Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Теория политики в работе Шапиро

Название: Теория политики в работе Шапиро
Раздел: Рефераты по политологии
Тип: реферат Добавлен 09:57:13 20 сентября 2005 Похожие работы
Просмотров: 52 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

ДЕМОКРАТИЯ (от греч. demos — народ и ...кратия), форма государственно-политического устройства общества, основанная на признании народа в качестве источника власти. Основные принципы демократии — власть большинства, равноправие граждан, защищенность их прав и свобод, верховенство закона, разделение властей, выборность главы государства, представительных органов. Различают непосредственную, (новые решения принимаются непосредственно всеми гражданами на собраниях или посредством референдумов) и представительную (решения принимаются выборными органами) демократию. Термин «демократия» употребляется также применительно к организациям и деятельности политических и социальных институтов (напр., партийная демократия, производственная демократия).

Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия

http :// www . km . ru .
Альтернативные представления о назначении демократии

Идея о том, что демократия направлена или должна быть на­правлена на общее благо, находит свое классическое выражение в « Общественном договоре» Ж.-Ж. Руссо, прежде всего в его ут­верждении о том, что процедуры принятия решения должны стре­миться к выявлению всеобщей воли, которая олицетворяет собой общее благо. Вот знаменитое, хотя и туманное описание этого у Руссо. Мы берем, пишет он, «сумму изъявлений воли частных лиц», вычитаем из них «взаимно уничтожающиеся крайности», и «в результате сложения оставшихся рождений получиться общая воля»[1] . Попытки осмыслить данную формулировку породили два потока литературы: литературу агрегативную , нацеленную на вы­яснение того, каким именно образом осуществлять соответствую­щие подсчеты, и литературу делиберативную[2] , озабоченную тем,как побудить людей стремиться к общему благу, причем последнее понимается как нечто более сложное, нежели простая сумма фик­сируемых извне предпочтений.

Концепции общего блага: агрегативная VERSUS делибератив­ная

Значительная часть появившейся в XXв. литературы об агреги­ровании индивидуальных предпочтений фокусирует внима­ние на сложности логически последовательного решения этой за­дачи. Сторонники агрегативной концепции исходят из того, что демократические процедуры принятия решений призваны выявить нечто вроде всеобщей воли, которую в наши дни принято обозна­чать как функцию социального благосостояния. Вслед за К. Эрроу они часто отмечают, что даже небольшие разногласия обрекают попытки ее обнаружения на неудачу, и приходят к заключению о нереализуемости демократии. Возможность голосования « по кругу» говорит о том, что всякий данный итог может быть искус­ственным порождением процедуры принятия решения либо того, кто контролирует повестку дня, а не чем-то поддающимся осмыс­ленной идентификации в качестве народного волеизъявления. В связи с этим появилось огромное количество специальной литера­туры о сравнительных достоинствах различных правил принятия решения либо как агрегативных процедур, а также об ограниче­ниях, которые должны налагаться на предпочтения, дабы избежать появления циклического большинства. Такого рода литературе по­священо множество обзоров, и потому она не будет обсуждаться[3] . Достаточно заметить, что если назначение демократии в том, чтобы обретать функции социального благосостояния, то при мно­гих обстоятельствах оно может оказаться иллюзорным[4] .

Делиберативная концепция озабочена трансформированием, а не агрегированием предпочтений. Такая позиция, по существу, не является руссоистской. Тем не менее, эта концепция в чем-то вос­ходит к его требованию, чтобы, голосуя, люди исходили не из своих индивидуальных предпочтении, а из собственных представ­лений о благе для общества в целом[5] . Цель – вывести нас «за пре­делы демократии противоборства» [Mansbrige 1980]. Против раз­нообразных недугов, которые, как считается, одолевают современ­ную демократию, предлагается применять корректирующие сред­ства из делиберативного инструментария. Низкое качество разра­ботки и принятие решений, политика вербальных приманок, невы­сокие уровни политического участия, падающая легитимность правления, а также неосведомленность граждан – вот некоторые из наиболее часто упоминаемых недугов. Идея состоит в том, что если мы сможем избавить себя от мыльной оперы добывания элек­торальных преимуществ, то результатом станет более вдумчивый и эффективный политический выбор[6] . Общим импульсом, лежащих в основе этих проектов, является предположение, будто люди изме­няют свои представления о том, что должно предпринять обще­ство, обсуждая этот вопрос с другими. Смысл демократического участия состоит в том, чтобы в процессе такого участия его обна­ружить[7] . Исходные посылки заключаются в том, что, во-первых, люди будут чаще приходить к согласию, если достаточно долго станут разговаривать в соответствующей обстановке, и, во-вторых, что достижение согласия есть нечто позитивное.

Оба положения спорны. Обсуждения может выносить разногла­сия на поверхность, расширяя, а, не сужая расхождения. Но даже когда обсуждение позволяет достичь согласия, последнее не всегда желаемо. Люди могут не хотеть урегулирования некото­рых разногласий. Они, как полагают современные теоретики «раз­личия», способны получать удовлетворение от того, что отлича­ются друг от друга. И наоборот, им может представляться, что консенсус ведет к посредственности, как того опасались Дж. Ст. Милль и А. де Токвиль. Жизненно важным для свободы, по мне­нию таких теоретиков, является состязание идей – спор, а не об­суждение, - и, как сказано ниже, институциональные воплощения этой мысли лежат в основе многих непременных ныне атрибутов демократии. Здесь же достаточно резюмировать, что обсуждение не обязательно ведет к согласию, а когда ведет, это не всегда бы­вает достоинством.

Управление властными отношениями

Делиберативный подход критикуют еще по тем соображениям, что выдвигаемая его приверженцами цель – содействие согласию – основывается на чрезмерно оптимистических посылках относительно власти. Согласие одного есть гегемония другого, и хотя ненавязанный консенсус и может быть достижим в некоем идеальном мире или «речевой ситуации»[8] , в мире реальном властные отношения пронизывают собой поистине всякое людское взаимодействие.

Тезис о вездесущности властных отношений двояким образом искажает ситуацию: он не проводит различие между отдельными способами осуществления власти и смешивает верное наблюдение о пронизанности властью всей коллективной жизни с неправомерным утверждением, будто вся коллективная жизнь сводима к властным отношениям. Признание вездесущности власти не равнозначно согласию с тем, что вся власть одинакова или что какие-то способы сосуществования с нею не могут быть лучше других. И говорить о том, что властными отношениями полнятся столь разные сферы деятельности, как работа, семья и церковь, не значит отрицать, что во всех этих сферах, помимо осуществления власти, происходят и другие вещи. Часто, а, пожалуй, и неизбежно, с властными отношениями бывает сопряжено производство товаров и услуг, равно как и близкие отношения, привязанность, образование и духовное служение. Но сами по себе эти виды активности не есть властные отношения.

Важные проблемы встают перед теоретиками демократии в связи с поисками механизмов, которые бы позволили как можно лучше регулировать властные аспекты взаимодействия людей и при этом бы сводили к минимуму вмешательство в другие формы человеческой активности. Вместо того чтобы видеть в демократии средство обнаружения или выработки общего блага, ее, таким образом, можно понимать как механизм для управления властными аспектами той деятельности, в которую вовлечены люди, придерживающиеся собственных – индивидуальных или совместных – представлений о благе. В этом смысле демократия есть подчиненное или обуславливающее благо, а творческий вызов состоит в том, чтобы найти способы демократически структурировать властные отношения, одновременно максимально ограничивая вмешательство в те виды блага высшего порядка, к которым стремятся люди. Для решения этой задачи требуется, как минимум, усилить вовлеченность в процесс принятия решений тех, кого затрагивают его результаты, а также открыть простор для значимой – пусть даже «лояльной» - оппозиции со стороны тех, на ком неблагоприятным образом сказываются принимаемые решения. Совершенных принципов принятия решений не существует, и некоторая доля навязывания присутствует во всех коллективных решениях. Именно потому у проигравших могут быть основания стремиться достичь иного результата в будущем. Из этого следует, что, хотя теоретики демократии уделяют правам оппозиции недостаточное внимание[9] , эти права обладают для демократической политики самостоятельной ценностью, не зависящей от ценности широкоохватного участия. В той мере, в какой приверженность данному принципу основывается на идее общего блага, его суть лучше всего выражает определение Н. Макиавелли, который видел в нем то, что безраздельно признается всеми теми, кто хочет избежать чьего бы то ни было господства над собой[10] .

Понимание демократии как системы, призванной структурировать властные отношения, имеет четыре преимущества. Во-первых, оно помещает нормативные вопросы о демократии в рамки уточнения «в сравнении с чем?», ибо демократия оценивается теперь не на основании ответа на альтернативный вопрос: порождает ли она функции социального благосостояния или же ведет к согласию, - а исходя из того, насколько успешно она позволяет людям управлять властными отношениями (мерилом тут выступают поощрение широкоохватного участия и минимизация господства). А этот вопрос носит, по сути, компаративный характер. Во-вторых, упор на властных отношениях побуждает нас отказаться от еще одной разновидности дихотомичного мышления: о самой демократии. Способы управления властными отношениями могут быть более либо менее демократичными. При таком подходе требуется определить, сколько демократии возможно и желательно в данной конкретной ситуации, что особенно важно в условиях, когда цена демократизации властных отношении выражается в других благах. Одно из главных достоинств далевской идеи о полиархии заключается в том, что она переводит вопросы о демократии из разряда таких которые требуют ответа «да» или «нет», в разряд требующих ответа «больше» или «меньше»[11] . В-третьих, при ориентированном на властные отношения подходе преодолевается разрыв между нормативными теориями демократии и эмпирической политологической литературой по этим сюжетам. Теоретики демократии зачастую обращали слишком мало внимания на эту литературу, отрывая свои рассуждения от земных реалий и в итоге, заставляя большинство других себя игнорировать.

Даже если теоретики и поднимают первые два вопроса, невнимание к теоретическому опыту способно привести к искажению результатов. К примеру, Дж. Бьюкенен и Г. Таллок, отвечая на вопрос «сколько демократии?», указывают, что ее преимущества должны взвешиваться относительно другого полезного времяпрепровождения. Требования высокой степени согласия, пишут они, позволяют людям защищать свои интересы, но это отнимает время, которое могло бы быть затрачено на другую деятельность. В связи с этим они предлагают скользящую шкалу: чем важнее для вас вопрос, тем скорее вы начнете поддерживать право вето, настаивая на единогласии или чем-то близком к нему. В вопросах же, которые значат меньше, разумнее пойти на риск поражения в любом конкретном голосовании, согласиться с принципом большинства и снизить издержки принятия решений. Демократия, таким образом, лучше всего подходит для проблем, которым придается умеренное значение. Проблемы, имеющие высокую значимость, должны быть выведены за ее пределы, тогда как решение второстепенных вопросов нужно было делегировать администраторам. Однако Бьюкенен и Таллок – не приводя ни каких тому доказательств - исходят из того, что люди больше всего дорожат стандартным набором либеральных гарантий. Именно его, по их мнению, и следует оградить от изменений – посредством правила квалифицированного большинства или даже единогласия. Если поставить данный постулат под сомнение, сомнительными окажутся и все их субстантивные (сущностные) заявки.

Но издержки пренебрежения реальной политикой еще серьезнее, в чем можно убедиться, если более тщательно проанализировать вопрос «в сравнении с чем?»[12] . Даже если бы нам было известно, какие проблемы люди считают самыми важными, то с какой же стати полагать, что они захотели бы вывести данные проблемы за пределы демократии, настаивая на принципе квалифицированного большинства или единогласия? Это может иметь смысл лишь в случае, если принять, как то делают Бьюкенен и Таллок, надуманную посылку, предположив некоторую дополитичекую ситуацию, где отсутствует коллективное действие, а затем попытаться определить, какой принцип принятия решений выбрали бы люди, дабы свести к минимуму вероятность того, что их предпочтения окажутся в будущем до такой степени нарушены, что они согласятся отойти от дополнительного состояния. Но, как отмечали Б.Бэрри, Д. Рей и др., при отказе от этих надуманных допущений нет никаких оснований рассматривать принцип единогласия в качестве статус-кво[13] . В реальном мире текущей политики – если я исхожу из того, что моя готовность равно отвергнуть или поддержать некую конкретную политическую меру не связана со степенью ее соответствия со статус-кво, - логично предпочесть принцип большинства или нечто близкое к нему. Прежде чем говорить о желательности создания условий, благоприятствующих сохранению, а не изменению существующего положения вещей, следовало бы, по меньшей мере, выяснить, кому оно выгодно и кому оно приносит ущерб[14] .

Подход к оценке демократии в логике вопроса «в сравнении с чем?» предполагает и более прагматичный вопрос – не о том, «быть или не быть коллективному действию», а о том, «какого рода коллективное действие?». То есть, мы рассматриваем властные изменения различных режимов, предполагающих коллективное действие, сопоставляя их между собой. Либертарно настроенные комментаторы – возможно, в силу своей привычки мыслить в терминах общественного договора – часто пишут так, словно отсутствие коллективного действия есть вариант общественного выбора в обществах, где, между тем, имеются частная собственность, принудительное обеспечение соблюдения договоров и классический набор негативных свобод. Как, однако же, подчеркнули недавно С. Холмс и К. Санстайн, все это – дорогостоящие институты и для их функционирования необходим эффективный коллективный контроль. Либертарный конституционный проект – это основанный на коллективном действии режим, который поддерживается государством и финансируется за счет непропорционального скрытого налога на тех, кто предпочел бы альтернативное устройство.

Четвертое преимущество «властно – ориентированного» подхода заключается в том, что он открывает обнадеживающую перспективу решения данной головоломки о соотношении демократии и гражданства. Часто утверждают, что теория демократии бессильна, когда речь заходит о ее собственных рамках. Демократия зависит от правила принятия решений, коим обычно бывает какая-то разновидность принципа большинства, но это предполагает, что вопрос «большинство кого?» уже решен. Если же состав участников не определяется демократически, то в какой тогда степени являются подлинно демократическими результаты, полученные в ходе демократического принятия решений? Как отмечается в работе, написанной Шапиро в соавторстве с К. Хакером-Кордоном, «в самой сердцевине демократии таится проблема курицы и яйца. Вопросы, касающиеся границ и контингента, по-видимому, в каком-то существенном смысле предшествуют демократическому принятию решений, но парадоксальным образом сами остро нуждаются в демократическом вердикте»[15] .

Если демократия имеет дело с управлением властными отношениями, то отпадает необходимость рассматривать вопросы о гражданстве как нечто принципиально отличающееся от вопросов в любом другом благе высшего категориального порядка, обусловленном демократическим принуждением. Соответственно, право на демократическое участие в принятии коллективных решений, идет ли речь о гражданах или нет, опирается на казуальный принцип наличия релевантного интереса, который данное решение затрагивает. Ведь и участников Американской революции объединял лозунг: «Никакого налогообложения без гражданства!» Могут быть уважительные причины для ограничения гражданства, но это не означает, что не-гражданам надо отказывать в праве на голосование по вопросам, в которых затрагиваются их релевантные интересы, например, тогда, когда в Калифорнии принимается решение лишить детей нелегально проживающих в стране иностранцев доступа к бесплатному образованию[16] или когда «гастарбайтеры» претендуют на участие в принятии законов, которые управляют ими. Казуальный подход лежит в основе ряда приводившихся в последнее время доводов в пользу снятия принципа гражданства как ведущего при определении права на демократическое участие и замены его системой перекрещивающихся юрисдикций, когда разные группы суверенны при принятии разных классов решений, как это практикуется в Европейском Союзе. Оперативная мысль здесь та, что соответствующий демос достигает согласия, продвигаясь от решения к решению, а не от группы к группе[17] .


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Даже если демократия в принципе способна действовать где угодно, это не означает, как явствует из литературы, исследующей проблему её прочности как строя, будто демократию легко учредить или что ей, раз уж она установлена, суждено выжить. Данные сюжеты тоже относятся к числу тех, по которым трудно получить подкрепленные добротным эмпирическим материалом обобщения. Литература об обретении и удержании демократии, подобно литературе о её назначении и электоральном инжиниринге, наводит на мысль, что она обширная, ветреная и по преимуществу пустынная «как штат Вайоминг» (Шапиро). Беспорядочное развитие этой гуманитарной дисциплины показывает: кое-что, зная об экономических предпосылках жизнеспособной демократии, мы, вопреки самонадеянным заявлениям некоторых комментаторов, в основном пребыванием в неведении относительно влияющих на ее жизнеспособность культурных и институциональных факторов. Мало что известно о том, какие из институциональных установлений демократии являются наилучшими. Здравомыслие подсказывает, что было бы разумно постараться привить приверженность демократии тем, кто в ней задействован. Но далеко не ясно, настолько это важно и как этого достичь.

При урегулировании сталкивающихся притязаний, связанных вопросом о том, чьи релевантные интересы затрагивают то или иное конкретное решение, неминуя будут возникать трудности. Но сколь острой не была полемика по этому поводу, дискуссии о том, кто имеет законное право притязать на гражданство, вряд ли менее остры.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, механизмы, возможно, несовершенны, но они должны оцениваться в соотношении не с идеалом, которого нет нигде, а с другими несовершенными механизмами коллективного принятия решении, существующими в реальном мире.


[1] Цит. по Руссо 1998: 219.

[2] От лат. Delibero – взвешивать, обсуждать, обдумывать.

[3] Наиболее полным, хотя и устаревшим является обзор Мюллера [Muller 1989: ch.6; см. также Shapiro 1996: ch.2; Przeworski 1999].

[4] Здесь следует провести различие между замечанием, что цикличность предпочтений населения делает итоги применения демократических правил принятия решений случайно, и утверждение о том, что оными итогами можно манипулировать. Данное различение важно, ибо с точки зрения властно – управленческого подхода, который рассматривается ниже, могут быть основания признать легитимными решения, которые, будучи в соответствующем смысле случайными, не обусловлены манипуляцией.

[5] Для Руссо голосование было средством дисциплинировать частный интерес, побуждая людей сосредотачиваться на том, что является наилучшим для общества в целом.

[6] Убедительные аргументы в пользу этой позиции приведены, в частности, в [Gutmann, Thompson 1996]; критику см. [Marcedo 1999].

[7] И действительно, теоретики делиберативного подхода иногда пишут так, словно активность поиска общего блага сама есть общее благо. Обсуждение этой проблемы см. [Shapiro 1994: ch.4].

[8] Habermas 1979; 1984

[9] Исключение составляют Р.Даль[Dahl 1971], Р. Бэрт [Burt 1992], Ф. Петтит [Pettit 2000], а также автор статьи Шапиро [Shapiro 1999].

[10] См. высказываемое им в «Рассуждениях» соображение относительно римского довода о том, что стражами свободы должны быть простые люди, ибо, в отличие от аристократии, стремящейся господствовать, они хотят лишь того, чтобы над ними никто не господствовал [Machiavelli 1970: 1, 5].

[11] Даль выделяет восемь показателей, определяющих степень соответствия (конкретного режима) требованиям полиархии. Эти требования касаются четырех периодов: периода голосования, когда побеждает вариант выбора, получивший наибольшее число индивидуальных голосов; период перед голосованием, когда члены политической системы имеют равные возможности для представления альтернатив и информации о них; период после голосования, когда победившие в ходе голосования лидеры и курсы сменяют лидеров и курсы, набравшие меньшее число голосов, и избранные должностные лица занимают свои посты; и межвыборный период, когда принимаемые решения подчинены принятым во время выборов – например, сенатор, занимающий свое место в межэлекторальной период, заменяется одержавшим победу на очередных выборах [Dahl 1956: 71-76, 84-89].

[12] Имплицитное довершение компаративного по своему смыслу вопроса о том, насколько успешно демократия позволяет людям управлять властными отношениями; см. двумя абзацами выше.

[13] При нечетном числе голосующих оптимальным принципом принятия решения является принцип большинства (n больше двух плюс половина); при четном – либо правило большинства (nбольше двух плюс один), либо правило большинства минус один (просто n больше двух). В общем плане см. об этом [Mueller 1989: 96-111].

[14] Можно показать, что даже при использовании метафоры «договора» логика защиты Бьюкененом и Таллоком принципа единогласия тут же разрушается, как только начинают учитываться фактор времени и внешние обстоятельства см. [Rae 1975: 1270-1294].

[15] Shapiro, Hacker-Cordon 1999: 1.

[16] Такая законодательная инициатива в виде проекта резолюции 187 была поставлена на голосование в Калифорнии в ноябре 1994г. и прошла, набрав 59% голосов против 41%, а затем была отменена федеральным судом как нарушающая конституционное право на образование, которым люди обладают, не смотря на иммиграционный статус. Суд также указал, что иммиграционное право относится к федеральному ведению, а не к компетенции штата.

[17] См. Pogge 1992; Antholis 1993; Wendit 1994.

Другие аргументы, показывающие, что определение контингента участников не должно рассматриваться как предваряющее процесс демократического принятия решений, см. Shapiro & Hacker-Cordon 1996b: ch. 6,10,12,15.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений21:53:05 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
12:12:59 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Теория политики в работе Шапиро

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150310)
Комментарии (1830)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru