Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Русская литература и русский календарь

Название: Русская литература и русский календарь
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: реферат Добавлен 16:03:20 31 мая 2006 Похожие работы
Просмотров: 90 Комментариев: 2 Оценило: 1 человек Средний балл: 4 Оценка: неизвестно     Скачать

Аникин А.А.

В примечании к роману "Евгений Онегин" Александр Пушкин пишет, что в этом произведении "время расчислено по календарю". И в такой очевидной подсказке читателю – как надо воспринимать романное построение – заложено одно из важных свойств русской классики: переживание времени как подлинности. "Евгений Онегин" вообще эталонное произведение для русского реализма, и пушкинское восприятие времени можно вполне перенести на русский классический роман в целом. Явление русской классики в качестве "энциклопедии русской жизни" имеет в основе стремление представить картину подлинного времени – как подлинной первоосновы бытия. А "Евгений Онегин" дал такой наглядный творческий манифест, что свойства этого романа выразили самую суть русского художественного гения. По календарю прежде всего мерится время историческое, связь с событиями своего века. И уже этот ракурс дает многое для осмысления и живого прочтения русской литературы.

Нельзя проникнуть в мир русской классики без этого своеобразного числового шифра – без знания того, к какому времени относится произведение. Все разговоры о событиях или проблемах, представленных художником, остаются лишь пустословием, пока мы не скажем, в каком году или даже в какой день "происходит" "Горе от ума", в какое время – "Ревизор", в какое – "Мертвые души", "Преступление и наказание", сама "Война и мир" - словом, пока не ощутим эту расчисленность по календарю в каждом классическом тексте. Знать внутреннее время произведений так же важно, как и знать время их создания и выхода в свет. Разумеется, это в первую очередь касается эпических и собственно реалистических произведений, в иных жанрах время не станет сугубо календарным, но его живое присутствие останется необходимым свойством всякого художественного произведения: художественный мир – это именно мир, живущий в пространстве и во времени.

Как хорошо, когда уже в первой строке писатель скажет прямо и просто, когда происходит дело: как во многих тургеневских романах. "- Что, Петр? Не видать еще? – спрашивал 20 мая 1859 года, выходя без шапки на низкое крылечко постоялого двора на *** шоссе, барин лет сорока с небольшим" - вот начало "Отцов и детей" (1862). Куда сложнее тут определить литературную географию: что скрыто за этими звездочками *** или за туманными наименованиями города N, как во многих текстах: писатель чаще скрывает подлинность пространства, а вот время если и не укажет так прямо, то даст множество сведений, по которым внимательный читатель раскроет искомый шифр.

Но – раскроет ли? Это трудная задача, похожая на разгадывание сложного кода, секрета - по ряду косвенных признаков, ход мыслей и наблюдений здесь становиться близок к детективному сюжету с обнажением индукции и дедукции, как толковал простоватый Шерлок Холмс. А иной раз требуется и куда более сложный поиск обстоятельств, которым занимался, скажем, философствующий детектив Порфирий Петрович из "Преступления и наказания" Ф.М.Достоевского.

Так что попробуем облегчить эту задачу для нашего читателя и предложим несколько реконструкций времени в главных произведениях русской классики, понимая, что этот труд требует особых усилий и знаний, но - без определения искомых дат в русских романах ни о каком их убедительном понимании нельзя и заикнуться.

Предварительно же заметим и такую особенность русских календарей. Конечно, все даты, указанные в произведениях, созданных до 1918-го года, даны по так называемому юлианскому календарю. С февраля 1918-го года время в России стали числить по григорианскому календарю, как это уже было принято в Европе, и разница в счете составила тогда +13 суток в сторону нового исчисления. Причем число это не постоянное, и примерно с каждым веком оно меняется на единицу (подчеркнем, что это именно приблизительный, округленный перерасчет: примерно сутки за 128 лет). 13 дней – разница именно для 20-го столетия. В 19-м разница в календарях составляла 12 дней, в 21-м – уже 14.

Поэтому события в "Отцах и детях", например, по новому стилю должны отсчитываться от 2 июня, т.е. начала нашего лета. Так что когда вскоре Базаров заставит деревенских ребят лезть в болото за лягушками, это будет все же вполне летний по-нашему день, и не надо воспринимать это как очередную жестокость – лезть в холодную весеннюю воду… Хотя почему бы не полезть этому "дохтуру" и самому за добычей? Но об этом – в другой главе…

Кстати заметить и то, что исчисление сезонов в золотом веке тоже велось не так, как нынче. Тогда сезоны мерили не просто началом месяца, а наиболее короткими и длинными днями и днями равноденствия. Так, зима начиналась не всегда в одно и то же число, а именно тогда, когда в декабре был самый короткий световой день, лето начиналось с самого длинного светового дня, весна и осень – соответственно с дней равноденствия. Поэтому каждый календарь, или месяцеслов, всегда содержал и указание на начало сезона. Например, Месяцеслов на 1821 год укажет: весна – с 9 марта ( везде - ст. ст.), лето – с 9 июня, осень – 11 сентября, зима – 10 декабря. Для примера, по новому стилю в такой манере лето 2003 года мы бы отсчитывали от 21 июня.

И теперь вернемся к истокам исчисления литературного времени – к пушкинскому "Евгению Онегину". Недаром многие литературоведы предлагали различные версии событий. Предложим и свою, рассчитывая на то, что читатель увидит, как плотно сживается слово и историческое время, как в приметах времени раскрывается и только тематическое развитие романа, но и весь его духовный смысл. Собственно ради этой сокровенной в образном мире духовности мы и толкуем о приметах времени.

"Евгений Онегин". Годы жизни…

Как в жизни нашей мы не следим за течением времени, так и в хорошей книге: время именно прожито, а не просто отмерено на часах. Это как вдыхание воздуха. Так и в романе Пушкина: да, автор сам обращает нас к календарю, но живое восприятие текста словно и не нуждается в этом. Однако для полного - и подчеркнем: рационального - усвоения текста проблема хронологии окажется чрезвычайным важным решением.

Допустим, широко популярна идея о возможном привлечении Онегина в круг декабристов. Так было даже и нужно для советского прочтения романа, так обычно и толковали судьбу героя в школах. Это и популярная точка зрения среди литературоведов. Но тогда нужно, чтобы роман хронологически вписывался в рамки – до восстания на Сенатской площади 14 декабря 1825 года…

И вот авторитетные пушкиноведы от Б.В.Томашевского, С.М.Бонди и Н.Л.Бродского до популярного Юрия Лотмана или В.В.Набокова истолковывают события так, что роман завершается именно весной 1825 года: Онегин в Петербурге, разрыв с Татьяной – самое время встать в ряды бунтовщиков…

Заметим, что версия о привлечении Онегина к декабристам основана только на воспоминаниях одного современника Пушкина, даже не близкого друга поэта – офицера М.В.Юзефовича: по его словам, якобы так сам автор объяснял возможную дальнейшую судьбу своего героя.

Но несостоявшиеся замыслы могут быть только самым косвенным мотивом для понимания текста, тем более – замыслы, переданные в мемуарах современников, где привычно видеть множество смещений и ошибок.

Так вот, можно проверить вероятность такой версии изнутри текста: укладывается это в хронологию – можно версию допустить, не укладывается – отставить и учитывать только как факт неточного комментария.

Итак, сколько же лет охвачено пушкинским романом? А можно и иначе подойти к проблеме: а сколько же лет его героям?

Все ясно в отношении Ленского: несколько раз упомянуты его несчастные восемнадцать лет:

Он пел разлуку и печаль,

И нечто, и туманну даль

……

Он пел поблеклый жизни цвет

Без малого в осьмнадцать лет.

Таков поэт в дни первого знакомства с Онегиным, вскоре после возвращения из-за границы. Ну и незадолго до смерти его друг-убийца уже дает ему полные восемнадцать:

пускай поэт

Дурачится; в осьмнадцать лет

Оно простительно.

Да, очевидно, можно было бы и на могильном камне вписать в дополнение к эпитафии годы жизни Владимира. Правда, для этого и нужно установить, в каком году он был убит. Скоро и установим…

Возраст Татьяны Лариной установил сам Пушкин, и это категоричный факт, святая воля автора. Даже если возраст дан не в тексте романа, а в письме другу – П.А.Вяземскому: "Онегин нелюдим для деревенских соседей; Таня полагает причиной тому то, что в глуши, в деревне все ему скучно, и что блеск один может привлечь его… если, впрочем, смысл и не совсем точен, то тем более истины в письме; письмо женщины, к тому же 17-летней, к тому же влюбленной!" (29 ноября 1824 года). А когда же написала Татьяна Онегину? В каком году? Тоже вскоре уточним.

Ну а сам Онегин какого возраста? Его тоже осьмнадцать упомянуты еще в первой главе, да и то как уже ушедший возраст. Зато точно сказано в главе последней – о времени отъезда в путешествие вскоре после дуэли:

Онегин (вновь займуся им),

Убив на поединке друга,

Дожив без цели, без трудов

До двадцати шести годов,

Ничем заняться не умел.

Семнадцать, восемнадцать и двадцать шесть – изрядная разница. Но все же в каком году?

Вся внутренняя хронология пушкинского романа развертывается из одной совершенно неоспоримой детали, чаще всего остающейся незамеченной. Это точная дата именин Татьяны Лариной, где происходит завязка дуэли Ленского и Онегина. Напомним, на следующий после именин день Онегин получает вызов – через секунданта, помещика Зарецкого, а уже в ближайшее утро, на самом рассвете и должен был состояться поединок. Так что, разумеется, год, в который состоялись злополучные именины будет и годом смерти Ленского, и годом отъезда Онегина из имения в дальнее путешествие – в возрасте двадцати шести лет.

В отличие от современного календаря, именины Татьяны в XIX веке отмечали 12 января. А ключ к установлению года в пушкинском сюжете дают следующие как бы мимоходом сказанные слова Ленского:

Ты к ним на той неделе зван.

"Я?" - Да, Татьяны именины

В субботу.

Заметим, день недели дан Пушкиным неслучайно, ведь прежде был другой вариант – четверг. Но поэт, следуя своему правилу – "в нашем романе время расчислено по календарю" (примечание 17-е к полному изданию), - меняет в окончательном тексте четверг на субботу: значит, это было важно…

Важно именно потому, что здесь-то и должен внимательный читатель прочесть указание на год, ведь зная день недели и число, установить допустимый год несложно.

Коли время расчислено по календарю, то и надо взять в руки календарь той поры, чтобы убедиться: только в 1824-м году из всех возможных по сюжету романа именины Татьяны приходились на субботу. Вот он, "Месяцеслов на лето от Рождества Христова 1824-е, которое високосное…" (СПб., 1824), страница 4:

Генварь: Суббота, 12. Мученицы Татианы (так указывали именины).

Вот искомая датировка событий, остальные решения складываются в простую последовательную цепочку, если только внимательно отнестись к деталям пушкинского повествования.

Например, если письмо Татьяна писала в 17 лет, то в 1824 году отмечали ее 18-летие, она чуть младше Ленского… Татьяна, очевидно, родилась в 1806, а Ленский – в 1805 году. Год рождения Онегина почти совпадает с годом рождения Пушкина: видимо, 1798! Это, кстати, вполне согласуется с описанием складывающейся дружбы Онегина и лирического героя романа, т.е. героя, нарочито отождествленного с самим автором:

С ним подружился я в то время.

Мне нравились его черты,

Мечтам невольная преданность,

Неподражательная странность

И резкий, охлажденный ум.

Я был озлоблен, он угрюм;

Страстей игру мы знали оба;

Томила жизнь обоих нас…

Да, кажется, ровесники, но в этом Я был озлоблен, он угрюм как бы отмечено некое старшинство Онегина: злость перешла уже в угрюмство, в мизантропию.

Вот и одно из решений – для финала в романе: если именины и дуэль относятся к 1824-му году, то действие заканчивается никак не раньше года 1828-го: вернувшись в столицу, Онегин застает уже Петербург николаевской поры и никак не поспевает встать в ряды мятежников 1825 года… Заметим, что это гораздо более соответствует и характеру главного героя, и характеру эпической музы Пушкина – с развернутым во времени течением действий.

А можно теперь и установить всю хронологию гениального романа – от начала до конца, объединив ускользающие при легком чтении детали исторического времени.

Никто не может не считаться с пушкинским указанием из предисловия к первому изданию начала романа – о том, что события светской жизни Онегина относятся к зиме 1819 года. Это священная воля автора, таким надо и принять роман…

Зима 1819-1820 года – последние легкомысленные похождения Онегина и резкий перелом в характере – к сплошному разочарованию в жизни, к хандре, к сплину…

Между тем есть в романе и краткая временная экспозиция – отступление к недавнему прошлому и даже отчасти – к времени появления героя на свет Божий:

Онегин, добрый мой приятель,

Родился на брегах Невы,

Где, может быть, родились вы

Или блистали, мой читатель;

Там некогда гулял и я:

Но вреден север для меня.

Так уже со второй строфы романа отмечено авторское присутствие, что вскоре скажется и на хронологии, в переплетении судеб Онегина и лирического героя.

Рождение героя и сжатый рисунок его детства – первая временная веха романа, относимая к концу еще XVIII столетия. Вот куда отнесен исток романа!

В четвертой главе романа, где действие уже происходит в 1823 году, сказано: "Вот так убил он восемь лет, Утратя жизни лучший цвет" - на этом заканчивается рассказ о прошлом Онегина, и это указание на то, что столичный период жизни героя надо отнести к еще 1815-му году: семнадцатилетний герой вступает в самостоятельную жизнь.

Вспомним описание онегинского кабинета – "кабинет философа в осьмнадцать лет:

Все, что в Париже вкус голодный,

Полезный промысел избрав,

Изобретает для забав,

Для роскоши, для неги модной, -

Все украшало кабинет

Философа в осьмнадцать лет.

Здесь мысленно надо уточнить: кабинет уже в 18 лет, то есть это относится к более раннему времени, чем зима 1819 года. Скорее всего, это зарисовка именно года 1815-16-го: голодный Париж дает ассоциацию с поражением Наполеона и захватом французской столицы в 1814 году (в скобках заметим, что отнести обустройство кабинета на французский лад к роковому 1812-му году, как делают Набоков и Лотман, нельзя и в силу хронологического развития, и в силу исторической несогласованности).

Неверно и представление исследователей, что Онегину уже в первой главе около 25 лет: это не согласуется с возрастом, указанным после гибели Ленского и – с переломным характером героя в 1819-м году, и даже с таким указанием из первой главы: Онегин приглашен на детский праздник. Пусть на таких балах развлекались не только дети, но все же это упоминание как бы дает попутное указание на еще сравнительно юный возраст героя. По-нашему, в первой главе ему еще только около двадцати лет.

Так описывает Пушкин петербургскую жизнь героя в зиму 1819-20-го года: кстати, тогда зима наступила сравнительно рано, поэтому и так продолжительны развлечения Онегина – до наступления сплина: тот же Набоков, видимо, из месяцеслова почерпнул, что Нева замерзла уже в середине октября. Точнее, календарь того года укажет 26 октября (сравним: в близком 1822-м Нева стала только 9 декабря).

Словом, Пушкин замечательно точен: в эту долгую зиму Онегин и успел в последний раз отдаться светским развлечениям, и погрузиться в глубокое разочарование. Заметим, что для Онегина вообще зима – самое тяжкое время, время глухой тоски и непоправимых поступков; таким будет он и в последней главе романа: зимовал он, как сурок; однако в тоске не умер, не сошел с ума…

Да, двадцать пять лет дают герою в первой главе только потому, что представляется какое-то молниеносное движение событий к смерти Ленского: дуэль будто бы произошла через год… Это неправдоподобно и объясняется только лишь желанием приблизить конец романа к декабристскому восстанию. Все не так! Слишком много событий помещено в этот временной промежуток – между зимой 1819-го и дуэлью.

Вернемся к событиям первой главы. Завязавшаяся дружба Онегина и лирического героя, "Пушкина", была нарушена скорой разлукой:

Онегин был готов со мною

Увидеть чуждые страны;

Но скоро были мы судьбою

На долгий срок разведены.

Отец его тогда скончался.

Перед Онегиным собрался

Заимодавцев жадный полк…

И лирический герой покидает Петербург один. Это событие принято отождествлять с отъездом Пушкина в южную ссылку. Что вполне справедливо, однако нельзя излишне буквально сближать даты реальной биографии Александра Сергеевича и его романного двойника. Если Пушкин покидает столицу 6 мая 1820 года, то в романе это происходит, очевидно, летом, и уже весьма поздним, после периода белых ночей, когда вместе с Онегиным друзья бродили по великому городу:

Как часто летнею порою,

Когда прозрачно и светло

Ночное небо над Невою (…)

Дыханьем ночи благосклонной

Невольно упивались мы!

Стало быть, и поздним летом 1820-го года скончался отец Онегина.

А нужно ли так понимать, что тут же, по крайней мере в то же лето умер и его пресловутый дядя? Нет никакой нужды так сближать эти две смерти.

К смерти дяди Онегин прибывает тоже летом, летя в пыли на почтовых; в имении находит сумрачные дубровы и нивы золотые… Да, картина позднего лета. Но логично отнести это уже к 1821 году: это снимает ненужную поспешность в череде смертей и более соответствует реальным деталям. Ведь даже за несколькими строками об отцовском наследстве стоит целая необходимая процедура. Конечно, Онегин не мог и не похоронить отца, и не соблюсти некие траурные обычаи. Тем более – так мгновенно решить дела по наследству. Скорее всего, с жадным полком заимодавцев требовалось уладить дела не так быстро, ведь и тогда существовал необходимый и строгий срок, когда подавались претензии по наследству – не менее шести месяцев, а в сложных случаях – до полутора лет. Необходимо было наследникам подать и соответствующее объявление в официальных изданиях – посмотрите "Санкт-Петербургские ведомости" или "Московские" за тот период. Так должен был пройти эту волокиту Онегин. А зачем автору романа это описывать детально? Не обязан он это делать, а вот для читателя такое понимать следует.

Попав в имение дяди, Онегин должен был тоже пройти всю процедуру вступления в наследство, и только после он мог бы считаться, как сказано, хозяином полным заводов, вод, лесов, земель… Только после официального, не скорого, вступления в права наследника Онегин мог и распорядиться судьбами своих новых крепостных – менять барщину на оброк. Вот реальная картина жизни.

Заметим, что Онегин мог и не сразу после похорон остаться в имении, а приехать туда окончательно уже уладив петербургские дела. Так, один читатель напечатал отзыв в журнале "Отечественные записки" за 1839 год, заметив, что "Онегин видит себя в необходимости остаться некоторое время в деревне" после смерти дяди. Некоторое время – не значит неотлучно, и уже совсем в другой год Онегин мог бы познакомиться с Ленским и Лариными…

Поселившись же в новом имении, Онегин тоже, конечно, не вдруг знакомится с Ленским и выглядит при этом уже привычным обитателем русской провинции:

Он в том покое поселился.

Где деревенский старожил

Лет сорок с ключницей бранился,

В окно смотрел и мух давил.

Дружба с Ленским складывается не так стремительно, как у героев с другим темпераментом и культурой (не могли пушкинские несколько церемонные герои сойтись так, как, например, гоголевский Ноздрев, при первом же знакомстве переходящий на ты и готовый тут же расцеловаться и подраться):

Сперва взаимной разнотой

Они друг другу были скучны;

Потом понравились; потом

Съезжались каждый день верхом;

И скоро стали неразлучны…

Одновременно Ленский завязывает теплые отношения с Лариными, ничуть не предчувствуя грядущей драмы… Словом, вся эта интерпретация сюжета явно свидетельствует о том, что между смертью дяди и знакомством Онегина с Татьяной проходит достаточно большой временной промежуток. Никак не мог Онегин в какой-то бешеной скачке событий в течении полугода расстаться с Пушкиным, похоронить отца, дядю, закончить все дела по наследствам, поселиться в дядином имении, познакомиться с Ленским, затем – с Татьяной, преподать последней урок нравственности, оказаться на именинах и, наконец, убить друга на дуэли… Неужели комментаторы романа не чувствуют всей нелепости и ненужности такой сюжетной карусели! Нет, Онегин и Ленский – не Ноздрев с поручиком Кувшинниковым…

Другое дело, если все эти события развиваются в течение нескольких лет: это убедительно и, главное, отвечает духу романа и его внутренней хронологии.

Итак, если именины Татьяны отмечались в 1824 году, то знакомство ее с Онегиным следует отнести к концу зимы - началу весны 1823 года. Именно весна (пора любви, по Пушкину) упомянута вскоре:

И в сердце дума заронилась;

Пришла пора, она влюбилась.

Так в землю падшее зерно

Весны огнем оживлено…

Интересно: современник Пушкина поэт и критик М.А.Дмитриев в журнале "Атеней", № 4 за 1828 г., писал, что между знакомством Татьяны и Евгения и любовным письмом лежит полгода. Пушкин на это никак не возразил, хотя спору с Дмитриевым посвятил и ряд примечаний к роману, и целую заметку, называемую "Возражение на статью "Атенея"". Столь протяженный срок, стало быть, принят самим автором, хотя точнее было бы назвать не полгода, а два-три месяца: мать Татьяны накануне второго визита Онегина скажет: "Он что-то нас совсем забыл" – все это отражение достаточно длительного времени, никак не замеченного комментаторами романа.

А пишет Татьяна уже поздней весной, если не в начале лета:

И соловей во мгле древес

Напевы звучные выводит.

Объяснение с Онегиным произошло явно в июне 1823 года, это было в пору сбора ягод:

В саду служанки, на грядах,

Сбирали ягоды…

Развернем "Календарь первой четверти XIX века" (СПб., год выпуска не указан), чтобы прочесть на с.39 в "Поваренных наставлениях" для июня: "В сем месяце заготавливают для поварни … из ягод: малина, персики, земляника, смородина". На грядах, естественно, собирали землянику, выращиваемую в России еще с XVIII столетия.

Пушкин здесь календарно точен, мы же должны еще раз повторить, опровергая устоявшуюся точку зрения на хронологию романа, что невозможно Онегину прискакать в имение дяди под сумрачные дубровы, к золотым нивам, а после, ближе к соловьиному пению встретить Татьяну. Это, повторим, события разных годов.

Думается, Пушкин точен и в описании зимы 1823/24 гг. Зимы ждала, ждала природа/ /Снег выпал только в январе/ /На третье в ночь. Вот сводка погоды на конец декабря 1823 года из "Санкт-Петербургских ведомостей", номер первый за 1824 год: вокруг 30 декабря – пасмурно, снег с дождем, температура по Реомюру от – 2 до + 8 (уточним, что один градус по Реомюру равен 5/4 градуса привычного нам Цельсия: +8о R = + 10о C). И так до 2 января 1824, когда уже минус 9-10о R, устойчивый снег. Так и далее уже в январе – холодно и снежно. Снег не впервые пошел, но прочно лег на землю действительно в указанный срок (сравним: "Месяцеслов" отмечает, что первый снег начал идти еще в сентябре 1824-го года).

После дуэли 14 января 1824 года Онегин отправляется в путешествие. Здесь есть два ориентира. Прежде всего, мы помним из последней главы:

Убив на поединке друга,

Дожив без цели, без трудов

До двадцати шести годов (…)

Им овладело беспокойство,

Охота к перемене мест (…)

Оставил он свое селенье,

Лесов и нив уединенье…

Да, из этого видно, что Онегину в 1824 году исполнилось 26 лет и что он отправился в путешествие скорее всего летом, поскольку вновь упомянуты нивы, а не заснеженные или голые поля.

В варианте "Путешествия Онегина" говорится: "Он собрался, и, слава Богу,/ / Июня третьего числа/ / Коляска легкая в дорогу/ / Его по почте понесла". В изданиях Пушкина есть разночтения: третьего июня или июля. Хотелось бы согласиться в данном случае с мнением В.В.Набокова из его комментария: июнь был бы более предпочтителен как дата символическая – рядом именины Пушкина. В конце концов, и эта дата закрепилась лишь в рукописи, ее нет в печатном тексте "Отрывков из путешествия". Мы можем принять ее лишь косвенно.

Другой ориентир более определенен: "… перед ним/ / Макарьев суетно хлопочет,/ /Кипит обилием своим" - это первые строчки печатного текста "Отрывков".

Макарьевская ярмарка, куда прибывает Онегин, в начале 20-х годов проводилась с 15 июля. Можно прочесть об этом, например, в записках Вигеля, а можно и найти множество изданий, посвященных ярмарке непосредственно. Так, в "Полной истории Нижегородской ярмарки" (М., 1833) сказано: "23 июля 1821 года … постановлено, чтоб оная начиналась непременно 15 числа июля и оканчивалась непременно 15 числа августа" (с. 26). Здесь же отмечается, что съезд участников и гостей начинается с 1 июня. Вот когда Онегин мог быть в городе на Волге.

Следующая дата дана в строках "Спустя три года, вслед за мною,/ / Скитаясь в той же стороне,/ / Онегин вспомнил обо мне". Речь идет о Бахчисарае, где Пушкин был 20 сентября (н. ст.) 1820 года. Три (полных) года – это как раз лето 1824 года, когда до самого последнего числа июля Онегин мог и встретиться с Пушкиным в Одессе. Это могло быть, если помнить, что Онегин чрезвычайно и не впервые ли после гонки к дяде - спешил в своем путешествии ("Тоска, тоска! Спешит Евгений/ / Скорее далее"; "Поплыл он быстро вниз реки"), а в Одессе встреча с лирическим героем была мимолетной: "Недолго вместе мы бродили/ / По берегам Эвксинских вод./ /Судьбы нас снова разлучили/ / И нам назначили поход". Так, Пушкин был отправлен в Михайловское. Онегин же пустился к невским берегам, но каким путем и когда добрался в столицу – Бог весть.

В такой хронологической версии расхождение с реальной биографией Пушкина если и есть, то, прямо скажем, минимальное: можно ли было герою за две недели добраться от Нижнего до Одессы? Но, конечно, это расхождение в днях, а не годах, и, главное, оно не ощутимо внутри текста и не противоречит его стилистике.

Нам остается тоже вернуться к невским берегам.

Когда же снова Онегин окажется в столице и когда, собственно, завершается хронология романа?

Татьяна Ларина приедет в Москву зимой, скорее всего в январе-феврале 1825 года (упомянут недавний сочельник, когда Грандисон встретился с подругой матери Татьяны – Алиной). Возможно, в конце года она выходит замуж за генерала, князя, онегинского родню и друга. В главе восьмой тот скажет, что женат около двух лет.

Очевидно, события последней главы разворачиваются поздней осенью 1827 года и завершается романная история весной 1828-го.

Почти все приметы времени, данные в восьмой главе, объявляются Набоковым и Лотманом анахронизмами. О чем идет речь? Исследователи упорно относят ее действие к 1824 году. Упорно и без всяких оснований. Тогда, действительно, Татьяна не могла бы разговаривать с послом испанским, назначенным только в 1825-м. Даже знаменитый малиновый берет Набоков относит к более поздней моде.

На редкость нелепо выглядит попытка Лотмана объяснить не включенную в окончательный текст строфу с упоминанием жены императора Николая Первого под именем Лаллы-Рук (таково было ее прозвище в придворном обществе – по имени героини поэмы Мура, ставившейся как театрализованное действие, живая картина). Эту строфу никак нельзя отнести к картине 1824 года, когда Александра Федоровна не была императрицей и никак не могла сиять царственной главою (ни ей, ни кому бы то ни было грядущая ее царская судьба не была очевидна). Строка, где говорится о взорах, переходящих то на нее, то на царя, конечно, подразумевает Александру Федоровну и Николая Павловича, ставшего царем в ноябре 1825 г. и коронованного в 1826-м.

Под пером же Лотмана вышло, что эта строфа описывает императора Александра Первого, танцующего полонез с женой Николая. Да, такое бывало, но не могло быть осенью 1824 года.

1824 – тяжелый год для Александра I. Летом умирает дочь, тяжко болеет супруга, страшно угнетенное состояние души. И вдруг осенью – на танцы к Татьяне Лариной! Заметим, что императора вообще не было в столице с середины августа и до знаменитого наводнения 7 ноября 1824 года, тоже тяжко на него подействовавшего и, кроме того, послужившего мотивом для пушкинского "Медного Всадника"? Для Пушкина это было величественное и символичное событие: он и в письмах называл это наводнение не иначе как потоп: "Этот потоп с ума мне нейдет, он вовсе не так забавен, как с первого взгляда кажется…" (Л.С.Пушкину, 4 декабря 1824 г.). Где же в восьмой главе это катастрофическое наводнение? Кстати, после этого события надолго были запрещены в Петербурге балы и спектакли – мера, одобренная и Пушкиным… Нет, не мог поэт рисовать балы и рауты в восьмой главе, если бы относил ее к 1824-му году. Позднейшее время – другое дело.

Кроме того, едва ли Александр Павлович мог бы оказаться в первом танце с Александрой Федоровной – не на придворном балу, а в доме князя: по тогдашнему порядку, в первой паре должна идти именно супруга хозяина, то есть сама Татьяна Дмитриевна...

Далее, не надо забывать, что в сентябре 1823 года император Александр получил тяжелейшую травму ноги (а вот накануне, что поделаешь, действительно, танцевал польский в день своего тезоименитства). В феврале 1824 были подозрения на гангрену и император просто не вставал. Нога выглядела страшно: "По отделении обширного гангренозного струпа, состоящего из омертвелых общих покровов и клетчатки, представилась нам обширная язва, коей дно было покрыто гноем. Язва простиралась до самой надкостной плевы," – писал врач императора Тарасов, отметивший также "обширное омозоление на обеих коленах" (см.: Г.Василич. Император Александр I и старец Феодор Кузьмич. М., 1911). Царю требовались постоянные медицинские процедуры. Все усиливалась глухота. Но – все мимо, надо танцевать у Татьяны!

Заметим, что, судя по запискам А.О.Смирновой-Россет, Пушкин читал многим строфу, где упомянуты Лалла-Рук, императрица Александра Федоровна, и император, и строфа не вызывала версий о танце с Александром I. Танец императора выглядел бы довольно вульгарной насмешкой над его судьбой.

Не беремся решать, почему строфа не вошла в роман, но не потому ли, что и танец Александры Федоровны осенью 1827-го, вскоре после рождения ею сына Константина, 9 сентября, казался преждевременным, не совсем рассчитанным по календарю?

Пожалуй, вариант строфы 25, включенный в окончательный текст восьмой главы, содержит более всего примет времени:

Тут был на эпиграммы падкий,

На все сердитый господин:

На чай хозяйский слишком сладкий,

На плоскость дам, на тон мужчин,

На толки про роман туманный,

На вензель, двум сестрицам данный,

На ложь журналов, на войну,

На снег и на свою жену…

На основе записок все той же фрейлины А.О.Смирновой-Россет считается, что здесь выведен обер-егермейстер двора граф Гаврило Карлович Моден, которого знал Пушкин и удивлялся его желчности и злости.

Снег в этой строфе указывает, что события происходят не ранней осенью, "Месяцеслов" в 1827 году укажет снег впервые 16 октября (напомним, по роману, в предыдущий день Онегин увидел Татьяну в свете, явившись с корабля на бал, теперь же бал происходит непосредственно в ее доме). Никак не справедливо здесь указание Набокова на август 1824-го.

Вензель двум сестрицам – это тоже известная деталь, событие в царствование уже Николая Первого, когда им были назначены ко двору дочери генерала Бороздина: Ольга и Настасья (позже стала фрейлиной и Наталья Бороздина). Моден мог на это злиться, но – никак не в 1824 году… Таков комментарий А.О.Смирновой. Заметим, что Пушкин был знаком с Бороздиными, есть упоминания и в его письмах.

Не менее странной была бы и злость на войну в 1824 году? На какую войну? – надо было бы спросить. Уж не на войну ли где-нибудь в далеком Перу, в Вест- Индии? Другое дело – год 1827 или 1828. Едва ли не каждый номер "Санкт-Петербургских ведомостей" открывался "Внутренними происшествиями", где говорилось о действиях Кавказского корпуса генерал-адъютанта Паскевича, т.е. о событиях русско-персидской войны, начавшейся летом 1826-го. Наконец, 7 октября 1827 года произошла знаменитая и важная для России Наваринская битва – с участием русского флота. Россия готовилась к войне с Турцией, манифест о которой был объявлен в апреле 1828 года. Словом, в отличие от 1824 года, осенью 1827-го было о чем говорить на военные темы: и говорили, и спорили, и злились. Менее убедительной нам кажется датировка, предложенная В.М.Кожевниковым (Литература в школе, 1984, № 6), который события 8 главы относит к 1830-му году, а войной считает недавно законченную русско-турецкую: тогда злиться было бы уже поздно или уж – не на войну, а на ее итоги, Андрианопольский мирный договор от сентября 1829 года.

Оставим пока упоминание о романе туманном, хотя не исключено и ироничное отражение самого пушкинского "Евгения Онегина", третья глава которого печаталась именно в октябре 1827-го. Среди октябрьских книжных объявлений мы встретим этот роман – наряду разве что с романами Вальтера Скотта. Слово туманный любимо Пушкиным и отчасти оправданно в нашем контексте:

И даль свободного романа

Я сквозь магический кристалл

Еще не ясно различал…

Ложь журналов, скорее всего надо отнести к столь раздражавшим Пушкина нападкам на его творчество в том же 1828-30-м годах: "Атеней", "Санкт-Петербургский зритель", "Вестник Европы", "Московский телеграф", "Галатея", "Сын Отечества", "Телескоп" печатали резкие отзывы и о романе "Евгений Онегин", и о творчестве Пушкина в целом. Полемике с этими выступлениями поэт отвел много сил: заметки "Опыт отражения некоторых литературных обвинений", "Опровержение на критики", "О журнальной критике", "Возражение критикам Полтавы" и др. Вот весь дух этой борьбы и вылился в строчку про ложь журналов.

Совершенно очевидно, что глава восьмая описывает николаевскую столицу, уже основательно подзабывшую декабристское восстание (кн.Вяземский еще осенью 1826 года писал, что "14-е (декабря. - А.А.) уже и не в помине"), на что справедливо указывал автор содержательного комментария к "Онегину" Н.Л.Бродский – тем не менее, упорно считающий, что действие романа закончится в 1825 году…

Наконец, отнесение событий главы восьмой к 1827 году вытекает из лирического фрагмента, посвященного музе автора романа – строфы первая-шестая. Муза всюду следует за поэтом ("Я музу резвую привел…", "Я … вдаль бежал… Она за мной" и др.). Сказать "И ныне музу я впервые/ / На светский раут привожу" в этом случае автор мог бы именно осенью 1827 года: только в мае ему было разрешено вернуться в Петербург. Иначе получится некий смысловой и стилистический сбой, если мы относим главу к 1824 году: всюду муза следует за поэтом, а тут он сам остается в михайловской ссылке, а музу посылает в столицу. Нет, уж если поэт привел музу, то только тремя годами позже.

Остается заметить, что путешествие Онегина длилось, очевидно, несколько лет – не три ли года: с 1824 по 1827? Ведь не зря же нам дано косвенное сравнение с Чацким, уехавшим тоже на три года и скорее всего за границу. Реплика "Он возвратился и попал/ / Как Чацкий, с корабля на бал" дает, кроме того, повод подумать, что Онегин прибыл к невским берегам морем. Это позволяет предположить, что большое путешествие Онегина охватывало не только юг России, а, вероятно, и зарубежье. Эта версия вполне правдоподобна, если учитывать, что и по возвращении Онегина о нем ведут толки с каким-то западническим оттенком:

Чем ныне явится? Мельмотом,

Космополитом, патриотом,

Гарольдом, квакером, ханжой,

Иль маской щегольнет иной?..

В романе Пушкина много недоговоренностей, точнее – многое скрыто в глубине художественной ткани. Но не такова ли и сама жизнь? Не таково ли и пушкинское восприятие бытия:

Цель жизни нашей для него

Была заманчивой загадкой,

Над ней он голову ломал

И чудеса подозревал, –

сказано с иронией о Ленском, но здесь есть и авторский взгляд.

С тем и надо принять пушкинский стиль, который требует активного читательского мышления, внимания к намекам и деталям. Одним из важнейших в романе станет переживание времени, почему так и важна его внутренняя хронология. Роман, длящийся почти десятилетие, а с рождения Онегина так и почти тридцать лет, 1798 – 1828, – это очень обширная картина жизни, раскрывающая энциклопедию эпохи и вместе с тем убедительная для ощущения подлинности в развитии характеров.

Жизненный путь Онегина – от проказника из первых строф до зрелого и трагического характера в финале – не мог быть поспешным и коротким. Герой романа показан едва ли не ровесником его автора, но есть между ними и пресловутая разность: Онегин, возможно, менее исключительная личность, чем его создатель, но и более типическая для дворянской среды. Он долгие годы провел без духовных исканий, удовлетворяясь мишурой жизни. Он неспешно входит в покойную, но и духовно свободную, без светской пошлости и суеты, уединенную жизнь дворянина в поместье. Он не во всем еще сложился как личность, поэтому нелепо убивает Ленского, не понимает своего чувства к Татьяне (у Пушкина есть ряд указаний на то, что любовь к Татьяне Онегин чувствует сразу, отнюдь не в восьмой главе, но - гасит в себе это чувство, которое позже станет для него истиной: отсюда чудно нежный взгляд его на именинах, отсюда строчка И мысль была все о Татьяне, отсюда Я выбрал бы другую…). Онегин окажется далек от декабристских веяний, как далека была от них и сама российская почва. Поэтому он пропустил восстание... Словом, перед нами долгая и незавершенная судьба – жизнь во времени…

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений22:10:27 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
14:31:34 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Русская литература и русский календарь

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151040)
Комментарии (1843)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru