применение коллизионных норм права

251


страны суда). Многие государства, в том числе и СССР, не присоединились к. этим соглашениям. Имеются и от­дельные двусторонние соглашения по этим вопросам. Так, согласно ст. 3 Соглашения между ФРГ и Швейца­рией об ответственности перед третьими лицами в облас­ти атомной энергетики от 22 октября 1986 г., предусмот­рена исключительная подсудность для рассмотрения та­ких исков судов страны места совершения действия».

§ 2. ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА В РФ

Основы гражданского законодательства устанавли­вают, что «права и обязанности сторон по обязатель­ствам, возникающим вследствие причинения вреда, опре­деляются по праву страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда» (ч. 1 ст. 167).

При этом иностранное право не применяется, если действие или иное обстоятельство, служащее основанием для требования о возмещении вреда, по нашему законо­дательству не является противоправным (ч. 3 ст. 167). Это правило, введенное в закон в 1977 году, отразило практику судов, сложившуюся при рассмотрении дел о причинении вреда. Эта практика неизменно исходила из того, что правоотношения сторон по обязательству, если вред причиняется на территории СССР, регулируются советским законом независимо от гражданства причини-теля вреда и потерпевшего. Так, советская гражданка Немчикова была сбита в одном из городов Московской области автомашиной «Симка», принадлежавшей амери­канскому туристу. В этом случае возникло обязатель­ство по возмещению вреда.

При взыскании ущерба с иностранца (иностранного юридического лица), причинившего вред нашим гражда­нам, может иметь место возмещение ущерба не причи-нителем вреда, а страховой организацией в силу дого-^р вора страхования гражданской ответственности. Такое^ страхование осуществляется специальной организаци--Д ей — акционерным обществом «Ингосстрах». Например, j| «Ингосетрах» был страхователем гражданской ответ-1| ственности устроителей одной из иностранных выставок д в Москве. Когда на выставке был причинен вред здо-J

252


ровью нашего гражданина инженера Щукова, «Ин­госстрах» возместил ущерб, возникший в результате потери части заработка потерпевшего за время его бо­лезни.

Согласно российскому законодательству, в случае смерти потерпевшего право на возмещение ущерба имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на полу­чение от него содержания, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти.

Так, Московским городским судом в 1966 году было рассмотре­но дело по иску гражданки США М. Лаадт к предприятию г. Вла­димира о возмещении ущерба в связи со смертью кормильца. Ее по­койный муж Вильям Лаадт в Москве, на Красной площади, проводил киносъемку Кремлевской стены, находясь на автостоянке. В это время он был сбит автобусом, принадлежавшим автомобильному предприя­тию г. Владимира. Суд установил, что имела место грубая неосто­рожность потерпевшего, и в соответствии с правилами советского законодательства определил объем вины потерпевшего в 85%. Убыток вдове умершего был определен в 15%. На основе представленных истицей данных был установлен ущерб, причиненный смертью ее мужа, и суд обязал автопредприятие выплатить единовременное воз­награждение, а также ежемесячно переводить М. Лаадт как лицу, находившемуся на иждивении умершего, определенную сумму.

В советской литературе в связи с рассмотрением дел такого рода отмечалось, что квалификация понятий «нетрудоспособный», «иждивение», «право на получение содержания» в тех случаях, когда речь идет о возмеще­нии вреда иностранцам, имеющим место жительства за рубежом, может быть осуществлена как в соответствии с советским законом, так и с учетом требований закона, которому были подчинены взаимоотношения потерпев­шего и указанных лиц.

Таким образом, иностранцы в России в случаях воз­никновения деликтных обязательств приобретают права и несут обязанности, вытекающие из нашего закона, да­же если такие права и обязанности не предусмотрены личным законом иностранцев. Вместе с тем иностранцам не предоставляются права и на них не возлагаются обя­занности, которые хотя и предусмотрены их личным за­коном, но неизвестны нашему праву.

До введения в действие в РФ Основ гражданского законодательства 1991 года в СССР, а затем и в РФ ино­странцам не возмещался так называемый «моральный вред», поскольку возмещение такого вреда не предусмат-

253


ривалось советским законодательством. Ситуация изме­нилась после введения в действие Основ 1991 года, по­скольку, согласно ст. 131 Основ, предусмотрено воз­мещение морального вреда. Моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причините-лем при наличии его вины. Моральный вред возмещает­ся в денежной или иной материальной форме и в разме­ре, определяемом судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Это правило в пол­ной мере подлежит применению и в случае причинения в России вреда иностранным гражданам.

§ 3. ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА ЗА РУБЕЖОМ

В случае рассмотрения судом или арбитражем в Рос­сии исков из деликтов, совершенных за рубежом, наши суды также должны исходить из общего положения lex loci delicti путем применения законодательства страны места причинения вреда. Это правило обычно признавалось доктриной, и оно соответствует общей кол­лизионной норме ч. 1 ст. 1264 Основ 1961 года и ч. 1 ст. 167 Основ 1991 года. В то же время советская доктри­на международного частного права в особое положение ставила случаи причинения вреда за границей советским гражданином Советскому государству, его организациям и другим советским гражданам.

В действующем в настоящее время законе (ч. 2 ст. 167 Основ) установлено, что «права и обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследствие при­чинения вреда за границей^ если стороны являются со-;

ветскими гражданами и юридическими лицами, опреде­ляются по советскому праву».

В советской судебной практике рассматривались слуя| чаи возмещения вреда советским гражданам, причинен^. ного им за границей. Наиболее известным делом таком»;

рода является дело Руднева. ч

При рассмотреиии Верховным судом РСФСР в 1960 году этогвб дела возник вопрос об ответственности иностранного предприятие;

за вред, причиненный им здоровью работника во время нахолоде-с имя его в заграничной командировке. Суд пришел к выводу, чтоiifflf^ отсутствии специального соглашения об ответстиенвости иностранный

254 J


предприятий за несчастные случаи с советскими специалистами от­ветственность должна нести советская организация.

В данном деле возник вопрос о том, кто, на каких условиях и в каком объеме иесет ответственность за причинение увечья или смерти командированному советскому специалисту во время его рабо­ты за границей, если в международном соглашении не содержится условий об ответственности в этих случаях.

Возможны два пути решения проблем такого рода. Во-первых, можно исходить из того, что условия и объем ответственносяв за при­чиненным вред определяются законами места совершения деликта (lex loci delicti), тогда обязанность возмещения ущерба возлага­ется на лицо, виновное в причинении вреда. Во-вторых, можно исхо­дить из того, что принцип' закона места совершения деликта не при­меняется в тех случаях, коща речь идет о возмещении вреда, при­чиненного лицу в связи с выполнением работы по трудовому договору во время его командировки за 1равицу. Как видно из материалов дела, суд пошел по второму пути. За Рудневым было признано право полу­чить от советского предприятия, с которым он состоял в трудовых от­ношениях, возмещение за вред, причиненный ему на работе в зарубеж­ном предприятии, куда он был командирован.

Аналогичные решения были вынесены нашими судами и по ряду других дел.

Правилами, принятыми в 1984 году, было предусмот­рено, что рабочим и служащим, получившим трудовое увечье в период их работы за границей, возмещение ущерба производится министерствами и ведомствами, направившими их на работу за границу.

Законодательство места причинения вреда не приме­няется и в некоторых особых случаях. Так, согласно ст. 124 Воздушного кодекса СССР, при перевозке пасса­жиров ответственность перевозчика за вред в отношении каждого пассажира ограничивается размером, установ­ленным действующими международными соглашениями об ответственности при воздушных перевозках, заклю­ченными с участием СССР.

Согласно Варшавской конвенции 1929 года и Гааг­скому протоколу 1955 года (см. гл. 9), ответственность перевозчика за вред пассажиру, багажу, ручной клади и грузу ограничена суммой, размер которой составляет, например, в отношении вреда пассажиру 250 тыс. фран­ков.

Статья 14 (п. 8) Кодекса торгового мореплавания СССР в отношении ограничения ответственности преду­сматривает, что правила этого кодекса должны приме­няться к «судовладельцам, суда которых плавают под Государственным флагом СССР».

255


Можно привести такой пример из практики Морской арбитражной комиссии (МАК).

По спору, возникшему в 1979 году, иностранный истец поста­вил вопрос о применении к ограничению ответственности советского судовладельца материального права Финляндии, поскольку спор был связан со столкновением судов в финских территориальных водах. При этом истец сослался на ст. 1264 Основг гражданского законо­дательства 1961 года и ст. 5664 ГК РСФСР, предусматривающие при­менение права страны места причинения вреда. МАК отклонила это^ требование, сославшись на то, что ст. 14 «имеет в данном случае;

приоритет перед названными общими коллизионными нормами совет-3 ского права, так как они установлены, во-первых, специально для от- ' ношении, связанных с торговым мореплаванием, а не для любых иму- ' щественных отношений, а во-вторых, специально для ограничения! ответственности судовладельца, а не вообще для обязательств, воз-1 никающих вследствие причинения вреда».

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какой коллизионный принцип является основным в рассматриваемой области?

2. Каким правом определяются обязательства сторон| при причинении вреда за рубежом, если стороны явля­ются российскими гражданами и российскими юриди­ческими лицами?


ГЛАВА 12

АВТОРСКОЕ ПРАВО

§ 1. Международное культурное сотрудничество и международная охрана авторских прав. § 2. Авторские права иностранцев в РФ. § 3. Охрана и использование произведений отечественных авторов за границей. § 4. Многосторонние соглашения в области авторского права. § 5. Соглашения РФ с другими сторонами о взаимной охране авторских прав

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И С; Крылов С Б. Международное частное право.— С. 147—151; Лунц Л А. Курс международного частного права. Осо­бенная часть.— С. 383—395; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н Международное частное право.— С. 222—230; Международные конвен­ции об авторском праве. Комментарий.— М., 1982; Богуславский М. М Вопросы авторского права в международных отношениях.— М., 1973;

Матвеев Ю. Г Международная охрана авторских прав.— М., 1987

§ 1. МЕЖДУНАРОДНОЕ КУЛЬТУРНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО И МЕЖДУНАРОДНАЯ ОХРАНА АВТОРСКИХ ПРАВ

Международное культурное сотрудничество служит взаимному духовному обогащению народов, утвержде­нию идей мира и добрососедства. В нашей стране изда­ются произведения иностранных авторов, ставятся пьесы иностранных драматургов, исполняются лучшие произве­дения зарубежной музыки, успешно развивается сотруд­ничество в области кино, радио, телевидения.

Выступая за развитие международного культурного сотрудничества, наше государство неизменно исходит из того, что такое сотрудничество должно осуществляться при уважении суверенитета, законов и обычаев каждой страны. Оно должно основываться на началах равно-


9 Зак. № 239

257


правил и взаимной выгоды, глубокого уважения к куль­туре других народов, к их национальным особенностям и традициям.

При осуществлении международного культурного со­трудничества важную роль играют вопросы международ­ной охраны авторских прав.

Общая особенность прав на произведения литера­туры, науки и искусства, как и прав на технические до­стижения (см. гл. 13), заключается в том, что они, в от­личие от других прав, носят строго территориальный ха­рактер. Если, например, российская организация выво­зит какое-либо имущество за границу и право на это имущество возникло у данной организации по нашим за­конам, то пересечение товаром границы не лишает ее права собственности на имущество. Точно так же иму­щественные и иные права, возникшие в иностранном го­сударстве на основании законов этого государства, при­знаются на территории нашего государства.

Прямо противоположное явление наблюдается в об­ласти авторского и изобретательского права. Если право на литературное произведение возникло на территории государства, где произведение было создано, действие этого права ограничено пределами данного государства. В другом государстве при отсутствии международного соглашения это право не признается. Поэтому литера­турное произведение, опубликованное первоначально в одной стране, может быть переведено и издано затем в другой стране без согласия автора и без выплаты ему гонорара. Автор или издательство, впервые выпустившие книгу, не могут возражать против действий такого рода.

Чтобы право на литературное произведение, возник­шее по законам одного государства, получило действие и в другом государстве, не'обходимо заключение между этими двумя государствами соглашения о взаимном при­знании и охране соответствующих прав. Если же ино­странцам предоставлено право на произведения литера-турй, науки, искусства, а также на изобретения, то такое право будет основано на местном законе. Иностранцы обладают в этом случае правомочиями, предоставлен­ными местным законом, и национальный закон субъек­та таких прав значения не имеет и в принципе не при­меняется. Поэтому в разделе международного частного права, посвященном международной охране авторских

258


и изобретательских прав, рассматривается прежде всего сама возможность охраны прав иностранцев, а не колли­зионные вопросы, вопросы выбора между территориаль­ным и личным законами.

В последние годы а международном частном праве объекты авторского и патентного права стали объеди­няться в одну общую группу, получившую наименование «интеллектуальная собственность». Это связано с заклю­чением Стокгольмской конвенции от 14 июля 1967 г учреждающей Всемирную организацию интеллектуаль­ной собственности (ВОИС). СССР стал ее участником. Членами ВОИС является 131 государство, в том числе Россия, Украина, Беларусь, Литва и др. Согласно ст. 2 конвенции, «интеллектуальная собственность» включает права, относящиеся к литературным, художественным и научным произведениям; исполнительской деятельнос­ти артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам; изобретениям во всех областях человеческой деятельности, научным открытиям; промышленным об­разцам; товарным знакам, знакам обслуживания, фир­менным наименованиям, коммерческим обозначениям;

защите против недобросовестной конкуренции, а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной дея­тельности в производственной, научной, литературной и художественной областях.

Об уважении прав на интеллектуальную собствен­ность говорится и в Итоговом документе Венской встречи представителей государств — участников Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе.

Понятие «интеллектуальная собственность» стало применяться и во внутреннем законодательстве России. Ст. 60 Конституции РФ говорит о том, что «интеллек­туальная^ собственность» охраняется законом. Согласно Закону о собственности в РСФСР от 24 декабря 1990 г., «объектами интеллектуальной собственности являются произведения науки, литературы, искусства и других видов творческой деятельности в сфере производства, в том числе открытия, изобретения, рационализаторские предложения, промышленные образцы, программы для ЭВМ, базы данных, экспертные системы, «ноу-хау», тор­говые секреты, товарные знаки, фирменные наименова­ния и знаки обслуживания».

Применяя это понятие, следует иметь в виду, что оно

9* 259


имеет собирательное и условное значение. Конкретное регулирование отношений, возникающих в связи с созда­нием, использованием и охраной произведений науки, литературы, искусства и иных результатов интеллекту­альной деятельности, осуществляется в подавляющем большинстве государств мира не законодательством о собственности, а патентным законодательством, закона­ми об авторском праве, о товарных знаках. В России это Закон об авторском праве и смежных правах от 9 июля 1993 г.. Патентный закон РФ от 23 сентября 1992 г., Закон о товарных знаках, знаках обслуживания и наи­менованиях мест происхождения товаров от 23 сентяб­ря 1993 г.. Закон о правовой охране программ для элект­ронных вычислительных машин и баз данных от 23 сен­тября 1992 г.. Закон о правовой охране топологий инте­гральных микросхем от 23 сентября 1992 г.

В международных отношениях конкретное регулиро­вание осуществляется не Конвенцией об учреждении ВОИС 1967 года, а соответствующими международны­ми соглашениями в области авторского и патентного права, -которые будут рассмотрены ниже.

Существенную роль в содействии расширению между­народного культурного и научно-технического сотрудни­чества, обмену ценностями культуры призвана сыграть в России деятельность Российского авторского общества (РАО) — общественного объединения авторов или их правопреемников, разрабатывающего и осуществляюще­го государственную политику в сфере охраны авторских и смежных прав. РАО участвует в работе международ­ных организаций в сфере охраны авторских и смежных прав.

§ 2. АВТОРСКИЕ ПРАВА ИНОСТРАНЦЕВ В РФ

1. Согласно Закону РФ об авторском праве и смеж­ных правах от 9 июля 1993 г., авторское право распрост­раняется:

на произведения, обнародованные либо необнародо­ванные, но находящиеся в какой-либо объективной фор­ме на территории Российской Федерации, независимо от гражданства авторов и их правопреемников;

на произведения, обнародованные либо необнародо-

260


ванные, но находящиеся в какой-либо объективной фор­ме за пределами Российской Федерации, и признается за авторами — гражданами Российской Федерации и их правопреемниками;

на произведения, обнародованные либо необнародо­ванные, но находящиеся в какой-либо объективной фор­ме за пределами Российской Федерации, и признается за авторами (их правопреемниками) — гражданами других государств в соответствии с международными договора­ми Российской Федерации.

Произведение считается опубликованным в Россий­ской Федерации, если в течение 30 дней после даты перво­го опубликования за пределами Российской Федерации оно было опубликовано на территории Российской Фе­дерации.

При предоставлении на территории Российской Фе­дерации охраны произведения в соответствии с между­народными договорами Российской Федерации автор произведения определяется по закону государства, на территории которого имел место юридический факт, послуживший основанием для обладания авторским пра­вом.

Таким образом, закон устанавливает три положе­ния: а) в отношении произведений иностранных авто­ров, впервые выпущенных в свет .на территории России, авторское право признается за автором-иностранцем;

б) авторское право на произведение, созданное россий­ским гражданином и выпущенное в свет за границей, при­знается за этим гражданином; в) за иностранцем ав­торское право на произведение, впервые выпущенное в свет за границей, признается в России лишь при нали­чии международного договора.

Из многосторонних соглашений в этой области СССР участвовал во Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 года. Кроме того, СССР заклю­чил с Болгарией, Венгрией, Кубой, Польшей, Чехосло­вакией, Австрией и Швецией двусторонние соглашения о взаимной охране авторских прав, которые продолжают действовать.

Введение в действие на территории России в 1992 году Основ гражданского законодательства 1991 года, а затем принятие в 1993 году детального закона об авторском праве создало необходимые предпосылки для присоеди-

261


нения России к Бернской конвенции об охране литера­турных и художественных произведений.

2. В отношении произведений иностранных авторов, впервые выпущенных в свет за границей, в России существуют два различных режима, и соответственно можно говорить о двух группах произведений.

К первой группе относятся охраняемые произведе­ния. В эту группу входят произведения, опубликованные после вступления конвенции в силу для СССР, то есть после 27 мая 1973 г., впервые в странах—участницах Всемирной конвенции об авторском праве 1952 года (см. гл. 2) или гражданами этих стран в других государствах. Охраняемыми являются также произведения, на которые распространяется действие заключенных СССР и Рос­сией двусторонних соглашений о взаимной охране ав­торских прав.

К произведениям второй группы относятся произве­дения, на которые не распространяются Всемирная кон­венция об авторском праве 1952 года или же двусторон­ние соглашения с другими государствами о взаимной охране авторских прав. В отношении произведений этой группы действует режим неохраняемых произве­дений.

Автор такого произведения не имеет права требовать, например, уплаты вознаграждения за издание его про­изведения на нашей территории. Это не значит, однако, что в этом случае в России фактически не соблюдаются личные права иностранных авторов (право на имя и на неприкосновенность произведения).

Если произведение относится к первой группе, то его режим будет определяться как правилами международно­го соглашения, так и правилами нашего внутреннего за­конодательства. Согласно ст. 16 Закона 1933 года автору принадлежат исключительные права на использованные произведения в любой форме и любым способом. Из это­го следует, в частности, что перевод на другой язык други­ми лицами допускается не иначе как с согласия автора или его правопреемников, то есть без согласия иностран­ного обладателя авторских прав произведение не может быть переведено и издано в России. Без согласия этого обладателя не Moiyr быть произведены сокращения или какие-либо иные изменения. Различные виды использова-

262


ния произведения (исполнение драматического произве­дения, передача по радио и телевидению перевода произ­ведения, не опубликованного в РФ, и т. п.) возможны лишь с согласия обладателя этого права.

За исключением случаев, когда в международном соглашении предусмотрены материально-правовые нор­мы, к произведениям такого рода будут применяться в силу принципа национального режима правила нашего законодательства в области авторского права.

Поскольку использование произведения, в том числе перевод произведения на другой язык, допускается на основании договора, заключаемого с автором или его правопреемником, иностранный автор или его право­преемник может заключать договоры об издании его про­изведения в России.

Законодательство исходит из того, что такие договоры могут быть двух основных типов. Во-первых, это может быть авторский договор о передаче исключительных прав и, во-вторых, авторский договор о передаче неисключи­тельных прав.

В договоре, заключенном с иностранным автором или его правопреемником, может быть предусмотрена уплата вознаграждения (гонорара) по действующим в России ставкам или на каких-либо иных условиях. Рас­четы, связанные с выплатой авторского вознаграждения, начисляемого иностранным авторам (или их правопреем­никам) за использование их произведений в РФ, произ­водятся в валюте страны постоянного жительства автора (или постоянного места нахождения правопреемника автора) или по желанию автора (его правопреемника) в рублях с использованием их в России.

Таким образом, гонорар по желанию автора и в зави­симости от достигнутой договоренности может выплачи­ваться в рублях или же переводиться за границу в соот­ветствии с правилами валютного законодательства.

Функции по сбору, получению, распределению и вы­плате гонорара, причитающегося как отечественным, так и иностранным авторам за публичное исполнение произ­ведений на территории России, выпуск произведений на грампластинках и других видах механической и маг­нитной записи, использование в промышленности произ­ведений декоративно-прикладного искусства осуществля­ет РАО.

263


С сумм авторского вознаграждения, выплачиваемого иностранным авторам либо их правопреемникам за использование произведений на территории РФ (незави­симо от места выплаты и валюты, в которой выплачи­вается вознаграждение), взимается подоходный налог.

Удержание такого налога с иностранца может не производиться в случае заключения соответствующего международного соглашения. Например, между СССР и Францией 4 октября 1985 г. было заключено соглаше­ние об устранении двойного налогообложения. Соглаше­ние предусматривает, что определенные категории дохо­дов будут облагаться только в государстве, в котором имеет свое постоянное место пребывания соответствую­щее лицо. К этим категориям относятся, в частности, все денежные суммы, выплачиваемые за продажу, использование или предоставление права использования авторских прав на произведения науки, литературы, искусства, программ для электронно-вычислительных ма­шин, пленок для производства граммофонных пластинок и других предметов воспроизведения звука, пленок и фильмов, используемых для радиовещания, кино и теле­видения (ст. 6). Соглашение вступило в силу 28 марта 1987 г. Обменом письмами между Россией и Францией от 6 февраля 1992 г. было предусмотрено, что в будущем в это соглашение целесообразно внести возможные из­менения.

3. В соответствии со ст. 5 Закона 1993 года иностран­цы пользуются авторским правом на произведения, впер­вые появившиеся в РФ .или находящиеся на территории РФ в какой-либо объективной форме, на одинаковых основаниях с нашими гражданами. Иностранцу предо­ставляется национальный режим, то есть те личные и имущественные права, которые установлены нашим зако­ном. Объем прав, принадлежащих автору-иностранцу по закону страны его гражданства, значения не имеет. Приведем пример. Роман американского писателя Митче-ла Уилсона «Встреча на далеком меридиане» был впер­вые выпущен в СССР. При последующем переиздании этого романа в СССР применялись правила о выплате гонорара за переиздание, установленные советским зако­нодательством.

264


§ 3. ОХРАНА И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ АВТОРОВ ЗА ГРАНИЦЕЙ

В подавляющем большинстве государств авторские права иностранных граждан признаются лишь при учас­тии этих государств в международных соглашениях или на началах взаимности. В странах — участницах Все­мирной конвенции об авторском праве 1952 года охрана предоставляется произведениям советских авторов в от­ношении их произведений, опубликованных впервые в СССР после 27 мая 1973 г. Кроме того, в странах, с кото­рыми имеются двусторонние соглашения, охрана пре­доставляется на основании этих соглашений и в соответ­ствии с их условиями (см. § 5). На всех издаваемых в СССР и России произведениях после присоединения СССР к конвенции стал ставиться знак охраны авторско­го права.

В странах — участницах Всемирной конвенции 1952 года к произведениям наших авторов применяют­ся как правила этой конвенции, так и в силу принципа национального режима правила местного законодатель­ства.

Автор может передать право на использование своего произведения как на территории РФ, так и за рубежом любым гоажданам и юридическим лицам, в том числе иностранным. Содействие обладателям прав в оказании им консультационных услуг и правовой помощи по охра­не авторских и смежных прав за рубежом может ока­зывать РАО. Автор может сам заключать договоры с иностранными фирмами, он может обращаться и к лю­бым другим отечественным и зарубежным литературным, музыкальным и иным агентствам и заключать договоры с их помощью. РАО имеет текущий валютный счет для расчетов в иностранной валюте с российскими и иностранными авторами и обладателями смежных прав по вознаграждению, поступающему из-за рубежа и от российских пользователей.

265


§ 4. МНОГОСТОРОННИЕ СОГЛАШЕНИЯ В ОБЛАСТИ АВТОРСКОГО ПРАВА

1. В конце XIX века территориальный характер дей­ствия авторского права перестал удовлетворять интере­сам крупных издательств, которые стремились к наибо­лее широкой коммерческой реализации своих прав на произведения литературы и искусства. Интересы изда­тельств особенно страдали в странах одного языка. Мож­но привести такой пример. Произведение, которое печа­талось фирмой в Англии, предприимчивый американский издатель по телеграфу частями передал в США. В ре­зультате произведение было издано в США раньше, чем в Англии. Возникла конкуренция, которая, есте­ственно, подрывала интересы первой фирмы, издающей свои произведения на том же английском языке. Ника­кого вознаграждения первой издательской фирме выпла­чено не было в силу территориального характера дей­ствия авторского права.

Подобные примеры показывают, что в устранении территориального характера авторского права были заинтересованы крупные издательские фирмы. Прежде всего в интересах этих фирм в 1886 году была заключена Бернская конвенция об охране литературных и художе­ственных произведений. В дальнейшем конвенция не­однократно пересматривалась на различных конферен­циях в 1896, 1908, 1914, 1928 годах. В послевоенный период это имело место на конференциях в Брюсселе (1948 г.), Стокгольме (1967 г.) и Париже (1971 г.). Стра­ны, подписавшие конвенцию, образовали Бернский союз для охраны прав авторов на их литературные и худо­жественные произведения. .Бернская конвенция дейст­вует для стран-участниц в различных редакциях. В кон­венции участвует большое число стран (93 государства, включая США, для которых конвенция вступила в силу с 1 марта 1989 г.).

Административные функции Бернского союза выпол­няет Всемирная организация интеллектуальной собст­венности.

Согласно ст. 5 Бернской конвенции, авторы — граж­дане какой-либо страны Бернского союза пользуются в других странах Союза, кроме страны происхождения произведения, в отношении своих произведений, как

266


опубликованных, так и не опубликованных, «правами, которые предоставляются в настоящее время или будут предоставлены в дальнейшем соответствующими зако­нами этих стран своим гражданам, а также правами, особо предоставляемыми настоящей Конвенцией».

Такая же охрана предоставляется авторам — граж­данам государств, не участвующих в конвенции, в от­ношении произведений, опубликованных ими впервые в одной из стран Союза или одновременно в стране, не вхо­дящей в Союз, и в стране Союза. Бернская конвенция во главу угла ставит территориальный признак — стра­ну происхождения произведения или, точнее, страну первого опубликования произведения.

Исходя из этого — в отношении опубликованных произведений — получает охрану лицо, независимо от его гражданства, произведение которого впервые опубли­ковано на территории стран Бернского союза. По париж­скому тексту конвенции (1971 г.) охрана предоставляет­ся гражданам стран Союза и в тех случаях, когда их произведение было впервые опубликовано вне территории стран Бернского союза.

В отношении неопубликованных произведений охрана предоставляется авторам — гражданам стран Союза.

Срок охраны авторского права по Бернской конвенции составляет все время жизни автора и 50 лет после его смерти. Это в принципе минимальный срок, так как если по закону страны — участницы Союза, в которой предъявляется требование об охране, срок является бо­лее продолжительным, то применяется установленный в этой стране срок, однако он не может быть более продолжительным, чем срок действия авторского права, который установлен в стране, где произведение было впервые опубликовано.

В Бернской конвенции содержатся подробные пра­вила в отношении содержания авторских прав. Объем прав в основном определяется по закону страны, где предъявляется требование об охране. Субъекту охраны предоставляется национальный режим, то есть те же пра­ва, которые предоставляются соответствующими зако­нами гражданам данной страны. Кроме того, автору предоставляются права, особо предусмотренные Берн­ской конвенцией. Осуществление прав в другой стране

267


не зависит от охраны произведения в стране его проис­хождения. Это относится как к объему охраны (в мате­риально-правовом смысле), так и к порядку судебной защиты прав авторов. В отношении судебной защиты гражданину каждой страны Союза в любой другой стране Союза также обеспечен национальный ре­жим.

Что касается прав автора, установленных в самой Бернской конвенции (без отсылки к внутреннему зако­нодательству стран — участниц конвенции), то в ней предусматривается исключительное право автора на пере­вод своих литературных и художественных произведе­ний, воспроизведение экземпляров произведения, пуб­личное исполнение драматических и музыкальных произведений, передачу своих произведений по радио и телевидению, публичное их чтение, переделку, запись музыкальных произведений механическим способом и ряд других прав.

Ограничивая возможность свободного использования произведений (необходимость получения согласия обла­дателей прав, выплаты гонорара и т. д.), Бернская кон­венция не отвечает в ряде случаев интересам разви­вающихся стран. По инициативе этих стран на Сток­гольмской конференции (1967 г.) наряду с пересмотрен­ным текстом Бернской конвенции был подписан специ­альный протокол для развивающихся стран. В нем предусмотрены некоторые правила, менее жесткие, чем в основном тексте Бернской конвенции. Однако в резуль­тате политики западных государств, защищающих инте­ресы крупных издательских монополий, фирм по произ­водству звукозаписей и других обладателей авторских прав, протокол не вступил в силу. В результате компро­мисса на Парижской конференции (1971 г.) в текст Бернской конвенции были включены некоторые правила, облегчающие распространение Переводной литературы в учебных и научных целях в развивающихся странах, однако менее льготные, чем в протоколе.

2. Вторым основным многосторонним международ­ным соглашением является Всемирная (Женевская) конвенция об авторском праве. Она была разработана под эгидой ЮНЕСКО и подписана на конференции в Женеве в 1952 году. В конвенции участвует 81 государ­ство, причем ее участниками является ряд государств

268


(в частности, страны Американского континента), не участвующих в Бернской конвенции. Для СССР (РФ) конвенция действует с 27 мая 1973 г.

Так же как Бернская конвенция. Всемирная кон­венция исходит из принципа национального режима, но, в отличие от первой, этот принцип играет в ней большую роль, поскольку Всемирная конвенция содер­жит небольшое количество материально-правовых норм, отсылая к внутреннему законодательству. Тем самым Всемирная конвенция в меньшей степени затрагивает внутреннее законодательство. По своему содержанию она носит более универсальный характер, что делает воз­можным участие в ней стран с различным законода­тельством в области авторского права. Во Всемирной конвенции более широко представлены государства с раз­личными системами авторского права, хотя большин­ство участников Бернской и Всемирной конвенций совпадает.

Основное правило Всемирной конвенции содержатся в ст. II (правило о национальном режиме). Эта статья предусматривает:

«I. Выпущенные в свет произведения граждан любо­го Договаривающегося Государства, равно как произве­дения, впервые выпущенные в свет на территории тако­го Государства, пользуются в каждом другом Догова­ривающемся Государстве охраной, которую такое Госу­дарство предоставляет произведениям своих граждан, впервые выпущенным в свет на его собственной терри­тории.

2. Не выпущенные в свет произведения граждан каждого Договаривающегося Государства пользуются в каждом другом Договаривающемся Государстве охраной, которую это Государство предоставляет не выпущенным в свет произведениям своих граждан.

3. Для целей настоящей Конвенции любое Догова­ривающееся Государство может в порядке своего вну­треннего законодательства приравнять к своим гражда­нам лиц, домицилированных на территории этого Госу­дарства».

Таким образом. Всемирная конвенция предусматри­вает охрану прав на опубликованные произведения для граждан государств, участвующих в конвенции, даже и в

269


том случае, если произведение впервые было опублико­вано на территории государства, не участвующего в кон­венции.

В конвенции указывается, что государства — ее участники обязаны принять все меры, необходимые для обеспечения «достаточной и эффективной охраны прав авторов и всех других обладателей авторских прав». В ней не раскрывается содержание авторских прав и не дается исчерпывающий, замкнутый перечень охраняемых произведений. В ст. I конвенции содержится лишь примерный перечень литературных, научных и художе­ственных произведений, в который входят «произведения письменные, музыкальные, драматические и кинемато­графические, произведения живописи, графики, скульп­туры».

Существенной особенностью Всемирной конвенции является то, что в ней специально регулируется только одно правомочие автора — право на перевод. Статья V предусматривает: «Авторское право включает исключи­тельное право автора переводить, выпускать в свет пере­воды и разрешать перевод и выпуск в свет переводов произведений, охраняемых на основании настоящей Конвенции».

Практически наиболее важным является то, что обладатель авторского права в соответствии с конвенцией имеет исключительное право на перевод или переизда­ние своего произведения. Нельзя в другой стране издать произведение без разрешения того издательства, которое впервые издало его, и без уплаты соответствующего вознаграждения. Таким образом, например, произведе­ние А. Кристи нельзя перевести во Франции без раз­решения английского издательства, которое впервые его издало, и без уплаты соответствующего вознагражде­ния. Нужно заключить договор на его издание. Сказан­ное распространяется и на переиздания, поскольку действие авторского права уже не ограничивается тер­риторией одного государства, а распространяется на все государства — участники конвенции.

В то же время, согласно Всемирной конвенции, ни одно государство-участник не обязано обеспечивать охрану произведению в течение срока более продолжи­тельного, чем срок, установленный для произведения данной категории законом государства, в котором про-

270


изведение было впервые выпущено в свет, но не менее 25 лет.

Выпуску произведения в свет в конвенции посвящена специальная статья. Она сформулирована следующим образом: «Под «выпуском в свет» в смысле настоящей конвенции следует понимать воспроизведение в какой-либо материальной форме и предоставление неопреде­ленному кругу лиц экземпляров произведения для чте­ния или ознакомления путем зрительного восприятия». Отсюда следует, в частности, что музыкальное произве­дение, согласно конвенции, будет считаться выпущен­ным в свет не в момент его исполнения, а в момент выхода из печати нот.

Всемирная конвенция имеет еще одну особенность. В ней предусматривается необходимость соблюдения определенных формальностей в отношении охраняе­мых произведений (помещение на произведениях знака авторского права, состоящего из специального символа ©, указания обладателя авторского права и года перво­го выпуска в свет). Эта особенность вызвана тем, что в США и в некоторых странах Американского континен­та требуется выполнение различных формальностей (ре­гистрация, депонирование произведений) как обяза­тельное условие предоставления охраны, которые заме­няются для произведений, охраняемых конвенцией, помещением знака авторского права.

Всемирная конвенция не имеет обратной силы.

На дипломатической конференции (1971 г.) в Париже Всемирная конвенция была дополнена правилами, касаю­щимися использования произведений в развивающихся странах (они аналогичны правилам, внесенным в 1971 г. в текст Бернской конвенции). В соответствии с заявле­нием СССР, сделанным в 1978 году, действие этих правил распространяется на использование наших про­изведений в развивающихся странах.

Кроме того, во Всемирную конвенцию включено пра­вило (ст. IV bis) о воспроизведении, публичном испол­нении и передаче произведений по радио.

В связи с присоединением СССР к Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве в редак­ции 1952 года в советское законодательство об автор­ском праве были внесены некоторые изменения. Прежде всего изменено правило о переводе произведения на дру-

271


гой язык (ранее действовал принцип свободы перевода), продлен срок действия авторского права (с 15 лет после смерти автора до 25 лет).

Принятие в 1993 году Закона Российской Федерации об авторском праве и смежных правах открыло новые возможности для расширения международного сотруд­ничества России с другими государствами, прежде все­го путем присоединения к Бернской конвенции. Посколь­ку Бернская конвенция содержит в отличие от Всемир­ной конвенции значительное число материально-право­вых норм, она представляет собой более высокий «международный стандарт» охраны авторских прав. Российский закон 1993 года отвечает этому стандарту. В нем существенно расширен объем авторских прав. В соответствии с конвенцией сокращен по сравнению с предшествующим законодательством перечень случаев возможного использования произведений без согласия автора, срок действия прав автора установлен в течение всей жизни автора и 50 лет после его смерти. Впервые в России детально регулируется охрана смежных прав, которая касается артистов-исполнителей, производите­лей фонограмм и организаторов кабельного вещания. Включение раздела о смежных правах делает возможным. участие России в Римской конвенции по смежным пра­вам и в Женевской фонограммной конвенции.

§ 5. СОГЛАШЕНИЯ РФ С ДРУГИМИ СТРАНАМИ О ВЗАИМНОЙ ОХРАНЕ АВТОРСКИХ ПРАВ

Решение на основе полной добровольности вопросов взаимной охраны авторских прав призвано способство­вать дальнейшему углублению культурного и научного сотрудничества России с другими государствами, в том числе и странами СНГ, и улучшению его организацион­ных форм, повышению моральной и материальной заин­тересованности творцов произведений науки, литературы и искусства в развитии этого сотрудничества.

В прошлые годы соглашения Советского Союза о культурном сотрудничестве с другими социалистиче­скими странами иногда дополнялись двусторонними соглашениями по вопросам взаимной охраны автор­ских прав. Первым таким соглашением было соглашение

272


с Венгрией, которое было заключено 17 ноября 1967 г. Новое соглашение с Венгрией было заключено в 1978 году. У СССР имелись указанные соглашения с Болга­рией (1971 и 1975гг.), ГДР (1975г.), Польшей (1974г.), Чехословакией (1975 г.) и Кубой (1985 г.), а также с Австрией (1981 г.), Швецией (1986 г.). Эти соглашения (кроме соглашения с ГДР) действуют и в настоящее время.

Рассмотрим содержание двусторонних соглашений, заключенных Советским Союзом, на примере соглаше­ния с Польшей от 4 октября 1974 г. Заключенное меж­правительственное соглашение дополнялось так назы­ваемым рабочим соглашением, которое подписано автор­скими организациями Советского Союза и Польши.

На ВААП (затем РАО) и его контрагента по соглашению в Польше — Общество авторов ЗАИКС возлагается проведение всей работы по взиманию вознаграждения за публичное исполнение драматиче­ских, музыкальных и иных произведений в тех случаях, когда не заключаются договоры об использовании соот­ветствующих произведений. Кроме того, авторские орга­низации обязательно должны участвовать в заключении договоров об использовании произведений (имеются в виду прежде всего договоры об издании соответствую­щих литературных и научных произведений). На автор­ские организации возложен и ряд других функций, осуществление которых призвано планомерно и органи­зованно обеспечивать взаимную охрану авторских прав.

В основу соглашения между СССР и Польшей поло­жено взаимное предоставление национального режима. Каждая договаривающаяся сторона «признает авторские права граждан и организаций другой Договаривающейся Стороны и их правопреемников» на произведения науки, литературы и искусства, независимо от места их первого опубликования, а также авторские права граж­дан третьих стран и их правопреемников на произведе­ния, впервые выпущенные в свет на территории СССР или Польши, и обеспечивает «охрану этих прав на тех же основаниях и условиях, какие установлены ее законо­дательством в отношении собственных граждан». Это ве­дет к применению полъского законодательства в отноше­нии советских произведений в Польше и, естественно, советского законодательства по целому ряду вопросов в

273


отношении охраны произведений в Советском Союзе. В данном случае в советско-польском соглашении речь идет как об охране личных прав авторов (о праве на имя и об обеспечении неприкосновенности произведений авторов), так и о предоставлении определенных имуще­ственных прав.

Следует более подробно остановиться на договор­ных отношениях между Россией и другими государст­вами, входившими ранее в состав СССР. Взаимные интересы охраны авторского права и смежных прав делают необходимым достижение договоренности между этими государствами о том, что они будут обеспечивать выполнение на своих территориях международных обя­зательств, вытекающих из участия бывшего Союза ССР во Всемирной конвенции об авторском праве (в редакции 1952 г.), исходя из того, что дата вступления в силу этой конвенции для СССР (27 мая 1973 г.) явля­ется датой, с которой каждое такое государство будет считать себя связанным ее положениями.

Что же касается отношений между собой, то эти госу­дарства на основе договоренности будут применять Все­мирную конвенцию как к произведениям, созданным после 27 мая 1973 г., так и к произведениям, охраняв­шимся по законодательству этих государств до этой даты, на тех же условиях, которые установлены национальным законодательством в отношении своих авторов.

Практическое же решение вопросов осуществления в новых условиях взаимной охраны прав авторов, прожи­вающих на территории России и любого другого госу­дарства, входившего ранее в СССР, может быть обеспе­чено путем заключения соглашений между РАО и ана­логичными авторско-правовыми организациями (обще­ствами) этих государств, Такое сотрудничество может прежде всего состоять в том, что РАО и эти органи­зации примут на себя обязательство обеспечивать в соответствии с действующим законодательством на тер­ритории их деятельности взаимный сбор, распределение и перечисление авторского вознаграждения, причитаю­щегося авторам другой стороны, во всех случаях управ­ления правами авторов на коллективной основе: публич­ное исполнение произведений, тиражирование грампла­стинок и магнитозаписей, использование произведений изобразительного и декоративно-прикладного искусства,

274


а также получение дополнительного вознаграждения за кино- и телефильмы, издание произведений (сбор воз­награждения для наследников авторов).

На значение решения вопросов охраны авторских прав и других вопросов охраны интеллектуальной соб­ственности было обращено внимание в Уставе СНГ. В этом документе в перечень основных направлений сотрудничества вошла «правовая охрана интеллектуаль­ной собственности».

Применение принципа взаимности в соглашениях РФ с другими странами об охране авторских прав имеет некоторые особенности. Для взаимоотношений нашей страны с иностранными государствами характерно при­менение принципа так называемой формальной взаим­ности (см. гл. 3). Однако в соглашениях об охране авторских прав обычно устанавливается, что охрана прав будет осуществляться в течение срока, предусмотрен­ного внутренним законодательством. Но при различной продолжительности охраны авторского права по отече­ственному законодательству и по законодательству государств, с которыми заключены соглашения, срок ох­раны может быть не более продолжительным, чем срок, который установлен в России. Это правило исходит уже из принципа материальной взаимности, и его следует рассматривать как определенное изъятие из принципа формальной взаимности.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. В чем состоит территориальный характер автор­ских прав и прав на изобретение?

2. В каких международных соглашениях в области авторского права участвует Россия?

3. Каковы основные различия между Всемирной конвенцией и Бернской конвенцией?

4. Как решаются вопросы охраны авторского права в отношениях между Россией и другими государствами СНГ?


ГЛАВА 13

ПАТЕНТНОЕ ПРАВО

§ 1. Международное научно-техническое сотрудничество и зарубеж­ное патеитование изобретений. § 2. Охрана прав иностранцев на изобретения в РФ. § 3. Патентование отечественных изобретений за границей. § 4. Лицензии на изобретения и «ноу-хау». § 5. Право на товарный знак и борьба с недобросовестной конкуренцией. § 6. Между­народные соглашения об охране прав на изобретения, промышленные образцы и товарные знаки

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С., Крылов С. Б. Международное частное право.— С. 152—156; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особен­ная часть.— С. 256—266; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. И. Международное частное право.— С. 230—240; Богуславский М. М. Патентные вопросы в международных отношениях.— М., 1962;

Богуславский М. М., Воробьева О. В., Светланов А. Г. Международная передача технологии: правовое регулирование.— М., 1985; Городцс-скш М. Л. Лицензии во внешней торговле СССР.— М., 1972;

Воробьева О. В. Экономическое и научно-техническое сотрудничество СССР с зарубежными странами: Правовая охрана и использование изобретений.— М., 1990; Боденхаузен Г. Парижские конвенции по охране промышленной собственности. Комментарий.— М., 1977;

Штумпф Г. Лицензионный договор/Пер, с нем.— М., 1988; Свя-десц Ю- И. Правовая охрана научно-технических достижений и совет­ский экспорт.— М., 1986.

§ 1. МЕЖДУНАРОДНОЕ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО И ЗАРУБЕЖНОЕ ПАТЕНТОВАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЙ

Развитие международного научно-технического со­трудничества привело к заключению межправительствен­ных соглашений об экономическом и научно-техниче­ском сотрудничестве с Францией, ФРГ, Италией, Вели­кобританией, Австрией, Финляндией и другими странами. На основе этих соглашений проводятся совместные разработки и исследования, создаются изобретения.

276


Развитие международного сотрудничества в области науки и техники и происходящая в мире бурная научно-техническая революция вызвали резкое увеличение числа изобретений, патентуемых в различных государствах. Ежегодно подается во всех странах около 800 тыс. заявок.

Охрана изобретений осуществляется на основе норм патентного права. В отношении изобретений террито­риальный характер соответствующих прав проявляется еще более ярко, чем в отношении произведений лите­ратуры и искусства. Технические достижения признают­ся в качестве изобретений только в результате приня­тия решения государственным органом (патентным ве­домством), и права на изобретения возникают у какого-либо лица лишь в случае выдачи ему охранного докумен­та (патента). Такой документ действует только на терри­тории государства, в котором он был выдан. Поэтому для приобретения права на это изобретение в другом государстве требуются подача заявки и самостоятельная выдача патента или иного охранного документа в этом иностранном государстве. Речь идет, таким образом, не о признании субъективного права на изобретение, возник­шего ранее в другом государстве, а о возникновении ново­го субъективного права в данном государстве.

Естественно, что признание предложения изобрете­нием и выдача патента будут осуществляться в каждом государстве на основе норм его внутреннего законода­тельства. К изобретению предъявляется требование но­визны, а в ряде стран — также требование полезности. Предложенное решение должно быть новым, то есть неизвестным ранее во всем мире (так называемая миро­вая новизна) или в данной стране (локальная новизна). Новизна устанавливается путем проведения специальной экспертизы на новизну (прежде всего по патентной и научно-технической литературе).

Форма охраны изобретения также полностью опре­деляется внутренним законодательством.

В большинстве стран охрана осуществляется путем выдачи патента на изобретение (имеются различные виды патентов).

Обычно в случае выдачи патента исключительное право на изобретение предоставляется патентооблада­телю, в качестве которого чаще всего выступают круп-

277


ные фирмы. Имея патент, патентообладатель может раз­решить кому-либо использовать это изобретение, исполь­зовать его сам или вообще никому его не предоставлять для использования. Без согласия патентообладателя изобретение не может быть использовано. Если кто-либо сделает это, то есть нарушит патент, то по решению суда с нарушителя можно будет взыскать убытки, связанные с нарушением патента, и наложить арест на изделие, созданное с использованием патента, например при ввозе его в страну.

Чтобы вывозимые из России товары не нарушали патентов третьих лиц, они должны обладать так назы­ваемой патентной чистотой. Это значит, что, перед тем как представить экспонат на выставку или вывезти его за границу, перед тем как передать проект или техниче­скую документацию, нужно проверить, обладает ли изде­лие патентной чистотой, то есть не подпадает ли оно под действие патентов, принадлежащих третьим лицам. Это устанавливается путем проведения экспертизы на патентную чистоту. Если будет установлено, что изделие не обладает патентной чистотой, придется либо отказать­ся от его поставки, либо изменить соответствующие технические решения, либо купить лицензию у патенто­обладателя, то есть получить разрешение на использова­ние изобретения (см. § 3).

Широкое распространение в международных отно­шениях получил термин «промышленная собственность». Согласно ст. 1 Парижской конвенции по охране про­мышленной собственности, объектами охраны промыш­ленной собственности являются патенты на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования и указания происхождения, а также пресечение не­добросовестной конкуренции.

§ 2. ОХРАНА ПРАВ ИНОСТРАНЦЕВ НА ИЗОБРЕТЕНИЯ В РФ

Отечественное законодательство предоставляет ино­странцам и иностранным юридическим лицам возмож­ность охранять в России их права на изобретения. Па­тентный закон РФ от 23 сентября 1992 г. предусматрива-

278


ет, что иностранные физические и юридические лица пользуются правами, предусмотренными этим законом, наравне с физическими и юридическими лицами РФ в силу международных договоров или на основе принципа взаимности (ст. 36).

В России право на изобретение охраняется государ­ством и удостоверяется патентом. Патент на изобрете­ние удостоверяет признание заявленного технического решения изобретением, авторство на изобретение, прио­ритет изобретения и исключительное право на исполь­зование изобретения. Патент выдается автору изобрете­ния; физическому или юридическому лицу, которое ука­зывается автором изобретения в качестве патентообла­дателя; их правопреемникам; работодателю (при нали­чии определенных условий). В период действия в СССР Положения об открытиях, изобретениях и рационали­заторских предложениях 1973 года существовали две формы охраны: авторское свидетельство и патент. Советские граждане, как правило, подавали заявки на получение авторского свидетельства. Выдачей авторско­го свидетельства признавалось авторство на изобре­тение, обеспечивались имущественные и другие права изобретателя. Исключительное право на изобретение принадлежало государству. Использование изобретений, защищенных авторским свидетельством, осуществлялось советскими государственными и другими организациями без специального на то разрешения.

Развитие научно-технического сотрудничества СССР с другими государствами привело к тому, что в ряде случаев создавались совместные изобретения. Под ними обычно понимаются изобретения, сделанные в соавтор­стве фажданами двух или более стран, или же изобрете­ния, сделанные в международном институте либо иной международной организации. В случаях такого рода, если изобретение было сделано на территории СССР, обычно первая заявка на изобретение подавалась в Государствен­ный комитет СССР по изобретениям и открытиям (Гос-комизобретений СССР), а затем уже в патентное ведом­ство страны гражданства соавтора-иностранца. Такой по­рядок подачи первой заявки на совместное изобретение в ведомство страны, где было сделано изобретение, преду­смотрен, в частности, в заключенном странами — члена­ми СЭВ 12 апреля 1973 г. многостороннем Соглашении о

279


правовой охране изобретений, промышленных, обще­полезных образцов и товарных знаков при осуществлении экономического и научно-технического сотрудничества (см. гл. 2).

По советско-французскому Соглашению о взаимной охране и использовании прав промышленной собствен­ности от 19 мая 1970 г. форму охраны права на изобре­тение в СССР (авторское свидетельство или патент), так же как и форму охраны во Франции в отношении совместных изобретений, созданных советскими и французскими гражданами в ходе научно-технического и экономического сотрудничества, советские и фран­цузские сотрудничающие организации выбирали по вза­имной договоренности. Аналогичное правило содержа­лось в советско-австрийском Соглашении о правовой ох­ране промышленной собственности 1981 года.

В новом законодательстве России предусмотрена охрана изобретений только в форме патента.

Какой же порядок установлен в России для подачи иностранцем заявок на получение охранного документа (патента)? Иностранные граждане и лица без граждан­ства (физические лица), проживающие за границей, и иностранные юридические лица либо их патентные пове­ренные ведут в РФ дела по получению патентов на изобретения и по поддержанию их в силе через патент­ных поверенных, зарегистрированных в Патентном ве­домстве. При получении патента и ежегодно в течение срока его действия (20 лет) взимаются специальные патентные пошлины.

Выдача охранных документов иностранцам произво­дится таким же образом, как и российским гражданам.

В ряде правил нашего законодательства нашел свое отражение факт участия СССР (России) в Парижской конвенции по охране промышленной собственности и в других международных соглашениях в этой области (см. § 3). Так, приоритет изобретения может устанавли­ваться по дате подачи первой заявки на изобретение в зарубежных странах (конвенционный приоритет), если заявка на изобретение поступила в наше Патент­ное ведомство в течение 12 месяцев с даты подачи первой заявки в зарубежной стране — участнице Парижской конвенции по охране промышленной собственности. При рассмотрении заявок иностранцев на получение патентов

280


применяются общие правила нашего законодательства. Каких-либо особых правил для иностранцев в этом отно­шении не установлено.

Объем прав иностранца, получившего патент в РФ, полностью определяется нашим правом. Так, в соответ­ствии с правилами законодательства при выдаче патента патентообладателю предоставляется исключительное право на изобретение, и без согласия иностранца-патен­тообладателя никто не может использовать изобретение.

Лицо, нарушившее исключительное право патенто­владельца, обязано прекратить нарушение и возместить причиненный ущерб в порядке, предусмотренном граж­данским законодательством.

Аналогичные правила установлены в РФ в отношении полезных моделей и промышленных образцов.

§ 3. ПАТЕНТОВАНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ИЗОБРЕТЕНИЙ ЗА ГРАНИЦЕЙ

1. Правовая охрана (патентованно) изобретений, а также полезных моделей и образцов за границей про­изводится прежде всего для обеспечения экономиче­ских интересов за рубежом. Одной из главных целей патентования за границей является обеспечение про­мышленного экспорта, то есть охрана экспорта при вывозе отечественных промышленных товаров, постав­ке оборудования за границу, строительстве предприятий на основе нашей документации и при техническом содействии со стороны наших организаций.

Другая цель патентования за границей — обеспече­ние наилучших условий продажи лицензий иностранным фирмам на право использования отечественных изобре­тений. Патентование с этой целью производится в тех случаях, когда изделия, в производстве которых ис­пользуются изобретения, обладают высокими технико-экономическими показателями и можно предполагать спрос на лицензии со стороны иностранных фирм или когда уже имеются предложения о покупке лицензий на эти изобретения. Перспективной целью может быть и создание совместного предприятия за рубежом, в кото­ром в качестве вклада с нашей стороны будут внесены права на изобретения и другие достижения.

281


Важное значение имеет патентование изобретений, производимое при осуществлении научно-технического сотрудничества, для охраны результатов совместных исследований и разработок. Если такие работы проводят­ся российской организацией совместно с какой-либо иностранной фирмой, то возникает необходимость в па-тентовании как самостоятельных изобретений, то есть сделанных каждой стороной самостоятельно, так и сов­местных (при этом необходимо определить круг стран, принцип распределения расходов и т. п.).

Патентование имеет и еще одну цель — защиту в случае необходимости изобретений, используемых в изделиях, выставляемых на международных выставках и ярмарках.

2. Подача за границу заявки на изобретение, создан­ное в России, целесообразна, как правило, после того, как это изобретение будет заявлено в России. Патенто­вание в зарубежных странах изобретений (а также полезных моделей и промышленных образцов), создан­ных в России, осуществляется не ранее чем через 3 ме­сяца после подачи заявки в наше Патентное ведомство. Оно может в необходимых случаях разрешить патентова­ние изобретения в зарубежных странах ранее этого срока (ст. 35 Патентного закона РФ).

Оформление заявочных материалов для получения заграничного патента — сложный процесс. Патент за границей испрашивается на имя предприятия (органи­зации) или же на имя действительного автора (авторов) изобретения, причем и в заявке, и в патенте указывается имя действительного изобретателя. Таким образом, лич­ные права изобретателя охраняются и при патентовании за границей. Патент может быть получен и на имя право­преемника, то есть лица, которому автор передал соответ­ствующие права.

Изобретения патентуются за границей с соблюде­нием требований законов той страны, в которой испра­шивается охрана. Во многих государствах заявки необ­ходимо подавать через патентного поверенного. Такими патентными поверенными являются специальные кон­торы, специальные фирмы. Заявки за границу подаются обычно через объединение патентных поверенных «Союзпатент», которое связано с патентными поверен­ными различных государств.

282


3. С государствами — бывшими субъектами СССР может быть установлен на основе многосторонних и дву­сторонних соглашений иной, чем с другими государ­ствами, порядок патентования изобретений (в частности, без применения требования о подаче заявок через па­тентных поверенных). В этих государствах может быть подтверждено действие ранее выданных охран­ных документов СССР на изобретения.

С целью принятия неотложных мер по созданию межгосударственной системы правовой охраны промыш­ленной собственности 12 марта 1993 г. было заключено Соглашение о мерах по охране промышленной собствен­ности и создании Межгосударственного совета по воп­росам охраны промышленной собственности. Согласно ст. 1 Соглашения, создается указанный выше Совет для координации совместной деятельности по созданию межгосударственной системы охраны объектов промыш­ленной собственности, гармонизации национального за­конодательства в области правовой охраны этих объектов и разработке конвенции по охране промышленной собственности. Имеется в виду, что эта конвенция будет конвенцией открытого типа, в которой могут участво­вать не тольк<) страны СНГ, но и другие государства. Соглашение было подписано на заседании Совета глав правительств государств — участников СНГ и также но­сит открытый характер.

§ 4. ЛИЦЕНЗИИ НА ИЗОБРЕТЕНИЯ И «НОУ-ХАУ»

Лицензия — это разрешение на использование изо­бретения, технического опыта или секретов производ­ства («ноу-хау»). В условиях современной научно-тех­нической революции торговля лицензиями развивается быстрее, чем торговля готовой продукцией. Взаимовы­годная торговля лицензиями способствует развитию международного научно-технического сотрудничества.

Лицензии могут передаваться на условиях простой лицензии и на условиях исключительной лицензии. При простой лицензии продавец лицензии (лицензиар), предоставляя право на использование изобретения поку­пателю (лицензиату), сохраняет за собой право исполь­зования изобретения на этой же территории или же право

28Э


предоставления лицензии на таких же условиях другим лицам. По договору исключительной лицензии лицензиар предоставляет лицензиату исключительное право на использование изобретения или иного научно-техниче-бкого достижения («ноу-хау») в пределах, оговоренных в соглашении, и уже не может предоставлять аналогич­ные права по условиям лицензий другим лицам. Кроме покупателя лицензии, никто не может использовать изобретение на данной территории. В отечественной практике лицензионные соглашения заключаются, как правило, на длительные сроки (5—10 лет). В течение всего срока действия соглашения сторонам приходится выполнять не только условия договора, присущие обыч­ным сделкам купли-продажи товаров, но также и специ­фические условия, которые создают основу для постоян­ного научно-технического сотрудничества между лицен­зиаром и лицензиатом.

Лицензионный договор на использование изобрете­ния, в отношении которого выдан в России патент, под­лежит регистрации в Патентном ведомстве и без реги­страции считается недействительным.

§ 5. ПРАВО НА ТОВАРНЫЙ ЗНАК И БОРЬБА С НЕДОБРОСОВЕСТНОЙ КОНКУРЕНЦИЕЙ

1. Товарный знак и знак обслуживания — это услов­ные обозначения, способные отличит!» товары и услуги одних лиц от однородных товаров и услуг других лиц. Обычно это оригинальное художественное изображение, которое помещается на изделиях. Оно призвано слу­жить целям рекламы изделий. Поэтому товарные знаки имеют большое значение в международной торговле. Хороший товарный знак способствует реализации това­ра и свидетельствует об определенном качестве изделия.

В России право на товарный знак возникает вслед­ствие его регистрации. Если товарный знак будет заре­гистрирован в РФ, то его владелец получит право исклю­чительного пользования знаком.

Никто не может использовать охраняемый в РФ то- j варный знак без разрешения его владельца. Нарушением ;

прав владельца товарного знака признаются несанкцио-,

284


нированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный обо­рот или хранение с этой целью товара, обозначенного этим знаком или обозначением, сходным с ним до степе­ни смешения в отношении однородных товаров (ст. 4 За­кона о товарных знаках, знаках обслуживания и наиме­нованиях мест происхождения товаров от 23 сентября 1992 г.).

Иностранные юридические и физические лица поль­зуются правами, предусмотренными законом РФ 1992 года, в силу международных договоров РФ или на основе принципа взаимности. Заявки на регистрацию товарных знаков подаются иностранными заявителями, так же как и заявки на изобретения, через патентных поверен­ных, если международным соглашением, участником которого является РФ, не предусмотрен иной порядок (см. ниже). Закон о товарных знаках предусматривает, что товарный знак, зарегистрированный в РФ, должен обязательно использоваться. В случае неиспользования товарного знака в течение 5 лет действие регистрации может быть прекращено. При решении вопроса о пре­кращении действия регистрации принимаются, в част­ности, во внимание действия иностранного владельца товарного знака, направленные на осуществление его права на товарный знак в РФ (например, публикация товарного знака в газетах, журналах и рекламных мате­риалах, демонстрация экспонатов, обозначенных товар­ными знаками, на выставках и ярмарках, проводимых в РФ, и т. п.). Иными словами, действия такого рода рассматриваются как действия по использованию знака.

Споры о регистрации товарных знаков решаются в административном порядке Патентным ведомством. Так, американская фирма «Philip Morris Inc.» (США), будучи обладателем прав в СССР на товарный знак Benson and Hedges, потребовала аннулирования в СССР регистрации английской фирмой тождественного знака на идентичные товары. Госкомизобретений СССР анну­лировал свидетельство английской фирмы.

2. Защита прав иностранных фирм на товарные знаки в России обеспечивается в соответствии с положениями действующего законодательства. В соответствии с За­коном о товарных знаках нарушением прав владельца товарного знака признаются несанкционированное изго-

285


товление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении однородных товаров (п. 2).

Необходимо обратить внимание на то, что владелец товарного знака в России может запретить другой фирме ввозить товар в Россию, обозначенный таким знаком или сходным с ним. В случаях незаконного использо­вания владелец знака может потребовать 1) прекраще­ния нарушения, 2) взыскания причиненных нарушением убытков, 3) удаления с товара или его упаковки незаконно используемого знака, 4) уничтожения изо­бражений знака, 5) принятия иных мер.

С охраной товарных знаков иностранцев тесно свя­зано пресечение недобросовестной конкуренции.

Основные положения, касающиеся недобросовестной конкуренции, содержатся в Законе России о конкурен­ции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках от 22 января 1991 г. Согласно ст. 10 Закона, в частности, не допускается:

а) распространение ложных, неточных или искажен­ных сведений, способных причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его де­ловой репутации;

б) введение потребителей в заблуждение относитель­но характера, способа и места изготовления, потреби­тельских свойств, качества товара;

в) некорректное сравнение хозяйствующим субъек­том в процессе его рекламной деятельности производи­мых и реализуемых им товаров с товарами других хозяйствующих субъектов;'

г) самовольное использование товарного знака, фирменного наименования или маркировки товара, а также копирование формы, упаковки, внешнего оформ­ления товара другого хозяйствующего субъекта.

Основы гражданского законодательства 1991 года также устанавливают запрет недобросовестной конку­ренции.

Положения российского законодательства о не­добросовестной конкуренции воспроизводят ст. 10 бис Парижской конвенции по охране промышленной собст—

286


венности, участником которой является Россия (см. ниже).

Приведем пример из судебной практики, связанной с борьбой с недобросовестной конку ренцией. В конце 1992 года московский мага­зин «Люкс» продал 20 тыс. джинсов китайского производства с товар­ными знаками и другими атрибутами джинсов известной американ­ской фирмы «Леви Страусе». В рекламе по телевидению было сообще­но, что продаются джинсы последней модели производства этой фирмы. По искам потребителей к магазину «Люкс» районный суд Москвы в начале 1993 года принял решение о расторжении договора купли-продажи, возмещении убытков и компенсации за моральный ущерб, нанесенный продажей фальсифицированного товара. В сум­му, взысканную с магазина в пользу каждого покупателя, вошла стоимость настоящих джинсов «Леви Страусе» в пересчете на рубли в компенсация за моральный ущерб.

Страны СНГ осуществляют сотрудничество в выявле­нии и пресечении недобросовестной конкуренции хо­зяйствующих субъектов (ст. 2 Соглашения о согласова­нии антимонопольной политики от 12 марта 1993 г.).

3. Для того чтобы обеспечить за рубежом охрану товарных знаков на российские экспортные товары, такие знаки необходимо зарегистрировать в соответствующих государствах. Для экспортных товаров часто приме­няются специально создаваемые знаки, приобретающие большую популярность (знаки для часов, спичек, кра­бов и т. д.). Хороший товарный знак способствует про­движению отечественных товаров на внешнем рынке. От­сутствие же охраны на товарный знак может затруднить реализацию товара. Предприятия, продукция которых экспортируется за границу, регистрируют свои товарные знаки за рубежом.

§ 6. МЕЖДУНАРОДНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ ОБ ОХРАНЕ ПРАВ НА ИЗОБРЕТЕНИЯ, ПРОМЫШЛЕННЫЕ ОБРАЗЦЫ И ТОВАРНЫЕ ЗНАКИ

1. Основным международным соглашением, регули­рующим вопросы охраны прав на изобретения и товар­ные знаки, является Парижская конвенция по охране промышленной собственности (см. гл. 2). Главная цель конвенции состоит в создании более льготных условий для патентования изобретений, промышленных образцов,

287


регистрации товарных знаков фирмами, организациями и гражданами одних государств в других.

Конвенция была подписана на конференции, состояв­шейся в Париже 20 марта 1883 г. В дальнейшем она пересматривалась и дополнялась на конференциях 1900, 1911, 1925, 1934 годов, а в послевоенный период в Лиссабоне (1958 г.) и Стокгольме (1967 г.). Участники конвенции образуют Международный союз по охране промышленной собственности (Парижский союз). В нем участвуют 105 государств, в частности Россия, Украина, Беларусь и др.

Для различных стран-участниц конвенция действует в разных редакциях в зависимости от того, какая из них ратифицирована соответствующей страной. Советский Союз присоединился к Парижской конвенции во всех ее редакциях с 1 июля 1965 г., а ее стокгольмский текст был ратифицирован СССР 19 сентября 1968 г.

Парижская конвенция не предусматривает создания международного патента, который, будучи выдан в одной стране — участнице конвенции, действовал бы во всех других странах. В любой другой стране Международного союза изобретение может свободно использоваться без выплаты вознаграждения, если оно там не запатентовано. Точно так же конвенция не ставит своей задачей созда­ние международного товарного знака.

Одним из основных принципов Парижской конвенции является принцип национального режима. Конвенция предусматривает предоставление гражданам и фирмам любой страны — ее участницы такой же охраны про­мышленной собственности, какая предоставляется или будет предоставляться в будущем своим гражданам законодательством данного государства (ст. 2).

Практически наиболее важным правилом Парижской конвенции является правило о конвенционном приори­тете. Введение правила о приоритете в конвенцию объясняется следующим: патент получает тот, кто пер­вым подал заявку на изобретение. Первенство в подаче заявки обеспечивает новизну изобретения, которая является необходимым условием выдачи патента. При патентовании изобретения за границей вопрос о новизне осложняется тем, что изобретение, уже запатентованное в одном государстве, не является «новым» и, следова­тельно, непатентоспособно в другой стране. Запатен-

288


товать же изобретение одновременно в ряде госу­дарств — задача очень сложная. Положение облегчается для заявителей из стран — участниц конвенции. Лицо, подавшее заявку на изобретение в одном из государств-участников, в течение годичного срока со дня подачи первой заявки пользуется для подачи заявки в других государствах-участниках правом приоритета (ст. 4). Публикация о таком изобретении, подача заявки на него третьим лицом в течение этого срока — эти и подобные им обстоятельства не помешают выдаче патента, по­скольку приоритет и новизна будут определяться в дру­гой стране не на день фактической подачи заявки в дру­гой стране, а на момент подачи первой заявки.

Конвенционный приоритет предоставляется также при патентовании промышленных образцов (в течение б месяцев), регистрации товарных знаков (для них установлен приоритетный срок 6 месяцев).

В Парижской конвенции имеются лишь отдельные материально-правовые нормы по вопросам охраны изобретений (об обязательном осуществлении изобре­тений, о возможном использовании запатентованных устройств на кораблях и иных транспортных средствах).

Таким образом, цель этого соглашения — создание благоприятных условий для патентования изобретений иностранцами.

ВОИС подготовил проект соглашения об унификации основных положений патентного законодательства.

2. В условиях развития патентования изобретений правила Парижской конвенции во многом стали недо­статочными, особенно для стран, которые производят за­рубежное патентование в широких масштабах. Более половины общего количества заявок на изобретения, подаваемых во всех странах мира, дублируется, по­скольку заявки подаются на одни и те же изобретения, но в разные страны. Возникла потребность в углублении международного сотрудничества в этой области. В ре­зультате большой подготовительной работы 19 июня 1970 г. в Вашингтоне было заключено другое многосто­роннее соглашение — Договор о патентной кооперации (РСТ). В 1973 году договор вступил в силу. В нем участвуют 50 государств. СССР ратифицировал договор в 1977 году. Договор действует для России, Украины.

Договор о патентной кооперации предусматривает


10 Зак. № 239

289


возможность составления и подачи так называемой международной заявки. По такой заявке проводится поиск по выявлению предшествующего уровня техники, что имеет существенное значение для получения патен­тов. В дальнейшем такой поиск может быть проведен в одном из «международных поисковых органов». Одним из этих органов является Патентное ведомство РФ. Такой орган проводит документальный поиск по мате­риалам заявок, облегчающий затем проведение эксперти­зы в национальных ведомствах стран, куда подается заявка для патентования.

По желанию заявителя поисковый орган может не ограничиться проведением такого поиска, а осуществить и международную предварительную экспертизу. Данные экспертизы сообщаются национальным ведомствам тех стран, где заявитель хочет обеспечить охрану. Если выводы экспертов не будут противоречить требованиям национального законодательства, национальные ведом­ства вынесут решение о выдаче патента.

Таким образом, хотя, так же как Парижская кон­венция, Договор о патентной кооперации не вводит единого международного патента, он содержит в себе определенные элементы, дальнейшее развитие которых может привести к созданию такого патента. Реализация этого договора уменьшает затраты труда и средств при проведении зарубежного патентования, делает его более оперативным.

Унификация законодательств об изобретениях, а тем самым и создание единого патента предусмотрены от­дельными региональными соглашениями. Так, создание «европейского патента» предусмотрено Конвенцией о выдаче европейских патентов, подписанной на конферен­ции в Мюнхене в 1973 году, а создание единого патента для стран Общего рынка — конвенцией 1975 года. В Мюнхене (ФРГ) функционирует Европейское патент­ное ведомство.

3. Регистрация товарных знаков за рубежом осу­ществляется на основании как национального законо­дательства, так и положений международных согла­шений. В отношении товарных знаков Парижская кон­венция опирается на те же принципы, что и в отношении прав на изобретение (национальный режим, правило о конвенционном приоритете). Наряду с этим Парижская

290


конвенция устанавливает определенные требования, которые должны предъявляться к товарным знакам при их регистрации в странах-участницах (в отношении изобретений конвенция каких-либо требований не содер­жит, отсылая по всем вопросам такого рода к нацио­нальному законодательству).

Ряд стран — участниц Парижской конвенции подпи­сали в 1891 году Мадридскую конвенцию о международ­ной регистрации фабричных и товарных знаков. Ее участниками является 31 государство. СССР — участник с 1976 года. В соответствии с конвенцией в Между­народное бюро в Женеве подается заявка на товарный знак, и потом этот знак получает охрану во всех странах — участницах конвенции. Таким путем обеспе­чивается охрана товарного знака во всех странах-участ­ницах без регистрации его в каждой из этих стран. Конвенция действует для России, Украины.

12 июня 1973 г. в Вене было подписано новое между­народное соглашение по вопросам товарных знаков — Договор о регистрации товарных знаков.

Ряд новых вопросов в области охраны промышлен­ной собственности возник в связи с созданием в России и других странах СНГ совместных предприятий (см. гл. 5). Основанием возникновения прав на промышлен­ную собственность у совместных предприятий является передача таких прав предприятию его участниками, ко­торая может осуществляться как при его создании в качестве вклада, так и в процессе деятельности пред­приятия путем покупки лицензий, а также путем созда­ния изобретений его сотрудниками. В соответствии с законодательством в счет вкладов в уставный фонд совместного предприятия могут быть внесены имуще­ственные права (в том числе на использование изобре­тений и «ноу-хау»).

Права на промышленную собственность, принадле­жащую совместным предприятиям, охраняются в соот­ветствии с законодательством в форме патентов. Поря­док передачи прав на промышленную собственность совместному предприятию его участниками и совмест­ным предприятием своим участникам, а также порядок коммерческого использования этих прав и защиты их за границей определяются учредительными докумен­тами. Так, в частности, в договоре о создании совместно-


Ю*

291


го предприятия может быть предусмотрено, что для обозначения продукции, выпускаемой предприятием, может быть использован знак одного из участников или же совместный товарный знак.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какие права предоставляются иностранцам на изобретение в РФ?

2. Что необходимо осуществить для обеспечения прав на отечественные изобретения за рубежом?

3. В чем сущность конвенционного приоритета?

4. Каково содержание лицензионных соглашений?

5. Как охраняются в РФ товарные знаки иностран­ных фирм?

6. Какие вопросы промышленной собственности воз­никают при создании совместных предприятий?


ГЛАВА 14

СЕМЕЙНОЕ ПРАВО

§ 1. Коллизионные вопросы в области семейного права. § 2. Заключе­ние брака. § 3. Расторжение брака. § 4. Правоотношения между супругами. § 5. Правоотношения между родителями и детьми. § 6. Усы­новление. § 7. Опека и попечительство

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С., КрЛлов С. Б. Международное частное право.— С. 157—172; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особен­ная часть.— С. 441—485; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 247—260; Международное частое право / Под ред. Г. К. Матвеева.— Киев, 1985.— С. 115—151; Перга­мент А. И. Некоторые коллизионные вопросы семейного права в СССР // Вопросы международного частного права.— М., 1976.— С. 167—188; Орлова Н. В. Брак и семья в международном частном праве.— М., 1966; Матвеев Г. К. Вопросы советского коллизионного семенного права // Правоведение.— 1972.— № 2.— С. 99—105; Ки-силь В. И; Пастухов В. П. Правовой статус иностранцев в СССР.— С. 119; Городецкая И. К. Международная защита прав и интересов детей.— М., 1973.

§ 1. КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ В ОБЛАСТИ СЕМЕЙНОГО ПРАВА

Материально-правовые нормы семейного права раз­личных государств имеют большое разнообразие, что порождает на практике возникновение коллизий при ре­шении различных вопросов правоотношений с иностран­ным элементом. Наряду с особенностями экономиче­ского строя существенное влияние на регулирование се­мейных отношений оказывают национальные, бытовые, религиозные особенности и традиции. Говоря об этом, необходимо прежде всего отметить особенности нашего

293


законодательства в этой области. Согласно Конституции РФ, мужчины и женщины имеют равные права и сво­боды.

Для семейных отношений характерно полное равно­правие супругов в решении всех вопросов семейной жизни, в том числе и в отношении воспитания детей. Нормы нашего семейного права направлены на всемер­ную охрану интересов матери и ребенка. В семейных отношениях осуществляется равноправие граждан неза­висимо от их национальности, расы и отношения к рели­гии.

Для семейного права ряда государств характерно главенство мужа; во многих странах до сих пор сохра­няется неравноправное положение мужа и жены в семье. Гражданские кодексы этих государств устано­вили так называемый брачный договор, который заключа­ется до брака и закрепляет прежде всего права мужа на имущество жены.

Законодательство большинства государств исходит из единобрачия (моногамия). Однако до сих пор в отдель­ных странах Азии и Африки признается многоженство (полигамия), сохраняются архаические обычаи уплаты выкупа за невесту, установлен крайне низкий возраст для вступления женщины в брак. Все это свидетельст­вует о дискриминации женщины в семейном праве. Зако­нодательству и практике ряда стран известны расовые ограничения; не допускаются браки между людьми раз­ной расы или разного вероисповедания.

Из этих отдельных примеров видно, что при разли­чиях в семейном законодательстве в тех случаях, когда в брак вступают граждане разных государств, решение коллизионного вопроса приобретает определенное значе­ние. В государствах Запада коллизионные нормы семей­ного права отличаются большим разнообразием. Брач­ная правоспособность, то есть само право вступать в брак, отсутствие препятствий для вступления в брак — все это определяется в ряде государств личным законом каждого из супругов. В случае расторжения брака между супругами различного гражданства в ряде стран применяется законодательство страны гражданства мужа.

Брак, заключенный в одном государстве в соответ­ствии с законом места его заключения, может быть не

294


признан в другом государстве, что порождает так назы­ваемые «хромающие браки».

Имущественные отношения супругов определяются в ряде государств личным законом мужа.

Во многих государствах решается ряд коллизион­ных вопросов. Согласно § 31 Закона о международном частном праве Венгрии, материально-правовые условия действительности брака регулируются «общим личным законом» лиц, вступающих в брак. Если личные законы этих лиц разные, то брак является действительным лишь в случае, когда условия действительности «сущест­вуют согласно законам обеих сторон».

В Венгрии к форме брака применяется право места заключения брака. В КНР при вступлении в брак граж­данина КНР с иностранцем применяется закон места заключения брака, а при расторжении брака — закон места нахождения суда, принявшего дело к рассмотре­нию (ст. 147 Общих положений гражданского права 1986 г.). Основным принципом при решении вопросов расторжения брака является по законам Венгрии и бывшей Югославии, как правило, закон гражданства супругов.

В отношении защиты прав детей для России дейст­вует Конвенция о правах ребенка от 20 ноября 1989 г.

§ 2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ БРАКА

1. Заключение в РФ браков российских граждан с иностранцами. В современных условиях международного сотрудничества наблюдается увеличение числа браков российских граждан с иностранцами. Заключение таких браков, в свою очередь, влечет за собой увеличение числа случаев разного гражданства детей и их родителей.

В РФ регистрируются браки как между отечествен­ными гражданами и иностранцами, так и между иност­ранцами, в том числе и между гражданами различных государств. Наше законодательство не устанавливает запрета для вступления российских граждан в брак с иностранцами или необходимости получения разреше­ния на такой брак.

Браки наших граждан с иностранными гражданами, а также браки иностранных граждан между собой заклю-

295


чаются в РФ по российскому законодательству (ст. 161 Кодекса о браке и семье). Иными словами, в этой области применяется коллизионный принцип «места заключения брака». Брак заключается в форме, предусмотренной нашим законодательством, то есть регистрируется в бюро записи актов гражданского состояния (загсе) в соответ­ствии с установленными для такой регистрации прави­лами. Заключение в РФ брака по религиозному обряду не порождает юридических последствий, хотя бы отечест­венный закон и признавал такие браки.

Согласие на вступление в брак в РФ должно быть сделано лично лицами, вступающими в брак. В ряде стран (Испании, Перу и др.) допускается выдача дове­ренности представителю на заключение брака. Наш закон не допускает такого представительства.

Материальные условия вступления в брак иностран­цев также определяются не по их национальному зако­ну, а по нашему закону. Так, по российскому закону для вступления в брак требуются наличие взаимного согла­сия, достижение брачного возраста и т. д.

Кодекс о браке и семье устанавливает, что браки не могут быть заключены между лицами, если хотя бы одно из них уже состоит в другом браке, поэтому гражда­нин страны, которому его национальный закон разре­шает многоженство, не может вступить в брак в РФ, если он состоит в другом браке, заключенном вне пределов РФ.

Иностранец не вправе требовать регистрации брака, несмотря на to что закон страны его гражданства до­пускает многоженство. В некоторых мусульманских стра­нах (Турции, Ираке) полигамия не допускается.

При вступлении в брак иностранцев, так же как и при вступлении в брак наших граждан, проверяется, нет ли препятствий к заключению брака, и прежде всего не состоят ли такие лица в другом браке. Обязанность сообщать о препятствиях к вступлению в брак лежит на лицах, вступающих в брак.

Одним из доказательств того, что лицо, вступающее в брак, когда речь идет о гражданине РФ, не состоит в другом браке, является отсутствие в его паспорте штампа о регистрации брака. При регистрации браков иностранцев, в документах которых нет сведений о се­мейном положении, они должны по требованию учреж-

296


дения, регистрирующего брак, представить справку, вы­данную компетентными органами стран, гражданами ко­торых они являются, о том, что они в браке не состоят. На практике такие справки обычно выдаются посольст­вами или консульствами соответствующей страны в РФ.

Неизвестные нашему праву запреты к вступлению в брак, установленные законодательством страны граждан­ства иностранца, не могут привести к отказу в регистра­ции брака в РФ (расовые или религиозные ограни­чения, отсутствие согласия родителей на вступление в брак и т. п.; например, ст. 31 алжирского Семейного кодекса 1984 г. запрещает мусульманке выходить замуж за немусульманина). Это относится и к запретам или ограничениям, установленным законодательством другой страны для браков с иностранцем. Практически наибо­лее часто встречается не полный запрет для вступления в брак с иностранцем, а ограниченный: устанавливается необходимость получения специального разрешения ком­петентного органа страны гражданства для вступления в брак с иностранцем (в конце 80-х годов ограничения такого рода были установлены более чем в 50 государст­вах мира). Так, разрешение на вступление в брак с иностранцем требуется для всех граждан или отдельных категорий (например, направленных на учебу за границу) по законодательству Венгрии, Индии, Ирака, Италии, Норвегии, Румынии, Польши, Швеции и других стран.

При регистрации браков наших граждан с иностран­цами в ряде случаев учитывается законодательство стра­ны гражданства иностранца, что позволяет уменьшить возможность непризнания брака, заключенного по на­шим законам, в стране гражданства иностранца. Можно привести такой пример: если, согласно законодательству какой-либо страны, ее гражданин не может вступить в брак с иностранцем без разрешения, то при отсутствии такого разрешения брак может быть признан в этой стра­не недействительным. В подобных случаях наш орган загса в соответствии с действующими правилами обязан разъяснить вступающим в брак соответствующие пра­вила национального закона и выяснить, имеется ли у иностранца соответствующее разрешение на вступление в брак. Если такого разрешения нет, то по согласованию с лицами, вступающими в брак, назначается время ре­гистрации брака с таким расчетом, чтобы иностранец

297


мог в течение этого срока получить разрешение. В случае, когда в течение назначенного срока соответствующее разрешение не будет получено и лица, вступающие в брак, несмотря на это, будут настаивать на регистрации брака, орган загса произведет соответствующую регист­рацию и без указанного документа. Такой брак будет действительным по нашему закону, однако он может быть признан недействительным по национальному закону супруга-иностранца, что может привести к существен­ному ущемлению интересов нашего гражданина при его нахождении в стране супруга-иностранца.

Процедура разъяснения в случаях такого рода имеет существенное значение, поскольку наш гражданин, всту­пающий в брак с иностранцем, должен знать заранее, что не исключено, что он не будет пользоваться в госу­дарстве гражданства другого супруга, а также в третьей стране ни личными, ни имущественными правами супруга и будет ощущать ряд других отрицательных последствий, вызванных возможным непризнанием действительности брака за рубежом.

В договорах о правовой помощи, заключенных в 80-х годах с Болгарией, Вьетнамом, Венгрией, Чехо-Сло-вакией, Финляндией, предусматривается, что форма за­ключения брака определяется законодательством той страны, на территории которой заключается брак.

В отношении материальных условий заключения бра­ка специальные правила имеются в договорах о правовой помощи с Вьетнамом и Чехо-Словакией. Так, согласно ст. 23 договора СССР с Вьетнамом, этот вопрос решает­ся для каждого из будущих супругов по закону госу­дарства, гражданином которого он является. Кроме того, в отношении препятствий к' заключению брака долж­ны быть соблюдены и требования законодательства государства, на территории -которого заключается брак.

Согласно многосторонней Конвенции о правовой по­мощи стран СНГ от 22 января 1993 г., условия заклю­чения брака определяются для каждого из будущих супругов законодательством государства, гражданином которого он является, а для лиц без гражданства — зако­нодательством государства, являющегося их постоянным местом жительства. Кроме того, в отношении препятст­вий к заключению брака должны быть соблюдены требо-

298


вания законодательства государства, на территории кото­рого заключается брак.

Согласно ст. 6 Закона о гражданстве РФ от 28 ноября 1991 г., заключение или расторжение брака гражданином РФ с лицом, не принадлежащим к гражданству РФ, не влечет за собой изменения 1ражданства.

Изменение гражданства одним из супругов не влечет изменения гражданства другого супруга.

2. Консульские браки. Наше законодательство допу­скает заключение на территории РФ так называемых консульских браков, то есть браков, регистрируемых в иностранных дипломатических или консульских предста­вительствах.

Браки между иностранными гражданами, заключен­ные в РФ в посольствах или консульствах иностранных государств, признаются на условиях взаимности дейст­вительными в РФ, если лица в момент вступления в брак являлись гражданами государства, назначившего посла или консула (ст. 161 Кодекса законов о браке и семье РСФСР). Из этого следует, что такой брак будет признан нашими органами власти действительным при условии: а) наличия взаимности, то есть если в соот­ветствующем иностранном государстве допускается ре­гистрация брака в российском посольстве или консульст­ве; б) когда оба лица, вступающие в брак, являются гражданами страны, назначившей дипломатического или консульского представителя.

Консульские конвенции, заключенные с другими стра­нами, допускают регистрацию консулом браков граждан своей страны. В большинстве таких консульских конвен­ций (с Болгарией, Румынией, ФРГ, Чехо-Словакией, Швецией и др.) предусматривается, что консул имеет право регистрировать браки согласно законодательству представляемого им государства при условии, что оба лица являются гражданами представляемого государст­ва. Лишь в отдельных соглашениях это правило сфор­мулировано несколько иным образом (например, соглас­но консульской конвенции с КНР, консул имеет право регистрировать браки «в соответствии с законодательст­вом представляемого государства и если это не противо­речит законодательству государства пребывания»). В консульских конвенциях с Кубой и Финляндией ука­зывается, что консул регистрирует браки в тех случаях,

299


когда он управомочен на это представляемым государст­вом и при условии соблюдения законодательства страны пребывания.

В консульских конвенциях предусматривается уве­домление местных органов о произведенной в консуль­стве регистрации брака, если это требуется по местным законам.

Согласно консульской конвенции с США, консулы могут регистрировать заключение и расторжение браков, когда оба лица, вступившие в брак или расторгающие его, являются гражданами представляемого государства, а также принимать заявления, касающиеся семейных отношений гражданина представляемого государства, если это не запрещается законодательством государства пребывания (п. 7 ст. 7).

3. Заключение браков российских граждан с иност­ранцами за границей. Граждане Российской Федерации могут вступать в брак с иностранцами как в РФ, так и за границей. Такие браки могут заключаться с соблюдением формы брака, установленной законом места его соверше­ния, то есть в соответствии с законодательством того государства, в котором заключается брак. Будут ли такие браки, заключенные, например, в муниципалитете, мэрии или ином органе иностранного государства или же по религиозному обряду, если заключение брака в такой форме возможно в данном государстве, впоследствии признаны в России? Наше законодательство о браке и семье отвечает на этот вопрос утвердительно.

Статья 162 Кодекса о браке и семье предусматри­вает, что, когда браки советских граждан с иностран­ными гражданами заключены вне пределов СССР с соблюдением формы брака, установленной законом места его совершения, эти браки признаются действительными в РСФСР, если к признанию нет препятствий, вытекаю­щих из ст. 15, 16 и 43 кодекса.

Иными словами, такой брак признается в РФ, если при его заключении не были нарушены материальные условия, необходимые для вступления в брак по россий­ским законам. Это правило понимается в РФ следую­щим образом: материальные условия действительности брака для лица, состоящего в нашем гражданстве, долж­ны всегда определяться по нашему праву, независимо от места совершения брака. Что же касается иностранца,

300


вступившего в брак с российским гражданином за гра­ницей, то от него нельзя требовать соблюдения всех предусмотренных российским законодательством мате­риальных условий вступления в брак; не может, напри­мер, быть признан недействительным такой брак на том основании, что применительно к иностранцу не были соблюдены условия о брачном возрасте, предусмотрен­ные нашим законом. Относительно же формы брака условия его действительности иные: брак, заключенный с соблюдением формы, установленной законом места его совершения, признается в РФ даже в том случае, если такая форма брака неизвестна советскому законода­тельству.

Так, советский гражданин Л. вступил в 1937 году в Тегеране в брак с иранской подданной Амалиеи П. Брак был совершен в русской православной церкви в Тегеране. Религиозная форма брака допускалась иранским законодательством. В 1958 году Л., к тому времени уже проживавший в Тбилиси, вступил в брак с Раисой Ш. В 1960 году Л. умер. Амалия П., претендуя на наследство, возбу­дила в суде Грузинской ССР дело о признании второго брака Л. недействительным. Дело рассматривалось в ряде судебных инстанций, и окончательное решение было вынесено в пользу истицы. Тем самым была признана действительность брака советского гражданина, заключенного за границей с соблюдением формы брака по законо­дательству места его совершения.

Если при регистрации браков российских граждан и иностранцев в местных органах за границей по законам этой страны требуется предоставление специальной справки о праве российского гражданина вступить в брак с иностранцем, то такую справку могут выдавать по просьбе вступающих в брак консулы РФ.

В то же время в консульских конвенциях, заклю­ченных с иностранными государствами, может быть предусмотрена обязанность консула вести учет браков, совершенных по законам государства пребывания кон­сула, если по крайней мере одно из лиц, вступающих в брак, является гражданином страны консула.

Консульский устав СССР не содержит препятствий к тому, чтобы советские консулы регистрировали браки советских граждан с иностранцами (как с гражданами страны пребывания консула, так и с гражданами третьей страны). Такой брак, заключенный в соответствии с на­шим законодательством, будет признан действительным в РФ. Однако он может не получить признания в стране пребывания консула, если по законам этой страны

301


не допускаются консульские браки, которые заключают­ся не между гражданами страны, назначившей консула. Это правило действует и для консулов РФ.

4. Заключение за фаницей браков между российски­ми гражданами. Браки между российскими гражданами, проживающими вне пределов РФ, заключаются в кон­сульских учреждениях РФ. Регистрация брака является одним из актов гражданского состояния. При заключе­нии брака в консульствах РФ за границей, так же как и при совершении консулом других актов гражданского состояния, применяется законодательство Российской Федерации, гражданами которой являются лица, всту­пающие в брак.

Согласно ст. 42 Консульского устава СССР, «в соот­ветствии с законодательством СССР и союзных рес­публик консул регистрирует акты гражданского состоя­ния граждан СССР». Из этого следует, что: 1) регистра­ция брака в нашем посольстве или консульстве прирав­нивается к регистрации брака в органах записи актов гражданского состояния; 2) при регистрации браков кон­сулом должны соблюдаться материальные условия, необ­ходимые для заключения брака по нашему законода­тельству.

Признание такого брака в государстве пребывания консула будет иметь место, если это вытекает из мест­ного закона или предусмотрено консульской конвенцией РФ с данным государством.

5. Признание в РФ браков между иностранцами, заключенных за границей. До сих пор речь шла о заклю­чении за границей браков между нашими гражданами и так называемых смешанных браков. Что же касается браков иностранных граждан, заключенных вне преде­лов нашей страны по законам соответствующих госу­дарств, то они признаются действительными в РФ (ст. 162 Кодекса о браке и семье). Таким образом, в РФ признается действительным заключенный за грани­цей брак иностранцев во всех случаях, когда он признает­ся по одному из законодательств иностранного государст­ва, которое можно было бы применить в данном случае. Следовательно, если брак между иностранцами действи­телен по закону места его совершения либо по личному закону супругов, то он должен быть признан действи­тельным и в РФ. В какой степени это правило может

302


быть 01раничено в РФ оговоркой о публичном порядке?

Статья 169 Кодекса о браке и семье предусматривает, что «применение иностранных законов о браке и семье или признание основанных на этих законах актов граж­данского состояния не может иметь места, если такое применение или признание противоречило бы основам советского строя». В связи с этим правилом (о публич­ном порядке см. гл. 3), в частности, возникает вопрос, может ли полигамный брак, совершенный за границей в каком-либо государстве, допускающем такие браки, получить признание в России. Представляется, что такой брак не может быть объявлен в РФ недействительным. Поэтому наличие подобного брака, как и любого уже существующего, является препятствием для заключения нового брака в РФ.

6. Признание брака недействительным. К бракам, заключаемым российским гражданином и иностранцем в РФ, в полной мере применяются правила нашего законо­дательства о признании недействительными так называе­мых фиктивных браков. В прошлом на практике встре­чались случаи заключения таких браков, цель которых состояла не в создании семьи, а, например, в обходе правил выезда или въезда, действовавших в СССР.

В советском законодательстве не содержалось колли­зионных норм относительно действительности браков, заключенных с иностранцами, однако случаи признания иностранных решений об аннулировании брака имели место на практике.

§ 3. РАСТОРЖЕНИЕ БРАКА

1. Расторжение брака с иностранцами в РФ. Согласно

российскому законодательству, расторжение брака про­изводится либо в судебном порядке, либо в органах загса. В органах загса осуществляется расторжение бра­ка по взаимному согласию супругов, не имеющих не­совершеннолетних детей, а также в некоторых других случаях, предусмотренных законом (ст. 38, 39 Кодекса о браке и семье РСФСР). Согласно законодательству о браке и семье, расторжение браков российских граж­дан с иностранными гражданами, а также браков иност­ранных граждан между собой в РФ производится по

303


российскому законодательству. Это означает, что указан­ные лица вправе расторгнуть брак как в суде, так и в органах загса (при наличии необходимых условий, уста­новленных законом). Российский суд рассматривает дела о расторжении брака нашего гражданина с иностран­цем и в тех случаях, когда оба супруга проживают за границей. Кроме того, в нашем суде возможно рассмот­рение дела о разводе супругов — российских граждан и в тех случаях, когда такие супруги проживают за границей.

Согласно ст. 163 Кодекса о браке и семье, «совет­ский гражданин, проживающий вне пределов СССР, вправе расторгнуть брак с проживающим вне пределов СССР супругом, независимо от его гражданства, в совет­ском суде».

Рассмотрение дел о расторжении брака при наличии иностранного элемента производится судами по тем же правилам, что и при расторжении браков между граж­данами, проживающими в РФ.

В исключительных случаях суды могут рассматри­вать дела и при отсутствии в судебном заседании одного из супругов. Так, по искам проживающих в РФ граж­дан наши суды рассматривают дела о расторжении брака, возбужденные против иностранцев, проживающих за границей. Дело может быть рассмотрено и в отсутст­вие ответчика-иностранца при условии, что будут обес­печены его процессуальные права. Ответчику направля­ются извещение о слушании дела и другие судебные документы. Это служит гарантией соблюдения прав иностранца, который может принять меры для защиты своих интересов.

При рассмотрении дел о расторжении брака суд применяет наше законодательство, если иное не вытекает из заключенных РФ с иностранными государствами международных договоров. Поскольку, кроме таких слу­чаев, предусмотренных международным договором, при­менение иностранного закона исключено, расторжение брака, произведенное в РФ, может быть не признано за рубежом. Российское семейное законодательство, в отли­чие от законодательства большинства иностранных госу­дарств, не содержит каких-либо специальных норм, которые бы предусматривали строго определенные пово­ды и основания для развода. Брак расторгается, если

304


судом будет установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи стали невозмож­ными.

Советская гражданка Б. предъявила иск в суд Московского района Киева к иранскому гражданину Эльнаши Абдул X. о растор­жении брака и взыскании алиментов на сына Юрия. Их брак был зарегистрирован в 1965 году. Сын родился в 1967 году. Семья сначала проживала в Киеве, потом в Иране. Б. по состоянию здо­ровья была вынуждена возвратиться в СССР, муж остался в Иране. Изучив материалы дела, суд установил, что фактически отношения были прекращены сторонами в 1971 году, общего хозяйства они не вели, к примирению не стремились, истица фактически создала но­вую семью, имеет второго ребенка. Возобновление брачных отноше­ний стало невозможным. Суд принял решение расторгнуть брак и взыскать с ответчика алименты на сына до достижения им совер­шеннолетия в размере '/4 части всех видов заработка.

Специальные правила о расторжении брака содержат­ся в договорах о правовой помощи, заключенных с Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Польшей и Чехо-Словакией. Эти договоры устанавливают: 1) развод про­изводится органами того государства, гражданами кото­рого являются супруги; 2) если супруги проживают в другой стране, то они могут обращаться в суд этой страны. Следовательно, граждане упомянутых стран мо­гут возбудить дело о разводе или в суде на своей родине, или в суде страны, где они проживают. Выбор зависит от их желания; 3) при расторжении брака применяется законодательство страны гражданства супругов; 4) в тех случаях, когда супруги не имеют общего гражданства и проживают на территории разных государств, дело о разводе может быть возбуждено в суде любого из дого­варивающихся государств, причем каждый суд будет при­менять законодательство своей страны.

Согласно многосторонней Конвенции о правовой по­мощи стран СНГ от 22 января 1993 г. по делам о растор­жении брака применяется законодательство страны, гражданами которой являются супруги в момент подачи заявления. При разном гражданстве применяется законо­дательство страны, учреждение которой рассматривает дело о расторжении брака.

Во многих договорах о правовой помощи, заключен­ных с другими странами, имеются. общие правила о признании судебных решений. Это означает, что при­знаются и решения по делам о расторжении брака.

2. Расторжение брака за границей. Вопрос о растор-

305


жении брака между супругами, один из которых являет­ся гражданином РФ, может возникнуть за границей. Это может иметь место в случаях, когда оба супруга постоянно проживают в одной стране или когда в стране, где возбуждено дело о разводе, проживает один из супругов. Интересный в этом отношении пример дала судебная практика ФРГ в отношении советских граж­дан.

Советская гражданка вступила в 1970 году в брак с гражда­нином Анголы во Львове (УССР). От этого брака родились двое детей. Начиная с 1972 года супруги проживали в ФРГ. В октяб­ре 1979 года мух переехал на жительство в Анголу. Жена осталась в ФРГ и возбудила иск о разводе; ответчик возражал против растор­жения брака и настаивал на том, чтобы на него была возложена забота о детях. Дело рассматривалось в нескольких судебных инстанциях. Определенную сложность вызвал вопрос о применении права. Это объяснялось тем, что последнее решение по делу было вынесено в январе 1984 года, то есть до принятия в июле 1986 года нового западно­германского закона о международном частном праве (см. гл. 2), изменившего Вводный закон к Германскому гражданскому уложе­нию (ГГУ). В суде nepaoft инстанции на основании ст. 17 Вводного закона к ГГУ к отношениям сторон было применено право Анголы как право страны гражданства мужа. При дальнейшем рассмотрении этого дела было признано, что ст. 17 противоречит ст.3 (абз. 2) Основ­ного закона (Конституции) ФРГ, устанавливающего равенство муж­чины и женщины. В решениях по делу были рассмотрены различные иные варианты применения права, в том числе советского как права страны гражданства истца и права ФРГ как права страны послед­него совместного места жительства супругов.

В случае, если расторжение брака между российским гражданином и иностранцем произведено за границей, возникает вопрос о признании действительности такого развода в РФ. Согласно ст. 16 Кодекса о браке и семье, расторжение браков между российскими и иностран­ными гражданами, совершенное вне пределов РФ по законам соответствующих государств, признается дейст­вительным в РФ, если в момент расторжения брака хотя бы один из супругов проживал вне пределов РФ.

На практике возник также вопрос о признании у нас совершенного за границей расторжения брака между рос­сийскими гражданами, проживающими за границей. Для таких граждан обращение в наш суд может быть связано с большими затруднениями. Поэтому от рос­сийских граждан, постоянно проживающих за границей, нельзя требовать, чтобы их развод был произведен толь­ко по правилам нашего законодательства. Достаточно,

306


чтобы развод был совершен в соответствии с законами страны их проживания. «Расторжение браков между советскими гражданами, совершенное вне пределов СССР по законам соответствующих государств, при­знается действительным в СССР, если оба супруга в момент расторжения брака проживали вне пределов СССР» (ст. 163 Кодекса).

В тех случаях, когда расторжение брака может быть по российскому законодательству произведено органами "загса (наличие согласия супругов при отсутствии не­совершеннолетних детей), за границей оно может быть произведено и консулом.

Ряд консульских конвенций, заключенных с иностран­ными государствами, предусматривает, что консулы мо­гут расторгать браки. Так, Консульская конвенция с США предусматривает право консулов производить рас­торжение браков при условии, что оба лица, расторгаю­щие брак, являются гражданами представляемого консу­лом государства.

Другие же консульские конвенции предусматривают лишь регистрацию совершенного в стране пребыва­ния консула расторжения брака, в частности произве­денного судом, и ведение учета таких разводов. Согласно ст. 19 Консульской конвенции с Финляндией, консулы имеют право вести учет совершенных согласно законода­тельству государства пребывания разводов, если по край­ней мере одно из лиц, расторгающих брак, является гражданином представляемого консулом государства.

Российский тражданин, проживающий вне пределов РФ, вправе расторгнуть брак с проживающим вне преде­лов РФ супругом независимо от его гражданства в нашем суде. Введение этого правила в наше законода­тельство объясняется рядом причин, в частности тем, что в некоторых странах иностранцы лишены права обращаться в суд с иском о расторжении брака.

Расторжение браков между иностранными гражда­нами, совершенное вне пределов РФ по законам соот­ветствующих государств, признается действительным в РФ. Документы, выданные иностранцам в удостоверение развода, совершенного по законам соответствующих го­сударств, признаются действительными в РФ.

В одних странах требуется, чтобы решение суда о расторжении брака было затем зарегистрировано в орга-

307


нах загса, в мэрии и т. д., и только после такой регистра­ции брак считается прекращенным и соответствующие лица вправе вступить в новый брак. По законодательству же большинства иностранных государств решение суда о расторжении брака является окончательным, и регист­рации расторжения брака в органах загса не требуется. В США, например, суд выдает свидетельство о разводе. Отсюда следует, что в случае расторжения брака в этих государствах при повторном вступлении в брак в российских органах загса от иностранных граждан не требуется свидетельство органов загса иностранных госу­дарств о расторжении брака.

До сих пор речь шла о признании в РФ самого факта расторжения брака, совершенного за границей по мест­ным законам. Однако такое признание расторжения брака не всегда автоматически влечет за собой призна­ние в РФ и последствий развода. Не могут, напри­мер, получить признания установленные в иностранном судебном решении такие последствия развода, как лишение стороны, «виновной» в расторжении брака, права вступления в новый брак, лишение ее права на воспитание детей и пр.

§ 4. ПРАВООТНОШЕНИЯ МЕЖДУ СУПРУГАМИ

К личным и имущественным отношениям проживаю­щих в РФ супругов применяются положения нашего законодательства. Из закрепленного в Конституции РФ принципа полного равноправия женщины и мужчины вытекает ряд правил, определяющих отношения между супругами: женщина, выйдя замуж, может оставить до­брачную фамилию, она сохраняет свое гражданство, пользуется полной свободой выбора занятий и профес­сий, полностью сохраняет свои имущественные права, существовавшие до брака, и приобретает в браке право на совместно нажитое имущество на началах совместной собственности супругов. Наш закон предусматривает, что порядок ведения общего хозяйства устанавливается по взаимному согласию супругов. Муж-иностранец в РФ не может претендовать на главенствующее положение при решении вопросов ведения семейного хозяйства. Согласно нашему праву, супруги свободны и при выборе

308


места жительства. Супруги могут как иметь совместное место жительства, так и проживать раздельно. Перемена места жительства одним из супругов не возлагает на другого супруга обязанности следовать за ним. Супруги обязаны оказывать друг другу материальную помощь. Нетрудоспособный нуждающийся супруг на основе наше­го закона имеет право на получение содержания от другого супруга, если последний в состоянии оказывать ему поддержку.

Специальные правила по этим вопросам содержатся в договорах о правовой помощи. Так, договоры, заклю­ченные с Венгрией, Болгарией и Польшей, устанав­ливают, что отношения супругов, являющихся гражда­нами одного государства и проживающих на территории другой страны, регулируются законами того государства, где они проживают. Эти договоры содержат также прави­ло о том, каким законом регулируются отношения супру­гов-иностранцев, если они проживают на территории разных государств. Например, если муж — гражданин ПР проживает в ПР, а жена — гражданка ПР прожи­вает в РФ, то их отношения будут регулироваться зако­ном страны их общего гражданства, то есть законом ПР.

Но может случиться, что муж и жена не имеют об­щего гражданства. Например, проживающая в РФ жена является гражданкой РФ, а живущий в ПР муж являет­ся гражданином ПР. На этот случай договоры уста­навливают правило, что личные и имущественные право­отношения таких супругов регулируются законом той страны, где они имели последнее совместное место жительства.

§ 5. ПРАВООТНОШЕНИЯ МЕЖДУ РОДИТЕЛЯМИ И ДЕТЬМИ

1. Гражданство детей. Правовое положение ребенка определяется его гражданством. Поэтому необходимо выяснить, как определяется в РФ гражданство детей.

Согласно ст. 25 Закона о гражданстве РФ, граж­данство детей в возрасте до 14 лет следует гражданству родителей. Гражданство детей в возрасте от 14 до 18 лет изменяется при наличии их согласия.

Гражданство детей не изменяется при изменении

309


гражданства родителей, лишенных родительских прав. На изменение гражданства детей не требуется согласие родителей, лишенных родительских прав.

Таким образом, в законодательстве РФ действует общепринятый принцип, в соответствии с которым граж­данство детей в возрасте до 14 лет автоматически сле­дует гражданству родителей. Подростки в возрасте от 14 до 18 лет дают согласие на изменение своего граж­данства в письменной форме. Этот документ должен быть нотариально удостоверен.

Если оба родителя или единственный родитель приоб^ ретают гражданство РФ или у них прекращается гражданство РФ, то соответственно изменяется храж-данство детей.

Если оба родителя или единственный родитель про­живающего на территории РФ ребенка, над которым установлены опека или попечительство граждан РФ, вы­ходят из гражданства РФ и при этом не участвуют в воспитании этого ребенка, то ребенок по заявлению родителей, опекуна или попечителя сохраняет граждан­ство РФ (ст. 26).

При изменении гражданства обоих родителей или единственного родителя (только матери или только отца) гражданство ребенка автоматически следует за граждан­ством родителей. При этом условие получения согласия подростка в возрасте от 14 до 18 лет сохраняет свою

силу.

Однако могут быть случаи, когда родители (или единственный родитель), выходя из российского граж­данства, не претендуют на своего ребенка, над которым установлены опека или попечительство. В таких случаях по заявлению родителей, опекуна или попечителя за ребенком сохраняется гражданство Российской Федера­ции.

Это не исключает, что в будущем ребенок поже­лает выехать к своим родителям и изменить гражданство.

Если гражданство РФ у одного из родителей прекра­щается, а другой остается гражданином РФ, то ребенок сохраняет гражданство РФ. По ходатайству родителя, гражданство которого прекращается, и с письменного согласия родителя, остающегося гражданином РФ, граж­данство РФ у ребенка прекращается при условии, что ему будет предоставлено иное гражданство (ст. 28).

310


I

Государство при прочих равных обстоятельствах за­щищает интерес того родителя, который остается в рос­сийском гражданстве. Такой подход изложен в ст. 28 за­кона, которая сохраняет гражданство ребенка за тем из родителей, который остается гражданином Российской Федерации. Если же родитель, остающийся в российском гражданстве, не возражает против того, чтобы ребенку было предоставлено гражданство другого родителя, он должен подтвердить свое решение письменно.

Ребенок, находящийся на территории РФ, оба роди­теля которого неизвестны, является гражданином РФ.

2. Установление отцовства в РФ независимо от граж­данства родителей и ребенка и их места жительства производится по нашему законодательству.

В тех случаях, когда по российскому законода­тельству допускается установление отцовства в органах записи актов гражданского состояния, проживающие вне пределов РФ родители ребенка, из которых хотя бы один является гражданином РФ, вправе обращаться с заявлениями об установлении отцовства в консульские учреждения РФ (ст. 34 Основ законодательства о браке и семье). Нормы об установлении отцовства есть и в договорах о правовой помощи. Так, согласно ст. 32 дого­вора с ПР по делам об установлении или оспариваний отцовства, применяется законодательство страны, граж­данином которой является ребенок по рождению.

3. Правоотношения между родителями и детьми. Взаимоотношения родителей и детей, находящихся в РФ, независимо от того, является ли ребенок гражданином РФ или иностранцем, регулируются в полном объеме российским правом. В отношении родителей-иностранцев или детей-иностранцев никаких изъятий из общего по­рядка не делается. Родители обязаны заботиться о воспитании детей, а дети обязаны заботиться о родите­лях и оказывать им помощь. Родительские права долж­ны осуществляться исключительно в интересах детей.

Российский закон дает родителям право в судебном порядке требовать возврата детей от любого лица, удер­живающего их у себя не на основании законов и поста­новления суда. Родители-иностранцы также пользуются этим правом.

Родители обязаны содержать своих несовершеннолет­них, а также нуждающихся нетрудоспособных детей.

311


В случае распада семьи на ребенка выплачиваются алименты в соответствии с российским законодательст­вом. Однако при выезде из РФ лица, обязанного выпла­чивать алименты на ребенка, находящегося в РФ, при отсутствии международного договора могут возникнуть трудности.

Так, по решению российского суда с Ф. взыскивали алименты на содержание сына. После выезда Ф. на постоянное жительство » ФРГ суд этой страны отказал в исполнении решения, сославшись на отсутствие взаимной договоренности.

Обязанность выплаты алиментов возникает и по отно­шению к ребенку-иностранцу, проживающему не в Рос­сии. Коллизионных норм, определяющих применение права к алиментным обязательствам, в нашем законо­дательстве нет. Однако в литературе был сделан вывод о применении в этих случаях российского закона. Таким образом решаются эти вопросы и на практике.

Вопрос о законе, которым должны регулироваться правротношения между родителями и детьми, решен в договорах о правовой помощи, заключенных с Болга­рией, Венгрией, СРВ, КНДР, Румынией и Польшей. Эти договоры устанавливают, что правоотношения между родителями и детьми определяются законом того госу­дарства, на территории которого родители и дети имеют совместное место жительства.

Однако если место жительства родителей или одного из них находится на территории одного договариваю­щегося государства, а место жительства ребенка — на территории другого, то правоотношения между родите­лями и детьми регулируются законом того государства, гражданином которого является ребенок. Если, напри­мер, отец — российский гражданин проживает в РФ, а ребенок — российский гражданин живет в ПР, то обязан­ности отца, включая обязанность выплачивать алименты, определяются российским правом. В целях большей га­рантии обеспечения интересов детей в договорах с Венг­рией, Болгарией и Польшей есть правило, позволяющее применить закон страны места жительства ребенка, если законодательство этой страны является для него более благоприятным. Договор с СРВ предусматривает по де­лам о взыскании алиментов с родителей в пользу детей и с совершеннолетних детей в пользу родителей приме­нение законодательства страны, на территории которой

312


имеет место жительства лицо, претендующее на получе­ние алиментов.

Таким образом, российская гражданка может обра­титься в наш суд с иском о взыскании алиментов на содержание ребенка, если отец ребенка — иностранный гражданин проживает в РФ или в стране, с которой имеется договор о правовой помощи, предусматриваю­щий взаимное исполнение судебных решений. Более сложное положение возникает в тех случаях, когда отец ребенка проживает в стране, с которой такого договора нет (см. гл. 17). В соответствии с постановлением № 67 Совета Министров СССР от 25 января 1989 г. была установлена выплата временных пособий на каждого ребенка, если лицо, обязанное к уплате алиментов, по­стоянно проживает на территории иностранного государ­ства, с которым у СССР отсутствует договор о правовой помощи.

Правоотношения между ребенком, родившимся от лиц, не состоящих в зарегистрированном браке, и его матерью и отцом определяются законодательством той договаривающейся стороны, гражданином которой явля­ется ребенок.

§ 6. УСЫНОВЛЕНИЕ

Согласно Конвенции о правах ребенка 1989 года, «Государства-участники, которые признали и/или разре­шают существование системы усыновления, обеспечи­вают, чтобы наилучшие интересы ребенка учитывались в первостепенном порядке, и они:

a) обеспечивают, чтобы усыновление ребенка разре­шалось только компетентными властями, которые опре­деляют в соответствии с применимыми законом и про­цедурами и на основе всей относящейся к делу и досто­верной информации, что усыновление допустимо ввиду статуса ребенка относительно родителей, родственников и законных опекунов и что, если требуется, заинтересо­ванные лица дали свое осознанное согласие на усыновле­ние на основе такой консультации, которая может быть необходимой;

b) признают, что усыновление в другой стране может рассматриваться в качестве альтернативного способа

313


ухода за ребенком, если ребенок не может быть передан на воспитание или помещен в семью, которая могла бы обеспечить его воспитание или усыновление, и если обес­печение какого-либо подходящего ухода в стране проис­хождения ребенка является невозможным;

c) обеспечивают, чтобы в случае усыновления ребен­ка в другой стране применялись такие же гарантии и нормы, которые применяются в отношении усыновления внутри страны;

d) принимают все необходимые меры с целью обеспе­чения того, чтобы в случае усыновления в другой стране устройство ребенка не приводило к получению неоправ­данных финансовых выгод, связанных с этими лицами (ст. 21)».

Статья 165 Кодекса о браке и семье допускает усыновление в РФ иностранными гражданами детей, являющихся как российскими гражданами, так и ино­странными, проживающими в РФ. Такое усыновление производится по российскому законодательству. Пра­вила усыновления детей — российских граждан иност­ранцами на территории РФ устанавливаются законода­тельством республик.

Усыновление детей, являющихся гражданами Россий­ской Федерации, иностранными гражданами на террито­рии Российской Федерации производится в порядке, установленном Кодексом о браке и семье, при условии получения на это усыновление разрешения соответствен­но высшего исполнительного органа власти республики в составе Российской Федерации, автономной области, автономного округа, администрации края, области, горо­дов Москвы и Санкт-Петербурга.

Усыновление детей, являющихся гражданами Рос­сийской Федерации и проживающих вне пределов Рос­сийской Федерации, производится в консульском учреж­дении Российской Федерации. При этом, если усыно­вители не являются гражданами Российской Федерации, для усыновления детей, являющихся гражданами Рос­сийской Федерации, необходимо получить разрешение федерального органа исполнительной власти, занимаю­щегося вопросами опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних, а в отношении несовершеннолет­них, проживавших ранее на территориях республик в составе Российской Федерации,— республиканских ор-314


ганов исполнительной власти, занимающихся вопросами опеки и попечительства в отношении несовершеннолет­них.

Действительным признается также усыновление де­тей, являющихся гражданами Российской Федерации, произведенное в соответствующих органах государства, на территории которого проживают дети, при условии предварительного получения на это усыновление разре­шения федерального органа исполнительной власти, за­нимающегося вопросами опеки и попечительства в отно­шении несовершеннолетних, а в отношении несовер­шеннолетних, проживавших ранее на территориях рес­публик в составе Российской Федерации,— республикан­ских органов исполнительной власти, занимающихся вопросами опеки и попечительства в отношении несовер­шеннолетних.

Посредническая деятельность негосударственных организаций и частных лиц по содействию в усыновле­нии детей не допускается, за исключением организаций иностранных государств, уполномоченных соответствую­щими органами этих государств и аккредитованных федеральным органом исполнительной власти, зани­мающимся вопросами опеки и попечительства в отно­шении несовершеннолетних. Порядок аккредитации оп­ределяется Советом Министров — Правительством Рос­сийской Федерации (ст. 1б51 Кодекса о браке и се­мье) .

Были установлены определенные гарантии обеспе­чения в случаях усыновления интересов ребенка. Соглас­но ст. 165 , ребенок, являющийся гражданином Россий­ской Федерации, может быть усыновлен иностранным гражданином в случае, если по законодательству при­нимающего государства он будет признан в качестве законного члена семьи усыновителя и пользоваться равными с другими членами его семьи правами, а также при условии, что законодательство принимающего госу­дарства гарантирует этому ребенку предоставление прав в не меньшем объеме, чем законодательство Российской Федерации.

Усыновитель должен представить документы, свиде­тельствующие о его праве на усыновление в соответствии с законодательством государства, гражданином которого он является.

315


В этот кодекс в 1993 году были внесены изменения и дополнения, направленные на ограничение случаев усы­новления российских детей иностранными гражданами. Это было вызвано следующими обстоятельствами: если осенью 1991 года иностранными гражданами было усы­новлено лишь несколько российских детей, то на 1 ноября 1992 г. эта цифра уже выросла до 600 детей. При этом зачастую нарушаются положения Конвенции ООН по правам ребенка, преследуется коммерческая выгода, фальсифицируются диагнозы болезней.

Согласно ст. 165 Кодекса о браке и семье РСФСР (в редакции Закона 1993 г.), усыновление детей, являю­щихся гражданами РФ, иностранными гражданами на территории России может производиться только в Случаях, если этих детей не представилось возможным передать на усыновление, под опеку или попечительство лицам, состоящим с ними в родственных отношениях, независимо от гражданства указанных лиц, или граж­данам Российской Федерации.

При решении вопроса об усыновлении органы опеки и попечительства учитывают этническое происхождение ребенка, его религиозную и культурную принадлеж­ность, родной язык, возможность обеспечения преемст­венности воспитания.

Усыновление детей, являющихся гражданами Рос­сийской Федерации, иностранными гражданами на тер­ритории Российской Федерации производится в соответ­ствии с законодательством Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации, если иное не предусмотрено международными договорами Россий­ской Федерации.

Усыновление российского гражданина за границей производится консулом по российским законам.

В связи с этим возникает вопрос о том, в каких слу­чаях усыновление, произведенное за границей в соответ­ствии с действующими там законами, может быть при­знано в РФ.

Усыновление ребенка — российского гражданина, проживающего за границей, которое произведено в ор­ганах государства, на территории которого проживает ребенок, признается действительным в РФ при условии, что было предварительно получено разрешение на такое усыновление от уполномоченного на то органа. Таким

316


образом, для признания усыновления необходимо соблю­дение разрешительного порядка, установленного для случаев усыновления российских детей иностранцами.

В отношениях между другими странами действуют следующие правила договоров о правовой помощи:

1) усыновление или его отмена производятся по зако­нам того государства, гражданином которого является усыновитель; 2) дела об усыновлении относятся к юрис­дикции органов государства, гражданином которого явля­ется усыновитель; 3) при разном гражданстве усынови­теля и усыновляемого необходимо получить разрешение компетентного органа государства, гражданином которо­го является усыновляемый.

Согласно консульским конвенциям с некоторыми государствами (например, с Болгарией), консул имеет право оформлять усыновление в соответствии с законо­дательством представляемого государства и договором о правовой помощи. По другим конвенциям (например, с Австрией) предусмотрено, что консулы имеют право производить усыновление, когда усыновитель и усынов­ляемый являются гражданами государства, назначивше­го консула. Действительность такого акта усыновления, совершенного в стране пребывания консула, будет опре­деляться исключительно законами этой страны.

§ 7. ОПЕКА И ПОПЕЧИТЕЛЬСТВО

Если в России проживает душевнобольной или сла­боумный иностранец, который не может понимать значе­ния своих действий или руководить ими, или же мало­летний иностранец (т. е. не достигший 15 лет), не имею­щий законных представителей, которые защищали бы его интересы, то над таким лицом может быть установлена опека. Попечительство учреждается над лицами, которые не могут сами защищать свои права. Опека и попечи­тельство над российскими гражданами, проживающими в РФ, устанавливаются российскими органами по рос­сийскому законодательству (ст. 166 Кодекса о браке и семье).

За границей опека и попечительство над российскими гражданами могут быть установлены консулом. Соглас­но ст. 33 Консульского устава СССР, «консул принимает

317


меры к установлению опеки и попечительства над находя­щимися в его консульском округе несовершеннолетними гражданами СССР, которые остались без родительского попечения.

Консул принимает меры к установлению опеки и по­печительства также над совершеннолетними гражданами СССР, которые по состоянию здоровья не могут само­стоятельно осуществлять свои права и выполнять своя обязанности».

Опека (попечительство) над российскими граждана­ми, проживающими вне пределов РФ, устанавливается по российскому законодательству. Когда же опека (попечительство) установлена над российским граждани­ном, проживающим вне пределов РФ, по законам соот­ветствующего государства, она признается действитель­ной в РФ, если против установления опеки (попечи­тельства) или против ее признания не было возражений консульского учреждения РФ.

Опека (попечительство), установленная над иност­ранными гражданами вне пределов РФ по законам соответствующих государств, признается действительной в РФ Приведенные выше правила содержатся также в ст. 166 Кодекса о браке и семье.

Консульские конвенции, заключенные СССР (РФ), предусматривают осуществление консулами соответст­вующих функций в области опеки и попечительства. Согласно одним конвенциям (например, с США, Вели­кобританией, Финляндией), консулы могут предлагать судам или другим компетентным властям страны своего пребывания лиц для назначения в качестве опекунов или попечителей для граждан государства, назначившего консула. Согласно консульской конвенции СССР с КНР, консул рекомендует такое лицо в соответствии с законо­дательством страны своего пребывания. В других кон­сульских конвенциях (например, с СРВ) предусматри­вается, что консулы могут назначать опекунов и попечи­телей для граждан государства, назначившего консула, а также имеют право наблюдать за действиями опеку­нов и попечителей.

Более подробные правила, связанные с установлением опеки и попечительства, имеются в договорах о правовой помощи, заключенных с рядом стран. Эти договоры устанавливают следующие правила: 1) по делам опеки

318


и попечительства компетентные учреждения того госу­дарства, гражданином которого является лицо, находя­щееся под опекой или попечительством; 2) при установ­лении опеки и попечительства применяются законы государства, гражданином которого является лицо, которое должно быть взято под опеку или над которым должно быть установлено попечительство; 3) если это лицо проживает на территории другого государства, то осуществление опеки или попечительства может быть передано органом страны его гражданства органу страны его проживания.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какое право применяется при заключении браков российских граждан с иностранцами в РФ?

2. Что понимается под консульскими браками?

3. Какие правила, касающиеся расторжения браков, установлены в договорах о правовой помощи, заключен­ных РФ с другими странами?

4. Признается ли в РФ расторжение брака, совершен­ного за рубежом?

5. Право какой страны применяется к отношениям родителей и детей?

6. В каком порядке осуществляется усыновление ребенка — российского гражданина, проживающего за границей?


ГЛАВА 15

НАСЛЕДСТВЕННОЕ ПРАВО

§ 1. Коллизии законодательства в области наследования. § 2. Наслед­ственные права иностранцев в РФ. § 3. Наследственные права российских граждан за границей

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С; Крылов С Б. Международное частное право. С. 173—187; Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 410—440; Лунц Л. А., Марышева И. И; Сади­ков О. Н. Международное частное право.— С. 240—247; Рубанов А. А. Наследование в международном частном праве (отношения СССР с капиталистическими странами).— М., 1966; Рубанов А. А. Насле­дование в международном частном праве (отношения между социа­листическими странами).— М., 1972; Рубанов А. А. Заграничные на­следства (отношения между социалистическими и капиталистически­ми странами).— М., 1975.

§ 1. КОЛЛИЗИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В ОБЛАСТИ НАСЛЕДОВАНИЯ

Число наследственных дел с иностранным элементом во второй половине XX века все время увеличивалось, что явилось косвенным последствием миграции населе­ния во всем мире в конце прошлого и начале нынешнего века. Так, из Европы в период 1901—1910 годов выехало 12377 тыс., а в период 1911—1920 годов — 8852 тыс. человек.

Переселенцы часто связаны родственными отноше­ниями с отдельными гражданами страны своего проис­хождения, что и служит основой для возникновения дел о наследовании. Таким образом, наследственные

320


дела с иностранным элементом — это неизбежное след­ствие перемещения населения.

Разнообразие практики в этой области и сложности, возникающие при разрешении конкретных наследствен­ных дел, объясняются значительными различиями, кото­рые есть во внутреннем законодательстве в области наследственного права. Это проявляется в том, что в разных странах неодинаково определяется круг наслед­ников по закону и по завещанию; устанавливаются различные требования, предъявляемые к форме завеща­ния; существуют различные системы распределения на­следственного имущества и т. д.

При наследовании по закону в самом законе кон­кретно предусматривается, кто является наследником и в какой очередности призывается к получению наследст­венного имущества.

Так, наследниками первой очереди в России являют­ся дети, переживший супруг и родители умершего. К категории наследников второй очереди относятся братья и сестры умершего. Сначала призываются к наследованию наследники первой очереди. Если таких нет, то призываются наследники второй очереди. К числу наследников по закону относятся также нетрудоспособ­ные лица, состоявшие на иждивении умершего не менее одного года до его смерти. Эти наследники наследуют наравне с наследниками той очереди, которая призывает­ся к наследованию.

В других странах круг наследников может быть более широким (например, наследником признается племянник умершего) или более узким, может не быть деления наследников на очереди и т. д.

Точно так же обстоит дело и с наследованием по завещанию. В большинстве стран завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено в определенном порядке, например у нотариуса. В неко­торых же странах допускается составление завещания в так называемой олографической форме, то есть напи­санным собственноручно наследодателем, и не требуется, чтобы оно было удостоверено. По законам одних госу­дарств нельзя в завещании ограничить права какой-либо категории наследников. В других же странах в завещании может быть установлен ряд условий наслед­никам для получения наследства.


11 Зак. № 239

321


В практике Инюрколлегии, например, был случай, когда англий­ская гражданка составила в Англии завещание, по которому она завещала имущество своей сестре — советской гражданке, проживаю­щей в Москве, при условии, что наследница приедет в Лондон не позднее чем через десять лет после ее смерти. Как понять это условие: обязана ли она для получения наследства приехать в Англию на постоянное жительство, как утверждали английские юристы, или должна просто приехать в Англию на непродолжительный срок, чтобы получить там наследственное имущество? Это дело было предметом разбирательства в суде, который решил, что в завещании не имелось в виду, чтобы наследница вообще переехала на жительство в Англию, а имелся в виду только ее приезд в Англию для получения имущества.

При решении подобных проблем прежде всего возни­кают вопросы о праве, подлежащем применению: следует ли применять закон места нахождения имущества или закон места составления завещания и т. д. Законода­тельство и практика государств решают эти вопросы различно. В Великобритании и США проводится разгра­ничение между наследованием недвижимого имущества и наследованием движимого имущества. К наследованию недвижимого имущества применяется закон места на­хождения недвижимости, а к наследованию движимого имущества — закон последнего домицилия наследодате-ля, то есть закон его местожительства. Согласно пра­вилам французского гражданского кодекса, находящи­еся во Франции недвижимости подчинены французско­му закону, то есть закону страны их места нахождения. Что же касается движимостей, то в отношении их в судебной практике применяется обычно личный закон наследодателя, под которым понимается закон доми­цилия.

В ФРГ, в отличие от системы, принятой в Велико­британии, США и Франции, исходным является прин­цип единства наследственного имущества. И к движимо­му, и к недвижимому имуществу применяется закон гражданства наследодателя.

Из принципа единства наследственного имущества, к которому подлежит применению закон гражданства наследодателя, исходят Закон о международном частном праве Венгрии 1979 года, Закон о международном част­ном праве Польши 1965 года, Закон о международном частном праве и процессе Чехо-Словакии 1963 года. В КНР в отношении движимого имущества должен при­меняться закон места проживания наследодателя в мо-

322


мент его смерти, а в отношении недвижимого иму­щества — закон места нахождения имущества (ст. 149 Общих положений гражданского права КНР 1986 г.).

Коллизионные вопросы наследования регулируются обычно внутренним законодательством государств. Мно­госторонние соглашения в этой области есть лишь по отдельным вопросам. Таким соглашением является Кон­венция о коллизии законов в отношении форм завеща­ния от 5 октября 1961 г. На дипломатической кон­ференции в Вашингтоне 26 октября 1973 г. была приня­та многосторонняя Конвенция о форме международного завещания. Вопросы наследования регулируются также в двусторонних договорах о правовой помощи по граж­данским, семейным и уголовным делам и в многосто­ронней Конвенции стран СНГ о правовой помощи от 22 января 1993 г.

§2. НАСЛЕДСТВЕННЫЕ ПРАВА ИНОСТРАНЦЕВ В РФ

1. В России, как отмечалось выше (см. гл. 4), ино­странцам в области гражданского права предоставляются одинаковые права с российскими гражданами. Согласно ст. 12 Закона о правовом положении иностранных граждан в СССР 1981 года, иностранные граждане могут в соответствии с нашим законодательством наследовать и завещать имущество. Поэтому они могут быть наслед­никами на равных основаниях с российскими гражда­нами. Так, если в РФ откроется наследство после смерти российского гоажданина и в круг его наследников вхо­дит иностранец, то по российскому праву он является наследником на равных основаниях с российским гражданином.

В отношении наследования иностранцами в РФ ника­ких ограничений не установлено; им предоставляется в области наследования национальный режим независимо от того, проживают они в РФ или нет. Предоставляя иностранцам национальный режим в области наследова­ния, наше право не ставит условия о взаимности.

В СССР скончалась детская писательница Граббе. В состав наследства кроме имущества входили также права на получение авторских гонораров после смерти писательницы. Никакого завещания


II*

323


она не оставила. Наследником была признана ее сестра — гражданка Финляндии. В другом случае (дело о наследстве бывшего чемпиона мира по шахматам Хосе Рауля Капабланки) было признано право наследования на его денежный вклад в Москве, и соответствующие суммы были переведены в США вдове Капабланки на основании представленных наследницей полномочий администратора наследства (letters of administration), выданных в октябре 1944 года судом в Нью-Йорке.

Из этого принципа исходят и договоры о правовой помощи, предусматривающие, что граждане одной стра­ны в отношении наследования полностью приравнивают­ся к гражданам другой страны. В этих договорах идет речь о признании за иностранцами способности насле­довать по закону и по завещанию наравне с собственны­ми гражданами, переходе наследственного имущества к наследникам-иностранцам на таких же условиях, что и к собственным гражданам в отношении способности к составлению и отмене завещания на имущество, находящееся на территории соответствующей страны.

В отношении налогообложения в области наследо­вания на иностранцев распространяется тот же режим, что установлен в отношении отечественных граждан. Это означает, что доходы в денежной и натуральной форме, полученные наследником от физических лиц, за исключением авторских вознаграждений, налогообложе­нию не подлежат. За строение, помещение и сооружение, перешедшие по наследству, налога взимаются с наслед­ников с момента открытия наследства. Налогообложе­нию в соответствии с Законом о налоге с имущества, переходящего в порядке наследования или дарения, от 12 декабря 1991 г. подлежат жилые дома, квартиры, дачи, предметы антиквариата и искусства, ювелирные изделия, валютные ценности, ценные бумага и иное иму­щество. Во многих иностранных государствах налого­обложение доходит до 80%, возрастающее иногда прямо пропорционально степени родства наследников.

Наследственные суммы, причитающиеся иностран­цам, переводятся из РФ за границу беспрепятствен­но, но при наличии взаимности в отношении переводов со стороны соответствующего иностранного государст­ва.

По данным Инюрколлегии, в 1991 году такая вза­имность не существовала в отношении переводов, в част­ности, в Турцию, Грецию, Иран, ЮАР.

324


Наследственные суммы, причитающиеся иностран­цам, переводятся из РФ за границу беспрепятствен­но, но при наличии взаимности в отношении перево­дов со стороны соответствующего иностранного госу­дарства.

2. В соответствии со ст. 567 Гражданского кодекса РСФСР отношения по наследованию определяются по закону той страны, где наследодатель имел послед­нее постоянное место жительства. Таким образом, в области наследования как коллизионный принцип при­меняется закон страны места жительства наследода-теля. Если наследодатель имел последнее постоянное место жительства в РФ, то должно применяться российское законодательство. Этим законодательством будут определяться круг наследников, порядок, в кото­ром они призываются к наследованию, доли их в наслед­ственном имуществе и целый ряд других вопросов насле­дования. Если последним постоянным местом жительства наследодателя было иностранное государство, то будет применяться законодательство этого государства.

Понятие места жительства лица дается в ст. 17 ГК РСФСР. Согласно этой статье, местом жительства признается то место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. В отечественной литерату­ре отмечалось, что для определения домицилия насле­додателя в той или иной из зарубежных стран придет­ся положить в основу более или менее общепринятую в международном обороте концепцию домицилия.

Право на наследование строений, находящихся в РФ, всегда определяется по российскому закону (ст. 567 Гражданского кодекса).

В отношении наследования по завещанию эта статья предусматривает, что «способность лица к составлению и отмене завещания, а также форма завещания и акта его отмены определяются по закону той страны, где за­вещатель имел постоянное место жительства в момент составления акта. Однако завещание или его отмена не могут быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если последняя удовлетворяет требованиям закона места составления акта или требо­ваниям советского закона». Таким образом, при опреде­лении формы завещания принцип места жительства является основным, остальные принципы — дополни-

325


тельными, а в отношении способности составления завещания за основу принят только один принцип — принцип места жительства.

В то же время в случае завещания строений, находящихся в РФ, предусматривается применение рос­сийского закона как при определении способности лица к составлению или отмене завещания, так и в отношении формы завещания.

Российское законодательство устанавливает специ­альный порядок для принятия наследства отсутствующим наследником, то есть наследником, который не прожива­ет в том месте, где жил наследодатель. Иностранец-наследник обычно принадлежит к категории отсутствую­щих наследников, поскольку он в большинстве случаев проживает вне РФ.

Согласно соответствующим статьям Гражданского кодекса, наследники, отсутствующие в месте нахождения наследства, MOiyr принять наследственное имущество лично или через поверенных в течение 6 месяцев со дня открытия наследства. Для этого наследник лично или через назначенного им представителя подает спе­циальное заявление в нотариальную контору по месту последнего жительства наследодателя, а если оно неиз­вестно — по месту нахождения наследственного имуще­ства. Шестимесячный срок начинает течь со дня смерти наследодателя. Срок для принятия наследства может быть продлен по заявлению заинтересованных лиц в исключительных случаях (продолжительная болезнь и др.). В судебной практике срок для принятия наслед­ства иностранцами продлевался на тех же общих основа­ниях, что и для российских граждан, а не в силу постоянного проживания наследника за границей или самого факта иностранного гражданства наследника.

Специальные постановления- об исчислении срока для принятия наследства содержатся в договорах о правовой помощи с Болгарией, Венгрией и Польшей. Как предусматривается в этих договорах, в тех случаях, когда наследодатели являлись гражданами соответствую­щих договаривающихся государств и умерли на террито­рии другого государства, срок для принятия наследст­ва будет исчисляться со дня уведомления дипломати­ческого или консульского представителя о смерти на­следодателя.

326


Большое практическое значение имеет определение того, в компетенцию органов какой страны входит про­изводство по делам о наследовании. Обычно в договорах о правовой помощи предусматривается, что производст­во дел о наследовании движимого имущества ведут учреждения юстиции страны, на территории которой наследодатель имел последнее постоянное место жи­тельства, а производство дел о наследовании недвижи­мого имущества — учреждения юстиции страны, на тер­ритории которой оно находится.

Приведем пример из практики. Наследодатель — гражданин Югославии постоянно проживал в СССР, имел здесь жилой дом и автомашину, а в Югославии — участок земли и вклад в банке. В соответствии со ст. 38 и 39 договора о правовой помощи между СССР и Югославией в данном случае компетенция по отношению к имуществу, находящемуся на российской территории, будет раздельной, а именно: в отношении жилого дома вопрос о наследовании будет решаться нотариальной конторой РФ по российскому законодательству, а вопрос об автомашине будут решать компетентные органы Югославии по законодательству этой страны. Они же будут решать вопрос об участке зел» 'и и вкладе в банке.

В отдельных договорах содержатся некоторые осо­бые правила о распределении указанной компетенции. Так, по договору о правовой помощи с Болгарией при согласии всех наследников производство по делу о насле­довании движимого имущества, оставшегося в РФ после смерти гражданина Болгарии, может вестись в россий­ской нотариальной конторе.

Согласно многосторонней конвенции о правовой по­мощи стран СНГ от 22 января 1993 г., право наследова­ния недвижимого имущества определяется по законода­тельству государства, на территории которого находится это имущество, а право наследования иного имущества — по закону государства, на территории которого наследо­датель имел последнее место жительства.

§ 3. НАСЛЕДСТВЕННЫЕ ПРАВА РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН ЗА ГРАНИЦЕЙ

1. Наследование после смерти российского гражда­нина. За границей могут возникать отношения по наследованию после смерти гражданина РФ в иностран­ном государстве, когда наследодателем был российский

327


гражданин. Во всех случаях наследование с иностранным элементом будет определяться правом, подлежащим при­менению либо в силу коллизионных норм внутреннего законодательства того или иного государства (см. § 1), либо в силу правил международного соглашения.

В договорах о правовой помощи, заключенных с дру-гами странами, установлено, что право наследования движимого имущества ретулируется законодательством той договаривающейся стороны, гражданином которой был наследодатель в момент своей смерти, а право насле­дования недвижимого имущества — законодательством той стороны, на территории которой находится имущест­во. В договоре с Чехословакией (1982 г.) право насле­дования движимого имущества определяется по закону страны, на территории которой наследодатель имел по­следнее постояное место жительства.

Таким образом, по договорам о правовой помощи в отношении недвижимого имущества применяется закон места нахождения имущества, в отношении движимого имущества — закон гражданства наследодателя (или за­кон места жительства наследодателя). Если, например, российский гражданин умер на территории иностран­ного государства, то его движимое имущество, как пра­вило, передается консулу РФ по его требованию, для того чтобы он мог с ним поступить по законам своей страны. Договоры тем самым устанавливают как бы расщепление режима имущества, то есть в зависимости от категории имущества используются разные принципы применения права. Из этого же принципа разделения движимого и недвижимого имущества исходит консуль­ская конвенция с СРВ, а также ряд других консульских конвенций, заключенных с другими странами.

Под недвижимым имуществом по российскому зако­ну могут пониматься только строения, поскольку земля в РФ не является объектом права собственности граж­дан. В других же государствах недвижимым имуществом могут быть и земельные участки. Движимое имущест­во — это вещи, денежные суммы и другое имущество. По договорам с Вьетнамом и Чехо-Словакией этот вопрос решается по закону страны места нахождения такого имущества.

Правила о применении тех или-иных правовых норм страны, на территории которой находится имущество, к

328


отношениям по наследованию есть в договорах, заклю­ченных с другами государствами. Так, консульские дого­воры с Австрией, Финляндией и ФРГ устанавливают, что при наследовании недвижимого имущества приме­няется закон того государства, где оно находится. Кроме того, в договорах с Австрией и Финляндией предусмотрено, что закон места нахождения может быть применен и при наследовании движимого имущества, если об этом просят наследники.

Как отмечалось выше, договоры о правовой помощи обычно устанавливают, что производство по делам о наследовании движимого имущества осуществляют орга­ны того государства, гражданином которого был насле­додатель, а относительно недвижимого — органы стра­ны, на территории которой это имущество находится (правила о компетенции органов).

Согласно договорам о правовой помощи, способность лица составлять или отменять завещание определяется законодательством страны гражданства наследодателя. Форма завещания также определяется этим законода­тельством. Однако для действительности завещания до­статочно, если оно будет соответствовать законода­тельству той страны, на территории которой составля­ется.

По договору о правовой помощи между СССР и Гре­цией предусмотрено, что завещание признается действи-"тельным с точки зрения формы, если при его составле­нии было соблюдено: 1) законодательство страны, на территории которой .оно было составлено; 2) или законо­дательство страны, гражданином которой был наследо­датель в момент составления завещания либо в момент своей смерти; 3) или законодательство страны, на тер­ритории которой наследодатель имел в один из указан­ных выше моментов место жительства. Относительно недвижимого имущества требуется, чтобы было соблюде­но законодательство страны, на территории которой оно находится.

Статья 34 Консульского устава СССР предусматри­вает, что консул принимает меры к охране оставшегося после смерти российского гражданина его заграничного имущества. Последующие действия консула в отношении наследственной массы такого имущества определяются соответствующим соглашением РФ с государством пре-

329


бывания консула или практикой, установившейся во взаимоотношениях РФ с этой страной. Если вся наслед­ственная масса или часть ее в соответствии с соглашени­ем или установившейся практикой передаются консулу, с тем чтобы он поступил с ней согласно законам его страны, то при распоряжении имуществом он руковод­ствуется действующим российским законодательством. Консульские конвенции, заключенные с другими страна­ми, предусматривают обычно, что консул должен уведом­ляться о смерти гражданина своей страны. Тогда же ему и сообщают сведения о наследственном имуществе. В случае смерти гражданина на территории консуль­ского округа, если он находился там временно, консулу передаются деньга и вещи, которые умерший имел при себе.

Согласно консульской конвенции, заключенной с КНР, в случае смерти гражданина представляемого госу­дарства, временно находящегося в государстве пребыва­ния, а также если у умершего отсутствуют родствен­ники или его представители в государстве пребывания и к тому же оставленные умершим вещи не связаны с обязательствами, которые он взял на себя во время нахождения в государстве пребывания, консул имеет пра­во получать, сохранять и передавать по назначению эти вещи.

Консульская конвенция, заключенная с США, пре­дусматривает, в частности, что консул имеет право принимать временную опеку над собственностью, остав­ленной умершим гражданином представляемого государ­ства, если умерший не оставил ни наследника, ни испол­нителя завещания, при условии, что такая временная опека должна быть передана должным образом назна­ченному администратору (ст. 10).

2. Права российских граждан как наследников за границей. Российские граждане име.ют право на получе­ние наследственного имущества, если наследование от­крылось за рубежом. Права наследования, возникшие на основании соответствующих иностранных законов, полностью признаются в РФ. В практике в последние годы было большое число случаев, когда наши 1раждане признавались наследниками по праву того государства, которое применялось к наследованию. Например, граж­данка Попова была признана наследницей по закону пос-

330


ле смерти вдовствующей принцессы княжества Капур-тала (Индия), умершей в Америке, поскольку она оказа­лась сестрой наследницы — русской по национальности, в свое время эмигрировавшей из России. Право россий­ского гражданина быть наследником определенной оче­реди (при наследовании по закону) и получить соот­ветствующую долю в наследованном имуществе по пра­вилам иностранной правовой системы не зависит и не может зависеть от того, как этот вопрос решается в российском законе. В ряде случаев имущество завеща­лось нашим гражданам и организациям различными лицами, проживающими за рубежом. Например, граж­данка США Г. Роджерс завещала свое имущество советским космонавтам Юрию Гагарину и Герману Ти­тову.

Российское законодательство не устанавливает каких-либо ограничений в отношении получения российскими гражданами наследственных сумм из-за границы.

В период разгара «холодной войны» в Калифорнии, Неваде, Айове и некоторых других штатах США были приняты законы, в силу которых право наследования находящегося в США имущества признается за прожи­вающими за границей иностранцами лишь при условии взаимности. В ряде штатов практика применения этих законов пошла по пути применения принципа матери­альной взаимности.

Законы штатов Нью-Джерси, Нью-Йорк, Массачусетс и др. «о выгоде, пользовании и контроле» предоставили судам право отказывать в разрешении на выплату нахо­дящимся за рубежом наследникам и помещать их в депо­зит суда, если суд придет к заключению, что зарубеж­ный наследник не получит от наследства «выгоды или пользы» или «не приобретет контроля» в отношении наследства. Применение этих и подобных им законов в ряде случаев ограничивало права граждан СССР на получение причитающихся им наследственных сумм. В судебной практике на основе законов этих штатов доказывалось, что наследники в Советском Союзе не могут получать имущество, которое им остается по наследству, открывшемуся в США, ибо все это иму­щество якобы отбирает Советское государство. Следует иметь в виду, что наши граждане ничем не ограничены в получении наследственных сумм из-за границы. Эти

331


суммы поступают в полное распоряжение наследни­ков.

Важную роль в охране наследственных прав наших граждан за рубежом призваны играть консульские пред­ставители РФ. Если консулу станет известно об открыв­шемся наследстве в пользу проживающих в РФ рос­сийских граждан, то он незамедлительно сообщает все известные ему сведения о наследстве и возможных наследниках в Министерство иностранных дел РФ (ст. 52 Консульского устава СССР). Согласно ряду кон­сульских конвенции, заключенных с другими странами, компетентные власти государства пребывания должны извещать консула об открытии наследства в государ­стве его пребывания, когда наследником является граж­данин представляемого государства. На практике в этих случаях часто возникает необходимость незамедлитель­но принять меры по охране наследственных прав. В этом отношении важную роль могут сыграть действия россий­ского консула, который в соответствии с положениями ряда консульских конвенций, заключенных Россией, мо­жет представлять интересы российских граждан. Так, консульские конвенции, заключенные с Великобританией и Швецией, предусматривают, что в случае, если не находящийся в государстве пребывания консула гражда­нин представляемого государства имеет право или пре­тендует на долю в имуществе, оставшемся в государ­стве пребывания после смерти лица любого государства, консул имеет право представлять интересы такого граж­данина.

В консульской конвенции, заключенной СССР с КНР, указывается, что в подобных обстоятельствах консул без особой доверенности может представлять этого гражданина в судах и других органах государства пре­бывания. В общей форме такое представительство кон­сула в отношении имущества своих граждан предусмот­рено в консульской конвенции, заключенной между СССР и США (см. гл. 17). Представительство консула про­должается до тех пор, пока сам наследник не возьмет на себя защиту своих прав или не назначит своего пред­ставителя. Наши граждане обычно поручают ведение своих наследственных дел за границей Инюрколлегии.

Право консула представлять граждан своей страны без особой доверенности, в том числе и по наследствен-

332


ным делам, в стране пребывания, если граждане от­сутствуют и не поручали ведения своего дела какому-либо лицу, предусмотрено ст. 29 Консульского устава СССР (см. гл. 17).

Согласно Консульскому уставу СССР, консул выпол­няет и ряд других функций, касающихся наследования. Он принимает меры к охране наследственного имущест­ва, выдает свидетельства о праве наследования, прини­мает наследственное имущество для передачи находя­щимся в РФ наследникам.

3. Выморочное имущество. Имущество, которое оста­ется после смерти лица при отсутствии наследников, называется выморочным. Оно признается таковым, если у умершего гражданина нет наследников по закону и по каким-либо причинам не было составлено завещание или завещание составлено, но оно было признано недейст­вительным.

По российским законам в этих случаях имущество переходит к государству как наследнику (ст. 552 Граж­данского кодекса РСФСР). В некоторых странах, в частности в США, Франции, Австрии, существует дру­гой подход: государство получает это имущество по так называемому праву оккупации, то есть поскольку это имущество является бесхозным, оно должно перей­ти к государству.

Различия в обосновании права государства на вымо­рочное имущество имеют существенное практическое значение. Представим себе, что российский гражданин умер за границей и у него нет никаких наследников. Если считать, что имущество должно перейти к государ­ству как к наследнику, то имущество должно перейти к Российскому государству. Если же считать, что это имущество должно перейти по праву оккупации, то оно должно перейти к тому государству, на территории кото­рого этот гражданин умер или осталось его имущество.

Вопрос о судьбе выморочного имущества решается в договорах о правовой помощи, заключенных с рядом государств. Согласно этим договорам, выморочное дви­жимое имущество передается государству, гражданином которого к моменту смерти являлся наследодатель, а выморочное недвижимое имущество переходит в собст­венность государства, ва территории которого оно нахо­дится.

333


Многосторонняя конвенция о правовой помощи стран СНГ от 22 января 1993 г. предусматривает следующее правило: если по законодательству страны, подлежащему применению при наследовании, наследником является государство, то движимое наследственное имущество переходит государству, гражданином которого является наследодатель в момент смерти, а недвижимое наслед­ственное имущество переходит государству, на террито­рии которого оно находится (ст. 46).

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какими наследственными правами пользуются в РФ иностранцы?

2. Какое законодательство должно применяться при наследовании на основании коллизионных норм россий­ского законодательства?

3. Какие коллизионные нормы по вопросам наследо­вания содержатся в договорах о правовой помощи, заключенных с другими странами?

4. Какие функции осуществляют консульские пред­ставители РФ за границей при охране наследственных прав российских граждан за рубежом?

5. Как решаются вопросы, касающиеся выморочного имущества?


ГЛАВА 16

ТРУДОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ

§ 1. Международные трудовые отношения и коллизионные вопросы в области трудовых отношений. § 2. Трудовые права иностранцев в РФ. § 3. Трудовые права российских граждан за рубежом. § 4. Со­циальное обеспечение

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 476—490; Лунц Л. А; Марышева Н. И., Садиков О. Н. Междуна­родное частное право.— С. 260—268; Довгерт А. С. Правовое регули­рование международных трудовых отношений.— Киев, 1992; Аметис­тов Э. М. Правовое регулирование труда иностранных граждан в СССР//Сов. государство и право.—1977.—№ 7.—С. 149—154;

Аметистов Э. М. Правовое регулирование труда в интеграционном сотрудничестве // Хозяйство и права— 1983.— № 11.— С. 75—78;

Жарков Б. -И, Рогожин В. В. Правовое регулирование труда иност­ранных рабочих // Сов. государство и право.— 1975.— № 10.— С. 106—110; Городецкая И. К. Соглашения между Советским Союзом и другими социалистическими странами по вопросам социального обес­печения // Сов. ежегодник международного права. 1961.— М., 1962.— С. 373—386.

§ 1. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ТРУДОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ

И КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ

В ОБЛАСТИ ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

1. Интернационализация производства, происходя­щая в XX веке, резко усилила миграцию населения. Социально-экономические причины использования иностранной рабочей силы в каком-либо государстве и приложение труда рабочих и специалистов одной страны за ее пределами, пребывание за рубежом с целью получения образования и обучения отличаются

335


от причин миграции населения по национальному признаку, в целях воссоединения семей, в результате последствии военных действий, изменений в характере политического строя. Однако конечный результат этих мифаций ведет к образованию значительной прослойки иностранных граждан, постоянно или временно находя­щихся на территории соответствующей страны и всту­пающих в этой стране в трудовые отношения с мест­ными работодателями.

Экономические реформы, переход от закрытого к открытому обществу в бывшем СССР, а затем в России и других суверенных государствах, ранее входивших в состав СССР, привели, с одной стороны, к расширению труда иностранных граждан на отечественных предприя­тиях и возникновению трудовых отношений отечествен­ных граждан с предприятиями с иностранными инвес­тициями, а с другой — к заключению трудовых конт­рактов и массовой трудовой миграции наших граждан за границу и заключению трудовых контрактов непо­средственно отечественными гражданами с иностранны­ми работодателями за рубежом.

Впервые эта возможность получила свое закрепление в Основах законодательства Союза ССР и республик о занятости населения, принятых 15 января 1991 г. В этом законе было предусмотрено, что «граждане имеют право на профессиональную деятельность в пери­од временного пребывания за границей». В Законе о занятости населения в РСФСР, принятом 19 апреля 1991 г., предусмотрено, что «граждане имеют право на самостоятельный поиск работы и трудоустройство за границей» (ст. 10). С 1 января 1993 г. в России вступил в силу закон СССР от 20 мая 1991 г., регулирующий выезд и въезд граждан. На основании этого закона гражданин РФ имеет право выезжать из РФ, в том числе и с целью осуществления за границей трудовой деятельности.

Однако порядок въезда в иностранное государство регулируется законодательством этого государства. Мно­гие государства ограничивают въезд, допуск иностран­ца в страну зависит от получения им разрешения на поступление на работу. Такие разрешения установлены законодательством ФРГ, Франции, Великобритании, США, Австрии и др.

336


Так, в Кодексе труда Франции имеется специаль­ный раздел, который называется «Иностранная рабочая сила и защита интересов национальной рабочей силы». Нормы этого раздела касаются доступа иностранцев к работе во Франции. Согласно ст. 341-2, для въезда во Францию с целью поступления на работу по найму иностранец кроме документов и виз, требующихся в соответствии с действующими международными догово­рами и правилами, должен представить трудовой дого­вор, завизированный административными властями, или разрешение на работу и медицинский сертификат. В разделе также предусмотрены: охрана прав иностран­ца, нанятого в нарушение установленных правил; поря­док взимания штрафа с нанимателя, нарушившего уста­новленный порядок приема иностранца; запрет осущест­влять незаконные взимания с иностранных работников в пользу нанимателя. Все операции во Франции, свя­занные с приемом на работу и въездом иностранцев или оформлением за границу любых работников, возла­гаются исключительно на Национальное управление по иммиграции.

В США, Австрии, Швеции и в ряде других стран установлены ежегодные квоты на въезд иностранцев, в том числе и для лиц, специально приезжающих для работы в соответствующей стране. В этой связи определенное значение приобретает заключение Россией межправительственных соглашений о предоставлении на­шим гражданам определенных квот. Такие соглашения были заключены Россией с ФРГ, Францией.

Разработку и осуществление мер в области внешней трудовой миграции граждан РФ осуществляет Феде­ральная миграционная служба России. Она же осущест­вляет меры по привлечению труда иностранных граж­дан на территории РФ. В прошлом иностранные рабочие и специалисты (прежде всего из Вьетнама, Китая, КНДР, Болгарии) привлекались чаще всего для работы на лесотехнических комплексах в Республике Коми, на Дальнем Востоке, а также для работы на различных предприятиях легкой и лесной промышленности. В 1990 году в СССР их работало примерно 200 тыс. (из них 82 тыс. вьетнамцев, их число в разные годы колеба­лось от 60 до 90 тыс. человек).

2. В ряде государств есть специальное законода-

337


тельство, регулирующее трудовые отношения на совмест­ных предприятиях, а также в свободных экономических зонах. Соответствующие правила касаются не только иностранного персонала предприятий, но и местных граждан. В качестве примера можно привести Закон КНР о совместных предприятиях с китайским и иност­ранным капиталом 1979 года и Положение 1983 года о применении этого закона. Закон КНР о предприятиях-с иностранными инвестициями 1986 года. Положение о труде на совместных предприятиях с китайским и иност­ранным капиталом 1980 года, Положение об особых экономических зонах провинции Гуандун 1980 года.

Для практики судов и доктрины стран Запада харак­терны попытки разграничить применение права к трудо­вым отношениям по вопросам частного права и публич­ного права. Одни авторы (А. Батиффоль и др.) в соответствии с традиционными концепциями пытаются применять к трудовым договорам общие коллизионные принципы обязательственного права (выбор права сторо­нами на основе автономии воли сторон, применение закона места заключения договора и др.), другие же (Нибуайе и др.) выдвигают на первый план вопросы публично-правового характера, в отношении которых не может применяться иностранное публичное право, а всегда подлежат применению правила страны места работы.

Условия труда иностранных рабочих определяются во многом именно публично-правовыми предписаниями, которые носят обязательный характер и по своему содержанию менее гуманны, чем общие условия, уста­новленные общим трудовым законодательством и коллек­тивными договорами. На практике же в силу зависимости иммигрантов от предпринимателей, угрозы высылки, языковых трудностей, отсутствия профессионального обучения и других причин условия их труда еще хуже (большая продолжительность рабочей недели, чем у местных трудящихся, дополнительные работы, непредоставление отпусков и т. д.).

Положение рабочих-мигрантов и их семей в Европе было предметом рассмотрения.Совещания по безопаснос­ти и сотрудничеству в Европе. В Итоговом документе Венской встречи (январь 1989 г.) говорилось о жела­тельности улучшения в дальнейшем экономических,

338


социальных, культурных и других условий жизни рабо­чих-мигрантов и их семей, «законно проживающих в принимающих странах». Была, в частности, подтвержде­на готовность государств — участников Венской встречи принять меры, необходимые для более полного исполь­зования и улучшения возможностей получения образо­вания детьми рабочих-мигрантов.

3. Во Франции, Бельгии, ФРГ, Италии и в ряде других стран в сфере регулирования трудовых отношений применяются гражданско-правовые концепции. Однако специфика этой сферы предопределяет некоторые кор­рективы в применении традиционных институтов и норм международного частного права. Прежде всего это про­является в ограничении применения автономии воли сторон.

В области трудовых отношений сложились опреде­ленные коллизионные принципы. Коллизионный принцип применения закона страны места работы (lex loci laboris) это основной принцип законодательства о международном частном праве Австрии, Албании, Венг­рии, Испании, Швейцарии, он применяется в судебной практике Нидерландов, Бразилии. Так, в Законе о меж­дународном частном праве Венгрии 1979 года указывает­ся, что к трудовым правоотношениям, если законода­тельство не предусматривает иное, применяется закон того государства, на территории которого выполняется работа.

Этот же принцип закреплен в Европейской конвен­ции 1980 года относительно права, применяемого к договорным обязательствам, а также в проекте Конвен­ции ЕЭС о единообразном ре1улировании коллизий законов в области трудовых отношений. Практика ряда стран показывает, что в этой области, как правило, применяется право страны места работы, а возмож­ность выбора права сторонами в трудовых отношениях фактически исключается.

Не ограничивается свобода выбора права в судебной практике Великобритании, Италии, Канады, ФРГ. В ст. 20 албанского Закона о пользовании гражданскими правами иностранцами и применении иностранного права 1964 го­да предусматривается, что «правоотношение, вытекаю­щее из трудового договора, если между договариваю­щимися сторонами не обусловлено иное, регулирует-

339


ся законом страны, в которой предоставляется ра­бота».

Под законом места работы (lex loci laboris) по­нимается закон страны места нахождения предприятия, где работает трудящийся.

В отдельных специальных случаях под lex loci laboris понимается закон страны места нахождения правления предприятия, закон флага судна и др. Иногда, в случае командирования работника в другую страну для выполнения тех или иных трудовых заданий применяет­ся и принцип закона страны учреждения, командиро­вавшего работника (lex loci delegationis) .

В отношении специальных ситуаций, когда работа выполняется в нескольких странах, например в случае с работником международного транспорта (воздушного, речного, автомобильного, железнодорожного), применя­ются дополнительные коллизионные привязки. Так, на­пример, австрийский Закон о международном частном праве предусматривает, что в случае, когда работник обычно выполняет свою работу более чем в одной стране или когда он не имеет обычного места работы, применя­ется закон страны, в которой наниматель имеет обыч­ное место нахождения или в которой преимущественно осуществляется его деятельность.

По закону Албании, Чехо-Словакии может приме­няться закон места регистрации транспортного сред­ства.

В советском законодательстве коллизионные нормы в этой области отсутствовали. Для восполнения этого пробела в проект Закона о международном частном праве РФ была включена статья о трудовых отноше­ниях. В ней была сделана попытка отразить изложен­ную выше практику решения этих вопросов.

Согласно ч. 1 этой статьи, к трудовым отношениям применяется право страны, в которой (полностью или преимущественно) осуществляется работа, если в трудо­вом договоре не установлено иное. Таким образом, возможность действия принципа автономии воли не исключалась.

Согласно ч. 2, трудовые отношения на водном и воздушном транспорте подчинены праву страны, под фла­гом которой используется транспортное средство.

В ч. 3 предусматривается: «Если работа выполняется

340


лицом, командированным за границу соответствующей организацией, к трудовым отношениям этого лица с организацией применяется российское право».

§ 2. ТРУДОВЫЕ ПРАВА ИНОСТРАНЦЕВ В РФ

1. Трудовая деятельность иностранцев допускается в РФ на основании трудового договора иностранца с нашими предприятием и организацией в соответствии с положениями российского трудового законодательст­ва (иностранец поступает на работу в учреждение или предприятие и заключает трудовой договор на неопре­деленный срок либо заключает трудовой договор о ра­боте в РФ на срок, указанный в договоре). Созда­ние в России предприятий с иностранными инвести­циями привело к применению труда иностранных специ­алистов и рабочих на этих предприятиях. Такова первая группа трудовых отношений с участием ино­странцев.

В других случаях трудовые отношения иностранца возникают за границей в соответствии с действующим там законодательством. Например, трудовой договор заключается на родине иностранца, но его трудовая дея­тельность, обусловленная таким договором, протекает в течение какого-то времени в нашей стране. Это все те случаи, когда иностранец приезжает в РФ в команди­ровку на различные сроки (для трудовой деятельности, прохождения производственного обучения, производст­венной практики, работы в качестве корреспондента иностранной газеты и т. д.).

Законодательством установлены система лицензиро­вания привлечения некоренной рабочей силы и систе­ма выдачи разрешений на работу иностранных граждан, въезжающих в Россию. Значительное число иностранных граждан (из Вьетнама, Китая, КНДР и других стран) привлекается на работу в России на основе двусторон­них межправительственных соглашений, в значительной степени определяющих условия труда граждан соот­ветствующих стран в России.

В первом случае речь может идти о труде как посто­янно проживающих, так и временно пребывающих в РФ иностранцев; во втором случае, как правило, только

341


о временно пребывающих. Положение законодательства о труде иностранцев учитывает деление иностранцев на эти две категории. Статья 7 Закона о правовом положе­нии иностранных граждан в СССР 1981 года предусмат­ривает следующие основные положения, касающиеся трудовой деятельности.

Первое положение гласит, что «иностранные граж­дане, постоянно проживающие в СССР, могут работать в качестве рабочих и служащих на предприятиях, в учреждениях и организациях или заниматься иной тру­довой деятельностью на основаниях и в порядке, уста­новленных для граждан СССР» (ч. 1 ст. 7).

Второе положение предусматривает, что «временно пребывающие в СССР иностранные граждане мо1ут заниматься трудовой деятельностью в СССР, если это совместимо с целями их пребывания в СССР» (ч. 2 ст. 7).

Третье положение состоит в том, что «иностран­ные граждане пользуются правами и несут обязанности в трудовых отношениях наравне с гражданами СССР» (ч. 4 ст. 7).

Приведенные правила исходят из применения в облас­ти трудовой деятельности иностранцев принципа нацио­нального режима. На постоянно проживающих в РФ иностранных граждан и лиц без гражданства, если иное не вытекает из актов законодательства и не предусмот­рено международными договорами, распространяется законодательство России о занятости населения. На практике иностранцам, приехавшим на постоянное жительство в РФ, работа, как правило, предоставля­ется по специальности в соответствии с их квалифика­цией.

Приведенные положения закона полностью соответ­ствуют Международному пакту об экономических, со­циальных и культурных правах, который предусматри­вает право на труд и «право каждого на справедливые и благоприятные условия труда» (ст. 7).

Статья 7 предусматривает также отдельные изъятия в отношении занятия отдельных должностей или заня­тия определенной деятельностью, когда право на это при­надлежит только гражданам РФ (так, иностранец не может быть капитаном морского судна, следователем или прокурором).

342


Изъятия такого рода конкретизированы в действую­щем законодательстве, и они немногочисленны.

В качестве примеров назовем некоторые из них. На должности нотариусов назначаются только граждане РФ (ст. 2 Основ законодательства РФ о нотариате от 11 фев­раля 1993 г.). Только гражданин РФ может быть патент­ным поверенным. В состав экипажа морских судов могут входить лишь граждане СССР. Исключения из этого правила допускаются в порядке, устанавливаемом Сове­том Министров СССР (ч. 1 ст. 41 Кодекса торгового мореплавания СССР 1968 г.). Правило, аналогичное ч. 1 ст. 41, было установлено ст. 19 Воздушного кодекса СССР 1961 года в отношении экипажей воздуш­ных судов.

Поскольку в трудовых отношениях на иностранцев распространяется наше трудовое законодательство, им обеспечиваются эти условия в большей степени, чем это предусмотрено в указанном выше пакте. В отношении условий труда, как и вообще во всех других областях, не допускается никакой дискриминации иностранцев в зависимости от расы, национальности, пола, языка, религии или каких-либо иных оснований. В отличие от ряда стран, в РФ не проводится различий в оплате труда в зависимости от пола, возраста, национальной и ра­совой принадлежности. Женщина получает равную с мужчиной плату за равный труд. Принцип равной платы за равный труд полностью применяется к иностранцам, работающим в РФ.

Всякого рода ограничения, установленные националь­ным законом иностранца, не признаются в РФ. Так, женщина-иностранка может поступить на работу без со­гласия мужа, даже если в ее отечественном законода­тельстве предусмотрено ограничение этого права замуж­ней женщины.

На иностранцев распространяются все общие поло­жения трудового законодательства, касающиеся заклю­чения и расторжения трудового договора, заработной платы, рабочего времени, времени отдыха и т. д. Рабо­тающие на наших предприятиях и в учреждениях ино­странцы подчиняются тем же правилам трудового распо­рядка, что и российские граждане. Отсюда следует, что иностранцы, работающие на наших предприятиях и в учреждениях, обязаны соблюдать трудовую дисциплину.

343


На иностранцев полностью распространяются поло­жения законодательства об охране труда, обеспечиваю­щие рабочим и служащим безопасность для жизни и здоровья, постановления, запрещающие сверхурочные работы, и другие правила трудового законодательства. К женщинам-иностранкам и подросткам применяются специальные правила законодательства об условиях тру­да этих категории работников. Женщины-иностранки имеют право на отпуск по беременности и родам и получают соответствующее пособие на равных услови­ях с российскими женщинами. Как и наши граждане иностранцы имеют право на отпуск. Отпуска оплачива­ются.

Правовое положение вьетнамских рабочих в области трудовых отношений первоначально определялось меж­правительственным Соглашением о направлении и при­еме вьетнамских граждан на профессиональное обуче­ние и работу на предприятиях и в учреждениях СССР от 2 апреля 1981 г. Непосредственно указывалось на применение советского трудового права по следующим вопросам: квалификационный разряд (ст. 4); профессио­нальное обучение, рабочее время и время отдыха, охра­на и оплата труда, иные условия работы (ст. 8); обеспе­чение специальной одеждой, обувью и другими средства­ми индивидуальной защиты (ст. 10); отдых, включая ежегодный основной и дополнительные отпуска (ст. 11);

пособия по временной нетрудоспособности, беременнос­ти и родам, пенсии по инвалидности и по случаю потери кормильца вследствие трудового увечья или про­фессионального заболевания по вине предприятия (ст. 12).

В соглашении содержались материально-правовые нормы, отличные от действующего права и определяющие специальный правовой режим для вьетнамских рабочих.

Своеобразием отличался прежде всего трудовой дого­вор, заключаемый вьетнамским гражданином с предприя­тием: вьетнамский гражданин лишался права выбора нанимателя и направлялся на конкретное предприятие, с которым заключал трудовой договор сроком до 4 или 6 лет (соответственно для женщин и мужчин). При этом, согласно ст. 10 Основ, трудовой договор на опре­деленный срок мог заключаться не более чем на 3 года. Началом трудовых отношений вьетнамских граждан с

344


предприятиями считался день прибытия в СССР, а не день, когда работник приступит к осуществлению обя­занностей по договору. Что же касается вьетнамских граждан, уже находившихся на нашей территории после окончания учебных заведений, то для них этим днем являлся день приема на работу.

Стороны трудового договора лишались самостоятель­ности и в его прекращении. Соглашение устанавли­вало, что предприятие или вьетнамский гражданин могут прекратить трудовые отношения до установлен­ного срока только после предварительного согласия Госкомтруда СССР и Министерства по труду СРВ, то есть вьетнамский работник не мог уволиться ни по собственной инициативе, ни по инициативе админист­рации, ни по соглашению сторон. Досрочное увольнение было возможно лишь по инициативе указанных ве­домств, которые могли потребовать досрочного прекра­щения трудовых отношений и возвращения вьетнамского гражданина на родину в таких случаях: нарушение работником закона СССР, когда его действия не влекут за собой уголовной ответственности; систематическое нарушение работником трудовой дисциплины; невозмож­ность восстановления трудоспособности работника в те­чение 4 месяцев; невыполнение предприятием условий соглашения (в этом случае предварительно определяется возможность работы вьетнамского гражданина на другом предприятии); увольнения требуют «высшие интересы» договаривающихся сторон.

По-особому решались трудовые споры между сторо­нами. Собственно, их решали за рабочих вьетнамские организаторы и руководители групп совместно с админи­страцией предприятия. Если при этом не достигалось соглашение, спор рассматривался уполномоченными до­говаривающихся сторон (ст. 3).

Таким образом, соглашение снижало уровень охра­ны трудовых прав вьетнамских рабочих, предусмотрен­ных советским трудовым законодательством.

Срок действия соглашения закончился 31 декабря 1990 г. Проведенные в Ханое в первой половине 1990 го­да переговоры показали, что стороны сохраняют стрем­ление к продолжению сотрудничества. Однако решено было поставить его на новую основу. Прием вьетнам­ских граждан будет осуществляться на контрактной

345


основе между нашими предприятиями и предприятиями, объединениями, организациями и органами по труду про­винции и городов Вьетнама. Такая форма больше от­вечает рыночным отношениям в экономике. Она сделает невыгодным привлечение на производство лишних людей и позволит в ряде случаев повысить уровень жизни и труда вьетнамских рабочих.

При переходе на контрактную форму сотрудни­чества изменяются некоторые его прежние принципы:

численность и профессиональный состав вьетнамских граждан, районы их размещения на территории и срок пребывания регламентируются уже не ежегодными про­токолами, а контрактами. При этом срок пребывания снижается до 3 лет; увеличивается до 40 лет (спе­циалистов — до 50 лет) предельный возраст при приеме на работу вьетнамских граждан; изменяется распределе­ние расходов по проезду указанных граждан на работу;

увеличивается до 3 лет срок погашения ссуды, выданной предприятием. Началом трудовых отношений вьетнам­ского гражданина с предприятием считается день его прибытия на предприятие; в связи со снижением срока пребывания до 3 лет снимается вопрос о проведении отпусков на родине; предполагается централизованная поставка товаров во Вьетнам как компенсация зарабо­танных вьетнамскими гражданами средств сверх необ­ходимых для удовлетворения личных потребностей про­живания в месте работы. Контрактом определяется порядок расчетов между нашим предприятием и органи­зацией СРВ за предоставленные услуги; трудовые споры подлежат рассмотрению в порядке, установленном на­циональным законодательством.

Аналогичные условия включены в Соглашение о прин­ципах направления и приема китайских граждан на работу на предприятиях, в объединениях и организа­циях СССР от 30 августа 1990 г.

Согласно этому соглашению, китайским гражданам, находящимся в СССР, гарантировались предусмотрен­ные советскими законами права и свободы. Китайские граждане были обязаны уважать и соблюдать Конститу­цию СССР и другие советские законы.

Предусматривалось, что условия и режим работы (рабочее время и время отдыха), охрана и оплата труда китайских граждан, порядок разрешения трудовых

346


споров должны определяться в контрактах (хозяйствен­ных договорах), заключаемых между советскими и китайскими предприятиями в соответствии с советским законодательством и с учетом особенностей, предусмот­ренных соглашением.

2. Заключенные РФ договоры с другими странами, предусматривающие участие граждан этих стран в строи­тельстве и монтаже предприятий и совместном освоении сырьевых ресурсов, сооружении совместных объектов (нефтепроводов и др.), регулируют также и трудовые отношения. Договоры наряду с материально-правовыми положениями устанавливают либо применение к трудо­вым отношениям российского закона как закона страны места выполнения работы, либо закона страны, напра­вившей работника, либо по одним вопросам трудовых отношений — закона страны места выполнения рабо­ты, а по другим — закона страны, направившей работ­ника.

В качестве примера рассмотрим условия труда болгарских рабо­чих, направляемых на работу на строительство различных объектов в нашу страну. Трудовые договоры заключались рабочими с бол­гарской организацией в Болгарии. В соответствии с условиями этих договоров болгарская сторона выплачивала рабочим заработную пла­ту, которая начислялась советскими строительными организациями в рублях в соответствии с действующими в СССР нормами и расценками. Кроме того, советские организации выплачивали непо­средственно болгарским работникам в соответствии с советским зако­нодательством премиальные и другое выплаты. Болгарским работни­кам предоставлялся ежегодный отпуск в размере 30 дней. При этом советская сторона оплачивала отпуск, продолжительность которого соответствовала советскому законодательству, а остальные дни отпуска оплачивались болгарской стороной. Болгарские работники обязаны были соблюдать действующие в СССР строительные правила и правила охраны труда и техники безопасности.

Свои особенности имеют условия труда в РФ ино­странцев, проходящих здесь производственную практику и производственно-техническое обучение. Командирова­ние иностранцев в этих случаях осуществляется преж­де всего на основе межправительственных соглашений о научно-техническом сотрудничестве, о производствен­но-техническом обучении, а также контрактов, заключа­емых на их основе различными нашими организациями с соответствующими иностранными организациями. Ус­ловия работы иностранцев, командируемых в РФ по всем таким соглашениям, определяются прежде всего послед-

347


ними, а также общими положениями нашего трудово­го законодательства.

Особой спецификой отличаются эти условия в тех случаях, когда иностранные граждане трудятся в Рос­сии в своем трудовом коллективе под руководством собственной администрации, что позволяет распростра­нить на них полностью или в значительной мере тру­довое законодательство их стран. Так, в соответствии с Соглашением между правительствами СССР и НРБ о сотрудничестве в заготовке леса для нужд народного хозяйства НРБ от 3 декабря 1967 г. болгарская сторона принимает на себя расходы по выплате заработной платы, бытовому, стационарно-медицинскому и культур­ному обслуживанию болгарских рабочих, а также обес­печению их спецодеждой (ст. 7). Болгарская сторона принимает на себя ответственность за все случаи произ­водственного травматизма среди болгарских рабочих и инженерно-технического персонала (ст. 3). Продолжи­тельность рабочего времени болгарских рабочих, нор­мы выработки, расценки по оплате труда, а также правила внутреннего трудового распорядка устанавливаются бол­гарской стороной (ст. 15). Таким образом, советско-болгарское соглашение исходило из того принципа, что болгарское законодательство, на основе которого возникли трудовые отношения болгарских рабочих с бол­гарскими организациями в Болгарии, будет полностью продолжать применяться к их труду на лесоразра­ботках в СССР.

Принцип применения права страны, направившей ра­ботника, является исходным и при регулировании труда корейских рабочих и специалистов по Соглашению меж­ду правительствами СССР и КНДР о сотрудничестве в заготовке леса на территории СССР для нужд народ­ного хозяйства КНДР от 2 марта 1967 г.

Применение законодательства двух стран — страны, направившей на работу гражданина, и страны места выполнения работы — характерно для трудовых отноше­ний, возникающих при строительстве объектов на терри­тории России.

Закон места выполнения работы применяется, как правило, в отношении условий труда, наиболее тесно связанных с производственным процессом, а именно ра­бочего времени, времени отдыха, охраны труда и техники

348


безопасности. Применение же закона страны, направив­шей работников, а также международно-правовых норм международных соглашений по ряду других вопросов дает возможность учитывать специфические условия труда и быта иностранных граждан и создавать спе­циальные стимулы для привлечения их на работу в нашу страну.

3. Определенной спецификой обладают условия труда иностранных граждан, работающих в находящихся на территории России международных организациях. Эти условия определяются международными соглашениями и внутренними правилами соответствующих организаций. В свою очередь, указанные правила предусматривают в одних случаях применение законодательства места выполнения работы, то есть нашего законодательства, а в других — страны работника-иностранца. Например, согласно Положению о персонале Объединенного инсти­тута ядерных исследований (ОИЯИ), наше законода­тельство регулирует вопросы рабочего времени, времени отдыха, порядок предоставления очередных и иных отпусков (по беременности и родам, для сдачи экзаме­нов и др.). По вопросам же пенсионного обеспече­ния сотрудников ОИЯИ подлежит применению законо­дательство страны, из которой работник командиро­ван.

В состав рабочих и служащих, в органы управления предприятий с иностранными инвестициями в России могут входить иностранные граждане. Условия найма, труда и отдыха, а также пенсионного обеспечения иностранных работников согласовываются в индивиду­альном трудовом договоре с каждым из них. Получа­емая иностранными работниками заработная плата в иностранной валюте после уплаты подоходного налога может переводиться ими за границу (ст. 33 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР).

На большинстве предприятий с незначительным ко­личеством российских работников коллективные догово­ры не заключаются, а заключаются индивидуальные трудовые договоры как с российскими, так и иностран­ными работниками. В совместных предприятиях со зна­чительным количеством иностранных работников общие условия трудовых договоров с ними согласовываются между учредителями и часто являются одним из прило-

349


женин к договору о создании и деятельности пред­приятия.

Специальными условиями договоров с иностранными работниками являются условия о предоставлении жи­лых помещений, автомобилей, отпусков, оплате проезда членов семьи работника из страны его постоянного про­живания в Россию на время отпусков, каникул, празд­ников, обеспечении переводчиками.

Таким образом, ст. 33 Закона РСФСР «Об иност­ранных инвестициях в РСФСР» исходит из того, что иностранные работники получают заработную плату в иностранной валюте.

Налогообложение иностранных работников совмест­ных предприятий регулируется Законом РФ «О подоход­ном налоге с физических лиц». Указанный Закон устанавливает ставки налога от 12 до 60 % в зависимости от размера получаемой зарплаты. Из правил, установлен­ных этим Законом, делаются исключения для граждан стран, с которыми СССР заключил соглашения об избежании двойного налогообложения. Большинство та­ких соглашений предусматривают, что доходы физиче­ских лиц, работающих по найму, облагаются подоход­ным налогом в стране получения доходов только в том случае, если они находятся в этой стране в течение одного или нескольких периодов времени, превышающих в сумме 183 дня в календарном или соответствующем финансовом году.

Наличие таких положений в соглашениях позволяет иностранным работникам предприятий избегать уплаты подоходного налога в РСФСР.

§3. ТРУДОВЫЕ ПРАВА РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН ЗА РУБЕЖОМ

Применение труда российских граждан на территории иностранных государств может иметь место вследствие возникновения трудовых правоотношений на основании положений либо нашего трудового права, либо на основе трудового контракта, заключаемого с иностранным на­нимателем.

В первом случае труд наших граждан используется за границей вследствие трудовых отношений, возникаю-

350


щих не за рубежом, а в РФ. Наши граждане направ­ляются на работу в учреждения и организации России за границей, посылаются в служебные командировки (для участия в строительстве предприятий, монтаже, для оказания технической помощи и т. д.).

Во всех подобных случаях условия труда граждан РФ за границей определяются нашим правом. К ним применяются общие нормы трудового законодательства и всякого рода специальные правила, издание которых обусловлено спецификой условий труда данной катего­рии трудящихся.

Например, труд гражцан, направляемых для работы в посольстве РФ в качестве представителей различных государственных и общественных организаций, а также членов семей этих граждан, принятых за границей на работу в учреждения РФ, регулируется как общими положениями нашего трудового права, так и специальны­ми нормами законодательства, применение которых вы­зывается фактом нахождения учреждений вне РФ. В частности, продолжительность рабочего времени и време­ни отдыха в таких учреждениях определяется в соответ­ствии с общими положениями нашего законодательства, а дни еженедельного отдыха могут быть установлены применительно к местным условиям.

Как и всем служащим, работникам российских уч-режцений за границей предоставляются ежегодные оп­лачиваемые отпуска.

В отличие от служащих, работающих в РФ, работ­никам учреждений , за границей разрешается сумми­рование отпусков, то есть они могут взять двойной или тройной отпуск за два или три проработанных года.

От работы наших граждан в учреждениях РФ за границей следует отличать командирование работников за границу вне зависимости от сроков зарубежной ко­мандировки.

За командированным работником сохраняется на все время командировки занимаемая должность, а также заработная плата по месту его основной работы в РФ. За время пребывания в командировке работнику выпла­чиваются суточные, а также возмещаются расходы по проезду, провозу багажа и др. Суточные при проезде на территории РФ выплачиваются в нашей валюте,

351


при проезде по. иностранной территории и за время пребывания там — в иностранной валюте.

Некоторыми особенностями отличаются условия тру­да специалистов, направляемых в развивающиеся стра­ны Азии, Африки, Латинской Америки для оказания технического содействия. Это — геологи и изыскатели, проектировщики, помогающие выбрать строительную площадку и собирающие данные, необходимые ддя проектирования предприятий. Это — инженеры-строите­ли, оказывающие содействие в строительстве предприя­тий, специалисты-дорожники, монтажники и т. д. Осо­бенности регулирования их труда за границей объясня­ются тем, что они, будучи командированными нашими организациями, трудятся, как правило, на стройках и предприятиях, управляемых местными властями.

Находясь за границей, наши специалисты подчиня­ются режиму рабочего времени и времени отдыха, установленному на предприятиях и в учреждениях, где фактически работают. Они обязаны соблюдать все правила внутреннего распорядка и инструкции по техни­ке безопасности, действующие на этих предприятиях. Однако наши специалисты не вступают в трудовые от­ношения с местными организациями и фирмами и те не становятся их нанимателями. Специалисты продолжают оставаться в трудовых отношениях с пославшей их орга­низацией, которая выплачивает им подъемное пособие, заработную плату, оплачивает ежегодный отпуск и т. д.

Специалисты направляются за границу для оказания технического содействия в соответствии с контракта­ми, заключаемыми внешнеэкономическими объединения­ми и другими организациями с организациями и фир­мами других стран. Контракты заключаются во испол­нение межправительственных соглашений об экономи­ческом и техническом сотрудничестве. В контрактах обычно предусматривается, что организация развиваю­щейся страны, именуемая заказчиком, возмещает совет­ской организации за работу ее специалистов месячные ставки в размере, определяемом в контракте. Выплата этих ставок производится со дня выезда специалистов из РФ и до дня их возвращения. Датой выезда и возвращения специалистов считается день пересечения ими государственной границы РФ.

Заказчик несет также расходы по переезду специа-

352


листов в страну заказчика и обратно в Россию, а в случае направления специалистов с семьей — также расходы по переезду семьи специалиста. При команди­ровании специалиста на год и больший срок заказчик возмещает расходы по выплате подъемного пособия.

В соответствии с условиями контрактов специалис­там, командированным для оказания технического содей­ствия, предоставляется жилая площадь с обстановкой, отоплением и освещением и коммунально-бытовыми услугами, а в необходимых случаях — транспортные средства для служебных целей. Специалисты обеспечи­ваются также медицинской помощью. Им предоставля­ются квалифицированные переводчики.

Во втором случае трудовые правоотношения возника­ют в силу заключения трудовых контрактов.

Предоставление права заключения трудовых контрак­тов российскими гражданами, временно выезжающими на работу за границу, сделало необходимым, с одной стороны, оказание им помощи и содействия со стороны государственных органов в заключении таких контрак­тов, а с другой — принятие мер, направленных на недо­пущение заключения всякого рода неравноправных и кабальных договоров при посредничестве коммерческих фирм (как отечественных, так и иностранных). Феде­ральная миграционная служба России в соответствии с Положением о ней, утвержденным постановлением Совета Министров от 1 марта 1993 г., призвана разрабатывать совместные с иностранными фирмами и компаниями проекты и программы по вопросам трудовой миграции российских граждан за границу. Эта служба призвана содействовать гражданам РФ в поиске работы и трудоустройстве за границей, организует регистра­цию этих граждан и, что следует особо подчеркнуть, учет и контроль за соблюдением условий их трудовых контрактов.

Негосударственные организации могут осуществлять свою деятельность, связанную с трудовой миграцией граждан России, на основе лицензий (разрешений).

На территории РФ действует единый порядок лицен­зирования деятельности, связанный с трудоустройством российских граждан за границей. Такая деятельность может осуществляться только российскими юридически­ми лицами. Взимание платы с граждан РФ за трудо-


12 Зак. № 239

353


устройство за границей не допускается (пост. Совета Министров РФ от 8 июня 1993 г. об упорядочении деятельности, связанной с трудоустройством граждан Российской федерации за границей).

Условия труда и временного пребывания российских граждан, предусмотренные такими контрактами, не должны быть хуже условий, предусматриваемых конт­рактами с иностранцами—гражданами других госу­дарств. В каждом случае они не должны нарушать императивные, обязательные нормы законодательства этих стран.

Постоянно проживающий за границей российский гражданин может поступить по договору найма на работу в какое-либо иностранное учреждение или к предпри­нимателю. Условия труда такого гражданина будут опре­деляться законодательством о труде страны пребывания. Сам факт российского гражданства не влечет за собой применения норм нашего трудового права.

Большое практическое значение имеют трудовые от­ношения наших граждан за рубежом со всякого рода смешанными обществами, совместными предприятиями, созданными за границей с участием средств наших предприятий и организаций. В этих случаях трудовой договор заключается с иностранным нанимателем — юридическим лицом иностранного права (см. гл. 5) и такой договор подчиняется правилам трудового зако­нодательства той страны, в которой находится соот­ветствующее совместное предприятие или смешанное общество. То обстоятельство, что работник является нашим гражданином, не может вести к применению в данном случае норм российского трудового права. Одна­ко трудовая деятельность в такой зарубежной компании будет учитываться по нашему трудовому законодательст­ву, например, при определении общего стажа работы и назначении пенсии.

К российским гражданам, так же как и к другим иностранцам, применяются существующие в том или ином государстве общие ограничения в отношении заня­тия отдельными профессиями, особые условия приема на работу и т. д. Однако условия труда российских граждан не могут быть хуже условий труда иностран­цев — граждан другах государств.

В соглашениях о социальном обеспечении, заклю-

354


ченных СССР с Болгарией, Венгрией, ГДР, Монголией, Румынией и Чехо-Словакией, предусматривается, что граждане одной стороны, постоянно проживающие на территории другой стороны, во всех вопросах трудовых отношений полностью приравниваются к гражданам другой договаривающейся стороны.

Соглашение между правительствами России и Украи­ны от 14 января 1993 г. о трудовой деятельности и со­циальной защите граждан России и Украины, работаю­щих за пределами своих государств, исходит из прин­ципа национального режима, предусматривает взаимное применение трудового законодательства к гражданам обеих государств, порядок возмещения ущерба работнику вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, полученного в связи с исполнением им трудовых обязан­ностей, признание дипломов, свидетельств и других доку­ментов об образовании и квалификации без легализации (см. гл. 17).

§ 4. СОЦИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

1. Социальное обеспечение иностранцев тесно связа­но с их трудовыми правами. В странах Общего рынка и других странах Запада отношения по социальному обеспечению трудящихся-мигрантов регулируются преж­де всего международными соглашениями (как много­сторонними, так и двусторонними). К их числу относят­ся Европейская конвенция о социальном обеспечении мигрантов 1972 года. Конвенция северных стран о соци­альном обеспечении 1955 года и др. Однако, несмотря на заключение этих соглашений, в этих странах продол­жает сохраняться прямая или косвенная дискриминация иностранных рабочих в этой области. Согласно конвен­ции 1972 года, для получения пособий по безработице, болезни и материнству требуется шестимесячный стаж работы в стране пребывания, для пенсий по старости — пять лет работы. Из-за кратких сроков пребывания мигрантов в стране многие из них фактически не пользуются правом на социальное обеспечение, а выпла­чиваемые ими страховые взносы остаются в казне стран — импортеров иностранной рабочей силы.

Вообще лишены каких-либо прав на социальное


12*

355


обеспечение многочисленные рабочие-мигранты, прибыв­шие в страну нелегально, а во многих странах Европы также сельскохозяйственные рабочие, работники, заня­тые на временных и случайных работах, трудящиеся с низкой заработной платой.

2. Согласно нашему законодательству, иностранные граждане, постоянно проживающие в России, имеют пра­во на пособия, пенсии и другие формы социального -обеспечения на общих основаниях с гражданами РФ (ст. 4 Закона о государственных пенсиях в РСФСР от 20 ноября 1990 г.).

Временно прибывающие в РФ иностранные граждане имеют право на пособия, пенсии и другое формы социаль­ного обеспечения на основаниях и в порядке, устанав­ливаемых нашим законодательством.

Иностранным гражданам и их семьям в тех случаях, когда для назначения пенсии требуется определенный стаж работы, пенсии назначаются, если не менее двух третей необходимого стажа приходятся на работу в СССР (РФ), если иное не предусмотрено международ­ным договором (ст. 98 Закона о государственных пен­сиях в РСФСР от 20 ноября 1990 г.). Две трети стажа метут приходиться и-на другую определенную законом деятельность (например, на деятельность за рубежом политэмигранта в защиту интересов трудящихся и т. п.).

Если для назначения пенсии не требуется опреде­ленного трудового стажа (при инвалидности, вследствие трудового увечья или профессионального заболевания), то пенсии иностранным гражданам в РФ назначаются независимо от времени работы в РФ и за границей на равных с нашими гражданами условиях.

Работающие в РФ на российских предприятиях и в организациях иностранцы получают такие же пособия по временной нетрудоспособности, как и наши гражда­не.

2 июля 1993 г. был принят Закон о выплате пенсий гражданам, выехавшим на постоянное место жительства за пределы Российской Федерации. Этим Законом уста­новлено, что перед отъездом им выплачиваются суммы назначенных пенсий (независимо от вида) в россий­ских рублях за шесть месяцев вперед. На основании письменного заявления гражданина, выезжающего на постоянное жительство за пределы России, сумма назна-

356


ченной пенсии может переводиться за границу в иност­ранной валюте по курсу рубля, устанавливаемому Цент­ральным банком России на день совершения операции.

При возвращении граждан на постоянное жительство в РФ суммы назначенных пенсий, не полученные ими за время их проживания за пределами России, выплачи­ваются в порядке, установленном законодательством России.

Действие настоящего Закона не распространяется на 1'раждан, выехавших на постоянное жительство за преде­лы России, если в отношении этих граждан республи­канским законодательством или международным догово­ром с участием РФ установлен иной порядок пенсион­ного обеспечения.

Согласно Закону о государственных пенсиях в РСФСР от 20 ноября 1990 г., в тех случаях, когда договорами России с другоми странами предусматрива­ются иные правила, чем те, которые совершаются в этом законе, применяются правила, предусмотрен­ные международными договорами.

С рядом стран были заключены соглашения о соци­альном обеспечении граждан. Такие соглашения были заключены с Болгарией, Венгрией, Монголией, Румынией и Чехо-Словакией. Эти соглашения сохраняют свое дей­ствие. Соглашения распространяются на все виды соци­ального обеспечения (пенсии и пособия), установленные законодательством договаривающихся сторон.

Соглашения исходят из принципа национального режима: граждане одной страны, постоянно проживаю­щие на территории другой, во всех вопросах социаль­ного обеспечения приравниваются к гражданам этой дру­гой страны.

При социальном обеспечении граждан применяется законодательство страны, на территории которой они проживают. Соглашения предусматривают, что социаль­ное обеспечение осуществляется компетентными органа­ми той страны, на территории которой проживает гражданин, возбудивший ходатайство о назначении пен­сии (пособия). Эти органы назначают и выплачивают пенсии и пособия за свой счет. При назначении пенсий и пособий гражданам полностью засчитывается трудо­вой стаж, приобретенный на территории обеих стран. Ес­ли гражданин, получающий пенсию (пособие), пересе-

357


лился с территории одной страны на территорию другой страны, то выплата ему пенсии (пособия) прекращается и компетентные органы этой другой страны назначают ему пенсию (пособие) в соответствии со своим законо­дательством, причем право на пенсию не пересматрива­ется. Расчеты между государствами не производятся. Аналогичное соглашение было заключено 3 марта 1989 г. СССР с Испанией.

В отношении медицинского обслуживания для России действует Европейское соглашение о предоставлении ме­дицинского обслуживания лицам, временно пребываю­щим на территории другой страны, от 17 октября 1980 г., которое было ратифицировано СССР в 1991 году.

Вопросы пенсионного обеспечения в отношении граждан СНГ регулируются Соглашением о гарантиях прав граждан государств — участников СНГ в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 г. и дву­сторонними соглашениями по этим вопросам.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какими трудовыми правами пользуются в РФ ино­странцы?

2. Какими трудовыми правами пользуются россий­ские граждане за рубежом?

3. Каким должно быть содержание трудовых конт­рактов, заключаемых с иностранными работодателями?

4. Какие вопросы трудового характера определяют­ся в отношении иностранных работников совместных предприятий самими предприятиями?

5. Какие условия установлены для назначения в РФ пенсий иностранным гражданам?


ГЛАВА 17

РАССМОТРЕНИЕ СПОРОВ В СУДЕБНОМ ПОРЯДКЕ. НОТАРИАЛЬНЫЕ ДЕЙСТВИЯ

§ 1. Понятие международного гражданского процесса. § 2. Определение подсудности и пророгационные соглашения. § 3. Право на судебную згнфту и гражданские процессуальные права иностранцев в РФ. § 4. Процессуальное положение иностранного государства. § 5. Уста­новление содержания иностранного права. § б. Исполнение судебных поручений. § 7. Признание и исполнение решений иностранных судов. § 8. Нотариальные действия.

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И. С., Крылов С. Б. Международное частное право.— С. 188—216; Лунц Л. А., Марышева Н. И. Курс международного част­ного права. Международный гражданский процесс.— М., 1976.— С. 9—213; Лунц Л. А., Марышева Н. И; Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 269—306; Марышева Н. И. Рассмотрение судами гражданских дел с участием иностранцев.— М., 1970; Марышева Н. И. Новое регулирование международной подсудности//Проблемы совер­шенствования советского законодательства.— Вып. 12.— М., 1978.— С. 160—173; Гусев Е. В. Производство по признанию и исполнению в СССР иностранных судебных решений (Процессуальные стадии)// Сов. государство и право.— 1988.— № 10.— С. 120—125; Сборник международных договоров о взаимной правовой помощи по граждан­ским и уголовным делам.— М., 1988; Курс советского гражданского процессуального права.— Т. 2.— М., 1981.— С. 357—400; Советский гражданский процесс.— М., 1985.— С 421—437; Чешир Дж., Норт П. Международное частное право.— М., 1982.

§ 1. ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССА

Под международным гражданским процессом в науке международного частного права понимается совокуп­ность вопросов процессуального характера, связанных с зашитой прав иностранцев и иностранных юридических лиц в суде и арбитраже. Термин «международный граж­данский процесс» носит условный характер. Обычно к

359


международному гражданскому процессу относят сле­дующие вопросы: 1) определение подсудности в отно­шении дел, возникающих по гражданским, семейным и трудовым правоотношениям с иностранным, или между­народным, элементом; 2) процессуальное положение иностранных граждан и иностранных юридических лиц в суде; 3) процессуальное положение иностранного государства и его дипломатических и консульских пред­ставителей; 4) установление содержания иностранного права; 5) обращение к иностранным судам с поручения­ми о вручении документов и выполнении отдельных процессуальных действий и исполнение поручений иностранных судов; 6) признание и принудительное исполнение иностранных судебных решений; 7) совер­шение нотариальных действий; 8) признание иностран­ных арбитражных соглашений; 9) рассмотрение споров в порядке арбитража; 10) принудительное исполнение решений иностранного арбитража.

Последние три вопроса представляют по своему содержанию целый комплекс проблем специфического характера, которому специально посвящена гл. 18. Ос­тальные вопросы, относящиеся главным образом к су­дебному рассмотрению дел, освещаются в настоящей главе.

Вопросы международного гражданского процесса не­разрывно связаны с регулированием самого содержания гражданско-правовых, семейных и иных отношений с иностранным элементом.

Рассматривая дела с иностранным элементом, суды в РФ, так же как и в других странах, в принципе приме­няют в гражданских процессуальных вопросах право своей страны. При этом возможны случаи, когда то или иное понятие по российскому законодательству относит­ся к материальному праву, а по праву какого-либо иностранного государства — к процессу или наоборот. Иностранный закон, как правило, не подлежит приме­нению в российском суде по тем вопросам, которые по новому законодательству считаются процессуальными. И наоборот, то обстоятельство, что данная норма считается в другой стране процессуальной, не препят­ствует ее применению нашим судом, если по российско­му праву она .рассматривается как норма материального гражданского права.

360


Характерный пример: английские сроки исковой дав­ности при наличии отсылки к английскому праву при­меняются российским судом или арбитражем, несмотря на то что весь институт давности по праву Англии отнесен к процессу.

§ 2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОДСУДНОСТИ И ПРОРОГАЦИОННЫЕ СОГЛАШЕНИЯ

1. В международном частном праве под международ­ной подсудностью понимается компетенция судов данно­го государства по разрешению гражданских дел с ино­странным элементом. Например, надо решить, может ли суд данной страны принимать к своему рассмотрению иски к ответчикам, не имеющим в этой стране места жительства, может ли суд рассматривать дело о растор­жении брака между иностранцами или между отечествен­ным гражданином и иностранцем и т. п. Эти вопросы ре­шаются с помощью норм законодательства данного госу­дарства и международных соглашений.

Определение подсудности следует отличать от опреде­ления права, подлежащего применению к правоотноше­нию с иностранным элементом.

Известны три основные системы определения под­судности:

1) по признаку гражданства сторон спора. Так, для того чтобы суд какого-либо государства (например, Франции) признал себя компетентным рассматривать дело, достаточно, чтобы спор касался сделки, заключен­ной гражданином этого государства, независимо от места ее заключения;

2) путем распространения правил внутренней терри­ториальной подсудности, и прежде всего правила о под­судности по месту жительства ответчика, при определе­нии подсудности по делам с иностранным элементом (например, в ФРГ);

3) по признаку «присутствия» ответчика, которое толкуется весьма широко (например, в Великобритании и США).

Законодательство и практика большинства государств допускают так называемую договорную подсудность. Это значит, что по соглашению сторон конкретное дело

361


может быть отнесено к юрисдикции иностранного госу­дарства, хотя по закону страны суда оно подсудно мест­ному суду, или, наоборот, дело, которое по закону места нахождения суда подсудно иностранному суду, может быть в силу соглашения сторон отнесено к юрисдикции местного суда.

Соглашения сторон, устанавливающие выбор подсуд­ности, называются пророгационными соглашениями. Соглашения такого рода известны в договорной практике нашего государства. В торговых договорах обычно устанавливается, что споры по сделкам, заключенным торгпредством СССР за границей, подлежат местной юрисдикции. Наряду с этим часто предусматривается, что для споров по сделке может быть определена и иная подсудность.

В нашей юридической литературе отмечается, что при споре по сделке, которая по российскому праву может быть отнесена к сделкам внешней торговли, стороны могут избрать путем соглашения любую подсудность, точно так же, как на основе принципа автономии воли сторон российское законодательство допускает приме­нение по соглашению сторон иностранного материаль­ного права. В области торгового мореплавания ст. 16 Кодекса торгового мореплавания СССР допускает дого­ворную подсудность по всем имущественным спорам, в которых участвуют иностранцы.

Страны СНГ заключили 20 марта 1993 г. Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществле­нием хозяйственной деятельности. Это соглашение исхо­дит из следующих основных принципов:

1) Хозяйствующие субъекты каждого государства пользуются на территории любого государства такой же правовой и судебной защитой своих имущественных прав и законных интересов, что и субъекты этого другого государства.

2) По общему правилу истец должен обращаться с иском в суд по месту нахождения или месту житель­ства ответчика. Установлены определенные изъятия из этого правила, в частности споры о заключении, измене­нии или расторжении договора будут рассматриваться по месту нахождения поставщика.

3) Установлены положения по вопросу о праве, под­лежащем применению при разрешении споров.

362


4) Предусмотрено взаимное признание и исполнение вступивших в законную силу решений компетентных судов другого государства.

Соглашение в 1993 году уже было ратифицировано парламентами России, Казахстана и Кыргызстана. Реа­лизация этого соглашения будет иметь большое значе­ние, поскольку между предприятиями стран СНГ воз­никает большое количество хозяйственных споров, а соглашение распространяется на все суды, в том числе и на арбитражные (хозяйственные) суды.

Наряду с этим соглашением 8 стран — участниц СНГ заключили б июля 1992 г. Соглашение о статусе экономического суда Содружества Независимых Госу­дарств. Утверждено Положение об этом суде. К веде­нию Экономического суда отнесено разрешение, во-пер­вых, экономических споров между государствами и, во-вторых, споров о соответствии нормативных и других актов государств — участников СНГ по экономическим вопросам, соглашениям и иным актам самого Содру­жества.

2. Основными законами в области гражданского про­цесса в России являются Гражданский процессуальный кодекс РФ (ГПК), Арбитражный процессуальный кодекс РФ.

Гражданский процессуальный кодекс предусматри­вает, что суды рассматривают дела, в которых участвуют иностранные граждане, лица без гражданства, иностран­ные предприятия и организации. Статья 434 ГПК уста­навливает, что подсудность судам России граждански? дел по спорам, в которых участвуют иностранные граж­дане, лица без гражданства, иностранные предприятия и организации, а также по спорам, по которым хотя бы од­на из сторон проживает за границей, определяется рос­сийским законодательством, а в случаях, не предусмо­тренных этим законодательством,— исходя из правил подсудности, установленных настоящим кодексом.

Очевидно, ст. 434 следует понимать расширительно, то есть в том смысле, что она распространяется на все случаи правоотношений при наличии иностранного элемента.

Общим правилом определения подсудности является предъявление иска в суде по месту жительства ответчика. В то же время ст. 118 ГПК РСФСР предусматривает, что

363


иск к ответчику, не имеющему в РФ места жительства, может быть предъявлен по месту нахождения его иму­щества или по последнему известному месту его житель­ства в РФ. Из нормы ст. 119 ГПК РСФСР вытекает, что исключительно нашим судам подсудны дела по искам о праве на строение, об установлении порядка пользо­вания земельным участком, если строение или земельный участок находятся в РФ.

В ряде случаев иски могут предъявляться по месту жительства истца, а иски о возмещении вреда — по месту причинения вреда. Эти положения применяются в судеб­ной практике.

Например, в Ленинградском городском суде в 1968 году был предъявлен иск о возмещении вреда бригадиру грузчиков советскому гражданину П., которому были причинены тяжелые телесные повреж­дения при погрузке грузов на теплоход «Аркадия», принадлежавший финской судовладельческой компании. Суд признал себя компетент­ным для рассмотрения этого дела и удовлетворил иск П. к финской компании о возмещении вреда.

Что же касается специальных правил о подсудности, о которых говорится в ст. 60 ГПК, то в отечественном законодательстве они немногочисленны. В качестве при­мера можно привести ст. 163 ГПК, согласно которой российский гражданин, проживающий за границей, впра­ве расторгнуть свой брак с проживающим за границей супругом, независимо от его гражданства, в российском суде.

В договорах о правовой помощи, заключенных с дру­гими странами, предусмотрено разграничение компетен­ции учреждений юстиции. Разграничение проведено по определенным категориям гражданских дел: о лишении и ограничении дееспособности — по договорам СССР с Болгарией, Польшей, Чехо-Словакией; о признании лиц безвестно отсутствующими или умершими — по всем договорам; по спорам, возникающим из личных и иму­щественных правоотношений супругов,— по догово­рам СССР с Болгарией, Вьетнамом, Кубой, Польшей; по делам о расторжении брака или о признании его недей­ствительным — по договорам СССР с Болгарией, Венг­рией, Кубой, Польшей, Чехословакией; по наследствен­ным делам— по всем договорам; по делам о возмещении вреда — по договорам СССР с Вьетнамом, Кубой и Чехо-Словакией.

364


Практика применения договоров о правовой помощи привела к тому, что в процессе их обновления (см. гл. 2) в новых договорах СССР с ГДР, Вьетнамом, Польшей (в протоколе 1980 г.), Чехо-Словакией был дан ответ на вопрос о том, как поступить суду по предъявленному иску, если в производстве суда другой страны уже нахо­дится дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям (например, о растор- ' жении брака супругов, проживающих в разных странах и предъявляющих иски в суды своих стран),— оставить иск без рассмотрения, прекратить делопроизводство?

Так, согласно ст. 50 «А» договора СССР с Польшей (внесенной протоколом от 23 января 1980 г.), если в ор­ганах обеих стран «возбуждено производство по делу между теми же сторонами и по тому же правовому осно­ванию, то орган, который возбудил производство позд­нее, должен прекратить дальнейшее производство». В случае, если будет выявлена некомпетентность органа другой стороны, производство по делу может быть во­зобновлено. Включение в договор последнего правила объясняется следующим: как показала практика, воз­можны случаи, когда, хотя иск предъявлен в какой-либо стране раньше, дело, согласно договору, относится к исключительной компетенции судов данной страны.

В договорах с Вьетнамом и Чехо-Словакией рас­сматриваемая проблема решена несколько иным образом:

там прямо оговаривается, что обязанность прекращения производства относится лишь к случаям, когда дело возбуждено одновременно в судах, компетентных соглас­но договору, и если компетенция в договоре не урегу­лирована — компетентных согласно внутреннему зако­нодательству соответствующей страны.

Правило о разграничении компетенции судов есть и в некоторых других договорах. Так, в ст. 24 Конвенции между СССР и Италией о правовой помощи по граж­данским делам предусмотрены, в частности, для уста­новления компетентности суда такие критерии, как постоянное место жительства ответчика; место исполне­ния обязательства; место причинения вреда (при деликт-ной ответственности); постоянное место жительства или место пребывания истца по делу о взыскании алиментов. Однако в отношении дел, касающихся вещных прав на не­движимость, во всех случаях компетентным должен счи-

365


таться суд той страны, на территории которой находится это имущество. По делам, касающимся личного статуса лица, считается исключительно компетентным суд стра­ны, гражданином которой на день предъявления иска являлось это лицо.

Правила о разграничении подсудности есть в целом ряде многосторонних соглашений в области перевозок.

По спорам между физическими лицами, проживаю­щими в различных странах СНГ, иски как общее правило предъявляются в стране, где лицо имеет место жительст­ва, а иски к юридическим лицам предъявляются в суды страны, на территории которой находится орган управ­ления юридического лица, его представительство либо филиал (ст. 20 Конвенции стран СНГ от 22 января 1993 г.). В этой конвенции предусмотрены также и дру­гие критерии подсудности для конкретных категорий исков (место нахождения недвижимости и др.). Суды стран СНГ могут рассматривать деЛа и в других слу­чаях, если имеется письменное соглашение сторон о передаче спора этим судам и если компетенция судов прямо не определена конвенцией (правила об исклю­чительной компетенции).

§ 3. ПРАВО НА СУДЕБНУЮ ЗАЩИТУ

И ГРАЖДАНСКИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРАВА

ИНОСТРАНЦЕВ В РФ

Российское законодательство, предоставляя иност­ранцам в принципе равную с нашими гражданами возможность приобретать и осуществлять свои права в РФ, вместе с тем дает им возможность их судебной защиты.

Значение, которое уделяется в -России защите прав иностранцев, нашло свое выражение в том, что иностран­ным гражданам и лицам без гражданства гарантируется право на обращение в суд и иные государственные орга­ны для защиты принадлежащих им личных, имуществен­ных, семейных и иных прав.

Иностранные граждане пользуются гражданскими процессуальными правами наравне с российскими граж­данами. Иностранцы могут участвовать в 1ражданских процессах в качестве истца, ответчика или третьего

366


лица. Право на судебную защиту имеют в РФ иностран­ные предприятия и организации (ст. 433 ГПК).

Право обращаться в суд и пользоваться граждан­скими процессуальными правами наравне с гражданами РФ предоставлено и лицам без гражданства (ст. 434 ГПК).

Предоставление национального режима в области гражданского судопроизводства закон не связывает с проживанием иностранца или лица без гражданства в РФ.

В России нет каких-либо ограничений или условий, выполнение которых необходимо для обращения ино­странца в суд. Между тем процессуальному законо­дательству ряда государств известно правило, согласно которому при предъявлении иска иностранец-истец дол­жен внести денежный залог в обеспечение судебных расходов, которые может понести ответчик, если истцу будет отказано в иске.

Торговые договоры РФ с другими странами содер­жат специальные правила о взаимном свободном досту­пе граждан и организаций договаривающихся сторон в суд.

Так, согласно ст. 11 Соглашения между Российской Федерацией и Великобританией об экономическом со­трудничестве от 9 ноября 1992 г., «юридическим и физи­ческим лицам каждой из стран будет предоставляться национальный режим в отношении доступа» и в любые суды и административные органы на территории другой страны «в связи с торговыми сделками». В соответствии с этим с наших граждан за границей и с иностранных граждан в РФ не будет требоваться никаких залогов. Как известно, в соответствии с законодательством доступ в наши суды открыт для всех иностранцев и без договора, а включение таких правил в торговые и другие международные договоры необходимо для обеспечения нашим организациям и гражданам свободного доступа в иностранные суды.

Освобождение от судебного залога (или иного обес­печения в какой бы то ни было форме) истца на основа­нии того, что он является иностранцем или не имеет по­стоянного или временного места жительства в данной стране, предусмотрено также в Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 года (см. гл. 2).

367


Все договоры о правовой помощи, заключенные с другими государствами, устанавливают, что граждане одного государства пользуются на территории другого государства в отношении своих личных и имуществен­ных прав такой же защитой, как и собственные граж­дане. Им предоставлено право свободно и беспрепят­ственно обращаться в суды, прокуратуру, нотариальные конторы и иные учреждения юстиции другого госу­дарства. Они могут возбуждать ходатайства и предъяв­лять иски на равных основаниях с отечественными гражданами. Им предоставляются одинаковые с оте­чественными гражданами процессуальные права, и они не должны вносить какой-либо залог при предъявлении иска.

Такие правила предусмотрены, в частности, в Кон­венции между СССР и Италией о правовой помощи по гражданским делам 1979 года, в договорах о правовой помощи с Финляндией (1978 г.), Грецией (1981 г.), Алжиром (1982 г.), Сирией (1984 г.), Тунисом (1984 г.), Кипром (1984 г.).

Постановления этих договоров применяются соот­ветственно и к учрежденным на территории догова­ривающихся сторон в соответствии с их законодатель­ством юридическим лицам, а также к другим органи­зациям, пользующимся процессуальной правоспособ­ностью.

Иностранец, являясь стороной в процессе, пользует­ся в нашем суде всеми процессуальными правами на--равне с российскими гражданами. Конституция РФ (ст. 171) обеспечивает участвующим в деле лицам, не вла­деющим языком, на котором ведется судопроизводство, право полного ознакомления с материалами дела, учас­тие в судебных действиях через переводчика и право выступать в суде на родном языке. Это конституцион­ное положение имеет прямое отношение к иностранцам. Если иностранец не владеет языком, на котором ведется процесс, то он имеет право знакомиться с материалами дела через переводчика, а также выступать в суде на род­ном языке (ст. 8 ГПК РСФСР). Некоторые консуль­ские конвенции (с Великобританией, Швецией) преду­сматривают, что консул может, если это позволяют законы государства пребывания, выступать в качестве переводчика по делам капитана судна и членов эки-

368


пажа перед судами и властями государства пребыва­ния.

Иностранец может вести дела в суде лично или через представителя. В нашем праве нет института обяза­тельного судебного представительства. Представителями иностранных граждан в суде могут быть как российские граждане, так и иностранцы.

Представителем может быть любой адвокат. Ана­логичным образом решается вопрос о представитель­стве иностранных фирм и граждан при рассмотрении дел в третейских судах (арбитражах). Например, в Между­народном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате РФ стороны могут вести Дела в этом суде непосредственно или через должным обра­зом уполномоченных представителей, назначаемых сто­ронами по своему усмотрению, в том числе из иностран­ных граждан и организаций.

Кроме того, в качестве представителей иностранных граждан могут выступать консулы. В соответствии с правилами ряда консульских конвенций, заключенных с иностранными государствами, консул в силу своего официального положения может представлять граждан страны,- его назначившей, как перед судами, так и перед другими органами власти консульского округа.

Согласно Консульской конвенции между СССР и США, консул имеет право «представлять интересы гражданина представляемого государства в отношении имущества, находящегося в государстве пребывания, при условии, что такой гражданин не представлен иным обра­зом, при условии, однако, что никто при этом не упол­номочивает консульское должностное лицо действовать в качестве адвоката» (ст. 10).

Для признания полномочий консула доверенности представляемого не требуется. Такое правило содержит­ся в консульских конвенциях, заключенных с НРБ, СРВ, КНР, КНДР, МНР, ПНР, СРР, ЧССР, СФРЮ, Австрией, ФРГ и другими странами.

Консульские конвенции, заключенные с США, Вели­кобританией, Японией, Швецией, Италией, предусматри­вают в общей форме право консулов оказывать своим гражданам юридическую помощь ц содействие.

369


§ 4. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАННОГО ГОСУДАРСТВА

1. Иностранное государство обладает судебным им­мунитетом. Под судебным иммунитетом понимается изъятие одного государства из-под юрисдикции другого государства. Иностранное государство не может быть привлечено к суду в качестве ответчика без его согласия. Основанием этого правила являются принцип суверени­тета и принцип суверенного равенства государств. Су­дебный иммунитет государства в широком смысле включает в себя: а) судебный иммунитет в узком смысле слова — саму неподсудность одного государства суду другого; б) иммунитет от предварительного обеспече­ния иска; в) иммунитет от принудительного исполне­ния судебного решения (см. гл. 7).

В США (по Закону об иммунитете иностранных госу­дарств от 21 октября 1976 г.) заявление об иммунитете должно быть сделано в суде; государственный депар­тамент может участвовать в процессе от имени прави­тельства, если суд, по его мнению, неправильно толкует закон. В Великобритании заявление об иммунитете мвжет быть сделано в суде непосредственно представи­телем иностранного государства. Суд вправе обратиться по этому вопросу в Министерство иностранных дел, при­чем полученные от него сведения для суда обяза­тельны. Во .Франции и в ряде других стран заявление об иммунитете делается в соответствии с правилами граж­данского процессуального законодательства.

В деле по искам И. Щукиной и И. Коновалова (см. выше гл. 6) заявление Российской Федерации об иммунитете было сделано ка1( путем направления ноты Посольства РФ во Франции в МИД Франции, так и во время судебного заседания.

При постановке в суде вопроса об иммунитете учи­тывается практика, сложившаяся в том государстве, где предъявлен иск или наложен арест. Как уже отмечалось (см. гл. 6), современная практика государств в этом вопросе неоднородна. Суды ФРГ, США, Великобрита­нии, Австрии, Швейцарии, Италии и ряда других стран предоставляют иммунитет лишь в тех случаях, когда речь идет о действиях государства публично-правового характера.

370


Принцип иммунитета не следует понимать как «отказ в правосудии». Иск к государству может быть предъяв­лен в его собственных судах, а в судах другой страны — лишь с его согласия. Если же такого согласия дано не было, истец может обратиться к собственному государ­ству, для того чтобы оно вступило в дипломатические переговоры с иностранным государством.

Однако чаще всего при заключении контракта с государством или его органом в контракт включается арбитражная оговорка. Она означает согласие государ­ства на рассмотрение иска к нему в порядке арбитража.

Таким образом, претензии к государству могут иметь место, но они должны рассматриваться в соответ­ствии с нормами международного права, а также в соот­ветствии с предусмотренными в случаях такого рода условиями рассмотрения споров. Приведем пример. Пос­ле обоснованного отказа судов США рассматривать иск к пароходу «Россия» двух американских гражданок, яко­бы получивших увечья во время рейса судна, этот иск рассматривался в соответствии с условиями договора перевозки в арбитраже не как иск к государству или его собственности, а как обычный иск к пароходству как перевозчику.

В РФ действует принцип абсолютного иммунитета, который получил закрепление во внутреннем российском законодательстве. Согласно ст. 61 Основ гражданского судопроизводства, «предъявление иска к иностранному государству, обеспечение иска и обращение взыскания на имущество иностранного государства, находящееся в СССР, могут быть допущены лишь с согласия компетент­ных органов соответствующего государства».

В тех случаях, когда в иностранном государстве не обеспечивается Российскому государству и его имуще­ству такая же судебная неприкосновенность, какая обеспечивается иностранным государствам и их имущест­ву в РФ, Советом Министров РФ или иным управомоч-ным органом может быть предписано в отношении этого государства или его имущества применение ответных мер. Со ссылкой на ст. 61 Основ правило такого рода включено в Гражданский процессуальный кодекс России (например, в ст. 435 ГПК РСФСР).

В Основах гражданского законодательства 1991 года предусмотрено, что государство участвует в отношениях,

371


регулируемых гражданским законодательством, на рав­ных началах с другими участниками этих отношений. Однако непосредственно вопрос об иммунитете госу­дарства остался открытым, поскольку п. 4 ст. 25 преду­смотрел, что особенности ответственности государства в регулируемых гражданским законодательством отно­шениях с участием иностранных юридических лиц, граждан и государств определяются Законом СССР об иммунитете государства и его собственности, а такой закон принят не был.

2. В особом положении находятся также лица, вхо­дящие в состав персонала дипломатических и консуль­ских представительств, а также сотрудники междуна­родных организаций. Положение о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР, утвержденное указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 мая 1966 г., предусматри­вает, в частности, что глава дипломатического представи­тельства, члены дипломатического персонала, консуль­ские должностные лица пользуются иммунитетом от гражданской (а также уголовной и административной) юрисдикции. В то же время «иммунитет от гражданской юрисдикции не распространяется на случаи, когда гла­ва дипломатического представительства и члены дипло­матического персонала представительства вступают в гражданско-правовые отношения как частные лица в связи с исками о принадлежащих им' строениях на тер­ритории СССР, наследовании или деятельностью, осу­ществляемой ими за пределами официальных функций» (ст. 13).

Консульские должностные лица пользуются иммуни­тетом от гражданской юрисдикции в том, что касается их служебной деятельности, но это, однако, не распростра­няется на иски о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием (ст. 25).

Венская конвенция о дипломатических сноше­ниях 1961 года, участницей которой является РФ, уста­навливает, что дипломатический иммунитет не распро­страняется на случаи:

а) вещных исков, относящихся к частному недвижи­мому имуществу, находящемуся на территории госу­дарства пребывания, если только дипломатический агент

372


не владеет им от имени аккредитующего государства для целей представительства;

б) исков, касающихся наследования, в отношении которых дипломатический агент выступает в качестве исполнителя завещания, попечителя над наследственным имуществом, наследника или отказополучателя как част­ное лицо, а не от имени аккредитующего государства;

в) исков, относящихся к любой профессиональной или коммерческой деятельности, осуществляемой дипло­матическим агентом в государстве пребывания за пре­делами своих официальных функций (ст. 31 конвенции).

Таким образом, дипломатические представители подлежат юрисдикции российского суда по граждан­ским делам лишь в пределах, определяемых нормами международного права или соглашениями с соответ­ствующими государствами. В то же время, если в ино­странном государстве не будет обеспечена такая же судебная неприкосновенность, какая обеспечивается представителям иностранных государств в РФ, по отно­шению к представителям такого государства возмож­но применение ответных мер.

§ 5. УСТАНОВЛЕНИЕ СОДЕРЖАНИЯ ИНОСТРАННОГО ПРАВА

Суд и другие органы Российского государства, а так­же арбитражные организации стоят на позициях лояль­ного применения иностранного законодательства во всех случаях, когда это применение основано на законе, правилах международного договора или на условиях сделки, заключенной нашей организацией с иностран­ным контрагентом. В ст. 10 ГПК предусмотрено, что «суд в соответствии с законом применяет нормы иност­ранного права». Иностранное право должно приме­няться судом так, как оно применяется в стране, где это право действует.

Например, если речь идет о какой-либо статье Граж­данского кодекса Бельгии, то она должна применяться так, как ее положения толкуются бельгийским Касса­ционным судом. То обстоятельство, что в Бельгии, как и во Франции, действует один и тот же Кодекс Наполео­на и что Кассационный суд Франции толкует эту статью

373


иначе, значения не имеет. Неправильное применение иностранного закона в той же мере, как и ошибка в при­менении отечественного закона, служит в РФ основанием для пересмотра судебного решения (в отличие, напри­мер, от практики ФРГ, Франции и ряда других стран).

Суд применяет не только иностранные законы, но также обычаи и судебную практику иностранных госу­дарств в тех пределах, в каких последние признаются источниками права в этих государствах. Содержание иностранного права может быть как установлено самим судом, так и доказано сторонами, заинтересованными в применении этого права.

Суд обязан установить содержание иностранного права. Для этого он может обращаться к содействию сторон, запрашивать тексты законов иностранных госу­дарств у соответствующих учреждений и научных орга­низаций. Для получения сведений об иностранном зако­нодательстве суды (а также государственные нотариаль­ные конторы) обращаются в Министерство юстиции РФ, которое при необходимости запрашивает в уста­новленном порядке соответствующие учреждения ино­странных государств.

Согласно ст. 157 Основ гражданского законодатель­ства 1991 года, при применении иностранного права суд, арбитражный суд, третейский суд или административный орган устанавливают содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государ­стве.

В целях установления содержания норм иностранно­го права суд, арбитражный суд, третейский суд или административный орган могут обратиться в установлен­ном порядке за содействием и разъяснением к министру юстиции и иным компетентным органам или учрежде­ниям в РФ и за границей либо привлечь экспертов.

Лица, участвующие в деле, вправе представить доку­менты, подтверждающие содержание соответствующих норм иностранного права.

Точно так же Министерство юстиции РФ сносится с соответствующими органами государств, заключивших договоры о правовой помощи по вопросам предостав­ления сведений о действующем в РФ или действовавшем в СССР законодательстве (п. 1 постановления «О мерах

374


по выполнению международных договоров СССР о пра­вовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г.

Если, несмотря на все попытки, установить содержа­ние иностранного закона не удастся, то суду придется применить российское право. В законодательном поряд­ке этот вопрос получил решение в п. 2 ст. 157 Основ гражданского законодательства 1991 года, предусматри­вающей следующее положение: «Если содержание норм иностранного права, несмотря на принятые в соответст­вии с настоящей статьей меры, не установлено, приме­няется советское право». Такой подход к решению этого вопроса соответствует практике других государств.

В этой связи отметим, что в Законе о международном частном праве Венгрии 1979 года предусмотрено сле­дующее правило: «Если содержание иностранного закона не может быть установлено, то следует применять вен­герский закон» (ч. 3 § 5).

§ 6. ИСПОЛНЕНИЕ СУДЕБНЫХ ПОРУЧЕНИЙ

По общему правилу, суд может выполнять процес­суальные действия лишь в пределах своего государства. Для осуществления таких действий за границей тре­буется согласие того государства, в котором они должны быть совершены. Поэтому процессуальные действия за пределами своей страны могут быть произведены лишь в порядке судебного поручения.

Особенно часто встречаются два случая, когда суду одного государства приходится обращаться за содейст­вием к судебным органам другого государства. Первый случай — вручение документов по просьбе суда лицам, находящимся за границей. Например, во Франции откры­вается наследство, а один из наследников проживает в Москве. Французский суд обращается к нашему суду с просьбой вручить извещение этому наследнику о слу­шании дела. Нужно не просто передать документы, а вручить их официальньм образом, засвидетельствовать, что они получены определенным лицом и что оно было ознакомлено с их содержанием.

Второй случай — выполнение отдельных процессу-

375


альных действий, и в частности допрос свидетелей, на­ходящихся за границей. Если суд считает, что для выяс­нения обстоятельств по данному делу необходимо до­просить свидетеля, проживающего за границей, он зара­нее составляет список вопросов, которые должны быть поставлены свидетелю. Допрос производится через судеб­ные органы той страны, в которой проживает свидетель.

Таким образом, под судебным поручением понимает­ся обращение суда одного государства к суду другого государства с просьбой о производстве процессуальных действий на территории этого другого государства.

При обращении суда одного государства к суду другого государства могут применяться четыре истори­чески сложившихся порядка.

Первый порядок — непосредственное обращение суда государства А к суду государства Б.

Второй порядок — дипломатический. Он заключает­ся в том, что суд государства А обращается к своему Министерству иностранных дел, которое через свое посольство или консульство обращается в МИД госу­дарства Б с нотой. МИД государства Б направляет поручение в соответствующий суд с просьбой о его ис­полнении.

Третий порядок — выполнение судебных поручений в государстве Б специальным уполномоченным, назначен­ным судом государства А. Этот порядок был применен сначала в Англии, а затем в США. Состоит он в следую­щем: если суду США надо допросить свидетеля, про­живающего во Франции, то американский суд назначает кого-либо из французских граждан, предварительно с ним договорившись, своим уполномоченным, который и вызывает свидетеля, допрашивает его и направляет мате­риалы допроса в американский суд. Но этот уполномочен­ный не имеет права принимать какие бы то ни было при­нудительные меры, обеспечивающие явку свидетеля.

Четвертый порядок — выполнение судебных поруче­ний путем передачи их центральным органам юстиции (министерствам юстиции, прокуратуре и т. п.). Суд одной страны направляет поручение центральному органу своей страны, который, в свою очередь, передает его централь­ному органу другой страны.

Порядок выполнения судебных поручений устанавли­вается в каждой стране ее внутренним законодательством

376


и международными соглашениями. Основной многосто­ронней конвенцией, регулирующей порядок исполнения судебных поручений, является Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 года. Конвенция допускает возможность направления поручений из одно­го государства в другое как дипломатическим путем, так и путем непосредственной передачи их компетент­ным властям государства пребывания. При присоедине­нии к Гаагской конвенции 1954 года СССР сделал заяв­ление о том, что судебные поручения должны направ­ляться в СССР в дипломатическом порядке через МИД СССР (соответственно в РФ через МИД РФ).

Согласно Гаагской конвенции о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам 1965 года, документы передаются через центральные органы (как правило, ими являются ми­нистерства юстиции стран-участниц), что, однако, не исключает других способов передачи, причем страны-участницы обязаны использовать при этом единообраз­ные формуляры. Порядок передачи судебных поруче­ний четко предусмотрен Конвенцией о получении за границей доказательств по гражданским и торговым де­лам 1970 года. Обе эти конвенции заменяют в отноше­ниях стран-участниц соответствующие разделы Гаагской конвенции 1954 года.

Конвенция о международном доступе к правосудию 1980 года заменяет положения разд. Ill—VI Гаагской конвенции 1954 года. В основном эта конвенция с неко­торыми изменениями воспроизводит положения Гааг­ской конвенции 1954 года. Наиболее существенное изме­нение касается порядка сношений при оказании правовой помощи. Если, как отмечалось выше. Гаагская конвенция 1954 года допускала возможность направления поруче­ний из одного государства в другое как дипломатическим путем, так и путем непосредственной передачи их соот­ветствующим властям, то конвенция 1980 года ввела порядок сношений судов через центральные органы, при котором передача поручений в основном должна осу­ществляться через эти органы, а не по дипломатическим и консульским каналам, хотя каждое государство может использовать для такой передачи и эти каналы. Таким образом, конвенция 1980 года допускает для каждого государства лишь возможность использования диплома-

377


тического порядка, но не предусматривает такой обя­занности.

СССР заключил двусторонние соглашения об испол­нении судебных поручений с США (1935 г.), Францией (1936 г.), Бельгией (1945—1946 гг.), ФРГ (1956— 1957 гг.). Взаимное исполнение судебных поручений предусмотрено также Соглашением между СССР и Австрией по вопросам гражданского процесса от 11 мар­та 1970 г.. Конвенцией между СССР и Италией о право­вой помощи по гражданским делам 1979 года, договорами о правовой помощи с Ираком (1973 г.), Финляндией (1978 г.), Грецией (1981 г.), Алжиром (1982 г.), Кипром (1984 г.), Сирией (1984 г.), Тунисом (1984 г.), НДРЙ (1985 г.). Все эти соглашения предусматривают дипло­матический порядок исполнения судебных поручений и действуют для РФ.

Исполнение в РФ судебных поручений иностранных судов и обращение судов РФ с поручениями к иностран­ным судам регулируются Гражданским процессуальным кодексом.

В соответствии со ст. 436 ГПК суды РФ исполняют переданные им в установленном порядке судебные пору­чения иностранных судов о производстве отдельных про­цессуальных действий (вручение повесток и других до­кументов, допрос сторон и свидетелей, производство экспертизы и осмотра на месте и т. д.), за исключением случаев, когда исполнение поручений противоречило бы суверенитету РФ или угрожало бы безопасности РФ либо когда исполнение судебных поручений не входит в компетенцию суда. Исполнение судебных поручений осуществляется судами на основе российского законо­дательства. Применяются правила Гражданского про­цессуального кодекса. Вместе с тем советские суды не отказывались при допросе свидетелей по поручениям судов Великобритании или США руководствоваться исходящими от этих судов вопросниками (jnterroga-toires), составленными по обычной в судах общего пра­ва форме для прямого и перекрестного допроса.

В 1988 году из США (через посольство США и МИД СССР) по­ступило поручение по иску Б. и др. к фирме «Дрессер индастриз инк.». Дело находилось в производстве окружного суда графства Харрис в штате Техас. Иск был предъявлен родственниками американского специалиста- Б., который погиб в СССР при испытании поставлен-

378


ного фирмой оборудования. В поручении американский суд просил получить свидетельские показания должностных лиц московской больницы. Института хирургии им. Вишневского (Москва), Усинской центральной областной больницы (Республика Коми). Кроме того, суд просил истребовать из Усинской центральной больницы исто­рию болезни погибшего, а также представить медицинские записи и другае документы, рентгенограммы, отчеты, подтверждающие состояние Б., наблюдение и лечение. Во исполнение поручения были допрошены свидетели и истребованы для пересылки в США медицинская карта и другие документы.

Суды РФ могут обращаться к иностранным судам с поручениями об исполнении отдельных процессуальных действий. Порядок сношений российских судов с ино­странными судами определяется законодательством РФ и международными договорами РФ. Судебные пору­чения российских судебных органов судам иностранных государств должны направляться в Министерство юсти­ции РФ, а затем за границу через МИД РФ. Поруче­ния снабжаются переводом на соответствующий ино­странный язык.

Поручения иностранных судов о производстве в РФ процессуальных действий должны направляться по­сольствами иностранных государств в МИД РФ. Он на­правляет поручение в Министерство юстиции РФ, кото­рое, в свою очередь, направляет его соответствующему суду. Документы об исполнении поручения направляют­ся российским судом через Министерство юстиции РФ в МИД РФ. Судебные органы могут принимать к своему исполнению только те поручения иностранных судов, которые были получены через МИД РФ. Если судебный орган получает непосредственно от иностранного суда поручение о производстве того или другого действия, то оно должно оставляться судами без исполнения.

Иной порядок исполнения судебных поручений уста­новлен в договорах о правовой помощи, заключенных РФ с некоторыми странами (см. выше). Эти договоры содержат постановления о взаимном исполнении судеб­ных поручений и поручений всех других учреждений юстиции, которые занимаются гражданскими, семей­ными и уголовными делами. К числу таких учреждений кроме судов, органов прокуратуры и государственного нотариата относятся также загсы, органы опеки и попе­чительства.

Многосторонней конвенцией о правовой помощи стран СНГ от 22 января 1993 г. установлено, что при ока-

379


зании правовой помощи компетентные учреждения юсти­ции сносятся друг с другом через свои центральные ор­ганы, если конвенцией не установлен иной порядок.

Договоры о правовой помощи СССР с бывшими со­циалистическими странами устанавливали порядок непосредственных сношений между центральными орга­нами юстиции договаривающихся стран.

Взаимные сношения органов юстиции существенно облегчаются тем, что они могут пользоваться при этом своим языком. Оказание правовой помощи, согласно договорам, может состоять в выполнении ряда процессу­альных действий (составление и пересылка документов, проведение обысков и выемок, пересылка и выдача вещественных доказательств, допросы обвиняемых, сви­детелей, исполнение поручений о вручении документов). Учреждение юстиции, к которому обращено поручение, применяет законодательство своего государства. Однако по просьбе учреждения, от которого исходит поручение, оно может применять процессуальные нормы госу­дарства, направившего поручение, если это не противоре­чит законодательству страны исполнения поручения. Все поручения об оказании правовой помощи исполня­ются бесплатно.

Вопрос о возможности применения в РФ при испол­нении поручения процессуального законодательства со­ответствующего иностранного государства, если оно не противоречит законодательству РФ, решается по прось­бе учреждения, от которого исходит поручение о право­вой помощи. Верховным судом РФ и Прокуратурой РФ (п. 2 постановления «О мерах по выполнению международных договоров СССР о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г.). По неко­торым договорам о правовой помощи (с Болгарией, Чехо-Словакией) предусмотрено' выполнение поруче­ний не только судов, прокуратуры и органов нотариата, но и загсов. В этих договорах установлено, что учрежде­ния записи актов гражданского состояния одной страны по ходатайству учреждений другой страны пересылают для служебного пользования выписки из книг регистра­ции актов гражданского состояния без перевода и бес­платно через свой вышестоящий орган.

В некоторых договорах (например, с Финляндией,

380


Италией, Грецией, Алжиром, Тунисом, НДРЙ, Кипром) предусмотрено, что оказание правовой помощи не долж­но наносить ущерба суверенитету и безопасности, а также противоречить основным принципам законода­тельства запрашивающего государства (публичному по­рядку).

§ 7. ПРИЗНАНИЕ И ИСПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЙ ИНОСТРАННЫХ СУДОВ

1. Действие судебного решения, вынесенного судом одного государства, в принципа ограничено пределами территории этого государства. Допустимость признания и исполнения иностранного судебного решения опреде­ляется законодательством конкретной страны и между­народными соглашениями, в которых она участвует. Признание решения иностранного суда означает, что оно служит подтверждением гражданских и иных прав и обязанностей в такой же степени, что и решение оте­чественного суда. В ряде случаев достаточно, чтобы ре­шение было только признано (например, о расторжении брака). В других же случаях решение должно быть еще и исполнено, то есть подвергнуто специальной процедуре по разрешению исполнения (например, выдача экзеква­туры или регистрация в специальном реестре). Таким образом, признание иностранного судебного решения является необходимой предпосылкой его принудитель­ного исполнения; для принудительного исполнения обычно устанавливаются^ дополнительные требования сверх тех, которые необходимы для признания решения.

Законодательству государств известны различные системы исполнения решений иностранных судов. Об­щим для всех этих систем является требование взаимности как условия для исполнения решения.

В одних странах (например, в Италии) для исполне­ния судебного решения требуется проверка его правиль­ности лишь с формальной точки зрения, а также уста­новление непротиворечия его публичному порядку стра­ны суда и выполнение ряда других условий. В других странах (например, во Франции, в Бельгии, ряде госу­дарств Африки) необходима выдача экзекватуры. В этом случае суд после рассмотрения соответствующего хо-

381


датайства выносит постановление о разрешении испол­нения. Следует заметить, что во Франции возможна про­верка решения по существу, если оно вынесено против французского гражданина.

Наконец, в третьей группе стран для судебных реше­ний, вынесенных в странах, которые предоставляют взаимность в отношении исполнения решений, требуется регистрация решения в особом реестре (например, в Ве­ликобритании в суде по гражданским делам Высокого суда). Регистрация, в свою очередь, возможна при нали­чии ряда условий.

Согласно законодательству КНР [§ 204, 205 (абз. 1) ГПК КНР], вступившие в силу иностранные судебные решения исполняются при наличии взаимности и усло­вии, что они не противоречат основным принципам ки­тайского права.

Развитие экономических отношений привело к заклю­чению многосторонних и двусторонних конвенций об исполнении иностранных судебных решений, обычно устанавливающих обязательства договаривающихся го­сударств исполнять решения при соблюдении ряда условий (вступление решения в законную силу, непро­тиворечие публичному порядку страны исполнения, участие обеих сторон в судебном разбирательстве и т. д.).

К многосторонним конвенциям, регулирующим при­знание и исполнение судебных решений, относятся прежде всего соглашения, заключенные между госу­дарствами с близкими правовыми системами. Чаще все­го это соглашения регионального характера (Кодекс Бустаманте 1928 г., конвенция между Данией, Финлян­дией, Исландией, Норвегией и Швецией 1932 г., Конвен­ция об исполнении судебных решений государств — чле­нов Лиги арабских государств 1952 г., Афро-Малага­сийская общая конвенция о сотрудничестве в области правосудия 1962 г.). 1 февраля 1971 г. была заключена Гаагская конвенция о признании и исполнении иност­ранных судебных решений по гражданским и торговым делам.

2. Согласно п. 1 указа «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей» Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г., решения иностранных судов и арбитражей признаются и

382


исполняются в СССР, если это предусмотрено междуна­родным договором СССР.

Порядок исполнения в РФ решений иностранных судов определяется соответствующими международными договорами (ст. 437 ГПК).

Решения иностранных судов, которые не подлежат принудительному исполнению, признаются в РФ, если это предусмотрено международным договором или на­шим законодательством.

Такое исполнение в настоящее время допускается только договорами о правовой помощи, заключенными СССР с бывшими социалистическими странами, а также с Ираком, Алжиром, Грецией, Кипром, Италией.

Признание и исполнение решений по отдельным категориям дел могут иметь место в соответствии с от­дельными международными договорами РФ. Так, взаим­ное признание судебных решений по делам об объявле­нии граждан безвестно отсутствующими или умершими и по делам о расторжении брака, раздельном проживании супругов и признании брака недействительным регла­ментируется договором о правовой помощи с Финлян­дией; признание и исполнение решений судов по искам о возмещении ущерба от загрязнения нефтью — Между­народной конвенцией о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью 1969 года; исполнение решений о возмещении ущерба — Римской конвенцией об ущербе, причиненном иностранными воздушными судами третьим лицам на поверхности, 1952 года, рядом многосторонних и двусторонних соглашений в области перевозок грузов и пассажиров; в отношении исполне­ния решений об уплате судебных расходов — Гаагской конвенцией по вопросам гражданского процесса 1954 года.

Что касается признания в РФ решений иностран­ных судов по делам о расторжении брака, то в соответ­ствии со ст. 163 Кодекса о браке и семье в РФ подлежат признанию решения о расторжении брака лиц, постоян­но проживающих за границей, включая случаи, когда оба супруга — российские граждане в момент расторжения брака проживали вне пределов-нашей страны.

Признание иностранных решений такого рода не ставится в зависимость от наличия международного договора; не выдвигается и требование взаимности.

383


В договорах о правовой помощи, заключенных СССР с другими странами, содержатся следующие основные условия признания и исполнения иностранных судебных решений:

1) решение вступило в законную силу. Это опреде­ляется на основании законодательства страны суда, вынесшего решение;

2) при разрешении дела по существу соблюдены про­цессуальные права лица, против которого вынесено ре­шение (например, требуется, чтобы ответчику был свое­временно вручен вызов в суд);

3) отсутствует другое вступившее в законную силу решение по спору между теми же сторонами и по тому же предмету, вынесенное судом в государстве, на террито­рии которого решение должно быть признано или прину­дительно исполнено;

4) при рассмотрении дела и вынесении по нему решения соблюдены правила международных догово­ров о разграничении компетенции судов различных стран.

В ряде договоров указаны и другие, дополнительные условия. Например, в договоре с ЧССР предусматрива­лось, что исполнение допускается, если по законода­тельству обоих государств не истек срок давности при­нудительного исполнения решения.

Общая формулировка некоторых договоров в отно­шении возможности отказа в оказании правовой помощи со ссылкой на публичный порядок, о чем говорилось в § 6, распространяется и на исполнение и признание решений. В отдельных договорах дополнительно пре­дусматривается, что в признании и исполнении решения может быть отказано, если, по мнению страны, к кото­рой обращена просьба об исполнении, это может нанести ущерб ее суверенитету или безопасности либо противо­речит основным принципам ее- законодательства (в до­говорах СССР с СФРЮ, НДРЙ).

Признание в РФ решения иностранного суда озна­чает, что оно обладает такой же юридической силой, какую имеют решения российских судов. Поэтому выне­сение иностранным судом решения, подлежащего при­знанию в РФ, является основанием либо для отказа в принятии в России искового заявления по спору между теми же сторонами, по тому же основанию и о том же

384


предмете, либо для прекращения дела. Поясним сказан­ное примером.

Ленинградский городской суд в 1966 году принял к своему производству дело по иску Л-вой к гражданину ПНР Л. о расторже­нии браки. При исполнении польским судом поручения по этому делу было установлено, что брак супругов был расторгнут воевод­ским судом в Белостоке еще в 1952 году. Это решение, согласно ст. 51 советско-польского договора, подлежало признанию на тер­ритории СССР. В связи с этим Ленинградский городской суд на основании п. 3 ст. 219 ГПК РСФСР прекратил производство по иску Л-вой.

Как отмечалось выше, в ряде договоров о правовой помощи предусмотрено, что решение, вынесенное в одном государстве, может быть принудительно исполнено на территории другого государства. Для принудительного исполнения судом страны исполнения решения должно быть выдано специальное разрешение. Ходатайство о принудительном исполнении подается в суд, вынесший решение. Затем оно пересылается в установленном порядке суду, компетентному выдать разрешение на исполнение.

В РФ в соответствии с указом Президиума Верхов­ного Совета СССР от 21 июня 1988 г. вопрос о разре­шении принудительного исполнения решения рассма­тривается по ходатайству взыскателя Верховным судом автономной республики, краевым, областным, городским судом, судом автономной области и судом автономного округа по месту жительства (нахождения) должника, а если должник не имеет места жительства (нахожде­ния) в РФ либо место жительства (нахождения) долж­ника неизвестно — по месту нахождения его имущества.

Статья 437 ГПК предусматривает, что решение ино­странного суда может быть предъявлено к принуди­тельному исполнению в течение 3 лет с момента вступле­ния решения в законную силу. Это правило относится и х решениям иностранного арбитража.

На основании решения иностранного суда и вступив­шего в законную силу судебного определения о разре­шении принудительного исполнения этого решения вы­дается исполнительный лист, который направляется в на­родный суд по месту исполнения решения. Эти положе­ния договоров широко применяются на практике.

В определении судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда было удовлетворено ходатайство о


13 Зап. № 239

385


принудительном исполнении на территории СССР решения Сухэ-Ба-торского районного суда г. Улан-Батор о взыскании с гражданина СССР Д. алиментов в пользу гражданки МНР Л. на содержание ребенка. В решении содержалась ссылка на ст. 45—47 Договора о правовой помощи между СССР и МНР (1958 г.).

Отказ в разрешении принудительного исполнения решений иностранного суда допускается в РФ в случаях, когда:

1) решение по законодательству государства, на тер­ритории которого оно вынесено, не вступило в законную силу;

2) сторона, против которой вынесено решение, была лишена возможности принять участие в процессе вслед­ствие того, что ей не было своевременно и надлежащим образом вручено извещение о рассмотрении дела;

3) рассмотрение дела, по которому вынесено реше­ние, относится к исключительной компетенции россий­ского суда или иного органа;

4) имеется вступившее в законную силу решение российского суда, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, или в производстве российского суда имеется дело, воз­бужденное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям до возбуждения дела в иностранном суде;

5) истек срок давности предъявления решения к принудительному исполнению;

6) исполнение ^решения противоречило бы суверени­тету РФ или угрожало бы безопасности РФ либо про­тиворечило бы основным принципам российского зако­нодательства (п. 5 указа от 21 июня 1988 г.).

Решение иностранного суда, не требующее принуди­тельного исполнения, признается на территории РФ без какого-либо дальнейшего производства, если со стороны заинтересованного лица не поступят в течение месяца возражения против признания этого решения. Заинте­ресованное лицо может в течение месячного срока после того, как ему стало известно о поступлении решения иностранного суда, заявить в соответствующий суд воз­ражение против признания решения иностранного суда. Это возражение рассматривается в открытом судебном заседании с вызовом заинтересованного лица. Суд по просьбе этого лица, если она будет признана уважи-

386


тельной, может перенести время рассмотрения решения (п. 10 указа от 21 июня 1988 г.).

Признание без особого производства всех решений по имущественным делам предусмотрено в договорах о пра­вовой помощи с Болгарией (ст. 46), Вьетнамом (ст. 41), Грецией (ст. 26), Кубой (ст. 45), Польшей (ст. 51), Чехо-Словакией (ст. 53).

Признание, не требующее принудительного испол­нения, призвано обеспечивать интересы граждан дого­варивающихся государств и облегчить работу органов юстиции.

Многосторонняя конвенция о правовой помощи стран СНГ от 22 января 1993 г. предусматривает признание судебных и иных решений, не требующих исполнения (в том числе и решение о расторжении брака).

Ходатайство о разрешении принудительного испол­нения решений подается в компетентный суд страны, где решение подлежит исполнению. Оно может быть подано и в суд, который вынес решение по делу в первой инстанций (ст. 53 Конвенции). Суд не пересматривает дело по существу, а ограничивается установлением того, что условия, предусмотренные Конвенцией, соблюдены. Порядок принудительного исполнения определяется по законодательству страны, на территории которой должно быть осуществлено принудительное исполнение.

В исполнении может быть отказано в следующих случаях:

а) в соответствии с законодательством страны, «на территории которой вынесено решение, оно не вступило в законную силу или не подлежит исполнению, за исклю­чением случаев, когда решение подлежит исполнению до вступления в законную силу»;

б) ответчик не принял участия в процессе вследствие того, что ему или его уполномоченному не был своевре­менно и надлежаще вручен вызов в суд;

в) по делу между теми же сторонами, о том же пред­мете и по тому же основанию на территории страны, «где должно быть признано и исполнено решение, было уже ранее вынесено вступившее в законную силу решение или имеется признанное решение суда третьего государ­ства, либо если учреждением этой Договаривающейся Стороны было ранее возбуждено производство по дан­ному делу»;


13*

387


г) согласно положениям настоящей Конвенции, а в случаях, не предусмотренных ею, согласно законода­тельству страны, на территории которой решение должно быть признано и исполнено, дело относится к исключи­тельной компетенции ее учреждения;

д) отсутствует документ, подтверждающий согла­шение сторон по делу договорной подсудности;

е) истек срок давности принудительного исполне­ния, предусмотренный законодательством страны, суд которой исполняет решение.

§ 8. НОТАРИАЛЬНЫЕ ДЕЙСТВИЯ

1. В гражданских правоотношениях с иностранным элементом важное значение имеет деятельность нота­риата. Количество нотариально оформляемых в России документов, предназначенных для их использования за границей, с каждым годом увеличивается. В РФ нота­риальные действия осуществляют нотариусы, работаю­щие в государственных нотариальных конторах или за­нимающиеся частной практикой, а также в определен­ных случаях иные органы. За границей совершение нотариальных действий возлагается на консульские уч­реждения Российской Федерации.

Основы законодательства РФ о нотариате от 11 фев­раля 1993 г. каких-либо ограничений для обращения к нотариусам для иностранных граждан и юридических лиц не устанавливают. Нотариусы совершают нота­риальные действия в интересах всех обращающихся к нам физических или юридических лиц.

В функции нотариальных, контор входят: удостове­рение документов, предназначенных для их действия за границей (в частности, доверенностей); принятие документов, составленных за границей; осуществление действий, связанных с охраной находящегося на тер­ритории РФ имущества, оставшегося после смерти иностранного гражданина, или имущества, причитающе­гося иностранному гражданину после смерти граждани­на России; обеспечение доказательств, требующихся для ведения дел в органах иностранных государств, и т. д.

В Основах законодательства РФ о нотариате пре­дусмотрена возможность применения нотариусами норм

388


иностранного права. Нотариусы принимают докумен­ты, составленные в соответствии с требованиями между­народных договоров, а также совершают удостовери-тельные надписи в форме, предусмотренной законода­тельством других государств, если это не противоречит международным договорам РФ (ст. 104).

Консульские учреждения РФ за границей совершают целый ряд нотариальных действий (принимают меры к охране наследственного имущества, выдают свиде­тельства права на наследство, свидетельствуют вер­ность копий документов и выписок из них, совершают морские протесты и т. д.). Они, в частности, удостове­ряют сделки, однако кроме договоров об отчуждении недвижимого имущества, находящегося на территории Российской Федерации (ст. 38 Основ законодательства РФ о нотариате).

В порядке, определяемом российским законодатель­ством и международными договорами РФ, нотариусы могут обращаться к иностранным органам юстиции с по­ручениями о производстве отдельных нотариальных действий. В свою очередь, они исполняют переданные им в установленном порядке поручения иностранных органов юстиции о производстве отдельных нота­риальных действий, за исключением случаев, когда:

1) исполнение поручения противоречило бы суверени­тету или угрожало бы безопасности РФ; 2) исполнение поручения не входит в компетенцию государственных нотариальных контор РФ.

Исполнение поручений иностранных органов юсти­ции о совершении отдельных нотариальных действий производится на основе российского законодатель­ства.

2. Документы, составленные за границей с участием должностных лиц компетентных органов других госу­дарств или от них исходящие, принимаются государ­ственными нотариусами и другими российскими орга­нами при условии их легализации органом Министерства иностранных дел Российской Федерации.

Легализация может, например, состоять в том, что консул РФ в соответствующем иностранном государстве делает на документе специальную надпись, которая удо­стоверяет подлинность подписи должностного лица иностранного государства. Консульские легализации

389


заключаются не только в установлении и засвидетель­ствовании подлинности подписей, но и в удостоверении соответствия документов и актов законам государства пребывания (ст. 55 Консульского устава СССР). Ле­гализация может требоваться и при направлении за границу документов, выданных российскими органами.

Для РФ действует Гаагская конвенция от 5 октября 1961 г., отменяющая требование легализации иностран­ных официальных документов. В ней участвуют 36 госу­дарств, в том числе США, Франция, Англия, ФРГ и др. СССР присоединился к конвенции, в 1991 году. Суть ее состоит в том, что вместо последовательных операций по оформлению легализации предусматривается выпол­нение единственной формальности — проставления так называемого апостиля органами государства, выдавшего документ, являющегося своего рода удостоверительной надписью на документе, единой по форме для всех госу­дарств-участников. Апостиль проставляется в РФ Ми­нистерством юстиции, МВД, Прокуратурой и Архивным ведомством. Апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом. Зна­чение конвенции состоит в том, что она облегчает и упро­щает процедуру оформления тех документов, касаю­щихся прав граждан, которые должны представляться в зарубежные организации.

Без легализации документы, составленные за гра­ницей, принимаются нотариусом и иными органами в тех случаях, когда это предусмотрено законодательством РФ и международными договорами РФ.

Не требуется легализации в отношении документов, передаваемых в связи с оказанием правовой помощи в соответствии с договорами, заключенными СССР и с рядом других стран, а также в некоторых других случаях (например, не требуется на основе взаимности легали­зации документов, прилагаемых к заявкам на изобрете­ния, подаваемым в СССР и Великобритании). Все эти соглашения действуют для РФ.

Вопросы, касающиеся доверенностей, имеют суще­ственное практическое значение в обеспечении эффек­тивной защиты прав и интересов иностранных граждан и юридических лиц в РФ, а также российских граждан и организаций за рубежом. К доверенностям применяются положения гражданского законодательства о договоре

390


представительства, а в отношении представительства в суде действуют положения гражданского процессуаль­ного законодательства.

Коллизионные вопросы доверенностей регулируются ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 го­да. Эта статья предусматривает, что «форма и срок дей­ствия доверенности определяются по праву страны, где выдана доверенность. Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблю­дения формы, если последняя удовлетворяет требова­ниям советского права».

В определенных случаях от иностранцев требуется обязательное представление доверенностей (например, при ведении дел по получению в РФ патентов). В дру­гих случаях в РФ выдаются доверенности, предназначен­ные для совершения действий за границей.

Российское законодательство устанавливает, что кон­сул без доверенностей осуществляет функции по пред­ставительству. В соответствии со ст. 29 Консульского устава СССР «консул имеет право без особой доверен­ности представлять в учреждениях государства пребы­вания граждан СССР, если они отсутствуют и не пору­чили ведение дела какому-либо иному лицу или не в состоянии защищать интересы по другим причинам. Это представительство продолжается до тех пор, пока пред­ставляемые не назначат своих уполномоченных или не возьмут на себя защиту своих прав и интересов».

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какие процессуальные права предоставляются иностранцам в РФ?

2. Каково процессуальное положение иностранного государства?

3. Как устанавливается содержание иностранного права?

4. Какой порядок предусмотрен договорами о право­вой помощи для исполнения судебных поручений?

5. В каких случаях в РФ могут исполняться решения иностранных судов и какой порядок установлен для принудительного исполнения таких решений?

391


ГЛАВА 18

РАССМОТРЕНИЕ СПОРОВ В ПОРЯДКЕ АРБИТРАЖА

8 1. Понятие арбитража и виды третейских (арбитражных) судов. § 2. Арбитражное рассмотрение споров в практике российских орга­низаций. § 3. Арбитражное рассмотрение инвестиционных споров. § 4. Признание и исполнение арбитражных решений

ЛИТЕРАТУРА

Лунц Л. А. Международный гражданский процесс.— С. 140—181;

Лебедев С. Н. Международный торговый арбитраж.— М., 1965;

Лебедев С. И. Международное сотрудничество в области коммерче­ского арбитража.— М., 1979; Рамзайцев Д. Ф. Внешнеторговый ар­битраж в СССР.— М., 1957; Хлест ова И. О. Арбитраж во внешнеэко­номических отношениях стран — членов СЭВ.— М., 1980; Мина-ков А. И. Арбитражные соглашения и практика рассмотрения внешнеэкономических споров.— М., 1985; Лебедев С. Н. Междуна­родный коммерческий арбитраж: компетенция арбитров и согла­шение сторон.— М., 1988.

§ 1. ПОНЯТИЕ АРБИТРАЖА И ВИДЫ ТРЕТЕЙСКИХ (АРБИТРАЖНЫХ) СУДОВ

1. Широкое развитие международных хозяйствен­ных связей, в том числе сотрудничества в области произ­водства, науки и техники между организациями раз­личных государств, делает проблемы арбитражного рас­смотрения споров весьма актуальными.

Организации и фирмы различных стран, заключая контракты, обычно считают, что арбитражное разбира­тельство лучше, чем судебное, что примирение сторон лучше, чем обращение к арбитражу, а предотвращение споров еще лучше, чем примирение. Однако не всегда можно предотвратить споры, урегулировать возникший

392


между сторонами конфликт путем непосредственных пе­реговоров. Поэтому для правовой обеспеченности сделок большое значение приобретает создание условий, гаран­тирующих объективное и компетентное разрешение воз­можных споров. Особенно важным является определение подсудности споров в порядке арбитража при таких длящихся отношениях сторон, как отношения по произ­водственному сотрудничеству, кооперации, сотрудниче­ству при проведении научно-исследовательских и проект-но-конструкторских работ, в лицензионных отношениях. В условиях современной научно-технической революции все время расширяется круг отношений, споры по кото­рым передаются сторонами на рассмотрение арбит­ражных судов.

Четкое определение порядка рассмотрения воз­можных споров, создание тем самым определенных га­рантий выполнения обязательств сторон призваны спо­собствовать развитию на взаимовыгодной основе эко­номических отношений между странами.

Быстрое и справедливое разрешение споров способ­ствует расширению и облегчению торговли и сотруд­ничества. В подавляющем большинстве сделок, заклю­чаемых отечественными организациями и фирмами дру­гих стран, предусматривается арбитражный порядок разрешения споров.

Под третейским (арбитражным) судом понимается суд, избранный сторонами для разрешения спора между ними. Состав суда определяется сторонами. В отличие от общего (государственного) суда, обращение к третей­скому суду происходит на основании соглашения сторон.

Для организаций и фирм, ведущих торговые и иные операции, рассмотрение споров в порядке арбитража имеет существенные преимущества по сравнению с судеб­ным порядком. Преимущества эти состоят прежде всего в непродолжительности, по сравнению с обычными суда­ми, срока рассмотрения дел, в том, что решения арбитра­жа не подлежат обжалованию, а также в относительной (по сравнению с судами) дешевизне. Последнее нема­ловажно, если учесть, что в западных странах расходы на ведение процесса, в том числе на адвокатов, обычно весьма высоки. Большим достоинством арбитража яв­ляется компетентность третейских судов, поскольку арбитры избираются из числа специалистов. Наконец^ с

393


точки зрения организаций и фирм, существенным пре­имуществом представляется то, что третейский суд обыч­но заседает негласно.

Третейские суды, рассматривающие споры в области торговых и иных экономических отношений, возникаю­щих между организациями и фирмами различных государств, следует отличать от третейских судов, кото­рые могут рассматривать споры между государствами как субъектами международного права. Вместе с тем третейские (арбитражные) суды, рассматривающие спо­ры только по правоотношениям с иностранным элемен­том, следует отличать от системы арбитражных судов, разрешающих в РФ и в других странах споры главным образом между хозяйственными организациями внутри страны. В отношении третейских (арбитражных) судов, специально предназначенных для рассмотрения споров с иностранными организациями и фирмами, обычно при­меняется понятие международного коммерческого ар­битража.

Принятый в 1993 году в России в этой области закон называется Законом «О международном коммерческом арбитраже».

2. Для передачи спора на разрешение третейского суда требуется так называемое третейское, или арбит­ражное, соглашение. Это соглашение сторон о том, что споры, которые уже возникли или возникнут в будущем между сторонами, будут переданы ими на рассмотрение третейского суда. Такое соглашение может быть включе­но в договор, например в контракт о купле-продаже това­ров. Условие контракта об арбитраже получило наиме­нование «арбитражная оговорка», В оговорке стороны обусловливают, что возможные споры будут разрешать­ся в порядке арбитража, и определяют, в каком именно арбитражном суде. На практике часто применяются типовые арбитражные оговорки, которые обязательны для сторон лишь в случае их прямо выраженного согла­сия на это.

Особенностью заключенного арбитражного соглаше­ния является то, что оно обязательно для сторон и уклониться вт передачи спора арбитражу они не могут. Обычный суд, как правило, не вправе ни отменить арби­тражное соглашение, ни пересмотреть по существу ре­шение арбитража. Это правило получило признание в

394


законодательстве и судебной практике различных госу­дарств.

Во внешнеторговой практике часто возникает вопрос о юридической силе арбитражного соглашения, на основа­нии которого рассмотрение дела в порядке арбитража должно иметь место за границей.

Во Франции, например, признаются арбитражные соглашения, причем такое соглашение дает основание сделать в суде возражение, направленное на прекраще­ние судебного рассмотрения дела. Для принудительного исполнения иностранного арбитражного решения тре­буется распоряжение председателя гражданского суда по месту его исполнения, который рассматривает лишь формальную правильность решения и допустимость ис­полнения с точки зрения французского публичного по­рядка. Аналогичным образом решается этот вопрос в ФРГ.

В Великобритании по Акту об арбитраже 1950 года суд может приостановить дело, начатое в суде вопреки арбитражному соглашению, если найдет для этого достаточное основание. Тот же акт устанавливает, что иностранное арбитражное решение подлежит прину­дительному исполнению в Великобритании, если оно состоялось на основе действительного арбитражного соглашения.

В США принцип признания юридической силы ар­битражных соглашений лишь с трудом пробивает себе путь. Особенно неопределенным является решение вопроса о юридической силе соглашений, предусматри­вающих рассмотрение спора за рубежом.

В судебной практике США имели место случаи, когда соглашение о подведомственности спора внешнеторго­вому арбитражу в Москве служило основанием для от­каза в рассмотрении иска в суде. Можно привести такой пример.

Американская фирма «Кемден фибр миллс» заключила контракт с организацией «Амторг», осуществлявшей операции по торговле между СССР и США (см. гл. 5), в котором, в частности, было пре­дусмотрено, что все споры с исключением подсудности общим судам подлежат рассмотрению в порядке арбитража. Несмотря на наличие такой арбитражной оговорки, фирма предъявила иск к «Амторгу» в суде штата Нью-Йорк. «Амторг» заявил, что спор не Может быть пред­метом рассмотрения суда. После длительного рассмотрения в судах штата Нью-Йорк было вынесено решение о том, что иск не подлежит

395


рассмотрению в судебном порядке, поскольку арбитражная оговорка носит обязательный для сторон характер.

Арбитражное соглашение (в том числе и арбитраж­ные оговорки, включенные во внешнеторговый контракт) обладает в отношении сделки юридической самостоятель­ностью, автономностью. Это означает, что действитель­ность арбитражного соглашения не зависит от действи­тельности того контракта, в отношении которого оно было заключено.

Иногда при рассмотрении споров это положение приобретает решающее значение.

В качестве примера сошлемся на решение ВТАК от 9 июля 1984 г. по делу по иску В/О «Союзнефтеэкспорт» к фирме «Джок ойл». Советское объединение подписало с фирмой контракт на поставку истцом ответчику значительного количества нефти и нефтепродук­тов. Ввиду прекращения фирмой, находившейся на Бермудских остро­вах, оплаты части поставленного ей товара дальнейшие поставки были приостановлены. Затем истец на основании арбитражной ого­ворки контракта, предусматривавшей, что все споры будут рассматри­ваться во Внешнеторговой арбитражной комиссии в Москве, обра­тился с иском в этот постоянно действующий арбитражный суд. Ответчик прежде всего ссылался на недействительность контракта, поскольку он был подписан со стороны истца только председате­лем объединения, что явилось нарушением советского законода­тельства (см. гл. 8), согласно которому договоры должны подписы­ваться двумя лицами. Недействительность же контракта, по мнению ответчика, влечет за собой и недействительность арбитражной ого­ворки, устраняя тем самым компетенцию ВТАК по возникшему спору. ВТАК признала контракт недействительным с момента его подписания, но в то же время отклонила возражение ответчика в части, касающейся арбитражной оговорки, и разрешила спор по существу. ВТАК исходила из самостоятельности арбитражной оговор­ки. «Арбитражное соглашение,— указывалось в решении,— может быть признано недействительным лишь в том случае, если в нем будут обнаружены пороки воли (заблуждение, обман и др.), нарушения требований закона, относящихся к содержанию и форме заключен­ного арбитражного соглашения. Таких обстоятельств, приводящих к недействительности арбитражного соглашения, нет, и ни одна из сторон не заявляла о его недействительности, ссылаясь на такие обстоятельства». В итоге ВТАК признала, что арбитражное соглаше­ние «является процессуальным договором, не зависимым от мате­риально-правового договора, и что поэтому вопрос о действитель­ности или недействительности этого договора не затрагивает согла­шения», а последнее само по себе в данном случае юридически действительно.

В основных многосторонних конвенциях по вопросам арбитража, выработанных под эгидой ООН, — Нью-Йоркской конвенции о признании и приведении в испол­нение иностранных арбитражных решений 1958 года и

396


Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 года (см. гл. 2) — под арбитражным соглашением понимаются как оговорка в письменном договоре, так и отдельное соглашение, подписанное сторонами или со­держащееся в обмене письмами, телеграммами и т. п. Эти конвенции устанавливают независимо от закона, при­менимого к основному контракту, специальные коллизи­онные правила для определения действительности арби­тражного соглашения. Если же обратиться к нашему за­конодательству, то ст. 2 Положения об Арбитражном су­де при Торгово-промышленной палате предусматривает, что этот суд принимает к рассмотрению споры «при наличии письменного соглашения между сторонами о пе­редаче на его разрешение уже возникшего или могущего возникнуть спора. Соглашение о передаче спора на разрешение Арбитражного суда может быть также выра­жено со стороны истца предъявлением иска, а со стороны ответчика — совершением действий, свидетельствующих о его добровольном подчинении юрисдикции Суда, в частности путем сообщения в ответ на запрос Суда о согласии подчиниться его юрисдикции». Следовательно, наше законодательство не требует для признания дей­ствительности арбитражного соглашения, чтобы оно обя­зательно входило в состав внешнеторговой сделки или подчинялось требованиям, предъявляемым к ней.

Для развития национального законодательства в об­ласти арбитража и обеспечения определенного разно­образия в выборе сторонами контракта процедуры арбитражного разбирательства существенное значение имеет Типовой закон о международном торговом арби­траже, принятый в 1986 году Комиссией ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). На основе этого Типового закона уже приняты национальные акты в Канаде (для отдельных провинций), Австралии, Ниге­рии, на Кипре, в Латвии и других странах.

Закон РФ о международном коммерческом арбитра­же также основан на Типовом законе ЮНСИТРАЛ.

3. В международной практике известны два вида третейских судов: так называемые изолированные и постоянно действующие. Изолированный третейский суд создается сторонами специально для рассмотре­ния данного конкретного спора. Стороны сами опреде­ляют порядок создания третейского суда и правила

397


рассмотрения в нем дела. После вынесения решения по делу такой суд прекращает свое существование. Он получил также название третейского суда ad hoc (бук­вально — «для этого», т. е. для рассмотрения данного дела).

В отличие от третейских судов ad hoc, постоянно действующие третейские суды создаются при различных организациях и ассоциациях, при торгово-промышлен­ных и торговых палатах.

Характерным для постоянно действующих арбитра­жей является то, что каждый из них имеет положение (или устав), свои правила производства дел, список ар­битров, из которых стороны выбирают арбитров.

Положительное отношение к арбитражу как одному из подходящих способов разрешения споров было выра­жено в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Государства — участники совещания рекомендовали «организациям, предприятиям и фирмам своих стран в соответствующих случаях предусматривать арбитражную оговорку в коммерческих сделках и контрактах о промышленном сотрудничестве или специальных соглашениях». Они предложили также, «чтобы положения об арбитраже предусматривали про­ведение арбитража на основе взаимоприемлемого регла­мента и допускали проведение арбитража в третьей стране, с учетом действующих межправительственных и иных соглашений в этой области».

На Венской встрече представителей государств — участников Совещания по безопасности и сотрудниче­ству в Европе была подтверждена польза для всех предприятий, особенно мелких и средних, гибких и взаимно согласованных арбитражных" положений с целью обеспечения справедливого урегулирования споров в международной торговле и промышленном сотрудничест­ве. Участники встречи придали «особое значение сво­бодному выбору арбитра, включая председательствую­щего арбитра, и страны арбитража».

4. Международная практика свидетельствует о том, что в последние годы возросло число рассматриваемых в порядке арбитражного разбирательства споров, одной из сторон которых выступает иностранное государство. Так, 30% всех дел, рассматриваемых в соответствии с арбитражными правилами Международной торговой па-

398


латы в Париже, приходится на споры с участием госу­дарства.

Если государство заключило арбитражное соглаше­ние с иностранным юридическим или физическим ли­цом в отношении возможных споров по какому-либо контракту (коммерческой сделке), то это означает, что оно не сможет ссылаться на иммунитет при рассмотре­нии спора не только в арбитраже, но и в суде другого государства, если этот суд в соответствии со своей ком­петенцией будет рассматривать спор о действительности арбитражного соглашения. Наличие арбитражного согла­шения не означает само по себе, что государство отка­залось от иммунитета от предварительного обеспечения или в отношении принудительного исполнения решения арбитража, осуществляемого с помощью суда. Поэтому практика пошла по пути включения в контракты с госу­дарством или государственными предприятиями спе­циальных условий по этим вопросам (отказов от иммуни-тетов).

§ 2. АРБИТРАЖНОЕ РАССМОТРЕНИЕ СПОРОВ В ПРАКТИКЕ РОССИЙСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ

1. Отечественное законодательство признает силу соглашения об арбитраже, заключенного между сторо­нами. Согласно Закону 1993 года, в международный арбитраж могут по соглашению сторон передаваться:

споры из договорных и других гражданско-правовых отношений, возникающие при осуществлении внешне­торговых и иных видов международных экономических связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон находится за границей, а также споры предприя­тий с иностранными инвестициями и международных объединений и организаций, созданных на территории Российской Федерации, между собой, споры между их участниками, а равно их споры с другими субъектами права Российской Федерации. Из этого положения за­кона следует сделать вывод, что наша организация по соглашению об арбитраже со своим иностранным контрагентом может передать спор как на разреше­ние постоянно действующих в РФ арбитражных орга­низаций, так и на рассмотрение любого иного постоянно-

399


го-йли «изолированного» арбитража. В то же время закон не содержит каких-либо ограничений в отношении места такого арбитража. Свобода выбора сторонами места проведения арбитража не ограничивается.

Этот принцип нашел свое отражение и в ряде между­народных соглашений, например в Соглашении между СССР и ФРГ по общим вопросам торговли и морепла­вания от 25 апреля 1958 г. В ст. 8 соглашения прямо предусматривается обязательство договаривающихся го­сударств давать исполнение на своей территории арби­тражным решениям «независимо от того, были ли они вынесены на территории одного из обоих государств или же на территории третьего государства». В соглашении принцип свободы выбора места проведения' арбитража выражен прямо, а из других договоров и соглашений с иностранными государствами этот принцип с несомнен­ностью вытекает.

2. Постоянно действующими арбитражными орга­низациями в России являются Международный ком­мерческий арбитражный суд (МКАС) (до 1987 г. он назывался Внешнеторговой арбитражной комиссией — ВТАК) и Морская арбитражная комиссия (МАК). Оба арбитража состоят при Торгово-промышленной палате (ТПП) РФ и представляют собой общест­венные (а не государственные) арбитражные органи­зации. Аналогичные постоянно действующие третей­ские суды по внешнеторговым спорам имеются и при торговых палатах Венгрии, Польши, Болгарии, а также Украины, Латвии и других государств.

Для рассмотрения спора в порядке арбитража в Ар­битражном суде (или в МАК) необходимо, во-первых, чтобы он относился к тем категориям споров, рассмо­трение которых входит в компетенцию этого арбитража, и, во-вторых, чтобы имелось соглашение сторон о пере­даче спора на рассмотрение данного арбитража.

Как отмечалось выше, в большинстве стран юриди­ческая сила арбитражного соглашения обеспечивается тем, что в случае, если одна сторона, невзирая на арби­тражное соглашение, обратится в общий суд, другая сто­рона имеет право требовать отвода суда, а суд должен прекратить производство по такому делу. Несколько ина­че этот вопрос решен в нашем законодательстве. На основании соответствующих положений Гражданского

400


процессуального кодекса (например, ст. 129 ГПК РСФСР) судья во всех случаях должен отказать в при­нятии искового заявления, если между сторонами за­ключено соглашение о передаче данного спора на разре­шение третейского суда.

Закон о международном коммерческом арбитраже 1993 г. составлен на основе Типового закона ЮНСИТРАЛ. Он распространяется как на изолирован­ный арбитраж, так и на постоянно действующий. В при­ложении к Закону даны положения о двух постоянно действующих в России арбитражах — Международном коммерческом арбитражном суде и Морской арбитраж­ной комиссии при Торгово-промышленной палате. Таким образом, в соответствии с Законом не создавались какие-то новые арбитражные органы.

Цель Закона состоит в том, чтобы привести положе­ния об этих органах в большее соответствие с совре­менной практикой международного коммерческого ар­битража.

В новом Регламенте, утвержденном Президиумом Торгово-промышленной палаты РФ, учтены положе­ния Закона о международном коммерческом арбит­раже.

Арбитражный суд правомочен разрешать споры, ко­торые вытекают из договорных и других гражданско-правовых отношений, возникающих между сторонами при осуществлении внешнеторговых и иных видов между­народных экономических связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон спора находится за границей, а также споры предприятий с иностран­ными инвестициями между собой, споры между их участниками, а равно их споры с другими субъектами права РФ.

Сторонами в споре могут быть любые лица, в том числе и субъекты права одного и того же государства (например, в споре российского предприятия и совмест­ного предприятия, учрежденного в РФ).

Суд принимает к рассмотрению споры при наличии письменного соглашения между сторонами о передаче на его разрешение уже возникшего или могущего воз­никнуть спора, причем соглашение об этом со стороны истца может быть выражено предъявлением иска,

401


а со стороны ответчика —совершением действий, свидетельствующих о его добровольном подчинении юрисдикции Арбитражного суда, в частности путем сообщения в ответ на запрос суда о согласии подчи­ниться его юрисдикции.

Суд принимает также к рассмотрению споры, подле­жащие его юрисдикции в силу международных согла­шений. Соглашения сторон о передаче спора на рас­смотрение Арбитражного суда не требуется, если он при­нимает к рассмотрению дело, которое стороны обязаны передать на его рассмотрение в силу международного договора. Содержащаяся в контракте арбитражная оговорка признается имеющей юридическую силу не­зависимо от действительности контракта, составной частью которого она является.

Споры разрешаются арбитрами, утверждаемыми пре­зидиумом ТПП РФ на срок 4 года из числа лиц, обла­дающих необходимыми специальными знаниями в обла­сти разрешения споров, рассматриваемых Судом.

При наличии соглашения о передаче спора Арбитраж­ному суду исключается право какой-либо стороны пере­давать спор на разрешение государственного суда или другого арбитража в стране или за рубежом.

Каждое дело рассматривается в Арбитражном суде арбитражем в составе трех арбитров или единоличным арбитром. Образование состава арбитража, а также избрание сторонами единоличного арбитра или назна­чение его осуществляются в соответствии с Регламен­том Арбитражного суда.

В случае, если передача спора на разрешение Арби­тражного суда предусмотрена в контракте, а одна из сто­рон уклоняется от образования состава арбитража по данному делу, председатель Арбитражного суда по просьбе другой стороны принимает меры к образованию состава арбитража.

Вопрос о компетенции арбитража рассматривать конкретное дело по существу решается самим арбитра­жем. Арбитражный суд разрешает споры на основе при­менимых норм материального права, руководствуясь, если спор возник из договорных отношений, условиями договора и учитывая торговые обычаи.

При производстве дел в арбитраже применяются правила Регламента Арбитражного суда, а также отно-

402


сящиеся к международному коммерческому арбитражу положения внутреннего права. В остальном производ­ство дел осуществляется по усмотрению состава арбит­ража при условии равного отношения к сторонам и с тем, чтобы каждой стороне была предоставлена воз­можность надлежащей защиты своих интересов.

Решения суда являются окончательными и не под­лежат обжалованию. Они должны исполняться сторона­ми добровольно и в срок, установленный судом. Если срок исполнения в решении не указан, оно подлежит немедленному исполнению.

Решение суда, не исполненное стороной, против ко­торой оно вынесено, в течение срока, установленного арбитражем, приводится в исполнение в соответствии с законом и международными договорами.

Аналогичным образом организована Морская арби­тражная комиссия. В соответствии с Положением о Морской арбитражной комиссии, принятым Верховным Советом РФ 7 июля 1993 г., комиссия разрешает споры по фрахтованию судов, морской перевозке грузов, мор­ской буксировке судов, спасанию судов; споры, связан­ные с подъемом затонувших в море судов и иного иму­щества; споры, связанные со столкновением судов, с причинением судами повреждений портовым сооруже­ниям, и иные споры, которые вытекают из договорных и других гражданско-правовых отношений, возникающих из торгового мореплавания, независимо от того, являются сторонами таких отношений субъекты российского и иностранного либо только российского, либо только российского или только иностранного права.

3. В соответствии с законодательством России об обычных арбитражных судах, рассматривающих главным образом споры между хозяйственными организациями внутри страны, иностранные фирмы и граждане-пред­приниматели, которые находятся на территории иност­ранного государства, а также российские организации с иностранными инвестициями вправе обращаться в эти арбитражные суды в случаях, предусмотренных Арби­тражным процессуальным кодексом Российской Феде­рации от 5 марта 1992 г. Это возможно только тогда, когда предусмотрено международным договором или соглашением сторон.

403


В России действует также Временное положение о третейском суде для разрешения экономических споров от 24 июля 1992 г. Это Положение не распространяется на организацию и деятельность Международного ком­мерческого арбитражного суда при ТПП РФ и Морской арбитражной комиссии при ТПП РФ. Оно может при­меняться к спорам с участием иностранных фирм, нахо­дящихся на территории другого государства, если это прямо предусмотрено соглашением сторон.

4. Для решения целого ряда вопросов арбитража, в том числе об определении подсудности, большую роль призвана сыграть Европейская конвенция о внешнетор­говом арбитраже от 21 апреля 1961 г.

Статья VI конвенции предусматривает право сторон в арбитражном соглашении обусловливать: а) что их споры подлежат передаче в постоянно действующий арбитраж и тогда арбитражное производство должно состояться в соответствии с правилами этого арбитража или б) что их споры подлежат передаче в арбитраж ad hoc; в таком случае стороны мо1ут, в частности:

1) назначить арбитров или определить порядок, в кото­ром они должны быть назначены; 2) определить место проведения арбитража; 3) обусловить правила арби­тражного разбирательства.

Конвенция предусматривает также определенный порядок формирования состава арбитража ad hoc, определение места и правил производства, если стороны не договорились по этому вопросу или если одна из сторон уклоняется от участия в образовании состава арбитража (участие в решении этих вопросов председа­телей торговых палат, создание специального комитета и т. д.).

В 1966 году Европейская экономическая комиссия приняла Арбитражный регламент, представляющий со­бой рекомендации о процедуре арбитражного разбира­тельства, которые могут применяться, если стороны договорятся о том, что споры будут разрешаться арби­тражем в соответствии с этим регламентом. В том же году Экономической комиссией ООН для Азии и Даль­него Востока были приняты Правила международного торгового арбитража.

Принятый в 1976 году (затем в 1982 г.) Арбитраж­ный регламент ЮНСИТРАЛ также применяется только в

404


том случае, если стороны в договоре в письменной фор­ме согласились на это, причем этот регламент может применяться и с изменениями, о которых стороны до­говорились.

5. Решить вопрос о том, в каком арбитраже и в каком порядке будет разрешен спор, может помочь сторонам договора типовая арбитражная оговорка. В соответствии с международной практикой Торгово-промышленная па­лата заключила с торговыми палатами и арбитражными ассоциациями ряда стран соглашения, в которых реко­мендуется применять типовую арбитражную оговорку. Такие соглашения были заключены с организациями Японии (1956 г.), Италии (1974 г.), США (1977 и 1992 гг.), Индии (1980 г.), Австрии (1982 г.), Белыми (1983 г.). Эти соглашения применяются и в настоящее время.

Рекомендуемая арбитражная оговорка обычно уста­навливает, что арбитражное рассмотрение будет прово­диться в определенном, постоянно действующем тре­тейском суде по месту нахождения ответчика или же в ином арбитраже, созданном для рассмотрения спора в стране ответчика. В частности, типовая арбитражная оговорка, соглашение о которой было достигнуто ТПП с Итальянской арбитражной ассоциацией, предусма­тривает, что споры сторон в зависимости от того, кто является ответчиком, подсудны ВТАК (теперь — Арби­тражному суду при ТПП РФ) или арбитражу при Италь­янской арбитражной ассоциации. Однако истец в любом случае может передать дело на рассмотрение арбитража, организуемого в соответствии с Европейской конвенцией 1961 года и Арбитражным регламентом 1966 года. Пра­вило, согласно которому подсудность рассмотрения спо­ров в порядке арбитража определяется по месту на­хождения ответчика (на основе паритетного принципа), предусмотрено в заключенном между ТПП и Бельгий-ским центром по изучению и применению националь­ного и международного арбитража соглашении об ар­битражной оговорке, рекомендуемой для включения в контракты между российскими организациями и бель­гийскими физическими и юридическими лицами.

В 1992 году Торгово-промышленной палатой РФ и Американской арбитражной ассоциацией (ААА) была подготовлена «Факультативная арбитражная оговорка

405


для использования в контрактах в сфере российско-американской торговли и инвестирования» (были раз­работаны полный и сокращенный тексты оговорки). Она, как и другие оговорки подобного рода, носит сугубо факультативный характер. Это означает, что ого­ворка будет применяться в каждом конкретном случае исключительно по взаимной договоренности сторон. Согласно оговорке, арбитражное разбирательство будет осуществляться в соответствии с Арбитражным регла­ментом ЮНСИТРАЛ, но в случае любого расхожде­ния между этим регламентом и правилами об арбитраже, содержащимися в контракте, стороны будут руковод­ствоваться положениями контракта. Каждая сторона в споре должна назначить одного арбитра, с тем чтобы вто­рой арбитр в случае, если ответчиком будет юридическое или физическое лицо РФ, был назначен Торгово-про­мышленной палатой РФ, а если ответчиком будет юри­дическое или физическое лицо США — Американской арбитражной ассоциацией. В случае, если в 15-дневный срок второй арбитр не будет назначен, он назначается Стокгольмской торговой палатой. Предусмотрена также особая процедура назначения суперарбитра из совмест­ного списка арбитров, составляемого на каждый год ТПП и ААА. Арбитражное разбирательство осуществля­ется в Стокгольме. Предусмотрено, что стороны прило­жат все возможные усилия, чтобы договориться об одном языке арбитражного производства в целях экономии вре­мени и снижения расходов. Однако если это сделать не удается, то будут применяться как русский, так и английский язык.

6. В случае, если выбор материального права самими сторонами не сделан, решение этого вопроса в значи­тельной степени зависит в конечном счете от места рас­смотрения спора. Однако из сказанного не следует, что к сделке будет применено право .места нахождения арбитража. Арбитраж при рассмотрении спора будет применять действующие в этой стране не материальные нормы, а коллизионные. На основании этих коллизион­ных норм будет установлено материальное право, под­лежащее применению к сделке. Шведские специа­листы по международному частному праву прово­дят различие между ситуациями, когда место ар­битража избрано самими сторонами и когда это

406


делают арбитры, независимое учреждение или органи­зация, их назначающая. «В первом случае как практика, так и разум высказываются в поддержку точки зрения о том, что преобладать должны принципы шведского коллизионного права, тогда как в последнем случае шведские нормы будут играть второстепенную роль, а может быть, и вовсе не будут играть никакой роли»,— полагает шведский специалист И. Гиллис Веттер. Сле­довательно, если стороны избрали Швецию местом арбитража, но не договорились относительно права, применяемого к их контракту, «шведские арбитры, как правило, применят шведское коллизионное право для определения применимого материального права».

Аналогичный подход характерен для рассмотрения споров в арбитраже ad hoc. В ряде сделок, заключенных нашими внешнеэкономическими организациями с за­падноевропейскими фирмами, предусматривается рас­смотрение возможных споров в порядке арбитража в Стокгольме. Третейский суд создается для рассмотре­ния конкретного спора. В контрактах оговаривается, что третейский суд выносит решение большинством голосов в соответствии с условиями контракта, действующими международными торговыми обычаями и внутригосу­дарственными правовыми нормами, подлежащими приме­нению согласно принципам международного частного права. Если такой третейский суд будет образован в Стокгольме, то арбитры будут исходить из коллизион­ных норм, действующих в Швеции.

Может иметь место и более сложный случай. В от­дельных контрактах предусматривается, что при не­избрании арбитрами суперарбитра он назначается Тор­говой палатой в Стокгольме из определенных лиц. Мес­том нахождения арбитража в этом случае будет место жительства суперарбитра, и арбитраж тогда будет исхо­дить из коллизионных норм страны места жительства суперарбитра.

Таким образом, рассматривая дело по существу, арбитры обязаны исходить из условий контрактов и учитывать торговые обычаи. Они должны применять право, избранное сторонами, а если стороны не сделали такого выбора — право, подлежащее применению в соот­ветствии с коллизионной нормой, из которой в данном случае будут исходить арбитры. Такой вывод вытекает

407


из положении Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 года.

Аналогичным образом рекомендует решать этот вопрос Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ. Согласно п. 1 ст. 33 этого регламента, «арбитражный суд приме­няет право, которое стороны согласовали как подле­жащее применению при разрешении спора по существу. При отсутствии такого согласия сторон арбитражный суд применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает приме­нимыми».

Третейский суд в России в соответствии со ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже будет разрешать споры в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. Любое указание на право или систе­му права какого-либо государства должно толковаться судом как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам.

При отсутствии какого-либо указания сторон третей­ский суд будет применять право, определенное в соот­ветствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми.

Во всех случаях третейский суд будет принимать решение в соответствии с условиями договора и с уче­том торговых обычаев, применимых к данной сделке.

Приведенные положения свидетельствуют о том, что в современных условиях широкого развития международ­ного сотрудничества действие коллизионного принципа «кто выбирает суд, тот выбирает и право» (qui elegit juridice elegit jus) все более и более ограничивается.

§ 3. АРБИТРАЖНОЕ РАССМОТРЕНИЕ ИНВЕСТИЦИОННЫХ СПОРОВ

1. В двусторонних международных договорах о поощрении и взаимной защите инвестиций, действующих для России, предусматриваются специальные положе­ния о рассмотрении в арбитражном порядке так на­зываемых инвестиционных споров, под которыми пони­маются споры между инвесторами и государствами, в

408


которых сделаны инвестиции. В эту категорию входят споры, относящиеся к размеру и порядку выплаты ком­пенсации, подлежащей выплате в качестве возмещения за ущерб, причиненный инвестициям в результате какого-либо вооруженного конфликта, введения чрезвычайного положения или гражданских беспорядков (ст. 4 согла­шения с Великобританией, п. 5 ст. 4 соглашения с ФРГ). Это споры, относящиеся к размеру и порядку выплаты компенсации в случае национализации, экспроприации или мер, имеющих аналогичные национализации или экспроприации последствия (ст. 5 соглашения с Велико­британией, пп. 1—3 ст. 4 соглашения с ФРГ, ст. 6 согла­шения со Швейцарией). Это споры, касающиеся послед­ствий неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по переводу капиталовложений и доходов от них в страну постоянного места пребывания инвесто­ра (ст. 6 соглашения с Великобританией; ст. 5, подпункт «а» п. 2 ст. 8 соглашения со Швейцарией), иные споры (подпункт «б» п. 2 ст. 8 соглашения со Швейцарией).

2. В договорах предусмотрена возможность до обра­щения к арбитражу полюбовного рассмотрения спора сторонами. Спор может быть передан в арбитраж по исте­чении трехмесячного срока с момента письменного уве­домления о таком споре (ст. 8 соглашения с Велико­британией), по истечении шестимесячного срока (ст. 8 соглашения со Швейцарией; ст. 10 соглашения с Испа­нией). В других договорах такой предварительный срок не установлен (например, в соглашении с ФРГ).

Следует обратить внимание на то, что в договорах пре­дусмотрено рассмотрение любого спора между инвесто­ром и государством в международном арбитраже или третейском суде по желанию или требованию любой из сторон в споре (ст. 8 соглашения с Великобританией;

ст. 9 соглашения с ФРГ). Предусмотрено рассмотрение в третейском суде споров основных категорий (перевод прибылей, порядок и размер компенсации в случае нацио­нализации и аналогичных мер) по инициативе любой из сторон и друшх споров лишь с обоюдного согласия сторон в споре (ст. 8 соглашения со Швейцарией).

3. Установлено, в каком арбитраже (третейском суде) будут рассматриваться возможные споры. В ст. 8 соглашения с Великобританией говорится об арбитраже:

арбитражном институте Торговой палаты в Стокгольме,

409


международном арбитре или арбитражном суде ad hoc, назначаемом по специальной договоренности или созда­ваемом в соответствии с Арбитражным регламентом Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). В ст. 9 соглашения с ФРГ предусмо­трено создание в каждом конкретном случае третейского суда. Если сроки назначения сторонами членов тре­тейского суда не будут выдержаны, предусмотрена воз­можность назначения таких членов третейского суда председателем Международного Суда ООН. Аналогичные правила содержатся в ст. 9 соглашения со Швейцарией.

4. В договорах предусмотрен порядок рассмотрения спора в третейском суде. В ст. 8 соглашения с Велико­британией говорится лишь о том, что арбитражное раз­бирательство будет проводиться в соответствии с Регла­ментом ЮНСИТРАЛ, если стороны в споре не договорят­ся в письменной форме о его изменении. В ст. 9 согла­шения с ФРГ прямо предусмотрены отдельные основ­ные правила рассмотрения спора в третейском суде (принятие решения большинством голосов, несение расходов).

В ст. 8 соглашения со Швейцарией предусмотрено, что третейский суд сам установит свои правила процеду­ры, если стороны в споре не договорятся об ином. В соглашении предусмотрен также порядок несения расходов по арбитражу.

5. Стремясь обеспечить на многосторонней основе гарантии интересов инвесторов, западные государства предложили заключить Конвенцию о рассмотрении спо­ров по инвестициям между государствами и лицами других государств. Вашингтонская конвенция была под­писана 18 марта 1965 г. и вступила в силу 14 октября 1966 г. Участницами конвенции в 1992 году были 106 стран, кроме того, еще 50 стран подписали, но не ратифи­цировали ее. Участницей конвенции является и Россия. Она предусматривает правила примирительной и арби­тражной процедур разрешения споров, а также создание Международного центра по разрешению инвестиционных споров при Международном банке реконструкции и раз­вития. Целью конвенции является изъятие из юрисдик­ции национальных органов стран-участниц инвестицион­ных споров, что обеспечивает защиту частного капитала иностранных государств в этих странах.

410


Правила Вашингтонской конвенции предусматривают универсальный механизм арбитражного рассмотрения инвестиционных споров, оговорена возможность прими­рительной процедуры.

§ 4. ПРИЗНАНИЕ И ИСПОЛНЕНИЕ АРБИТРАЖНЫХ РЕШЕНИЙ

Сторона, в пользу которой вынесено арбитражное решение, заинтересована в возможности обратить взы­скание на имущество ответчика, находящееся часто за пределами того государства, где вынесено решение. В договорах о торговле и мореплавании содержатся нормы, предусматривающие признание арбитражных соглашений, равно как и признание и исполнение осно­ванных на этих соглашениях арбитражных решений.

Признание иностранных арбитражных соглашений и приведение в исполнение иностранных арбитражных решений урегулированы многосторонней конвенцией, принятой в Нью-Йорке в 1958 году. Конвенция дейст­вует для РФ, Беларуси, Украины, Латвии и др. В ней участвуют 84 государства.

В конвенции предусматривается признание письмен­ных соглашений, по которым стороны договорились пе­редать в арбитраж спор по конкретному делу. Суды государств-участников обязуются, если к ним поступает дело, по которому его стороны заключили арбитраж­ное соглашение, направить его в арбитраж.

Согласно российскому законодательству, арбитраж­ное решение, независимо от того, в какой стране оно было вынесено, признается обязательным и при подаче в компетентный суд письменного ходатайства приводится в исполнение (ст. 35 Закона о международном коммер­ческом арбитраже 1993 г.).

Согласно ст. 36 этого Закона, в определенных строго ограниченных случаях может быть отказано в призна­нии или приведении в исполнение арбитражного решения (недействительность арбитражного соглашения, недее­способность стороны в таком соглашении, неуведомле­ние стороны о назначении арбитра и об арбитражном разбирательстве и ряд других). Кроме того, в признании и приведении в исполнение может быть отказано, «если

411


суд найдет, что объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства по закону Российской Федерации или признание и приведение в исполнение этого арбитражного решения противоречит публичному порядку Российской Федерации».

Вместе с тем каждое договаривающееся государство обязалось признавать арбитражные решения и приво­дить их в исполнение на своей территории в соответ­ствии со своими процессуальными нормами. В конвенции также указываются случаи, когда может быть отказано в признании и приведении в исполнение арбитражного решения.

Статья 437 Гражданского процессуального кодекса предусматривает, что порядок исполнения в РФ реше­ний иностранных судов и арбитражей определяется соответствующими международными договорами. Если международный договор, на основании которого испра­шиваются признание и исполнение в нашей стране арбитражного решения, не устанавливает перечня доку­ментов, прилагаемых к ходатайству о разрешении при­нудительного исполнения, или оснований для отказа в признании и исполнении, перечень таких документов и такие основания определяются соответственно по пра­вилам ч. V ст, IV Нью-йоркской конвенции 1958 года. Это положение установлено п. 11 указа «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбит­ражей» Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г. Решение иностранного арбитража может быть предъявлено к принудительному исполнению в РФ в те­чение 3 лет с момента вступления его в силу. Решения иностранных арбитражей исполняются в нашей стране на началах взаимности.

В заключение отметим, что большую сложность на практике вызывает решение вопроса 'о так называемых мерах по предварительному обеспечению иска, по де­лам, подлежащим рассмотрению в международном ком­мерческом арбитраже.

Приведем примеры. В 1992—1993 годах в нидерландских судах рассматривалось дало по иску «Севрыбхолодфлот» (Мурманск) к компании «Гранойл инк.». Суть дела в следующем: российское пред­приятие сдало в аренду (тайм-чартер) голландской компании судно для перевозки растительного масла из Аргентины. Во время

412


перевозки масло смешалось с дизельным топливом. В соответствии с контрактом спор должен рассматриваться в арбитраже в Нью-Йорке. При прибытии судна в Роттердам на основании требования ком­пании по решению нидерландского суда был наложен арест на судно в порядке предварительного обеспечения иска. Требуя отмены ре­шения, истец ссылался на п. 2 ст. 16 договора о торговом судо­ходстве между СССР и Нидерландами от 28 мая 1969 г. В этом пункте предусматривалось, что на территории одной из договаривающихся сторон не будет налагаться арест на судно, принадлежащее другой договаривающейся стороне, в связи с любым гражданским делом, упомянутым в п. 1 ст. 16. В пункте 1 говорится о том, что каждая из сторон (т. е. государств) обеспечит возмещение по претензиям на основании решения, вынесенного судом другой стороны. Суд не согла­сился с доводами истца и отказал в иске, в частности потому, что речь шла не об обеспечении иска, подлежащего рассмотрению в суде Нидерландов, а о предварительном обеспечении иска, подлежащего рассмотрению в арбитраже в третьей стране.

В другом деле суд Финляндии вынес решение об аресте счета российской организации в банке Финляндии в порядке предваритель­ного обеспечения иска, предъявленного к ней в Арбитражном суде при ТПП РФ.

Согласно Закону о международном коммерческом арбитраже, если стороны не договорились об ином, третейский суд может по просьбе любой стороны распо­рядиться о принятии какой-либо стороной таких обеспе­чительных мер в отношении предмета спора, которые он считает необходимыми.

Сторона может обратиться и в обычный суд до или во время арбитражного разбирательства с просьбой о принятии мер по обеспечению иска.

Закон о международном коммерческом арбитраже ис­ходит из того, что обращение в суд и вынесение судом определения о принятии таких мер не являются несов­местимыми с арбитражным соглашением.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПО ТЕМЕ:

1. Какие есть виды арбитражей?

2. Какое значение имеет арбитражное соглашение?

3. Какой порядок установлен для рассмотрения дел в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате РФ?

4. Какие споры считаются инвестиционными?

5. В каком порядке исполняются арбитражные ре­шения?

413


ОГЛАВЛЕНИЕ


Методические рекомендации по изучению учебного курса между­народного частного права .............. 3

Глава 1. Понятие, предмет и система международного част­ ного права .............. 5

Глава 2. Источники международного частного права . . . 47

Глава 3. Общие понятия международного частного права . 74

Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев . . 105

Глава 5. Правовое положение юридических лиц .... 117

Глава 6. Правовое положение государства как участника

гражданско-правовых отношений ...... 149

Глава 7. Право собственности ........... 165

Глава 8. Внешнеэкономические сделки ....... 199

Глава 9. Международные перевозки грузов и пассажиров . 231 Глава 10. Международные кредитные и расчетные отно­ шения .........'....... 241

Глава 11. Обязательства из причинения вреда ..... 249

Глава 12. Авторское право ............ 257

Глава 13. Патентное право ............ 276

Глава 14. Семейное право ............ 293

Глава 15. Наследственное право .......... 320

Глава 16. Трудовые отношения ......... 335

Глава 17. Рассмотрение споров в судебном порядке. Нота­ риальные действия ........... 359

Глава 18. Рассмотрение споров в порядке арбитража . . . 392 414


Учебник Богуславский Марк Моисеевич

МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО.

2-е изд.


Редактор Н. В. Глазунова Художественный редактор С. С. Водчиц Технический редактор Г. И. Немтинова Корректор А. В. Федина


ИБ № 2134

Сдано в набор 3.08.93. Подписано в печать 6.12.93. Формат 84Х 108/32. Бумага офсетная. Гарнитура Тайме. Усл. печ. л. 21,84. Усл. кр.-отт. 21,84. Уч.-изд. л. 23,16. Печать офсетная. Тираж 50 000 экз. Заказ № 239. Изд. № 19-Ю/93.

Издательство «Международные отношения» 107078, Москва, Садовая-Спасская, 20.

Тульская типография, 300600, г. Тула, пр. Ленина, 109.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений22:33:01 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
15:13:24 24 ноября 2015
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
11:59:22 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Учебник по международному частному праву
Шпаргалка по международному частному праву (2005г.)
Почта: ferdibobe@yandex.ru Шпаргалка по международному частному праву. (2005г.) Содержание: Общественные отношения, регулируемые международным частным ...
К их числу относится прежде всего Римская конвенция о применении права к договорным обязательствам 1980 г., Брюссельская конвенция о подсудности и исполнении судебных решений 1968 ...
14 1. Если по соглашению сторон спор между ними подлежит разрешению в арбитраже, течение срока исковой давности прерывается, когда любая из сторон возбуждает арбитражное ...
Раздел: Рефераты по международному частному праву
Тип: реферат Просмотров: 7763 Комментариев: 10 Похожие работы
Оценило: 14 человек Средний балл: 4.6 Оценка: 5     Скачать
Билеты по юридическим предметам
Экзаменационный билет по предмету АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО Билет № 1 Понятие и виды органов исполнительной власти общей и специальной компетенции ...
К каким отношениям применима коллизионная привязка закона места заключения брака (lex loci celebrations)?
Признание совершенных за границей браков и развод иностранцев.
Раздел: Рефераты по праву
Тип: реферат Просмотров: 1624 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Источники международного частного права
Современный Гуманитарный Институт Допустить к защите Председатель ГЭК _ 2002 г. Дипломная работа Тема: Источники международного частного права ...
Наиболее значимыми являются Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, 1992 г., Конвенция о правовой помощи и правовых ...
Отдельные положения международного частного права содержатся в Законе РФ о международном коммерческом арбитраже от 7 июля 1993 г. Законом регулируются вопросы, касающиеся ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: дипломная работа Просмотров: 5648 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Международный гражданский процесс
МИНИСТЕРСТВО ПО ОБЩЕМУ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОМУ ОБРАЗОВАНИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ВЫСШЕМУ ОБРАЗОВАНИЮ ...
Наиболее значительными из документов, принятых на сессиях конференции начиная с 50-х годов, являются Конвенция по вопросам гражданского процесса от 1 марта 1954 года (СССР ...
Указе Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г. "О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей", затрагивающем вопрос об исполнении в СССР ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: курсовая работа Просмотров: 1541 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Билеты по теории государства и права 100
Теория государства и права в системе гуманитарных наук. Прежде всего, Теория государства и права связана с историей, изучающей прошлое человечества во ...
Сложность ее порождается как некоторыми особенностями правового регулирования в отношении границ, унаследованного Россией от СССР, так и довольно значительной неопределенностью ...
Если стороны сами не могут прийти к соглашению о взаимных правах и обязанностях, они обращаются для разрешения конфликта в компетентный государственный орган (так, хозяйственные ...
Раздел: Рефераты по теории государства и права
Тип: реферат Просмотров: 5212 Комментариев: 15 Похожие работы
Оценило: 17 человек Средний балл: 4.8 Оценка: 5     Скачать
Предмет и методы теории государства и права
1. Предмет и методы теории государства и права Наука, как таковая ставит целью выработку системы знаний об объективном мире. Все научные дисциплины ...
... процессуальная сторона международного права - возникают многочисленные процедурные органы, призванные решать споры и конфликты (третейские, арбитражные и иные судебные органы) ...
Субъектом правонарушения является дееспособный субъект права: вменяемый, достигший определенного возраста, гражданин государства или иностранец, не обладающий дипломатическим ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: шпаргалка Просмотров: 84429 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 3 человек Средний балл: 4 Оценка: неизвестно     Скачать
Основы государства и права для абитуриентов МГЮА
СПИСОК НОРМАТИВНЫХ АКТОВ Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года // Российская газета, 1993, 25 ...
Арбитражные суды рассматривают экономические споры между юридическими лицами (организациями), индивидуальными предпринимателями (гражданами), а также между Российской Федерацией и ...
При недостижении соглашения спор может быть рассмотрен с участием посредника (по рекомендации Службы по урегулированию трудовых споров или независимого посредника) или в трудовом ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: реферат Просмотров: 642 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Государство и право, их типология, формы и значение
СОДЕРЖАНИЕ Тема 1. Общая характеристика курса теории государства и права Тема 2. Социально-исторические предпосылки возникновения государства и права ...
Его нормы и институты закрепляются в различных международных договорах, соглашениях, уставах, конвенциях, декларациях, документах ООН.
... таких полномочий они должны принимать правоприменительные акты или, например, гражданско-правовые споры по соглашению сторон могут быть переданы на рассмотрение третейского суда) ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: учебное пособие Просмотров: 12926 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Брак и его заключение
Содержание Введение Глава I. Понятие брака 1.1 Понятие и правовая природа брака 1.2 Брак как форма государственного признания отношений между мужчиной ...
Г.Ф. Шершеневич отмечал, что определение брака в юридическом смысле как союза мужчины и женщины с целью сожительства, основанного на взаимном соглашении и заключенного в ...
162 КоБС РСФСР браки между советскими гражданами и браки советских граждан с иностранными гражданами, заключенные вне пределов СССР, признавались действительными, только если при ...
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: дипломная работа Просмотров: 5750 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 1 человек Средний балл: 2 Оценка: неизвестно     Скачать

Все работы, похожие на Реферат: Учебник по международному частному праву (10306)

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(149903)
Комментарии (1829)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru