Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Книга: Психиатрия Коркина

Название: Психиатрия Коркина
Раздел: Рефераты по психологии
Тип: книга Добавлен 04:05:53 21 января 2011 Похожие работы
Просмотров: 1236 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

М.В. Коркина, Н.Д. Лакосина, А.Е. Личко, И.И. Сергеев

ПСИХИАТРИЯ

Учебник для студентов

Рекомендуется Учебно-методическим объединением

по медицинскому и фармацевтическому образованию вузов

России в качестве учебника для студентов медицинских вузов

3-е издание

Москва

«МЕДпресс-информ»

2006

УДК 616.1/.8-053.2-08 (075.8)

ББК 56.14

К66

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроиз­ведена в любой форме и любыми средствами без письменного разрешения владель­цев авторских прав

Авторы и издательство приложили все усилия, чтобы обеспечить точность приведенных в данной книге показаний, побочных реакций, рекомендуемых доз ле­карств. Однако эти сведения могут изменяться.

Внимательно изучайте сопроводительные инструкции изготовителя по при­менению лекарственных средств.

Рецензенты:

зав. кафедрой психиатрии, психотерапии и клинической психо­логии Ярославской гос. мед. академии, действительный член МАИ, засл. врач РФ, докт. мед. наук, проф. Е.А. Григорьева ;

зав. кафедрой психиатрии, наркологии и клинической психоло­гии Алтайского гос. мед. университета, засл. врач РФ, докт. мед. наук, проф. Б.Н. Пивень ,

начальник кафедры психиатрии Военно-мед. академии, главный психиатр МО РФ, докт. мед. наук, проф. В.К. Шамрей .

Коркина М.В.

К66 Психиатрия: Учебник для студ. мед. вузов / М.В. Корки­на, Н.Д. Лакосина, А.Е. Личко, И.И. Сергеев. — 3-е изд. — М.: МЕДпресс-информ, 2006. — 576 с.

ISBN 5-98322-217-1

В учебнике изложены основные вопросы психиатрии в сравнительно-возрастном плане. В разделе частной психиатрии наряду с традиционным освещением основных психических заболевании представлены такие ак­туальные в настоящее время темы, как психические расстройства при СПИДе, ожоговой болезни, психосоматические заболевания, психичес­кие нарушения у пострадавших при стихийных бедствиях и катастрофах. Поэтому вместе с изложением вопросов терапии и реабилитации психи­чески больных в учебнике уделено внимание оказанию неотложной пси­хиатрической помощи.

Учебник предназначен для студентов медицинских вузов, работаю­щих психиатров, психотерапевтов, медицинских психологов и специали­стов смежных дисциплин.

УДК 616.1/.8-053.2-08 (075 8)

ББК 56.14

ISBN 5-98322-217-1 © Коркина М.В., Лакосина Н.Д.,

Личко A.E. Сергеев ИИ., 2002

© Оформление, оригинал-макет. Издательство «МЕДпресс-информ», 2004

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие.......................................................................................................................................... 5

Предисловие ко второму изданию.................................................................................................. 6

Введение в психиатрию. — Н.Д. Лакосина, М.В. Коркина..................................................... 7

Глава 1. Современные направления в психиатрии. — А.Е. Личко................................. 15

Часть I. ПРОПЕДЕВТИКА ПСИХИАТРИИ

Глава 2. Методы обследования психически больных. — А.Е. Личко........................... 19

Глава 3. Классификация психических расстройств. — И.И. Сергеев............................ 33

Глава 4. Общие закономерности динамики

психических заболеваний. — Н.Д. Лакосина........................................................ 36

Часть II. ОБЩАЯ ПСИХОПАТОЛОГИЯ

Глава 5. Расстройства ощущений, восприятий

и представлений. — М.В. Коркина........................................................................... 51

Глава 6. Расстройства памяти и интеллекта. — М.В. Коркина....................................... 64

Глава 7. Расстройства мышления — М. В. Коркина.......................................................... 70

Глава 8. Эмоциональные расстройства. — Н.Д. Лакосина.............................................. 91

Глава 9. Волевые расстройства. — Н.Д. Лакосина............................................................ 104

Глава 10. Психомоторные расстройства. — Н.Д. Лакосина............................................ 109

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания................................................................. 119

11.1. Нарушения сознания. — Н.Д. Лакосина................................................................ 119

11.2. Нарушения самосознания. — М.В. Коркина........................................................ 130

Глава 12. Нарушения личности. — А.Е. Личко.................................................................... 133

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы

психопрофилактики...................................................................................................... 138

13.1. Биологическая терапия психических

расстройств. — И.И. Сергеев...................................................................................... 138

13.2. Психотерапия и социотерапия.—А.Е. Личко........................................................ 160

13.3 Реабилитация.................................................................................................................. 166

13.4. Основы психопрофилактики.— Н.Д. Лакосина................................................... 167

Часть III. ЧАСТНАЯ ПСИХИАТРИЯ

Глава 14. Психические нарушения при

черепно-мозговых травмах. — Н.Д. Лакосина..................................................... 170

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы,— А.Е. Личко................................... 185

Глава 16. Наркомании и токсикомании. — А.Е. Личко............................................... 213

Глава 17. Интоксикационные психические

расстройства. — А.Е. Личко.......................................................................................... 238

Глава 18. Психические нарушения при ожоговой

болезни. — Н.Д. Лакосина, Г.В. Николаев................................................................ 244

Глава 19. Психические нарушения при общих и

мозговых инфекциях и СПИДе. — М.А. Цивилько,

М.В. Коркина, В.В. Марилов........................................................................................ 251

Глава 20. Психические нарушения при

сифилитическом поражении головного мозга

(сифилис мозга и прогрессивный паралич). —

М.В. Коркина..................................................................................................................... 273

Глава 21. Психические нарушения при сосудистых заболеваниях

головного мозга. — М.В. Коркина................................................................. 287

Глава 22. Психические расстройства при

опухолях головного мозга. —Н.Д. Лакосина........................................................... 299

Глава 23. Психические нарушения при соматических

заболеваниях. — М.В. Коркина................................................................................... 306

Глава 24. Эпилепсия. — М.В. Коркина............................................................................ 327

Глава 25. Шизофрения. — И.И. Сергеев........................................................................... 345

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз. — Н.Д. Лакосина.......................... 371

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста. — И.И. Сергеев............ 387

Глава 28. Психогенные заболевания. — Н.Д. Лакосина............................................. 408

Глава 29. Психические расстройства при стихийных

бедствиях и катастрофах. — М.В. Коркина............................................................. 450

Глава 30. Психосоматические расстройства. —

М.В. Коркина, В.В. Марилов........................................................................................ 460

Глава 31. Нервная анорексия, нервная булимия. — М.В. Коркина......................... 470

Глава 32. Психопатии. — А.Е. Личко И.И. Сергеев...................................................... 478

Глава 33. Психосексуальные расстройства. — А.Е. Личко....................................... 493

Глава 34. Умственная отсталость (олигофрении). — М.В. Коркина....................... 505

Глава 35. Задержки темпа психического развития

(замед­ление и искажение психического развития). — Н.Д. Лакосина.............. 532

Глава 36. Организация психиатрической помощи. —

Н.Д. Лакосина, В.М. Морковкин.................................................................................. 539

Рекомендуемая литература................................................................................................. 554

Предметный указатель.......................................................................................................... 558

ПРЕДИСЛОВИЕ

Знание основ психиатрии необходимо врачам самых различ­ных специальностей, так как подавляющее число больных пер­воначально обращается не к психиатрам, а именно к ним. В учебнике наиболее подробно описана та патология, с которой будущие врачи будут встречаться чаще всего: пограничная, или малая, психиатрия (неврозы, расстройства личности и переход­ные состояния), соматогенные психические нарушения, психи­ческие расстройства при общих и мозговых инфекциях, алко­гольные расстройства различного уровня, наркомании, токси­комании, олигофрении.

В отличие от всех ранее изданных в нашей стране учебников психиатрии в настоящий впервые вошли разделы, характеризую­щие психические нарушения при стихийных бедствиях и катаст­рофах, при ожоговой болезни, при СПИДе, значительно шире представлены сведения о психосоматических болезнях, о нервной анорексии и нервной булимии.

Литература, посвященная психиатрии, в настоящее время достигла необычайных масштабов. Однако, к сожалению, в ее издании участвуют не только специалисты, но и значительное число лиц, весьма далеких не только от психиатрии, но и от медицины вообще. Именно поэтому у человека непосвящен­ного может сложиться о психиатрии — предмете ее изучения, целях и задачах — самое неправильное, порой превратное представление.

Авторы настоящего учебника, поставив перед собой зада­чу в максимально доступной форме изложить сложнейшие вопросы нарушений психической деятельности человека в разные периоды его жизни, надеются, что более адекватные представления о формах этой патологии и методах лечения больных с психическими расстройствами будут способство­вать не только совершенствованию высшего медицинского образования, но и повышению общего культурного уровня будущего врача.

Авторы будут признательны за все критические замечания по поводу данного учебника.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

После выхода первого издания учебника «Психиатрия» про­шло более шести лет. За эти годы произошли существенные изме­нения в организации психиатрической помощи, стал активно действовать Закон «О психиатрической помощи», появились но­вые статьи в УК и ГК РФ, регламентирующие проведение судебно-психиатрической экспертизы, и новое Расписание болезней для проведения военно-врачебной экспертизы.

Появилась новая версия Международной классификации бо­лезней (10-й пересмотр). В широкую психиатрическую практику вошли новые психотропные препараты.

Все это дало основание авторам подготовить втрое издание учебника, переработанное и дополненное.

Ряд глав или их основных разделов написаны заново, напри­мер, «Биологическая терапия», «Основы психопрофилактики», «Классификация психических расстройств», главы «Шизофрения», «Психопатии (Расстройства личности)». Эти главы и разде­лы написаны и переработаны профессором И.И. Сергеевым (заве­дующим кафедрой психиатрии и медицинской психологии Рос­сийского Государственного медицинского университета).

В главе «Организация психиатрической помощи» представле­на подробная характеристика Закона «О психиатрической помо­щи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Знание этого за­кона необходимо врачу любой специальности.

Учебник дополнен изложением основных положений прове­дения экспертизы при психических расстройствах (судебно-психиатрической, военной и экспертизы трудоспособности).

Уточнены некоторые характеристики психопатологических синдромов с учетом их трактовки в МКБ-10

В третьей части учебника «Частная психиатрия» авторами со­отнесены традиционно выделяемые в отечественной психиатрии клинико-нозологические формы с выделенными в МКБ-10 пси­хическими расстройствами.

Из учебника исключены запрещенные к настоящему времени методы терапии психических расстройств и представлены новые лекарственные и другие способы лечения.

В учебнике сохраняется описание психопатологических синд­ромов и психических расстройств в сравнительно-возрастном ас­пекте, что делает его универсальным, т.е. им могут пользоваться студенты как лечебного, так и педиатрического факультетов.

Объем представленной в учебнике информации соответствует программе по психиатрии для студентов медицинских институтов и медицинских факультетов университетов.

ВВЕДЕНИЕ В ПСИХИАТРИЮ

1. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ

Психиатрия - медицинская дисциплина, занимающаяся изу­чением диагностики и лечения, этиологии, патогенеза, распрост­раненности психических болезней и организации психиатричес­кой помощи населению.

Психиатрия (греч. psyche — душа, iatreia — лечение) в букваль­ном переводе означает лечение души. Это не соответствует нашим современным понятиям о психических заболеваниях. Чтобы по­нять происхождение этого термина, следует обратиться к истории формирования человеческого мировоззрения. В давние времена человек видел окружающие явления и предметы и наделял каж­дый из них душой Смерть, сон казались первобытному человеку непонятными и необъяснимыми. Считалось, что во сне душа вы­ходит из тела, где-то бродит, видит разные события, участвует в них и это видит человек во сне. Считалось, что будить спящего нельзя, так как душа может не успеть вернуться. В тех случаях, когда душа отлучалась и не возвращалась, человек умирал.

Эти воззрения подвергались критике еще в Древней Греции. В тот период делается попытка связать психические переживания и психические заболевания с тем или иным органом человеческого тела. Так, у древних греков органом любви считалась печень и на древних скульптурах бог любви стрелой излука пробивает печень, и только на более поздних изображениях органом любви стано­вится сердце, пронзенное стрелой Амура.

Можно думать, что термин «психиатрия» возник именно тог­да, когда все живое, и человек в том числе, наделялось душой.

Этот термин не соответствует нашим представлениям о пси­хиатрии, и поэтому были попытки заменить его другим. Напри­мер, В.М. Бехтерев предлагал название «патологическая рефлек­сология», В.П. Осипов — «тропопатология» (от греч. tropos — образ действия, направление), А.И. Юшенко — «персонопатология». Эти названия не нашли последователей, и остался термин «пси­хиатрия», утративший свой первоначальный смысл.

Психиатрия — это медицинская специальность, являющаяся частью клинической медицины. Для изучения психических забо­левании наряду с основными методами клинической медицины (осмотр, пальпация и аускультация) используются основные при­емы для выявления и оценки психического состояния — наблюде­ние за больным и беседа с ним.

При наблюдении за больным можно обнаружить своеобразие его поступков и поведения, которые обусловлены психическими нарушениями. Например, больной может затыкать уши или нос при слуховых или обонятельных галлюцинациях. При обонятель­ных галлюцинациях больные могут заклеивать окна, вентиляци­онные отверстия, чтобы газ, который якобы пускают соседи, не проникал в квартиру. Больные могут совершать непонятные ок­ружающим движения, являющиеся ритуалами и освобождающие их от навязчивых страхов: идя по улице, они стремятся перешаги­вать через трещины на асфальте, «чтобы не случилось беды», или бесконечно моют руки при страхе загрязнения, ездят определен­ным маршрутом, пересаживаются из одного вида транспорта в другой, спасаясь от «преследователей».

При беседе больной может сообщить врачу о своих пережива­ниях, опасениях, страхах, плохом настроении, объяснить непра­вильное поведение, высказать неадекватные ситуации суждения и бредовые переживания.

Большое значение для оценки состояния больного имеют све­дения о его прошлой жизни, отношение к происходящим событи­ям, взаимоотношения с окружающими. Часто при этом выявляют­ся болезненные трактовки событий и явлений, и тогда речь идет не столько об анамнезе, сколько о психическом состоянии больного.

Для оценки психического состояния существенную роль игра­ют данные объективного анамнеза, сведения, полученные от род­ственников больных и окружающих лиц.

Врачам иногда приходится встречаться с отрицанием болезни не только самим больным (анозогнозия), но и его близкими родст­венниками. Это наиболее часто наблюдается именно при таких психических заболеваниях, как эпилепсия, олигофрения, шизо­френия. Известны случаи, когда родители больного, достаточно образованные люди и даже врачи, как бы не видят явных призна­ков болезни. Некоторые из них, несмотря на отрицание факта бо­лезни, соглашаются на проведение необходимой терапии. В этих случаях врач обязан проявлять максимальную гибкость и такт и, исходя из интересов больного, проводить лечение, не уточняя ди­агноза, не настаивая на нем, не убеждая ни в чем родственников.

Большие трудности возникают в тех случаях, когда родствен­ники, отрицая болезнь, отказываются от проведения необходи­мого лечения, что приводит к утяжелению симптоматики и пере­ходу заболевания в хроническое течение.

Особенностью психических заболевании является длитель­ность их течения. Если соматическое заболевание часто является эпизодом в жизни больного, то психические болезни продолжают­ся годы, а иногда и всю жизнь. В связи с этим возникают социаль­ные проблемы: трудоустройство больного, перенесшего приступ болезни, улучшен нежилищных условии и нормализация семейных отношений, взаимоотношения с окружающими его людьми и т.д.

В процессе оценки психического заболевания и его последст­вий большую роль играет личность больного, уровень зрелости личности, ее сформировавшиеся характерологические особенно­сти. Роль личности наиболее отчетливо выявляется при психоген­ных заболеваниях, именно особенностями личности обусловле­ны, как правило, клинические варианты неврозов.

П.Б. Ганнушкин писал, что в процессе врачебного образования психиатрия занимает особое место. Первым этапом или фунда­ментом всего здания медицинскою образования являются биоло­гические основы медицины, вторым этапом служит клиническая медицина, клиника вообще. Этот этап П.Б. Ганнушкин сравнивал с жилыми этажами здания. Здесь молодой медик сталкивается с живым человеком, с его страданиями. По мере прохождения вто­рого этапа, по мере расширения клинического кругозора открываются новые стороны дела, новые точки зрения, которые и состав­ляют последнее звено врачебного образования. Этот последний этап, по мнению П.Б. Ганнушкина, можно сравнить с куполом хра­ма, с последним этажом высокого здания, откуда видна перспек­тива, возникает возможность синтезировать полученные знания, сочетать в оценке состояния больного роль индивидуальною и со­циального в развитии болезней и прежде всего психических.

В процессе развития психиатрии происходила дифференциа­ция ее разделов и как самостоятельные выделились детская и под­ростковая психиатрия, гериатрическая, судебная, военная психиат­рия, наркология, психотерапия, которые, основываясь на общих психиатрических знаниях, развивают свое направление в науке и практической деятельности.

Психиатрия является клинической медицинской дисциплиной, между соматическими заболеваниями и психическими нарушения­ми имеются тесные связи. Любая соматическая болезнь оказывает влияние на личность больного и его психическую деятельность. Иными словами, психические нарушения при соматических забо­леваниях складываются из психических соматогенных расстройств и реакций личности на болезнь. Выраженность их при разных забо­леваниях неоднозначна. Так, при сосудистых заболеваниях: гипер­тонической болезни, атеросклерозе, эндокринных заболеваниях — решающая роль принадлежит соматогенному фактору. При заболе­ваниях, в результате которых наблюдаются дефекты лица, обезобра­живающие рубцы, обычно более выражены реакции личности.

Реакции личности на болезнь зависят от многих факторов: 1) ха­рактера заболевания, остроты его и темпа развития; 2) представле­ния об этом заболевании у самого больного; 3) характера лечения и психотерапевтической обстановки; 4) личности больного; 5) отношения к болезни родственников и сослуживцев, т.е. общественного резонанса, который вызывает это заболевание.

Л.Л. Рохлин выделял следующие варианты реакций личности на болезнь: астенодепрессивный, психастенический, ипохондричес­кий, истерический и эйфорически-анозогнозический. На реакцию личности на болезнь оказывают влияние характер диагноза, изме­нение физической полноценности и внешности, положения в се­мье и обществе, жизненные ограничения и лишения, связанные с болезнью, необходимость лечения (стационарного и амбулатор­ного), операции.

Психические нарушения, обусловленные соматическими за­болеваниями, давно привлекали внимание.

К. Шнейдер предложил термин «соматически обусловленные психозы». Для установления такого диагноза необходимы следую­щие условия: 1) наличие отчетливой симптоматики соматическо­го заболевания; 2) наличие очевидной связи по времени между соматическими и психическими расстройствами; 3) параллелизм течения психических и соматических расстройств; 4) наличие «экзогенной» или органической симптоматики.

Все психические болезни, в том числе и психические расст­ройства, соматогенно обусловленные, могут носить психотичес­кий, невротический и психопатический характер. По-видимому, правильнее говорить не о характере психических расстройств, а об уровне психических нарушений.

Под психотическим уровнем психических нарушений принято понимать такое состояние, при котором больной неадекватно оценивает себя, окружающую обстановку, отношение внешних событий к нему и к его ситуации, сопровождающееся нарушени­ем психических реакций, поведения и дезорганизацией психики. Между психотическим уровнем нарушений психической деятель­ности и психозом часто ставится знак равенства. Под психозом принято понимать болезненное расстройство психики, проявля­ющееся целиком или преимущественно неадекватным отражени­ем реального мира с нарушением поведения, изменением различ­ных сторон психической деятельности, обычно с возникновени­ем не свойственных нормальной психике явлений (галлюцина­ции, бред, психомоторные и аффективные расстройства).

Невротический уровень расстройств психической деятельности не сопровождается изменением отношения к происходящим со­бытиям, характеризуется сохранением правильной оценки собст­венного состояния как болезненного, правильным поведением и наличием расстройств в сфере вегетативных, сенсомоторных и аффективных проявлений. А.А. Портнов дал определение этих расстройств как нарушение непроизвольной адаптации.

Психопатический уровень психических нарушений характери­зуется стойкой дисгармонией личности, выражающейся в нару­шении адаптации к окружающей среде из-за чрезмерной эффек­тивности и аффективной оценки окружающего. Психопатичес­кий уровень психических нарушений может существовать у боль­ного всю жизнь или возникать в связи с перенесенными заболева­ниями, при аномалиях развития личности.

Выраженные психотические расстройства (психозы) встреча­ются значительно реже непсихотических. Исследования свиде­тельствуют, что на психозы приходится только около 20% всех психических расстройств. Часто психические нарушения в нача­ле болезни проявляются вегетативными и соматическими симп­томами, в связи с чем больные обращаются в первую очередь к врачам общей практики.

Хорошо известно, что психические травмы неблагоприятно влияют на течение соматических заболеваний, под влиянием не­приятных переживаний нарушается сон, ухудшается аппетит, пони­жается активность и сопротивляемость организма болезни. Однако в периоды эмоционального подъема наблюдается обычно уменьше­ние случаев соматических болезней, например под влиянием пат­риотических чувств во время Великой Отечественной войны.

На начальных этапах развития психических заболеваний ча­сто соматические расстройства более выражены, чем психичес­кие нарушения.

1. У студентки медицинского училища появились жалобы на сердце­биение, подъемы артериального давления. Терапевты никакой патологии не находили, считая эти расстройства возрастными и функциональными. Затем у нее исчезли менструации, при обращении к гинекологу патологии не выявлено. Она стала быстро полнеть, но и эндокринолог не обнаружил никаких нарушений. Никто не обратил внимание на пониженное настро­ение, двигательную заторможенность и ухудшение успеваемости Сниже­ние успеваемости связывали с обеспокоенностью ее по поводу соматиче­ского состояния. Только после того, как она пыталась совершить суици­дальную попытку, она была проконсультирована психиатром и стало яс­но, что у нее депрессивное состояние.

2. Врач 51 года после отпуска на юге стал жаловаться на боли за груди­ной и плохое самочувствие. С подозрением на инфаркт миокарда был стационирован в терапевтическое отделение больницы, где работает. Обсле­дование не обнаружило сердечной патологии, его коллеги заходили к не­му, уверяли, что все в порядке, а он чувствовал себя все хуже и хуже. У не­го появилась мысль, что его считают симулянтом, предателем, думают, что он не хочет работать, специально жалуется на боли в сердце, а сердце у не­го, как считают врачи, здоровое. Особенно тягостные состояния были по утрам. Однажды утром больной прошел к себе в отделение, взял в опера­ционной скальпель и пытался покончить жизнь самоубийством. Психи­атр выяснил, что депрессия у больного возникла второй раз, она сопро­вождалась всеми признаками депрессивного состояния: тоской, двига­тельной заторможенностью, снижением интеллектуальной активности, замедлением мыслительной деятельности, потерей веса и др.

3. Родители обратились к врачу с жалобами на рвоту у ребенка, возни­кающую во время сеанса кино. Исследовали желудок, печень, затем ре­бенка обследовал невропатолог, но никакой патологии обнаружено не бы­ло. При расспросе удалось выяснить, что первый раз рвота возникла после того, как в фойе кинотеатра отец дал ребенку плитку шоколада, пирож­ное, мороженое, яблоко и конфеты. Во время сеанса у ребенка возникла рвота, и с тех пор по механизму условного рефлекса у него в кинотеатре бывает рвота.

К врачам общей практики чаще обращаются не только больные с начальными проявлениями психических заболеваний, но и боль­ные с непсихотическими формами, при которых могут преобладать вегетативные расстройства. В отличие от психотических расст­ройств В.А. Гиляровский предпочитал всю группу непсихотических расстройств называть пограничной, а П.Б. Ганнушкин — малой пси­хиатрией. В.А. Гиляровский считал, что расстройства при погра­ничной психиатрии находятся на грани между психической болез­нью и психическим здоровьем или между психической и соматиче­ской болезнью. О.В. Кербиков писал, что не существует четких гра­ниц между формами пограничной психиатрии, неврозами и психо­патиями, между ними имеется много переходных и смешанных со­стояний. Нет четких границ и между другими группами психичес­ких расстройств и пограничными. Это создает большие диагности­ческие трудности для врачей общей практики, которые должны распознать психическое нарушение, оценить его и принять соот­ветствующее решение по оказанию помощи больному.

2. АКТУАЛЬНОСТЬ ПСИХИАТРИИ ДЛЯ ВРАЧЕЙ ОБЩЕЙ ПРАКТИКИ И ДРУГИХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ

Любой врач, в какой бы области медицины он ни работал, ка­кую бы специальность ни избрал, непременно должен исходить из того, что имеет дело прежде всего с живым человеком, лично­стью со всеми ее индивидуальными особенностями. В наиболее целостном понимании больного врачу помогут знания по психи­атрии, в особенности пограничной.

Знание психиатрии необходимо каждому врачу: подавляющее число психически больных в первую очередь обращаются не к психиатрам, а к представителям другой медицинской специально­сти, причем часто проходит весьма значительный период времени, прежде чем такой больной попадает под наблюдение психиатра.

Особенно часто врач общего профиля имеет дело с лицами, страдающими неврозами и психопатиями — «малыми» формами психических отклонений, которыми и занимается «малая», или пограничная, психиатрия.

Пограничная психиатрия, отмечал видный советский психиатр О.В. Кербиков, это как раз та область, в которой наиболее необходим контакт психиатра с врачами общего профиля, находящимися, можно сказать, на переднем крае охраны психического здоровья населения.

Знание психиатрии в целом и пограничной в особенности по­может врачу избежать неправильного обращения с больным, свя­то следовать наказу, с которым обращался к коллегам еще Гиппо­крат: «Не вреди». Неправильное обращение с больным, что может выразиться не только в пугающих больного словах, но в мимике и жестах, способно вызвать так называемую ятрогению (о чем в учебнике будет написано подробно) — болезнь, невольно вызван­ную врачом. При этом самое опасное заключается в том, что врач не сможет сделать выводы из своих ошибок, ибо «больной, кото­рому врач причинил своим неправильным поведением вред, ни­когда больше к нему не обратится» (Бумке О.).

Врач не только должен вести себя правильно сам, но и следить за поведением сестры, обучать ее, так как болезнь может вызвать и медицинская сестра (сорророгения), не соблюдавшая правил деонтологии.

Чтобы избежать ненужного травмирования больного, врач должен уяснить себе, как его пациент относится к своей болезни, какова его реакция на нее (то, что называется внутренней карти­ной болезни).

Врачи общей практики нередко первыми встречаются и с пси­хозами в их самой начальной стадии, когда болезненные проявле­ния еще не очень выражены, не слишком заметны.

С начальными проявлениями может столкнуться врач любого профиля, особенно если начальная психопатология внешне на­поминает какое-то соматическое заболевание. Более того, иногда и выраженные психические нарушения «стимулируют» то или иное соматическое заболевание, что может касаться, в частности, разнообразной ипохондрической симптоматики (когда больной твердо «убежден», что у него рак, сифилис, какой-то безобразя­щий его физический недостаток, и категорически требует соот­ветствующего специального или хирургического лечения), исте­рических расстройств (истерическая слепота, глухота, параличи и т.д.), скрытой (соматизированной, ларвированной) депрессии, протекающей под маской соматического заболевания, и др.

Любой, но гораздо чаще общего профиля, врач может попасть в ситуацию, когда требуется оказание ургентной (неотложной) психиатрической помощи: купировать состояние острого психо­моторного возбуждения (например, у больного с белой горячкой), сделать все необходимое при возникновении эпилептического статуса, при попытках к самоубийству и т.д.

Врачи общего профиля, так же как и каждый из представите­лей какой-то другой медицинской специальности, должны уметь подойти к психически больному, войти с ним в контакт для его соматического обследования (неврологического, хирургического, офтальмологического или любого другого), которое может быть необходимо для больного как в амбулаторных, так и в стационар­ных условиях. В первую очередь это касается общетерапевтичес­кого обследования, которому должен подвергнуться каждый вновь поступающий психически больной; делать это необходимо и в дальнейшей динамике заболевания.

Врачи всех профилей должны хорошо знать и соматогенные психические нарушения, возникающие в связи с патологией вну­тренних органов и систем, их начальные проявления, динамику, возможные опасные последствия (внезапное резкое возбуждение, попытки выпрыгнуть из окна и т.д.).

Каждый врач должен также знать, что, помимо соматогенной психической патологии, существуют и психосоматические расст­ройства — соматические заболевания, обусловленные воздействи­ем психотравмирующих факторов.

Достаточные представления о взаимовлиянии психических и соматических заболеваний несомненно будут способствовать не только точной диагностике, но и проведению наиболее адекват­ного лечения.

Наконец, врач должен обладать достаточными знаниями, что­бы бороться с разного рода вредными суевериями, деятельностью шарлатанов от медицины, самозванных «целителей», часто при­носящих большой вред больному, вплоть до возникновения тяже­лых психических расстройств. В этом ему во многом поможет знание психиатрии.

Глава 1. СОВРЕМЕННЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ В ПСИХИАТРИИ

1.1. Основные направления в психиатрии

К концу XX столетия в мировой психиатрии сохраняются сле­дующие основные направления.

Нозологическое направление (от греч. nosos — болезнь) принято в нашей стране и распространено в немецкоязычных странах. Все психические расстройства представлены в виде отдельных психи­ческих болезней (шизофрения, маниакально-депрессивный, ал­когольный и другие психозы). Считается, что каждой болезни присущи свой особый этиопатогенез (допускается разнообразие провоцирующих и предрасполагающих факторов), характерная клиническая картина и течение (хотя выделяются разные типы и их варианты), а также наиболее вероятный прогноз. Возлагавши­еся первоначально надежды на то, что для каждой болезни будет свой особый метод лечения (прививка малярии при прогрессив­ном параличе, инсулиношоковая терапия при шизофрении и т.д.), не оправдались. Подавляющее большинство современных психотропных средств эффективно при определенных синдромах и даже симптомах, независимо от той болезни, при которой они встречаются. Другим недостатком нозологического направления является неясное положение тех психических расстройств, кото­рые не укладываются в клиническую картину и течение опреде­ленных заболеваний. Примером могут послужить случаи, проме­жуточные между шизофренией и маниакально-депрессивным психозом. Одни авторы считают их особыми шизоаффективными психозами, другие включают в шизофрению, третьи трактуют как атипичные формы маниакально-депрессивного психоза. Сущест­вуют также расстройства, как бы промежуточные между шизо­френией и пограничными состояниями — неврозами, психопати­ями (шизотипическое расстройство, называемое также вялотеку­щей, или пограничной, шизофренией).

Основоположником нозологического направления во всем мире считается немецкий психиатр Эмиль Крепелин, который первым представил почти все психические расстройства в виде отдельных болезней. Однако некоторые психические болезни бы­ли выделены в качестве самостоятельных до систематики Крепелина: циркулярное помешательство, описанное французским психиатром Жан-Пьером Фальрё (впоследствии названное мани­акально-депрессивным психозом), алкогольный полиневритический психоз, выделенный С.С. Корсаковым, прогрессивный па­ралич — одна из форм сифилитического поражения мозга, опи­санная французским психиатром Антуаном Бейлем.

Ведущим методом нозологического направления служит тща­тельное описание клинической картины и течения психических расстройств, за что представители других направлений называют данное направление «дескриптивной» (т.е. описательной) психи­атрией Крепелина.

Синдромологическое направление господствовало в психиатрии в XIX веке и в настоящее время наиболее сохраняется во француз­ской психиатрии. Диагнозами служат названия синдромов (де­прессия, делирий, хронический бред, кататония, спутанность и т.д.) независимо от вызвавших их причин. В начале XX века это направление уступило место нозологическому. Однако с появле­нием в 50-х годах психотропных средств, каждое из которых эф­фективно при определенных синдромах, синдромологическое на­правление вновь стало приобретать сторонников. Обычно оно входит как составная часть в эклектическое направление.

Эклектическое направление (его представители чаще называют данное направление «прагматическим», или »атеоретическим») к концу XX века стало наиболее распространенным в мировой пси­хиатрии. По сути дела его отражают Международная классифика­ция психических болезней (9-й и 10-й пересмотры) и особенно со­временная американская классификация психических расст­ройств — DSM-III-R (Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders). Систематика строится так, чтобы по возможности отра­зить суждения представителей разных направлений и многих пси­хиатрических школ. Если причина психического расстройства в общем известна (алкоголизм, наркомании, старческое слабоумие и др.), то оно выделяется по нозологическому принципу. Если же причины неясны, а характерные органические изменения в мозге не установлены, то систематика приближается к синдромологической (выделяются расстройства бредовые, аффективные и др.) или к психоаналитическому направлению (например, диссоциативное расстройство — «раздвоение личности»).

Психоаналитическое направление основывается на учении все­мирно известного австрийского психиатра, невролога и психоло­га Зигмунда Фрейда. Согласно этому учению, психика человека состоит из сознания («Я», или «Эго«), подсознательной сферы («Оно», или «Ид«) и «сверхсознания» («сверх-Я», или «супер-Эго»). В подсознательном сосредоточены инстинкты и влечения, особое значение придается сексуальности (либидо). Между «Я» и «Оно» находится «цензура» — преграда, не пропускающая из под­сознательного в сознание инстинкты и влечения и тем самым властвующая над поведением. Во время сна цензура ослабевает, и тогда силы бессознательного прорываются в сновидения, обычно в символическом виде. Но и в бодрствующем состоянии бессознательное дает о себе знать в виде оговорок, описок, неожидан­ных ассоциаций и др. «Супер-Эго» — область запретов: морали, нравственности, совести, чувства вины и ответственности, оно стоит на страже интересов всего человечества в целом.

Психоаналитическое направление обычно оставляет в сторо­не психические расстройства при органических поражениях голо­вного мозга. Оно сосредоточено главным образом на неврозах, а также на расстройствах личности, депрессиях и других «функци­ональных» психических расстройствах. В качестве универсально­го метода лечения используется психоанализ — длительные мно­гомесячные курсы психотерапевтических сеансов, задача кото­рых извлечь из подсознательного спрятанные в нем, подавленные комплексы переживаний прошлого, особенно детства, которые якобы полностью питают психические нарушения.

«Антипсихиатрия» — общественное течение, особенно рас­пространившееся в Европе в 60—70-х годах, в котором принимали участие отдельные психиатры. Кроме органических поражений мозга, отрицается существование каких-либо психических болез­ней, которые рассматриваются как «особая форма существова­ния», «иная жизнь». Эти болезни якобы были «выдуманы» психи­атрами и используются обществом для изоляции неугодных ему людей. Таким взглядам способствовало широкое применение психотропных средств, благодаря чему психические расстройства стали протекать в более стертых и часто незаметных для обывате­лей формах. Это же позволило избежать прежнего длительного стационирования. В итоге многие психиатрические больницы были закрыты, а психически больные пополнили число бездом­ных бродяг. Постепенно «антипсихиатрия» стала пользоваться все меньшей популярностью. Но ей на смену пришло новое общест­венное течение, направленное на борьбу со злоупотреблением психиатрией в политических целях. В ряде стран, в том числе и в нашей, подобные случаи имели место. В фашистской Германии они приняли размах массового террора: больных неизлечимыми психическими заболеваниями, даже тяжелыми психопатиями, уничтожали как неполноценных.

Однако при обвинениях в злоупотреблении психиатрией, осо­бенно со стороны неспециалистов, часто не учитываются два важ­ных обстоятельства: возможность диагностических ошибок, со­вершаемых непреднамеренно и чаще из-за низкой квалификации врачей, и возможность стойких полноценных ремиссий, факти­чески граничащих с выздоровлением. В последнем случае боль­ные могут отрицать бывшее ранее психическое расстройство, за­являя, что они якобы его симулировали с какой-либо целью или были неправильно поняты.

1.2. Основные разделы современной психиатрии

От направлений в психиатрии, отражающих определенные те­оретические концепции, следует отличать разделы или области современной психиатрии. К ним относятся следующие:

Детская, подростковая и гериатрическая психиатрия являются разделами клинической психиатрии, посвященными особеннос­тям проявлений, течения, лечения и профилактики психических расстройств в соответствующем возрасте.

Наркология включает диагностику, лечение и профилактику алкоголизма, наркоманий и токсикомании. В последнее время в западных странах врачей, специализирующихся в данной облас­ти, стали называть «аддикционистами» (от англ. addiction — при­страстие)

Судебная психиатрия разрабатывает основы судебно-психиатрической экспертизы и проблемы предупреждения общественно опасных действии психически больных.

Социальная психиатрия сосредоточена на изучении роли соци­альных факторов в возникновении, течении, лечении и профи­лактике психических расстройств и разработке научных основ ор­ганизации психиатрической помощи

Транскультуральная (или кросс-культуральная) психиатрия по­священа сравнительному исследованию особенностей психичес­ких расстройств и уровня психического здоровья среди различ­ных наций, культур и общественных строев

Ортопсихиатрия объединяет подходы психиатрии, психологии и других медицинских и социальных наук к исследованию и лече­нию нарушений поведения. Особое внимание уделяется профи­лактическим мерам, направленным на предупреждение этих на­рушений у детей.

Биологическая психиатрия — теоретическая область изучения биологических (нейрофизиологических, биохимических, имму­нологических и др.) механизмов развития психических расст­ройств и действия лекарственных и других биологических мето­дов лечения.

Разделами психиатрии также являются сексопатология и суицидология (изучение причин и разработка мер по предупреждению самоубийств и суицидального поведения, предшествующего им).

Смежными с психиатрией, но особыми научными дисципли­нами являются психотерапия, медицинская психология и психо­фармакология.

I ПРОПЕДЕВТИКА ПСИХИАТРИИ

Глава 2. МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

2.1 .Клиническое обследование

2.1.1. Опрос больного и сбор анамнеза

Опрос больного . В психиатрии опрос больного считается важ­нейшим методом обследования Большинство симптомов психи­ческих расстройств можно выявить только со слов больного (явле­ния психического автоматизма, навязчивые мысли и опасения, бредовые идеи, многие обманы чувств, деперсонализационные и дереализационные нарушения и др.). Некоторые психические на­рушения на основании наблюдения за поведением больного мож­но лишь заподозрить (слуховые галлюцинации, когда больной к чему-то прислушивается, бред преследования — по напряженному и испуганному виду и т.д.). При резком возбуждении, ступоре, на­рушенном сознании расспрашивать приходится после того, как эти состояния минуют. С больным в психотическом состоянии лучше беседовать, предварительно получив о нем сведения от родных и близких, но при непсихотических расстройствах первым лучше расспрашивать самого больного, что повышает его доверие к врачу.

Опрос требует от психиатра определенных навыков, которые приобретаются в процессе накопления профессионального опыта. С одной стороны, больному всегда надо дать высказаться, а с дру­гой — инициатива всегда должна быть в руках врача. Какая-либо единая схема невозможна. Начинать обычно приходится с того, что послужило причиной обращения к психиатру. От врача всегда требуются выдержка, терпение, неизменная доброжелательность и сочувствие даже при явно враждебном отношении к нему боль­ного. Однако всегда необходимо сохранять дистанцию, не допус­кать фамильярности. Никогда не следует скрывать от больного це­ли расспроса, представляться кем-либо другим, а не врачом-пси­хиатром. При отказе отвечать на вопросы важнейшие из них все же должны быть заданы и отмечена реакция больного на них.

В задачу расспроса входит выяснить, насколько больной по­нимает происходящее вокруг, ориентирован в месте и времени, сохранена память на важнейшие события в его жизни и на собы­тия, предшествовавшие обращению к врачу. Больного просят дать объяснение тем его поступкам или высказываниям, которые у других могли вызвать подозрение о психическом расстройстве.

Если больной сам не высказывается о своих болезненных пере­живаниях, то ему задают наводящие вопросы о галлюцинациях, бреде и других расстройствах, наличие которых можно предполо­жить, судя по его поведению или по полученным о нем сведени­ям. Всегда полезно задать вопрос о наличии суицидальных мыслей не только в настоящем, но и когда-либо в прошлом. Важно также выяснить отношение больного ко всем выявленным болез­ненным переживаниям и особенностям поведения: отсутствие критики, частичное, неустойчивое или достаточное критическое отношение к ним.

Расспрос больного следует проводить в отсутствие его родных и близких.

Анамнез в психиатрии принято разделять на субъективный и объективный, хотя эти обозначения весьма условны.

Субъективный анамнез . Сведения от самого больного собира­ются в процессе его опроса. Анамнез болезни сводится к выясне­нию, когда и какие ее признаки впервые появились, какие собы­тия этому предшествовали, как эти проявления изменялись, когда исчезали и т.д. Анамнез жизни включает воспоминания: в какой се­мье вырос, кто родители, как учился, какие в детском и подрост­ковом возрасте были нарушения поведения (побеги из дома и т.д.). Важно выяснить, было ли злоупотребление алкоголем, наркотика­ми и другими дурманящими средствами, в каком возрасте нача­лось, насколько интенсивным было. Существенными являются данные о том, как больной оценивает свой социальный статус — трудовой и семейный: удовлетворен ли им, чем тяготится и чего ему недостает. Представляет интерес спросить больного о тех со­бытиях прошлой жизни, которые он сам считает самыми тяжелы­ми, как он их переживал, были ли суицидальные мысли и попыт­ки. Соматический анамнез, кроме перенесенных тяжелых заболе­ваний, должен учитывать сведения о черепно-мозговых травмах, даже с мгновенной потерей сознания, о нейроинтоксикациях и мозговых инфекциях и склонность к аллергическим реакциям.

Объективный анамнез — сведения, получаемые от родных и близких и других лиц, хорошо знающих больного. Эти сведения лучше получать от каждого по отдельности, в отсутствие других. Название «объективный» является условным, так как каждый оп­рашиваемый в свой рассказ привносит субъективное отношение к больному. Врач должен руководить беседой, узнавая факты и пресекая попытки навязать себе чужое мнение. Так же собирают анамнез болезни: выясняют, когда и какие ее проявления возник­ли и что этому могло способствовать, а также анамнез жизни: све­дения о наследственной отягощенности (психические болезни, слабоумие, алкоголизм и наркомании, суициды среди кровных родственников, а также наличие среди них лиц с необычно тяжелым характером). От родителей можно узнать об особенностях развития в детстве. Далее им задают те же вопросы, что и самому больному. Важно выяснить, о чем больной умолчал и что предста­вил по-иному.

2.1.2. Осмотр больного

Осмотр психиатра отличается от обычного соматического. Должны быть отмечены следы повреждении (кровоподтеки, сса­дины, рубцы от бывших порезов и ожогов, многократных инъек­ций, следы от странгуляционной борозды на шее) и описаны в ис­тории болезни, что важно для возможных последующих экспер­тиз. Если в психиатрический стационар поступает неизвестный без документов, то должны быть описаны его основные внешние приметы: рост, телосложение, цвет глаз и волос, приблизитель­ный возраст, родимые пятна, татуировки и рубцы на теле, а также имеющиеся физические недостатки.

Неврологический осмотр проводится по правилам, излагае­мым в учебниках нервных болезней. Важно отметить так называ­емые минимальные нарушения (асимметрия лицевой иннерва­ции, сухожильных рефлексов и т.д.), которые могут быть следст­вием резидуального органического (посттравматического и др.) поражения головного мозга.

Соматический осмотр больных, неспособных предъявить жа­лобы, должен быть особенно тщательным. При наличии некото­рых видов бреда, негативизме больные могут намеренно утаивать соматические нарушения.

Если из-за резкого возбуждения и сопротивления больного ос­мотреть не удается, то это должно быть отмечено в истории болезни.

2.1.3. Наблюдение за поведением больного

Наблюдение за поведением осуществляет не только врач. В стационарах дежурный средний медицинский персонал ведет спе­циальные дневники, где отмечает за период своей смены особен­ности поведения каждого больного, находящегося под строгим или усиленным наблюдением. Об остальных больных записи дела­ют по мере надобности (нарушения режима, конфликты, отказ от еды или видимые внешние проявления психических расстройств).

Врач начинает наблюдение с первого контакта с больным. При возбуждении отмечают его особенности: целенаправленные действия или бессмысленные стереотипно повторяющиеся дви­жения, возгласы, мимика, реакция на окружающее. При заторможенности надо оценить ее степень. Во время беседы отмечаются особенности интонации голоса больного (монотонность, скорб­ность и т.д.), живость мимики, жесты, а также особенности речи (быстрая, медленная, задержки, тихая и т.д.). На поведении могут ярко отражаться галлюцинации (больной к чему-то пристально приглядывается, прислушивается, принюхивается) и бред (край­няя подозрительность и настороженность, внезапная агрессия по отношению к кому-либо).

2.1.4. Специальные клинические карты и шкалы для оценки психических расстройств

В связи с компьютеризацией медицинской документации по­лучили распространение различные стандартизированные оцен­ки психических нарушений, например формализованные исто­рии болезни. Идею возможности подобной оценки еще в 1918 г. высказал выдающийся немецкий психиатр Э. Крепелин.

С середины 60-х годов было предложено множество схем, карт с перечислением симптомов и шкал, где выраженность каждого симптома, кроме того, оценивается в баллах. Выделяют два ос­новных типа шкал — самооценки и «объективные».

Шкалы самооценки заполняет сам больной. В основном они предназначены для непсихотических расстройств, например для больных с неврозами, которые дают оценки в баллах каждой из своих жалоб (утомляемость, раздражительность, плохой сон и т.д.) до и после лечения.

«Объективные шкалы» заполняются врачом на основании кли­нического обследования больного. В баллах оценивается тяжесть каждого симптома — суммарный балл отражает тяжесть состоя­ния. Например, в первой разработанной в нашей стране шкале Ю.Л. Нуллера и И.Н. Михаленко (1966) для оценки тяжести де­прессий градуировались в баллах степень угнетения настроения, тревога, страх, идеи самообвинения, двигательная заторможен­ность и др.

2.2. Психологическое обследование

Психологическое обследование проводится специалистами — медицинскими (клиническими) психологами или врачами, полу­чившими специальную подготовку по медицинской психологии. Задачей является обнаружение нарушений психических процес­сов — восприятия, памяти, внимания, мышления, оценка особен­ностей интеллекта и личности в целом. Важны те инициальные, маловыраженные нарушения, которые еще могут не проявляться при клиническом обследовании. Например, с помощью специ­альных приемов, когда в начале шизофрении еще не проявились нарушения мышления, могут быть установлены характерные ис­кажения процесса обобщения. При надвигающемся атеросклеротическом слабоумии тонкие нарушения памяти и внимания так­же могут быть установлены только с помощью специальных пси­хологических методик. У больных с дефектами психики в целях реабилитации психологические исследования позволяют оценить наиболее сохранные стороны личности, навыки и умения. Спе­циальные приемы предназначены для обнаружения тех болезнен­ных переживаний, которые больной не раскрывает, например скрытой депрессии или психотравмирующих ситуаций.

Направляя больного на психологическое обследование, необ­ходимо сформулировать вопросы, в первую очередь интересую­щие врача и позволяющие выяснить уровень интеллекта, наличие нарушений мышления, характерных для шизофрении; изменений памяти и внимания, присущих органическому поражению мозга; личностных особенностей при неврозах и психопатиях и т.д.

Оценка уровня интеллекта чаще всего осуществляется с помо­щью теста Векслера. На основании выполнения обследуемым за­даний вычисляется коэффициент интеллектуальности — «ай кью» (IQ — Intellectual Quotient), официально принятый для этой цели Всемирной организацией здравоохранения. Средней нормой счи­тается 100, но в современной здоровой популяции в развитых странах у большинства величина выше 100. Величины от 90 до 70 считаются областью пограничной, «низкой нормой», но не рас­сматриваются как слабоумие. К дебильности относят величины от 70 до 50, к имбецильности, т.е. глубокому слабоумию, - ниже 50.

Выявление искажения процесса обобщения как притока, харак­терного для шизофрении. При искажении обобщение осуществля­ется по несущественным признакам. Для этого используются раз­личные приемы. Один из них состоит в том, что из 4 картинок с предметами требуется отобрать лишнюю, не подходящую к другим («четвертый лишний»). Например, на 3 картинках нарисованы цветы (роза, ромашка, сирень), а на 4-й — фрукт (виноград). Боль­ной шизофренией отбирает как лишнюю ромашку («все растут на кустах, а она на земле»). Однако подобный признак выявляется не у всех больных шизофренией и в то же время иногда встречается при шизоидной психопатии и акцентуации характера.

Нарушения памяти можно оценить с помощью таких простых приемов, как запоминание 10 слов, не связанных по смыслу. Воз­можность их воспроизведения проверяется сразу (кратковремен­ная память) и через несколько часов (долговременная память). Другими приемами проверяется воспроизведение коротких рас­сказов (смысловая память) или показанных картинок (зрительная память) и др.

Нарушения внимания можно обнаружить с помощью коррек­турных проб (зачеркивание в тексте 1—2 определенных букв — учитываются пропуски и ошибки).

Выявление скрытой депрессии и тревоги может также достигаться разными приемами. Распространен цветовой тест М. Люшера (в норме предпочитаются красный, желтый, зеленый цвета, при депрес­сии — черный, серый, коричневый, фиолетовый). Некоторые лично­стные опросники имеют специальные шкалы депрессии. Для выяв­ления тревоги также разработаны специальные приемы, например шкала тревоги Ж. Тейлор. По ответам на косвенные вопросы (нали­чие кошмарных сновидений и т.д.) судят о степени тревожности.

Оценка личностных особенностей производится чаще всего с по­мощью разработанного в США и адаптированного в нашей стране Миннесотского многопрофильного личностного опросника — «эм-эм-пи-ай» — MMPI (Minnesota Multiphasic Personality Inventory). С помощью этого метода можно выявить склонность к ипохондричности, депрессии, истерические, психастенические и другие осо­бенности личности. Для диагностики типов характера у взрослых предназначен опросник Г. Шмишека, а у подростков — патохарактерологический диагностический опросник (ПДО) Иванова—Личко.

Выявление психотравмирующих факторов и болезненных пере­живаний, которые больной не раскрывает, бывает особенно важ­ным как для диагностики и прогноза, так и для психотерапии. Ча­ще всего для этого используются проективные методы. Среди них наиболее известна методика неоконченных предложений: обсле­дуемому предлагают закончить фразы вроде «Супружеская жизнь кажется мне...», «Настоящий друг тот, кто...» и т.д. Применяется также Тематический апперцепционный тест (ТАТ) — картинки с изображением различных ситуаций, которые испытуемый дол­жен прокомментировать (например: «Прохожего обрызгала гря­зью проехавшая автомашина»).

Оценка внутрисемейных отношений также может осуществ­ляться методами психологической диагностики. Детям предлага­ют нарисовать их семью. По тому, как изображаются и где распо­лагаются на листе члены семьи, понятны их отношение к ребенку и отношения между собой.

Ставятся также другие задачи психологической диагностики. Для их решения прибегают к множеству методов, сведения о ко­торых врач может получить в специальном справочнике (Бурлачук Л.Ф., Морозов СМ. Словарь-справочник по психологичес­кой диагностике. - Киев: Наукова Думка, 1989).

Медицинский психолог представляет врачу-психиатру получен­ные результаты психологического обследования больного и их толко­вание. Эти данные для клинического диагноза служат только вспомо­гательным материалом, их окончательная оценка остается за врачом.

2.3. Нейрофизиологическое обследование

Среди нейрофизиологических методов наиболее часто при об­следовании психически больных используется электроэнцефало­графия, реже реоэнцефалография и эхоэнцефалография.

Электроэнцефалография (ЭЭГ) представляет собой запись би­отоков клеток мозга, отражающих происходящие в них процессы метаболизма. Эти биотоки очень слабые — порядка 10—15 микро­вольт. Для того чтобы их зарегистрировать, используют усилите­ли. ЭЭГ наиболее важна для диагностики эпилепсии и эпилепти­ческих психозов: выявляются острые волны, пики, комплексы пик — волна и другие проявления судорожной активности. По­добная активность может быть зарегистрирована у лиц, у которых никогда не было никаких эпилептических припадков, но риск их возникновения у них очень высок («скрытая эпилепсия»). Наобо­рот, у некоторых больных эпилепсией между припадками судо­рожная активность на ЭЭГ полностью отсутствует. Гипервентиля­ция (глубокие вдохи и выдохи в течение 1—2 мин) способствует ее выявлению вследствие снижения содержания углекислоты в кро­ви. Прием противосудорожных средств и некоторых психотроп­ных препаратов подавляет судорожную активность.

ЭЭГ используется также как вспомогательный прием для диа­гностики органических поражений головного мозга. При психи­ческих расстройствах, с ними связанных, обычно отмечаются уме­ренные диффузные изменения биоэлектрической активности мозга. Иногда же они наиболее выражены в височно-теменных, лобных или затылочных областях обоих или одного из полушарий.

Для эндогенных депрессий считается характерным изменение ЭЭГ во время сна (сокращается фаза медленных дельта-волн), но, для того чтобы их выявить, требуется многочасовая ночная реги­страция. При других психических расстройствах каких-либо спе­цифических нарушений ЭЭГ не обнаружено.

Реоэнцефалография (РЭГ) — регистрация особенностей крово­снабжения мозга путем измерения колебаний электрического со­противления тканей головы. Кривая РЭГ синхронна с пульсом. РЭГ позволяет распознать поражения сосудов головного мозга. При церебральном атеросклерозе вершины волн вместо острых в норме становятся сглаженными, аркообразными.

Эхоэнцефалография (ЭхоЭГ) — исследование мозга с помощью ультразвука, основанное на принципе эхолокации. Используется для обследования, когда возникают подозрения, что психическое расстройство связано с очаговым поражением в головном мозге, например с опухолью. В этих случаях срединные структуры мозга смещаются в здоровую сторону. При наличии в мозге крупного атрофического очага смещение происходит в больную сторону.

2.4. Нейрорентгенологическое обследование

Краниография — рентгенограмма костей черепа — позволяет по косвенным признакам судить об органическом поражении мозга. Например, усиление пальцевидных вдавлений служит признаком длительного повышения внутричерепного давления. Участки из­быточного обызвествления встречаются после перенесенных че­репно-мозговых травм.

Пневмоэнцефалография (ПЭГ) — рентгенограмма мозга, прово­димая после выпускания части спинномозговой жидкости и введе­ния вместо нее воздуха или кислорода, которые заполняют желу­дочки мозга и субарахноидальное пространство. Этим методом уда­ется выявить спаечные процессы в мозговых оболочках, некоторые опухоли, атрофические изменения. С появлением компьютерной томографии головы данный метод можно считать устаревшим.

Ангиография сосудистой системы мозга производится путем введения через сонную артерию контрастных или радиоактивных веществ с последующей рентгенографией. Позволяет выявить по­ражения мозговых сосудов, а также локальные поражения мозга (опухоли и др.). Необходимо согласие больного или его родных на данную процедуру.

Компьютерная томография головы — автоматизированное по­слойное рентгенологическое исследование тканей мозга с анали­зом результатов на ЭВМ и последующим построением объемного изображения на специальном экране. Является ценным методом для выявления локализации очагов поражения в головном мозге. Этим методом диагностируются мозговые опухоли, атрофические процессы, кисты, абсцессы и т.д.

Позитронно-эмиссионная томография основывается на разли­чиях распределения радиоизотопов, которыми «метятся» вводи­мые глюкоза, нейромедиаторы или различные лекарства, по кото­рым можно судить о локальных изменениях метаболизма в мозге, нейрорецепторах, кровоснабжении и т.д. Полученные данные синтезируются на ЭВМ. Является одним из новейших и перспек­тивных диагностических методов, возможности которого еще полностью не раскрыты.

2.5. Фармакологические методы обследования

Лекарственные средства могут использоваться не только для лечения, но и для диагностики, обычно в виде однократного их введения и оценки реакции на них.

Барбамил-кофеиновое растормаживание раньше широко при­менялось у больных в состоянии ступора даже для того, чтобы их накормить, а также для выявления бредовых и галлюцинаторных переживаний, которые больной не раскрывал.

Внутривенно вводили от 2 до 8 мл (чаше 4—6 мл) 5% раствора барбамила и 1—2 мл 10% раствора кофеина (впрочем, барбамил без кофеина действовал так же). На несколько минут возникают эйфория, болтливость, желание поделиться своими мыслями. Однако при сильном и настойчивом желании скрыть свои переживания эта способность может сохраниться. После того, как барбамил в нашей стране был включен в список наркотиков, этот препарат следует использовать только по строгим показаниям.

Седуксеновый тест — внутривенное введение 20—40 мг седуксе­на (диазепам, реланиум) в виде 0,5% раствора — служит для выбо­ра эффективной терапии при депрессии. Если после вливания де­прессивные переживания на время исчезают, то показаны противотревожные средства (например, феназепам, амитриптилин), если же сохраняются, то более эффективен мелипрамин.

Дексаметазоновый тест служит для дифференциального диагнозаэндогенных и реактивных депрессии. В норме прием дексаметазоначерез сутки вдвое снижает в крови уровень кортизола (или его метаболита — 11-оксикетостероида). При эндогенной ме­ланхолической депрессии подавление экскреции кортизола над­почечниками под действием дексаметазона не происходит или оно резко ослабевает. При реактивных и тревожных депрессиях результаты теста обычно существенно не отличаются от нормы.

Терапия ex juvantibus — «лечение на пробу», когда эффект от примененного лекарства подтверждает диагноз.

Например, при скрытых эндогенных депрессиях лечение ан­тидепрессантами вызывает заметное улучшение настроения, в то время как в отсутствие депрессии антидепрессанты таким дейст­вием не отличаются.

2.6. Другие лабораторные исследования

2.6.1. Исследование спинномозговой жидкости

Люмбальная пункция (поясничный прокол) для получения спинномозговой жидкости осуществляется врачом. Специальную иглу для пункций, снабженную мандреном (ее длина 10—12 см), вводят в конечную цистерну спинного мозга между III и IV или IV и V поясничными позвонками (у детей между V поясничным и I крестцовым). Больной сидит нагнувшись вперед и наклонив го­лову или лежит на боку, согнув ноги и прижав их к животу, а голо­ву и шею максимально приведя к груди. После прокола кожи при дальнейшем углублении иглы ощущается препятствие при проко­ле межпозвонковых связок. Вынув мандрен, можно увидеть выте­кающие из тыльного конца иглы капли ликвора. Для анализа бе­рут в пробирку 4—8 мл. Очень частые капли, а тем более струя ликвора свидетельствуют о повышении внутричерепного давле­ния. Свежая кровь в ликворе может быть от повреждения мелких сосудов, при проколе. При арахноидальных и мозговых кровоиз­лияниях ликвор имеет вид мясных помоев. После пункции паци­ент в течение 2—3 ч должен лежать, не поднимая головы, а в тече­ние суток — соблюдать постельный режим.

Люмбальная пункция производится только с согласия больно­го, а при его неспособности дать согласие, при бессознательном состоянии или тяжелом психическом расстройстве, — с согласия родных или близких.

Показанием для пункции служат подозрения, что психические расстройства вызваны сифилитическим, опухолевым, воспали­тельным или иным органическим поражением головного мозга.

Содержание клеточных элементов (в норме 3—5 клеток в 1 мкл) резко возрастает при менингитах, меньше — при энцефалитах и мозговых опухолях (до 100 в 1 мкл). При острых воспалениях пре­обладают нейтрофилы, при хронических — лимфоциты.

Содержание белка (в норме 0,15—0,3 г/л) возрастает и при вос­палительных процессах, и при опухолях. Но для опухолей, затруд­няющих венозный отток от мозга, особенно характерна «белково-клеточная диссоциация»: содержание белка возрастает в десятки раз, а цитоз увеличивается незначительно.

Реакция Ланге особенно важна для распознавания сифилити­ческого поражения мозга. Используют 16 пробирок с разведени­ем ликвора от 1:10 000 до 1: 320 000, к которым добавляют колло­идный раствор золота, имеющий красный цвет. В норме цвет не меняется (это обозначают цифрой 1) или становится красно-фи­олетовым (2). При патологических изменениях цвет может стать фиолетовым (3), синим с красноватым оттенком (4), синим (5), голубым (6) и даже бесцветным (7). Для сифилиса мозга характе­рен существенный сдвиг в разведениях от 1:40 до 1:640 («сифили­тический зубец» на графике), для прогрессивного паралича - рез­кие изменения в пробирках со слабым разведением и постепен­ная нормализация по мере увеличения разведения. При менинги­тах максимальные изменения наблюдаются при разведениях от 1:640 до 1:5000. Реакцию изображают в виде графика или формулы с цифровым обозначением цвета в каждой из 16 пробирок.

Например:

Норма 1122211111111111

Сифилис мозга 2246531111111111

Прогрессивный паралич 5566532211111111

Менингит 1235567776533222

Серологические реакции с ликвором ставятся также для распо­знания сифилитического поражения мозга (реакции Вассермана, Кана, Закса-Витебского, иммобилизации трепонем — РИТ, иммунофлюоресценции — РИФ и др.), а также для диагностики цистицеркоза (с антигеном цистицерка).

2.6.2. Исследование крови и мочи

Общепринятые анализы крови и мочи производятся прежде всего, чтобы не пропустить сопутствующие инфекционные и дру­гие соматические заболевания. Особенно они важны у больных, которые сами не предъявляют соматических жалоб.

При лечении психотропными средствами встречаются, хотя и редко, осложнения со стороны органов кроветворения и почек. При лечении аминазином и другими производными фенотиазина, а также лепонексом (клозапином) и мелипрамином описаны слу­чаи агранулоцитоза (резкое уменьшение числа нейтрофилов в кро­ви до полного их исчезновения при относительном лимфоцитозе). Длительное лечение галоперидолом может вызвать л имфомоноцитоз. Клинические анализы мочи особенно необходимы, чтобы не пропустить стертые заболевания почек, которые могут служить противопоказаниями для лечения психотропными средствами.

Биохимические анализы крови и мочи производят по специаль­ным показаниям. Определение содержания глюкозы в крови не­обходимо не только при подозрении на сахарный диабет, но и при проведении инсулинотерапии психозов и при подозрении на ин­токсикацию гашишем (гипогликемия). При лечении препарата­ми лития маниакально-депрессивного и шизоаффективного пси­хозов необходимы регулярное (сперва один раз в месяц, затем — один раз в 2—3 мес.) определение его концентрации в крови. Она должна быть от 0,6 до 1,2 мэкв/л. При длительном лечении ами­назином необходимо также проверять протромбиновыи индекс в связи с опасностью развития тромбоэмболической болезни.

Для того чтобы проверить, принимает ли пациент назначен­ные ему психотропные средства, проводят специальные биохи­мические исследования мочи.

2.7. Психиатрическая история болезни

История болезни является не только медицинским, но и юри­дическим, и научным документом.

Психиатрическая история болезни имеет ряд особенностей.

В паспортной части, например, необходимо указать адрес не только больного, но и фамилию, имя, отчество, адрес и телефон его ближайшего родственника. При первом осмотре должно быть отмечено, по чьей инициативе и по какой причине обратились к психиатру или госпитализировали больного. Далее описывается психический статус при первом осмотре: ориентировка в окружа­ющем, признаки нарушения сознания, проявления расстройств восприятия, мышления, памяти. Подробно описываются как жа­лобы больного (если он отказывается их предъявлять, то это должно быть отмечено), так и высказываемые им бредовые идеи, а также идея навязчивости, двигательные и речевые нарушения. Оценивается степень критичности больного к своему поведению и высказываниям

Не следует перегружать записываемые сведения незначимой информацией (например, перечислять у взрослых пациентов пе­ренесенные без осложнений детские инфекции) или отмечать от­сутствие симптомов, которые вряд ли могут быть при данном синдроме (например, отсутствие суицидальных мыслей у эифорического больного). При описаниях нельзя пользоваться одной психиатрической терминологией (вроде «у больного бред пресле­дования», «имеются слуховые галлюцинации» и т.д.), необходимо приводить высказывания больного или описывать его поведение, из чего следовала бы констатация определенных расстройств.

Если можно выяснить анамнез со слов больного, то его запи­сывают вслед за статусом (чтобы было видно, в каком состоянии анамнез собран). Если это не удается, то анамнез оформляют в по­следующем, когда состояние больного улучшается. Если больного сопровождают близкие, то сведения собирают также с их слов.

Осмотр пациента включает неврологическое обследование и определение соматического статуса.

Рекомендации по сбору анамнеза и осмотру больного даны в предшествующих разделах.

Дневниковые записи включают высказывания больного, ре­зультаты наблюдения за его поведением, консультации специали­стов, лабораторные исследования и все лечебные мероприятия Частота записей определяется состоянием больного — от несколь­ких в течение одних суток (тогда указывается час) при острых и опасных для жизни состояниях до одной в неделю у хронических стационарных больных.

При домашних отпусках записываются сведения о дне и часе ухода и возвращения, о выданных на руки лекарствах и психиче­ском состоянии до и после отпуска, а также о поведении дома (со слов близких).

Если пациент лечился ранее в других психиатрических учрежде­ниях, то от них запрашиваются медицинские сведения. При выпи­ске история болезни завершается эпикризом, кратко отражающим все ее содержание. Копия данного эпикриза обычно высылается по запросу других психиатрических учреждений и служит медицин­скими сведениями. Сама же история болезни выдается только по требованию прокурора или суда под расписку их представителя.

2.8. Эпидемиология психических расстройств

Эпидемиология (от греч. epi — на, + dem — народ + logos — уче­ние) в психиатрии представляет ее раздел, изучающий распрост­ранение психических расстройств среди населения.

Основными эпидемиологическими показателями в нашей стране служат заболеваемость, болезненность и риск заболевания.

Заболеваемость — число больных в пересчете на 1000 или на 10000 населения, впервые заболевших психическим расстройст­вом в течение определенного времени (обычно 1 года).

Болезненность — общее число больных среди населения (т.е. заболевших как в текущем, так и во все прошлые годы) в данное время (также обычно в пересчете на 10000 населения).

Риск заболевания— вероятность возникновения психического расстройства у отдельного человека

В американской психиатрии приняты сходные показатели: число заболевших в течение определенного времени (incidence) и распространенность заболевания (prevalence), но последняя включает два показателя: распространенность в данный момент (point-prevalence) и общее число случаев болезни за определен­ный период (period prevalence), которая слагается из суммы inci­dence + point = prevalence.

Заболеваемость, болезненность и риск заболевания исчисляются для всех психических расстройств в целом, отдельно — для психозов, а также для каждого из психических заболеваний и расстройств.

Диспансерный учет служит основным источником сведений для определения указанных показателей. Другими источниками являются регистрация поступающих и выписывающихся из пси­хиатрических больниц и полустационаров, данные профилакти­ческих осмотров, осмотров призывников и др.

Точность показателей определяется полнотой получаемых сведений, а последняя — организацией учета, доступностью пси­хиатрической помощи населению, а также его культурой, от кото­рой зависит обращение к психиатрам. Но всегда какая-то часть больных остается неучтенной, поэтому реальные показатели вы­ше исчисляемых. Наиболее ярким примером в этом отношении могут служить показатели распространения наркоманий.

Риск заболевания зависит не только от его распространеннос­ти, но и от ряда других факторов — возраста, пола, наследственно­сти, биологических и социально-психологических вредностей.

В детстве высок риск заболевания неврозами и начала разви­тия эпилепсии, в подростковом и юношеском возрасте резко воз­растает риск заболеть шизофренией Риск начала паранойяльно­го развития наиболее высок в зрелом возрасте. Пресенильные и старческие психозы уже и названы по возрасту, в котором они возникают. Шизофренией чаще болеют мужчины, а маниакаль­но-депрессивным психозом — женщины.

Транскультуральные (они же кросскультуральные) эпидемиоло­гические исследования. Их задача — сопоставление распространен­ности различных психических расстройств в разных культурах — национальных, региональных, социальных. В нашей стране, на­пример, истерические психозы наиболее распространены среди народностей Крайнего Севера. Уровень алкоголизма высок в Рос­сии, в государствах Средней Азии более распространены гаши­шизм и опиизм.

Психические эпидемии — массовое распространение какого-ли­бо психического расстройства в определенном регионе в какую-либо эпоху. С XI века в средневековой Европе известны массовые вспышки истерии, включая истерические психозы (галлюцина­торные видения, охватывающие толпы людей, одержимость дья­волом, превращение в животных и др.). Во время первой мировой войны среди солдат воюющих армий возникла эпидемия «травма­тического невроза»: даже после очень легких или мнимых конту­зий возникали истерическая глухота, немота, парезы и др. В 50—70-х годах 20-го века по ряду развитых стран прокатилась вол­на эпидемии подростковых наркоманий. Причины всех этих эпи­демий, как правило, социально-психологические.

Не следует, однако, рассматривать как «психические эпиде­мии», т.е. как повальное распространение психических расст­ройств, проявления массового фанатизма — религиозного, идео­логического, национального, расового, какие бы уродливые и чу­довищные формы этот фанатизм не принимал. Лидеры и вожди подобных фанатичных движений могут оказаться лицами, стра­дающими психическими расстройствами, но поведение следую­щих за ними масс служит предметом изучения социальной психо­логии, а не психиатрии.

Глава 3. КЛАССИФИКАЦИЯ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ

3.1. Общие положения

Существуют два типа классификаций психических расст­ройств: национальные классификации и международная, разра­батываемая в рамках ВОЗ и периодически обновляемая.

В настоящее время действует Международная классификация психических расстройств и расстройств поведения 10-го пересмотра(МКБ-10). Она принципиально отличается от предыдущих вариантов Международной классификации психических расст­ройств. Ряд подразделов и рубрик этой классификации являются прогрессивными, отражают недавние достижения мировой пси­хиатрии. Вместе с тем, в результате необходимости нахождения многочисленных компромиссов между различными психиатри­ческими школами и направлениями, МКБ-10 присущи существенные недостатки. К ним относятся эклектичность (так называ­емая «атеоретичность»), противоречивость и чрезмерная услож­ненность классификации в целом. Недостатками МКБ-10 явля­ются также частичный отход от клинико-нозологических пози­ций, выделение в качестве самостоятельных вариантов психичес­ких расстройств, наряду с клинико-нозологическими формами, психопатологических синдромов и даже симптомов, скептичес­кое отношение к проверенным клинической практикой фунда­ментальным понятиям и положениям клинической психиатрии.

Вследствие указанных особенностей МКБ-10, ее использование в качестве основы при изложении учебных материалов по психиат­рии создает значительные трудности для усвоения этой клиничес­кой дисциплины студентами, требует значительно большего време­ни для обучения. Поэтому в учебнике часть третья («Частная психи­атрия»), в которой описаны психические болезни и другие формы психических расстройств, которые могут претендовать на самостоятельность, построена в соответствии с отечественной классифика­цией психических расстройств. Эта систематика более последовательна, логична, в большей мере основана на клинико-нозологиче­ских принципах и широко используется в российской психиатрии.

Вместе с тем в главах «Частной психиатрии» представлено со­отношение клинико-нозологических форм психических расст­ройств в отечественном понимании с разделами, подразделами и рубриками МКБ-10.

3.2. Отечественная классификация психических расстройств

В классификации психических расстройств, используемой в России, клинико-нозологические формы выделяются на основе единства установленных или предполагаемых этиологических факторов и патогенетических механизмов и сходства клиничес­ких проявлений, динамики и исходов психических расстройств.

Клинико-нозологические формы психических расстройств объе­динены в несколько групп на основании близости, родства этих форм в этиопатогенетическом отношении.

1. Эндогенные психические заболевания

Эти заболевания преимущественно обусловлены внутренни­ми патогенными факторами, в том числе наследственным пред­расположением, при определенном участии в их возникновении различных внешних вредностей.

Включаются:

Шизофрения

Маниакально-депрессивный психоз

Циклотимия

Функциональные психические расстройства позднего возраста

2. Эндогенно-органические психические заболевания

Развитие этих заболеваний определяется или внутренними факторами, приводящими к органическому поражению головно­го мозга, или взаимодействием эндогенных факторов и цереб­рально-органической патологии, возникающей в результате не­благоприятных внешних влияний биологического характера (че­репно-мозговых травм, нейроинфекций, интоксикаций).

Включаются:

Эпилепсия (эпилептическая болезнь)

Атрофические заболевания головного мозга

Деменции альцгеймеровского типа

Болезнь Альцгеймера

Сенильная деменция

Болезнь Пика

Хорея Гентингтона

Болезнь Паркинсона

Психические расстройства, обусловленные сосудистыми заболеваниями головного мозга

3. Соматогенные, экзогенные и экзогенно-органические психичес­кие расстройства

В эту обширную группу входят, во-первых, психические рас­стройства, обусловленные соматическими заболеваниями и раз­нообразными внешними биологическими вредностями внемозговой локализации и, во-вторых, психические расстройства, ос­новой которых становятся неблагоприятные экзогенные воздей­ствия, приводящие к церебрально-органическому поражению. В развитии психических расстройств этой группы определенную, но не ведущую роль играют эндогенные факторы.

Включаются:

Психические расстройства при соматических заболеваниях

Экзогенные психические расстройства

Психические расстройства при инфекционных заболеваниях внемозговой локализации

Алкоголизм

Наркомании и токсикомании

Психические расстройства при лекарственных, промышленных и других интоксикациях

Экзогенно-органические психические расстройства

Психические расстройства при черепно-мозговых травмах

Психические расстройства при нейроинфекциях

Психические расстройства при опухолях головного мозга.

Следует отметить, что психические расстройства при опухолях го­ловного мозга могут быть отнесены к экзогенно-органическим расст­ройствам, в значительной мере, условно, с учетом традиций и клини­ческого сходства психических расстройств при опухолях мозга с други­ми, типичными экзогенно-органическими расстройствами психики.

4. Психогенные расстройства

Это расстройства, возникающие в результате воздействия на личность и телесную сферу стрессовых ситуаций.

Включаются:

Реактивные психозы

Неврозы

Психосоматические (соматоформные) расстройства

5. Патология развития личности

В данную группу входят патологические психические состоя­ния, обусловленные аномальным формированием личности.

Включаются:

Психопатии (расстройства личности)

Олигофрении (состояния психического недоразвития)

Другие задержки и искажения психического развития

3.3. Разделы Международной классификации психических расстройств 10-го пересмотра

Классификация состоит из 11 разделов.

1. F0 Органические, включая симптоматические, психические расстройства

2. F1 Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления психоактивных веществ

3. F2 Шизофрения, шизотопические и бредовые расстройства

4. F3 Расстройства настроения (аффективные расстройства)

5. F4 Невротические, связанные со стрессом и соматоформ­ные расстройства

6. F5 Поведенческие синдромы, связанные с физиологически­ми нарушениями и физическими факторами

7. F6 Расстройства зрелой личности и поведения у взрослых

8. F7 Умственная отсталость

9. F8 Нарушения психологического развития

10. F9 Поведенческие и эмоциональные расстройства, начина­ющиеся обычно в детском и подростковом возрасте

11. F99 Неуточненное психическое расстройство

Глава 4. ОБЩИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ ДИНАМИКИ

ПСИХИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИЙ

4.1. Течение и исходы психических заболеваний

Течение. Психические заболевания могут иметь непрерывное, приступообразное, смешанное и другое течение. Наиболее де­тально варианты течения изучены школой А.В. Снежневского при шизофрении.

При непрерывном течении болезни наблюдается неуклонное на­растание и усложнение расстройств. Лекарственной терапией мож­но добиться остановки или смягчения имеющейся симптоматики. При обострении обычно выявляются более сложные расстройства.

Приступообразное течение характеризуется чередованием при­ступов болезни и светлых промежутков, когда проявления болезни отсутствуют или минимальны. Типичным примером приступооб­разного течения является рекуррентная шизофрения, при которой приступы могут быть различными по клиническим проявлениям. При наличии сходных приступов, чередующихся со светлыми промежутками, обычно говорят о периодическом течении.

Течение болезни в виде фаз проявляется приступами психичес­кой болезни, после окончания которых не происходит существен­ных изменений личности; фазы бывают представлены аффектив­ными и аффективно-бредовыми расстройствами. Течение болезни в виде фаз наблюдается при маниакально-депрессивном психозе.

Для смешанного (шубообразного) течения заболевания харак­терно постепенное нарастание изменений личности, и на этом фоне периодически возникают обострения болезни, сдвиги, или шубы. После каждого шуба обнаруживаются более выраженные изменения личности. Такое течение наблюдается при приступообразно-прогредиентной шизофрении. При формировании крае­вой психопатии наблюдаются «психопатические циклы»: в ре­зультате психогенного заболевания личность становится эмоцио­нально-лабильной, создает конфликт, дает на него психогенную реакцию, и после нее обнаруживаются еще более выраженные патохарактерологические черты, такие как взрывчатость, склон­ность к истерическим формам поведения, демонстративность и др. (Кербиков О.В.).

Волнообразное течение болезни характеризуется периодами ос­лабления или полного исчезновения симптоматики, однако под влиянием различных факторов (например, психогенных при не­врозах) исчезнувшие расстройства снова нарастают.

При пароксизмальном течении наблюдаются остро возникаю­щие приступы болезни, обычно повторяющиеся и продолжаю­щиеся относительно короткий промежуток времени (например, при эпилепсии).

Течение психических заболеваний с постепенным нарастанием и усложнением симптоматики носит название прогредиентного. Та­кое течение характерно для шизофрении. Каждое ухудшение состо­яния сопровождается более сложной симптоматикой. Так, напри­мер, если первые приступы болезни при рекуррентной шизофрении могут содержать только аффективные расстройства, то последую­щие уже включают бредовые, двигательные и галлюцинаторные, т.е. происходит формирование так называемого большого синдрома.

Регредиентное течение заболевания может иметь место при периодических травматических психозах и при динамике психи­ческих нарушений травматического генеза. При этом наблюдает­ся противоположная прогредиентному течению тенденция. Если первый приступ болезни включает аффективные, бредовые, дви­гательные расстройства, то в последующих приступах число син­дромов сокращается и проявления болезни могут быть представ­лены только аффективными расстройствами. В отдаленном пери­оде черепно-мозговой травмы часто наблюдаются компенсация состояния, уменьшение и исчезновение энцефалопатической и церебрастенической симптоматики.

В течении психических заболеваний выделяют следующие этапы: инициальный, манифестный, расцвета и обратного разви­тия болезни. В развитии психических болезней большое значение имеет преморбидный период, предшествующий инициальному эта­пу. В этом периоде оцениваются личностные особенности, акцен­туации характера, уровень зрелости личности, предрасполагаю­щие к тому или иному заболеванию. К преморбидным особенностям относятся и признаки дизонтогенеза, которые обнаруживают­ся у ребенка с самого рождения.

О.П. Юрьева (1970) у детей, родившихся в семьях больных ши­зофренией, отмечала такие признаки дизонтогенеза, как ослабле­ние инстинктивной деятельности (пониженный пищевой ин­стинкт, нарушения сна, снижение реакций на дискомфорт), осо­бенности формирования межличностных отношений, чаще про­являющиеся в симбиотической эмоциональной связи избира­тельно с одним из родителей (матерью). При развитии ребенка эмоциональные связи с окружающими не устанавливаются, а с матерью сохраняется инфантильно-потребительский характер связи. К признакам дизонтогенеза относят и всевозможные про­явления диссоциации психической деятельности, несоответствие развития психики и отставания моторики. Эти признаки еще не являются болезнью, но относятся к факторам риска.

В инициальном периоде у больных обнаруживаются единичные, нестойкие признаки болезни, которые часто проявляются эпизо­дически, например эпизоды деперсонализационных расстройств при шизофрении или невротические реакции, предшествующие формированию невроза. Эти инициальные расстройства дают до­статочно четкую информацию о природе развивающейся болезни.

Инициальный период может смениться манифестным. В этот период появляются типичные для данного заболевания симпто­мы с формированием всех основных признаков болезни.

Период обратного развития характеризуется постепенным ис­чезновением симптоматики и в ряде случаев появлением крити­ческого отношения к болезни.

Исходы. Психические заболевания могут иметь различные ис­ходы. Выздоровление наблюдается сравнительно редко, напри­мер при реактивных психозах, при которых возможно полное ис­чезновение симптоматики и восстановление психической дея­тельности. Чаще наблюдается выздоровление с какими-то более или менее выраженными изменениями личности с сохранением адаптации к окружающему. При этом появившиеся изменения личности замечают только близкие люди.

При менее благоприятном течении болезни возможен исход болезни в ремиссию с дефектом. Под дефектом принято понимать форму изменения личности, характеризующуюся обеднением, упрощением высших ее свойств и утратой прежних возможнос­тей, которые наблюдаются при различных болезнях и травмах го­ловного мозга. Больной с таким исходом болезни может вернуть­ся к трудовой деятельности, но чаще к другой, более простой и менее ответственной, требующей меньшего напряжения.

В ряде случаев дефект оказывается настолько выраженным, что больной может выполнять только ограниченный круг домаш­них обязанностей или работать в специальных трудовых мастер­ских под наблюдением медицинского персонала.

Болезнь может протекать хронически, прогредиентно, и в этих случаях больные вынуждены длительное время находиться в пси­хиатрических учреждениях.

Смерть редко бывает связана с психическим заболеванием, чаще ее причиной являются сопутствующие состояния: сердечно­сосудистые расстройства, онкологические заболевания, несчаст­ные случаи и др. Опасными для жизни больного могут быть эпи­лептический статус, кататоническое возбуждение, фебрильная или гипертоксическая шизофрения, нервная анорексия, депрес­сивные состояния из-за опасности самоубийства. Больные, нахо­дящиеся в этих опасных для жизни состояниях, нуждаются в не­отложной госпитализации.

4.2. Роль биологических и социальных факторов

в возникновении и динамике психических заболеваний

В генезе психических заболеваний играют роль как социаль­ные, так и биологические факторы, которые тесно взаимосвязаны и оказывают постоянно меняющееся влияние на динамику пси­хических заболеваний. Так, при психогенных заболеваниях пус­ковым моментом для возникновения расстройства являются со­циальные факторы: всевозможные конфликты, происходящие чаще в микросоциальной среде, потеря близких, судебное пресле­дование и др. Однако при длительном существовании психоген­ного заболевания происходят изменения в обмене веществ, появ­ляется инертность психических процессов, которые следует рас­сматривать как биологические изменения в организме, оказыва­ющие влияние на человека и приводящие к затяжному течению психогенного заболевания.

Несмотря на то, что биологические и социальные факторы тес­но переплетаются и оказывают влияние на возникновение и дина­мику психических нарушении, условно можно выделить две группы психических заболевании: в одной решающую роль в их возникно­вении играют биологические факторы, в другой — социальные.

Наиболее сложные взаимоотношения биологического и соци­ального можно наблюдать при эндогенных заболеваниях: шизо­френии, маниакально-депрессивном психозе. Само название «эндогенное заболевание» уже подразумевает ведущую роль био­логических факторов в возникновении и динамике клинических проявлений болезни. Однако хорошо известно, что социальные факторы, конфликты, бытовая и семейная неустроенность, поте­ря близкого человека и др. часто не только провоцируют начало болезни, но и приводят к обострениям состояния, нарушениям адаптации и усложнению симптоматики.

Тесные взаимоотношения между социальными и биологичес­кими факторами отчетливо прослеживаются при формировании алкоголизма. На разных этапах формирования алкогольной бо­лезни можно выделить решающую роль то одних, то других фак­торов — на начальных этапах решающая роль принадлежит соци­альным: установкам среды на употребление спиртных напитков, традициям, отношению личности к приему спиртного и т.д. Со­циальные факторы играют решающую роль до тех пор, пока не произойдут такие нарушения обменных процессов, что в даль­нейшем именно они будут определять течение заболевания. Од­нако роль социальных факторов в оформлении некоторых расст­ройств продолжает сохраняться. Так, например, при II стадии, не­смотря на выраженность абстинентных расстройств, наблюдается псевдодипсомания, т.е. имеет место способность прекратить пьянство при угрозе увольнения, распада семьи, под воздействи­ем социальных факторов.

Хорошо известно, что успех лечения алкоголизма зависит от ус­тановки больного. Если у больного нет установки на трезвость, то никакими биологическими методами не удается добиться успеха.

Таким образом, в генезе психических заболеваний и социаль­ные и биологические факторы играют роль, находясь в сложных взаимоотношениях, оказывая влияние на динамику психопатоло­гических синдромов.

Неправильное воспитание, особенно при акцентуациях ха­рактера, обычно приводит к возникновению патохарактерологических реакций и формированию психопатий. Выделяют не­сколько наиболее типичных вариантов неправильного воспита­ния: 1) потворствующая гиперпротекция (кумир семьи); при этом воспитании наблюдается чрезмерное покровительство, стремле­ние освободить ребенка от малейших трудностей и обязанностей. Это еще сопровождается преувеличенным восхищением мнимы­ми талантами, постоянными похвалами и восторгами по поводу любого поступка ребенка; 2) доминирующая гиперпротекция (гиперопека) характеризуется мелочной опекой, постоянным контро­лем, всевозможными запретами, лишением самостоятельности, навязыванием своих решений и рекомендаций в деятельности ре­бенка; 3) эмоциональное отвержение (положение Золушки); при этом виде воспитания ребенок постоянно чувствует, что он меша­ет в семье, что он лишний. Это особенно четко проявляется на фоне внимательного и заботливого отношения к другому ребенку. Иногда эмоциональное отвержение маскируется утрированной, но формальной заботой; 4) гипопротекция (безнадзорность) про­является недостаточной опекой, отсутствием истинного интереса и внимания к делам и увлечениям ребенка. Иногда дети бывают полностью заброшенными и предоставленными сами себе.

4.3. Закономерности постнатального онтогенеза

4.3.1. Общие закономерности

Под постнатальным онтогенезом принято понимать весь пе­риод развития человека от рождения до смерти.

В постнатальном онтогенезе выделяют несколько этапов раз­вития психики человека. В процессе развития происходит услож­нение психической деятельности, причем каждый этап заверша­ется формированием именно тех качеств, которые определяют этот этап и в последующем являются основой для формирования новых более сложных качеств следующего этапа.

Существует достаточное число систематик, характеризующих возрастные этапы формирования психики в онтогенезе и охваты­вающих детский и подростковый возраст.

Мы используем выделенные Г.К. Ушаковым периоды развития психики. Он писал, что при всей условности эта периодизация необ­ходима для учета меняющихся качеств психики в онтогенезе, для разработки приемов воспитания и обогащения знаниями соответственно уровню развития, для понимания природы болезненных явле­ний психики, которые наблюдаются в разные возрастные периоды.

Психическая деятельность — это категория приобретенная. Врожденными и наследственно обусловленными являются биоло­гические системы головного мозга, они и представляют собой био­логическую основу формирования психической деятельности, которая развивается в связи с воздействием окружающей среды и от­ражением с помощью органов чувств реальной действительности.

При изучении формирования психики в постнатальном онтогенезе Г.К. Ушаков выделял две формы: с преобладанием образных субъективных категории (образов представлений) и безобразных субъективных категории (понятии). Первая свойственна детскому возрасту и характеризуется яркими образными фантазиями и во­ображениями, вторая — типична для лиц зрелого возраста.

В формирующейся психике ребенка выделяют следующие этапы: моторный — до 1 года; сенсомоторный — до 3 лет; аффективный — с 3 до 12 лет; идеаторный — с 12 до 14 лет.

Для первого этапа развития психики — моторного — характер­но то, что на любой раздражитель имеется двигательная реакция. Это двигательное беспокойство, нецеленаправленные движения в ответ на раздражение, крик, плач. Такая реакция наблюдается на чувство голода, неудобное положение, мокрые пеленки и т.д. Моторика ребенка совершенствуется на протяжении жизни, но в этот период именно двигательными реакциями проявляется об­щение с окружающими.

Для второго этапа — сенсомоторного — характерна более слож­ная двигательная активность, обусловленная ответами на различ­ные сенсорные раздражители. Движения становятся более целе­направленными: ребенок поворачивает голову в сторону звука, тянется рукой к игрушке. С переходом ребенка в вертикальное положение, когда он начинает ходить, сенсомоторные реакции становятся еще более сложными, деятельность — целенаправлен­ной. На основе сенсомоторных реакций формируются восприятие, внимание, аффективные реакции.

Во время сенсомоторного этапа у ребенка накапливается за­пас представлений о происходящих событиях и появляется воз­можность сопоставлять реально воспринимаемые объекты с име­ющимися о них представлениями.

Третьему этапу развития психики — аффективному — в первые годы присущи обобщенная аффективность в оценке окружающего и возникновение дифференцированного отношения к окружающим, исходя из удовлетворения или неудовлетворения его потребностей.

Позднее вся деятельность ребенка сопровождается аффективной окраской восприятия событий, исходя из отношения к ним: прият­ные — неприятные, добрый — злой, желанный — нежеланный и т.д.

Для этого периода характерны лабильность и нестойкость аффек­тивных реакций, живость их и непосредственность реагирования.

Четвертый этап развития психики — идеаторный — начинает­ся с обогащения ребенка понятиями, суждениями и умозаключе­ниями. С этого периода у ребенка возникает возможность строить предварительный план действий. У него появляется удвоенность реальности, т.е. он может оперировать объектами реально сущест­вующими и образами воспоминании. Постепенно возникают предпосылки для широкого использования абстрактных поня­тий, способность к построению гипотетических суждении, ана­лизу их в связи с практической деятельностью. В этот период на основе темперамента и сложившегося характера начинается фор­мирование личности. Аффективность в этот период приобретает новые качества, появляются высшие человеческие эмоции — эс­тетические, этические.

При относительно своевременном формировании этапов раз­вития психики следует говорить о синхронии развития. Однако идеального развития психики не бывает, так как не существует однотипных условии жизни. В связи с этим чаще наблюдается асинхронное развитие.

Под влиянием различных факторов (длительная соматическая болезнь, неправильные условия воспитания, конфликтные ситуа­ции в семье и др.), воздействующих на том или ином этапе разви­тия психики ребенка, может затормозиться развитие определен­ных структур личности и нарушиться последовательность их фор­мирования. При этом у взрослых лиц могут обнаруживаться чер­ты характера, свойственные именно тому периоду развития ре­бенка, в котором наблюдалось неблагоприятное воздействие.

Например, ребенок, переживший в аффективном периоде формирования психики длительную разлуку с родителями, уже будучи взрослым, обнаруживает склонность к аффективным ре­акциям, свойственным именно аффективному этапу формирова­ния психики' чрезмерной аффективной лабильности, непосред­ственности реакций, впечатлительности и т.д.

Неблагоприятные для ребенка ситуации не проходят бесслед­но, даже если внешне не наблюдается явных нарушений психиче­ской деятельности в период воздействия их, однако они не нару­шают синхронность созревания структур личности.

Наряду с этим другие структуры личности могут развиваться быстрее, опережая хронологические сроки их формирования.

Нарушения сроков формирования могут наблюдаться как между отдельными структурами личности, так и между психичес­ким и физическим развитием.

Так, в 70-е годы отмечалось ускоренное физическое развитие по сравнению с психическим, рост и масса тела подростков превышали возрастные нормы, наряду с этим в психической деятель­ности обнаруживались черты инфантилизма.

Задержку развития или отставание в развитии одной или не­скольких систем называют ретардацией.

При ускоренном развитии функциональных систем, при раз­витии с опережением возрастных периодов, характерных для этой системы, говорят об акселерации.

При сочетании ретардации одних систем с акселерацией других отчетливо выступают проявления асинхронии.

В пубертатном периоде признаки асинхронии имеют функци­ональный характер и обусловлены бурным развитием различных систем организма. После этого периода происходит постепенное уменьшение асинхронии.

Принято выделять 4 функциональные системы, последовательно формирующиеся в онтогенезе: моторную, сенсомоторную, аффективную и идеаторную. По мнению Г.К. Ушакова, к периоду зрелости они представляют собой иерархию сочетания этих уров­ней в структуре целостной психической деятельности.

У взрослого человека при психических заболеваниях обычно могут быть нарушены все четыре уровня психической деятельности. У детей психические расстройства зависят от возраста. У ребенка не наблюдается таких расстройств, для формирования которых необходима определенная степень зрелости именно этой системы. Так, например, у детей аффективные и идеаторные системы не достигли степени зрелости, в связи с этим и не наблюда­емся типичных аффективных синдромов и бредовых состояний.

4.3.2. Возрастные периоды и возрастные кризы

При изучении заболеваемости в разные возрастные периоды было обнаружено, что существуют такие периоды, когда риск заболева­ний значительно возрастает. Эти периоды получили название «воз­растные кризы». Повышенная чувствительность и риск заболеваний в возрастные кризы обусловлены, с одной стороны, биологической перестройкой, формированием и развитием определенных структур жизнедеятельности, а с другой — появлением новых условий жизни и новых требований, предъявляемых к формирующейся личности.

Выделяют следующие возрастные периоды: младенчество — до 1 года, детство — до 11 лет, отрочество — 12—15 лет, юность — 16—21 год, зрелость — 22—50 лет, обратное развитие — 51—70 лет, старость — 70 лет и старше.

В клинической практике наиболее значимым являются следу­ющие возрастные кризы: парапубертатный, препубертатный, пу­бертатный и климактерический.

Парапубертатный возрастной криз приходится на возраст от 2 до 3 1/2 лет. Этот возраст характеризуется формированием фразовой речи, ребенок начинает пользоваться местоимением «Я». Это объясняется тем, что начинает формироваться самосознание, ре­бенок начинает выделять себя из окружающих явлений и предме­тов (аллопсихическое самосознание). Сравнительно быстрое формирование новых психических функции и физическое разви­тие предъявляют высокие требования ко всему организму, и это создает риск для различных заболеваний. В этом возрасте мани­фестируют эпилепсия, неврозы и другие заболевания.

Препубертатный возрастной криз охватывает возраст 7—8 лет. В этом возрасте физическое и психическое развитие связано с формированием общественных обязанностей в связи с началом обучения в школе и адаптацией к этим новым условиям. Этот пе­риод характеризуется совершенствованием моторики, мышле­ния, формированием сомато-психического самосознания. Недо­статочная школьная адаптация, чрезмерные требования, предъ­являемые к ребенку в этот период, могут привести к возникнове­нию невротических реакций и протестным реакциям с отказом от посещений школы.

Пубертатный возрастной криз приходится на возраст 12—15 лет. В этом возрасте происходят перестройка желез внутренней се­креции, типичные изменения, обусловленные половым метамор­фозом подростков. Изменяется и социальный статус подростка, к нему предъявляются большие требования в связи с обучением в старших классах или в связи с приобретением специальности.

В этом возрасте меняется поведение подростков, возникают конфликты с родителями, учителями, появляются реакции про­теста против опеки родителей, самоутверждение в жизни. Мото­рика становится неуклюжей, движения порывисты, они стано­вятся крайне нетерпимы к замечаниям и советам. В этом периоде могут возникать эндогенные заболевания, невротические и пси­хопатические реакции

Следующий возрастной криз — климактерический. В этот пе­риод наблюдаются увядание половой функции и изменения в нейроэндокринной системе Менопауза у женщин обычно сопро­вождается изменением самочувствия, повышенной утомляемос­тью, головокружением, головными болями, раздражительностью, «приливами», во время которых появляется чувство жара, дурно­ты, затруднения дыхания, потливости. Эти ощущения обычно преходящи, но в ряде случаев бывают выражены и продолжитель­ны, поэтому помощь врача необходима.

В этом возрасте происходят изменения и в трудовой и общест­венной деятельности, возникает вопрос о переходе на пенсию, сокращении объема работы, что создает определенную психоло­гическую настроенность, мысли о приближающейся старости, утрате привлекательности и т.д.

В этом периоде могут обостряться имевшиеся ранее психиче­ские заболевания или впервые возникать, такие как маниакаль­но-депрессивный психоз.

4.4. Психопатологические синдромы

Синдром (от греч. syndrome — скопление, стечение) — совокуп­ность симптомов, объединенных единым патогенезом, законо­мерное сочетание продуктивных и негативных симптомов. Синд­ром — «совместный бег симптомов». Термин «симптомокомплекс» был предложен немецким психиатром К. Кальбаумом (1863) при описании кататонии. В то время он считал кататонию отдель­ным заболеванием, но позднее стало ясно, что это наиболее ти­пичный вариант симптомокомплекса.

Немецкому психиатру В. Гризингеру принадлежит идея, в по­следующем ставшая основой «единою психоза», что все проявле­ния психических болезней являются стадиями одного и того же процесса, на первых этапах наблюдаются аффективные расстрой­ства и чаще меланхолия, затем возникает бредовая симптоматика и как исход — слабоумие.

Отечественные психиатры С.С. Корсаков и В.П. Сербский стремились изучать психозы в динамике. В.П. Сербский писал, что и кататония, и гебефрения имеют общие признаки и исход в раннее слабоумие, которое Э. Крепелин рассматривал как само­стоятельное заболевание.

В начале века И.Г. Оршанский при изучении острых психозов пришел к выводу, что состояние больного в каждый момент опре­деляется не просто набором симптомов, а комплексом симпто­мов, объединенных общими закономерностями, и при развитии болезни происходит усложнение этих комплексов от более про­стых к более сложным, т.е. автор как бы повторил положение В. Гризингера, не устанавливая единую последовательность для всех психических болезней.

В связи с пандемией инфлюэнцы 1888 — 1889 гг. появилось боль­шое количество работ с описанием аментивных и делириозных со­стояний, а с 1908 г. — серия работ немецкого психиатра К. Бонгёффера, который под названием «экзогенный тип реакции» объеди­нил синдромы различной этиологии. К. Бонгёффер считал, что воз­можностей для ответных реакций у мозга меньше, чем различных вредных факторов, воздействующих на организм, поэтому возни­кают однотипные реакции, формирующиеся в синдромы.

Под названием «экзогенные типы реакций» К. Бонгёффер выде­лил следующие психопатологические синдромы: делирий, эпилептиформное возбуждение, сумеречное помрачение сознания, галлюциноз и аменцию. В процессе изучения он то расширял, то суживал набор этих синдромов. В конечном итоге наиболее типичными экзогенными типами реакций оказались делирий и корсаковский синдром

Противники К. Бонгёффера, критикуя его концепцию, счита­ли, что экзогенный тип реакции обусловлен бурным темпом раз­вития симптоматики в ответ на массивную вредность, и под­тверждение этому видели в уменьшении количества, глубины и продолжительности состояний помраченного сознания при ин­фекционных и соматических заболеваниях в связи с активной те­рапией антибиотиками

Английский невропатолог Джексон сформулировал учение о «послойном» построении психической деятельности Психичес­кие нарушения он рассматривал с позиций «диссолюции» — рас­пада, вначале поражения высших, наиболее дифференцирован­ных слоев психики и считал, что психоз зависит от 4 факторов, степени глубины диссолюции, особенностей личности, темпа дис­солюции и прочих соматических и других экзогенных условий

Джексон подчеркивал, что чем быстрее происходит диссолюция, тем более выражена активность слоев, непосредственно за­тронутых болезненным процессом. Он высказал идею, что психические заболевания состоят из продуктивных расстройств, кото­рые обусловлены деятельностью неповрежденных слоев нервной системы, и негативных, связанных и вызванных самим патологи­ческим процессом

Если «минус-симптомы», или негативные расстройства, связаны с этиологическим фактором, представляющим нозологиче­скую характеристику болезни, то позитивные или продуктивные симптомы представляют собой реакцию организма, менее специ­фическую и не несущую диагностической информации о причи­нах, вызвавших эти расстройства. Клинически диссолюция про­является психопатологической симптоматикой.

Эти идеи были использованы в клинической синдромологии А.В. Снежневским. По нарастанию тяжести синдромов им были выделены 9 кругов для продуктивных (позитивных) синдромов: 1) эмоционально-гиперестетические, астенические расстройства, 2) аффективные, 3) невротические и деперсонализации, 4) параной­яльные и галлюцинозы, 5) галлюцинаторно-параноидные, парафренные и кататонические; 6) помрачения сознания; 7) парамнезии; 8) судорожные синдромы; 9) психоорганические (рис. 1).

Для негативных расстройств А.В. Снежневский выделил 10 кругов: 1) истощаемость психической деятельности; 2) субъектив­но осознаваемая измененность; 3) объективно определяемые из­менения личности; 4) дисгармония личности, включающая шизоидизацию; 5) снижение энергетического потенциала; 6) снижение уровня личности; 7) регресс личности; 8) амнестические расстрой­ства; 9) тотальное слабоумие; 10) психический маразм (см. рис. 2).

Рис. 1 . Соотношение продуктивных психопатологических синдромов

Рис. 2 . Соотношение негативных психопатологических синдромов

А.В. Снежневский писал, что при клиническом анализе синд­ромы искусственно изолируются и абстрагируются, а на самом деле между ними нет непреодолимых границ, каждый синдром выражает лишь один период непрерывного развития болезни.

Синдром как этап болезни может быть одинаковым при раз­личных заболеваниях. Это обусловлено тем, что приспособление к измененным условиям жизни (болезни) достигается с помощью однотипных способов реагирования. Это проявляется в виде симп­томов и синдромов, которые при развитии болезни усложняются и превращаются из простых в сложные или из малых в большие.

При разных заболеваниях их клиническая картина изменяет­ся в определенной последовательности, т.е. существует свойст­венный каждому заболеванию стереотип развития.

Выделяют общепатологический стереотип развития, свойст­венный всем болезням, и нозологический стереотип, который ти­пичен для отдельных болезней (Давыдовский И.В.).

Общепатологический стереотип развития болезней предусма­тривает наличие общих закономерностей при всех этих заболева­ниях. Еще В. Гризингер пытался выделить эти закономерности для психических болезней, считая, что каждое заболевание начи­нается с депрессии, затем появляется бредовая симптоматика и заканчивается все слабоумием.

Выявлено, что на начальных этапах при прогрессирующих психических заболеваниях чаще обнаруживаются невротические расстройства, затем появляются аффективные, бредовые и пси-хорганические. Иными словами, при прогрессирующих психиче­ских заболеваниях клиническая картина неуклонно усложняется и углубляется. Типичным примером служит формирование кли­нических проявлений при шизофрении: на начальных этапах об­наруживаются расстройства невротического уровня, астеничес­кие, фобические, затем появляются аффективные расстройства, бредовая симптоматика, усложняющаяся галлюцинациями и псевдогаллюцинациями, синдромом Кандинского—Клерамбо, парафренным бредом и исходом в апатическое слабоумие.

Была сделана попытка моделирования соотношений общепато­логических синдромов и нозологических единиц с помощью систе­мы кругов, отражающих динамику продуктивных и негативных синдромов (Снежневский А. В.). Так, продуктивные расстройства, вклю­чающие астенический, аффективный, невротический, бредовой и кататонический круги, оценивались как характерные для шизофре­нии, а негативные шизофренические расстройства представлены кругами, включающими дисгармонию личности (и шизоидизацию), снижение энергетического потенциала и снижение уровня личности (IV, V, VI круги на схеме А.В. Снежневского). Нозологический диа­гноз учитывает единство продуктивных и негативных расстройств.

Общепатологические закономерности развития психических болезней обнаруживают основные тенденции. Ни продуктивные, ни негативные расстройства не имеют абсолютной нозологичес­кой специфичности, эти закономерности скорее распространя­ются на род болезней или группы болезней, такие как психоген­ные, эндогенные и экзогенно-органические.

Следует отметить, что в каждой из указанных групп болезней имеют место все выделенные продуктивные симптомы. Так, при психогенных заболеваниях астенические и невротические синд­ромы характерны для неврозов и невротических развитии лично­сти, аффективные, бредовые, галлюцинаторные, двигательные — для реактивных психозов (депрессии, параноиды, ступорозные состояния), преходящие интеллектуальные и мнестические расстройства — для истерических психозов (псевдодеменция, синд­ром регресса психики).

При эндогенных и экзогенно-органических заболеваниях имеются все перечисленные синдромы, однако существует опре­деленная предпочтительность их, состоящая в наибольшей частотеи выраженности для той или иной группы заболеваний.

Негативные психические расстройства, несмотря на общепатологические закономерности формирования дефекта личности в связи с болезнью, имеют неоднозначные тенденции в группах за­болеваний.

Негативные расстройства обычно представлены следующими синдромами: астеническим или цереброастеническим (истоще­ние психической деятельности, по терминологии Снежневского), изменениями личности, включающими психопатоподобные рас­стройства, причем при психогенных заболеваниях — это патохарактерологические расстройства, проявляющиеся утратой спо­собности индивида руководить своими эмоциями и поведением при адаптации к окружающей среде. При экзогенно-органичес­ких заболеваниях негативные расстройства характеризуются психопатоподобными изменениями личности, которые проявляются чрезмерной насыщенностью переживаний, неадекватностью по силе и выраженности эмоциональных реакций, эксплозивности и агрессивности поведения.

При эндогенных заболеваниях, особенно при шизофрении, изменения личности имеют по сравнению с экзогенно-органическими расстройствами противоположные тенденции и характе­ризуются эмоциональным обеднением и диссоциированностью эмоциональных проявлении, их разлаженностью и неадекватнос­тью. Такой характер эмоциональных нарушений получил назва­ние «стекло и дерево».

Следующий уровень негативных расстройств характеризуется снижением продуктивной деятельности за счет интеллектуально-мнестических и аффективных расстройств.

При эндогенных и экзогенно-органических заболеваниях эти расстройства также различны. Если при экзогенно-органических заболеваниях наблюдаются непосредственное снижение памяти и обеднение интеллектуальной деятельности, то при шизофрении эти расстройства обусловлены глубиной аффективных наруше­ний, апатией, абулией и само слабоумие носит название апатиче­ского слабоумия.

Принято считать, что у больных шизофренией не страдает па­мять, однако хорошо известны случаи, когда больные, находясь длительно в отделении, не знают имени лечащего врача, соседей по палате, затрудняются назвать даты. Однако эти расстройства памяти не истинные, а обусловленные аффективными нарушени­ями. В ситуациях, к которым у больных имеется интерес, память оказывается сохранной.

IIОБЩАЯ ПСИХОПАТОЛОГИЯ

Глава 5. РАССТРОЙСТВА ОЩУЩЕНИЙ,

ВОСПРИЯТИЙ И ПРЕДСТАВЛЕНИЙ

Ощущение — такой вид психической деятельности, который, воз­никая при непосредственном воздействии предметов и явлений ок­ружающего мира на органы чувств, отражает лишь отдельные свой­ства этих предметов и явлений. Например, воспринимается только цвет или консистенция предмета либо звук какого-то явления и т.д. Ощущение — самый элементарный акт познавательного процесса.

Восприятие — это целостное отражение тех явлений или пред­метов окружающего мира, которые непосредственно воздейству­ют на наши органы чувств (человек воспринимает цветок в целом, видит его цвет и форму, чувствует запах, тонкость его лепестков).

Одним из свойств восприятия является представление, которое позволяет удерживать информацию на непосредственном уровне.

Представление — это результат оживления образов или явле­ний, воспринимаемых ранее, в прошлом.

Представление отличается от восприятия следующими осо­бенностями: 1) имеет более обобщенный характер; 2) не так чет­ко, как восприятие, характеризуется определенной фрагментар­ностью и неустойчивостью; 3) у разных людей имеет различную степень яркости; 4) обладает субъективностью и индивидуально­стью, а также способностью к исчезновению.

Являясь способностью произвольно оживлять образы ранее воспринятых явлений и предметов, одни представления не обес­печивают человеку сохранение знаний. Сохранение знаний — это прежде всего функция памяти.

Представления не бывают изолированными: в процессе по­знавательной деятельности они группируются, ассоциируются.

Ассоциация (от лат. associatio — соединение) — это связь пред­ставлений, основанная на предшествующем опыте, когда одно представление, возникнув в сознании, вызывает по каким-то признакам (сходство, близость, противоречивость и т.д.) другое.

5.1. Клинические проявления

Ощущения, восприятия и представления относятся к чувст­венному познанию. Одним из видов ощущения является боль

5.1.1. Расстройства чувственного познания

Расстройства, относящиеся к нарушениям чувственном) по­знания, называются сенестопатиями (от лат. sensus — чуне то, ощущение + греч. pathos — болезнь, страдание).

Сенестопатии — патологические ощущения в виде возникаю­щего в различных частях тела или внутренних органах неприятно­го, а иногда очень тягостного, мучительного чувства покалыва­ния, давления, жжения, скручивания, стягивания, не связанного с какой-либо соматической патологией.

Алгезия — расстройство чувства боли. При наличии такого симптома обязательно следует исключить какую-либо неврологическую патологию.

Анестезия — потеря чувствительности, исчезновение ощуще­ний, что может касаться как отдельных экстерорецепторов (утрата тактильной чувствительности, чаще всего на отдельных участках тела, утрата зрения или слуха с одной или обеих сторон), так и не­скольких сразу (например, выпадение слуха и зрения одновремен­но). При такой патологии, имеющей чаще всего истерическую природу, необходимы самое тщательное объективное обследова­ние, в первую очередь неврологическое (при кожной анестезии, например, участки потери ощущений не соответствуют зонам ин­нервации), а также другие специальные методы обследования.

Гипестезия — понижение чувствительности к внешним раздра­жителям. Звуки воспринимаются приглушенно, как бы «под сур­динку», свет кажется тусклым, краски — какими-то блеклыми, стер­тыми («все кругом какое-то серое и лампочка так слабо светит»).

Гиперестезия — обостренное, усиленное чувственное восприятие со стороны экстерорецепторов, касающихся как отдельных анализа­торов (острое до непереносимости восприятие обычных запахов — гиперосмия; непереносимость обычных звуков — гиперакузия и т.д.), так и сочетания их (например, и свет, и звук кажутся очень сильными). Гиперестезия сопровождается реакцией раздражения.

Больной 34 лет, конструктор, после года очень напряженной, без от­дыха, работы стал отмечать, что с трудом переносит любые внешние раз­дражители: «Воротник рубашки давит, яркий свет приводит в бешенство, обычный разговор в транспорте раздражает настолько, что нередко схожу раньше своей остановки, чтобы немного успокоиться».

Синестезии — особенности чувственного восприятия, заклю­чающиеся в том, что внешний раздражитель, адресованный к од­ному анализатору, вызывает одновременно ответ с какого-то дру­гого или нескольких анализаторов. Так, известный французский поэт Бодлер чувствовал в «слиянии воедино» запахи, звуки и кра­ски («Аромат зеленый и звучный»), хотя реально ощущал в это время только запах. У другого известного французского поэта — Артюра Рембо — гласные буквы окрашивались в определенные цвета: «а» — в черный, «е» — в белый, «о» — в голубой и т.д.

Синестезии не обязательно патология, они могут встречаться и в норме — у одаренных музыкантов, поэтов, художников. Они могут возникать как временная патология при действии психотомиметических средств.

5.1.2. Иллюзии

Иллюзии — расстройства восприятия, при которых реальные явления или предметы воспринимаются человеком в измененном, ошибочном виде. Иллюзорное восприятие может иметь место и на фоне полного психического здоровья, когда искаженная перцеп­ция связана с недостатком того или иного органа чувств или с про­явлением одного из законов физики. Классический пример: лож­ка в стакане чая кажется преломленной, о чем еще Р. Декарт сказал: «Мой глаз ее преломляет, а мой разум — выпрямляет».

Выделяют также иллюзии невнимания (Ясперс К.), когда здоро­вый человек при отвлечении внимания на что-то очень важное может воспринять окружающее ошибочно.

Иллюзии, связанные с нарушением психической деятельнос­ти, чаще всего подразделяются на аффективные или аффектогенные, вербальные и парэйдолические.

Аффективные (аффектогенные) иллюзии возникают под влия­нием сильного чувства, такого аффекта как сильный страх, чрез­мерное нервное напряжение. В таком напряженном состоянии человек прозрачную штору ошибочно воспринимает как качаю­щийся скелет, пальто на вешалке кажется страшным бродягой, галстук на спинке стула — ползущей змеей, в шуме вентилятора слышатся угрозы в свой адрес и т.д.

Вербальные иллюзии (от лат. verbalis — устный, словесный) выра­жаются в ошибочном восприятии смысла слов, речей окружаю­щих, когда вместо нейтрального для больного разговора окружаю­щих он слышит (что обычно также бывает на фоне сильного стра­ха) угрозы, ругательства, обвинения, якобы относящиеся к нему.

Парэйдолические иллюзии (от греч. para — возле, около + eidoles — образ) — расстройства восприятия, когда действительно существующие образы воспринимаются изменённо, обычно в причудливо-фантастическом виде. Например, узор на обоях вос­принимается как гигантская жаба, тень от торшера — как голова какого-то страшного ящера, узоры на ковре — как прекрасный, никогда прежде не виданный пейзаж, очертания облаков — как живописная группа людей.

Иллюзии подразделяют по органам чувств, но чаще всего вы­деляют зрительные и слуховые. Кратковременно они могут воз­никать и у здоровых людей, находящихся в состоянии тревоги, напряженного ожидания, сильного волнения1 . Однако скорее всего они сигнализируют о начинающемся психозе, о болезни, чаще интоксикационной или инфекционной природы.

Яркую и очень поэтичную иллюстрацию иллюзорного вос­приятия можно найти у Гете в его балладе «Лесной царь» (перевод В.А. Жуковского). Приводим два отрывка.

— Дитя, что ко мне ты так робко прильнул?

— Родимый, лесной царь в глаза мне сверкнул.

Он в темной короне, с густой бородой.

— О, нет, то белеет туман над водой.

— Родимый, лесной царь со мной говорит:

Он золото, перлы и радость сулит.

— О, нет, мой младенец, ослышался ты;

То ветер, проснувшись, колыхнул листы.

5.1.3. Галлюцинации

Галлюцинации — расстройства восприятия, когда человек вследствие нарушений психической деятельности видит, слышит, ощущает то, что в реальной действительности не существует. Это, как говорят, восприятие без объекта.

К галлюцинациям нельзя относить миражи — явления, осно­ванные на законах физики. Подобно иллюзиям, галлюцинации подразделяются по органам чувств. Обычно выделяют слуховые, зрительные, обонятельные, вкусовые, тактильные и так называе­мые галлюцинации общего чувства, к которым чаще всего отно­сят висцеральные и мышечные галлюцинации. Могут быть и ком­бинированные галлюцинации (например, больной видит змею, слышит ее шипение и чувствует ее холодное прикосновение).

Все галлюцинации, независимо от того, относятся ли они к зрительным, слуховым или другим обманам чувств, делятся на ис­тинные и псевдогаллюцинации.

Истинные галлюцинации всегда проецируются вовне, связаны с реальной, конкретно существующей обстановкой («голос» зву­чит из-за реальной стены; «черт», помахивая хвостиком, садится на реальный стул, оплетая хвостом его ножки и т.д.), чаще всего не вызывают у больных никаких сомнений в их действительном существовании, так же ярки и естественны для галлюцинирую­щего, как и реальные вещи. Истинные галлюцинации иногда вос­принимаются больными даже более ярко и отчетливо, чем дейст­вительно существующие предметы и явления.

Псевдогаллюцинации1 чаще, чем истинные, характеризуются следующими отличительными особенностями: а) чаще всего проецируются внутри тела больного, главным образом в его голове («голос» звучит внутри головы, внутри головы больной видит ви­зитную карточку с написанными на ней неприличными словами и т.д.); б) если даже псевдогаллюцинаторные расстройства проециру­ются и вне собственного тела (что бывает гораздо реже), то они ли­шены характера объективной реальности, свойственной истинным галлюцинациям, совершенно не связаны с реальной обстановкой. Более того, в момент галлюцинирования эта обстановка как бы ку­да-то исчезает, больной в это время воспринимает только свой гал­люцинаторный образ; в) появление псевдогаллюцинаций, не вы­зывая у больного каких-либо сомнений в их реальности, всегда со­провождается чувством сделанности, подстроенности, наведенности этих голосов или видений. Псевдогаллюцинации являются, в частности, составной частью синдрома Кандинского— Клерамбо, в который входит также бред воздействия, поэтому больные и убеж­дены, что «видение» им «сделали с помощью особых аппаратов», «голоса наводят прямо в голову транзисторами».

Слуховые галлюцинации чаще всего выражаются в патологичес­ком восприятии больным каких-то слов, речей, разговоров (фоне­мы), а также отдельных звуков или шумов (акоазмы). Словесные (вербальные) галлюцинации могут быть самыми разнообразными по содержанию: от так называемых окликов (больной «слышит» го­лос, называющий его имя или фамилию) до целых фраз или даже длинных речей, произносимых одним или несколькими голосами.

Наиболее опасны для состояния больных императивные галлю­цинации, содержание которых носит повелительный характер, на­пример больной слышит приказание молчать, ударить или убить кого-то, нанести себе повреждение. Ввиду того, что подобные «при­казы» являются следствием патологии психической деятельности галлюцинирующего человека, больные с такого рода болезненными переживаниями могут быть очень опасны как для себя, так и для ок­ружающих, а потому нуждаются в особом надзоре и уходе.

Галлюцинации угрожающие также очень неприятны для боль­ного, так как он слышит угрозы в свой адрес, реже — в адрес близ­ких ему людей: его «хотят зарезать», «повесить», «выбросить с балкона» и т.д.

К слуховым галлюцинациям относятся также комментирую­щие, когда больной «слышит речи» обо всем, о чем бы он ни поду­мал или что бы ни сделал.

Больной 46 лет, скорняк по профессии, много лет злоупотребляющий алкоголем, стал жаловаться на «голоса», которые ему «проходу не дают»: «вот сейчас сшивает шкурки, но плохо, руки дрожат», «решил отдохнуть», «пошел за водкой», «какую хорошую шкурку украл» и т.д.

Антагонистические (контрастирующие) галлюцинации выра­жаются в том, что больной слышит две группы «голосов» или два «голоса» (иногда один справа, а другой слева) с противоречивым смыслом («Давайте сейчас с ним расправимся». — «Нет, подо­ждем, он не такой уж плохой»; «Нечего ждать, давай топор». — «Не трогай, он свой в доску»).

Зрительные галлюцинации могут быть либо элементарными (в виде зигзагов, искр, дыма, пламени — так называемые фотопсии), либо предметными, когда больной очень часто видит не сущест­вующих в действительности зверей или людей (в том числе и тех, кого он знает или знал), животных, насекомых, птиц (зоопсии), предметы или иногда части тела человека и т.д. Подчас это могут быть целые сцены, панорамы, например поле боя, ад со множест­вом бегающих, кривляющихся, дерущихся чертей (панорамические, киноподобные). «Видения» могут быть обычных размеров, в виде очень мелких людей, животных, предметов и т.д. (лилипут­ские галлюцинации) или в виде очень больших, даже гигантских (макроскопические, гулливерские галлюцинации). В некоторых случаях больной может видеть себя, свой собственный образ (гал­люцинации двойника, или аутоскопические).

Иногда больной что-то «видит» позади себя, вне поля зрения (экстракампинные галлюцинации).

Обонятельные галлюцинации чаще всего представляют собой мнимое восприятие неприятных запахов (больной ощущает запах гниющего мяса, гари, тления, яда, пищи), реже — совсем незнако­мый запах, еще реже — запах чего-то приятного. Нередко больные с обонятельными галлюцинациями отказываются от еды, так как уверены, что «в пищу им подсыпают ядовитые вещества» или «кормят гнилым человеческим мясом».

Тактильные галлюцинации выражаются в ощущении прикос­новения к телу, жжения или холода (термические галлюцинации), в ощущении хватания (гаптические галлюцинации), появления на теле какой-то жидкости (гигрические галлюцинации), ползания по телу насекомых. Больному может казаться, будто его кусают, ще­кочут, царапают.

Висцеральные галлюцинации — ощущение присутствия в собст­венном теле каких-то предметов, животных, червей («в животе лягушка сидит», «в мочевом пузыре головастики расплодились», «в сердце клин вбит»).

Гипнагогические галлюцинации — зрительные обманы восприя­тия, появляющиеся обычно вечером перед засыпанием, при за­крытых глазах (их название происходит от греч. hypnos — сон), что делает их более родственными псевдогаллюцинациям, чем истин­ным галлюцинациям (нет связи с реальной обстановкой). Эти галлюцинации могут быть единичными, множественными, сценоподобными, иногда калейдоскопическими («у меня в глазах какой-то калейдоскоп», «у меня теперь собственный телевизор»). Больной видит какие-то рожи, гримасничающие, показывающие ему язык, подмигивающие, чудовищ, причудливые растения. Значительно реже такое галлюцинирование может возникать во время другого переходного состояния — при пробуждении. По­добные галлюцинации, также возникающие при закрытых глазах, носят название гипнопомпических.

Оба этих вида галлюцинации нередко бывают одними из пер­вых предвестников белой горячки или какого-то другого инток­сикационного психоза.

Функциональные галлюцинации — те, что возникают на фоне ре­ального раздражителя, действующего на органы чувств, и только втечение его действия. Классический пример, описанный В.А. Гиляровским: больная, как только из крана начинает литься вода, слышала слова: «Иди домой, Наденька». При закручивании крана исчезали и слуховые галлюцинации. Так же могут возни­кать зрительные, тактильные и другие галлюцинации. От истин­ных галлюцинаций функциональные отличаются наличием ре­ального раздражителя, хотя и имеют совершенно иное содержа­ние, а от иллюзий — тем, что воспринимаются параллельно с реальным раздражителем (он не трансформируется в какие-то «го­лоса», «видения» и т.д.).

Внушенные и вызванные галлюцинации. Галлюцинаторные обма­ны чувств можно внушить во время сеанса гипноза, когда человек будет чувствовать, например, запах розы, сбрасывать с себя «обвивающую» его веревку. При известной готовности к галлюцинированию возможно появление галлюцинаций и тогда, когда спонтанно эти обманы чувств уже не появляются (например, если че­ловек только что перенес делирий, особенно алкогольный). Симп­том Липмана — вызывание зрительных галлюцинаций легким на­жатием на глазные яблоки больного, иногда к надавливанию сле­дует добавить и соответствующее внушение. Симптом чистого листа(симптом Рейхардта) заключается в том, что больному пред­лагается очень внимательно рассматривать чистый лист белой бу­маги и рассказывать, что он там видит. При симптоме Ашаффенбурга больному предлагают поговорить по выключенному телефо­ну; таким образом проверяется готовность к возникновению слу­ховых галлюцинаций. При проверке последних двух симптомов также можно прибегнуть к внушению, сказав, допустим: «Посмотрите, какого вы мнения об этом рисунке?», «Как вам нравится эта собака?», «Что вам сообщает по телефону этот женский голос?»

Изредка внушенные галлюцинации (как правило, зрительные) могут иметь и индуцированный характер: здоровый, но внушае­мый, с истерическими чертами характера человек может вслед за больным «увидеть» черта, ангелов, какие-то летающие предметы и т.д. Еще реже индуцированные галлюцинации могут возникнуть у нескольких людей, но обычно на очень короткое время и без той четкости, образности, яркости, как это бывает у больных

Галлюцинации — симптом болезненного расстройства (хотя иногда и кратковременного, например, под действием психотомиметических средств). Но иногда, как уже отмечалось, довольно редко, они могут возникать и у здоровых (внушенные в гипнозе, индуцированные) или при патологии органов зрения (катаракта, отслойка сетчатки и т.д.)1 и слуха.

Галлюцинации при этом чаще элементарные (вспышки света, зигзаги, разноцветные пятна, шум листвы, падающей воды и т.д.), но могут быть и в виде ярких, образных слуховых или зрительных обманов восприятий

Больная 72 лет с потерей зрения до уровня светоошушения (двусто­ронняя катаракта), у которой не выявлено никаких психических наруше­ний, кроме незначительного снижения памяти, после неудачно прошед­шей операции стала говорить, что видит на стене каких-то людей, пре­имущественно женщин. Затем эти люди «сошли со стены и стали как на­стоящие. Потом на руках одной из девушек появилась маленькая собачка. Какое-то время никого не было, затем появилась белая козочка». В даль­нейшем больная иногда «видела» эту козочку и спрашивала у окружаю­щих, почему вдруг в доме очутилась коза.

Никакой другой психической патологии у больной не было.

Через месяц после удачно проведенной операции на другом глазу, гал­люцинации полностью исчезли и в течение наблюдения (5 лет) никакой психической патологии, кроме снижения памяти, у больной не выявлялось.

Признавая возможность галлюцинаций у людей с патологией зрения и слуха, необходимо собрать подробный анамнез (наличие в прошлом заболевания, рецидив которого возник во время забо­левания глаз), провести тщательное обследование психического состояния в настоящее время и катамнестическое прослежива­ние, так как катаракта, снижение слуха и другие нарушения выяв­ляются в пожилом возрасте, когда может начинаться и психичес­кое заболевание, свойственное этому периоду. Очень важно знать и учитывать объективные признаки галлюцинаций, опасный ха­рактер некоторых из них (например, императивных галлюцина­ций), присущее психически больным стремление скрыть свои бо­лезненные переживания (диссимуляция) Нередко общая недо­ступность, невозможность вступить с больным в контакт обязы­вают врача очень тщательно следить за его поведением, мимикой, жестами, пантомимикой. Например, больные могут затыкать уши или нос, внимательно к чему-то прислушиваться, плевать вокруг себя, обнюхивать пищу, что-то говорить, прятаться, быть агрес­сивными, подавленными, растерянными и т.д. Имеет значение и характер болезни при острых психозах преобладают зрительные галлюцинации, при длительно текущих — слуховые

Больной М., 35 лет, длительное время злоупотреблявший алкоголем, после перенесенной пневмонии стал испытывать страхи, плохо и беспо­койно спать. Вечером с тревогой позвал жену и просил, указывая на тень от торшера «убрать со стены эту безобразную рожу». Позднее увидел кры­су с толстым, очень длинным хвостом, которая внезапно остановилась и спросила «мерзким писклявым голосом»: «Что, допился?». Ближе к ночи вновь увидел крыс, внезапно вскочил на стол, пытался сбросить на пол те­лефонный аппарат, «чтоб испугать этих тварей». При стационировании в приемном покое, ощупывая себе лицо и руки, раздраженно сказал: «Такая клиника, а пауков развели, все лицо мне паутина облепила».

Галлюцинаторный синдром (галлюциноз) — наплыв обильных галлюцинации (вербальных, зрительных, тактильных) на фоне яс­ного сознания, продолжительностью от 1—2 нед (острый галлюци­ноз) до нескольких лет (хронический галлюциноз) Галлюциноз может сопровождаться аффективными расстройствами (тревога, страх), а также бредовыми идеями Галлюцинозы наблюдаются при алкоголизме, шизофрении, эпилепсии, органических пораже­ниях головного мозга, в том числе сифилитической этиологии

5.1.4. Дереализация

Дереализация — отчуждение мира восприятий (К. Ясперс), рас­стройство перцепции (восприятия) окружающей действительности, при котором восприятие прежде знакомых явлений и предметов, живых существ, пространственных отношений начинает со­провождаться чувством их изменённости, чуждости, неестествен­ности, нереальности. При этом больным чаще всего даже трудно определить, каким образом изменилось все вокруг. Именно по­этому при описании своих необычных переживаний они употреб­ляют такие слова, как: «будто бы», «вроде», «наподобие», «как бы», «дома какие-то далекие-далекие», «как будто все подерну­лось какой-то дымкой», «деревья как нарисованные, хотя я знаю, что они настоящие», «все кругом какое-то мертвое», «все и такое и не такое, как будто бы я видела все это во сне», «все вижу как че­рез толстое, мутное стекло», «звуки доходят приглушенно, как будто бы мои уши заткнуты ватой», «все воспринимается как бы через пленку тумана» и т.д.

Дереализационное восприятие окружающего может касаться как нескольких анализаторов одновременно (изменение зритель­ных, слуховых, тактильных, вкусовых и других впечатлений), так и какого-то одного из них (преимущественно зрительного или слухового): больной не может на ощупь определить, какого пред­мета он касается — деревянного или железного; не может разли­чить вкус пищи («все, как трава»).

Нарушения восприятия при дереализации могут касаться так­же пространственных взаимоотношений («все куда-то отодвину­лось и стало каким-то плоским, как бы нарисованным») и изме­ненного восприятия времени («время течет слишком медленно», «как бы остановилось» или, наоборот, «за этот краткий миг мне показалось, что надо мной пронеслись века»).

При выраженных дереализационных явлениях может исчез­нуть чувство действительности: больная не знает, ела она сегодня или нет, была ли у нее на свидании мать и существует ли она вооб­ще, не может представить себе свою домашнюю обстановку и т.д.

Дереализация нередко комбинируется с деперсонализацией, особенно в виде аутодеперсонализации.

Родственными дереализационными явлениями считаются та­кие симптомы, как уже виденное (deja vu), уже пережитое (deja vecu), уже испытанное (deja eprouve), уже слышанное (deja entendu) или, напротив, никогда не виденное (jamais vu). Эти переживания со­стоят в том, что незнакомая, совершенно новая обстановка обычно на какое-то мгновение кажется знакомой, уже когда-то виденной, пережитой, а речи окружающих — когда-то слышанными. В проти­воположность этим переживаниям бывает (также очень кратковре­менно), когда хорошо знакомая ситуация представляется совер­шенно чуждой, незнакомой, никогда не виданной.

Эти симптомы довольно часто встречаются и у здоровых людей, особенно в связи с утомлением, недосыпанием, перенапряжением.

Переживания чувства дереализации могут появляться и у здо­ровых людей (при тех же условиях и также кратковременно), хотя нередко встречаются и при психических заболеваниях. Из дереали­зационных расстройств у здоровых (также при переутомлении) иногда отмечаются кратковременные нарушения такого характера, когда хорошо знакомая местность кажется перевернутой на 180° (т.е. человек не сразу понимает, налево ему идти или направо), что обычно бывает на улице, при выходе из транспорта, в метро и т.д.

5.1.5. Расстройства схемы тела1

Расстройства схемы тела выражаются в нарушении привычных представлений о размерах и форме своего тела или отдельных его частей, о расположении их или о положении всего тела. Напри­мер, больному кажется, что его голова стала огромной, не умещается не только на подушке, но и вообще в комнате, что ноги его начинаются прямо от головы, а туловище исчезло. Другой чувству­ет, что у него непомерно увеличилась рука — «стала просто пудовой», сам он «становится маленьким или, напротив, огромным, «как Гулливер в стране лилипутов», его «руки вытягиваются», «ноги раздвоились и их стало не меньше четырех», «голова отделилась or тела» и т.д. Под контролем зрения эти измененные представле­ния о форме, размерах и положении собственного тела или от­дельных его частей, как правило, исчезают, больной видит свое те­ло в обычном, привычном для него виде, но стой ему закрыть глаза, как голова вновь становится непомерно большой и т.д.

Расстройства схемы тела нередко сопровождаются метаморфопсиями — искаженным восприятием формы окружающих пред­метов (от греч. meta — после, за, через; обозначает также переход к чему-то другому, перемену состояния, превращение + morphe — форма). Например, шкаф кажется больному искривленным, нож­ки стула — зигзагообразными, окно принимает ромбическую фор­му. Кроме того, искаженное восприятие окружающих предметов выражается в том, что они кажутся больному меньше или больше их натуральной величины (микропсия, макропсия), увеличивается их число (полиопсия), они перемещаются (оптическая аллестезия), палятся на больного, вдавливаются в него, находятся в бурном движении (оптическая буря).

Иногда в грубо измененном виде воспринимаются не только величина и форма предметов, но и пространственные отношения: больному кажется, что стены комнаты сближаются, рушатся, па­дают на него или, напротив, раздвигаются, пол становится волно­образным, пространство как бы разрывается.

Метаморфопсии и родственные им симптомы отличаются от иллюзий адекватностью восприятия (больной знает, что он видит стул, хотя и с кривыми ножками, а не гигантского паука вместо стула, как это может быть при иллюзорном восприятии). От гал­люцинаций они отличаются тем, что в искаженном виде больной воспринимает все-таки реально существующие вещи, а не то, чего нет в действительности.

5.2. Сравнительно-возрастные особенности

расстройств ощущений, восприятий и представлений

Особенности патологии ощущений, восприятий, представле­ний зависят не только от характера заболевания, клинической формы, остроты и стадии его, но и от возраста больного (детский, подростковый, зрелый)1 .

Наиболее тщательное изучение нарушений ощущений и воспри­ятий в детском и подростковом возрасте проведено Г.Е. Сухаревой.

Сенестопатии могут появляться у детей с 5—7 лет, чаще всего они проецируются в области органов брюшной полости (хотя мо­гут иметь и иную локализацию), возникают обычно в виде кратко­временных эпизодов. Повторяемость таких кратковременных, но неприятных ощущений в области живота, которые ребенок не в состоянии обычно четко описать, может быть первым признаком начинающейся в детском возрасте эпилепсии (Успенская М.А.).

Девочка 7 лет довольно часто, иногда по нескольку раз в день, предъ­являла матери одни и те же жалобы: «Что-то у меня в животике больно да­вит». Тщательное соматическое обследование никакой патологии не об­наружило, а через 2 года у девочки появилась типично эпилептическая симптоматика.

Патологические ощущения в виде сенестопатии у подростков более оформлены, напоминают подобные расстройства у взрослых.

В силу яркости, образности детского восприятия, неразвитос­ти еще второй сигнальной системы у детей иллюзии могут быть и в норме, когда «реальное часто переплетается с фантастическим». Детям младшего возраста свойственна склонность к фантазиро­ванию, способность одушевлять или воспринимать по-иному ре­альные предметы, наделять их какими-то особыми свойствами («солнышко живое, оно ходит по небу», «диван — это машина, мы на ней сейчас едем на юг» и т.д.), но в то же время не отключаться от действительности.

При патологическом фантазировании ребенок целиком отры­вается от реального мира, он весь в своих болезненных фантазиях.

Кроме того, у детей могут быть и собственно иллюзии как па­тология, возникающая либо на фоне страхов (аффектогенные ил­люзии), либо при интоксикации и инфекциях, при делириозном расстройстве сознания.

Девочка 5 лет, перенесшая тяжелую форму скарлатины, при высокой температуре просила, показывая на стоящую в комнате еще не убранную новогоднюю елку: «Уберите этого Горыныча, прогоните его».

Особенностью детского возраста, касающейся патологии вос­приятия, является частое «видение» различных героев сказок и мультфильмов. Это касается не только иллюзий, но и галлюцина­ций. Дети «видят» «бабу-ягу», «страшного тигра Шер-Хана», «злую колдунью» и т.д. Другой особенностью является преоблада­ние зрительных обманов восприятия (даже при шизофрении в от­личие от этой болезни у взрослых, протекающей преимуществен­но со слуховыми галлюцинациями).

У детей и подростков могут быть и псевдогаллюцинации, при­чем нередко в виде гипнагогических. Последние возникают чаще всего на фоне болезни, особенно протекающей с помрачением сознания в виде онейроида (шизофрении, инфекции, в том числе интракраниальные; интоксикации).

Девочка 3 лет, уже уложенная в постель, внезапно вскакивала и начи­нала бить себя кулачками по голове, плакать и кричать «Опять эти страш­ные дядьки в голове, никак не могу прогнать их».

Псевдогаллюцинации в виде гипнагогических могут возни­кать у детей и подростков и без какого-либо психоза, но при на­личии таких черт, как эмоциональная лабильность, впечатлитель­ность, повышенная внушаемость.

Нарушения сенсорного синтеза в виде расстройства схемы те­ла и метаморфопсий бывают у детей (обычно после 6—7 лет) при органических поражениях головного мозга различной этиологии.

Глава 6. РАССТРОЙСТВА ПАМЯТИ И ИНТЕЛЛЕКТА

Память — такой вид психической деятельности, при помощи которого отражается прошлый опыт.

Память («входные ворота интеллекта») является необходимым условием для более сложного вида психической деятельности — мышления. Различают кратковременную и длительную, механи­ческую и смысловую (ассоциативную) память

Память состоит из следующих основных компонентов рецеп­ция — восприятие нового, ретенция — способность удерживать эту новую информацию, репродукция — способность воспроизводить полученную информацию

Интеллект — относительно устойчивая структура умственных способностей индивида (способность к рациональному позна­нию, мышление, ориентировка, критические способности, уме­ние адаптироваться в новой ситуации и т.д.)

6.1. Клинические проявления

6.1.1. Нарушения памяти

6.1.1.1. Амнезии

Амнезия1 (греч. а — частица, означающая отрицание, + mneme — память, воспоминание) — потеря памяти, отсутствие ее

Ретроградная амнезия — потеря памяти на события, предшест­вующие расстройству сознания или болезненному психическому состоянию Может охватывать различный отрезок времени.

Человек, перенесший травму головы с потерей сознания в течение 5 ч, прийдя в себя, никак не мог вспомнить не только как, при каких обстоя­тельствах это случилось, но и что было в течение трех дней перед этим. Совершенно не помнил, что он в этот период делал, где был, кого видел

Антероградная амнезия — потеря памяти на события, проис­шедшие непосредственно после окончания состояния расстроен­ного сознания или болезненного психического состояния

Продолжительность во времени также может быть различной

Больной, перенесший серию эпилептических припадков, после окон­чания их и полного прояснения сознания долго разговаривал с врачом, сообщая ему о самочувствии в данный момент, жаловался на боль в при­кушенном языке, на чувство разбитости во всем теле, просил поскорее выписать его домой. Однако когда он встретил врача через несколько ча­сов - к вечеру того же дня, то никак не мог вспомнить, что сегодня этого врача уже видел. Совершенно не помнил также и содержание беседы, а также все другие события дня (что он ел за обедом, чем занимался)

Нередко встречается и сочетание этих двух видов амнезий, в таком случае говорят о ретроантероградной амнезии.

Фиксационная амнезия — потеря способности запоминать, фиксировать текущие события; все, что в данный момент имело место, тут же больным забывается.

Больная никак не могла запомнить, где стояла ее кровать, хотя нахо­дилась в этой палате уже в течение нескольких лет, не помнила имени сво­его лечащего врача, несмотря на то, что ей сообщали его каждый день, ни­как не могла вспомнить, что она только что ела, чем занималась. Встречая по несколько раз в день дежурную сестру, каждый раз радостно заявляла: «Рада вас приветствовать, давненько мы с вами не встречались»

Прогрессирующая амнезия характеризуется постепенным ос­лаблением памяти, причем в первую очередь ослабляется, а потом и исчезает память на текущие события, на то, что было недавно, на события последних лет, в то время как далекое прошлое человек может помнить долго и довольно хорошо.

Больная, ничего не помнящая из событий последних лет, забывшая даже, как зовут ее дочь, в то же время хорошо помнила, какую чудесную куклу ей подарили в шестилетнем возрасте, хотя было это 60 лет тому назад. Помнила, какое на этой кукле было платье, какие волосы, как она не расставалась с ней даже ночью.

Характерная последовательность снижения памяти по принципу «обратного хода памяти» называется законом Рибо. По этому закону происходит и так называемое физиологическое старение памяти

6.1.1.2. Парамнезии

Парамнезия (греч para — рядом, возле, около + mneme — па­мять, воспоминание) — ошибочные, ложные, превратные воспо­минания Человек может вспоминать действительно имевшие ме­сто события, но относить их к совсем иному времени. Это назы­вается псевдореминисценциями — ложными воспоминаниями

Конфабуляции (от лат. con — с + fabula — повествование, история, сказка, беседы) — другой вид парамнезии — вымышленные воспо­минания, совершенно не соответствующие действительности, ког­да больной сообщает о том, чего в действительности никогда не бы­ло. В конфабуляциях часто присутствует элемент фантазии.

Больной с возмущением говорил: «Ужасные безобразия творятся в той клинике вчера, например, меня посадили в клетку, а до этого заста­вили вылезать на улицу через форточку».

Криптомнезия (от греч kryptos — скрытый, тайный + mneme — память, воспоминание) — такого рода парамнезии, когда человек не может вспомнить, когда было то или иное событие, во сне или наяву, написал ли он стихотворение или просто запомнил когда-то прочитанное, был ли он на концерте известного музыканта или только слышал разговор об этом. Иными словами, забывается источник той или иной информации.

Больная утром, только что проснувшись, рассказала соседкам по па­лате содержание своего сна: ей приснилось, что мать в ее отсутствие сдала в ломбард все ее платья. Увидев мать, пришедшую к ней на свидание к вечеру этого дня, больная стала плакать и упрекать ее за «сданные в лом­бард платья». Была убеждена, что это было на самом деле, заявляла мате­ри: «Тебе просто стыдно, вот ты и говоришь, что ничего не сдавала».

Очень редко встречается так называемая фотографическая па­мять , когда человек, только что прочитав несколько страниц не­знакомого текста, может тут же повторить на память все прочи­танное почти без ошибок.

Близок к фотографической памяти и феномен, называемый эйдетизмом, в целом относимый не только к памяти, но и к обла­сти представлений (см. главу 5).

Эйдетизм (от греч. eidos — образ) — явление, при котором представление зеркально воспроизводит восприятие. Здесь также участвует память в ее ярком образном виде: предмет или явление после исчезновения сохраняет в сознании человека свой живой наглядный образ. Эйдетизм как нормальное явление бывает у ма­леньких детей с их способностью к яркому образному восприя­тию и чрезвычайно редко встречается у взрослых. Например, ре­бенок, посмотрев на фотографию и перевернув ее обратной сто­роной, может в точности описать виденное.

Очень хорошая память совершенно не обязательно свидетельст­вует о высоком интеллекте. У олигофренов может быть очень высо­ко развито механическое запоминание без всякого его осмысления.

6.1.2. Интеллектуальные расстройства

Расстройства интеллектуальной деятельности — изменение процесса рационального познания, умозаключений, суждений, критических способностей.

6.1.2.1. Слабоумие

Различают так называемую деменцию (от лат. de — приставка, означающая снижение, понижение, движение вниз, + mens — ум, разум) — приобретенное слабоумие и олигофрению (от греч. oligos — малый в смысле количества + phren — дума, ум) — врожденное слабоумие. По особенностям клинической картины различают следующие типы деменций.

Органическая деменция — слабоумие, вызванное главным об­разом сосудистыми заболеваниями головного мозга, сифилити­ческими и старческими психозами, травмами головного мозга. Органическое слабоумие обычно делят на две группы: тотальное (диффузное, глобальное) и частичное (дисмнестическое, парци­альное, лакунарное)1 .

Тотальное слабоумие характеризуется стойким снижением всех интеллектуальных функций, слабостью суждений, отсутствием критики к своему состоянию. Примером тому может служить так называемая сенильная деменция (см. «Психозы старческого воз­раста»), а также слабоумие при прогрессивном параличе (паралитическая деменция — см.).

Больной, в прошлом очень образованный и культурный человек, не стесняясь присутствующих, ходит голым по палате, затем подходит к мо­лодому врачу и предлагает ей «немедленно выходить за него замуж». Не помнит дат своей жизни, известных исторических дат. Без всякой крити­ки относится к своему состоянию, считает себя вполне здоровым, а факт своего пребывания в отделении психиатрической больницы объясняет желанием «отдохнуть отдел в этой милой обстановке».

Частичное (дисмнестинеское) слабоумие характеризуется, как показывает уже само название, выраженными нарушениями па­мяти. Остальные интеллектуальные функции страдают главным образом вторично, поскольку нарушаются «входные ворота интеллекта», как иногда называют память. Такие больные сохраня­ют способность к суждениям, у них наблюдается критическое от­ношение к своему состоянию. Им трудно усваивать новое, но ста­рые знания, особенно профессиональные, хорошо закрепленные, могут у них сохраняться довольно долго. Ввиду критического от­ношения к себе такие больные понимают свое положение, стара­ются избегать разговора, в котором они могли бы обнаружить расстройства памяти, пользуются постоянно записной книжкой, пи­шут заранее, что им надо сказать или сделать.

Типичная картина такого частичного слабоумия может на­блюдаться при церебральном атеросклерозе или сифилисе головного мозга.

Среди приобретенного слабоумия выделяют также шизофре­ническое и эпилептическое слабоумие.

Шизофреническое слабоумие , называемые еще апатическим или атактическим , характеризуется интеллектуальной бездеятельностью, безынициативностью, в то время как предпосылки к умствен­ной деятельности еще длительное время могут сохраняться.

Именно поэтому интеллект таких больных сравнивают со шкафом, полным книг, которыми никто не пользуется, или с музыкальным инструментом, закрытым на ключ и никогда не от­крываемым.

Молодой человек 22 лет целыми днями неподвижно лежит в постели, не проявляя ни к чему никакого интереса и ничем не занимаясь. Не берет в руки книг, совершенно равнодушен к самой интересной телевизионной передаче. В то же время однажды неожиданно подошел к шахматному столику и обыграл очень сильного шахматиста. В дальнейшем по-прежне­му ничем не занимался, безучастно относился к многочисленным предло­жениям сыграть в шахматы.

Эпилептическое слабоумие выражается не только в значитель­ном снижении памяти, но и в своеобразном изменении мышле­ния, когда человек начинает терять способность различать глав­ное и второстепенное, ему все кажется важным, все мелочи — зна­чительными. Мышление становится вязким, непродуктивным, патологически обстоятельным, больной никак не может выразить свою мысль (недаром эпилептическое мышление называют ино­гда лабиринтным). Характерно также сужение круга интересов, концентрация внимания исключительно на своем состоянии (концентрическое слабоумие ).

Больная 36 лет, с детства страдающая эпилепсией, подробно, с множе­ством деталей, сообщает о своем состоянии: «Так вот, значит, я тогда пош­ла, пошла, а передо мной дверь, ну я взялась за ручку, взялась и толкнула, а там еще бабушка стояла, у нее носки шерстяные и ботинки сороковой размер ...» и т.д. Всю эту длинную речь больная произнесла для того, чтобы сообщить врачу о появлении припадков после ушиба головы дверью. Па­мять резко снижена, женщина пользуется небольшим количеством слов, часто применяя трафаретные выражения и рифмы, охотно употребляет уменьшительные слова: «глазоньки», «рученьки», «сестриченька», «кроваточка». Целиком занята собой, окружающим интересуется постольку, по­скольку это имеет какое-то отношение к ней.

Олигофрения — наследственное, врожденное или приобретен­ное в первые годы жизни слабоумие, выражающееся в общем психическом недоразвитии с преобладанием в первую очередь интеллектуального дефекта и вследствие этого в затруднении со­циальной адаптации.

6.2. Основные синдромы нарушений памяти и интеллекта

Синдром Корсакова — разновидность амнестического синдро­ма. Основой его является невозможность запоминать текущие со­бытия (фиксационная амнезия) при более или менее сохранной памяти на прошлое. В связи с этим возникает нарушение ориен­тировки (так называемая амнестическая дезориентировка). В первую очередь это касается времени. Кроме того, имеется дез­ориентировка в месте и окружающей действительности. И еще один характерный симптом этого синдрома — парамнезии, глав­ным образом в виде конфабуляций или псевдореминисценций, но могут наблюдаться и криптомнезии.

Больной 33 лет, переведенный в психиатрическую клинику (ввиду вы­раженных расстройств памяти) из хирургической, где он лечился по поводу травмы головы, охотно сообщает свое имя и фамилию, профессию, имена детей. В то же время не знает, где он сейчас находится, какое сегодня число, что он совсем недавно ел. Никак не может запомнить имени лечащего вра­ча (несмотря на то, что каждый день спрашивает об этом), не помнит, где стоит его кровать. На вопрос, чем он вчера занимался, сообщает, что «пришлось срочно пересматривать один проект». В другой раз говорит: «Целый день занимался починкой мотоцикла, что-то он опять у меня забарахлил».

Органический (энцефалопатический, психоорганический) синд­ром состоит из триады Вальтер-Бюеля, включающей в себя:

1) эмоциональную лабильность, эмоциональное недержание; 2) расстройство памяти; 3) снижение интеллекта. Больные стано­вятся беспомощными, с трудом ориентируются (прежде всего нару­шается ориентировка во времени, так как постоянно приходится за­поминать новые числа), сложно адаптируются к новой ситуации, плохо ее понимают. У них ослабляется воля, снижается работоспо­собность, они легко переходят от слез к улыбке и наоборот. Неред­ки варианты психопатоподобного поведения органического генеза.

Выделяют следующие варианты (стадии) психоорганического синдрома (Шнайдер К.): астенический, эксплозивный, эйфорический, апатический.

Органический (психоорганический, энцефалопатический) синдром может возникать при самых различных заболеваниях: при непосредственном поражении головного мозга (опухоли, интракраниальные инфекции, травмы, сосудистая патология атеросклеротического, сифилитического и иного происхождения); при соматогениях (как следствие заболевания печени, почек, легких и т.д.); при алкоголизме, наркоманиях, токсикоманиях, отравлении теми или иными токсическими веществами; при заболеваниях, протекающих с атрофическими процессами в головном мозге (на­пример, болезнь Альцгеймера, болезнь Пика и др.). Сопровожда­ется самыми различными неврологическими расстройствами.

Психоорганический синдром, как правило, необратим, хотя и может дать некоторое обратное развитие при применении соот­ветствующей терапии, в том числе ноотропными средствами.

Глава 7. РАССТРОЙСТВА МЫШЛЕНИЯ

Мышление — обобщенное отражение человеком предметов и явлений в их закономерных связях и отношениях. Основным эле­ментом мышления является понятие — отражение в сознании че­ловека наиболее общих и существенных свойств и качеств пред­метов и явлений в отличие от ощущений, восприятий и представ­лений, которые отражают либо отдельные конкретные свойства предметов и явлений (ощущения), либо эти конкретные явления и предметы в целом (восприятия), либо воспроизведение образов, воспринятых в прошлом (представления). Например, понятие «дом» отражает общие свойства самых различных построек раз­ной архитектуры, величины, стиля, месторасположения, содер­жит смысл «собственного жилища» и т.д.

Одной из самых главных особенностей понятий является то, что они базируются не только на собственном опыте человека, но и включают в себя опыт предыдущих поколении, закрепленный с помощью языка. Именно поэтому овладение языком способству­ет усвоению всего багажа знаний, накопленных человечеством.

Мыслительные операции включают в себя анализ, синтез, срав­нения и обобщения, абстракцию и конкретизацию с последую­щим переходом к образованию понятий.

Процесс ассоциации может нарушаться самым различным об­разом в зависимости от характера болезни, ее стадии, типа тече­ния и исхода.

7.1. Клинические проявления

7.1.1. Расстройства ассоциативного процесса

Ускорение мышления выражается в ускоренном течении ассоци­ативных процессов; мысли очень быстро сменяют друг друга, их так много, что больные, несмотря на очень быструю («пулемет­ную») речь, все-таки не успевают их высказывать. Внешне такая речь больных может напоминать шизофазию (разорванную речь), однако если ее записать, например, на магнитофон, то потом мож­но найти в ней определенный смысл, чего нет при шизофазии.

Для патологически ускоренного течения ассоциативных про­цессов характерна также отвлекаемость: мышление больного ста­новится поверхностным, склонным к моментальному переключе­нию; все, что попадает в поле зрения такого больного, тут же при­влекает его внимание, занимает его мысли, дает новое направле­ние его идеям. Крайняя степень отвлекаемости выражается в «скачке идей» (fuga idearum), когда мысли больных, молниеносно сменяя друг друга, переключаются с одного предмета на другой так быстро, что уже трудно бывает уловить в них какой-нибудь общий смысл.

Глава 7. Расстройства мышления 71

Может быть прерывистость ассоциаций (так называемые шпер-рунги; от нем. sperrung — загораживание, баррикадирование).

Замедление мышления характеризуется бедностью ассоциаций, ^медленным течением ассоциативного процесса, заторможенно­стью его. Больные с такими явлениями жалуются, что у них «ча­сами не бывает в голове никаких мыслей», «ничего не приходит в юлову». На вопросы они обычно отвечают очень лаконично, од­носложно, иногда только словами «да» или «нет», часто после очень долгой паузы, когда у спрашивающего уже может создаться впечатление, что больной не расслышал или не понял вопроса. Сами больные в таком состоянии говорить не начинают, ни к ко­му ни за чем не обращаются.

Патологическая обстоятельность мышления заключается в чрезвычайной вязкости, тугоподвижности мыслительных про­цессов; больным очень трудно переключиться с одной темы на другую, они застревают на самых незначительных деталях, им все кажется важным, нужным — каждая мелочь, каждый штрих; они не могут выделить главного, основного, существенного.

Патологическая обстоятельность мышления характеризуется очень малой продуктивностью, подчас же вообще непонятно, что больной хотел сказать, какой смысл имела его длинная витиева-[ая речь (лабиринтное мышление).

Персеверация мышления (лат. perseveratio — настойчивость, упорство) — патологическое застревание, задержка на одних и тех же представлениях, что клинически выражается в повторении (иногда очень длительном) одних и тех же фраз или слов. Чаще всего такие больные могут правильно ответить только на первый попрос врача, а затем уже однообразно повторяют тот же ответ или части его.

Больного, страдающего тяжелой формой церебрального атеросклеро-и, спрашивают, где он лечится Больной отвечает «В больнице имени Со-иовьева» — «Сколько времени вы здесь7» — «Больница Соловьева». — «Ва­ша специальность до болезни?» — «Больница Соловьева». - «Чем вы сего-шя занимались?» — «Больница Соловьева»

Вербигерация (от лат. verbum — слово + gero — веду, совершаю) — речевая стереотипия — бессмысленное, нередко ритмическое по-вгорение одних и тех же слов, реже — фраз или их обрывков.

Паралогичное мышление характеризуется отсутствием в мышле­нии логической связи; выводы, которые делает больной в таких слу­чаях, не только не закономерны, но часто совершенно нелепы: «Я иболел шизофренией, потому что в детстве мало ел манной каши» или «Я хочу спать, а потому научите меня, пожалуйста, музыке».

Резонерство — склонность к пустым рассуждениям, когда, как творят, «очень много слов и мало мыслей». Такое мышление ха­рактеризуется бесплодностью, отсутствием конкретности, целе-

72 Часть II. Общая психопатология

направленности: «Вы видите, как это важно, мне бы хотелось ска­зать и отметить, что это очень важно, важность значительная, это надо отметить, вы же не будете думать, что это не важно».

Разорванность мышления выражается в отсутствии связи меж­ду отдельными мыслями или даже отдельными словами. Речь та­кого больного может быть совершенно непонятной, лишенной всякого смысла, и поэтому ее нередко называют словесной ок­рошкой, словесным салатом.

Паралогичное мышление, резонерство и разорванность мыш­ления наиболее характерны для шизофрении.

Бессвязность мышления (инкогерентность, инкогерентное мы­шление; лат. in — частица отрицания + coheerentia — сцепление, связь) характеризуется полной хаотичностью, бессмысленностью мышления, речь состоит из набора отдельных слов, никак: между собой не связанных: «Чудо-чудо... жили-были ... ах, как холодно ... день, пень, лень ... до свидания ...». Инкогерентность внешне может напоминать то, что носит название разорванного мышле­ния, но главное отличие состоит в том, что разорванное мышле­ние возникает на фоне ясного сознания; инкогеренция же всегда является следствием помрачения сознания (обычно по типу аментивного синдрома, аменции).

Символическое мышление. Символика свойственна и нормаль­ному мышлению тогда, когда она отражает общепринятые идеи, взгляды, связана с той или иной реальностью (например, симво­лика гербов, математических знаков, наконец, рисунков в виде сердца, пронзенного стрелой).

При патологическом символизме (свойственном главным обра­зом больным шизофренией) эта патология мышления сугубо инди­видуальна и непонятна окружающим. Эта символика может касаться как отдельных слов, понятий, так и всего строя мышления в целом. Больной может воспринимать символически и речь окружающих.

Больной при беседе с врачом, пишущим его историю болезни, отвечал довольно адекватно до тех пор, пока врач не попросил его объяснить смысл поговорки «Куй железо, пока горячо». Больной, спокойно до того сидящий, вдруг вскочил и кинулся к окну. На вопрос, почему он так по­ступил, ответил: «Вы же сами сказали: «Куй железо* ... значит, «беги, пока не поздно».

Больные с символическим мышлением могут придавать осо­бый смысл самым обыденным вещам («желтый цвет обоев — зна­чит, здесь живут ненадежные, склонные к изменам люди»; слова «хороший аппетит» говорят о том, что этот человек «сживет со света всех ему неугодных».

При выраженных изменениях мышления речь больных может состоять из одних им понятных символов, в том числе и неологиз­мов (употребление новых, ни на что не похожих словообразова-

Глава 7. Расстройства мышления 73

пий; больной при выражении удовольствия говорит «блюм-Олям», а при недовольстве чем-то — «пури-прури»).

Наглядным примером символического мышления могут быть рисунки, стихи и вообще любое творчество больных. Метерлинк — очень талантливый человек, к сожалению, страдавший шизофре­нией, вывел в своей широко известной пьесе-сказке образ Синей птицы, ставшей затем для всех людей символом недосягаемого, призрачного счастья.

7.1.2. Сверхценные идеи

Патология мышления может выражаться в таком феномене, как сверхценные идеи — гиперквантивалентные идеи (от лат. hyper — над, сверх + лат. quantum — сколько + valenti — сила) — мысли, возникающие в связи с какими-то действительными фактами или событиями, но приобретающие для человека особую значимость, определяющие все его поведение. Характеризуются большой шоциональной насыщенностью, выраженным эмоциональным подкреплением. Например, человек, действительно пишущий С1ихи и, может быть, удостоившийся за это когда-то похвалы, на­чинает думать, что он необыкновенный, чрезвычайно талантли-вый, гениальный поэт, и вести себя соответствующим образом. Непризнание же его окружающими он расценивает как происки недоброжелателей, зависть, непонимание и в этом своем убежде­нии уже не считается ни с какими реальными фактами.

Такие сверхценные идеи собственной исключительности могут возникать и по поводу других чрезвычайно переоцениваемых способ­ностей: музыкальных, вокальных, писательских. Может переоцени­ваться и собственная склонность к научной деятельности, изобрета-юльству, реформаторству. Возможны сверхценные идеи физического недостатка, недоброжелательного отношения, сутяжничества.

Человек, имеющий небольшой косметический недостаток, на­пример слегка оттопыренные уши, считает, что это — трагедия всей а о жизни, что окружающие к нему из-за этого плохо относятся, что псе его неудачи связаны только с этим «уродством». Или человека к го-то действительно обидел, и он после этого ни о чем другом уже не может думать, все его помыслы, все его внимание направлены юлько на это, он уже и в самых безобидных действиях видит только одно — желание ущемить его интересы, вновь задеть его. То же мо­жет касаться и сутяжничества (кверулянства — от лат. querulus — жа­лующийся) — склонности к бесконечным жалобам, рассылаемым во всевозможные инстанции, причем число этих инстанций все возрастает, так как в конечном итоге каждая инстанция (например, |азета, суд и т.д.), куда вначале жаловался такой сутяга, не признав­шая его «правоты», сама становится объектом очередной жалобы.

Сверхценные идеи особенно характерны для психопатичес­ких личностей.

74 Часть II. Общая психопатология

7.1.3. Бредовые идеи

Наиболее качественно выраженным расстройством мышле­ния является бред.

Бредовые идеи (бред) — неправильные умозаключения, ошибоч­ные суждения, ложная убежденность, не соответствующие дейст­вительности. От обычных человеческих заблуждений бред отлича­ется следующим: 1) он всегда возникает на болезненной основе, это всегда симптом болезни; 2) человек полностью убежден в до­стоверности своих ошибочных идей; 3) бред не поддается никакой коррекции, никакому разубеждению со стороны; 4) бредовые убеждения имеют для больного чрезвычайную значимость, так или иначе они влияют на его поведение, определяют его поступки. Просто заблуждающийся человек при настойчивом разубеждении может отказаться от своих заблуждений. Никакими фактическими доказательствами бредового больного разубедить не удастся.

По клиническому содержанию (по теме бреда) все бредовые идеи с известной долей схематизма можно разделить на три боль­шие группы: 1) бредовые идеи преследования; 2) бредовые идеи величия; 3) бредовые идеи самоуничижения (депрессивный бред).

7.1.3.1. Бредовые идеи преследования

Бред отношения заключается в патологическом убеждении че­ловека, что все имеет к нему отношение: окружающие смеются над ним, перемигиваются по его адресу, он вызывает их насмеш­ливое или даже брезгливое к себе отношение. Такие больные пере­стают посещать общественные места, пользоваться обществен­ным транспортом, ходить в театр или на лекции, так как убежде­ны, что стоит им только появиться, как все тут же замечают их, на­смешливо улыбаются, как-то подозрительно смотрят, плохо гово­рят о них. Разновидностью бреда отношения является бред особого смысла (особого значения). При этом самым обычным вещам боль­ные придают особое значение, видят в них особый для себя смысл.

Больная, увидев на столе журнал с фотографией тигра в клетке, убежден­но заявляет. «Все понятно. Специально положили эту картинку, чтоб подска­зать, что скоро переправят меня в тюрьму». Другой больной, увидев на одной из студенток желтую кофточку, со злобой стал кричать преподавателю. «А, я знаю, вы нарочно привели ее сюда, чтоб всем студентам стало известно о мо­ей импотенции, вы же знаете, что желтый цвет об этом сигнализирует»

Сенситивный (от лат. sensibilis — чувствительный) бред отноше­ния формируется на основе таких особенностей личности, как за­стенчивость, впечатлительность, ранимость, мнительность.

Бред отравления заключается в болезненной убежденности чело­века в том, что его хотят отравить, поэтому он отказывается от еды («постоянно яд в пищу подсыпают»), не принимает лекарств («под видом лечения отравить хотят»), не покупает расфасованных продук­тов («я же знаю, что мне дадут бутылку с отравленным молоком»).

Глава 7. Расстройства мышления 75

Бред воздействия может иметь много различных вариантов: больной убежден, что на него на расстоянии воздействуют гипно-юм, электричеством, атомной энергией, влияя таким образом на ci о мышление, поступки, вызывая у него сексуальное возбуждение.

Больной сообщает: «Существует преступная группа, которая с помощью особых аппаратов постоянно держит меня под лазер­ными лучами. Они воруют мои мысли, жгут мои внутренности, создают мне плохое настроение».

Бред преследования в собственном смысле означает патологиче­скую убежденное^ в гом, чго «преследователи» находятся в непо­средственном окружении больного, ходят за ним по улице, под­стерегают его под окнами дома, под видом больных проникают вслед за ним в клинику: «Я постоянно чувствую за собой слежку, за мной по пятам идут какие-то подозрительные личности в кепках, куда ни пойду, всюду они меня подстерегают, убить хотят».

Бред материального ущерба характеризуется ложной убежден­ностью в том, что окружающие постоянно обворовывают больно-ю, крадут его вещи и деньги, носят его одежду, получают за него по зарплату или пенсию, портят его имущество, морят его голо-юм: «Вот так и сплю в шапке и валенках, только сними — тут же украдут, уже очки украли, все книги растащили, даже кофейник унесли». Бред материальною ущерба наиболее типичен для пси­хозов старческого возраста.

Бред порчи, бред околдования. У больного человека появляется убежденность в том, что он стал жертвой колдовства, «его испор-1или заговором», «дали выпить какого-то зелья и он теперь стал совсем немощным», «от него осталась одна только тень», его «сглазили дурные глаза». Такой бред не следует смешивать с суе-иериями, когда подобные идеи носят характер простого заблужде­ния и не являются следствием болезни.

Бред обвинения, состоит в болезненном убеждении, что окру­жающие обвиняют человека в каких-то неблаговидных поступ­ках, считают вором, насильником, клеветником, а он «никак не может доказать свою невиновность», ему «все равно не верят», а иногда даже и специально «подстраивают факты». Так, больная по целым дням не встает с постели, поскольку убеждена, что даже при отлучках в туалет ей «подсунут в постель чужую вещь и всем уже будет доказано, что она — воровка». Или больной без конца обращается к окружающим со словами: «Я никогда не писал ано­нимок, умоляю вас, поверьте мне, я никогда не был пасквилян-юм, ну почему мне никто не верит!» Этот бред наиболее типичен для пресенильных психозов.

Бред ревности — больной или больная немотивированно рев­нуют жену или мужа, без всякого повода убеждены в супружеской

76 Часть II. Общая психопатология

неверности, они в самых невинных вещах видят «неоспоримые доказательства» своей правоты.

Больной сообщает' «Жена каждое утро выходит на балкон, чтобы по­лить цветы, а на самом деле сигнализирует этим любовнику, ко!да меня не будет дома» Или. «Коврик у дверей сдвинут в сторону, ясно, что без меня здесь был кто-то чужой, ведь и я, и жена очень аккуратны»

Бред ревности может встречаться при различных заболевани­ях, в частности при алкоголизме.

7.1.3.2. Бредовые идеи величия

Бред изобретательства выражается в том, что больной убеж­ден, что он сделал выдающееся открытие, изобрел вечный двига­тель, открыл причину рака, нашел средство для максимального продления человеческой жизни, изобрел «эликсир вечной моло­дости», «средство для усовершенствования человеческой поро­ды». Близок к этому бреду и бред реформаторства, когда больной убежден, что «открыл идею преобразования мира» и совершит «гениальную реформу».

Бред высокого происхождения заключается в убежденности больного, что он сын всемирно известного писателя, кинозвезды, «последний отпрыск дома Романовых» и т.д., а «те, кто считается сейчас родителями, всего лишь воспитатели», «подставные лица», «родители в условном смысле».

Бред богатства заключается в убежденности больного, что он «владелец несметных сокровищ», «обладает всеми золотыми за­пасами на земле», «ему ничего не стоит подарить каждому студен­ту по золотой шубе», у него «дом в миллион комнат».

Любовный, эротический (сексуальный) бред заключается в том, что больной или больная твердо убеждены в необыкновенно сильной любви к ним какого-то человека, возможно, даже и не­знакомого, который «безумно любит на расстоянии». Такие боль­ные настойчиво добиваются встречи с «возлюбленным» или «лю­бимой», буквально преследуют их, все поведение окружающих и особенно «предмета любви», по их мнению, подтверждает пра­вильность их мысли: «Он делает вид, что мы незнакомы, потому что оберегает меня от нападок своей нелюбимой жены», «Она специально надела красное платье, чтобы показать, как сильна ее любовь ко мне», «Он специально женился, чтобы не бросить тень на мою репутацию».

Нелепый бред величия (грандиозных размеров) — так называе­мый мегаломанический (от греч. megas — большой) («все дети на земле родились от него», «все книги, какие в мире есть, написал я, но только под разными именами», «я один могу сразу съесть де­сять быков») характерен для прогрессивного паралича.

Глава 7. Расстройства мышления 77

7.1.3.3. Бредовые идеи самоуничижения (депрессивный бред)

Бред самоуничижения, самообвинения, виновности, греховности — несьма близкие по клиническому содержанию патологические идеи

0 своих мнимых ошибках, несуществующих грехах, несовершенных преступлениях («в жизни не сделано ничего хорошего», «я никуда не годный человек», «вся моя жизнь — сплошная цепь ошибок и преступлений»). Такие больные очень часто убеждены, что своими ошибками и поступками они погубили не только свою жизнь, но и жизнь своих близких, что они «всем в 1ягость», «обьедаюг окружа­ющих», «не имеют никакого права даже на кусок черствою хлеба». Лля них характерно также ожидание наказания, убежденноеib в его необходимости или неизбежности («я — чудовище, не понимаю как меня земля держит», «нет такой кары, которая бы соответствовала моим проступкам»). Подобные бредовые идеи особенно характер­ны для больных с пресенильными психозами.

Ипохондрический бред выражается в ошибочных умозаключе­ниях по поводу состояния собственного ор1анизма, болезненной убежденности в наличии заболевания (рак, сифилис, СПИД, «вос­паление всех внутренностей», нарушение обмена веществ), пора­жения всего организма или отдельных частей тела («кровь сгусти­лась, в сердце какие-то тяжи и пробки, скоро уже придет полный конец», «весь мочевой пузырь поражен, моча даже не идет»). Ино-

1 да больные утверждают, что они уже не существуют, у них нет же­лудка, нет кишечника («доктор, как я могу есть, когда у меня уже пет желудка, да и кишечник весь сгнил», «сердце перестало рабо-|ать, печень исчезла», «почки насквозь прогнили»). Такая разно­видность ипохондрического бреда носит название бреда отрица­ния или нигилистического бреда (от лат. nihily — ничего).

Реже такое бредовое отрицание касается не собсгвенною ор-ынизма, а внешнего мира: «все погибло», «солнце погасло», «зем­ля провалилась», «мир куда-то исчез» (подобный бред 1ак и назы­вается — бред гибели мира).

У одного и того же больного может быть либо одна бредовая идея, либо сразу несколько (например, одновременно существо­вание бреда величия и преследования). Кроме того, один вид бре-ювых идеи может переходить в другой (так называемая транс­формация бреда).

Больная, прежде спокойная и жизнерадостная, с 18-летнего возраста с гала все более замкнутой, избегала общественных мест, уединялась, плака-ia. Через некоторое время «под строгим секретом» сообщила матери, что стоит ей где-нибудь появиться, как все тут же обращают внимание на нее, смеются над ней, считают ее дурочкой Через некоторое время начала отка­пываться от еды, говорила, что ее хотят отравить, чтобы она «не мозолила нсем глаза своим дурацким видом» С трудом удавалось ее накормить, час-ю, уже взяв пищу в рот, тайком старалась ее выплюнуть. Активно лечилась

78 Часть II. Общая психопатология

и в течение нескольких лет была практически здоровой, работала В возра­сте 45—46 лет обнаруживала большую тревогу по поводу своего здоровья, сообщала мужу, что «внутри у нее что-то переворачивается», «от подъема тяжесги связки оборвались» Все чаще и чаще обращалась к врачам различ­ных специальностей, просила «проверить ее организм» не верила, когда ее находили здоровой Все более угверждалась в мнении, что у нее тяжелая, неизлечимая болезнь, а врачи «просто не понимают или не хотят расстраи­вать» Становилась все более подавленной, ничем не могла заниматься, почти все время лежала в постели («конец уже виден», «жить осталось не­сколько дней» «живу только одним сердцем, а все остальное уже плохо ра ботает») С течением времени все более отчетливо выявлялся бред отрица­ния «Все органы огвалились, желудок высох, совсем не работает, мочевой пузырь исглел, все нервы атрофировались, кишечник прирос к позвоноч­нику» Упорно отказывалась от еды «Желудка не г, стула уже два месяца не было, печени нет, пиша сразу поступает в мышцы, они уже тоже гниют»

7.1.3.4. Индуцированное бредовое расстройство

Индуцированный бред] заключается в том, что близкий больному человек начинает разделять его бредовые идеи Такое «прививание» болезненных взглядов бывает обычно при следующих условиях I) тесное совместное проживание, постоянный контакт с душевноболь­ным, 2) заболевший всегда пользовался большим авторитетом, без­граничным доверием и сильной привязанностью, был умнее и обра­зованнее того, кто стал в конце концов разделять его бредовые идеи, наличие у индуцируемого таких особенностей, как внушаемость, ог­раниченность, а в ряде случаев даже дебильность, 3) медленное раз­витие и некоторое правдоподобие бредовых идей у «индуктора»

По своему содержанию индуцированный бред может быть лю­бого содержания (любовный, величия и т.д.), но чаще всего это бред преследования

Индуцированный бред встречается нечасто и обычно непро­чен, он быстро и бесследно исчезает при разъединении с больным человеком

Изредка индуцированный бред возникает не у одного, а у не­скольких человек Этот факт был одной из причин широко рас­пространенных (особенно в средние века) так называемых психи­ческих эпидемий

Индуцированный бред называют также подражательным поме­шательством, или помешательством из подражания (Яковенко В.И.)

7.1.3.5. Конформный бред

Конформный бред — одинаковые по содержанию бредовые идеи, возникающие у двух близких между собой психически боль­ных (например, матери и дочери)

1 Наряду с этим термином часто использугтся французский термин «fohe a deux»

Глава 7 Расстройства мышления 79

7.1.3.6. Особенности формирования бредовых идей

Независимо от клинического содержания все бредовые идеи делятся на две основные разновидности первичный бред и бред чувственный (образный)

Первичный бред. Этот бред возникает вследствие нарушения ло-шческого познания, патологической интерпретации действительно­сти, при этом чувственное познание практически не нарушается

При построении первичного бреда, основанного на субъек-1ивнои логике, больной опирается на реальные факты и события, но трактует их очень избирательно, берется только то, что под­крепляет и способствует дальнейшему развитию бреда, в то время как все контрфакты игнорируются и отбрасываются

Первичный бред (называемый также интерпретативным, или (истематизированным) очень стоек и является системой последо­вательных построении, все более расширяющейся, усложняю­щейся и детализирующейся

Примером первичного бреда может быть бред реформаторст-нл, любовный, изобретательства и тд

Больная 42 лет, журналистка Несколько лет назад брала интервью в одной семье и обратила внимание на то, что ребенок не похож ни на од­ного из родителей С этого времени стала много думать о наследствен но-ии, читала соответствующую литературу Постепенно пришла к мысли, чю и она не очень похожа на своих родителей Начала «усиленно зани­маться генеалогией в целом и своей собственной в частности», «находила очень много интересных фактов», размышляла над ними Однажды, про­читав о том, что во время расстрела семьи Романовых одна из дочерей якобы спас iacb (хотя все остальные данные говорили, что погибли все), t мла верить именно этой версии Вновь «перерыла гору книг и статей», постоянно думала об этом путем сопоставления разных фактов пришла к убеждению, что она — наследница этой великой княжны Приводила мно-i ие «доказательства» этого, не слушала никаких разубеждении

Как следует из приведенной иллюстрации, для больных с первич­ным бредом характерно то, что они довольно долго сохраняют внеш­не правильное поведение и трудоспособность и какое-то время этот вред не сопровождается другими психическими расстройствами

Первичный бред может касаться и прошлого больного (так на-(ываемая бредовая ретроспекция) Например, больной, давно похо­ронивший любимую жену, постепенно «путем постоянного сопос-1авления разных фактов и анализируя их» пришел к выводу, что же-i ia была ему неверна, «развратничала и изменяла с моим же другом». Сформировавшийся бред ревности1 был у больного очень стоек и имел яркую тенденцию к прогрессированию за счет «припомина­ния и сопоставления» все новых фактов «неверности» жены

' Впервые бред ревности как интерпретативный хронический бред был описан французскими психиатрами Серье и Капгра в 1909 г

80 Часть П. Общая психопатология

Чувственный (образный) бред. Этот бред возникает при нару­шении преимущественно чувственного познания. В его структуре превалируют яркие образные представления в виде воображения, различных фантазии, вымыслов, грез.

В отличие от первичного бреда, который какое-то время мо­жет быть единственным психопатологическим образованием, чувственный бред сразу же возникает в сопровождении ряда иных расстройств в виде галлюцинаций, страха, тревоги, психомотор­ного возбуждения и т.д.

Чувственный образный бред чаще всего (также в отличие от длительно, хронически существующего первичного бреда) возни­кает остро, как какой-то этап развития болезни, что, однако, не исключает возможности его протрагированного варианта (Снеж-невский А.В.). Чувственный бред обычно нестоек, фабула его из­менчива, но в то же время яркая, образная. Нередки такие симп­томы (помимо очень типичных эмоциональных нарушений, глав­ным образом в виде тревожного напряжения, страхов или, наобо­рот, экстаза, восторга), как бредовое восприятие, бредовая ориенти­ровка, симптом инсценировки, симптом ложного узнавания, симп­том положительного и отрицательного двойника.

Эти расстройства, часто сопутствующие друг другу или пере­межающиеся, заключаются в том, что все окружающее имеет для больного какой-то особый, чаще угрожающий или даже злове­щий смысл (хотя иногда это может быть и что-то приятное), боль­ной не в больнице, а в тюрьме, театре, в какой-то другой стране; люди вокруг специально для больного что-то разыгрывают, пред­ставляют, «инсценируют»; больной «узнает» во враче подругу сво­ей матери, в одной из студенток — когда-то отвергнувшую его де­вушку и т.д. Чужие люди «подстраиваются» под родных и близких, например незнакомый больному человек воспринимается как «принявший облик» его деда {симптом положительного двойника), а родные и близкие кажутся чужими, но подстраивающимися под родных и знакомых, например пришедшую на свидание мать больной воспринимает как чужую женщину, лишь загримирован­ную под мать {симптом отрицательного двойника). Чувственный бред имеет различное по своей клинической фабуле содержание (бред преследования, бред особого смысла, особого значения, бред величия). Одним из проявлений чувственного бреда может быть фантастический бред.

Больная 19 лет, студентка. Заболела остро, психотическое состояние развилось в течение недели. Была растерянной, подавленной, тревожно озиралась по сторонам, имела двойную ориентировку, она в больнице и в то же время в театре, где идет представление. Говорила, что она стала «центром мировых событий», от нее зависит «все на свете», «звезды могут изменить свое расположение», «все из-за нее могут погибнуть» Временами вскакива-

Глава 7. Расстройства мышления 81

ла с кровати, принимала горделивую позу и восклицала: «Я — центр миро­вого кино», «Я — Аэлита 2-я». Затем снова становилась тревожной и беспо­койной, высказывала идеи отрицательного величия: «Я убийца всей циви­лизации», «Все мне намекают, что я убийца мировой цивили зации».

Близок к фантастическому бреду и экспансивный бред — еще одна разновидность чувственного бреда, это «как бы бесконечное фантазирование вслух» (Снежневскии А.В.).

Больной 34 лет, техник, высказывает идеи величия фашастического, экспансивного характера Входит и садится с горделивым видом, настро­ение повышенное Сообщает, что он сын «великого изобретателя» и сам «величайший из людей». Его мать — одна из самых и шестных в мире жен­щин Он обладатель несметных богатств, которые «и сосчитать трудно», у него «масса домов и вилл в различных городах и странах», он «разведчик самого отдаленного космоса», его мозг «может перестроить вселенную». Приходящим к нему для курации студентам каждый раз сообщал какие-то новые подробности своего величия, что он «1лавный резидент всех разве­док», «без участия его мысли не будет прогресса», он «обладатель бесчис­ленного числа наград» и т.д.

7.1.3.7. Основные бредовые синдромы

Паранойяльный синдром. Этот синдром характеризуется посте­пенным формированием систематизированного бреда, особенно на первых порах эмоционально насыщенного и до какой-то сте­пени правдоподобного, лишенного явных нелепостей. При этом бреде не бывает галлюцинаций (ни истинных, ни псевдогаллюци­наций). В ряде случаев рассматриваемый вид бреда может форми­роваться на основе сверхценной идеи. По содержанию это чаще всего бред изобретательства, ревности, физического недостатка, любовный, сутяжный. Как правило, он очень стоек.

Переводчик, долгие годы специализировавшийся в области техничес­ких переводов, с течением времени пришел к убеждению, что все это «ерунда», что «техника не будет совершенной до тех пор, пока не будет со­вершенной человеческая порода», и стал разрабатывать научную основу этого усовершенствования. Занимался этим несколько лет, настойчиво посещал ученых медиков и биологов, предлагая им «претворить его от­крытия в жизнь». Всюду ходил с толстой папкой, полной справок, выре­зок из газет и журналов, главным образом популярных Предлагал создать такой научно-исследовательский институт, «где бы все сотрудники вели эксперименты на себе» и «путем перекрестного скрещивания добивались получения наилучшего потомства» Признаков слабоумия не обнаружи­вал, с собеседниками был вежлив и корректен, но никаким разубеждени­ям не поддавался и был непоколебимо убежден в своей правоте Несогла­сие же с ним (в том числе и крупных ученых) объяснял тем, что «все это слишком ново» и «не всем дано смотреть далеко вперед», а в дальнейшем и тем, что «завистники ему мешают»).

Галлюцинаторно-параноидный синдром. Этот синдром включа­ет в себя бредовые идеи и галлюцинации. Одной из разновиднос­тей этого синдрома является синдром Кандинского—Клерамбо (син­дром психического автоматизма). Это галлюцинаторно-парано-

82 Часть II. Общая психопатология

идный синдром, состоящий из псевдогаллюцинаций, бредовых идей воздействия (психического, физического, гипнотического — разновидность бреда преследования) и явлений психического ав­томатизма Последние выражаются в чувстве неестественности, отчужденности, «сделанности» собственных движении, поступ­ков, собственною мышления «Я сам себе не принадлежу», «Я как автомат, управляемый со стороны», «Эта группа бандитов отни­мает лучами мои собственные мысли, а вместо них вкладывает в голову какую-то белиберду», «Вы думаете, это моя улыбка9 Нет, мне ее сделали, а мне совсем и не весело», «Моими ногами управ­ляют, я совсем не собирался идти в ту сторону»

Все симптомы, составляющие синдром Кандинского—Кле-рамбо, тесно между собой связаны, псевдогаллюцинации сопро­вождаются чувством сделанности, те связаны с бредом воздейст­вия, с ним же связаны и явления психического автоматизма, а также такие входящие в состав синдрома нарушения, как «чувст­во овладения» (больным «овладели», он «не принадлежит себе») и так называемый синдром внутренней открытости Последний, обычно очень тягостный для больных, заключается в убеждении, что все помыслы человека, в том числе и самые интимные, сейчас же становятся известны всем окружающим Нередки и такие симптомы, как «эхо мыслей», «громкое звучание мыслей» (как только человек о чем-либо подумает, тут же слышит звучание этих мыслей и уверен, что все окружающие это обязательно слышат)

Больной сообщает, что вот уже несколько лет он находится под посто­янным воздействием каких-то аппаратов, направляющих на него «лучи атомной энергии» Полагает, что это воздействие исходит от каких-то уче­ных, ставящих эксперимент «Они выбрали меня, потому что у меня всегда было богатырское здоровье» «Экспериментаторы отнимают его мысли», «показывают ему какие-то образцы», которые он видит внутри головы, в голове же «звучит голос — тоже их работа» Внезапно во время беседы боль­ной начинает гримасничать, кривить рот, подергивать щекой На вопрос, зачем он это делает, отвечает «Это вовсе не я, это они лучами жгут, направ­ляют их на разные органы и ткани» «Вот вначале подействовали на muscu-lus orbilans ons, а вот уже и лицевой нерв прожгли» (Больной по специаль­ности врач и до заболевания был хирургом, затем преподавателем анато­мии ) Жаловался также что «эти ученые изуверы» воздействуют и на его внутренние органы — «прижигают гениталии», «мочу задерживают», «на проводящую систему сердца воздействуют», «в голове жар вызывают»

Выделяют две разновидности синдрома Кандинского—Кле-рамбо 1) с преобладанием псевдогаллюцинаторных расстройств (превалирование патологии образных чувственных представле­ний), 2) с преобладанием бреда воздействия (превалирование па­тологии сферы мышления)

Синдром Кандинского—Клерамбо наиболее характерен для шизофрении, хотя может иметь психогенную или экзогенно-орга-

Глава 7 Расстройства мышления 83

ническую природу В таких случаях он чаше всего фрагментарен, менее стоек, синдромально незавершен

Парафренный (парафренический) синдром. Этот синдром состо­ит из систематизированного бреда преследования и величия (обычно фантастического характера), а также явлении психичес­кого автоматизма и псевдогаллюцинации Нередко сочетается с повышенным настроением

Больная, мною лет высказывающая бредовые идеи физического воз­действия (существует специальная организация, которая какими-го сверхмощными аппаратами воздеиывуе! па нее, на ее психику, отдает ей мысленные приказы, жжет ее гсло), стала говорить, что у нее с «этой ор-1анизациеи установилась двусюронняя связь» Заявляла, что она теперь тоже может воздействовать на окружающих, «передавать им свои мысли, сплошь такие гениальные» Уверяла, что «этими передачами» способе жу­ет мировому прогрессу, влияет на ход истории, помогает жорить художни­кам и композиторам, что ее мысли приводят в действие «особые секрет­ные аппараты, трансформирующие солнечную энергию» Настроение приподнятое, благодушна, хотя иногда, главным образом при виде родст­венников, становится злобной

Синдром Котара. Этот синдром чаще всего состоит из сочета­ния тяжелой депрессии и бреда отрицания [см 7 2 3 3 (ипохонд­рический бред)] Однако в состав этого синдрома могут входить и такие бредовые идеи, как бред гибели мира, бред мучительного бес­смертия и бред отрицательного величия (бред злого могущества) Бред мучительного бессмертия заключается в убежденности, что больной никогда не умрет, вечно будет жить и вечно мучиться Бред отрицательного величия, или злого могущества, характери­зуется стойкой убежденностью, что уже само существование больного приносит всем окружающим, а то и всему миру, огром­ный вред, непоправимый ущерб Например, больной упорно от­казывается от еды, ибо «я и так уже объел весь мир, скоро все лю­ди с голоду погибнут», дру1ая больная уверяет, что ее дыхание «зловонное и мерзкое» и может погубить на земле все живое

Больная 60 лет, очень депрессивная, упорно отказывается от еды, объ­ясняя это тем, что «пищеварительного тракта уже нет», «он полностью сгнил», «пища может попасть только в легкие», «мышцы тоже все высох­ли» «На веки вечные останусь таким живым трупом», «буду только му­читься», «постоянно думаю, как было бы справедливо, если бы я умерла, да ведь смерть меня не возьмет» Умоляет врачей помочь ей в этом, дого­вориться, чтобы «сожгли в атомном реакторе, может быть, хотя бы эта си­ла меня убьет а то ведь так и буду вечно гнить заживо»

Синдром дисморфомании — дисморфофобии. Этот синдром ха­рактеризуется обычно триадой (Коркина MB), состоящий 1) из идей физического недостатка («ноги такие уродливые», «нос, как у Буратино», «уши, как лопухи» и тд ), 2) бреда отношения («все смотрят и смеются», «кому приятно смотреть на урода», «люди на

Часть II. Общая психопатология

улице пальцем показывают»), 3) пониженного настроения, ино­гда вплоть до тяжелой депрессии с мыслями о самоубийстве

Сама идея физического недостатка чаще всего является бре­дом паранойяльного типа (когда мысли об уродстве касаются со­вершенно правильной части лица или тела), реже — сверхценной идеей (в этом случае небольшой дефект, например несколько ис­кривленные ноги, воспринимается как «потрясающее уродство», «позор») Больным с идеями физического недостатка чрезвычай­но свойственно стремление к «исправлению», «коррекции» тем или иным путем своего мнимого или резко переоцениваемого физического недостатка Особенно активно они посещают хирур­гов, добиваясь непоказанной им косметической операции

Значительно реже мысли о том или ином физическом дефекте носят характер навязчивых образований Поэтому более право­мерно в большинстве наблюдении говорить не о дисморфофобии (от греч dys — приставка, означающая расстройство + morphe — форма) — навязчивом страхе по поводу неправильной формы той или иной части тела (хотя такие наблюдения тоже имеются), а о дисморфомании (от греч mania — безумие, страсть, влечение)

Больной 20 лет твердо убежден, что у него «ужасно уродливый нос», имея в виду маленькую горбинку Убежден, что стоит ему где-нибудь по­явиться, как все тотчас начинают его разглядывать и смеяться над ним Поэтому выходит из дома только в темноте, да и то старается ходить по темным безлюдным улицам Если же возникает крайняя необходимость выйти днем, то заклеивает нос пластырем или вызывает сильный ею отек, сажая на область переносицы пчел В 1аком виде чувствует себя более спо­койно и может даже появляться в общественных местах «Хотя нос и раз­дулся зато все видят, что это просто отек от укуса пчелы, а уродства не видно» Очень подавлен, плачет, думает о самоубийстве Многократно об­ращался к хирургам-косметологам с просьбой «убрать это безобразие», «освободить от уродства» В действительности же, по определению косме­тологов, у больного очень правтьное красивое лицо, в том числе и нос)

Бредовые синдромы не являются чем-то постоянным и неиз­менным, одна их форма может переходить в другую Так, в част­ности, паранойяльный синдром может сменяться синдромом Кандинского—Клерамбо, а тот в свою очередь парафренным, что нередко и бывает при параноидной шизофрении

Школьник 16 лет до этого живой и общительный, стал все чаще уеди­няться, избегая прежде всего общественных мест Нередко, особенно если полагал что за ним никто не наблюдает рассматривал свое лицо в зерка­ле Часто плакал Рассказывал близким, что его подавленное состояние связано с «ужасным уродством нижней челюсти», «непомерно большой и широкой» Упрашивал хирургов сделать ему косметическую операцию, никак не реагировал на их заверения, что челюсть у него самая обычная, что абсочютно никаких дефектов в ее строении нет Через несколько лет «стал замечать, что между ним и окружающими существует какая-то мыс­ленная связь», что у него «особая работа мозга», «способность к передаче мыслей на расстоянии» Уверял, что эта передача «может осуществляться непосредственно через череп» либо «через сетчатку в мозг, так эконом­нее» Это «воздействие извне» способно не только передавать мысли, но и оказывать различные другие действия например вызывать покраснение

Гчава 7 Расстройства мышления 85

1 1аз, их «просветление», слезотечение и тд Кроме тою этой «передачей» можно «наводить прямо в голову различные зрительные образы», «видно в голове, как в туманном зеркале» О челюсти к этому времени почти не вспоминал и бредовых идеи отношения в _>го время также не высказывал (трансформация паранойяльного синдрома в синдром Кандинско­го—Клерамбо) Спустя еще несколько лет можно было наблюдать транс­формацию и синдрома Кандинского—Клерамбо он постепенно сменился парафренным синдромом В этот период больной уверял, что «мыслен­ную связь он установил и с другими планетами слышит голоса и звуки с других планег из других миров» Требовал связать его с учеными-физика­ми, так как он «открыл величайший закон», «такого еще никогда ни с кем не было», он обладает «особым магнетизмом», «может вырабом1ь cucie-му улучшения жизни во всей Вселенной» (фантам ическии бред величия)

7.1.4. Навязчивые состояния

Навязчивые состояния (обсессии) — это такого рода пережива­ния, когда у человека помимо его воли возникают («навязываются») какие-то мысли, страхи, влечения, сомнения, действия Несмогря на критическое отношение к подобным явлениям, избавиться от них человек не может Навязчивые состояния (навязчивости) не обяза-1ельно симптом болезни, они могут встречаться и у здоровых людей

Выделяют отвлеченные навязчивости и образные, сопровожда­ющиеся эмоциональными переживаниями тревогой, страхом, эмоциональным напряжением

Отвлеченные навязчивости: навязчивые мысли (умственная жвачка), навязчивый счет, навязчивые воспоминания ненужных событий, деталей, навязчивые действия

Навязчивые мысли (навязчивые идеи) заключаются в появлении совершенно ненужных мыслей (умственная жвачка, мысли-пара-$иты), например о том, почему у человека две ноги, а у лошади че-ibipe, почему у людей носы разной формы, что было бы, если бы солнце взошло на западе, а не на востоке Понимая всю нелепость [аких мыслей, относясь к ним с полной критикой, человек тем не менее избавиться от них не в силах

Навязчивый счет заключается в непреодолимом стремлении считать все, что попадается на пути окна в домах, перекладины в заборе, пуговицы на пальто соседа, шаги на том или ином рассто­янии Подобные навязчивости могут также выражаться и в стрем-1ении к более сложным действиям, например в сложении цифр, составляющих номер того или иного телефона, в умножении от­дельных цифр номеров машин, в подсчитывании общего числа всех букв на странице книги

Навязчивые действия характеризуются непроизвольным вы­полнением движений, чаще всего совершаемых автоматически человек во время разговора крутит в руках кусок бумаги, ломает спички, чертит карандашом фигуры, накручивает на палец прядь волос, без всякого смысла переставляет предметы на столе, во время чтения грызет ногти, дергает себя за ухо Сюда же относят­ся и такие действия и движения, как шмыгание носом, прищел­кивание пальцами, покусывание губ, постоянное одергивание пиджака, непроизвольное потирание рук и др В отличие от мае-

86 Часть II. Общая психопатология

сы других навязчивостей эти движения и действия совершаются автоматически, выполнение их не сопровождается никакими не­приятными чувствами, их просто не замечают. Более того, чело­век усилием воли может их задержать, помня о них, может их не совершать, но стоит ему чем-то отвлечься, как он снова начинает непроизвольно крутить в руках карандаш, перебирать лежащие перед ним на столе предметы.

Образные навязчивости: различные фобии, овладевающие представления, навязчивые сомнения, контрастные мысли.

Навязчивые сомнения, сопровождаемые обычно неприятным, тягостным чувством, выражаются в постоянных сомнениях по по­воду того, правильно ли человек сделал то или иное дело, закончил ли его. Так, врач, выписавший больному рецепт, потом бесконеч­но сомневается, не сделал ли он ошибки в дозе; машинистка мно­го раз перечитывает напечатанный текст и, не находя ошибки, тем не менее вновь испытывает сомнения; преподаватель литературы постоянно сомневается, правильно ли он назвал ученикам имена литературных героев, не стал ли он из-за ошибки посмешищем всего класса. Наиболее частый вид данного рода навязчивости — мучительные сомнения: выключил ли человек перед уходом газ, погасил ли свет, запер ли дверь. Нередко страдающий такими на­вязчивыми сомнениями по несколько раз возвращается домой, чтобы проверить, допустим, закрыл ли он дверь, но стоит ему отойти, как он вновь начинает беспокоиться, завершил ли он это действие, не забыл ли повернуть ключ, вынуть его из замка.

Навязчивые воспоминания характеризуются непроизвольным появлением ярких воспоминаний обычно чего-то очень для чело­века неприятного, юго, что он хотел бы забыть: например, навяз­чиво вспоминается какой-то тягостный для больного разговор, все детали смешного положения, в которое он когда-то попал, об­становка экзамена, на котором он с позором провалился, где ему было так стыдно.

Навязчивые страхи — фобии^ (от греч. phobos — страх). Очень му­чительны переживания страха, вызываемого самыми различными предметами и явлениями: боязнь высоты, широких площадей или, наоборот, узких улиц, страх совершить что-то неприличное, пре­ступное или недозволенное (например, страх убить своего единст­венного, горячо любимого ребенка, страх не удержать в обществен­ном месте кишечные газы, страх громко кричать в обстановке тор­жественной тишины, во время концерта), страх быть пораженным молнией, утонуть, попасть под машину, страх перед подземными переходами, перед спуском по эскалатору метро, страх покраснеть в общественном месте, особенно во время щекотливого разговора, когда все могут подумать, что у больного «не совсем чистая со­весть», страх загрязнения, страх перед острыми, колющими и ре-

1 Фобии, так же как и навязчивые влечения, нельзя отнести целиком к рас­стройствам мышления При фобиях наряду с навязчивой мыслью присутству­ет такое выраженное эмоциональное расстройство, как страх

Глава 7. Расстройства мышления 87

жущими предметами. Особую группу составляют нозофобии — на­вязчивые страхи заболеть тем или иным заболеванием (кардиофо­бия, сифилофобия, канцерофобия) или даже умереть от этой бо­лезни либо от каких-то других причин (страх смерти — танатофо-бия; от греч. thanatos —смерть) Нередко встречаются фобофобии: человек, тяжело переживавший приступ навязчивого страха, потом испытывает уже страх самою cipaxa (нового приступа).

Возникновение навязчивых страхов обычно сопровождается появлением выраженной вегетативной реакции в виде резкого побледнения или покраснения, потливости, сердцебиения, уча­щенного дыхания. Характерно, что обычно вполне критическое отношение к своему состоянию, понимание несостоятельности, необоснованности навязчивых страхов в момент приступа по­следних исчезает, и тогда человек действительно уверен, что «не­медленно умрет от инфаркта», «скончается от кровоизлияния в мозг», «погибнет от заражения крови».

Агорафобия (страх О1крьпых пространств). Последние годы этот термин употребляется широко и включает не юлько с ipax открытых пространств, но и близких к нему ситуации, таких, как пребывание в транспорте, в толпе, в закрытых помещениях, т.е. в ситуациях, когда невозможно сразу вернуться в безопасное место (обычно до­мой). Этот страх, кроме того, включает, различные ситуации выхо­дить из дома, оказаться в толпе, езди1ь в городском транспорте, по­езде, летать самолсюм без сопровождающих, а в ряде случаев и с ними. Страх в эгих случаях заключается в юм, что, например, при возникновении сердечного приступа они окажутся без помощи и могут умереть. Особый страх вызывают закрытые двери в поезде, метро из-за невозможности в нужный момент выйти из ват она и по­лучить помощь. Часю одна мысль, что MOiyi оказаться в такой си­туации, вызывает страх и вегетативные раесфоиетва.

Часто возникновению агорафобии предшествуют панические ата­ки. Это возникающий внезапно приступ страха, сопровождающийся выраженными вегетативными расстройствами" сердцебиением, за­трудненным дыханием, головокружением, неприятными ощущения­ми в области сердца, слабостью в ногах и др. Как правило, панические атаки возникают или в связи с непосредственной травмирующей си­туацией, или на фоне длительной неразрешимой ситуации.

Навязчивые влечения (навязчивые желания) выражаются в появ­лении неприятных для человека желании (плюнуть в затылок впе­реди сидящего человека, дернуть за нос встречного, выскочить из машины на самой большой скорости), всю нелепость и болезнен­ность которых человек понимает. Особенность подобных влече­ний в том, что они обычно не переходят в действие, но для чело­века очень неприятны и мучительны.

Очень мучительны для больных и контрастные навязчивости, выражающиеся в хульных, кощунственных навязчивых мыслях, чувствах и страхах, оскорбляющих морально-этическую, нравст­венную сущность человека. У подростка, очень любящего свою

Часть II. Общая психопатология

мать, навязчиво возникают мысли и представления о ее физичес­кой нечистоплотности и возможном развратном поведении, хотя он твердо знает, что этого нет; у очень верующего человека появ­ляются страхи, что он во время богослужения «сделает какую-ни­будь непристойность»; у матери при виде острых предметов воз­никают навязчивые представления, как она втыкает их в горло своего единственного ребенка и т.д.

Подобно навязчивым желаниям, влечениям и т.д., контраст­ные навязчивости также никогда не реализуются.

Социальные фобии — страх испытывать внимание со стороны окружающих. Они могут быть избирательными: страх еды на лю­дях, публичных выступлении, общений с противоположным по­лом — и диффузными, включающими все социальные ситуации вне семейного круга.

Социальные фобии проявляются жалобами на страх покраснения лица, тремора рук, тошноты, позыва на мочеиспускание. Характерно избегание ситуаций, которые могут вызвать социальные фобии.

У больных фобиями часто формируются защитные действия по механизму «прямой защиты»: избегание «опасной» ситуации, отвле­чение внимания, поездки или выходы из дома с сопровождающи­ми, профилактический прием лекарств, сердечных или успокаива­ющих. Методы «символической защиты» выражаются в совершении действий, имеющих символическое значение, например: больной раскладывает определенным образом вещи, чтобы не случилось бе­ды, перешагивает через трещины на асфальте, пропускает номера страниц, не произносит определенные слова, цифры и т.д.

Обсессивно-компульсивныерасстройства. Основной особенно­стью этих расстройств являются обсессивные мысли и компуль­сивные действия.

Компульсивные действия или ритуалы представляют собой та­кие поступки и действия, выполнение которых направлено на пре­дотвращение событий, опасных для больных или их близких. Боль­ной, как правило, понимает бессмысленность действий, но повто­ряет их вновь и вновь. Так, больной для того, чтобы с ним и с его близкими не случилось несчастье, в определенном порядке одева­ется, перед выходом из квартиры несколько раз стучит по стене, за­тем по двери, много раз вставляет и вынимает ключ. При сопротив­лении компульсивным действиям у больных возникает чувство тревоги, вегетативные расстройства, психическое напряжение.

Эти ритуальные движения или действия (подчас очень слож­ные и длительные) выполняются больными для защиты от ожида­емого несчастья или успокоения и при навязчивых сомнениях. Например, больная с навязчивым страхом загрязнения так часто моет руки, что в день расходует по куску мыла. Во время каждого мытья она намыливает руки не менее десяти раз, считая при этом вслух; если же почему-либо собьется со счета или ее отвлекут, то она тут же должна это число намыливаний утроить, затем вновь и вновь утроить и т.д. Больной с навязчивым страхом пожара время

Глава 7. Расстройства мышления 89

от времени поворачивается трижды вокруг своей оси, испытывая после этого на какой-то период успокоение. Девочка с навязчи­вым страхом подавиться перед каждым приемом пищи ставит та­релку себе на голову. Женщина, склонная к навязчивым сомнени­ям, закрыла ли она входную дверь, обязательно подергает за руч­ку 12 раз, напевая про себя один и тот же мотив.

Больная 40 лет обратилась с жалобами на наличие разнообразных на-нязчивых явлений. Впервые стала испытывать навязчивый страх с 13 лет, когда, выходя из кинозала, почувствовала острый позыв на мочеиспуска-ние.С этого дня возник страх не удержать мочу в общественном месте,осо­бенно при большом скоплении людей. В остальном чувствовала себя здоро-нои, успешно окончила школу, поступила на рабогу В 19-летнем возрасте (на фоне переутомления и длительною недосыпания) возник мучительный с прах сойти с ума (этому способствовал рассказ подруш о заболевании ее дяди), а несколько позднее присоединился страх заболеть ранним склеро-юм и гипертонической болезнью и умереть от этого. С трудом работала, плохо спала ночью, читала массу медицинской литературы Лечилась, со-иояние улучшилось, однако после разрыва с женихом вновь с еще большей силой стали беспокоить навязчивые страхи и особенно сильно — страх за-Гюлеть ранним склерозом и гипертонической болезнью и умереть от этого Очень ярко представляла себе сцену своей смерти и похорон.

Больная понимала нелепость своих страхов, но избавиться от них не могла. Некоторое успокоение чувствовала после совершения следующих ритуальных действии снимала с себя одежду и, покрутив каждую вещь 3 раза, бросала ее на пол, но так, чтобы одна вещь лежала не менее чем на метровом расстоянии от другой, «а еще лучше, чтоб чулок летел в один ко­нец комнаты, кофточка — в другой, а туфли — на балкон» Состояние осо-(>енно ухудшилось после присоединения навязчивого страха перед остры­ми и режущими предметами, который постепенно стал «самым главным, (амым ужасным», в то время как прежние фобии уже почти не беспокои-ни. Кроме того, возникли очень мучительные навязчивые влечения выко-поть себе глаза, затянуться полотенцем, разрезать кожу щеки

В отличие от бреда навязчивости могут быть и у здоровых лю-1ей (многим хорошо известна навязчивость какого-то мотива, ка­кой-то мелодии).

Способствуют возникновению навязчивостси у здоровых лю­дей недосыпание, переутомление, астенизация.

7.1.5. Сравнительно-возрастные особенности бредовых идей и навязчивых состояний

У детей в связи с неразвитостью второй сигнальной системы бредовые идеи возникают очень редко. Им более свойственно па-юлогическое фантазирование, отличающееся от обычной дет­ской склонности к фантазиям определенной нелепостью, несвя-!(1нностью с конкретной реальной обстановкой.

Бред у детей может возникнуть на фоне помраченного созна­ния, преимущественно делириозного, и связан тематически с яр­кими иллюзиями и галлюцинациями, нестоек, фрагментарен, обычно исчезает с прояснением сознания.

90 Часть II. Общая психопатология

Для детей младшего подросткового возраста характерен бред чужих родителей (Г.Е.Сухарева), когда собственные родители вос­принимаются как чужие люди, не любящие ребенка, тяготящиеся им, а настоящие родители либо неизвестно где, либо реальные высокопоставленные лица.

У подростков может быть уже вполне сформированная бредо­вая система, например, бред физического недостатка, бред отно­шения (см. синдром дисморфомании).

В целом, притом что ряд бредовых идеи, например бред пре­следования, может быть в любом возрасте, существует определен­ная возрастная предпочтительность, где влияние возрастного фактора выражено весьма значительно.

Кроме подросткового возраста, бред физического недостатка характерен и для юношеского периода (нередко подростковый и юношеский возраст в целом определяют как адолесцентныи).

Для среднего возраста жизни человека предпочтителен бред ревности, любовный бред, бред преследования в структуре синд­рома Кандинского—Клерамбо.

В пресенильном возрасте гораздо легче, чем в ином, возника­ют бред самообвинения, обвинения, нигилистический бред, бред мучительного бессмертия, бред гибели мира, бред отрицательно­го величия или злого могущества (в составе синдрома Котара).

Для сенильного возраста характерен бред материального ущерба.

Навязчивые состояния у детей ранее всего проявляются в дви­гательной сфере в виде сосания большого пальца (в течение пер­вого года жизни это явление нормальное), разного рода тиков, онихофагии (от греч. onychos — ноготь) — навязчивого стремле­ния грызть ногти (обычно после 5 лет), трихотилломании (от греч. tnchos — волос) — навязчивого стремления выдергивать волосы (подчас вплоть до образования значительных плешин) с возмож­ным последовательным их заглатыванием.

В раннем детском возрасте нередко возникают страхи, осо­бенно темноты и одиночества, в более старшем возрасте — страх заражения какой-либо болезнью, пожара, тех или иных животных или насекомых, страх потерять родителей. Такого рода страхи не­редко возникают после напугавшего ребенка реального события, страшных рассказов, просмотра фильма с соответствующим сю­жетом. Навязчивые мысли (идеаторные навязчивости) возникают обычно только с подросткового возраста.

Глава 8. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ РАССТРОЙСТВА

8.1. Определение

Эмоции (от лат. emoveo, emotum - возбуждать, волновать) — ре­акции в виде субъективно окрашенных переживаний индивида, от­ражающих значимость для него воздействующего раздражителя или результата собственного действия (удовольствие, неудовольствие).

П.К Анохин писал, что эмоции — это физиологические состо­яния организма, имеющие ярко выраженную субъективную окра­ску и охватывающие все виды чувствований и переживаний чело­века — от глубоко травмирующих страдании до высоких форм ра­дости и социального жизнеощущения.

Отношение человека к происходящим событиям и удовлетво­рению своих пофебностей выражается в чувствах (эмоциях). Вы­деляют эмоции эпикритические\ корковые, присущие только чело­веку, филогенетически более молодые (к ним относятся эстетичес­кие, этические, нравственные) и протопатические эмоции, подкор­ковые, таламические, филогенетически более древние, элементар­ные (удовлетворение чувства голода, жажды, полового чувства).

Существуют положительные эмоции, которые возникают при удовлетворении потребностей, — это переживание радости, во­одушевления, удовлетворения и отрицательные эмоции, при кото­рых переживается затруднение в достижении цели, огорчение, ipeeora, раздражение, гнев.

Кроме того, были выделены (Кант Э.) стенические эмоции, на­правленные на активную деятельность, борьбу, способствующие мобилизации сил для достижения цели, и астенические, обуслов­ливающие пониженную активность, неуверенность, сомнения, бездеятельность.

Эмоции являются наиболее древними психическими функци­ями человека. Многие эмоциональные реакции, особенно ин­стинктивные, человек получил от животных. У животных эмоци­ональные реакции возникали в связи с различными ситуациями, вызывающими реакцию страха или гнева. Если реакции эти были связаны с угрозой для жизни животного, то возникала необходи­мость вступать в борьбу или спасаться бегством. Так как, пережи­вая страх, животное готовилось к действию, то в процессе эволю­ции закрепились наиболее целесообразные вегетативные реак­ции, которые и обеспечивали эту деятельность.

Во время переживания страха обычно происходит перерас­пределение крови в организме, расширение сосудов в мышцах, сердце, легких, мозге и сужение их в коже и брюшной полости. 'Это обеспечивает успешное спасение бегством или меньшую кровопотерю в случае борьбы. До вступления в борьбу или до бегства

92 Часть II. Общая психопатология

животное пытается еще отпугнуть врага: оно принимает устраша­ющие позы, выгибает спину, поднимает хвост, оскаливает зубы. В это время наблюдается пиломоторная реакция: шерсть поднима­ется дыбом, в результате чего животное увеличивается в размерах. Под влиянием эмоции страха у животного повышается содержа­ние сахара в крови, возрастает вязкость крови. Все эти реакции являются защитными, выработавшимися в процессе эволюции.

У человека эти вегетативные реакции, несмотря на то, что они утратили целесообразность, сохраняются, хотя многие из них ста­ли рудиментарными. Так, при переживании страха у человека на­блюдается бледность кожных покровов, тело покрывается «гуси­ной кожей» — это и есть рудимент пиломоторной реакции.

В вегетативных реакциях при различных эмоциональных со­стояниях может преобладать тонус то симпатического, то пара­симпатического отдела вегетативной нервной системы.

Эмоции сопровождаются не только вегетативными реакция­ми, но и выразительными движениями, близкими к таковым у животных. Так, при попадании в пасть собаки чего-либо несъе­добного можно наблюдать мимическую реакцию, подобную той, какая возникает у человека, когда он принял горькое лекарство или когда ему сообщили о неблаговидном поступке и у него воз­никло чувство досады.

Выразительные движения могут быть адекватны переживаемой эмоции, человек может их подавить усилием воли. В ряде случаев мимика и выразительные движения не соответствуют переживаемой эмоции, например при огорчении у человека возникает улыбка.

Под аффектом принято понимать кратковременное сильное ду­шевное волнение, которое сопровождается не только эмоциональ­ной реакцией, но и возбуждением всей психической деятельности.

Выделяют физиологический аффект, например гнева или радо­сти, не сопровождающийся помрачением сознания, автоматизма­ми и амнезией. Астенический аффект — быстро истощающийся аффект, сопровождающийся угнетенным настроением, снижени­ем психической активности, самочувствия и жизненного тонуса.

Стенический аффект характеризуется повышенным самочувст­вием, психической активностью, ощущением собственной силы.

Патологический аффект — кратковременное психическое расст­ройство, возникающее в ответ на интенсивную, внезапную психи­ческую травму и выражающееся в концентрации сознания на трав­мирующих переживаниях с последующим аффективным разрядом, за которым следуют общая расслабленность, безразличие и часто глубокий сон; характеризуется частичной или полной амнезией.

В ряде случаев патологическому аффекту предшествует дли­тельная психотравмирующая ситуация и сам патологический аф­фект возникает как реакция на какую-то «последнюю каплю».

Глава 8. Эмоциональные расстройства 93

Под настроением понимают более или менее продолжитель­ное эмоциональное состояние.

Филогенез чувств (по Рибо) характеризуется следующими эта­пами:

1-й этап — протоплазматический (досознагельный), на этом этапе чувства выражаются в изменениях раздражимости тканей;

2-й этап — потребностей; в этот период появляются первые признаки переживания удовольствия — неудовольствия;

3-й этап — так называемых примитивных эмоций; к ним отно­сятся эмоции органического характера; боль, гнев, половое чувство;

4-й этап — абстрактные эмоции (моральные, интеллектуальные, этические, эстетические).

8.2. Онтогенез эмоций

В онтогенезе эмоций выделяют 4 этапа. Первый этап (у ново­рожденных) характеризуется преобладанием инстинктов и преж­де всего инстинкта самосохранения (включая пищевой).

Второй этап - этап органического чувствования. Основой его является переработка информации от экстеро- и интерорецепторови возникновение нестойких образных представлений о дейст­вительности с переживаниями ребенка: удовлетворения — не­удовлетворения, приятного — неприятного и т.д. Из этих чувств формируется отношение ребенка к близким.

Третий этап — развитие эпикригических эмоций с 3—4 до 12—14 лет. Связь развивающихся эмоций с органическими по­требностями преобладает еще продолжительное время, и с 10—12 лет эмоции приобретают самостоятельное психическое выраже­ние. Продолжается совершенствование эпикригических эмоций, в эмоциональных реакциях начинает преобладать корковая кор­рекция органических потребностей и влечений.

Четвертый этап — формирование высших человеческих эмо­ций, полное развитие которых достигается к 20—22 годам. К это­му периоду чувства становятся подвластны рассудку, иными сло­вами, корригируются интеллектуальной деятельностью. В этот период становится возможным подавление внешних проявлений эмоций, мимических реакций и выразительных движений.

8.3. Симптомы эмоциональных нарушений

8.3.1. Нарушения эмоционального реагирования

Эмоциональное реагирование — острые эмоциональные реакции, возникающие в ответ на различные ситуации. В отличие от измене­ний настроения эмоциональные формы реагирования кратковре-менны и не всегда соответствуют основному фону настроения.

Эмоциональные нарушения характеризуются неадекватнос­тью эмоционального реагирования на внешние события. Эмоци-

94 Часть II. Общая психопатология

ональные реакции могуг быть неадекватны по силе и степени вы­раженности, длительности и значимости вызвавшей их ситуации.

Эксплозивность — повышенная эмоциональная возбудимость, склонность к бурным проявлениям аффекта, неадекватная по си­ле реакция. Реакция гнева с агрессией может возникнуть по не­значительному поводу.

Эмоциональное застревание — состояние, при котором возник­шая аффективная реакция фиксируется на длительное время и оказывает влияние на мысли и поведение. Пережитая обида «заст­ревает» надолго у злопамятного человека Человек, усвоивший оп­ределенные догмы, эмоционально для него значимые, не может принять новые установки, несмотря на изменившуюся ситуацию.

Амбивалентность — возникновение одновременно противопо­ложных чувств по отношению к одному и тому же человеку

Чувство потери чувств — утрата способности реагировать на происходящие события, мучительное бесчувствие, например при психогенном «эмоциональном параличе»

8.3.2. Симптомы расстройств настроения

Под настроением понимается преобладающее на определен­ный период эмоциональное состояние, оказывающее влияние на всю психическую деятельность.

Расстройства настроения характеризуются двумя вариантами: симптомами с усилением и ослаблением эмоциональности. К расстройствам с усилением эмоциональности относятся гиперти-мия, эйфория, гипотимия, дисфория, тревога, эмоциональная слабость.

Гипертимия — повышенное веселое, радостное настроение, сопровождающееся приливом бодрости, хорошим, даже прекрас­ным физическим самочувствием, легкостью в решении всех во­просов, переоценкой собственных возможностей.

Эйфория — благодушное, беспечное, беззаботное настроение, переживание полного удовлетворения своим состоянием, недо­статочная оценка происходящих событий.

Гипотимия — сниженное настроение, переживание подавлен­ности, тоскливости, безысходности. Внимание фиксировано только на отрицательных событиях, настоящее, прошлое и буду­щее воспринимаются в мрачных тонах.

Дисфория — злобно-тоскливое настроение с переживанием не­довольства собой и окружающими. Часто сопровождается выра­женными аффективными реакциями гневливости, ярости с аг­рессией, отчаяния с суицидальными тенденциями.

Тревога — переживание внутреннего беспокойства, ожидание не­приятности, беды, катастрофы. Чувство тревоги может сопровож­даться двигательным беспокойством, вегетативными реакциями.

Глава 8. Эмоциональные расстройства 95

Тревога может перерасти в панику, при которой больные мечутся, не находят себе места или застывают в ужасе, ожидая катастрофу

Эмоциональная слабость — лабильность, неустойчивость наст­роения, изменение его под влиянием незначительных событий. У больных легко могут возникать состояния умиления, сентимен­тальности с появлением слезливости (слабодушие). Например, при виде шагающих пионеров человек не может удержать слезы умиления.

Болезненное психическое бесчувствие (anaesthesia psychica dolorosa). Больные мучительно переживают у грату всех человече­ских чувств — любви к близким, сострадания, юря, тоски. Они го­ворят, чго стали «как дерево, как камень», страдают от этого, уве­ряют, чго тоска легче, гак как в ней человеческие переживания

Все перечисленные симптомы свидетельствуют об усилении эмоционального состояния независимо от тою, каковы зги эмо­ции — положительные или отрицательные.

К нарушениям naciроения со снижением эмоциональности относятся такие состояния, как апатия, эмоциональная монотон­ность, эмоциональное огрубение, эмоциональная тупость.

Апатия (от |реч apatia — бесчувавенность; синонимы: анор-мия, ашинормия, болезненное безразличие) — расстройство эмо-ционалыю-волевои сферы, проявляющееся безразличием к себе, окружающим лицам и собьииям, orcyiciBHCM желании, побужде­нии и полной бездеятельностью Больные в 1аком сосюянии не проявляют никаких ишересов, не высказываю! никаких жела­ний, не интересуются окружающими, часто не знают, как зовут соседей по najiaie, лечащею врача — не из-за нарушении памяти, а из-за безразличия. На свиданиях с близкими молча забирают подарки и уходят

Эмоциональная монотонность — эмоциональная холодность. У больною наблюдается ровное, холодное отношение ко всем со­бытиям независимо от их эмоциональной значимости

Эмоциональное огрубение. Оно проявляется в утрате наиболее тонких дифференцированных эмоциональных реакций: исчезает деликатность, сопереживание, появляется расторможенность, на­зойливость, бесцеремонность Такие состояния могут наблюдаться при алкоголизме, при атеросклеротических изменениях личности.

Эмоциональная, или аффективная, тупость — расстройство, ха­рактеризующееся слабостью эмоциональных реакции и контактов, оскудением чувств, эмоциональной холодностью, переходящее в полное равнодушие и безучастность Такие больные равнодушны и холодны к близким людям, их не трогает болезнь или смерть роди­телей, иногда сохраняются грубоэгоистические интересы

Нарушения настроения и эмоционального реагирования мо­гут сопровождаться изменениями мимики и выразительных дви-

96 Часть II. Общая психопатология

жений, которые могут быть неадекватными по силе и выраженно­сти эмоциональному состоянию или не соответствовать пережи­ваемым эмоциям.

Гипермимия — расстройство, сопровождающееся живой, быст­ро меняющейся мимикой, отражающей картину быстро появляю­щихся и исчезающих аффектов. Проявление мимических реак­ций часто утрировано, чрезмерно бурно и ярко. Выразительные действия усилены, ускорены, быстро меняются, достигая в ряде случаев маниакального возбуждения.

Лмимия, гипомимия — ослабление, обеднение мимики, однооб­разная застывшая мимика горя, отчаяния, характерная для де­прессивных состояний. На лице застывшее скорбное выражение, губы плотно сжаты, углы рта опущены, брови сдвинуты, между ними залегают складки. Характерна складка Верагута: кожная складка верхнего века на границе внутренней трети оттянута квер­ху и назад, в связи с чем дуга превращается в этом месте в угол.

Выразительные движения ослаблены, замедлены, смазаны. Иногда двигательная активность полностью утрачивается, боль­ные становятся обездвиженными, но мимика сохраняется скорб­ная. Это картина депрессивного ступора.

Парамимия — неадекватность мимики и выразительных дейст­вий ситуации. В одних случаях это выражается в появлении улыб­ки на похоронах, слез и гримас, плача при торжественных и при­ятных событиях. В других случаях мимические реакции не соот­ветствуют каким-либо переживаниям — это различные гримасы. Например, больной зажмуривает глаза и открывает рот, морщит лоб, надувает щеки и т.д.

8.4. Синдромы эмоциональных расстройств

К этим синдромам относятся депрессивный и маниакальный, для которых характерна триада, состоящая из расстройс! в настро­ения, двигательных нарушений и изменений течения ассоциатив­ных процессов. Однако этой триадой не исчерпывается клиниче­ская картина как депрессивных, так и маниакальных состояний. Характерны нарушения внимания, сна, аппетита. Вегетативные расстройства наиболее типичны для эмоциональных эндогенных расстройств и характеризуются признаками повышения симпати­ческого тонуса вегетативной нервной системы, более отчетливы­ми при депрессиях, но имеющими место и при маниакальных синдромах.

8.4.1. Депрессивный синдром

Типичный депрессивный синдром. Депрессивный синдром ха­рактеризуется депрессивной триадой: гипотимией, подавленным, грустным, тоскливым настроением, замедлением мышления и

Глава 8. Эмоциональные расстройства 97

двигательной заторможенностью. Выраженность указанных рас­стройств различна. Диапазон гипотимическихрасстройств велик — от легкой подавленности, грусти, депримированности до глубо­кой тоски, при которой больные испытывают тяжесть, боль в гру­ди, бесперспективность, никчемность существования. Все вос­принимается в мрачных красках - настоящее, будущее и про­шлое. Тоска в ряде случаев воспринимается не только как душев­ная боль, но и как тягостное физическое ощущение в области сердца, в груди «предсердсчная тоска».

Замедление в ассоциативном процессе проявляй гея в обеднении мышления, мыслей мало, они текут медленно, прикованы к не­приятным событиям: болезни, идеям самообвинения. Никакие приятные события не могут изменить направление этих мыслей. Ответы на вопросы у таких больных носят односложный харак­тер, между вопросом и ответом часто длительные паузы.

Двигательная шторможенность проявляется в замедлении движений и речи, речь гихая, медленная, мимика скорбная, дви­жения ммедлены, однообразны, больные подолгу могут оставать­ся в одной позе. В ряде случаев двигательная заторможенность достигает полной обездвиженности (депрессивный ступор).

Двигательная заторможенность при депрессиях может играть как бы защитную роль. Депрессивные больные, испытывая мучи­тельное, тягостное состояние, безысходную тоску, бесперспек­тивность существования, высказывают суицидальные мысли. При выраженной двигательной заторможенности больные часто говорят, что им так тяжело, что жить невозможно, но предпри­нять что-либо, убить себя нет сил: «Пришел бы кто-либо и убил и уго было бы замечательно».

Иногда двигательная заторможенность внезапно сменяется приступом возбуждения, взрывом тоски (меланхолический раптус — raptus melancholicus). Больной внезапно вскакивает, бьется голо­вой об стену, царапает себе лицо, может вырвать глаз, разорвать рот, поранить себя, разбить головой стекло, выброситься из окна, при этом больные истошно кричат, воют. Если больного удается удержать, то приступ ослабевает и снова наступает двигательная заторможенность.

При депрессиях часто наблюдаются суточные колебания, они наиболее характерны для эндогенных депрессий. В ранние утрен­ние часы больные испытывают состояние безысходности, глубо­кую тоску, отчаяние. Именно в эти часы больные особенно опас­ны для себя, самоубийства совершаются часто именно в это время.

Для депрессивного синдрома характерны идеи самообвине­ния, греховности, виновности, которые тоже могут приводить к мысли о самоубийстве.

98 Часть II. Общая психопатология

Вместо переживания тоски при депрессии может возникнуть состояние «эмоционального бесчувствия». Больные говорят, что они потеряли способность переживать, утратили чувства: «При­ходят мои дети, а я к ним ничего не чувствую, это хуже, чем тос­ка, тоска — это человеческое, а я как деревяшка, как камень». Та­кое состояние называется болезненным психическим бесчувстви­ем (anaesthesia psychica dolorosa), а депрессия анестетической.

Депрессивный синдром обычно сопровождается выраженны­ми вегетативно-соматическими нарушениями: тахикардией, не­приятными ощущениями в области сердца, колебаниями apiepn-ального давления с тенденцией к гипертензии, нарушениями со стороны желудочно-кишечного тракта, потерей аппетита, сниже­нием массы тела, эндокринными расстройствами. В ряде случаев эти соматовегетативные расстройства могут быть настолько выра­женными, что маскируют собственно аффективные расстройства.

В зависимости от преобладания в структуре депрессии различ­ных компонентов выделяют тоскливую, тревожную, апатическую депрессии и другие варианты депрессивного состояния.

В аффективном звене депрессивной триады О.П.Вертоградова и В.М.Волошин (1983) выделяют три основных компонента: тос­ку, тревогу и апатию. Нарушения идеаторных и моторных компо­нентов депрессивной триады бывают представлены двумя вари­антами расстройств: торможением и расторможенностью.

В зависимости от соответствия характера и степени выраженно­сти идеаторных и моторных нарушений доминирующему аффекту выделяются гармоничные, дисгармоничные и диссоциированные варианты депрессивной триады, которые имеют диагностическое значение, особенно на начальных этапах развития депрессии.

Идеи самообвинения при депрессивном синдроме иногда до­стигают выраженности бреда. Больные убеждены, что они преступ­ники, что вся их прошлая жизнь греховна, что они всегда соверша­ли ошибки и недостойные поступки и теперь их ждет расплата.

Тревожная депрессия. Характеризуется тягостным, мучитель­ным ожиданием неизбежного конкретного несчастья, сопро­вождается однообразным речевым и двигательным возбуждени­ем. Больные убеждены, что должно произойти что-то непопра­вимое, в чем они, возможно, виноваты. Больные не находят се­бе места, ходят по отделению, постоянно обращаются к персо­налу с вопросами, цепляются за проходящих, просят помощи, смерти, умоляют выпустить их на улицу. В ряде случаев двига­тельное возбуждение достигает неистовства, больные мечутся, охают, стонут, причитают, выкрикивают отдельные слова, могут наносить себе повреждения. Такое состояние носит название «ажитированная депрессия».

Глава 8. Эмоциональные расстройства 99

Апатическая депрессия. Для апатической, или адинамической, депрессии характерно ослабление всех побуждений. Больные в таком состоянии вялы, безучастны к окружающему, безразличны к своему состоянию и положению близких, неохотно вступают в контакт, не высказывают каких-либо определенных жалоб, часто говорят, что единственное их желание, чтобы их не трогали.

Маскированная депрессия. Для маскированной депрессии (ла-врированная, депрессия без депрессии) характерно преобладание различных двигательных, чувствительных или вегетативных рас­стройств по типу депрессивных эквивалентов. Клинические про­явления этой депрессии крайне разнообразны. Часто встречаются различные жалобы на расстройства сердечно-сосудистой системы и органов пищеварения. Наблюдаются приступы болей в области сердца, желудка, кишечника, иррадиирующие в другие участки тела. Эти расстройства часто сопровождаются нарушениями сна и аппетита. Сами депрессивные расстройства недостаточно отчет­ливы и маскируются соматическими жалобами. Существует точка зрения, что депрессивные эквиваленты являются начальным эта­пом в развитии депрессий. Это положение подтверждается на­блюдениями последующих типичных депрессивных приступов у больных с маскированной ранее депрессией.

При маскированной депрессии: 1) больной длительно, упорно и безрезультатно лечится у врачей различных специальностей; 2) при применении различных методов исследования не выявляется кон­кретного соматическою заболевания; 3) несмотря на неудачи влече­нии, больные упорно продолжают посещать врачей (Морозов Г.В.).

Депрессивные эквиваленты. Под депрессивными эквивалента­ми принято понимать периодически возникающие состояния, ха­рактеризующиеся разнообразными жалобами и симптомами пре­имущественно вегетативного характера, заменяющие приступы депрессии при маниакально-депрессивном психозе

8.4.1.1. Сравнительно-возрастные особенности депрессивного синдрома

У детей дошкольною возраста депрессии проявлякмся вегета­тивными и двигательными нарушениями, так как этому возрасту свойственны именно эти формы реагирования.

В более раннем возрасте депрессии еще менее напоминают де­прессии. Дети вялы, двигательно беспокойны, аппетит нарушен, наблюдаются потеря массы тела, нарушения ритма сна.

Депрессивные состояния могут возникнуть при эмоциональ­ной депрессии, лишении ребенка контакта с матерью. Например, при помещении ребенка в лечебное учреждение вначале у него возникает состояние двигательного возбуждения с плачем, отчая-

100 Часть II. Общая психопатология

нием, затем появляются вялость, апатия, отказ от еды и игр, склонность к соматическим заболеваниям Такие состояния чаще обозначаются как «анаклитическая депрессия».

Аналитическая депрессия возникает у детей в возрасте 6— 12 мес, разлученных с матерью и находящихся в плохих условиях сущест­вования, проявляется адинамией, анорексией, снижением или исчезновением реакции на внешние раздражители, задержкой развития психики и моторики.

У детей раннего возраста выделяют адинамическую и тревож­ную депрессии Адинамическая депрессия проявляется вялостью, медлительностью, монотонностью, безрадостным настроением, тревожная — плаксивостью, капризностью, негативизмом, двига­тельным беспокойством (Башина В.М.).

В дошкольном возрасте преобладают вегетативные и двига­тельные расстройства, но внешний вид детей свидетельствует о пониженном настроении: страдальческое выражение лица, поза, тихий голос. В этом возрасте отмечаются суточные колебания в самочувствии, появляются ипохондрические жалобы на неприят­ные ощущения в различных частях тела. Выделяют несколько ва­риантов депрессий в зависимости от преобладающих расст­ройств.

У детей младшего школьного возраста на первый план высту­пают нарушения поведения вялость, замкнутость, потеря инте­реса к играм, трудности в усвоении школьного материала. У неко­торых детей наблюдаются раздражительность, обидчивость, склонность к агрессии, прогулы школы. Жалоб на тоску у детей выявить не удается. Могут наблюдаться «психосоматические эк­виваленты» — энурез, снижение аппетита, похудание, запоры.

В пубертатном возрасте уже обнаруживается депрессивный аффект, который сочетается с выраженными вегетативными рас­стройствами, головными болями, нарушениями сна, аппетита, запорами, стойкими ипохондрическими жалобами. У мальчиков часто преобладает раздражительность, у девочек — подавлен­ность, слезливость и вялость.

В пубертатном возрасте клиническая картина депрессии приближа­ется к депрессивным состояниям у взрослых, но менее отчетлива идеа-торная (ассоциативная) заторможенность. Больные достаточно актив­но высказывают идеи самообвинения и ипохондрические жалобы.

Особенности депрессивных синдромов позднего возраста связа­ны с изменениями психической деятельности человека и обуслов­лены биологическими процессами возрастной инволюции Для де­прессий позднего возраста характерна своеобразная «сниженность и измельчание» расстройств, отсутствие депрессивной самооценки и депрессивной переоценки прошлого (прошлое воспринимается

Глава 8. Эмоциональные расстройства 101

чаще как благополучное и счастливое), преобладание опасений за здоровье, страх перед материальными затруднениями. Это отражает возрастную «переоценку ценностей» (Штернберг Э.Я.)

В позднем возрасте выделяют депрессии простые с затормо­женностью и тревожные. Просше депрессии с возрасюм встре­чаются реже и увеличивается число тревожно-ипохондрических и тревожно-бредовых состоянии Наибольшее число депрессивных состоянии с тревогой приходится на возраст 60—69 лет

При всех вариантах депрессивных состояний наблюдаются нарушения сна, аппетита, изменения массы гела, запоры и т.д.

Часю больные с депрессией в позднем возрасте испытывают «чувство co6ciвенной измененности», однако у пожилых людей жалобы обычно касаются соматической измененносги.

Признаки психической анестезии чаще наблюдаются у лиц, забо­левших до 50 лет, по сравнению с больными более позднего возраста.

Выраженная двигательная заторможенность не характерна для депрессивных состояний позднего возраста, депрессивные ступорозные состояния почти не встречаются Тревожно-ажиш-рованные депрессии наблюдаются как в инволюционном, 1ак и в позднем возрасте

У больных в позднем возрасте большое место в клинической картине депрессии занимают ипохондрические расстройства, од­нако чаше, чем ипохондрический бред (синдром Котара), наблю­даются февожные опасения ипохондрического содержания или фиксация на различных соматических жалобах.

8.4.2. Маниакальный синдром

Для маниакальною синдрома характерна маниакальная триа­да: гипертимия — приподнятое радостное настроение, ускорение ассоциативных процессов и двигательное возбуждение со стремле­нием к деятельности Выраженность этих расстройств различна: ускорение ассоциативной деятельности может колебаться от не­значительного облегчения ассоциативной деятельности до «скач­ки идей»; повышение активности может достигать беспорядочно­го возбуждения (спутанная мания). Настроение бывает не только радостным и веселым, но в некоторых случаях преобладает гнев­ливый аффект (гневливая мания)

Для маниакального синдрома характерна отвлекаемость, в связи с чем больные не могут довести начатое дело до конца, по­следовательно сообщить о себе анамнестические сведения. Не­смотря на то, что больной говорит без умолку и охотно беседует с врачом, беседа эта непродуктивна, так как больной отвлекается на различные внешние события или возникающие у него ассоци­ации. Эти ассоциации носят обычно поверхностный характер.

102 Часть П. Общая психопатология

Больные в маниакальном состоянии обычно не предъявляют соматических жалоб, они испытывают не только «душевный подъ­ем», но и прилив физических сил. В этом состоянии больные склон­ны переоценивать свои способности и возможности. Женщины, несмотря на преклонный возраст, убеждены в своей неотразимой привлекательности, уверяют, что все студенты и врачи в них влюб­лены. Больные стремятся украшать свою одежду, неумеренно поль­зоваться косметикой, делать замысловатые прически У больных в маниакальном состоянии обнаруживаются способности сочинять стихи, рисовать, петь, сочинять музыку. Обычно чем менее выраже­ние маниакальное состояние, тем продуктивнее эта деятельность.

Возможности для реализации многочисленных планов таким больным кажутся неограниченными, никаких препятствии они не замечают. Повышено чувство собственного достоинства. Больные бывают убеждены, что их ждут большие открытия, что они могут иг­рать роль в решении серьезных социальных проблем. Такая пере­оценка возможностей может достигать уровня экспансивного бреда.

У больных наблюдается речевое возбуждение, они говорят много, быстро, громко. При выраженном речевом возбуждении через несколько дней голос становится охрипшим. В ряде случаев больные не могут полностью высказать мысль, из-за выраженной отвлекаемости они не договаривают фразы или выкрикивают только отдельные слова. Сами больные при этом говорят, что их язык не успевает за мыслями.

При менее выраженном речевом возбуждении ускорение ас­социативной деятельности выявляется при письме, больные не дописывают фразы или пишут только отдельные слова

Внешний вид больных характерен: они оживлены, лицо часто гиперемировано, мимика живая, движения быстрые, усидеть на месте не могут, хватаются за различные дела, но ни одно из них не могут довести до конца. Аппетит чаще повышен, едят с жаднос­тью, быстро глотают плохо пережеванную пищу.

Половое влечение бывает усилено, больные легко вступают в контакты, заводят сексуальные связи, женятся, дают необосно­ванные обещания.

Маниакальный синдром при маниакально-депрессивном психозе обычно не сопровождается возникновением истинных бредовых идей величия, хотя больные переоценивают свои воз­можности и свою роль в прошлой жизни. Эти высказывания, как правило, не достигают уровня бреда, носят характер сверхценных идей величия и не отличаются стойкостью

Выделяют несколько вариантов маниакального синдрома: весе­лая мания, наиболее характерная для маниакально-депрессивного психоза, непродуктивная мания, при которой повышенное настрое­ние и двигательное возбуждение не сопровождаются стремлением к

Глава 8. Эмоциональные расстройства 103

деятельности, мания с дурашливостью, при которой повышенное на­строение с двигательным и речевым возбуждением сопровождается манерностью, детскостью, склонностью к нелепым шуткам.

Для мории характерно сочетание подъема настроения с рас­торможен ностью влечения, дурашливостью, плоскими нелепыми шутками, иногда обнаруживаются при этом обнубиляции созна­ния. Наблюдаются чаще всего при поражении лобных долей.

Легкие варианты маниакальных состояний принято называть гипоманиями.

8.4.2.1. Сравнительно-возрастные особенности маниакального синдрома

Наличие маниакальных состояний у детей раннего возраста признается не всеми. К его признакам относят расторможенность влечений, неустойчивость настроения.

У детей в дошкольном и младшем школьном возрасте можно думать о гипоманиакальном состоянии только в тех случаях, ког­да приподнятое настроение с эйфорией и грубыми нарушениями поведения продолжается длительное время. В этом возрасте гипо-мания может проявляться в двигательной расторможенности, су­етливости, непослушании, упрямстве, многоречивости.

В препубертатном возрасте и младшем пубертатном эйфори-ческое настроение бывает при маниакальном состоянии доста­точно отчетливым, но ведущими остаются нарушения поведения. Больные двигательно-активны, агрессивны, драчливы, сексуаль­но расторможены, прожорливы.

У старших подростков маниакальные состояния подобны та­ким же расстройствам, наблюдаемым у взрослых.

В пожилом возрасте маниакальный синдром отличается одно­образием, монотонностью, преобладает эйфоричный аффект с беспечностью над веселым, приподнятым настроением. На фоне повышенного настроения могут возникать слабодушные реакции.

Пожилые больные в маниакальном состоянии обычно мало­продуктивны, круг ассоциаций сравнительно беден, часто наблю­дается обстоятельность, склонность к детализации.

Вместо живости и остроумия отмечается склонность к плос­ким шуткам, поверхностным суждениям, построению нелепых планов. Вместо стремления к деятельности наблюдается бесцель­ная суетливость, усиливающаяся к вечеру и по ночам.

Больные чаще бывают неряшливыми, не следят за костю­мом, волосы бывают всклокочены, карманы набиты мусором, объедками пищи.

В этом возрасте часто наблюдается несоответствие между ма­лой подвижностью и речевым возбуждением

Глава 9. ВОЛЕВЫЕ РАССТРОЙСТВА

Воля — сознательное целенаправленное управление человеком своей деятельностью. Волевая активность присуща только чело­веку. Поведение животных обусловлено инстинктами и условно-рефлекторными связями. У человека в процессе социально-исто­рического развития образовались формы приспособления к окру­жающей среде на основе дифференцированных условно-рефлек­торных реакции и произвольного контролирования инстинктов.

В волевом процессе различают следующие этапы: 1) побужде­ние, осознание цели и стремление достичь ее; 2) осознание ряда возможностей достижения цели; 3) борьба мотивов и выбор; 4) принятие одного из возможных решений; 5) осуществление при­нятого решения.

Совокупность желаний, побуждений, стремлений, приобрета­ющих характер мотивационной деятельности, составляет мотивационную сферу. В мотивациейную сферу включаются как осозна­ваемые (волевые), так и недостаточно осознанные действия на основе различных побуждений (влечений, установок и т.д.)

Волевые нарушения могут относиться как к уровню побужде­ний к деятельности и осознания цели, т.е. формирования мотива, адекватности мотивов свойствам личности и ситуации, так и принятия решения, соответствующего поведения на всех этапах волевого процесса.

9.1. Симптомы волевых нарушений

9.1.1. Нарушения волевых побуждений

Абулия (от греч. bule — воля), или дисбулия, — патологическое отсутствие желаний и побуждений к деятельности. За абулией обычно следует адинамия (греч. adinamie — бессилие) — уменьше­ние или полное прекращение двигательной активности организ­ма или органа.

Абулия наблюдается при различных патологических процес­сах, прежде всего при шизофрении, при различных лобных пора­жениях и при депрессиях.

Снижение волевой деятельности может привести к высвобож­дению низших действий — автоматизированных и инстинктивных.

Гипобулия — понижение волевой активности, бедность побуж­дений, бездеятельность, вялость, снижение двигательной актив­ности, отсутствие желания общаться. Эти особенности часто от­мечаются при депрессивных состояниях, шизофрении. Ослабле­ние внимания, обеднение мышления, замедление речи могут на­блюдаться при состояниях оглушенности.

Гипербулия — повышенная активность, обусловленная значи­тельным числом побуждений к деятельности, часто меняющихся

Глава 9 Волевые расстройства 105

с целью их осуществления. Гипербулия наблюдается при маниа­кальных состояниях, паранойяльном синдроме.

При маниакальном состоянии продуктивность деятельности обычно мала из-за быстрой О1влекаемости больных, быстрой смены побуждении. При паранойяльном синдроме активность односторонняя, обусловленная бредовыми мотивами.

Парабулия — извращение, изменение волевой активности По­буждения к деятельности, мотивы и цели реализации извращены в связи с имеющимися у больного психопатологическими симп­томами: например, слуховые 1аллюцинации устрашающего ха­рактера побуждают к агрессивной деятельности и т.д.

9.2. Нарушения влечений

9.2.1. Извращение инстинктивных влечений

Инстинкты играют существенную роль в жизни человека, с возрастом они подвергаются контролю волевой деятельности. Нарушения инстинктивных реакции чаще наблюдаются у детей и подростков. Обычно выделяют нарушения влечения к пище, ин­стинкта самосохранения, расстройства половых влечений.

Нарушение влечений к пище. Усиление влечения к пище — бу-лимия (от греч. bus — бык + hmos — голод, голод «волчий», кино-рексия) — патологическое, резко усиленное чувство голода, не­редко сопровождающееся общей слабостью и болями в животе. Оно наблюдается при гиперинсулинизме и психических заболе­ваниях, при умственной отсталости, дефектных состояниях при шизофрении.

На определенном этапе нервной анорексии на фоне отказа от еды появляется непреодолимое влечение к еде, сопровождающе­еся поеданием огромных ее количеств с последующим вызывани­ем рвоты. Булимия наблюдается при некоторых состояниях эмо­ционального напряжения, когда поедание больших количеств пищи снимает его.

Анорексия (an — частица, означающая отсутствие признака или качества, + греч. огех — желание есть, аппетит) — утрата чувства юлода, отсутствие аппетита при наличии физиологической по-фебности в питании

В пубертатном возрасте при нервной анорексии вначале отказ от еды возникает с целью похудания, затем чувство голода угасает и даже появляется отвращение к еде.

Утрата чувства голода наблюдается при психических заболева­ниях: депрессии, кататоническом ступоре, тяжелой алкогольной абстиненции. Анорексия со значительным похуданием отмечает­ся при синдромах Симмондса и Шихана.

Полидипсия (от греч. polys — многий, dipsa — жажда) — повы­шенное потребление жидкости, неукротимая жажда, встречающаяся чаще всего при эндокринных заболеваниях, однако описа­ны случаи психогенной полидипсии.

Парорексия, или пикацизм (от лат. pica — сорока), — извраще­ние аппетита, распространяющееся на несъедобные вещества.

Копрофагия (от греч. kopros — кал, phagos — пожирающий), или скатофагия (греч. син.), — стремление к поеданию собственных экскрементов.

Нарушения инстинкта самосохранения. Эти расстройства могут проявляться обострением защитных реакций, повышенной на­стороженностью и готовностью к паническим реакциям, страха­ми при действии различных раздражителей, особенно болевых.

Ослабление рефлекса самосохранения — исчезновение реакции при возникновении реальной опасности, при болевом раздраже­нии, извращение оборонительного рефлекса при психических за­болеваниях проявляется в нанесении себе самоповреждений и су­ицидальном поведении1.

Нарушения полового влечения (см. главу 33).

9.2.2. Импульсивные влечения и импульсивные действия

Импульсивные влечения — непреодолимые влечения достиже­ния целей, неадекватных реальной ситуации, выполняемых без со­противления и борьбы, но с последующей критической оценкой.

Импульсивное действие — внезапно совершаемое стремитель­ное, немотивированное действие, продолжающееся секунды или минуты; признак выраженного психического расстройства.

Дромомания (пориомания) — импульсивное влечение к пере­мене мест. Под дромоманией принято понимать влечение к побе­гам из дома, скитанию и перемене мест, наблюдается при различ­ных психических заболеваниях. В формировании дромомании выделяют реактивный этап — первый уход из дома в связи с пси­хической травмой, затем уходы становятся привычными, фикси­рованными, на любую незначительную неблагоприятную ситуа­цию возникает привычная реакция — уход из дома.

В последующем уходы из дома становятся безмотивными, не­ожиданными, приобретают характер импульсивности.

Дромомания наиболее характерна для детского и подростко­вого возраста, но известны случаи, когда, возникнув в детстве, дромомания сохраняется и у взрослых мужчин и женщин, причем женщину не останавливает наличие маленьких детей, здоровье которых во время бродяжничества подвергается опасности.

Дипсомания — влечение к пьянству, непреодолимое, сопро­вождающееся тяжелыми алкогольными эксцессами. Влечение к

Суицидальное поведение — совокупность осуществляемых индивидуу­мом действий, направленных на совершение суицидальной попытки

Глава 9. Волевые расстройства 107

спиртному бывает настолько сильным, что, несмотря на критиче­ское отношение к нему, вначале преодолеть влечение не удается. В этом состоянии больные совершают всевозможные неблаговид­ные поступки' обман, воровство, агрессию для того, чтобы полу­чить желаемое спиртное. В ряде случаев удается выявить предше­ствующее приступу дипсомании изменение настроения.

Пиромания — влечение к поджогам, непреодолимое, немоти­вированное, внезапно возникающее, но не сопровождающееся изменением сознания.

Клептомания (от греч. klepto — красть + мания), или импуль­сивное воровство, немотивированное влечение к воровству.

Копролалия (от греч. kopros — кал + lalia — речь) — импульсив­ное произнесение бранных слов и нецензурных ругательств. Этот симптом может наблюдаться при болезни Жиля де ла Туретта.

Мифомания — непреодолимое влечение к вранью, обману. Иногда это наблюдается у истерических личностей для привлече­ния к себе внимания.

9.3. Нарушения волевой деятельности

Нарушения волевой деятельности возможны на уровне при­нятия решения и на уровне перехода к осуществлению принятого решения.

Навязчивые сомнения. Больной после борьбы мотивов, идти в кино или к друзьям, принимает решение идти в кино, но после этого решения снова возникают сомнения и так бесконечно.

Ригидность принятого решения означает отсутствие его коррек­ции и гибкости в соответствии с изменившейся ситуацией. Боль­ной из-за этих особенностей не может перейти к осуществлению решения, так как ситуация уже изменилась, а он не может при­нять другое решение с учетом ситуации. Это наблюдается у ригид­ных эпилептоидных личностей.

Деятельность по типу «короткого замыкания» возникает вне­запно в ответ на эмоциональное состояние: обиду, страх, отчая­ние. При этом она совершается без достаточного осознания воз­можностей достижения цели и борьбы мотивов.

9.4. Нарушения внимания

К проявлениям волевой деятельности относится способность сосредоточиваться на объектах восприятия. Сосредоточение мо­жет быть пассивным (в основе его лежит безусловный исследова­тельский рефлекс «что такое?!») и активным, свойственным толь­ко человеку и выражающимся в том, что человек сознательно со­средоточивается на определенных явлениях, выключаясь, отвле­каясь от других событий и явлении.

108 Часть П. Общая психопатология

Нарушения внимания проявляются в отвлекаемости, при этом человек не может сосредоточиться на нужном объекте, происхо­дит ослабление активного внимания и преобладает пассивное.

Прикованность, застреваемость внимания наблюдается при де­прессиях. Больные не могут переключиться на другие события, все мысли, воспоминания сконцентрированы на несчастье (если речь идет о реактивной депрессии) и своих тоскливых переживаниях.

Истощаемость внимания наблюдается при органических забо­леваниях и астенических состояниях. При истощаемости внима­ния больные в начале беседы отвечают на вопросы правильно, а затем по мере нарастания истощаемости ответы становятся менее продуктивными. Это отчетливо выступает при счете — отнимании от ста 7 или 17.

Глава 10. ПСИХОМОТОРНЫЕ РАССТРОЙСТВА

10.1. Формирование психомоторики

Моторика фудного ребенка зависит, с одной стороны, от воз­действия на его органы чувств внешних раздражителей, и с другой — от физического состояния ребенка, от того, голоден он, холодно ли ему и от ритма сердца и дыхания. Иными словами, моторная деятельность ребенка является выразителем степени его благопо­лучия и управляется инстинктами (Ушаков Г.К.).

К концу первого года жизни ребенка моторная деятельность приобретает иной характер, с этого периода моторикой начинают руководить корковые механизмы, т.е. появляется целенаправлен­ность в двигательной активности.

Развитие речи характеризуется формированием высокого уровня дифференциации моторики.

В развитии моторики существует тесная связь аффективности и моторики, это проявляется в формировании выразительных движении и мимических реакции.

В развитии ребенка большое значение имеет игровая деятель­ность. К концу первого года развития ребенка появляются подра­жательные или обучающие игры, ребенок, играя, совершает более сложные действия, подражая взрослым.

Игра здорового ребенка всегда носит активный и творческий характер, совершенствуется за счет усложнения игровой ситуации.

При нарушении развития ребенка игровая деятельность утрачи­вает творческий характер, появляются однообразные, стереотипные действия, игрушки не используются в игровой деятельности. Напри­мер, ребенок не играет машинкой, а стереотипно крутит ее в руках. Иногда дети для игры используют другие предметы: девочка носит на руках коробочку, разговаривает с ней, укладывает спать и т.д.

10.2. Симптомы психомоторных расстройств

Под психомоторикой понимают совокупность сознательно управляемых двигательных действий. Симптомы психомоторных расстройств могут быть представлены затруднением, замедлени­ем выполнения двигательных актов {гипокинезии) и полной обез-движенностью {акинезией) либо симптомами двигательного воз­буждения или неадекватностью движений.

К симптомам с затруднением двигательной активности отно­сят следующие расстройства:

каталепсия, восковая гибкость, при которых на фоне повы­шенного мышечного тонуса у больного возникает способность сохранять на длительное время приданную позу;

симптом воздушной подушки, относящийся к проявлениям восковой гибкости и выражающийся в напряжении мышц шеи, при этом больной застывает с поднятой над подушкой головой;

/10 Часть II. Общая психопатология

симптом капюшона, при котором больные лежат или сидят не­подвижно, натянув одеяло, простынь или халат на голову, оставив открытым лицо;

пассивная подчиняемость состояния, когда у больного не возника­ет сопротивление изменениям положения его тела, позы, положе­ния конечностей, в отличие от каталепсии тонус мышц не повышен;

негативизм, характеризующийся немотивированным сопро­тивлением больного действиям и просьбам окружающих Выде­ляют пассивный негативизм, который характеризуется тем, что больной не выполняет обращенную к нему просьбу, при попытке поднять с постели сопротивляется напряжением мышц, при ак­тивном негативизме больной выполняет противоположные тре­буемым действия. На просьбу открыть рот сжимает губы, когда ему протягивают руку, чтобы поздороваться, прячет руку за спину. Больной отказывается есть, но когда убирают тарелку, хватает ее и быстро съедает пищу.

Мутизм (молчание) — состояние, когда больной не отвечает на вопросы и даже знаками не дает понять, что он согласен всту­пить в контакт с окружающими

К симптомам с двигательным возбуждением и неадекватнос­тью движений относятся:

импульсивность, когда больные внезапно совершают неадек­ватные поступки, убегают из дома, совершают агрессивные дей­ствия, нападают на других больных и т.д.;

стереотипии — многократное повторение одних и тех же движений;

эхопраксия — повторение жестов, движений и поз окружающих;

парамимия — несоответствие мимики больного поступкам и переживаниям;

эхолалия — повторение слов и фраз окружающих;

вербигерация — повторение одних и тех же слов и фраз;

миморечь, мимоговорение — несоответствие по смыслу ответов задаваемым вопросам.

10.3. Расстройства речи

Заикание — затруднение в произношении отдельных слов или звуков, сопровождающееся нарушением плавности речи.

Дизартрия — смазанная, запинающаяся речь. Затруднения при правильной артикуляции звуков. При прогрессивном параличе речь у больного бывает настолько нечеткой, что говорят, что у не­го «каша во рту». Для выявления дизартрии больному предлагают произнести скороговорки.

Дислалия — косноязычие — расстройство речи, характеризую­щееся неправильным произношением отдельных звуков (пропус­ки, замена другим звуком или его искажение).

Олигофазия — обеднение речи, малый запас слов. Олигофазия может наблюдаться у больных эпилепсией после припадка.

Глава 10. Психомоторные расстройства 111

Логоклония — спастическое многократное повторение отдель­ных слогов слова.

Брадифазия — замедление речи как проявление заторможен­ности мышления.

Афазия — нарушение речи, характеризующееся полной или час­тичной утратой способности понимать чужую речь или пользовать­ся словами и фразами для выражения своих мыслей, обусловленное поражением коры доминантною полушария головного мозга, при отсутствии расстройств артикуляционного аппарата и слуха.

Парафазия — проявления афазии в виде неправильного пост­роения речи (нарушение порядка слов в предложении, замена от­дельных слов и звуков дру1 ими).

Акатофазия — нарушение речи, употребление сходных по зву­чанию, но не подходящих по смыслу слов.

Шизофазия — разорванная речь, бессмысленный набор отдель­ных слов, облеченных в грамматически правильно построенное предложение.

Криптолалия — создание больным собственного языка или особого шрифта.

Логорея — неудержимость речи больного, сочетающаяся с ее быстротой и многословием, с преобладанием ассоциаций по со­звучию или контрасту.

10.4. Синдромы двигательных расстройств

Двигательные расстройства могут быть представлены ступо-розными состояниями, двигательным возбуждением, различны­ми навязчивыми движениями, действиями и припадками.

10.4.1. Ступор

Ступор — полная обездвиженность с мутизмом и ослаблении ми реакциями на раздражение, в том числе болевое Выделяю!" различные варианты ступорозных состояний кататоническии, реактивный, депрессивный ступор. Наиболее часто наблюдаемi1 и кататоническии ступор, развивающийся как проявление к.п.по-нического синдрома и характеризующийся пассивным пенни-визмом или восковой гибкостью или (в наиболее тяжелой форме) резкой мышечной гипертонией с оцепенением больного и note С согнутыми конечностями

Находясь в ступоре, больные не вступают в контакт с окружи-ющими, не реагируют на происходящие события, различим? Н# удобства, шум, мокрую и грязную постель. Они могут in- iu»iiiph# литься, если случаются пожар, землетрясение или какие m гие экстремальные события. Больные обычно лежат и омноМ мышцы напряжены, напряжение чаще начинается с лешие i i мускулатуры, затем спускается на шею, позднее рас и pot фии • i

/12 Часть П. Общая психопатология

ся на спину, руки и ноги. В этом состоянии отсутствует эмоцио­нальная и зрачковая реакция на боль. Симптом Бумке — расшире­ние зрачков на боль — отсутствует.

Выделяют ступор с восковой гибкостью, при котором, кроме мутизма и обездвиженности, больной длительное время сохраняет приданную позу, застывает с поднятой ногой или рукой в неудоб­ной позе. Часто наблюдается симптом Павлова: больной не реаги­рует на вопросы, заданные обычным голосом, но отвечает на ше­потную речь. По ночам такие больные могут вставать, ходить, при­водить себя в порядок, иногда есть и отвечать на вопросы.

Негативистический ступор характеризуется тем, что при пол­ной обездвиженности и мутизме любая попытка изменить позу больного, поднять его или перевернуть вызывает сопротивление или противодействие. Такого больного трудно поднять с постели, но, подняв, невозможно снова уложить. При попытке ввести в ка­бинет больной оказывает сопротивление, не садится на стул, но усаженный не встает, активно сопротивляется. Иногда к пассив­ному негативизму присоединяется активный. Если врач протяги­вает ему руку, он прячет свою за спину, хватает пищу, когда ее со­бираются унести, зажмуривает глаза на просьбу открыть, отвора­чивается от врача при обращении к нему с вопросом, поворачива­ется и пытается говорить, когда врач уходит и т.д.

Ступор с мышечным оцепенением характеризуется тем, что больные лежат во внутриутробной позе, мышцы напряжены, глаза закрыты, губы вытянуты вперед (симптом хоботка). Больные обычно отказы­ваются от еды и их приходится кормить через зонд или проводить амиталкофеиновое растормаживание и кормить в то время, когда проявления мышечного оцепенения уменьшатся или исчезнут.

При субступорозном состоянии обездвиженность неполная, мутизм сохраняется, но больные могут произносить несколько слов иногда спонтанно. Такие больные медленно передвигаются по отделению, застывая в неудобных, вычурных позах. Отказ от еды неполный, больных чаще всего удается накормить из рук пер­соналу и родным.

При депрессивном ступоре при почти полной обездвиженнос­ти для больных характерно депрессивное, страдальческое выра­жение лица. С ними удается вступить в контакт, получить одно­сложный ответ. Больные в депрессивном ступоре редко бывают неопрятны в постели. Такой ступор может внезапно смениться острым состоянием возбуждения — меланхолическим раптусом, при котором больные вскакивают и наносят себе повреждения, могут разорвать рот, вырвать глаз, разбить голову, разорвать белье, могут с воем кататься по полу. Депрессивный ступор наблюдается при тяжелых эндогенных депрессиях.

Глава 10. Психомоторные расстройства 113

При апатическом ступоре больные обычно лежат на спине, не реагируют на происходящее, тонус мышц понижен. На вопросы отвечают односложно с большой задержкой. При контакте с род­ственниками реакция адекватная эмоциональная. Сон и аппетит нарушены. Бывают неопрятны в постели. Апатический ступор наблюдается при затяжных симптоматических психозах, при эн­цефалопатии Гайе—Вернике.

Психомоторное возбуждение — психопатологическое состоя­ние с выраженным усилением психической и двигательной ак­тивности. Выделяют кататоническое, гебефреническое, маниа­кальное, импульсивное и другие варианты возбуждения.

Кататоническое возбуждение проявляется манерными, вычур­ными, импульсивными, некоординированными, ино1да ритмичны­ми, однообразно повторяющимися движениями и говорливое 1ью, вплоть до бессвязности. Поведение больных лишено целенаправ­ленности, импульсивно, однообразно, наблюдается повторение дей­ствий окружающих (эхопраксия). Мимика не соответствует каким-либо переживаниям, отмечается вычурное гримасничанье. Катато­ническое возбуждение может принимать характер растерянно-пате­тического, негативизм сменяется пассивной подчиняемостью.

Выделяют л юцидную кататонию, при которой кататоническое возбуждение сочетается с другими психопатологическими симп­томами: бредом, 1аллюцинациями, психическими автоматизма­ми, но без помрачения сознания, и онеироидную кататонию, ха­рактеризующуюся онейроидным помрачением сознания.

10.4.2. Двигательное возбуждение

Гебефреническое возбуждение проявляется нелепо-дурашли­вым поведением (гримасничанье, кривляние, немотивированный смех и т.д.). Больные прыгают, скачут, передразнивают окружаю­щих, пристают к ним с нелепыми или циничными вопросами, дергают окружающих, толкают, иногда катаются по полу. Настро­ение чаще повышенное, но веселость может быстро сменяться плачем, рыданиями, циничной бранью. Речь ускорена, много вы­чурных слов, неологизмов.

Маниакальное возбуждение проявляется повышенным настро­ением и самочувствием, характеризующимся выразительной ми­микой и жестами, ускорением ассоциативных процессов и речи, усиленной, часто беспорядочной деятельностью. Каждое дейст­вие больного носит целенаправленный характер, но так как быс­тро меняются побуждения к деятельности и отвлекаемость, то ни одно действие не доводится до конца, поэтому состояние произ­водит впечатление хаотического возбуждения. Речь также уско­ренная, доходящая до скачки идей.

10.4.3. Сравнительно-возрастные особенности двигательных расстройств

Синдром гиперактивности (гипердинамический, гиперкине­тический, общей двигательной расторможенности) наблюдается в возрасте от I 1/2 до 15 лет, но наиболее отчетливо проявляется в дошкольном и младшем школьном возрасте. Он характеризуется сочетанием общего двигательного беспокойства, неусидчивости, большого числа лишних движений, нецеленаправленности и им­пульсивности поступков с повышенной аффективной возбудимо­стью, эмоциональной лабильностью и нарушением внимания. Для этого синдрома характерны нарушения школьной адаптации из-за нарушенного поведения и внимания (Ковалев В.В.).

Проявления кататоническою ступора наблюдаются с 3—5 лет и выражаются в кратковременных застываниях, например ребенок застывает с ложкой, поднесенной ко рту. Эти состояния рассматри­ваются как рудименты восковой гибкости. В младшем школьном возрасте наблюдаются состояния с мышечным напряжением и вну­триутробной позой. Весьма частым является полный или частич­ный мутизм. Временами ребенок начинает говорить, речь не служит средством общения, он говорит сам с собой или монологами.

В младшем школьном и пубертатном возрасте клиническая картина кататонического ступора становится похожей на ступо-розные состояния у взрослых, выраженными становятся явления пассивного и активного негативизма. Отказы от еды не носят стойкого характера.

Кататоническое возбуждение у детей раннего и дошкольного возраста проявляется в стереотипных движениях, подпрыгивани­ях, беге по кругу («манежный бег»), выкрикивании отдельных слов, появлении неологизмов, эхосимптомов, в вычурности дви­жений, гримасничанье.

В младшем школьном и пубертатном возрасте кататоническое возбуждение напоминает такое состояние у взрослых, обычно выра­жено речевое возбуждение, больные говорят не умолкая, характерны речь типа монолога, импульсивные поступки, эхосимптомы, верби-герации и др. У подростков кататоническое возбуждение сопровож­дается дурашливостью и другими гебефреническими проявлениями.

В пожилом возрасте двигательные расстройства менее стойки, чем в зрелом, ступорозные состояния рудиментарны, полная обездвижен-ность наблюдается нечасто, мутизм скорее избирательный, отказ от еды бывает достаточно упорный и требует постоянного надзора. Ката­тоническое возбуждение бывает окрашено тревогой, и в этих случаях возможны приступы выраженного тревожного возбуждения.

Явления пассивного и активного негативизма могут иметь ме­сто при состояниях возбуждения, реже встречаются эхосимптомы.

Глава 10. Психомоторные расстройства 115

10.5. Припадки

Под припадком понимают внезапно возникшее кратковремен­ное, обычно многократно повторяющееся, четко ограниченное во времени болезненное состояние (потеря сознания, судороги и т.д.).

10.5.1. Большой судорожный припадок

В развитии большого судорожного припадка (grand mal) разли­чают несколько стадий: предвестников, ауры, фазы тонических и клонических судорог, постприпадочной комы, переходящей в сон.

За несколько дней или часов до припадка у части больных на­блюдаются предвестники: головная боль, чувство дискомфорта, недомогания, раздражительность, пониженное настроение, сни­жение работоспособности.

Аура (дуновение) — это уже начало самого припадка, но созна­ние еще не выключено, поэтому аура остается в памяти больного. Проявления ауры различны, но у одного и того же больного она всегда одинакова. Аура наблюдается у 38—57% больных.

Аура может носить галлюцинаторный характер: перед припад­ком больной видит различные картины, чаще устрашающие: убийства, кровь. Одна больная каждый раз перед припадком ви­дела, как к ней в комнату вбегает маленькая черная женщина, прыгает к ней на грудь, разрывает ее, хватает сердце и начинается припадок. Больной может перед припадком слышать голоса, му­зыку, церковное пение, ощущать неприятные запахи и т.д.

Выделяют висцеросенсорную ауру, при которой ощущение начи­нается в области желудка: «сжимает, перекатывает», иногда появля­ется тошнота, «спазм» поднимается вверх и начинается припадок.

Перед припадком могут остро возникать нарушения «схемы тела» и деперсонализационные расстройства. Иногда больные переживают перед припадком состояние необыкновенной ясно сти восприятия окружающего, подъема, экстаза, блаженспм, гармонии во всем мире.

Тоническая фаза. Внезапно наступают потеря сознания, шин ческое напряжение произвольной мускулатуры, больной иад.ич, как подкошенный, прикусывает язык. При падении он и шип своеобразный крик, обусловленный прохождением воздуха чг|ин суженную голосовую щель при сдавлении грудной клетки ммпгш ской судорогой. Останавливается дыхание, бледность кожных IIU-кровов сменяется цианозом, отмечаются непроизвольное мочеИ= спускание и дефекация. Зрачки на свет не реагируют. Прилипли-тельность тонической фазы не более одной минуты.

Клоническая фаза. Появляются различные клоничесмк- судо­роги. Восстанавливается дыхание. Изо рта выделяется пени, чий то окрашенная кровью. Длительность этой фазы 2—3 мин I hit i#

116 Часть И. Общая психопатология

пенно судороги стихают, и больной погружается в коматозное со­стояние, переходящее в сон. После припадка может наблюдаться дезориентировка, олигофазия.

10.5.2. Другие виды припадков

Абортивные припадки развиваются в той же последовательнос­ти, но одна из фаз (тоническая или клоническая) выпадает.

Малый припадок (petit mal). He существует единого мнения, какие расстройства принадлежат этой группе. К малым припад­кам относят типичные абсансы, пикнолептические, миоклониче-ские и акинетические приступы.

Пикнолептический припадок характеризуется мгновенным за­стыванием, выключением сознания, бледностью, слюнотечени­ем, ретропульсивными движениями: закатыванием глазных яб­лок, запрокидыванием головы. Эти припадки наблюдаются у де­тей раннего и дошкольного возраста.

Акинетический припадок обычно продолжается до нескольких минут, протекает с потерей сознания, падением и обездвиженно-стью при сохранении мышечного тонуса.

У детей раннего возраста они характеризуются разнообраз­ными судорожными движениями вперед: «кивки», «клевки» (внезапные резкие движения головой вперед и вниз, во время которых ребенок может получать ушибы лба и лица), салаамовы припадки (внезапное сгибание тела, наклон вперед и разведе­ние рук).

Катаплексический припадок — мгновенное падение мышечно­го тонуса — может возникнуть в связи с аффективным состояни­ем (даже при смехе). Больной обычно падает, но так как тонус мышц понижен, то чаще больной оседает, «обмякает». Сознание не выключается, воспоминания сохраняются.

Иарколептический припадок характеризуется внезапным не­преодолимым наступлением сонливости. Сон непродолжитель­ный, глубокий, больные часто засыпают в неудобных позах, в не­подходящих местах. После пробуждения восстанавливается пси­хическая деятельность, появляются чувство бодрости, прилив сил.

Эпилептический диэнцефальный (эпилептический вегетатив­ный) припадок характеризуется вегетативными расстройствами, возникающими изолированно или в сочетании с сенсорными (се-нестопагиями) и двигательными нарушениями, сопровождающи­мися аффектом страха или тревоги.

Истерический припадок возникает в связи с психической трав­мой, часто в присутствии других лиц. Сознание при этом грубо не нарушено, имеет место только аффективная суженность созна­ния. Падение обычно осторожное, «обессиленное опускание». Последовательной смены тонической и клинической фаз не на-

Глава 10. Психомоторные расстройства 117

блюдается. Продолжительность припадка более длительная, чем при большом судорожном припадке, до 30 мин и более.

Движения во время припадка размашистые, хаотичные с вы­разительными и демонстративными позами. Больной катается по полу или постели, бьет ногами и руками о пол, выгибается дугой, дрожит всем телом, кричит, стонет, плачет. Реакция грач кон на свет сохраняется, при попытке посмотреть зрачки больной за­жмуривает глаза, заводит глазные яблоки. Непроизвольною мо­чеиспускания и дефекации не наблюдается (табл. I).

К очаговым припадкам относят джексоновские припадки, ад-версивные, кожевниковскую судорогу.

Джексоновский припадок — это обычно фокальный эпилептиче­ский припадок коркового происхождения, начинающийся на од­ной половине тела тоническими или клоническими судорогами пальцев рук или ног, локализованными или распространяющими­ся на всю половину тела. Сознание утрачивается в тех случаях, ког­да генерализованные судороги переходят на другую половину тела.

Адверсивный (от лат. adversio — отведение) припадок характери­зуется поворотом глаз, головы или всего туловища в сторону, про­тивоположную очагу в головном мозге.

При кожевниковской судороге наблюдаются постоянные судо­рожные подергивания в мышцах конечностей. Интенсивность их нарастает и завершается генерализованным припадком, после ко­торого судорожные подергивания конечности сохраняются.

При психомоторных припадках наблюдается внезапное воз­никновение автоматизированных движений, сопровождающееся сумеречным помрачением сознания.

У детей чаще всего наблюдаются оральные автоматизмы, про­являющиеся приступами глотания, жевания, сосания, которые сопровождаются нарушением сознания.

У детей дошкольного и младшего школьною возраста психо­моторные припадки проявляются различными простыми дейс!-виями: хлопаньем в ладоши, подпрыгиванием, верчением вокру! оси, выкрикиванием отдельных слов, иногда совершаются более сложные действия, например ребенок начинает раздеваться или берет чужие вещи и уносит их и т.д. Сознание нарушено, воепо минаний не сохраняется.

Амбулаторный автоматизм (от лат. ambulare — ходить, приходи 11<) характеризуется автоматически совершаемой ходьбой, бегом, под­ходом или переездом в другое место. Иногда больные совершают Оо-лее длительные переезды, например уезжают в другой город и не и»-мнят, как они это сделали. Такие состояния называются трат i>i

К амбулаторным автоматизмам относится снохождепш1 (и*« мнамбулизм), при котором больные ночью встаютс поск'ии, 0р«=

118

Часть П. Общая психопатология

дят, совершают различные автоматические действия, о которых утром не помнят. Для снохождений характерна стереотипность проявлений и невозможность вступить в контакт из-за нарушен­ного сознания. При невротических нарушениях сна со снохожде-ниями больного можно разбудить.

Таблица 1

Различия между эпилептическим и истерическим припадками

Признаки Эпилептический припадок Истерический припадок
Начало Внезапное Психоюннос
Сознание Выключено Аффекшвно сужено
Падение Как подкошенный Осторожно, оседание
Фазы судорог Имеют место Отсутствуют
Зрачки Не реагируют на свет Реагируют
Длительность До 3-4 мин 30 мин и более
Время суток Ночью, в одиночестве Днем, в присутствии людей
Повреждения Прикус языка, ушибы Отсутствуют
Движения Ограничены фазами Размашистые, выразительные, демонстративные
После припадка Кома с переходом в сон, олигофазия Плач, рыдания, смех

Глава 11. НАРУШЕНИЯ СОЗНАНИЯ И САМОСОЗНАНИЯ

11.1. Нарушения сознания

Сознание — высшая форма отражения действительности. Со­знание — продукт деятельности юловного мозга.

Человеческое сознание формируется в результате историчес­кого развития, оно не только отражает происходящие события объективною мира, но и использует запас знаний для создания способов переделки окружающей среды для удовлетворе требностей человека. Для формирования сознания чело обходимо человеческое окружение, наличие человеческо ства. Известно, что дети, выросшие в логове зверя, не об вают признаков сформировавшегося человеческого созна

С.С.Корсаков предпочитал писать «Сознание», под1 этим сочетание знаний об окружающих явлениях и пред самом себе, соотнесение этих знаний с накопленным че. ким опытом и способностью человека строить гипотезу щее, т.е. прогнозировать результаты будущей деятельност

Физиологической основой ясности сознания по И.П. является оптимальная деятельность в данный момент оп ного участка коры больших полушарий мозга, которая, ее

■ж я по-ека не-э обще-аружи-ния. фкивая летах, о овечес-а буду-

Тавлову еделен-и пред­положить, что кости черепа прозрачны, в виде яркого пят^а пере-

и очага тся эле-

мещается по поверхности мозга. Эта мысль о подвижное наиболее оптимальной активности сознания подтвержда ктроэнцефалографическими исследованиями.

Сознательная деятельность — эта такая деятельность, осуществляется со знанием объективного значения ее

учетом всех особенностей ситуаций и последствий деятельности как для индивидуума, так и для общества.

Автоматизированный акт — способность человека о< лять, не осознавая, упрочившееся действие. Эта способн рабагывается в процессе исторического развития челове ляется целесообразной.

В основе акта автоматизации лежат следы нервных пр возникшие в процессе тренировки.

Под бессознательной деятельностью понимают, с одне ны, такие ее формы, когда человек недостаточно осозн; задачи и последствия своей деятельности. Совершенств историческом развитии человека познания явлений и обогащает знания, но многое остается непознаваемым. П этих случаях говорить о «бессознательном» в понимании да не следует. С другой стороны, бессознательными мо названы такие действия, которые на определенном эгаш

которая задач, с

уществ-сть вы-

<а и яв-

цессов,

л сторо-ет цель, вание в обытий этому в З.Фрей-гут быть их фор-

120 Часть II. Общая психопатология

мирования были осознаваемы, а затем сделались автоматизиро­ванными, непроизвольными. В процессе обучения ряд действий и навыков становится автоматизированным и в последующем вы­полняется механически, без обдумывания.

11.1.1. Этапы формирования сознания

В развитии сознания от рождения ребенка до зрелого возраста выделяется 5 уровней, или этапов (Ушаков Г.К.):

I — до I года — бодрствующее сознание;

II — от I года до 3 лет — предметное сознание;

III — от 3 до 9 лет — индивидуальное сознание;

IV — от 9 до 16 лет — коллективное сознание;

V —от 16 до 22 лет —рефлексивное, высшее общественное, социальное сознание.

Первый этап формирования сознания характеризуется появле­нием выбора наиболее удовлетворяющих ситуаций. При этом на­блюдаются первые реакции на окружающую среду — первые эле­менты сознания. Ребенок может оценивать наиболее приятную для него ситуацию, например находиться на руках у матери или за­сыпать при покачивании и др. В этом возрасте описаны своеобраз­ные состояния сытого бодрствования, при которых ребенок не вступает в контакт с окружающими, не реагирует на слова матери, хотя не спит и глаза у него открыты, мимика ребенка выражает полное удовлетворение («автаркия» по Парте О.П. с соавт.).

На втором этапе формирования сознания (предметного) главную роль играют непосредственные впечатления действи­тельности. Сознание ребенка обогащается представлениями о предметах и явлениях, объем этих представлений увеличивается с того периода, когда ребенок начинает ходить, с появлением речи возникают обобщения и отвлечения, элементы абстрагирования. На этом этапе ребенок еще не улавливает взаимосвязь реальных событии и предметов с прошлым и будущим, он живет только в настоящем. На этом этапе ребенок еще не выделяет себя из окру­жающей среды, в его речи пока отсутствует местоимение «Я».

На третьем этапе формирования сознания (индивидуально­го) появляются первые представления о пространстве и времени, что делает возможным выделение себя из окружающей среды, от­дифференцирование от других предметов действительности. Со­знание собственного «Я» в последующем развитии совершенству­ется и усложняется.

Для четвертого этапа формирования сознания (коллективно­го) характерно появление более дифференцированных представ­лений о предметах действительности, о себе, о простейших взаи­моотношениях в коллективе. В этом периоде становятся отчетли­выми представления об объектах пространства, о связи пережива­емых в прошлом событий с настоящими.

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 121

Обучение в старших классах школы сопровождается участием подростков в общественных событиях и появлением у них обще­ственного, социального сознания.

На пятом этапе формирования состояние подростка приоб­ретает новые качества, оно становится рефлексивным, на этом уровне многообразные приобретенные знания оцениваются и со­относятся с реальными событиями. Рефлексивное сознание обес­печивает предвидение не только всего хода развития событий, но и последствий их. Зрелость сознания дости1ае1ся к окончанию юношеского возраста к 20—22 годам.

11.1.2. Критерии нарушенного сознания

К.Ясперс (1923) сформулировал признаки синдромов нару­шенного сознания: отрешенность от окружающего мира, дезори­ентировка, амнезия на период нарушенною сознания.

Под отрешенностью от окружающего мира следует понимать утрату способности воспринимать происходящие события, ана­лизировать, использовать прошлый опыт и делать соответствую­щие выводы, т.е. нарушение анализа и синтеза происходящих со­бытий. При всех психических нарушениях имеет место изменен­ное восприятие окружающего, особенно в случаях галлюцинатор­ных и бредовых расстройств. Однако для состоянии нарушенного сознания более характерны нарушения восприятия, характеризу­ющиеся неточностью, фрагментарностью, беспорядочностью и бессвязностью отражения происходящих событий.

Для нарушенного сознания характерны различные варианты дезориентировки.

Под дезориентировкой понимают нарушение ориентировки в окружающем, во времени и по отношению к собственной личнос­ти. Дезориентировка, особенно во времени и месте, наблюдается при синдроме Корсакова. Однако наряду с грубой дезориентиров­кой во времени такие больные могут обнаружить способности тон­ко анализировать ситуацию, использовать запасы прошлых сведе­ний и делать правильные выводы. Так, больной с болезнью Корса­кова и грубыми расстройствами памяти на текущие события, дез­ориентировкой во времени на вопрос: «Какое время года?», подой­дя к окну, ответил: «конец мая». Это соответствовало действитель­ности. Далее он объяснил: «Листва полностью распустилась, но она еще свежая, так бывает в конце мая». При грубой дезориентировке во времени и месте у больного сохранена способность восприни­мать происходящее, использовать прошлый опыт и делать соответ­ствующие выводы, т.е. анализ и синтез не нарушены.

Амнезия может быть тотальной и может касаться только опре­деленных ситуаций, например больной не может вспомнить ре­альные события, но помнит некоторые болезненные пережива­ния, как это наблюдается при делирии.

122 Часть II. Общая психопатология

Для того чтобы говорить о состоянии нарушенного сознания, необходимо выявить у больного все три признака, отмеченные К.Ясперсом. Например, больной, находящийся в кататоническом ступоре, как бы отрешен от окружающего мира, не реагирует на происходящие события, не вступает в контакт, не отвечает на во­просы. Однако после выхода из болезненного состояния такой больной может рассказать о событиях, которые происходили во­круг, обнаруживая способность не только воспринимать, запоми­нать, но и анализировать происходящее. Это свидетельствует о том, что сознание не было нарушено, несмотря на отрешенность от окружающего.

11.1.3. Симптомы помрачения сознания

Одним из основных признаков нарушенного сознания явля­ется отрешенность от окружающего мира, что прежде всего про­является в изменении восприятия происходящего, выражающем­ся в фрагментарности, непоследовательности отражения событий и др. При состояниях нарушенного сознания имеет место дезори­ентировка во времени и месте. Иногда больные улавливают толь­ко грубые признаки окружающего («я в городе», «я в больнице»), но более точная ориентировка нарушена. У больных может на­блюдаться дезориентировка в ситуации, они утрачивают способ­ность оценивать обстановку, не понимают, что происходит. Выде­ляют аллопсихическую дезориентировку; которая проявляется в на­рушении ориентировки лишь в окружающем: в месте, времени, по отношению к другим лицам; амнестическую дезориентировку\ обусловленную расстройством памяти; аутопсихическую, при ко­торой дезориентировка относится только к собственной личнос­ти и проявляется невозможностью назвать свой возраст, имя, про­фессию и др.; бредовую, проявляющуюся в виде ложных представ­лений об окружающем (все происходящее наполнено особым смыслом, имеющим отношение к больному); соматопсихическую, при которой дезориентировка относится к собственному телу, его частям и внутренним органам.

Особым видом дезориентировки является двойная ориентиров­ка, когда больной одновременно находится как бы в двух ситуа­циях. Он убежден, что это больница, и в то же время говорит, что это не больница, а «специальный центр по подготовке космонав­тов» или «лаборатория по переделке умов», «школа обучения шпионов» и т.д.

В.А.Гиляровский считал, что такие больные живут как бы в двух мирах, в двух планах. Двойная ориентировка сопровождается пере­живанием симптомов положительного и отрицательного двойника.

Анозогнозия — неузнавание или отрицание собственной болез­ни, невозможность правильно оценить собственный дефект. Ано-

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 123

зогнозия часто является симптомом при нарушении критики при психических заболеваниях и алкоголизме.

Симптом никогда не виденного (jamais-vu) характеризуется тем, что больной неоднократно виденное, хорошо знакомое воспри­нимает как никогда не виденное, чуждое, виденное впервые.

При симптоме уже виденного (deja vu) новые, незнакомые яв­ления и новые ситуации больной воспринимает как уже знако­мые, виденные ранее. В чужом, незнакомом месте у него остро возникает чувство, что все это уже было ранее, хорошо знакомо.

Растерянность (аффект недоумения) — это состояние острого бессмыслия, невозможность или затруднение понимания происхо­дящих событии, мучительная неспособность разобраться в обста­новке, последовательно воспринимать происходящее, понять си­туацию в целом, переживание чувства беспомощности, собствен­ной измененности, в связи с этим аффект и мимика недоумения.

Гиперметаморфоз — расстройство внимания в форме непроиз­вольного, кратковременного его привлечения к предметам и яв­лениям, обычно не замечаемым, сопровождающееся состоянием острой растерянности.

11.1.4. Синдромы выключения сознания

К синдромам выключения сознания относят состояния оглу­шенности, сопора и комы.

Оглушение характеризуется двумя основными признаками: повышением порога ко всем раздражителям и обеднением психи­ческой деятельности. В связи с этим больные отвечают на вопро­сы, задаваемые только громким голосом и настойчиво. Ответы обычно односложны, но правильны. Повышен порог и к другим раздражителям: больные не жалуются на шум, неудобную, мок­рую постель, не чувствуют слишком горячей грелки и т.д., не реа­гируют на другие неудобства.

Обычно подчеркивают, что выражение лица таких больных именно тупое, оно не выражает никаких эмоций. Больной гово­рит односложно, так как психическая деятельность обеднена, мыслей и воспоминаний мало, сновидений нет, желания отсутст­вуют, движения скудны. Продуктивной психопатологической симптоматики обычно не выявляется.

Грубая ориентировка сохранена, но более тонкая и дифферен­цированная нарушена. После выхода из состояния оглушения у больного в памяти сохраняются отдельные фрагменты имевшей место ситуации. Так, больной в состоянии оглушения в процессе лечения инсулиновыми комами после купирования этого состоя­ния говорил врачу: «Я помню, Вы ко мне подходили, что-то спра­шивали, но что — не помню».

124 Часть II. Общая психопатология

Обнубиляции (вуаль на сознание) — легкая степень оглушения. Такой больной напоминает человека в состоянии легкого опьяне­ния. У него несколько рассеянно внимание, он не может сразу со­браться, чтобы правильно ответить, затруднено и замедленно вос-приягие событии, поэтому кажется, что он отвечает невпопад. Настроение бывает несколько повышено. Глубина обнубиляции обычно колеблется.

Оглушенность является признаком тяжелого поражения голо­вного мозга и наблюдается при интоксикациях, черепно-мозго­вых травмах и при объемных процессах (опухоли, гуммы, кисты).

Сопор — состояние, следующее по тяжести за оглушением. При нем сохраняются простые психические реакции на внешние воздействия: больной отдергивает руку при уколе, на громкий звук открывает глаза, поворачивает голову. У него сохраняются зрачковые, корнеальные и конъюнктивальные реакции.

Кома характеризуется полным угнетением психической дея­тельности, отсутствием зрачковых и других рефлексов, наличием бульбарных и тазовых расстройств.

11.1.5. Синдромы помрачения сознания

Делирий — иллюзорно-галлюцинаторное помрачение созна­ния — характеризуется противоположными оглушенности при­знаками: понижением порога ко всем раздражителям, богатством психопатологической симптоматики (иллюзорно-галлюцинатор­ной с возбуждением).

Начало делириозного помрачения сознания проявляется из­менением восприятия окружающего. Раздражители, которые ра­нее не мешали больному, начинают им восприниматься как более сильные и раздражающие. Так, больной с соматогенной интокси­кацией, например, при разрешении пневмонии, начинает жало­ваться, что в коридоре слишком громко говорит персонал, топа­ют, стучат ложками и тарелками при раздаче пищи, ему начинает мешать свет фонаря с улицы, постель кажется слишком жесткой, белье грубым и т.д. Затем появляются нарушения сна, возникают гипнагогические галлюцинации, из-за которых больной не может уснуть. Перед засыпанием на темном фоне ему видятся страшные рожи, куски тел, различные чудовища. Больной в страхе открыва­ет глаза, но, как только закрывает, снова видит страшные карти­ны. По утрам эти страхи кажутся нереальными и смешными, по­этому больной стесняется о них рассказать врачу.

На следующем этапе, обычно вечером, появляются парэйдо-лические иллюзии. В игре светотеней, на узорах обоев, на полу ви­дятся различные картины, подвижные, часто меняющиеся и исче­зающие при ярком освещении. Затем появляются зрительные гал­люцинации, иногда как продолжение парэйдолических иллюзий.

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 125

Так, больному в узорах ковра видятся головки котят, которые кивают в разные стороны, затем котята «выпрыгивают» из ковра и начинают «бегать по кровати». В это время больной не только видит их, но и начинает чувствовать, как они когтями царапают ему руки, т.е. появляются тактильные 1аллюцинации.

Зрительные галлюцинации вначале единичные, фрагментарные, затем множественные, микрооптические, сценоподобные. К зри­тельным галлюцинациям присоединяются тактильные и слухо­вые. Эти галлюцинации истинные. Критическое отношение от­сутствует, галлюцинаторные образы воспринимаются как реаль­ные, и поведение больною соответствует галлюцинациям. При ус­трашающих галлюцинациях больной испытывает страх, спасается бегством, вступает в борьбу, при индифферентных или «завлека­тельных» всматривается с интересом, смеется и т.д. Восприятие реальных событий и их оценка нарушены. Ориентировка ложная, больной считает, что он находится в другой ситуации, в другом го­роде, на работе с собутыльниками, окружен врагами и т.д.

Воспоминания о реальных событиях фрагментарны или от­сутствуют вовсе. Больной не помнит, как поступил в больницу, что предшествовало этому, как приходил врач, как он ехал в боль­ницу, однако помнит, что в квартиру рвались «бандиты», от кото­рых он оборонялся: спасался бегством. Критика к галлюцинаци­ям восстанавливается постепенно.

При делириозном состоянии могут быть светлые промежутки, когда на короткий период сознание проясняется. Это чаще на­блюдается в утренние часы или при активном привлечении вни­мания больного, при разговоре с ним. Оставленный в покое, он снова начинает галлюцинировать.

Делирий обычно проходит после длительною сна (16—18 ч), но к следующей ночи возможны рецидивы галлюцинаторных переживании.

Выделяют несколько разновидностей делирия: неразверну­тый, или абортивный, при котором наблюдаются иллюзии и гал­люцинации, но ориентировка сохраняется, длительность этого периода до нескольких часов. Наиболее тяжелыми вариантами делирия являются муситирующий (бормочущий) и профессиональ­ный, сопровождающиеся глубоким помрачением сознания. При муситирующем делирии наблюдается беспорядочное, хаотичес­кое возбуждение, обычно в пределах постели, речь бессвязная, бормочущая с выкрикиванием отдельных слов или слогов. Часто имеют место бессмысленные хватательные движения, больной теребит одежду, простыню, «обирается».

При профессиональном делирии у больного наблюдаются ав­томатизированные двигательные действия: он забивает несущест-

126 Часть II. Общая психопатология

вующие гвозди, строгает, пилит и т.д. Галлюцинаторные пережи­вания менее отчетливы и более стереотипны.

Делириозные помрачения сознания наблюдаются при хрони­ческих интоксикациях, инфекционных и соматических заболева­ниях, интоксикации при ожоговой болезни, черепно-мозговых травмах и других органических заболеваниях головного мозга. Не­смотря на яркость психопатологических проявлений, В.А.Гиля­ровский считал, что это реакция относительно сохранного мозга.

Онейроидное помрачение сознания (онейроид, сновидное, грезопо-добное). Онейроид — это помрачение сознания с наплывом непро­извольно возникающих фантастических сновидно-бредовых представлений в виде законченных по содержанию картин, следу­ющих в определенной последовательности и образующих единое целое. Это состояние сопровождается частичной или полной от­решенностью от окружающего, расстройством самосознания, де­прессивным или маниакальным аффектом, признаками катато-нии, сохранением в сознании содержания переживаний при ам­незии на окружающие события.

Если неправильное поведение больного в состоянии делирио-за не заметить нельзя, то онейроидное состояние сознания часто просматривается, так как наблюдается несоответствие между фантастическими переживаниями и поведением больного.

На первых этапах развития онейроида наблюдаются наруше­ния сна, затем бред инсценировки: все воспринимается как специ­ально подстроенное, как будто бы для больного специально разы­грываются сцены. В этом периоде имеет место двойная ориенти­ровка; больной живет как бы в двух мирах, двух планах, в реаль­ной ситуации и другой вымышленной, фантастической. При этом события причудливо переплетаются в сознании.

Больной может говорить, что, с одной стороны, он понимает, что находится в больнице, но с другой — думает, что это не боль­ница, а специальный «центр по подготовке космонавтов», косми­ческая станция или еще что-то необычное и фантастическое. В это время наблюдаются симптомы положительного и отрицатель­ного двойника. Лица воспринимаются не как реальные, а как подставные, играющие иную роль специально для больного. В последующем начинает нарастать фантастическая бредовая симп­томатика. Часто у больных имеется убеждение в исключительно­сти своего существования и предназначения: они призваны спас­ти планету, цивилизацию, создать новое общество, сделать людей счастливыми, защитить нашу землю от врагов, иногда ощущают себя в центре борьбы добра со злом (манихейский бред). Больные видят себя в других мирах, на других планетах, в аду, в раю, с по­мощью машины времени переносятся в будущее или далекое про-

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 127

шлое. Фантастическое причудливым образом переплетается с ре­альными событиями. Так, больная видит себя на арене Колизея, она рабыня, которую должны уничтожить, видит, как бежит, спа­саясь, под рев зрителей. Одновременно видит, как по арене скачет войско на великолепных белых конях, воины одеты в прекрасные золотые доспехи и во главе войска на белом коне заведующая от­делением, где находится больная. Поведение больных не соответ­ствует их переживаниям. Больные лежат в постели в субступороз-ном состоянии, иногда имеет место восковая гибкость. Некото­рые больные бродят по отделению с «зачарованной улыбкой», контакт с окружающими бывает нормальным, ответы чаще одно­сложные, но иногда удается выявить некоторые фантастические переживания.

Таким образом, для онейроида характерна отрешенность от ок­ружающего мира с погружением в фантастические бредовые пере­живания, двойная ориентировка, исключительность собственной миссии, несоответствие переживаний и поведения больного.

Онеироид может продолжаться несколько недель. В памяти больных обычно сохраняются фантастические переживания, о реальных событиях воспоминания чаще отсутствуют или больной помнит отдельные фрагменты. В ряде случаев наблюдаются не­произвольные фантастические представления о космических по­летах, войнах, путешествиях, не сопровождающиеся дезориенти­ровкой (ориентированный онеироид).

Онейроидное помрачение сознания наблюдается, как прави­ло, при приступообразной шизофрении и значительно реже — при других заболеваниях.

Аменция — аментивное помрачение сознания (от лат. amentia — безумие), характеризуется растерянностью с аффектом недоумения и инкогеренцией (ассоциативная бессвязность) и проявляется в не­возможности в целом воспринимать происходящие события, улав­ливать связь между предметами и явлениями. Больные схватывают отдельные фрагменты ситуации и не могут связать их в единое це­лое. По выражению Е.А.Попова, больной в состоянии аменции — это человек в разбитых очках, т.е. все им воспринимается по кусоч­кам, отдельно. Речь больного бессвязна, больные произносят бес­смысленный набор слов, носящий часто обыденный характер, на­блюдаются персеверации, бредовые идеи либо отсутствуют, либо отрывочны, аффект неустойчив, характерно беспорядочное двига­тельное возбуждение с хореоподобными гиперкинезами.

Наблюдается грубая дезориентировка вместе, времени и собст­венной личности. Больные не только не могут сказать, где они на­ходятся, но и оценить ситуацию в целом. Воспоминания о перио­де аменции отсутствуют.

128 Часть II. Общая психопатология

Появление на фоне аменции в ночное время делириозных пе­реживаний свидетельствует в пользу экзогенной природы амен-тивного помрачения сознания

Аменция наблюдается при тяжелых хронических соматичес­ких заболеваниях, при хронической раневой инфекции, органи­ческих заболеваниях головною мозга, реже — при реактивных психозах и шизофрении. Аменция может продолжаться несколь­ко недель и месяцев.

Сумеречное помрачение сознания. Это внезапно возникающее и внезапно прекращающееся помрачение сознания с последую­щей амнезией, при котором больной может совершать взаимо­связанные, последовательные действия, обусловленные часто бредом, галлюцинациями, бурными аффектами страха, отчаяния, злобы. Если делирий можно определить как иллюзорно-галлюци­наторное помрачение сознания, а онейроид — как грезоподобное, то для сумеречного помрачения сознания нет такого общего оп­ределения. Однако есть признаки, характеризующие это помра­чение сознания: пароксизмальность возникновения и прекращения; сохранность автоматизированной деятельности; полная амнезия на период сумеречного помрачения сознания.

При амбулаторном автоматизме сумеречное состояние насту­пает внезапно, но, несмотря на грубую дезориентировку, больные могут сохранять способность к упорядоченному поведению. В та­ком состоянии больной может выйти из дома и через несколько часов обнаружить, что он находится в другой части города или в другом городе, куда не собирался ехать. При этом всю дорогу он вел себя достаточно адекватно, ехал в транспорте, покупал билет, отвечал на вопросы, возможно, казался несколько рассеянным, но своим поведением не привлекал внимания.

При наличии бреда и галлюцинаций поведение больного ста­новится крайне опасным, так как действия его обусловлены пси­хопатологической симптоматикой или острейшими аффектив­ными состояниями с переживанием ярости или отчаяния.

Фуги и трансы — кратковременные состояния амбулаторного автоматизма.

Абсанс (от франц. absence — отсутствие) — кратковременная по­теря или угнетение сознания с последующей амнезией. Выключе­ние сознания действительно очень кратковременно. Например, во время беседы больной останавливается и замолкает, однако на во­прос. «Что с тобой?» — он тут же отвечает: «Ничего» — и продолжа­ет беседу. Сам больной чаще не замечает эти состояния или гово­рит, что у него бывают «отключения»

Выделяют несколько вариантов абсанса: атонический, харак­теризующийся потерей мышечного тонуса и внезапным падени-

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 129

ем, гипертонический — с повышением мышечного тонуса, кото­рый проявляется обычно сочетанным разгибанием головы и отве­дением глазных яблок кверху, иногда выгибанием туловища на-шд; субклинический — с неполной потерей сознания, энуретичес-кий — с непроизвольным упусканием мочи.

Сумеречные состояния сознания и абсансы в том числе наблю­даются при эпилепсии, органических заболеваниях головного мозга.

11.1.6. Сравнительно-возрастные особенности нарушений сознания

Нарушение сознания у детей зависит от возрастного этапа формирования сознания Так, в период предметного сознания на­рушения малодифференцированны, отчет о них получить не уда-С1ся. О его наличии можно судить только по поведению ребенка. Например, ребенок ночью вскакивает, громко кричит, от кого-то отмахивается, на вопросы и уговоры не реагирует. Через несколь­ко минут состояние проходит, он оглядывается по сторонам, объ­яснить, что с ним было, не может. При таком поведении можно мподозрить сумеречное помрачение сознания.

Для детей в возрасте до 3 лет наиболее характерно состояние оглушенности, для которого типично снижение активности во нсех психических проявлениях. Выраженность оглушенности ча­ще бывает незначительной, поэтому такое состояние оценивается как обнубиляции. В этом состоянии ребенок заторможен, реак­ции замедлены, внимание привлекается с трудом, интереса ни к чему не проявляет, безразличен к приходу матери, игрушкам.

Для индивидуального периода формирования сознания нару­шения более разнообразны, однако, чем моложе ребенок, тем ча­ще наблюдаются состояния оглушенности.

Делирий в этом возрасте отличается стертостью, фрагментар­ностью, меньшей длительностью, отсутствием последовательное-ш в его развитии, наличием иллюзий и галлюцинаций воображе­ния, отражающих аффективно-окрашенные переживания Ребе­нок говорит, будто бы он видел, что на кровати лежала красивая кукла или маленькая собачка, уверяет, что приходила мама Ребе­нок не может ответить, было это во сне или наяву.

Сумеречные состояния в этом возрастном периоде кратковре-менны и не развернуты. Чем моложе ребенок, тем больше в струк-iype сумеречного состояния выражены компонент автоматизиро­ванных движений и действий, что соответствует психомоторному уровню реагирования в этом возрасте Наиболее часто встречают­ся оральные автоматизмы (жевание, глотание, чмоканье, облизы-иание) или однообразные действия руками (поглаживание, пере-бирание пальцами).

130 Часть II. Общая психопатология

На этапе формирования коллективного сознания (9—16 лет) наиболее характерен делириозный синдром В этом возрасте можно выделить стадии в развитии делирия. На пределириозной стадии ребенок становится двигательно-беспокоиным, пугли­вым, обидчивым, затем появляется склонность к иллюзорному восприятию, иллюзии носят устрашающий характер, появляются гипнагогические галлюцинации. Для стадии истинных галлюци­наций типичны мелкие зооптические галлюцинации, больной видит насекомых — мух, муравьев, пчел, иногда кошек, собак. Та­кого рода галлюцинации чаще наблюдаются при различных ин­токсикациях, особенно атропиноподобными препаратами.

Онейроидные состояния в этом возрасте еще не полностью развернуты, чаще имеет место ориентированный онейроид, одна­ко в пубертатном возрасте наблюдаются типичные переживания, когда больные видят себя участниками фантастических событии, на войне, в космосе Воспоминания об этих переживаниях сохра­няются, но чаще носят отрывочный характер

Сумеречные состояния в подростковом возрасте часто сопро­вождаются аффективными расстройствами, переживанием стра­ха, злобы, отчаяния с агрессивным поведением.

В юношеском возрасте (5-й этап формирования сознания — 16—22 года) наблюдаются все клинические варианты расстройств сознания, характерные для зрелого возраста.

11.2. Нарушения самосознания

Самосознание — выделение человеком себя из объективного ми­ра, это — личное тождество, идентичность, постоянство своею «Я»

Самосознание (частная сторона сознания) — это не только осознание своей личности, но и своего тела, и своих психических функций во всем их разнообразии (мысли, чувства, желания, ин­тересы и т.д.) Оно включает в себя также осознание своею отно­шения к миру, своей деятельности в нем. Создавая в процессе сво­его труда какие-то ценности, человек отличает себя от предметов этой деятельности.

Самосознание, характеризуясь чувством единства собственно «Я», постоянством его, тем не менее сопровождается стремлени­ем к анализу собственных мыслей, поступков, переживаний, спо­собностью оценивать себя, смотреть на себя как бы со стороны Аналитическое размышление по поводу собственных мыслей, пе­реживаний, поступков, обычно полное сомнений и колебаний, называется рефлексией.

Самосознание в процессе онтогенеза формируется постепенно.

И.М.Сеченов в «Рефлексах головного мозга» так охарактери­зовал формирование самосознания: «...из детского самочувствия родится в зрелом возрасте самосознание, дающее человеку воз-

Глава 11. Нарушения сознания и самосознания 131

можность относиться к актам собственного сознания критичес­ки, т.е отделять все свое внутреннее от всего происходящего извне, анализировать его и сопоставлять (сравнивать) с внешним, — сло­вом, изучать акт собственного сознания».

Этап формирования аллопсихического самосознания (спо­собность ребенка выделять себя из окружающей среды) условно начинается с появления в речи местоимения «Я». Это происходит в возрасте 3 ле г.

Этап формирования соматопсихического самосознания (спо­собность оценивать свое физическое «Я») условно начинается с умения ребенка правильно идентифицировать правую и левую стороны применительно к себе и окружающим. Это обычно появ­ляется в 6—7-летнем возрасте.

Полная идентичность, постоянство своего «Я» (самосозна­ние) формируется к подростковому периоду.

К 12—14 годам у подростка появляется способность оценивать свое психическое «Я» — начинает формироваться аутопсихичес-кое самосознание. Знание этапов формирования самосознания необходимо для правильной оценки деперсонализации.

11.2.1. Деперсонализация

Нарушение самосознания, выражающееся в отчуждении от самого себя, называется деперсонализацией (от лат. de — приставка, означающая отделение, удаление, отмену, и лат. persona — особа, личность). Чувство отчуждения от собственного «Я» может ка­саться как личности в целом, так и отдельных психических и со­матических функции

Витальная деперсонализация — клинически наиболее тяжелая, когда у больного исчезает само чувство жизни: «я как мертвая», «не пойму, живу я или нет», «я вроде бы и не существую совсем».

Аутопсихическая деперсонализация — отчуждение психических функции, своего «Я» «я стал каким-то другим, чувствую это, а описать не могу», «это и я, и не я», «мысли как в тумане», «мысли не мои», «речь свою слышу как бы со стороны», «не пойму, хочу я спать или нет», «не пойму, спала я или нет», «все чувства куда-то исчезли».

Иногда чувство отчуждения касается какого-то периода жиз­ни больного, а может быть, и всего его прошлого. Например, больная заявляет: «Мое прошлое, это как бы и не мое прошлое».

К кругу аутопсихических деперсонализационных расстройств относится и anaesthesia dolorosa psychica — болезненная психичес­кая нечувствительность (чувство мучительного бесчувствия), ког­да больного ничто не радует, не печалит, его не трогают страдания близких, их успехи и это для него очень тягостно, мучительно.

132 Часть II. Общая психопатология

Больная 43 лет, находясь в клинике, очень ждала приезда своего сына, военного по специальности, которого несколько лет не видела. После свидания с сыном она горько плакала «Он пришел, мои единственный, горячо любимый сын, а во мне никакой радости, я ничего не почувство­вала, была как деревянная, это так ужасно, так мучительно»

Соматопсихическая деперсонализация — выражается в виде чув­ства чуждости собственного тела л ибо отдельных его частей или да­же их исчезновении. Этот вид деперсонализации необходимо диф­ференцировать от патологии в виде «расстройства схемы тела».

При соматопсихической деперсонализации нет ощущения из­менений пропорций или размеров тела, больные просто не чувст­вуют его (или частей его): «ног вроде бы у меня нет», «знаю, что голова лежит на подушке, а как будто бы и нет ее».

Больной не может понять, сыт он или голоден, есть у него по­зывы на акт мочеиспускания или дефекации или нет. Например, больная с длительной задержкой мочи после катетеризации не ис­пытала никакого облегчения, хотя было спущено около 3 л мочи.

Деперсонализация нередко сочетается с дереализацией, что дало основание некоторым авторам объединить их в единый синдром деперсонализации, называя при этом дереализацию ал-лопсихической деперсонализацией. Это положение имеет исто­рические корни, так как первоначально дереализация была опи­сана в рамках деперсонализации.

Такая идентификация в дальнейшем была вряд ли оправдана, так как дереализация — нарушение перцепции, а деперсонализа­ция — самосознания. Поэтому, когда имеются оба этих феномена, правильнее говорить о синдроме деперсонализации—дереализа­ции (Морозов В.М. и др.).

Деперсонализация в виде отдельных элементов соматопсихи-ческого характера может встречаться у детей с 8—10 лет, но в ти­пичном своем виде феномен отчуждения появляется только с подросткового возраста.

Субъективно деперсонализация всегда неприятна, тягостна для больных. В том или ином виде она может встречаться практи­чески при всех заболеваниях, то существуя длительно, то возни­кая приступами.

В виде отдельных эпизодов феномен отчуждения может встре­чаться и у здоровых людей в связи с перенапряжением, утомлени­ем, волнением, недосыпанием.

Подросток 15 лет, очень волновавшийся перед экзаменами и практи­чески не спавший несколько ночей подряд, вдруг со страхом сказал мате­ри. «У меня отказали ноги, я их не чувствую». Подсевшая к его кровати мать, казалось, находилась где-то очень далеко. Через несколько минут все это прошло.

Глава 12. НАРУШЕНИЯ ЛИЧНОСТИ

В психологии существует множество определений понятия «личность». Для медицинских целей (психотерапия, психологи­ческая коррекция, психологическая диагностика) в нашей сгране широко используется понимание личности с позиций «психоло­гии отношении», созданной в школе В.М.Бехтерева его ученика­ми—психиатрами и психологами А.Ф.Лазурским и В.Н.Мясищевым. Личность определяется как система, совокупность, «ан­самбль» отношений к окружающему, прежде всего социальному и к самому себе. Каждое отношение вырабатывается в онтогенезе, значительную роль в этом процессе hi рают условнорефлекторные механизмы.

Основой личности является характер. В значительной мере он определяется наследственными задатками, но окончательно формируется под влиянием воспитания, а искажаться может при неблагоприятном воздействии различных факторов — от хрони­ческой психической травматизации до органических поражений головного мозга.

12.1. Преморбидные типы личности

Преморбидный тип личности подразумевает ее основные чер­ты, тип характера до того, как возникло психическое расстройст­во. Этот тип обычно описывается со слов как самого больного, так и его близких при изложении анамнеза жизни. Оценка пре-морбидного типа важна для диагностики (риск отдельных психи­ческих расстройств неодинаков при разных типах), прогноза и выбора методов психотерапии и реабилитации.

Одной из наиболее известных и разработанных систематик типов личности, удобных для оценки преморбидных черт, являет­ся классификация «акцентуированныхличностей» немецкого пси­хиатра Карла Леонгарда. В основе этих типов лежат акцентуации характера, т.е. чрезмерное усиление отдельных его черт, вследст­вие чего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и да­же повышенной устойчивости к другим. Акцентуированные лич­ности (в отличие от психопатий, расстройств личности) — это крайние варианты нормы. В развитых странах к ним можно отне­сти более половины популяции.

Описаны следующие основные типы акцентуированных лич­ностей и акцентуаций характера (по К. Леонгарду и А.Е. Личко).

Гипертимный тип. Лица с этим типом личности отличаются почти всегда приподнятым настроением, высоким жизненным тонусом, активностью, брызжущей энергией. Короткие вспышки раздражения и гнева у больных вызывают противодействие окружающих, подавление их бурной деятельности, желания во все вмешиваться. Больные стремятся к самостоятельности и незави­симости, но тяготятся одиночеством и вынужденным бездельем. Они находчивы, умеют ловчить и изворачиваться, но плохо пере­носят жесткую дисциплину и регламентированный режим; нераз­борчивы в выборе знакомств. Увлекаясь новым, они часто не до­водят начатого до конца. Склонны к переоценке своих способно­стей и возможностей, чрезмерно оптимистичны в отношении бу­дущего, но плохо справляются с работой, требующей усидчивос­ти и аккуратности.

Циклоидный, или аффективно-лабильный, тип. Для этого типа личности характерна смена периодов подъема, когда больные ве­дут себя как гипертимы, периодами спада настроения и тонуса. Во время последних у больных отмечаются вялость, упадок сил, паде­ние работоспособности, они становятся малообщительными и бездеятельными. Самые незначительные неприятности в эти пе­риоды переживаются очень тяжело. Между подъемами и спадами могут быть продолжительные периоды ровного настроения. Дли­тельность периодов — от нескольких дней до нескольких месяцев.

Эмоционально-лабильный (эмотивный, аффективно-экзальти­рованный) тип. Главной чертой людей с этим типом личности яв­ляются крайняя изменчивость настроения, перепады которого происходят даже от ничтожного повода. От настроения же зави­сят самочувствие, работоспособность, общительность и отноше­ние ко всему. Больные тяжело переживают неприятности, склон­ны к невротическим реакциям. Они искренне привязаны к тем, от кого видят заботу и внимание. Отмечается большая потреб­ность в эмоциональных контактах, сопереживании.

Сенситивный (тревожный, боязливый) тип. Главными чертами людей с этим типом личности являются большая впечатлитель­ность и чувство собственной неполноценности. Среди посторон­них и в незнакомой обстановке больные робки и застенчивы. Об­щительны с теми, к кому привыкли. У них сильно развито чувст­во долга, ответственности. В себе видят множество недостатков и стремятся их перебороть, утверждая себя не там, где могут рас­крыться их действительные способности, а именно в той области, где они слабы, например робость и застенчивость стараются пре­одолеть, занимая общественные посты. Тревожность более всего сказывается опасением произвести неблагоприятное впечатление на других. Больные тяжело переживают недоброжелательное от­ношение к себе окружающих.

Психастенический (педантичный) тип. Лица с этим типом лич­ности сочетают в себе нерешительность, склонность к рассужда-тельству с тревожной мнительностью в виде опасений за будущее свое и своих близких. Педантизм и формализм становятся защит­ной реакцией от постоянной внутренней тревоги. Они питаются мыслью, что если не уклоняться от заведенного порядка, от наме­ченного плана, то ничего плохого не случится. Другой защитной реакцией становятся придуманные приметы и ритуалы. Нереши­тельность сочетается с нетерпеливостью, когда решение уже при­нято. Больные склонны к самоанализу и самокопанию. Тяжелой нагрузкой для них является ответственность, особенно когда от­вечать надо не только за себя, но и за друг их.

Шизоидный (интровертированный) тип. Это тип личности изве­стен как образец замкнутости. Хотя формальные контакты у людей с этим типом обычно не затруднены, однако непосильной задачей для них обычно оказываются эмоциональные контакты. Замкну­тость сочетается с внешней сдержанностью и даже холодностью. Недостаток сопереживания проявляется в неумении откликнуться на радость, печаль или опасения другого человека. Обнаруживает­ся также недостаток интуиции — неумение понять чужие пережи­вания, догадаться о невысказанных вслух желаниях или тревогах других людей, почувствовать симпатию или неприязненное отно­шение к себе. Они живут обычно внутренним миром, который за­полнен увлечениями и фантазиями. Увлечения (хобби) отличаются необычностью, силой и постоянством. Больные фантазируют про себя, с другими своими фантазиями не делятся. Отличаются также независимостью и склонностью к нонконформизму.

Эпилептоиднып (эксплозивный, возбудимый) тип. Лица с этим гипом личности обычно отличаются склонностью к коротким пе­риодам злобно-тоскливого настроения с накипающим раздраже­нием и поиском объекта, на котором можно «сорвать зло». В эти периоды особенно проявляется аффективная взрывчатость. Аф­фекты не только сильны, но и продолжительны, и больные во время них способны доходить до безудержной ярости. Очень сильны инстинкты, особенно сексуальное влечение. Склонность к сексуальным эксцессам сочетается с сильной ревностью, а ино­гда с садистскими и мазохистскими наклонностями. В отноше­нии к окружающим проявляется властность. Все поведение — от моторики и эмоциональности до мышления и личностных цен­ностей — отличается тяжеловесностью, тугоподвижностью, инертностью. Мелочная аккуратность, дотошное соблюдение правил, допекающий других педантизм сочетаются с бережливо­стью, расчетливостью и злопамятностью.

Истероидный (демонстративный, гистрионический) тип. Лица с этим типом личности обращают на себя внимание ненасытной жаждой быть в центре внимания. Этому служат лживость и фан­тазирование, склонность к рисовке и позерству, наигранно-преувеличенная экспрессия эмоций, чрезмерная драматизация собы­тий. С этим же связаны претензия на исключительное положение среди окружающих, а также высокий уровень притязаний в отно­шении своего будущего. Хорошие актерские способности позво­ляют вживаться в придуманную роль и вводить в заблуждение до­верчивых людей. Нередко приписываемая истероидам внушае­мость весьма избирательна — распространяется лишь на то, что способно привлечь внимание других и покрасоваться перед ними. Больные любят менять компании приятелей, уверяя, что «разоча­ровались» в прежних.

Неустойчивый тип. Для личностей этого типа характерна по­стоянная гедонистическая установка — непрерывная повышенная тяга к удовольствиям, развлечениям, праздности, безделью. Они стремятся уклониться от любого труда, от исполнения обязаннос­тей и долга. Живут сегодняшним днем, никаких долгосрочных це­лей перед собой не ставят. Любые упорные занятия их отталкивают. Настоящих привязанностей никогда ни к кому не испытывают — ни к родным, ни к друзьям. Ни в кого не влюбляются — сексуаль­ная жизнь служит лишь одним из путей к получению удовольст­вия. Их привлекают любые асоциальные компании, сулящие раз­влечения. Трусливость и недостаточная инициативность обрекают их на подчиненную роль. Они часто начинают злоупотреблять спиртными напитками и другими дурманящими веществами. От трудностей, неприятностей и испытаний стараются убежать.

Конформный тип. Этот тип представлен людьми «своей сре­ды». Их жизненное правило думать, поступать, жить, «как все», т.е. как привычное окружение, поэтому они полностью оказыва­ются продуктом своей микросреды. В хорошем окружении это не­плохие люди и работники, в неблагоприятной среде они могут легко спиваться и вставать на путь преступлений. Конформность во всем к своему окружению сочетается с консерватизмом, обус­ловленным трудностью адаптации к новым условиям, необычной среде, новым веяниям, с отсутствием личной инициативы, пред­почтением всегда идти привычным путем, действовать по затвер­женным трафаретам. Другой чертой является поразительная не­критичность: как истина воспринимается все то, что поступает по привычным каналам информации. Больные теряют душевное равновесие при крутых переменах в жизни, когда они лишаются привычного общества.

Смешанные типы весьма распространены. Они могут быть про­межуточными, когда черты двух типов прослеживаются с юных лет, иногда с детства (например, смешанный истеро-эпилептоид-ный тип), или амальгамными, когда на основу одного типа вслед­ствие длительного неблагоприятного влияния среды наслаиваются черты другого типа (например, воспитание в условиях жесто­ких взаимоотношений в окружении способствует напластованию некоторых эпилептоидных черт на основу других типов).

12.2. Расстройства личности

Расстройства личности (психопатии) — патологические харак­теры, описание которых дается в главе 32. Они могут быть кон­ституциональными (наследственно обусловленными) или фор­мироваться вследствие продолжительного особо неблагоприят­ного влияния среды, чаще в детстве или подростковом возрасте.

Патологическое развитие личности проявляется нарастающи­ми ее изменениями по определенному типу вследствие психичес­кой травматизации, адресующейся к «месту наименьшего сопро­тивления» данного типа акцентуации характера. В крайних случа­ях изменения личности при таких развитиях могут достигать уровня психоза, когда утрачивается способность отдавать отчет в своих действиях и руководить ими.

Особую группу составляет патологическое развитие личности, обусловленное тяжелыми физическими дефектами (слепота, глу­хота, врожденные параличи и т.д.).

Личностные дефекты возникают как последствия тяжелых психических заболеваний или органических поражений головно­го мозга. Возникающие изменения отличаются стойкостью. Раз­личают несколько типов личностных дефектов: шизофреничес­кий, эпилептический, органический и др., картина которых опи­сывается в соответствующих главах.

Глава 13. ЛЕЧЕНИЕ, РЕАБИЛИТАЦИЯ И ОСНОВЫ ПСИХОПРОФИЛАКТИКИ

Способы лечения психических расстройств принято разделять на биологические и психотерапевтические.

13.1. Биологическая терапия психических расстройств

К биологическим относятся те методы лечения, которые ока­зывают терапевтическое действие на биологическом уровне.

Чаще эти методы полностью или частично редуцируют клини­ческие проявления психической патологии (симптоматическое лечение), реже они влияют на этиологию и патогенетические ме­ханизмы психических расстройств (этиологическая и патогенети­ческая терапия).

Биологические методы лечения психических расстройств раз­нообразны. К ним относятся психофармакотерапия, шоковые ме­тоды (инсулинокоматозная и электросудорожная терапия), при­менение противосудорожных средств при эпилепсии, препаратов, подавляющих влечение к наркотикам, при наркоманиях, антиби­отиков при прогрессивном параличе, фототерапия (светолечение) депрессий, терапия депрессий депривацией (лишением) сна.

В психиатрии используются различные биологические мето­ды лечения, заимствованные из других областей медицины: ла­зерная терапия, иглорефлексотерапия, физиотерапия, лечение гормональными препаратами, иммунокорректорами, витамина­ми. Эти методы самостоятельного значения не имеют, использу­ются как дополнительные в комплексной терапии психических расстройств.

Среди биологических методов лечения, применяемых в психи­атрии, центральное положение занимает психофармакотерапия.

13.1.2. Психофармакотерапия

13.1.2.1. Общие положения

К психотропным препаратам относятся лекарственные сред­ства, обладающие способностью устранять (полностью или час­тично) те или иные психопатологические проявления, а иногда и оказывать определенное положительное влияние на патогенети­ческие механизмы психических расстройств.

История психофармакотерапии началась в 1952 г., когда фран­цузские врачи Делей и Деникер, получив сведения о выраженных седативных свойствах хлорпромазина (аминазина), успешно при­менили этот препарат у больных с психомоторным возбуждением. Вскоре началась интенсивная работа по синтезированию психо­тропных средств и их внедрению в психиатрическую практику.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 139

К настоящему времени психотропные препараты заняли ведущие позиции в биологической терапии психических расстройств.

К достоинствам психотропных средств относятся быстрое действие, возможность длительного, в том числе амбулаторного применения, наличие набора препаратов, устраняющих разные психопатологические проявления, существование различных способов введения.

Часть препаратов применяется как перорально, так и паренте­рально (внутримышечно, внутривенноструино и капельно). Нередко используются психотропные средства пролонгированного действия. Некоторые из них вводятся больному всего один раз в 2—4 недели.

Благодаря широкому применению психотропных средств, ко­торые нередко быстро купируют речедвигательное возбуждение, агрессию, другие проявления острых психозов, упорядочивают поведение психически больных в целом, радикально улучшилась обстановка в психиатрических учреждениях. Еще более важно то, что появилась возможность во многих случаях не прибегать к ста­ционарному лечению психически больных, а ограничиться амбу­латорной психофармакотерапией. За счет проведения поддержи­вающей и противорецидивной терапии психотропными средства­ми, сократились не только количество, но и продолжительность госпитализации, увеличилась длительность ремиссий.

Психофармакотерапия позволяет у части психически больных отдалить сроки инвалидизации или избежать ее, улучшить соци­альную адаптацию и качество жизни больных.

Вместе с тем, психофармакотерапия не лишена ряда недостат ков.

Во-первых, значительная доля больных, которым назначают­ся психотропные средства, уклоняются от их приема, особенно в амбулаторных условиях.

Во-вторых, большинство психофармакологических препара­тов обладает преимущественно симптоматическим действием, нивелирует клинические проявления психических расстройств, существенно не влияя на их патогенез. Соответственно ремиссии, возникающие на фоне психофармакотерапии, нередко оказыва­ются весьма поверхностными, неустойчивыми. Для их стабилиза­ции, продления требуется долгий, нередко многолетний прием психотропных препаратов.

В-третьих, некоторые классы психотропных средств (транкви­лизаторы, психостимуляторы) при длительном применении могут вызывать психическую, а иногда и физическую зависимость.

Однако в целом достоинства психофармакотерапии сущест­венно превалируют над недостатками.

Диапазон разовых и суточных доз большинства психотропных средств очень значителен. При характеристике конкретных пре-

140 Часть II. Общая психопатология

паратов будут приведены наиболее употребительные активные дозы препаратов для перорального применения. Эти дозы иногда могут быть превышены при особой остроте, тяжести психических расстройств, их терапевтической резистентности. При малой вы­раженности психических нарушений, наличии относительных противопоказаний, разовые и суточные дозы психотропных средств могут быть значительно ниже указанных.

При парентеральном введении препаратов разовые и суточ­ные дозы чаще всего составляют половину от тех доз, которые на­значаются перорально. Детям до 6 лет назначают от 1/8 до 1/4, от 6 до 15 лет 1/2 дозы взрослых. При лечении психических расст­ройств у лиц позднего возраста дозы большинства препаратов также существенно сокращаются.

13.1.2.2. Классификация психотропных средств

Классификация психофармакологических препаратов основа­на, в первую очередь, на их ведущих клинических эффектах. Она включает 6 классов психотропных средств: 1) нейролептики; 2) ан­тидепрессанты (тимоаналептики); 3) транквилизаторы; 4) психо­стимуляторы; 5) ноотропные препараты (препараты нейрометабо-лического действия); 6) стабилизаторы аффекта (нормотимики).

В рамках отдельных классов психотропных средств приня­то выделять группы препаратов, с учетом особенностей их клинических эффектов, химической структуры, механизмов действия.

13.1.2.2.1. Нейролептики

Клиническое действие и показания к применению. К нейролеп­тикам относят препараты с антипсихотическим действием. Кли­нические эффекты нейролептиков разнообразны, но наиболее значимы из них следующие:

1) общее антипсихотическое действие — присущая ряду наи­более мощных нейролептиков, способность глобально воздейст­вовать на психоз, купировать, «обрывать» психотические присту­пы в целом, а иногда и задерживать, приостанавливать прогресси-рование хронических и рецидивирующих психозов, в первую оче­редь, шизофрении;

2) выраженные седативные свойства, способность устранять различные виды психомоторного возбуждения;

3) избирательное антипсихотическое действие в виде полной или частичной редукции продуктивной психотической симпто­матики (бред, галлюцинации, психические автоматизмы);

4) способность коррегировать расстройства поведения.

Кроме того, многим нейролептикам присущи и другие клини­ческие действия: противотревожные (анксиолитические) свойст­ва, снотворный, некоторый противосудорожный, гипотензив-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 141

ный, гипотермический эффекты, потенцирование действия ана-лгезирующих, наркотических средств; соматотропные эффекты, используемые влечении ряда висцеральных заболеваний.

Показания к применению нейролептиков: любое психомо­торное возбуждение (маниакальное, кататоно-гебефренное, гал-люцинаторно-бредовое, делириозное, тревожное, психопатичес­кое); все галлюцинаторно-бредовые синдромы (паранойяльный синдром, острые и хронические галлюцинозы, синдром психиче­ского автоматизма, парафренный синдром); расстройства поведе­ния, особенно возбудимого, истерического типа.

Нейролептики используются при психозах любой этиологии, однако основную массу больных, получающих нейролептики, со­ставляют больные шизофренией.

В невысоких дозах нейролептики применяются при невроти­ческих, неврозоподобных, психосоматических и других непсихо­тических расстройствах.

Побочные действия, осложнения и противопоказания к нейро­лептической терапии.

К наиболее актуальным соматическим побочным эффектам отно­сятся артериальная гипотония и ортостатические коллапсы, лейкопе­ния, агранулоцитоз, увеличение массы тела, эндокринные сдвиги.

Из неврологических расстройств особенно характерны пар-кинсоноподобные расстройства (нейролептический синдром). Из-за высокого риска возникновения паркинсоноподобных рас­стройств большинство нейролептиков практически всегда приме­няются в сочетании с антипаркинсоническими средствами (цик-лодолом, его аналогами, акинетоном).

Возможно развитие акатизии (субъективно тягостной неусид­чивости, лишних движении) и приступообразных неврологичес­ких расстройств в виде тонических судорог глазных мышц, мышц лица, шеи, языка. При длительном применении значительных доз нейролептиков иногда возникают трудно поддающиеся лечению поздние дискинезии (тикоподобные гиперкинезы с преимущест­венной локализацией в области головы и шеи, кривошея, блефа-роспазм).

Редкое, но опасное осложнение — злокачественный нейро­лептический синдром в виде помрачения сознания, речедвига-гельного возбуждения, гипертермии, острых соматовегетативных и неврологических дисфункций.

Психопатологические побочные эффекты выражаются в нейро­лептических депрессиях и в однообразии эмоциональных реакций, вялости, замедлении, монотонности психических процессов в целом.

Возможны кожные аллергические реакции у больных и кон­тактные дерматиты у медицинского персонала.

142 Часть II. Общая психопатология

Противопоказаниями для применения большинства нейро­лептиков являются декомпенсация сердечно-сосудистых заболе­ваний, тяжелая патология печени и почек, лихорадка, алкоголь­ное и наркотическое опьянение, паркинсонизм, закрытоугольная глаукома, аденома предстательной железы, беременность и корм­ление грудью.

Прием нейролептиков несовместим с управлением транспор­том и с другими видами деятельности, требующими высокой кон­центрации внимания и быстрых психомоторных реакций.

Механизмы действия нейролептиков. Лечебные эффекты ней­ролептиков связывают с их блокирующим влиянием на цереб­ральные нейромедиаторные системы: особенно на дофаминерги-ческую и серотонинергическую и, в меньшей степени, — на нора-дренергическую и холинергическую. С нейрофизиологических позиций, клинические эффекты нейролептиков объясняются торможением подкорковых структур мозга, включая ретикуляр­ную формацию, которая активирует деятельность коры головного мозга. В результате снижаются напряжение, скорость нейрофизи­ологических процессов в коре, что способствует редукции бреда, галлюцинаций и других психотических проявлений.

Систематика нейролептиков и клиническая характеристика пре­паратов. С учетом преобладающих лечебных эффектов, различают три группы нейролептиков: 1) нейролептики с преимущественно седативным действием; 2) нейролептики с преобладанием антипси­хотических свойств; 3) нейролептики — корректоры поведения.

Нейролептики с преимущественно седативным действием

Препараты этой группы обладают выраженными общеуспока­ивающими, затормаживающими, противотревожными, снотвор­ными, миорелаксирующими свойствами при меньшей антибре­довой и антигаллюцинаторной активности.

Хлорпромазинх (аминазин)2 — один из наиболее мощных нейро-лептиков-седатиков. Обладает общим антипсихотическим дейст­вием. Используется в виде внутримышечных инъекций при раз­личных вариантах речедвигательного возбуждения, острых галлю-цинаторно-бредовых психозах, при тревоге с ажитацией, аффек­тивной напряженности, злобности, агрессивности, тяжелых рас­стройствах сна у психотических больных. У больных с двигатель­ной расторможенностью, менее глубокой тревогой, возбудимос­тью применяется в таблетированной форме. Обнаруживает выра­женное гипотензивное действие. Иногда вызывает депрессию.

Суточная доза — 300—600 мг.

Здесь и далее генерическое название препарата гВ скобках приведены наиболее употребительные торговые названия

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 143

Левомепромазин (тизерцин) по спектру клинических эффектов и активности близок к аминазину. В отличие от аминазина, не вы­зывает депрессии. Показания к применению такие же, как у ами­назина. Имеет инъекционную форму.

Суточная доза — 75—200 мг.

Сульпирид (топрал) применяется для купирования маниакаль­ного и других видов возбуждения, острых галлюцинаторно-бре-довых психозов, интенсивной тревоги, агрессивного поведения. Выпускается в виде таблеток и раствора для инъекций.

Суточная доза — 400—1200 мг.

Клозапин (азалептин, лепонекс) сочетает выраженные седатив-ные и антипсихогические свойства. Показан при острых и осо­бенно при хронических галлюцинаторно-бредовых психозах. Почти не вызывает неврологических побочных эффектов, но со­матически переносится хуже большинства других нейролептиков. Самое опасное осложнение — агранулоцитоз. Имеет таблетиро-ванную и инъекционную формы выпуска.

Суточная доза — 100—600 мг.

Хлорпротиксен (труксал) сочетает умеренный седативный и некоторый антипсихотический эффекты. Применяется при алко­гольном делирии, аффективном напряжении, тревоге, двигатель­ном беспокойстве, расстройствах поведения. Обладает выражен­ным противорвотным действием. Имеет инъекционную форму.

Суточная доза - 50—200 мг.

Промазин (пропазин) по клиническим эффектам сходен с ами­назином, но менее активен. Вместе с тем, лучше переносится, ли­шен депрессогенных свойств. В инъекционной форме использу­ется при речедвигательном возбуждении, спутанности у сомати­чески ослабленных больных и лиц позднего возраста.

Суточная доза — 100—600 мг.

Нейролептики с преимущественно антипсихотическим действием

Эта группа нейролептиков устраняет продуктивную психоти­ческую симптоматику. Некоторые из препаратов сочетают выра­женные антипсихотический и седативный эффекты. Другие обла­дают активирующим, растормаживающим действием. Для нейро­лептиков данной группы особенно характерны неврологические побочные эффекты.

Тиопроперазин (мажептил) относится к самым мощным ней­ролептикам. Обладает выраженным общим антипсихотическим действием, антибредовыми, антигаллюцинаторными и расторма­живающими свойствами. По силе общего антипсихотического действия сопоставим с шоковыми методами лечения. Применя­ется в таблетках и инъекциях у больных шизофренией при галлю-цинаторно-параноидных и кататонических расстройствах. Ис-

144 Часть II. Общая психопатология

пользование мажептила ограничивается частотой и выраженнос­тью неиролепсии и других неврологических побочных эффектов.

Суточная доза — 20—60 мг.

Галоперидол относится к широко применяемым нейролепти­кам. Сочетает выраженные антипсихотические и седативные свойства. Используется влечении как острых и хронических гал-люцинаторно-бредовых расстройств, так и маниакального и дру­гих видов психомоторного возбуждения. Выпускается в таблет­ках, каплях и растворе для инъекции.

Суточная доза — 10—60 mi.

Есть пролонгированная форма препарата — галоперидол дека-ноат. Вводится в/м один раз в 2—4 недели.

Трифлуоперазин (шрифшазин, сгпелазин) по влиянию на бред и галлюцинации несколько уступает галоперидолу. В малых дозах обнаруживает некоторый активирующий эффект, используемый при неглубоких вялоапатических состояниях у больных шизофре­нией. Формы выпуска: таблетки и раствор для инъекции.

Суточная доза — 30—80 мг.

Рисперидон (рисполепт) обладает противобредовым, антигал­люцинаторным, антикататоническим эффектами. Один из не­многих препаратов, оказывающих положительное влияние на не­гативные расстройства (снижение активности, эмоциональное обеднение, проявления аутизма) у больных шизофренией. Редко вызывает побочные неврологические эффекты.

Суточная доза — 2—8 мг.

Оланзапин (зипрекса) применяется при острых и хронических психозах с галлюцинаторно-бредовой симптоматикой. Смягчает негативные изменения личности при шизофрении. Существен­ное достоинство препарата — практическое отсутствие неиролеп­сии и других побочных неврологических действии.

Суточная доза — 5—20 мг.

Флупентиксол (флюанксол) - нейролептик с дозозависимыми эффектами. Выпускается в таблетках и капсулах. В малых дозах (до 3 мг) обладает антидепрессальным и противотревожным эффекта­ми. В средних дозах (3—40 мг) имеет четкий антидефицитарный, дезингибирующий эффект. Принимается при лечении негативных расстройств при шизофрении. В высоких дозах (40—150 мг) оказы­вает мощное антипсихотическое действие. Хорошо переносится больными для преодоления резистентности другим нейролептикам.

Суточная доза — 1 — 150 мг.

Выпускается депонированная форма препарата — флупентик­сол деканоат. Вводится в/м с интервалом 2—3 недели.

Зуклопентиксол (ююпиксол) обладает мощным общим и избира­тельным антипсихотическим эффектом, имеет преходящее седатив-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 145

ное действие, содержит уникальную форму — зуклопентиксола аце-гат(клопиксол-акуфаз), специально созданную для купирования ос­трых состояний (сохраняет активность до 72 часов после инъекции).

Суточная доза — 10—50 мг.

Депонированная форма - зуклопстиксол деканоат - вводит­ся в/м один раз в 2—4 недели.

Этаперашн — относительно мягкий неиролептик-антипсихо-гик. Менее активен, чем большинство выше перечисленных пре­паратов. Вместе с тем, он реже вьпывае! побочные эффекты. При­меняется при галлюцинаторно-бредовых расеiponeшах, особенно при наличии серьезных сомашческих заболевании и в позднем возрасте. Обладает центральным прогиворвогным действием.

Суточная доза — 20—60 мг.

Модитен-депо — нейролептик пролонгированною действия с достаточно активными антипсихогическими и менее выражен­ными растормаживающими своисгвами. Особенно часто исполь­зуется в амбулаторной практике при хронических галлюцинатор­но-бредовых, кататоно-ступороных и психопатоподобных расст­ройствах в рамках шизофрении. Выпускается в виде масляного раствора для инъекций.

Вводится в/м каждые 2—4 недели в дозе 12,5—50 mi.

Дроперидол обладает быстрым, интенсивным, но непродолжи­тельным действием. Основные эффекты: седагивныи, антипсихо-тическии, миорелаксирующии, шпотензивныи, противорвот-ный. Потенцирует действие анальгетиков. В психиатрии приме­няется редко, главным образом, для купирования психомоторно­го возбуждения. В основном используется в анестезиологии как средство премедикации и при проведении нейролептаналгезии в сочетании с обезболивающими. Вводится внутримышечно, под­кожно и внутривенно. Разовая доза — 2,5 мг, суточная — до 7,5 мг.

Сульпирид (эглонил) сочетает мягкий антипсихотический эф­фекте антидепрессивным и активирующим. Используется в ком­плексной терапии при галлюцинаторно-бредовых и депрессивно-бредовых состояниях, сопровождающихся апатией, вялостью. Нередко применяется в гастроэнтерологии для лечения язвенной болезни желудка (в сочетании с другими способами лечения). Нейролепсию вызывает редко. Имеет инъекционную форму.

Суточная доза варьирует от 100 до 1000 мг.

Нейролептики — корректоры поведения

Препараты, у которых среди клинических эффектов на первый план выступает способность полностью или частично устранять рас­стройства поведения, преимущественно возбудимою или истеричес­кого круга. Уменьшают взрывчатость, демонстративность, агрессив-

146 Часть II. Общая психопатология

ные тенденции, расторможение влечений. Антипсихотические свой­ства выражены относительно слабо. Редко вызывают неиролепсию.

Перициазин (неулептил). Особенно часто используется для коррек­ции возбудимости и злобной агрессивности, нарушении пищевого по­ведения, двигательной расторможенности. Широко применяется в детской и подростковой психиатрии. Выпускается в капсулах и каплях.

Суточная доза для взрослых — 20—60 мг.

Тиоридазин (сонапакс, меллерил). Наряду с коррегирующим влиянием на расстройства поведения, обладает умеренными анж-психотическим, седативным и психоактивирующим эффектами. Часто применяется влечении клинически разных субпсихотичес­ких, психопатических и невротических нарушении. При длитель­ном применении высоких доз возможно развитие ретинопатии.

Суточная доза — от 50 до 500 мг.

13.1.2.2.2. Антидепрессанты (тимоаналептики)

Основные терапевтические эффекты антидепрессантов.

К тимоаналептикам относят препараты, главное клиническое дей­ствие которых заключается в устранении или ослаблении депрессий. У здоровых антидепрессанты не вызывают повышения настроения.

Наряду с ведущим антидепрессивным эффектом, тимоана­лептики обладают и другими клиническими действиями.

Одним из них присущи психостимулирующие, активирующие свойства. Другие оказывают седативное, затормаживающее дей­ствие. Третьи — не проявляют ни отчетливых стимулирующих, ни седативных свойств. Многие антидепрессанты обнаруживают противотревожное, антифобическое и антиобсессивное действие.

Показания к применению. Основные показания для назначения ан­тидепрессантов — депрессии разной глубины (психотические, непси­хотические), с разными клиническими особенностями и любой этио­логии (эндогенной, экзогенно-органической, соматической, интокси­кационной, психогенной). Кроме того, тимоаналептики используются при тревожных и обсессивно-фобических расстройствах, алкогольной и наркотической абстиненции, нервной анорексии и булимии, психо­соматических расстройствах, хроническом болевом синдроме, заболе­ваниях желудочно-кишечного тракта. «Малые» (мягкие) антидепрес­санты и мощные антидепрессанты в невысоких дозах часто назначают­ся при различных формах неврозов и других непсихотических расст­ройствах. Антидепрессивный и иные клинические эффекты тимоана-лептиков проявляются медленно. Поэтому оценка их эффективности в большинстве случаев возможна через 3—4 недели от начала лечения.

Побочные эффекты и осложнения. Чаще побочные эффекты и ос­ложнения возникают при использовании значительных доз трицик-лических антидепрессантов (имипрамина, амитриптилина, кломи-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 147

прамина). Эти препараты обладают выраженной антихолинергичес-кой активностью. Их применение может сопровождаться приступа­ми тахикардии, экстрасистолиями, колебаниями артериального дав­ления, сухостью слизистых оболочек. Трициклики противопоказаны при тяжелых сердечно-сосудистых заболеваниях, глаукоме, атонии кишечника и мочевого пузыря, аденоме предстательной железы.

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (па-роксетин, флуоксетин, флувоксамин, сертралин, циталопрам) пе­реносятся лучше. Их побочное действие чаще выражается в дис­пепсии. В редких случаях возможно развитие серогонинового синдрома в виде комплекса диспепгических и неврологических (тремор, акатизия, миоклонические проявления, дизартрия) нару­шений. Иногда при крайней степени выраженности серотонино-вого синдрома развиваются спутанность сознания, гипертермия, сердечно-сосудистые расстройства. Проявления серотон и нового синдрома в большинстве случаев исчезают в ближайшие 3—4 дня.

Механизмы действия тимоаналептиков при депрессиях различны.

Возникновение самих депрессий объясняют, прежде всего, ослаб­лением синаптической передачи нервных импульсов, обусловленным недостаточной активностью норадренергическои, серотонинергичес-кой и, в какой-то мере, дофаминергической систем головного мозга.

Антидепрессивное действие трициклических тимоаналепгиков связывают с повышением под их влиянием содержания норадрена-лина и отчасти серотонина в межсинаптических пространствах и улучшением в результате этого синаптической передачи. Селектив­ные ингибиторы обратного захвата серотонина (пароксетин, флуок­сетин, флувоксамин, сертралин, циталопрам) оказывают антиде­прессивное действие, увеличивая содержание этого нейромедиато-ра в межсинаптических щелях. Обратимые ингибиторы моноами-нооксидазы (моклобемид), блокируя ее, также способствуют накоп­лению активных моноаминов в центральных мозговых структурах и в итоге стимулируют передачу нервного возбуждения.

Систематика антидепрессантов и клиническая характеристи­ка препаратов. По особенностям клинического действия антиде­прессанты разграничивают натри группы: 1) антидепрессанты со стимулирующими свойствами; 2) антидепрессанты с седативным эффектом; 3) ангидепрессанты сбалансированного действия.

Антидепрессанты со стимулирующими свойствами

Эти препараты, положительно влияя на депрессивную симп­томатику, одновременно активируют, растормаживают больных. Вместе с тем, антидепрессанты-стимуляторы могут усиливать галлюцинаторно-бредовые расстройства, тревогу, суицидальные тенденции, вызывать диссомнию при назначении в вечернее вре­мя. Принимаются утром и днем.

148 Часть II. Общая психопатология

Имипрамин (мелипрамин). Один из наиболее мощных антиде­прессантов. Применяется при тоскливых, адинамических, апати­ческих депрессиях, иногда при фобиях и обсессиях, в малых дозах на ночь при энурезе у детей. Назначается перорально, внутримы­шечно, внутривенно капельно. При внутривенном капельном введении стимулирующий эффект нивелируется.

Суточная доза - 75—300 мг.

Флуоксетин (прозак, продеп). Показания те же, что и для ими-прамина. При использовании этого препарата необходим тща­тельный контроль за психическим состоянием пациента в связи с возможностью усиления суицидальных тенденций. Обычно на­значается один раз в сутки (утром).

Стандартная суточная доза — 20 мг. Иногда ее увеличивают до 60 мг.

Моклобемид (аурорикс) применяется при депрессиях и соци­альных фобиях.

Суточная доза — 300—600 мг.

Антидепрессанты с седативным эффектом

Тимоаналептики данной группы сочетают антидепрессивное и общеуспокаивающее действие. Обладают противотревожным эф­фектом, устраняют двигательное беспокойство, расторможен-ность-, углубляют ночной сон. В то же время они нередко вызывают вялость, дневную сонливость, замедляют скорость психических и двигательных реакций, особенно в первые дни и недели приема.

Амитриптилин (саротен, саротен-ретард, триптизол) — ши­роко применяемый антидепрессант-седатик. По силе тимоана-лептического действия не уступает имипрамину. Используется при тревожных, ажитированных, ипохондрических депрессиях. Вводится перорально и парентерально.

Суточная доза — 75—300 мг (саротен-ретард — 50—150 мг).

Флувоксамин (феварин) несколько уступает по антидепрессив­ной активности амитриптилину, но лучше переносится. Показа­ния сходны с показаниями к применению амитриптилина.

Суточная доза — 100—300 мг.)

Тианептин (коаксил) — антидепрессант с противотревожным действием. Применяется при разных клинических вариантах де­прессий. Препарат хорошо переносится соматически ослаблен­ными и пожилыми больными.

Назначается в стандартной дозе 37,5 мг в сутки.

Миансерин (леривон) — антидепрессант мягкого действия, с отчетливыми седативными свойствами. Широко используется в ге-ронтологической психиатрии. Чаще назначается однократно на ночь.

Суточная доза — 30—150 мг.

Азафен — оригинальный отечественный препарат. Является типичным малым антидепрессантом. В основном применяется в

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 149

амбулаторном лечении непсихотических депрессий. Как прави­ло, побочных эффектов не вызывает.

Суточная доза — 75—300 мг.

Антидепрессанты сбалансированного действия

У препаратов этой группы основной тимоаналептическии эффект соче гае гея со сбалансированными прошвотревожными и психостимулирующими свойствами.

Кломипрамин (анафранил) не уступает но гимоаналептическои активности имипрамину и амитрипгилину. Широко применяется влечении депрессии разной глубины и с разными клиническими особенностями, а также в герапии гревожно-фобических и обсес-сивно-компульсивных расстройств. Назначается в шблетках, внутримышечно и внутривенно капельно.

Суточная доза — 75—300 мг.

Пароксетин (рекситин, паксил) — активный гимоаналептик из группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина, сочетает антидепрессивное, анксиолитическое и стимулирующее действие. Реже вызывает побочные явления и осложнения, чем некоторые другие препараты с аналогичным механизмом дейст­вия, особенно широко применяется при тревожных, ипохондри­ческих и атипичных депрессиях различной этиологии, а также при обсессивно-фобических расстройствах.

Суточная доза — 20—60 мг.

Пиразидол (пирлиндол) — антидепрессант, впервые синтезиро­ванный в нашей стране, средний по активности. Относительно редко вызывает побочные эффекты. Особенно показан для исполь­зования в детско-подростковой и геронтологической психиатрии.

Суточная доза — 75—300 мг.

Сертралин (золофт), циталопрам (ципрамил) — несколько усту­пают по силе тимоаналептического действия имипрамину и ана-франилу и, вместе с тем, реже вызывают серьезные побочные эф­фекты и осложнения. Используются при разных клинических ва­риантах депрессий, тревоге и навязчивостях.

Суточные дозы сертралина — 50—200 мг, циталопрама — 20—60 мг.

13.1.2.2.3. Транквилизаторы

Основные клинические эффекты. К транквилизаторам относят пре­параты, которые обладают седативным, психорелаксирующим эф­фектом (на непсихотическом уровне) и способны устранять тревогу и эмоциональное напряжение. На проявления психозов эти препараты отчетливого влияния не оказывают, исключая особые случаи.

Транквилизаторам присущи многообразные клинические эф­фекты: I) противотревожное, антифобическое и антиобсессивное действие; 2) положительное влияние на продуктивные непсихотиче­ские расстройства; 3) упорядочивающее действие на неглубокие на­рушения поведения; 4) способность устранять двигательную растор-

150 Часть II. Общая психопатология

моженность; 5) снотворный эффект, 6) вегетостабилизирующее дей­ствие; 7) противосудорожные свойства; 8) миорелаксирующее дейст­вие, которое в психиатрии обычно играет роль побочного эффекта.

Перечисленные клинические свойства присущи конкретным препаратам в разной степени.

Показания к применению непсихотическая февога, фобии, об-сессии, эмоциональная лабильность, гиперкинетический синд­ром, умеренно выраженные расстройства поведения, бессонни­ца, вегетодистония, эпилептические и эпилептиформные паро­ксизмы, эпилептический статус, повышенный мышечный тонус.

Транквилизаторы применяются при всех неврозах и неврозо-подобных расстройствах различной этиологии, при вялотекущей шизофрении, неглубоких психических нарушениях у соматичес­ки больных, при психосоматических расстройствах и психосома­тических заболеваниях, эпилепсии, ряде неврологических болез­ней и как средства премедикации в хирургии

Иногда к транквилизаторам эпизодически прибегают практи­чески здоровые лица для предупреждения и устранения непатоло­гических острых психовегетативных реакций, обусловленных эмоциональным стрессом.

Существенное достоинство транквилизаторов — быстрота действия. Их лечебные эффекты проявляются в первые часы или дни применения, в зависимости от выбора препарата, дозы и спо­соба введения, клинических особенностей состояния и индиви­дуальной чувствительности

Побочные эффекты транквилизаторов и противопоказания к их применению В целом переносимость транквилизаторов удовлетворительная

Из побочных действий особенно типичны вялость, мышечная слабость, сонливость, снижение уровня внимания и запоминания, замедление мыслительных процессов и двигательных реакций. Эти проявления наиболее выражены в первые дни приема препаратов и в дальнейшем сглаживаются Возможны побочные явления в виде головной боли, головокружении, диспепсии, кожной аллергии.

Прием транквилизаторов несовместим с употреблением алкоголя. Курсовое лечение этими препаратами противопоказано больным ал­коголизмом, наркоманиями и токсикоманиями даже в состоянии ре­миссии. Нельзя назначать транквилизаторы лицам, управляющим транспортом и занимающимся другими видами деятельности, требую­щими высокого уровня внимания и быстрых психомоторных реакций.

Самый серьезный недостаток транквилизаторов — способ­ность вызывать психическую, а иногда и физическую зависи­мость при их длительном приеме. Поэтому сроки курсового при­менения транквилизаторов не должны превышать 2—4 недель.

Глава 13 Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 151

Механизмы действия транквилизаторов Подавляющее боль­шинство транквилизаторов относится к производным бензодиазе-пина. Клинические эффекты бензодиазепинов связывают с их дей­ствием на ГАМК-реиепторы и бензодиазепиновые рецепторы кле­ток мозга. Бензодиазепины облегчают высвобождение ГАМК, уси­ливая ее центральный ингибиторныи эффект. На нейрофизиологи­ческом уровне установлено уменьшение под влиянием транквили­заторов возбудимости подкорковых структур мозга и торможение взаимодействия между корой и подкорковыми образованиями.

Систематика транквилизаторов и клиническая характеристи­ка препаратов В зависимости от особенностей клинического действия, выделяют три группы транквилизаторов:

• транквилизаторы с преобладанием седативного эффекта;

• дневные транквилизаторы,

• транквилизаторы с преобладанием снотворного действия.

Транквилизаторы с преобладанием седативного эффекта

Препараты этой группы обладают более выраженными седа-тивными, противотревожными, антифобическими и миорелакси-рующими свойствами.

Феназепам — отечественный препарат, один из наиболее мощ­ных транквилизаторов-седатиков. Применяется при различных невротических и неврозоподобных расстройствах, но особенно широко используется в лечении тревоги и фобии. Выпускается в таблетках и растворе для инъекции.

Суточная доза — 1,5—4 мг.

Алпразолам (ксанакс). Активный анксиолитический и антифо-бический транквилизатор Обладает отчетливым антидепрессив­ным эффектом. Седативные свойства выражены нерезко. Основ­ные показания к применению — пароксизмальная и стойкая тре­вога, обсессивно-фобические расстройства и неглубокие депрес­сии без двигательной заторможенности.

Суточная доза — 1—4 мг.

Лоразепам — по особенностям терапевтического действия и показаниям к применению близок к феназепаму.

Суточная доза — 2—5 мг.

Клоназепам (антелепсин) обладает выраженными седативны-ми, противотревожными, антифобическими свойствами и наи­большей среди транквилизаторов противосудорожной активнос­тью. Используется в лечении тревожно-фобических расстройств, вегетативно-сосудистых кризов и в терапии эпилепсии и эпилеп-тиформных припадков

Суточная доза — 4—8 мг.

Диазепам (реланиум, сибазон, седуксен) — препарат, гармонично сочетающий почти все основные клинические эффекты транквили-

152 Часть II. Общая психопатология

заторов. Обладает некоторым антидепрессивным действием. Ши­роко применяется при непсихотических расстройствах различной клинической структуры и этиологии. Выпускается в виде таблеток и раствора для инъекций (вводится в/м, в/в струйно и в/в капельно). Инъекционный диазепам назначается при острых тревожно-фоби-ческих, тревожно-депрессивных расстройствах. В/в струйное введе­ние диазепама — один из наиболее действенных способов купирова­ния эпилептического статуса. Внутримышечно используется как средство борьбы с психомоторным возбуждением (особенно при наличии противопоказаний к назначению нейролептиков).

Суточная доза — 15—30 мг.

Оксазепам (нозепам, тазепам). Транквилизирующие свойства менее выражены, чем у других препаратов. По особенностям дей­ствия близок к дневным транквилизаторам. В основном приме­няется амбулаторно.

Суточная доза — 20—40 мг.

Дневные транквилизаторы

Препараты данной группы обладают мягким седативным эффектом. Практически лишены снотворного и миорелаксирующего действий.

Тофизопам (грандаксин) оказывает вегетостабилизирующее действие, устраняет соматические симптомы тревоги, обладает общим анксиолитическим эффектом, практически не вызывая вялости и дневной сонливости. Используется при невротических и неврозоподобных расстройствах с астенией, вялостью или тре­вогой, при вегетодистонии.

Суточная доза — 150—300 мг.

Медазепам (мезапам, рудошель). Оказывает некоторое седатив-ное действие. Не вызывает дневной сонливости и мышечной сла­бости. Чаще применяется в амбулаторных условиях, особенно у работающих больных и больных детского и старческого возраста.

Суточная доза — 10—30 мг.

Транквилизаторы с преобладанием снотворного эффекта

Все вышеперечисленные транквилизаторы-седатики, в той или иной мере, обладают снотворным действием, во многом свя­занным с их противотревожными свойствами, и могут назначать­ся при расстройствах сна. Для некоторых транквилизаторов сно­творный эффект является основным. Эти препараты используют­ся почти исключительно при диссомнических нарушениях. Их не рекомендуется назначать на срок, превышающий 10—15 суток.

Нишразепам (эунокпхин, радедорм) оказывает выраженный сно­творный эффект: улучшает засыпание, увеличивает глубину и продолжительность сна. Иногда обнаруживает «последействие» в виде утренней вялости, сонливости.

Доза — 5—10 мг на ночь.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 153

Мидазолам (дормикум) также обладает выраженным снотвор­ным эффектом. Показания к применению такие же, как и у нит-разепама. Имеет инъекционную форму выпуска. В виде внутри­мышечных и внутривенных инъекции используется как средство премедикации в хирургии.

Доза — 7,5—15 mi на ночь.

Флунитразепам (рогипнол) — снотворное короткого действия. Особенно показано при нарушенном засыпании. Утренней вяло­сти, сонливости не вызывает.

Доза — 1—2 мг на ночь.

Зопиклон (имован) — препарат, родственный транквилизато­рам, с относительно коротким снотворным эффектом. Прием зо-пиклона не сопровождается последействием.

Доза — 7,5—15 мг на ночь.

13.1.2.2.4. Психостимуляторы

Клинические эффекты. К психостимуляторам относят препа­раты, основное клиническое действие которых — активация, сти­муляция психических функций.

Психостимуляторы повышают уровень бодрствования, вре­менно улучшают показатели познавательной деятельности (вни­мание, память, мышление), повышают скорость психических и двигательных реакций, умственную и физическую работоспособ­ность. Обладают некоторым антидепрессивным эффектом. У здо­ровых они улучшают общее самочувствие и настроение, могут придавать настроению эйфорическую окраску.

Показания к применению: умеренные астенические нарушения различной природы, дневная сонливость, вялоапатические состо­яния (в том числе обусловленные применением психотропных средств), субступорозные состояния, нарколепсия.

Побочные действия, осложнения и противопоказания. Психости­муляторы способны усиливать бред, галлюцинации, тревогу, ухуд­шать ночной сон. Возможны парадоксальные реакции на прием психостимуляторов в виде вялости, сонливости или отвлекаем ости, раздражительности, неусидчивости. Кроме того, препараты этой группы могут повышать артериальное давление, угнетать аппетит.

Все психостимуляторы при длительном использовании спо­собны вызывать психическую и физическую зависимость. Вслед­ствие этого, сроки их применения не должны превышать 3—4 не­дели. Назначаются в утреннее и дневное время или только утром.

Встречающиеся в медицинской литературе рекомендации здоровым людям принимать психостимуляторы при утомлении, необходимости максимально мобилизовать свои психические и физические ресурсы сомнительны из-за значительного риска по­бочных эффектов.

154 Часть II. Общая психопатология

Противопоказаниями к назначению психостимуляторов явля­ются алкоголизм, другие токсикомании и наркомании, эпилеп­сия, речедвигательное возбуждение, продуктивная психотическая симптоматика, психофизическое истощение, бессонница, гипер­тоническая болезнь, церебральный и общий атеросклероз, стено­кардия, гипертиреоз.

Механизмы действия психостимуляторов. Клинические эф­фекты психостимуляторов объясняют их активирующим влияни­ем на стволовой отдел мозга. Эти препараты повышают уровень функционирования центральных норадренергических и дофами-нергических систем мозга за счет увеличения содержания соот­ветствующих моноаминов в межсинаптических щелях.

Клиническая характеристика препаратов. От применявшихся в недалеком прошлом в качестве психостимуляторов фенамина, первитина теперь отказались из-за их выраженной способности вызывать психическую и физическую зависимость.

Кофеин, обычно включаемый в перечень психостимуляторов, в настоящее время самостоятельного значения не имеет. Невысо­кие дозы кофеина включаются в состав некоторых сложных ле­карственных смесей с анальгезирующим и противосудорожным действием.

Чаще всего в клинической практике используется сиднокарб, обладающий достаточно выраженными психостимулирующими свойствами и приемлемой переносимостью.

Суточная доза — 10—50 мг.

Меридил (риталин, центедрин) применяется относительно редко.

Суточная доза — 10—30 мг.

13.1.2.2.5. Ноотропные препараты (нейрометаболические стимуляторы)

Клинические эффекты. Ноотропы — это препараты, которые активируют церебральные метаболические процессы, оказывают центральное антигипоксическое действие и на этой основе улуч­шают состояние познавательных (когнитивных) функций.

Ноотропам присущи и другие клинические эффекты: антиас­тенический, некоторый антидепрессивный, вегетостабилизирую-щий. Перечисленные терапевтические свойства у одних ноотро-пов сочетаются с мягким психостимулирующим действием, у дру­гих — с седативным.

Показания к применению ноотропов весьма широкие. В первую очередь, они применяются при церебрально-органической недо­статочности (церебрастеническом синдроме и энцефалопатиях) сосудистого, травматического, нейроинфекционного, интокси­кационного генеза, при астениях любой другой этиологии. Неко­торые из этих препаратов в значительных или высоких дозах на-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 155

значают в начальной стадии мозговых атрофичеких процессов (болезнь Альцгеймера, старческое слабоумие) и детям с задержка­ми психического развития. При глубоких деменциях, грубом пси­хическом недоразвитии ноотропы неэффективны.

Препараты данного класса используются как дополнительные при депрессиях, при вялоапатических состояниях, адинамии, не­бредовой ипохондрии, а также с целью повышения устойчивости к неблагоприятным биологическим воздействиям. Лечение ноот-ропами часто проводится в виде повторных курсов продолжи­тельностью 1,5—3 мес с интервалами в несколько недель.

Побочные эффекты. Переносимость ноотропов обычно вполне удовлетворительная. Ноотропы с психостимулирующими свойст­вами могут усиливать или провоцировать тревогу, раздражитель­ность, нарушения сна, особенно у лиц позднего возраста. В неко­торых случаях назначение ноотропов сопровождается головной бо­лью, головокружением, диспепсией, аллергическими реакциями.

Ноотропные препараты со стимулирующим действием проти­вопоказаны больным эпилепсией.

Механизмы действия ноотропов. Клинические эффекты большин­ства ноотропов связаны с их влиянием на ГАМК-ергические, норадре-нергические, холинергические и другие нейромедиаторные структуры.

Клиническая характеристика препаратов. Пирацетам (ноотро-пил) занимает ведущие позиции среди ноотропов. Его преимуще­ства заключаются в гармоничном сочетании различных ноотроп-ных свойств, большей активности, по сравнению с другими пре­паратами данного класса, и в наличии инъекционной формы для внутримышечного и внутривенного введения. Препарат обладает некоторым психостимулирующим действием. Наряду с перечис­ленными выше общими показаниями для применения ноотро­пов, пирацетам используется при острых нарушениях мозювого кровообращения, коматозных состояниях, лекарственных и ал­когольных отравлениях, алкогольной и наркотической абстинен­ции, а также для улучшения переносимости других психотропных средств, особенно нейролептиков.

Суточная доза — 2,4—8,0 г. При расстройствах мозгового крово­обращения, комах, острых интоксикациях пирацетам применяется парентерально, в том числе в/в капельно в дозах до 20,0 г в сутки.

Аминалон (гаммалон) заметно уступает пирацетаму по ноот-ропной активности. Применяется в виде длительных повторных курсов, чаще у лиц позднего возраста с хронической церебраль­но-сосудистой недостаточностью, после динамических наруше­ний мозгового кровообращения и в постинсультном периоде.

Суточная доза — 1,5—3,5 г.

Пиридитол (энцефабол). Особенность его клинического дейст­вия — наибольшая выраженность психоактивирующих свойств.

156 Часть II. Общая психопатология

Наряду с органическими заболеваниями головного мозга, ис­пользуется при астениях, депрессиях с апатической и адинамиче-ской окраской, при задержках психического развития у детей.

Доза — 0,3—0,5 г в сутки.

К ноотропам, которые оказывают не психостимулирующий, а седативныи эффект, обладают некоторым противосудорожным действием и применяются в том числе в лечении эпилепсии, от­носятся пантогам (суточная доза — 1,5—3,0 г), фенибут (0,5-1,5 г), пикамилон (0,1—0,2 г).

13.1.2.2.6. Нормотимики (стабилизаторы аффекта)

Клиническое действие. К нормотимикам относят препараты, способные увеличивать длительность интервалов между фазами (приступами) рецидивирующих аффективных расстройств и смягчать их клинические проявления. Это средства вторичной профилактики рецидивирующих аффективных расстройств.

Показания к применению. Препараты данного класса использу­ют при частом повторении депрессий и маний в рамках маниа­кально-депрессивного психоза, циклотимии, приступообразной шизофрении. Нормотимики применяются не только как средства вторичной профилактики депрессий и маний «в чистом виде», но и приступообразных аффективных нарушений, сочетающихся с другими психопатологическими проявлениями (галлюцинатор-но-бредовыми, гебефренными, психопатоподобными расстрой­ствами, навязчивостями).

Назначение нормотимиков на длительное время более чем у половины больных отдаляет наступление очередной депрессии или мании и сглаживает ее симптоматику. У некоторых пациентов при помощи нормотимиков удается прервать возобновление аф­фективных расстройств на многие годы.

Механизм действия нормотимиков. Предупреждение очеред­ного аффективного приступа нормотимиками связывают с их за­тормаживающим влиянием на ГАМК-ергическую систему.

Клиническая характеристика препаратов. Соли лития. Карбо­нат лития и оксибутират лития. Обладают не только нормотими-ческим, но и антиманиакальным эффектом. Суточные дозы солей лития подбираются под контролем их концентрации в плазме крови. Средние суточные дозы карбоната лития при его примене­нии для вторичной профилактики маний и депрессий составляют 0,9—1,2 г. Оксибутират лития в основном используется в лечении маний. Может вводиться парентерально. Суточная доза 1,6—3,2 г.

Побочные эффекты солей лития чаще выражаются в астении, тре­море, атаксии, усилении жажды, диспепсии, увеличении массы тела. Препараты противопоказаны при недостаточности выделительной функции почек и декомпенсациях сердечно-сосудистых заболеваний.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 157

Карбамазепин (финлепсин) обладает, наряду с нормотимически-ми свойствами, некоторым антидепрессивным и выраженным про-тивосудорожным эффектом. Для профилактики рецидивов аффек­тивных расстройств используется в суточных дозах 0,4—1,0 г. Воз­можные побочные действия: нарушения аккомодации, сонливость, головная боль, атаксия, диспептические расстройства, лейкопения.

Вальпроат натрия (конвулекс, депакин) также оказывает не только гимостабилизирующее, но и антиманиакальное и антикон­вульсивное действие. Для предупреждения рецидивов аффектив­ных расстройств используется в дозах 0,6—1,4 г в сутки. Побочные эффекты чаще выражаются в диспепсии, сонливости, кожной ал­лергии. В редких случаях возникают нарушения функции печени, поджелудочной железы и снижение свертываемости крови.

13.1.2.3. Варианты и принципы психофармакотерапии

Психотропные средства применяют в виде монотерапии и комплексной терапии.

Монотерапия используется при относительно простой струк­туре психических расстройств, их моносимптоматических фор­мах, в периоды ремиссий, при не вполне удовлетворительной пе­реносимости психотропных средств.

Чаще проводится терапия сочетанием нескольких препаратов. Подбор препаратов, в значительной мере, осуществляется в соот­ветствии с принципом симптомов-мишеней, хотя этот принцип и считается отчасти устаревшим.

Вся совокупность психических расстройств у больного услов­но расчленяется на составляющие, или психопатологические ра­дикалы, и для устранения каждого подбирается препарат с соот­ветствующим спектром действия. Таким образом, составляется комбинация из нескольких психотропных средств. При этом учи­тывают совместимость препаратов и стремятся к использованию возможно меньшего количества лекарств.

При окончательном выборе препаратов учитывают не только клиническую картину психических расстройств. Принимают во внимание их динамику, нозологическую принадлежность, эффек­тивность ранее проводившейся терапии, особенности соматоне-врологического состояния и другие факторы.

Различают активную (купирующую), поддерживающую и близкую к ней противорецидивную психофармакотерапию.

Купирующее лечение проводится при острых, выраженных пси­хических расстройствах быстро наращиваемыми значительными или высокими дозами психотропных средств, часто вводимых па­рентерально. Такое лечение преследует цель «оборвать», устранить психические расстройства или, по крайней мере, добиться возмож­но быстрого и существенного улучшения психического состояния.

158 Часть П. Общая психопатология

После наступления ремиссии психофармакотерапию не прекра­щают, а переходят к поддерживающему лечению. Сущность поддер­живающей терапии в длительном (многомесячном или даже много­летнем) применении сравнительно невысоких доз психотропных средств для сохранения, упрочения ремиссии, предупреждения но­вых обострений психических расстройств. Нередко поддерживаю­щую терапию проводят пролонгированными формами препаратов.

Противорецидивная терапия осуществляется в периоды ин­термиссий (практического выздоровления) для профилактики повторных приступов психических расстройств

Нежелательно чрезмерно длительное использование одних и тех же препаратов Следует своевременно заменять их на медика­менты, сходные по клиническому действию, но имеющие иную химическую структуру (во избежание развития резистенгности к лекарствам, побочных эффектов и осложнений).

Наращивание доз психотропных средств (когда позволяет со­стояние больного) и, особенно, их отмена осуществляются посте­пенно. При резком прекращении лечения велик риск обостре­ний, рецидивов психических заболеваний или возникновения «синдрома отмены» в виде комплекса психических и соматоне-врологических нарушении

13.1.3. Шоковые методы лечения

В прошлом шоковая терапия (электросудорожная, инсулино-коматозная) занимала ведущее положение в лечении психозов, особенно шизофрении. В настоящее время шоковые методы при­меняются ограниченно. Для проведения шоковой терапии необ­ходимо наличие жизненных показаний или письменное согласие больного, а в случае его недееспособности — согласие родствен­ников. У детей и подростков шоковая терапия не используется.

Механизмы действия шоковых методов во многом остаются неясными. Наиболее убедительны представления, в соответствии с которыми лечебный эффект шоковых методов обусловлен мо­билизацией защитных механизмов, повышением сопротивляемо­сти организма болезнетворному началу под влиянием мощных повторных биологических стрессовых воздействий в ходе сеансов электросудорожной или инсулинокоматознои терапии.

Эффективность шоковых методов весьма значительна. Ремис­сии нередко бывают более глубокими и стойкими, чем при психо­фармакотерапии. Считается, что в отличие от большинства психо­тропных средств, шоковые методы оказывают лечебное действие не только на симптоматическом, но и на патогенетическом уровне. Ограниченное применение этих методов во многом связано с час­то негативным отношением к ним больных и их родственников.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 159

Электросудорожная терапия (ЭСТ). Сущность методики ЭСТ заключается в кратковременном воздействии на центральные мозговые структуры постоянного или переменного электричес­кого тока, в результате которого возникает эпилептиформный припадок. Для каждого пациента подбираются напряжение элек­трического тока и его экспозиция, минимально достаточные для вызывания эпилептиформного припадка.

Используются различные модификации ЭСТ: с биполярным и униполярным наложением электродов электроконвульсатора, с применением миорелаксантов. Последний вариант более щада-щий (выключение сознания не сопровождается судорогами), но и менее действенный.

Проводят от 4 до 12 сеансов ЭСТ, обычно через день

Показаниями к применению ЭСТ являются тяжелые и стой­кие эндогенные депрессии, приступы онейроиднои кататонии, гипертоксической шизофрении, злокачественный нейролептиче­ский синдром, резистентность психических расстройств к психо-фармакотерап и и.

К возможным осложнениям ЭСТ относятся остановка дыха­ния, нарушения деятельности сердца, повреждения опорно-дви­гательного аппарата (костные переломы, трещины в позвонках, вывихи суставов, разрывы связок), а также расстройства памяти, обычно преходящие

Основными противопоказаниями для ЭСТ служат эпилепсия, органические поражения головного мозга, повышенная судорож­ная готовность, серьезная патология костно-суставной системы.

Инсулинокоматозная терапия. Инсулинокоматозную терапию начинают с ежедневного введения малых доз инсулина, постепен­но их наращивая для определения дозы, достаточной для развития гипогликемической комы или субкоматозного состояния. В боль­шинстве случаев она составляет 60—120 единиц инсулина. Уста­новленная доза вводится больному ежедневно. Коматозное состо­яние сразу или вскоре после его возникновения купируют в/в вве­дением глюкозы, сладким питьем и завтраком, обильным углево­дами. Проводят от 12 до 30 сеансов инсулинокоматозной терапии.

Показаниями служат параноидная шизофрения (в течение года от развития параноидного бреда), приступообразная шизофрения, если в картине приступов существенное место занимают галлюци-наторно-параноидные расстройства, а также толерантность продук­тивной психотической симптоматики к психотропным средствам. При паранойяльном бреде инсулинотерапия малоэффективна.

К осложнениям этого способа терапии относятся затяжная ко­ма, повторная кома, эпилептиформные припадки, ожирение. Ос­новные противопоказания — избыточный вес и сахарный диабет.

160 Часть II. Общая психопатология

13.1.4. Другие методы биологической (немедикаментозной) терапии

Лечение депривацией (лишением) сна. Метод заключается в не­прерывном бодрствовании больных на протяжении I —3 суток или в сокращении ночного сна до 3—4 часов в течение недели.

Лишение сна используется при депрессиях, преимущественно эндогенной природы. Его лечебный эффект объясняют влиянием на циркадные биоритмы.

Фототерапия (светолечение). При проведении фототерапии больной ежедневно от получаса до 2—3 часов находится в услови­ях искусственного освещения белым светом высокой яркости (2500 люкс и более). Продолжительность лечения — 10—15 дней.

Светолечение применяют при депрессиях, особенно эндоген­ных, сезонного характера. Терапевтический эффект связывают с воздействием яркого света на хронобиологические процессы.

Лазерная терапия. В ходе повторных сеансов кровь больного подвергается лазерному облучению. Метод применяется в терапии затяжных, резистентных к тимоаналептикам тоскливых депрессий и астенических состояний. Вследствие общеегимулирующего дей­ствия, лазерная терапия может усилить имеющуюся тревогу.

Иглорефлексотерапия. Используется при неглубоких депрес­сиях, астениях различной природы, навязчивостях и других не­вротических и неврозоподобных расстройствах.

Перечисленные методы немедикаментозной терапии само­стоятельного значения, как правило, не имеют, применяются в сочетании с другими терапевтическими мероприятиями.

13.2. Психотерапия и социотерапия

Психотерапией называют лечение посредством воздействия психическими факторами — словом, невербальными условными раздражителями, обстановкой, определенными занятиями и т. д.

Социотерапия по сути дела является частью психотерапии, которая использует факторы социально-психологические: влия­ние непосредственно окружающей социальной среды, различные формы социальной активности (например, клубы бывших паци­ентов) или коллективной деятельности.

Психотерапия используется в различных областях медицины. Она особенно важна при заболеваниях, в развитии которых пси­хический фактор ифает ведущую роль (неврозы и другие реактив­ные состояния, психосоматические заболевания), когда болезнь сама по себе ставит пациента в стрессовые условия (например, пред- и послеоперационный период) или становится для него тя-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 161

желой психической травмой (например, приводит к инвалиднос­ти). При неврозах психотерапия является основным методом лече­ния, но она применяется практически почти при всех психических расстройствах. Особенности психотерапии при различных психи­ческих заболеваниях описываются в соответствующих главах.

13.2.1. Методы психотерапии

Все методы психотерапии принято разделять на следующие основные группы: суггестивные, «поведенческие», рациональные (когнитивные) и психоаналитические. Кроме того, в зависимости оттого, с кем проводятся психотерапевтические сеансы, различа­ют индивидуальную, групповую, семейную психотерапию.

Суггестивные методы в различных видах используют внуше­ние (лат. suggestio). Наиболее известно внушение в состоянии гип­нотического сна. Техника гипнотического внушения излагается в специальных руководствах. Пользоваться этим методом может только врач, получивший специальную подготовку по психотера­пии. Слово гипнотизирующего оказывает более сильное дейст­вие, так как во время гипноза оно поступает по единственному не погруженному в сон каналу информации извне. Но поддаются гипнозу далеко не все пациенты. Он лучше действует на страдаю­щих истерическим неврозом и алкоголизмом. Загипнотизировать пациента без его согласия и желания невозможно, как и заставить его в состоянии гипноза совершать поступки, в корне противоре­чащие его личности.

Внушение в состоянии бодрствования достигается путем власт­ного, авторитетного, уверенного заявления психотерапевта. Его широкая известность, слава как «целителя» повышает эффект и расширяет круг поддающихся воздействию.

Суггестивные методы отличаются тем, что у части пациентов, особенно с истерическими чертами характера, они способны в некоторых случаях дать быстрый поражающий эффект, который, однако, обычно отличается нестойкостью. Когда истинная при­чина расстройства бывает не устранена, то рецидив неизбежен.

Аутогенная тренировка (аутотренинг) была предложена не­мецким психотерапевтом И.Шульцем в 1920 г. Она также являет­ся суггестивным методом, но использует самовнушение, которое достигается путем специально разработанных упражнений. Вна­чале пациент обучается «ощущать» тяжесть, тепло, холод в разных частях тела, затем повторяет про себя разные «словесные форму­лы», убеждая себя в достижении необходимого эффекта.

Ллацеботерапия состоит в использовании плацебо-препара­тов, которые по виду, запаху, вкусу не отличаются от определенно-ю лекарства (транквилизатора, снотворного и т.д.), но на самом

162 Часть II. Общая психопатология

деле являются совершенно индифферентными веществами. Ис­пользуется также суггестивный механизм, если пациенту расска­зали об ожидаемом действии, или условнорефлекторный, если он уже ранее испытал действие данного лекарства.

«Поведенческие», бихевиоральные, условнорефлекторные ме­тоды основываются на выработке условных рефлексов. Напри­мер, вырабатывается условный рвотный рефлекс на вид, запах, вкус алкоголя путем сочетания небольшой дозы спиртного на­питка и рвотных средств. Практикуются также другие приемы «научения». Например, больного с навязчивыми опасениями заставляют много раз мысленно представить ситуацию, вызы­вающую страх, вследствие чего чувство страха постепенно уга­сает, затормаживается.

Рациональные (когнитивные) методы адресуются к сознанию больного, его рассудку, основываются на логическом переубежде­нии пациента, разъяснении ему природы расстройств и путей их устранения. Авторитет, престиж и знания психотерапевта важны для директивного подхода (активного убеждения пациента). Для недирективных подходов, когда психотерапевт и пациент выступа­ют как партнеры, совместно оценивая причины расстройств и возможности их преодоления, не менее важной становится спо­собность врача к эмпатйи — умению вчуствоваться в переживания пациента, проникнуться его заботами и тревогами.

Патогенетическая личностно-ориентированная (реконструк­тивная) психотерапия по Мясищеву— Карвасарскому направлена на то, чтобы на основе изучения личности больного, особенностей его системы отношений выявить психогенные механизмы психи­ческих (в основном невротических) расстройств, добиться осо­знания больным причинно-следственных связей между особен­ностями его личностных отношений и возникших нарушений. Но дело не ограничивается тем, чтобы пациент понял суть психоге­неза его расстройств. Задачей является реконструкция системы личностных отношений, жизненных установок, планов на буду­щее, стиля поведения, без чего невозможно выздоровление.

Групповая психотерапия подразумевает психотерапевтические сеансы одновременно с несколькими или даже множеством паци­ентов (групповой гипноз, аутотренинг), а также сеансы, на кото­рых происходит активное взаимодействие членов группы. При­мером может служить групповая дискуссия — совместное обсуж­дение различных проблем, ситуаций, отдельных биографий, по­ведения и переживаний определенных лиц, в том числе участни­ков дискуссии. Другим примером служит разыгрывание ролевых функций. Поочередно в коротких сценках участники группы вы-

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 163

ступают в разных ролях — супруга, родителя, подчиненного или начальника по службе и т. д. или практикуются в обращениях с просьбой, требованием, извинениями, с намерением помириться с тем, с кем были в ссоре, пойти на компромисс.

Невербальная групповая психотерапия, примером котором може1 служить психогимнастика, предназначена для обучения умению выражать свои и понимать чужие чувства, желания и мысли бе? слов.

Семейная психотерапия по сути дела является разновидностью групповой, но группу составляет семья. Когда причиной невроза и других реактивных состояний служит внутрисемейный кон­фликт, этот вид психотерапии направлен на нормализацию отно­шении в семье и становится решающим методом лечения. При различных психических заболеваниях семейная психотерапия оказывается полезной для упрочения ремиссий, предотвращения рецидивов, повышения уровня социального функционирования больного. Семья должна научиться понимать проявления психи­ческого расстройства, предъявлять к больному выполнимые для него требования и побуждать его к посильной деятельности.

Психоаналитические методы основываются на учении извест­ного австрийского психиатра, психолога и невролога Зигмунда Фрейда. Суть психоанализа состоит в том, чтобы извлечь из сфе­ры подсознательного вытесненные из сознания, подавленные внутренние конфликты и психические травмы. Еще Фрейдом для этого был предложен анализ сновидений и метод свободных ассо­циаций. Сновидения рассматриваются как символические прояв­ления подавленных, скрытых желаний и страхов. Фрейд среди подсознательных сил ведущей считал сексуальное влечение (ли­бидо). Например, в сновидении всякий продолговатый предмет (столб, дерево, трость и т.д.) символизирует мужской половой член, всякое углубление (от пещеры до открытой кастрюли) — женское влагалище. Свободные ассоциации (больному предлага­ется произносить вслух все, что ему приходит в голову) дают воз­можность подсознательным комплексам прорваться в виде от­дельных неожиданных реплик или оговорок. Важное психотера­певтическое значение придается «трансферу» — «переносу» паци­ентом на психотерапевта подавленных чувств — любви, ненавис­ти, раздражения и т.д., которые он испытывал в отношении роди­телей и других эмоционально значимых лиц. С другой стороны, существует «контртрансфер» — сам психотерапевт «переносит» на пациента чувства родителя, супруга и т.д.

Современный неофрейдизм существует в виде нескольких на­правлений. Все они отличаются от «классического» фрейдизма тем, что в психике человека большая роль отводится сознанию и мень-

164 Часть II. Общая психопатология

шая — сексуальности. Однако практически по-прежнему основное внимание остается сосредоточенным на подсознательном и сексу­альном. Некоторые положения, разработанные преимущественно психоаналитическим направлением, получили довольно широкое признание. К ним относится учение о видах механизмов психологи­ческой защиты, среди которых выделяют следующие.

Компенсация — стремление при ощущении собственной не­полноценности в чем-либо добиться успеха и престижа в другой области. Например, стремление развить физическую силу при умственной недостаточности.

Гиперкомпенсация (или «сверхкомпенсация», «сюркомпенса-ция») — жажда успеха именно в той области, где ощущается соб­ственная неполноценность При сензитивной психопатии боль­ные перебарывают робость и застенчивость, занимая посты, тре­бующие постоянного общения. Пьяницы, бросившие пить, ста­новятся воинственными трезвенниками.

Отрицание — категорическое нежелание признать очевидное, которое кажется непереносимым или ущемляет собственное до­стоинство. При истерической реакции на внезапную смерть близ­кого человека, с которым было связано собственное благополу­чие, «не верят» в его смерть, ведут себя так, будто тот по-прежне­му жив. Умирающий от рака не хочет признать у себя злокачест­венную опухоль, тяжелое состояние готов объяснить другими причинами. Больные алкоголизмом, несмотря на выраженную зависимость от алкоголя, отрицают ее, уверяя других и себя, что если они захотят, то в любой момент могут бросить пить.

Рационализация — объяснение происшедшего нарочито приду­мываемыми логическими доводами или попытка оправдать свое поведение («Начал курить гашиш, так как это повышало творчес­кие возможности — надо было содержать семью, которая висела на шее»).

Конверсия — соматические нарушения, которые как бы симво­лически отражают нежелание примириться с ситуацией. Напри­мер, у оперной певицы, когда ей не дали ту партию, на которую она претендовала, а дали другую, которую она считала непре­стижной, полностью «пропал» голос, она говорила только шепо­том (истерическая афония).

Смещение (или перемещение) — перенос желаний, эмоций, мыс­лей с первоначального объекта, который неприемлем, на его заме­няющий. Например, родители наркомана, для которых невыноси­ма мысль, что основной причиной злоупотребления наркотиками их сыном были неправильное воспитание и внутрисемейные кон­фликты, винят во всем наркологический стационар, куда «поло­жили только на обследование, а оттуда вышел наркоманом».

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 165

Диссоциация — раздвоение личности вследствие непереноси­мой ситуации. Примером могут быть некоторые истерические расстройства. У сельских жителей севера Коми и Архангельской области встречается «одержимость икот кои» Так называют осо­бое существо, якобы вселяющееся в человека, которое говорит его голосом, предъявляет требования окружающим, заставляет себя «ублажать», грозя иначе судорожным припадком у того, в ко­го икотка вселилась.

Идеализация — явное преувеличение способностей, заслуг, преимуществ и всяких других положительных качеств какого-ли­бо лица, общины, организации, движения, к которому данное ли­цо принадлежит или от которого оно зависит. Особенно характер­ны для конформного типа акцентуации характера — в идеализа­ции своего окружения находят душевную опору, оправдание сво­ему поведению.

Идентификация — подсознательное подражание какому-либо кумиру в поведении, взглядах, вкусах и т.д. (если это делается осо­знанно, то называют имитацией) Этот механизм особенно важен для подростков как способ самоутверждения.

Проекция — подсознательное перенесение неприемлемого в самом себе на других. Например, отец охотно находит и неприми­римо относится к тем отрицательным качествам сына, которые не хочет признать у себя. На других переносят свои недостатки («Все пьют» — обычное заявление алкоголика).

Интроекция — механизм, противоположный проекции, что-ли­бо ненавидимое или обожаемое во вне переносится на себя. Напри­мер, в состоянии дисфории вместо агрессии в отношении окружаю­щих, которая может обернуться тяжкими последствиями, проявля­ют аутоагрессию, нанося самоповреждения (обычно неопасные).

Регрессия — переход на инфантильный уровень поведения, ре­агирования, мышления как способ защиты от жизненных невз­год. Примером может служить истерический пуэрилизм (см. гла­ву 28), например в ситуации ареста, судебного разбирательства за совершенные правонарушения ведут себя как маленькие дети.

Сублимация — это состояние, когда инстинктивное влечение, особенно сексуальное, не может быть удовлетворено из-за мо­рально-этических принципов или иных ограничении, самими на себя же налагаемых. Больные с удвоенной энергией устремляют­ся к какой-либо деятельности, социально приемлемой и даже по­ощряемой Например, подавленные сексуальные желания стиму­лируют к художественному творчеству, сочинительству и т.д.

Субституция — подсознательная подмена недостижимой или неприемлемой цели другой, более достижимой и приемлемой.

166 Часть II. Общая психопатология

Например, не имея возможности или способности стать актером, больные готовы выполнять любую работу в театре, киностудии и т.д. Неразделенную супругом любовь переносят на детей.

«Развязывание» (undoing) — снятие внутреннего напряжения, беспокойства, тревоги путем проделывания ритуалов, повторения заклинании и т.д.

Механизмы психологической защиты могут выступать в двоя­кой роли. В одних случаях они лежат в основе невротических рас­стройств — тогда они вскрываются в процессе психоанализа или патогенетической личностно-ориентированнои психотерапии. В других случаях, наоборот, подобные механизмы выполняют дей­ствительно защитную роль (например, сублимация) и в процессе психотерапии укрепляются.

Другие психотерапевтические и социотерапевтические методы включают музыкотерапию (путем прослушивания специально подобранной музыки, хорового пения добиваются определенного эмоционального состояния), библиотерапию (чтение специально подобранной художественной литературы с целью изменить наст­роение или путем сходства описываемых ситуаций и событий в жизни пациента помочь ему найти выход из трудного положения, скорригировать планы и т.д.), игровую терапию у детей, арттера-пию (художественное творчество, в процессе которого пациент имеет возможность «отреагировать» свои подавляемые пережива­ния) и др.

Трудовая терапия — система трудовых процессов — от самых несложных, отвлекающих от болезненных переживаний, позво­ляющих занять время (терапия занятостью), до обучения новым профессиям, если этого требует заболевание. Трудовая терапия является наиболее важным методом социотерапии.

13.3. Реабилитация

Реабилитация (лат. rehabilitatio — восстановление в правах) — система медицинских, психологических и социальных мер, пре­дупреждающих дальнейшее развитие болезни, потерю работоспо­собности и направленных на возможно более раннее и эффектив­ное возвращение больных и инвалидов к общественно полезному труду и активной социальной жизни.

Лечение болезни может осуществляться без специальных реа­билитационных мер, но реабилитация включает также лечебные средства для достижения поставленных ею целей.

Важнейшей задачей реабилитации является восстановление личного (в собственных глазах) и социального (в глазах окружаю­щих) статуса больного — семейного, трудового, общественного.

М.М.Кабановым (1978) были выделены основные принципы и этапы реабилитации психически больных.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 167

Принцип партнерства подразумевает постоянную апелляцию к личности больного, совместные и согласованные усилия врача и больного в постановке задач и выборе способов их решения. Принцип разносторонности воздействий указывает на необходи­мость использования системы разнообразных средств и мер — от биологического лечения до разных видов психотерапии и социо-терапии, причем объектом воздействий становятся и сам боль­ной, и его близкие, и окружение. Принцип единства психосоци­альных и биологических методов воздействий отражает единство лечения болезни, воздействия на организм больного и реабилита­ции самого больного. Принцип ступенчатости включает поэтап­ный переход от одних реабилитационных мер к другим.

В процессе реабилитации условно выделяются три этапа.

Первый этап — восстановительная терапия — осуществляется в стационарах и полустационарах. Наряду с необходимым, а при надобности и интенсивным биологическим лечением используют комплекс мер, направленных на предупреждение инвалидизации, развития психического дефекта. Широко используются психоте­рапия, включая групповую и семейную, лечение занятостью, раз­личные виды социотерапии. От щадящего режима в остром пери­оде болезни переходят к активирующему (самообслуживание, са­модеятельность, участие в больничном самоуправлении).

Второй этап — реадаптация — начинается в стационарных и полустационарных условиях и продолжается во внебольничных условиях. Наряду с поддерживающей биологической терапией применяют трудовую терапию, при надобности — обучение новой профессии. Цель семейной психотерапии — адаптация больного к семье и семьи к больному.

Третий этап — реабилитация в собственном смысле слова — включает рациональное трудоустройство и бытоустройство, во­влечение в активную социальную жизнь.

Особенности реабилитации больных при разных психических расстройствах описываются в соответствующих главах.

13.4. Основы психопрофилактики

Психопрофилактика представляет собой раздел общей про­филактики, который включает мероприятия, направленные на предупреждение психических заболеваний.

Между психикой человека и его соматическим состоянием имеется тесная связь. От устойчивости психики в определенной степени зависит соматическое состояние. Известно, что при боль­шом эмоциональном подъеме редко возникают соматические за­болевания (примером могут служить годы Великой Отечественной войны). Состояние соматического здоровья также может оказы-

168 Часть II. Общая психопатология

вать влияние на психику человека, вести к возникновению тех или иных психических расстройств или препятствовать им.

В.А.Гиляровский писал, что роль нервного подъема в преодо­лении трудностей для организма и, в частности, для нервной сис­темы, должна быть использована в планировании работ психо­профилактического характера.

Задачами психопрофилактики являются:

1. предотвращение действия на организм и личность болезне­творной причины;

2. предупреждение развития заболевания путем его ранней ди­агностики и лечения;

3. предупредительное лечение и мероприятия, предотвращаю­щие рецидивы болезни и переход их в хронические формы.

В профилактике психических заболеваний большую роль иг­рают общепрофилактические мероприятия, такие как устранение инфекционных заболеваний, интоксикаций и других вредных воздействий внешней среды.

Под первичной психопрофилактикой принято понимать систе­му мероприятий, направленных на предупреждение патогенных воздействий на психику человека и в итоге на предупреждение психических и психосоматических болезней. Все мероприятия, относимые к первичной психопрофилактике, направлены на по­вышение выносливости психики к вредным факторам. К таким мероприятиям относятся правильное воспитание ребенка, борьба с ранними инфекциями и другими биологическими и психологи­ческими стрессами, которые могут вызвать задержку психическо­го развития, психический инфантилизм, снижение устойчивости психики к неблагоприятным влияниям.

Первичная психопрофилактика включает мероприятия по улуч­шению экологической ситуации, социально-экономических усло­вий, психологического климата в обществе, повышению жизненно­го уровня, соблюдению трудового законодательства, совершенство­ванию охраны труда (кабинеты психологической разгрузки), огра­ничению показа фильмов с избыточными сценами насилия. В пер­вичную профилактику также включаются психогигиенические ме­роприятия: чередование труда и отдыха, пропаганда здорового об­раза жизни, развитие физкультуры и спорта, наряду с этим профи­лактика эндогенных заболеваний и умственной отсталости, меди­ко-генетическое консультирование для выявления факторов риска этих психических расстройств; развитие методов воспитания под­растающих поколений: совершенствование общемедицинской по­мощи, охрана матери от вредных влияний на плод и организация родовспоможения, раннее выявление пороков развития у новорож­денных, своевременное применение методов лечебно-педагогичес­кой коррекции на всех этапах становления личности.

Глава 13. Лечение, реабилитация и основы психопрофилактики 169

Под вторичной психопрофилактикой принято понимать систе­му мероприятий,направленных на предупреждение неблагопри­ятного течения уже начавшегося заболевания. Вторичная профи­лактика включает раннюю диагностику, предупреждение опасных для жизни больного состояний, раннее начало лечения и приме­нение адекватных методов терапии для достижения наиболее полной ремиссии.

Третичная психопрофилактика — система мероприятий, направ­ленных на предупреждение возникновения инвалидности при хро­нических заболеваниях. В этом большую роль играет правильное ис­пользование лекарственных и других средств, применение методов лечебной и педагогической коррекции и систематическое поэтапное использование мер социальной реабилитации и реадаптации.

Ill

ЧАСТНАЯ ПСИХИАТРИЯ

Глава 14. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

ПРИ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВЫХ ТРАВМАХ

Черепно-мозговые травмы принято делить на открытые и за­крытые. Повреждения головного мозга с конца XVIII века делят на сотрясения (коммоции), ушибы (контузии) и сдавления (ком­прессии). Среди этих расстройств обычно преобладают сотрясе­ния головного мозга — 56,6%, ушибы составляют 18%, сдавления — 8%. Деление это носит условный характер и в ряде случаев наблю­дается сочетанная травма.

В динамике травматических повреждений головного мозга выделяют 4 основных этапа: начальный, или острейший; острый, или вторичный; реконвалесценции, или поздний, и этап отдален­ных последствий, или резидуальный.

Психические нарушения, возникающие в результате черепно-мозговых травм, принято делить в соответствии с этапами травма­тических повреждений. Психические нарушения начального пе­риода характеризуются главным образом состояниями выключе­ния сознания — комой, сопором, оглушением; в остром периоде наблюдаются преимущественно острые психозы с состояниями помрачения сознания: делириозные, эпилептиформные, суме­речные. В периоде реконвалесценции или позднем периоде ост­рых травматических расстройств наблюдаются подострые и за­тяжные травматические психозы, которые могут иметь тенден­цию к повторным приступам психозов и принимать периодичес­кое течение. Психические нарушения отдаленного периода ха­рактеризуются различными вариантами психоорганического синдрома в рамках травматической энцефалопатии.

14.1. Клинические проявления

Травматические психозы относятся к симптоматическим пси­хозам и не отличаются от психозов при экстрацеребральных со­матических заболеваниях, отравлениях и мозговых процессах. Опыт двух последних войн и большой опыг, накопленный при ка­тастрофах, расширили представления о динамике травматичес­ких расстройств и закономерностях психических нарушений.

14.1.1. Острые травматические психозы

Острые травматические психозы являются типичной экзоген­ной формой реакции по К.Бонгефферу (1912). Они являются как бы промежуточной стадией между бессознательным состоянием (кома, сопор) и полным восстановлением сознания.

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 171

В.Грезингер и П.Шредер отмечали, что при острых травмати­ческих психозах наблюдается «диссоциация», обусловленная не­равномерным восстановлением психических функций. Считают, что эти психозы не обусловлены непосредственно травмой, а яв­ляются как бы результатом борьбы организма с различного рода вредностями — физическими, термическими, аноксемическими.

Клинически острые травматические психозы могут прояв­ляться различными состояниями измененного сознания: оглу­шенностью, делирием, эпилептическим возбуждением, сумереч­ным помрачением сознания. Эти состояния развиваются непо­средственно после выхода из бессознательного состояния. Боль­ной будто бы вышел из бессознательного состояния, начал отве­чать на вопросы, затем появляется возбуждение, он вскакивает, куда-то стремится бежать или видит каких-то людей, чудовищ, ему кажется, что он летит, плывет, качается. Наличие вестибуляр­ных расстройств в клинической картине характерно для травма­тического делирия (В.А.Гиляровский). В этот период возможны не только эпилептиформное возбуждение с суженностью созна­ния и сумеречное помрачение сознания, но и отдельные или се­рийные эпилептиформные припадки.

При более стойком прояснении сознания могут наблюдаться галлюцинозы, чаще имеет место слуховой, но возможны зритель­ные и тактильные.

Больной 28 лет после перенесенной черепно-мозговой травмы (сбит мотоциклистом) испытывал головные боли, головокружения, к врачу не обращался, продолжал с трудом выполнять обяганности штукатура. По­сле работы ложился в постель и на стене, «как в кино», видел всевозмож­ные меняющиеся картины, которые рассматривал часами Только после того, как предложил приятелям смотреть с ним вместе «кино», был отве­ден к врачу и помещен в больницу.

В ряде случаев после выхода больного из бессознательного со­стояния обнаруживается клиническая картина корсаковского син­дрома с конфабуляциями и псевдореминисценциями и часто чет­кой ретроградной амнезией. Корсаковский синдром может быть преходящим и исчезать через несколько дней, в других случаях клинические проявления корсаковского синдрома оказываются весьма стойкими и постепенно формируется клиническая карти­на органического слабоумия (психоорганический синдром).

Преходящий корсаковский синдром часто просматривается в картине ретроантероградной амнезии. После исчезновения анте-роградной амнезии можно услышать от больного: «Мне родные говорят, что я был в сознании, их узнавал, отвечал на вопросы, но я не помню сейчас их посещений Мне говорят, что меня перево­дили в это время в другое отделение, делали спинномозговую пункцию, но я этого не помню и вообще те 10 дней как не жил, как будто бы это было не со мной».

172 Часть III. Частная психиатрия

У таких больных обычно в тот период, который впоследствии оценивается как антероградная амнезия, обнаруживаются все признаки корсаковского синдрома. Родственники часто не при­дают значения тому, что больной не запоминает текущие собы­тия, не помнит, когда они его посещали, что он ел и т.д. Врачи, озабоченные травматической, неврологической и соматической симптоматикой, не фиксируют внимания на этой психопатоло­гии. Антероградная амнезия в этих случаях непродолжительна и исчезает через несколько дней или 1—2 недели

14.1.2. Травматические (периодические) аффективные психозы

Через несколько недель или месяцев после перенесенной че­репно-мозговой травмы возможно возникновение травматичес­ких аффективных и аффективно-бредовых психозов. Чаще всего они провоцируются дополнительными экзогенными вредностя­ми (факторами), физической нагрузкой, утомлением, интоксика­цией, инфекционным заболеванием и т.д.

В клинической картине, как свидетельствует название этих психозов, ведущее место занимают аффективные и бредовые расст­ройства, наблюдаются маниакальные, депрессивные и аффектив­но-бредовые расстройства. При депрессивных состояниях появляет­ся ипохондрическая самооценка, при маниакальных возможен экс­пансивный бред величия, и в том, и в другом случае наблюдаются конфабуляции, которые включаются в основную симптоматику.

Маниакальные состояния выявляются чаще, чем депрессив­ные, хотя последние иногда не квалифицируются как болезнен­ные, а оцениваются как адекватная реакция на перенесенную травму, инвалидизацию и т.д.

При маниакальных состояниях травматического генеза пре­обладает эйфория, двигательная активность не столь выражена и продолжительна, как при маниакально-депрессивном психозе. Быстро появляется истощаемость, возникает головная боль, вя­лость, сонливость, однако после отдыха вновь наблюдается подъ­ем настроения с двигательной активностью. Сравнительно часто бывает гневливая мания.

Отвлекаемость, свойственная маниакальным состояниям, имеет место, но она не столь выражена, больные застревают на неприятных переживаниях, с трудом переключаются на другие события, в аффективных расстройствах преобладает злобно-раз­дражительный фон настроения.

При простой эйфории наблюдается пустая гиперактивность с малопродуктивной деятельностью, преобладают некритическая оценка своего здоровья и конфабуляции, особенно при воспоми наниях о ситуациях травмирования.

Глава 14 Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 173

В другой группе больных эйфория менее четкая, на первый план выступают вялость, аспонтанность, однако при расспросах выявляются яркие, живые, полные фантазии конфабуляции. У больных часто в течение дня наблюдается сонливость, во время которой они погружаются в мир сновидении экспансивного ха­рактера, но спонтанно об .этих переживаниях не рассказывают. При расспросах больные сообщают о различных событиях, про­исходящих с ними, фабула меняется, так как предшествующие рассказы забываются На этом фоне могут возникай, бредовые идеи экспансивного характера (идеи величия).

14.1.3. Психические нарушения травматической природы у детей и подростков

Психические нарушения в остром периоде травматическою поражения у детей характеризуются различными расстроис1вами: на фоне повышения внутричерепного давления наблюдаются об­щемозговые и менингеальные расстройства, выраженные вегета­тивные и вестибулярные симптомы и признаки локального пораже­ния мозга Считается, что в ряде случаев наиболее тяжелые симп­томы могут появляться у детей через несколько дней после череп­но-мозговой травмы. Частым симптомом являются пароксиз-мальные расстройства, которые наблюдаются как в остром пери­оде, так и в периоде реконвалесценции

Травматические повреждения мозга у детей, как правило, бы­вают доброкачественными, обратному развитию подвергаются даже тяжелые локальные расстройства. Астения в отдаленном пе­риоде бывает слабовыраженной, у больных преобладают двига­тельная рас торможен ность, эмоциональная лабильность, возбу­димость. Иногда после тяжелых черепно-мозговых травм, пере­песенных в раннем детстве, обнаруживается интеллектуальный дефект, напоминающий олигофрению.

У детей раннего возраста (до 3 лет) полного выключения со­знания обычно не наблюдается, общемозговые расстройства бы­вают стертыми. Четким признаком черепно-мозговой травмы яв­ляются рвота, часто многократная, и вегетативные симптомы по­вышение температуры тела, гипергидроз, тахикардия, головокру­жение и др. Характерным является нарушение ритма сна и бодр­ствования. Ребенок не спит ночью и сонлив днем.

У детей грудного возраста черепно-мозговые травмы бывают бессимптомными, и родители их не замечают, однако в после­дующем у них обнаруживаются эпилептиформные припадки, психопатоподобные расстройства и интеллектуальная недоста­точность.

174 Часть III. Частная психиатрия

14.1.4. Психические нарушения при травме взрывной волной

Травма взрывной волной — это комплексное поражение, включающее в себя сотрясение, ушиб мозга, травматизацию зву­кового анализатора, нарушение мозгового кровообращения, обусловленные резкими колебаниями барометрического давле­ния (напоминающие нарушения при кессонной болезни).

Травма взрывной волной наблюдается при разрывах авиа­бомб, артиллерийских снарядов и поэтому, как правило, наблю­дается только во время военных действий и редко при различных взрывных работах в мирное время.

Пораженный испытывает как бы удар упругим телом в область затылка, внезапно теряет сознание, чаще на непродолжительный срок. Во время бессознательного состояния пострадавшие лежат неподвижно, мускулатура расслаблена, они напоминают убитых, из ушей, носа, рта наблюдается кровотечение. После прояснения со­знания может наблюдаться кратковременное возбуждение, которое сменяется выраженной адинамией: больные малоподвижны, вялы, безучастны к окружающему, предпочитают лежать даже в неудоб­ных позах. Ретро- и антероградная амнезия встречаются редко, по­стоянной жалобой являются головная боль, тяжесть, шум в голове.

Типичным расстройством является сурдомутизм: больные не слышат и не могут говорить.

В тяжелых случаях на длительное время сохраняется адина-мическая астения, больные испытывают физический и психиче­ский дискомфорт, недовольство окружающим, постоянную раз­дражительность, ощущение слабости и бессилия. Относительно постоянны вегетативные и вестибулярные расстройства: голо­вные боли, головокружения, внезапно возникающее чувство жа­ра, затрудненного дыхания, давления в голове или в области сердца. Характерны различные ипохондрические жалобы, повы­шена чувствительность к звукам, свету, запахам. Ухудшение час­то наблюдается по вечерам. Обычно нарушено засыпание, сон с неприятными яркими, часто устрашающими сновидениями с военной тематикой.

Наиболее характерным признаком травматического пораже­ния взрывной волной является сурдомутизм. Слух, как правило, восстанавливается раньше речи, больные начинают слышать, но говорить не могут. Восстановление речи происходит спонтанно под влиянием эмоционально значимых ситуаций.

Свидание с родственниками или сообщение о трагических со­бытиях могут привести к восстановлению речи. В ряде случаев при­ходится прибегать к специально подготовленным процедурам — ра-уш-наркозу и др., но обязательна предварительная психотерапев­тическая подготовка.

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 175

При неврологическом обследовании выявляется легкая рассе­янная симптоматика: анизокория, глазодвигательные наруше­ния, асимметрия оскала, отклонения языка.

Острый период этих расстройств колеблется от 4 до 6 недель, затем появляются другие психические нарушения, в этот период возможны колебания настроения, причем у молодых может на­блюдаться состояние эйфории с повышенной раздражительнос­тью и склонностью к приступам ярости или истерическим при­падкам. У более зрелых пациентов часто преобладает пониженное настроение с дисфорическим оттенком или апатией, часто отме­чаются жалобы на плохое физическое самочувствие, гиперестезия в отношении всех раздражителей.

14.1.5. Психические нарушения в отдаленном периоде черепно-мозговой травмы

В отдаленном периоде после перенесенной черепно-мозговой травмы наблюдаются различные проявления негативных расст­ройств, обусловленные сформировавшимся дефектом. Выражен­ность сформировавшегося дефекта зависит от многих причин: выраженности черепно-мозговой травмы, объема повреждений мозга, возраста, в котором она произошла, своевременности и объема терапии, наследственных и личностных особенностей, ус­тановок личности, дополнительных экзогенных вредностей, со­матического состояния и др.

Основным проявлением психических нарушений в отдален­ном периоде черепно-мозговой травмы является психоорганиче­ский синдром с различной его выраженностью. В зависимости от выраженности психоорганического синдрома и сопутствующих психопатологических синдромов выделяют четыре основных ва­рианта расстройств, травматическая церебрастения, энцефалопа­тия, включающая различные варианты психопатоподобных нару­шений, эпилептиформные пароксизмальные расстройства трав­матического генеза, травматическое слабоумие. Некоторые авто­ры выделяют травматические эндоформные психозы.

Травматическая церебрастения. Астения — наиболее частое рас­стройство. Она наблюдается в более 60% случаев и является как бы сквозным синдромом (Арбатская Ю.Д. и др.). Если в остром периоде часто преобладает адинамия, то в отдаленном периоде — раздражительность и истощаемость. Вспышки раздражительнос­ти, как правило, непродолжительны, после реакции раздражения или гнева больные обычно сожалеют о несдержанности У боль­ных часто обнаруживается недовольство собой и окружающими, готовность к эксплозивным реакциям. У больных достаточно по­стоянны вегетативные расстройства, колебания артериального давления, тахикардия, головокружение, головная боль, потли-

176 Часть III. Частная психиатрия

вость; часто возникают вестибулярные расстройства: больные плохо переносят транспорт, не могут качаться на качелях. Бывает нарушен ритм сон — бодрствование. Больные отмечают ухудше­ние самочувствия при изменениях погоды. В ряде случаев цереб-растенические расстройства достаточно быстро сглаживаются, однако выявляется невыносливость к дополнительным нагруз­кам, характеризующая нестойкость компенсации.

Кроме того, характерной является торпидность и ригидность нервных процессов. После сравнительно легких черепно-мозювых травм больные утрачивают способность быстро переключаться с одного вида деятельности на другой. Вынужденная необходимость выполнять такую работу приводит к декомпенсации состояния и нарастанию выраженной церебрастенической симптоматики.

Выделяют два варианта травматической церебрастении: с пре­обладанием раздражительности или истощаемости и адинамич-ности. У больных последним вариантом преобладают вялость, медлительность, снижение интересов, жалобы на плохую память, быструю истощаемость и утомляемость. Работоспособность, как правило, нарушена, хотя объективные исследования не выявляют четких нарушений запоминания.

На фоне церебрастенических расстройств часто наблюдаются различные неврозоподобные симптомы, элементарные фобии, истерические реакции, вегетативные и соматические истеричес­кие расстройства, тревога и субдепрессивная симптоматика, веге­тативные пароксизмальные приступы и др.

У детей при травматической церебрастении часто наблюдаются головные боли, которые возникают внезапно или при определен­ных условиях (в душном помещении, при беге, шуме), головокру­жения и вестибулярные расстройства встречаются реже. Собствен­но астения бывает слабо выражена, преобладает двигательная рас-торможенность, лабильность эмоций, возбудимость, вегетативно-сосудистые расстройства выражаются в усилении вазомоторных реакций, ярком дермографизме, тахикардии, гипергидрозе.

Травматическая энцефалопатия. Ведущими являются аффек­тивные расстройства, характеризующиеся усилением и недиффе-ренцированностью эмоциальных реакций, которые включаются в клиническую картину психоорганического синдрома. Однако ин-теллектуально-мнестические расстройства не выражены, а основ­ными проявлениями являются психопатоподобные формы пове­дения и отношения к окружающему. Наиболее часто встречаются истероформные и эксплозивные расстройства и их сочетание.

Условно выделяют травматическую энцефалопатию с психо-патизацией и травматическую энцефалопатию с апатией. У боль­ных с апатическим вариантом энцефалопатии выражены астени­ческие расстройства, причем преобладает истощаемость и утом-

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 177

ляемость. Такие больные вялые, бездеятельные, круг их интересов ограничен, они жалуются на нарушения памяти, затруднения при интеллектуальной деятельности. Часто больные непродуктивны не столько из-за интеллектуально-мнестических расстройств, сколько из-за истощаемости и аффективной лабильности.

Травматическая энцефалопатия с психопатоподобными рас­стройствами характеризуется преобладанием эмоциональной возбудимости над истощаемостью. Эмоциональные реакции, как правило, непосредственны в ответ на ситуацию и неадекватны по силе и выраженности. Они бывают с истерическим или взрывча­тым радикалом. Интеллектуально-мнестические расстройства обычно негрубые, но из-за аффективных нарушений продуктив­ная деятельность бывает затруднена. Такие больные из-за аффек­тивной насыщенности переживаний часто не могут принять пра­вильное решение и «соскальзывают» на аффективную логику. На­пряжение в интеллектуальной деятельности вызывает недоволь­ство собой и реакции раздражения. Часто наблюдается ослабле­ние запоминания из-за невозможности сосредоточения, затруд­нено и воспроизведение нужных именно в данный момент сведе­ний. У больных обнаруживается инертность и ригидность мыш­ления, склонность к застреванию на неприятных эмоциональных переживаниях.

На высоте аффективной реакции могут возникать истеричес­кие припадки.

У детей и подростков травматическая энцефалопатия также бывает представлена двумя основными вариантами: с апатико-адинамическим и гипердинамическим синдромами. Выделяют синд­ром с нарушениями влечений (Сухарева Г.Е.).

У детей с апатико-адинамическим синдромом наблюдаются вялость, апатия, медлительность, снижение активности и стрем­ления к деятельности, контакты с окружающими обычно ограни­чены из-за быстрой истощаемости, несостоятельности и отсутст­вия интереса. Со школьной программой такие больные не справ­ляются, но дисциплину не нарушают, окружающим не мешают и поэтому не вызывают нареканий у педагогов.

У детей с гипердинамическим синдромом преобладает двига­тельная расторможенность, суетливость, иногда с повышенным настроением с оттенком эйфории. Дети находятся в состоянии постоянного беспокойства, бегают, шумят, вертятся на стуле, час­то вскакивают, хватают какие-то веши, но тут же бросают. Их ве­селое настроение характеризуется неустойчивостью и беспечнос­тью. Больные добродушны, внушаемы, иногда дурашливы. Эти состояния в отдаленном периоде могут быть более или менее дли­тельными и стойкими. Наряду с отмеченными расстройствами у таких детей наблюдаются снижение критики, затруднения вусво-

178 Часть III. Частная психиатрия

ении нового материала. Дальнейшее развитие этих расстройств нередко приводит к более дифференцированному психопатопо-добному поведению. Дети плохо уживаются в коллективе, не ус­ваивают учебный материал, нарушают дисциплину, мешают окру­жающим, терроризируют учителей В связи с тем, что такие боль­ные не предъявляют никаких жалоб на здоровье, неадекватное поведение длительное время не оценивается как болезненное и к ним предъявляются дисциплинарные требования.

В ряде случаев психопатоподобное поведение развивается по­сле черепно-мозговой травмы, не проходя стадии гипо- и гиперди­намических расстройств. На первый план выступают нарушения влечений, грубость, жестокость, наклонность к бродяжничеству, угрюмо-недовольное настроение Интеллектуальная продуктив­ность снижена, утрачивается интерес к чтению, школе и вообще к любой познавательной деятельности, требующей интеллектуаль­ного напряжения. Характерна резко повышенная эффективность.

Эти расстройства наиболее полно характеризуют детский ва­риант травматической энцефалопатии.

Прогноз при этих расстройствах хуже, чем при церебрасте-нии, но, учитывая положительное влияние возрастного фактора и пластичность высших отделов ЦНС с широкими компенсаторны­ми возможностями и активные лечебно-педагогические и реаби­литационные мероприятия, можно надеяться на достаточно хоро­шую компенсацию у большинства детей и подростков

Некоторые авторы наряду с типичными энцефалопатически-ми расстройствами в отдаленном периоде черепно-мозговой травмы выделяют вариант циклотимоподобных расстройств, счи­тая, что они с достаточным постоянством предшествуют некото­рым формам психозов отдаленного периода. Циклотимоподоб-ные расстройства обычно сочетаются с астеническими или пси-хопатоподобными расстройствами. Субдепрессивные расстрой­ства встречаются чаще, чем гипоманиакальные, но и те и другие сопровождаются дисфорическим компонентом.

Для пониженного настроения характерна обидчивость, слез­ливость, ипохондрическая настроенность в отношении своего здоровья, иногда достигающая сверхценных идей со стремлением получить именно то лечение, которое, по их мнению, необходимо.

Гипоманиакальные состояния могут также сопровождаться сверхценным отношением к здоровью и сутяжным поведением, дисфориями, повышенной взрывчатостью и склонностью к кон­фликтам. Более или менее «чистые» гипоманиакальные состоя­ния характеризуются восторженным отношением к окружающе­му, эмоциональной лабильностью, слабодушием. Продолжитель­ность этих состояний различна, чаще встречаются монополярные приступы. Аффективные расстройства нередко приводят к зло­употреблению алкоголем.

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 179

Эпилептиформные пароксизмальные расстройства (травматиче­ская эпилепсия, травматическая энцефалопатия с эпилептиформны-ми припадками). Возникновение пароксизмальных расстройств может наблюдаться в различные сроки после перенесенной че­репно-мозговой травмы, но чаще через несколько лет. Характерен полиморфизм пароксизмальных расстройств, встречаются гене­рализованные джексоновские и малые припадки. Относительно часто наблюдаются бессудорожные пароксизмы: малые припад­ки, абсансы, приступы каталепсии, так называемые эпилептичес­кие сны, разнообразные психосенсорные расстройства (метамор-фопсии и расстройства схемы тела). У некоторых больных наблю­даются четкие вегетативные пароксизмы с выраженной тревогой, страхом, [иперпатиеи и общей гиперестезией.

Сумеречные помрачения сознания чаще возникают после су­дорожных припадков и обычно свидетельствуют о неблагоприят­ном течении заболевания Возникающие сумеречные состояния, не связанные с судорожным припадком, часто обусловлены до­полнительными экзогенными факторами и прежде всего алко­гольной интоксикацией. Сумеречные состояния, обусловленные психической травматизацией, отличаются менее глубоким по­мрачением сознания, при этом с больным удается установить контакт. Длительность сумеречных состояний невелика, но ино­гда достигает нескольких часов.

В отдаленном периоде черепно-мозговой травмы могут на­блюдаться так называемые эндоформные психозы: аффективные и аффективно-бредовые.

Аффективно-бредовые психозы. Эти психозы протекают в виде монополярных маний или депрессий, причем чаще наблюдаются маниакальные состояния. Психоз характеризуется острым нача­лом, типично чередование эйфории с гневливостью, мориоподоб-ным дурашливым поведением Маниакальному состоянию часто предшествуют экзогенные факторы (интоксикации, повторные травмы, оперативное вмешательство, соматическая болезнь)

Депрессивные состояния могут быть спровоцированы психиче­скими травмами. В состоянии, кроме тоскливости, наблюдаются тревога, ипохондрические переживания с дисфорическои оцен­кой своего состояния и окружающего.

Аффективно-бредовые психозы представляют собой сборную группу. Выделяют галлюцинаторно-бредовые и паранойяльные психозы, деление это условно, так как имеются различные пере­ходные состояния.

Галлюцинаторно-бредовой психоз обычно возникает остро на фоне отчетливых проявлений травматической энцефалопатии с апатическими расстройствами. Провоцируют психоз соматичес­кие болезни, хирургические операции. В ряде случаев развитию

180 Часть III. Частная психиатрия

психоза предшествует сумеречное состояние сознания. Бредовая система, как правило, отсутствует, бред конкретный, простои, галлюцинации истинные, психомоторное возбуждение сменяется заторможенностью, аффективные переживания обусловлены бредом и галлюцинациями.

Паранойяльные психозы развиваются чаще у мужчин спустя много (10 и более) лет после черепно-мозговой травмы и встреча­ются в зрелом и позднем возрасте. Типичны сверхценные и бредо­вые идеи ревности с сутяжными и кверулянтскими тенденциями. Наличие в преморбиде паранойяльных черт необязательно Тече­ние паранойяльного психоза коррелирует с изменениями лично­сти, ригидностью и аффективной насыщенностью переживании, застреванием на аффективных отрицательных ситуациях. Пара­нойяльные идеи ревности могут усложняться паранойяльными идеями ущерба, отравления, преследования Развитие психоза принимает хроническое течение и сопровождается формирова­нием психоорганического синдрома

Травматическое слабоумие. Наблюдается у 3—5% перенесших черепно-мозговую травму, у которых преобладает поражение лоб­ных, лобно-базальных и базально-височных областей мозга (Ар­батская Ю.Д., 1971). У некоторых больных травматическое слабо­умие наступает после травматического психоза или является ис­ходом травматической болезни с прогредиентным течением, обусловленным повторными травмами, или результатом развива­ющегося атеросклероза.

При травматическом слабоумии преобладают дисмнестичес-кие расстройства, наблюдаются снижение уровня интересов, вя­лость, аспонтанность, слабодушие У некоторых больных наблю­даются назойливость, эйфория, расторможенность влечений, пе­реоценка своих возможностей, грубая некритичность.

В 1929 г. H.Martland описал энцефалопатию боксеров После неоднократных травм у боксеров наступает состояние, напомина­ющее легкое опьянение, появляется замедленность и неловкость движении, нарушается равновесие, снижаются интеллектуальные возможности В ряде случаев в отдаленном периоде развиваются паркинсонизм или эпилептиформные припадки.

Психические нарушения в позднем возрасте. Психические нару­шения при черепно-мозговой травме у лиц пожилого возраста обычно сопровождаются потерей сознания. В остром периоде преобладают вегетативные и сосудистые расстройства, голово­кружение, колебания артериального давления, а тошнота и рвота встречаются относительно редко. В связи с неполноценностью сосудистой системы часто наблюдаются внутричерепные крово­излияния, которые могут развиваться спустя некоторое время и

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 181

сопровождаться клинической картиной, напоминающей опу­холь, и проявляться эпилептиформными припадками.

В отдаленном периоде более постоянны стойкие астенические расстройства, вялость, адинамия и различные психопатологичес­кие симптомы. ЧМТ обычно усиливают сосудистую патологию.

14.1.6. Рубрификация состояний по МКБ-10

В МКБ-Ю психические расстройства в связи с травмой голо­вного мозга рассматриваются в разделе «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» F 00—F 09, с уче­том ведущего синдрома.

14.2. Этиология и патогенез

В остром периоде черепно-мозговой травмы все расстройства обусловлены механическим повреждением и отеком мозговой тка­ни, развивающимися гемодинамическими нарушениями и гипо­ксией мозга. Считают, что диффузный невоспалительный отек раз­вивается в первые дни, достигая наибольшей выраженности к сере­дине первой недели. Существует параллелизм между динамикой отека мозга и окончанием травматического психоза (Фауст К.)

Определенное значение придается блокаде проведения им­пульсов в синапсах, сдвигам в медиаторном обмене и нарушению функции ретикулярной формации ствола мозга и гипоталамуса.

При легких травмах мозга наблюдается незначительное нару­шение структуры нервных клеток, которое может не привести к их гибели, функция их через некоторое время восстанавливается; при тяжелых травмах нервные клетки необратимо повреждаются и гибнут, место их замещается либо соединительной тканью (гли-озный рубец), либо жидкостью (киста)

В ряде случаев наблюдается нарушение синаптических связей между нервными клетками — травматическая асинапсия

Патогенез психических нарушений отдаленного периода че­репно-мозговой травмы различен, характер и выраженность рас­стройств обусловлены тяжестью травмы, возрастом больного, до­полнительными вредностями Большое значение имеют повтор­ные травмы, присоединившийся алкоголизм и патологический сосудистый процесс.

Возникновение состоянии помраченного сознания и паро-ксизмальных расстройств связано чаще всего с ликвородинамиче-скими нарушениями и локализацией травматического поражения.

14.3. Дифференциальный диагноз

В остром периоде черепно-мозговой травмы психические нару­шения носят типичный экзогенный характер. Диагностические за­труднения возникают при периодических травматических психозах.

182 Часть III. Частная психиатрия

При аффективных приступах диагностическое значение имеет дис-форический характер аффективных расстройств; при аффективно-бредовых приступах бред в отличие от шизофрении характеризуется простотой и конкретностью, более или менее постоянны жалобы це-ребрастенического характера и регредиентное течение заболевания. Для подтверждения травматического поражения делают рент­генографию черепа. На снимках обнаруживаются травматические изменения в костях черепа. С помощью компьютерной томогра­фии мозга выявляют диффузные изменения, кисты, гидроцефа­лию, скопление крови и ликвора в субдуральном и эпидуральном пространствах.

14.4. Распространенность

Среди причин летальных исходов и инвалидизации населе­ния, наступающих вследствие травм вообще, черепно-мозговые травмы занимают первое место. Смертность не единственная причина, которая делает эту проблему весьма актуальной. Травма приводит к тяжелым последствиям, инвалидизации, психичес­ким дефектам, эпилепсии. У 63—75% детей, перенесших черепно-мозговую травму, в дальнейшем возникают различные состояния, которые ведут к социальной дезадаптации как в учебной, так и в трудовой деятельности.

Считается, что у 80% больных перенесенную черепно-мозговую травму можно оценить как легкую, однако у трети таких больных наблюдаются различные психические и неврологические расстрой­ства, мешающие вернуться к трудовой деятельности (Бадалян Л.О.).

Некоторые авторы отмечают, что у 38% больных, перенесших легкую черепно-мозговую травму, умственные показатели ниже среднего уровня, 58% не могут возобновить работу в течение 16 мес. после черепно-мозговой травмы (Uzzeff В.Р. и др.).

Основной причиной роста числа черепно-мозговых травм во всех странах считается быстрое развитие транспорта. Именно транспортным травматизмом в мирное время обусловлено 52,1 % всех черепно-мозговых травм, на втором месте стоит бытовой травматизм (29,6%), на третьем — производственный (17%) (Бого-лепов Н.К. и др.).

Частота психических нарушении зависит от условий и харак­тера черепно-мозговой травмы. Так, во время Великой Отечест­венной войны эти расстройства наблюдались у 70% лиц, перенес­ших черепно-мозговую травму, а в послевоенные годы — только у 25% больных. Несмотря на то, что при катамнестическом обсле­довании через 2—10 лет различные нервно-психические наруше­ния наблюдались у 90,6% перенесших черепно-мозговую травму, на учете в диспансере такие больные через 20 лет после воины со­ставили 10% от общего числа больных.

Глава 14. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах 183

14.5. Прогноз

Прогноз болезни при черепно-мозговых травмах неоднозна­чен. Д.Е.Мелехов (1947) сформулировал признаки, свидетельст­вующие о благоприятном прогнозе: I) полное стихание основно­го активного травматического процесса и его осложнений и от­сутствие выраженных общемозговых нарушений; 2) локальность поражения и парциальность дефекта психики (изолированные явления выпадения, единственный синдром или нерезко выра­женные изменения психики); 3) сравнительная сохранность ин­теллекта и социально-трудовых установок личности; 4) молодой возраст больного; 5) отсутствие тяжелых сопутствующих нервных и соматических заболевании и выраженных черт психопатии у больного до травмы; 6) своевременное привлечение к труду в со­ответствии с интересами больного и в доступной профессии.

Показателями прогредиентного течения травматического процесса следует считать следующие: I) продолжающееся сниже­ние интеллекта с наступлением у некоторых больных органичес­кого слабоумия; 2) выраженные, стойкие или нарастающие изме­нения личности по органическому типу; 3) длительные или впер­вые возникающие через многие месяцы и годы после черепно-мозговой травмы психозы с галлюцинаторно-параноидными, ипохондрическими и депрессивными синдромами; 4) учащаю­щиеся или впервые возникающие через несколько лет эпилепти-формные проявления; 5) усиливающаяся астенизация больного со снижением работоспособности. Однако длительная терапия и правильное трудоустройство и при прогредиентном течении при­водят к стабилизации и обратному развитию отдельных болезнен­ных симптомов (Дмитриева Т.Б.).

Прогноз при последствиях черепно-мозговой травмы ухудша­ется в связи с присоединившимся алкоголизмом.

14.6. Лечение и реабилитация

В острый период черепно-мозговой травмы терапевтические мероприятия обусловлены тяжестью состояния. Перенесшие да­же легкую травму должны быть госпитализированы и соблюдать постельный режим в течение 7—10 дней, дети и пожилые люди нуждаются в более длительном пребывании в стационаре.

При симптомах, свидетельствующих о повышении внутриче­репного давления, рекомендуется дегидратация (внутримышечно 10 мл 25% раствора сульфата магния, 1% раствор лазикса внутри­мышечно, спинномозговая пункция), при симптомах отека мозга назначают мочевину, маннитол. Для купирования вегетативных расстройств применяются транквилизаторы (седуксен, фенозе-пам и др.), для уменьшения гипоксии мозга рекомендуется окси-

184 Часть III. Частная психиатрия

баротерапия. При продуктивной психопатологической симпто­матике и возбуждении назначают нейролептики и большие дозы седуксена (до 30 мг внутримышечно).

В периоде выздоровления рекомендуется общеукрепляющая терапия, ноотропные средства, витамины, при возбуждении — нейролептики.

В отдаленном периоде черепно-мозговой травмы необходим комплекс терапевтических и реабилитационных мероприятий, который состоит из психотерапии, адекватного трудоустройства и реабилитации больного в социальном плане. Лекарственная тера­пия назначается в зависимости от преобладания в клинической картине той или иной симптоматики. Так, при лечении эпилепти-формных расстройств рекомендуется противосудорожная тера­пия, при аффективных депрессивных расстройствах — антиде­прессанты и т.д.

14.7. Экспертиза

Трудовая экспертиза. Прогноз психических нарушений зави­сит в значительной степени от того, насколько правильно боль­ной выполняет рекомендации и соблюдает режим. При сотрясе­ниях головного мозга в легкой степени рекомендуется временная нетрудоспособность не менее I мес, при средней степени - 1,5-2 мес, при тяжелой — до 4 мес и более. При проведении экспертизы тру­доспособности необходимо учитывать роль реабилитационных мероприятии. Трудоустройство должно соответствовать состоя­нию больного и его возможностям. После черепно-мозговой травмы длительное время сохраняется инертность нервных про­цессов, поэтому в трудовых рекомендациях это следует учиты­вать. Больные не могут выполнять работу, требующую быстрого переключения с одного вида деятельности на другой, противопо­казаны большие физические и интеллектуальные нагрузки.

В связи с тем, что психические нарушения при травматичес­ких нарушениях характеризуются обычно регредиентным течени­ем, группа инвалидности должна пересматриваться.

Судебно-психиатрическая экспертиза. Экспертное решение при судебно-психиатрическои экспертизе зависит от клиничес­кой картины психических нарушений травматического генеза при совершении общественно опасных действий. Больные, со­вершившие правонарушение в состоянии травматического пси­хоза, выраженного слабоумия, расстроенного сознания, призна­ются невменяемыми. Гражданские акты, заключенные такими больными, признаются судом недействительными.

Глава 15. АЛКОГОЛИЗМ И АЛКОГОЛЬНЫЕ ПСИХОЗЫ

Алкоголизм — хроническая болезнь, развивающаяся вследствие длительного злоупотребления спиртными напитками с патологи­ческим влечением к ним, обусловленным психической, а затем и физической зависимостью от алкоголя Термин «хронический ал­коголизм» считается устаревшим, так как острую интоксикацию называют алкогольным опьянением. Алкоголизм сам по себе рас­стройство не психотическое, но при нем могут возникать психо­зы, причиной которых служит как хроническое отравление самим алкоголем, так и вызванные им нарушения метаболизма, в осо­бенности функции печени. Алкогольное опьянение может стать также провокатором эндогенных психозов. На исходной стадии алкоголизма развивается деменция.

15.1. Алкогольное опьянение

Опьянение проявляется психическими, неврологическими и соматическими нарушениями. Их тяжесть зависит не только от дозы алкоголя, но и от скорости его всасывания из желудочно-ки­шечного тракта и от чувствительности к нему организма. Всасы­вание алкоголя происходит в желудке и в тонком кишечнике. Обильная, особенно богатая жиром и крахмалом (картофель) пи­ща замедляет всасывание. Натощак и в присутствии углекислоты (шампанское, газированные напитки) всасывание ускоряется. Чувствительность повышается при утомлении, голодании, недо­сыпании, охлаждении и перегревании Переносимость алкоголя снижена у дегей, инфантильных подростков, стариков и у сома­тически ослабленных людей Она может зависеть от генетических факторов, например от определяющих активность ферментов, перерабатывающих алкоголь. Из-за генетически обусловленной низкой активности этих ферментов некоторым народам Крайне­го Севера присуща крайняя непереносимость алкоголя: от уме­ренных доз у них может наступить опасное для жизни коматозное состояние.

15.1.1. Типичная картина (простое опьянение)

У непьющих эта картина простого опьянения встречается на­иболее часто. В зависимости от тяжести состояния принято выде­лять три степени опьянения.

У лиц с легкой степенью опьянения состояние напоминает ги-поманиакальное и обычно проявляется повышением настроения (эйфория) с чувством довольства, комфорта и желанием общать­ся с окружающими. Люди становятся говорливыми, речь делается громкой и быстрой, мимика утрированной, жесты размашисты­ми, движения порывистыми, но менее точными. Внимание легко

186 Часть III. Частная психиатрия

отвлекается Качество работы, особенно требующей сосредоточе­ния, уху iшлется, но свои возможности человек переоценивает. Отмечаются гиперемия лица, тахикардия, повышение аппетита и растормаживание сексуального влечения. Через 2—4 ч наступает вялость и сонливость. Весь период опьянения вспоминается хо­рошо.

У лиц со средней степенью опьянения отмечаются выражен­ные неврологические нарушения: речь делается смазанной (ди­зартрия), походка — шаткой, при стоянии они покачиваются (атаксия), почерк резко меняется, при пальценосовой пробе про­махиваются. Нередко возникает тошнота и рвота (при развитии алкоголизма их уже не бывает). Настроение неустойчивое: эйфо­рия с бурными проявлениями веселья чередуется с раздражитель­ностью, озлобленностью, склонностью к скандалам и агрессии. Внимание переключается с трудом. Ориентировка в окружающем сохранена. Возбуждение сменяется глубоким сном, за которым следуют разбитость, вялость, головная боль. О некоторых собы­тиях во время опьянения могут помнить смутно.

Тяжелая степень опьянения проявляется прогрессирующим угнетением сознания — от выраженного оглушения до сопора и комы. Во время оглушения опьяневшие стоять не могут (атаксия). Лицо амимично. Рвота опасна аспирацией рвотных масс. Неред­ко недержание мочи и кала. Тело становится холодным, конечно­сти — цианотичными. Оглушение с маловнятным бормотанием или отдельными эмоциональными выкриками переходит в бес­пробудный сон — сопор, во время которого даже старый прием — запах нашатырного спирта — не пробуждает, а лишь вызывает гри­масу и стон (псевдоаффект). В коматозном состоянии исчезает реакция зрачков на свет, а при углублении комы — корнеальный рефлекс, дыхание делается затрудненным, пульс ослабевает. По­сле пробуждения от тяжелой степени опьянения воспоминаний не сохраняется (амнезия). Несколько дней удерживается астения и потеря аппетита.

15.1.2. Атипичная картина опьянения

Атипичная картина опьянения развивается при некоторых ви­дах психопатий (расстройств личности), после перенесенных в прошлом черепно-мозговых травм, мозговых инфекций, нейро-интоксикаций, психических заболеваний, при некоторых хрони­ческих соматических заболеваниях. Атипичному опьянению спо­собствуют также вынужденная бессонница, сильный эмоцио­нальный стресс, а также сочетание алкоголя с другими токсичес­кими и лекарственными средствами.

Дисфорическое опьянение встречается при эксплозивных и эпи-лептоидных психопатиях и акцентуациях характера эпилептоид-

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 187

ного типа, после черепно-мозговых травм, при эпилепсии с изме­нениями личности. Вместо эйфории возникает дисфория — злоб­но-мрачное настроение с желанием «разрядиться» на окружаю­щем. Больные пристают к другим людям, задирают их, наносят побои, иногда жестокие, в драке звереют. Ломают вещи, бьют стекла и посуду. Сексуальная агрессия сочетается с садизмом. В одиночестве могут наносить самоповреждения, особенно порезы.

Депрессивное опьянение характерно для тех, кто вообще скло­нен к депрессиям (циклоидные и сенситивные личности), или для перенесших тяжелые психические травмы, употребляющих алкоголь, чтобы «забыться». Жалобные причитания и плач сопро­вождаются высказываниями о мрачной безысходности, само­упреками, самобичеванием или обвинениями других в несправед­ливости. У больных в состоянии легкого опьянения иногда быва­ет только мрачный вид, они молчаливы, переживания таят в себе. В эти моменты они могут совершать неожиданные для окружаю­щих суицидные действия.

Сомнолентное опьянение встречается у астеничных и ослаблен­ных субъектов, при быстром всасывании алкоголя (газированные напитки), а также при его сочетании с транквилизаторами или клофелином. Эйфория мимолетна или вовсе отсутствует, вегета­тивные нарушения не выражены. После приема алкоголя быстро наступает крепкий сон. Его глубина и продолжительность зависят от степени опьянения, возможен переход в сопор и кому.

Истерическое опьянение возникает при гистрионическом рас­стройстве личности (истерической психопатии) и при истероид-ной акцентуации характера. Проявляется бурной экспрессией — патетическими интонациями, выразительными жестами, позами, утрированной мимикой. Пьяный перед окружающими разыгры­вает спектакль, изображая несчастного и страдающего или выда­ющуюся личность, никем не понятую и т.д. Опьянение может за­вершиться истерическим припадком.

Другие виды атипичного опьянения, например гебефреническое с нелепым хохотом и кривляньем или импульсивными поступка­ми, встречаются довольно редко.

15.1.3. Патологическое опьянение

В редких случаях прием алкоголя (иногда даже небольшого количества крепких напитков у непьющих) вызывает транзитор-ный (кратковременный) психоз. Начало его внезапное, а длитель­ность — от получаса до суток. Протекает с картиной сумеречного состояния или острого параноида.

Сумеречное патологическое опьянение проявляется отрешенным видом больных, которые куда-то стремятся, от кого-то убегают, проявляют агрессию — жестокую и бессмысленную. Движения хо-

188 Часть III. Частная психиатрия

рошо координированы. Сохраняется возможность действий, тре­бующих навыков и даже ловкости. Поэтому на окружающих они не производят впечатление опьяневших, а лишь слегка выпивших. В контакт с ними вступить не удается. Совместная с кем-либо де­ятельность невозможна, все поступки совершаются в одиночку. Действуют молча или с отдельными злобными выкриками. Лицо бледное, зрачки расширены. Все завершается крепким сном (по­рой засыпают в самом неподходящем месте) или полной простра­цией с вялостью и безучастностью к тому, что происходит вокруг, и убеждением, что все, что они натворили, не имеет к ним никако­го отношения. Амнезия обычно бывает полной. Реже сохраняют­ся отрывочные воспоминания, похожие на сновидения: сперва их помнят, а потом забывают. Этот тип патологического опьянения чаще возникает у тех, кто перенес черепно-мозговые травмы, бо­лен эпилепсией или при эпилептоидной психопатии.

Параноидное патологическое опьянение отличается внезапным, как озарение, бредовым толкованием происходящего вокруг. С ним могут быть связаны иллюзии, реже слуховые и зрительные галлюцинации. Обычно преобладает страх: считают, что окруже­ны бандитами, террористами, что их хотят убить и т.д. Реже пре­обладает бред отношения или воздействия. Содержание бредовых переживаний нередко связано с ранее виденным или от кого-то услышанным, но произведшим большое впечатление. Как прави­ло, наблюдаются также некоторые изменения сознания: отдель­ные периоды времени или эпизоды полностью выпадают из па­мяти, другие, наоборот, могут запоминаться своей необычной яр­костью, видением малейших деталей. Все завершается обычно не сном, а состоянием прострации.

15.1.4. Лечение

Легкое опьянение лечения не требует. Неукротимую рвоту можно прервать внутримышечными инъекциями галоперидола, тералена (алимемазина). При коллаптоидном состоянии показа­но внутривенное вливание кофеина с глюкозой. Дисфорическое возбуждение устраняется инъекцией сибазона (седуксена). При сопоре и коме наиболее эффективно внутривенное вливание бе-мегрида с кофеином, кордиамином и глюкозой, а также интен­сивная дезинтоксикация (капельные внутривенные вливания глюкозы, реополиглюкона, гемодеза, диуретиков).

15.1.5. Экспертиза

Осуществляется на основании клинических признаков опьяне­ния и специальных диагностических приемов. Наиболее важными среди последних является определение содержания алкоголя в кро­ви. В норме у здоровых непьющих людей постоянно содержится в

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 189

крови до 0,02% о (до 0,02 г/л) «эндогенного алкоголя» — продукта естественного метаболизма. Тяжесть опьянения зависит от кон­центрации в крови этанола. Распространена ориентировочная схема оценки тяжести опьянения по содержанию алкоголя в кро­ви (в г/л):

до 0,3 — опьянения нет

0,3—1,5 —легкое опьянение

1,3—3,0 — опьянение средней степени

3,0—5,0 —тяжелое опьянение

6,0 и выше — опасное для жизни

Наиболее точным специфичным и чувствительным методом оп­ределения алкоголя в крови служит газожидкостная хроматография.

Для предварительного заключения используются малоспеци­фичные качественные пробы обнаружения алкоголя в выдыхае­мом воздухе (дуют в раствор через трубку в течение 15-20 с).

Реакция Рапопорта состоит в том, что под действием продува­емого алкоголя обесцвечивается розовый 0,5% раствор калия пер-манганата с добавлением капель серной кислоты. Однако обесцве­чивающее действие проявляют также содержащийся в выдыхае­мом воздухе ацетон (больные сахарным диабетом!), бензин, эфир.

Реакция Мохова—Шинкаренко ставится в специальных стеклян­ных индикаторных трубочках, содержащих мелкозернистый сили-кагель, обработанный хромовым ангидридом и серной кислотой. Перед употреблением обламывают оба конца запаянной трубочки и дуют через широкий конец. От алкоголя желтая окраска меняет­ся на зеленую или голубую, от бензина — на коричневую.

Состояние опьянения диагностируют наркологи, психиатры и неврологи, а в их отсутствие — врачи других специальностей (не­редко дежурные врачи приемных покоев). Освидетельствование проводится по направлению органов милиции или учреждений, где работает подэкспертный. В направлении должны быть указа­ны фамилия, имя, отчество, дата и час выдачи направления, фак­ты, заставившие заподозрить опьянение, и куда следует передать заключение.

15.2. Алкоголизм

Пьянство как предшественник алкоголизма. Многократное и даже довольно регулярное употребление алкоголя в дозах, вызы­вающих выраженное и даже сильное опьянение, само по себе не является алкоголизмом как болезнь, если не сопровождается ха­рактерными для этого заболевания признаками. В развитых стра­нах не более 10% взрослой популяции относится к абсолютным трезвенникам — полностью воздерживающимся от спиртных на­питков. Пьянством принято считать такие многократные и регу­лярные выпивки, которые наносят явный ущерб соматическому

190 Часть III. Частная психиатрия

здоровью или создают социальные проблемы на работе, в семье, в обществе. Ему нередко дают разные названия: «злоупотребление алкоголем», «бытовое пьянство», «донозологическии алкого­лизм» и др

Алкоголизм обычно развивается после нескольких лет пьянства (злокачественные формы даже за год—два). Однако некоторые лица могут пьянствовать многие годы без развития у них алкоголизма

15.2.1. Стадии алкоголизма 15.2.1.1. Первая стадия (стадия психической зависимости)

Патологическое влечение к алкоголю (его также называют «пер­вичным», «обсессивным») является главным среди начальных признаков. Алкоголь становится средством, постоянно необходи­мым, чтобы поднять настроение, чувствовать себя уверенно и свободно, забыть о неприятностях и невзгодах, облегчить контак­ты с окружающими, эмоционально разрядиться.

Психическая зависимость от алкоголя основывается на этом влечении. Суть ее состоит в том, что выпивки делаются главным интересом в жизни: все помыслы сосредоточиваются на них, при­думываются поводы, изыскиваются компании, всякое событие прежде всего рассматривается как причина для выпивки. Ради этого забрасываются другие дела, развлечения, хобби, не сулящие застолий, знакомства. На спиртное тратятся деньги, предназна­ченные на самое необходимое Выпивки становятся регулярными — по 2—3 раза в неделю и чаще.

Кроме патологического влечения и психической зависимос­ти, остальные признаки являются менее постоянными и поэтому менее надежны для диагностики алкоголизма

Повышение толерантности к алкоголю, т.е. минимальной его дозы, способной вызвать хотя бы легкое опьянение (или, наобо­рот, максимальной дозы, не вызывающей его), на первой стадии достигает того, что для опьянения требуется доза в 2—3 раза боль­шая, чем прежде. Однако после длительного перерыва в выпивках толерантность может падать. В подростковом и юношеском возра­сте она может расти без алкоголизма за счет физического разви­тия, увеличения массы тела Наиболее точная оценка толерантно­сти может быть сделана по минимальному содержанию алкоголя в крови, когда очевидны первые признаки опьянения. В США толе­рантность считается повышенной, если нет опьянения при 1,5 г/л.

Утрата количественного и ситуационного контроля проявляет­ся тем, что, начав пить, люди не могут остановиться и напивают­ся до тяжелого опьянения (т.е. в опьянении патологическое вле­чение к алкоголю еще более усиливается), а также тем, что пере­стают учитывать ситуацию, когда появление в нетрезвом виде грозит серьезными неприятностями. Но иногда контроль утрачи-

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 191

вается только на II стадии алкоголизма. Изредка, особенно при эпилептоидных психопатиях и акцентуациях характера, встреча­ется изначальное отсутствие количественного контроля, с первых опьянений возникает неудержимое желание напиваться «до от­ключения». Подростки и молодежь иногда пренебрегают ситуа­цией из-за бравады.

Исчезновение рвотного рефлекса, который является защитным (из желудка удаляется часть алкоголя), свидетельствует о привы­кании к большим дозам. Однако у 5—10% этот рефлекс может из­начально отсутствовать. Тогда большая доза алкоголя вызывает беспробудный сон, сопор, кому.

Блекауты (палимпсесты)^ — выпадение из памяти отдельных периодов опьянения, во время которых сохранялась способность действовать и говорить и даже не производить на других впечат­ление сильно опьяневших. Этот феномен появляется в одних слу­чаях на первой, в других — на второй стадии алкоголизма. У тех, кто перенес черепно-мозговые травмы или болен эпилепсией, а также при эпилептоиднои психопатии и акцентуации характера блекауты могут появляться с первых в жизни сильных опьянений.

15.2.1.2. Вторая стадия (стадия физической зависимости)

Физическая зависимость от алкоголя служит основным при­знаком II стадии. Суть ее состоит в том, что регулярное поступле­ние алкоголя в организм становится необходимым условием для поддержания измененного гомеостаза — постоянства внутренней среды Многолетние постоянные выпивки приводят к перестрой­ке биохимических процессов. Например, резко активизируется ферментная система, участвующая в переработке алкоголя. На­пример, у непьющих около 80% всосавшегося алкоголя разруша­ется алкогольдегидрогеназной печени, около 10% — каталазой в других тканях и еще 10% выводится с выдыхаемым воздухом, мо­чой и калом. По мере развития алкоголизма активность каталазы возрастает — на II стадии до 50% уже инактивируется ею. Повы­шается также активность аспартат- и аланинаминотрансфераз и других ферментов, происходят иные сдвиги, касающиеся биоло­гически активных веществ (катехоламинов, кинуренинов и др.), которые предназначены для биохимической адаптации к посто­янному поступлению больших доз алкоголя.

Компульсивное (вторичное, неодолимое) влечение основывается на физической зависимости. Оно сравнимо с голодом и жаждой. Алкоголь делается насущной потребностью. Его отсутствие вызы­вает болезненные расстройства.

1 Blackout (англ ) — временное затемнение, pahmpseston biblion (древне-греч ) — рукопись на пергаменте на месте прежнего стертого или соскобленно­го текста

192 Часть III. Частная психиатрия

Абстинентный синдром — болезненное состояние, возникаю­щее вследствие прекращения поступления привычной дозы алко­голя. Его особенность состоит в том, что все нарушения на время устраняются или смягчаются приемом спиртных напитков. Аб­стиненция проявляется психическими, неврологическими и со­матическими расстройствами. Астения, раздражительность, бес­причинная тревога сочетаются с бессонницей или беспокойным сном и кошмарными сновидениями. Характерны мышечный тре­мор (особенно крупноразмашистый пальцев рук), чередование озноба и проливного пота, жажда и утрата аппетита. Больные жа­луются на головную боль и сердцебиение. Артериальное давление нередко повышено, иногда значительно. В зависимости от типа акцентуации характера могут проявляться дисфория, истеричес­кое поведение с демонстративными суицидными попытками или депрессии с истинными суицидными намерениями, паранойяль­ные идеи ревности, преследования, отношения. В тяжелых случа­ях могут развиваться алкогольный делирий («белая горячка») и судорожные припадки («алкогольная эпилепсия»).

Во время абстиненции резко обостряется вторичное патоло­гическое влечение к алкоголю, оно становится неодолимым.

Абстиненция начинается через 12—24 ч после выпивки. Про­должительность ее зависит от тяжести — от 1 —2 сут до 1 —2 нед. При интенсивном лечении она завершается быстро и протекает легче.

На II стадии алкоголизма встречаются также другие симпто­мы. Но их диагностическое значение меньше. Одни из них непо­стоянны, другие могут проявляться еще на I стадии.

Толерантность к алкоголю может возрастать в 5 и более раз в сравнении с первоначальной опьяняющей дозой. Утрата количе­ственного контроля, как правило, имеет место. Нередко может быть отмечена «критическая» доза алкоголя, после которой ника­кой контроль невозможен. Более очевидной становится потеря ситуационного контроля — пьют с кем попало и где попало. При отсутствии спиртных напитков прибегают к суррогатам — различ­ным спиртсодержащим жидкостям (политура, клей БФ и т.д.). Бо­лее частыми и выраженными становятся блекауты (палимпсесты).

Изменение картины опьянения более характерно для II стадии. Эйфория становится короче и слабее. Ее заменяют раздражитель­ность, взрывчатость, недовольство, склонность к скандалам и аг­рессии. Более частыми бывают дисфорический и истерический типы опьянения.

Изменение формы злоупотребления алкоголем сводится к тому, что часть больных пьянствует постоянно, а часть — периодически. Встречается также промежуточная форма. При постоянном зло­употреблении почти каждый вечер больные выпивают большие

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 193

дозы алкоголя, а по утрам — небольшие («похмеляются»), чтобы избежать абстиненции. Для периодической формы характерны запои — истинные и ложные, а между ними — умеренное злоупо­требление или даже полное воздержание.

Истинные запои — особая форма алкоголизма (прежде назы­вавшаяся дипсоманией), развивающаяся на фоне циклоидной акцентуации характера или циклотимии. Запою предшествует аффективная фаза в виде «смешанного состояния»: депрессия сочетается с беспокойством и неудержимым желанием подавить тягостное состояние с помощью алкоголя. Запой длится не­сколько дней, при этом в первые дни обнаруживается высокая толерантность к алкоголю, в последующие дни она падает. Запой нередко завершается аверсионным синдромом — полным отвра­щением к алкоголю, один вид которого вызывает тошноту и рво-гу. Далее в течение нескольких недель или месяцев больные пол­ностью воздерживаются от выпивок до наступления следующей аффективной фазы.

Ложные запои (псевдозапои) характерны для II стадии алкого­лизма. Они возникают вследствие социально-психологических факторов (конец рабочей недели, получение денег и т.д.). Именно от этих факторов зависит периодичность пьянства, никаких аф­фективных фаз в основе их не лежит. Длительность запоев раз­лична. Они прерываются вследствие активного противодействия окружения (дисциплинарные меры, ведущие к стрессу скандалы и т.д.) или по причине отсутствия спиртных напитков.

Изменения личности становятся выраженными именно на II стадии. Заостряются черты акцентуации характера. Гиперти-мы делаются более эйфоричными, неразборчивыми в знакомст­вах, склонными к нарушениям правил и законов, к риску, беза­лаберному образу жизни; шизоиды становятся еще более замк­нутыми, эпилептоиды — эксплозивными и склонными к дисфо-риям, у истероидов усиливаются присущие им демонстратив-ность и театральность. Однако заострение черт типа акцентуа­ции у подростков и молодежи может происходить еще на I ста­дии алкоголизма, а неустойчивый тип акцентуации даже может достигать степени психопатии.

Соматические осложнения алкоголизма также нередко начина­ются со II стадии. Особенно характерна алкогольная жировая дистрофия печени, которая выступает из-под реберной дуги, бо­лезненна при пальпации, могут нарушаться функциональные пробы, особенно чувствительна бромсульфофтал ей новая. Может развиваться хронический алкогольный гепатит. Поражения пече­ни грозят ее алкогольным циррозом. Другим нередким осложне­нием является алкогольная кардиомиопатия (тахикардия, расши-

194 Часть III. Частная психиатрия

рение границ сердца, приглушение сердечных тонов, одышка при физических нагрузках). Встречаются алкогольные панкреатиты, как острые, так и хронические, а также алкогольные гастриты. Алкоголизм способствует развитию язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки.

Сексуальные нарушения после частого повышения сексуаль­ной активности на I стадии из-за пренебрежения этически-мо­ральными ограничениями на II стадии начинают проявляться ослаблением сексуальной потенции (у мужчин уменьшаются эрекции, появляется преждевременная эякуляция), которое может сочетаться с усилением чувства ревности к супругам и сожительницам.

Социальная дезадаптация бывает различной по степени — от полной с паразитическим образом жизни и преступлениями до весьма умеренной с удовлетворительной трудоспособностью и сохранением, несмотря на конфликты, семьи. В значительной мере дезадаптация зависит от отношения близких и окружения к больному алкоголизмом.

15.2.1.3. Третья стадия (стадия алкогольной деградации)

Снижение толерантности к алкоголю иногда наступает после многих лет высокой выносливости и является главным призна­ком III стадии. Сперва уменьшается разовая доза — опьянение на­ступает от маленькой рюмки. Суточная доза уменьшается позд­нее. Переходят от крепких напитков к слабым, обычно к дешевым винам. Перерыв алкоголизации вызывает тяжелые явления аб­стиненции с бессонницей, тревогой, страхом, выраженными не­врологическими и соматическими нарушениями. Иногда во вре­мя абстиненции развивается делирий или судорожный припадок.

«Псевдоабстиненции» — состояния со многими признаками аб­стинентного синдрома (мышечный тремор, потливость и ознобы, бессонница, тревога и депрессия), возникающие во время ремис­сии — после длительного (недели, месяцы) воздержания от алко­голя. Во время них влечение к алкоголю снова становится неодо­лимым. Толчком для развития псевдоабстиненции могут быть ос­трые соматические или инфекционные заболевания, реже — эмо­циональные стрессы. Иногда псевдоабстиненции возникают пе­риодически без видимых причин. Эти состояния чаще всего встречаются на III стадии.

Алкогольная деградация проявляется однообразными измене­ниями личности — прежние заостренные черты определенного типа акцентуации сглаживаются. Утрачиваются эмоциональные привязанности. Больные становятся безразличными к близким, пренебрегают самыми элементарными моральными и этически­ми принципами, правилами общежития. Некритически относят-

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 195

ся к своему поведению. Эйфоричность сочетается с грубым ци­низмом, плоским «алкогольным» юмором, чередуется с дисфори-ями и агрессивностью. Развиваются психоорганические наруше­ния: ухудшается память, затрудняется переключение внимания, снижается интеллект (алкогольная деменция). Нарастает пассив­ность, вялость. Больные ко всему, кроме выпивки, становятся со­вершенно безразличными.

Социальная дезадаптация обычно бывает полной: больные оказываются нетрудоспособными, семейные связи порываются, они ведут паразитический образ жизни.

Соматические последствия на III стадии бывают тяжелыми. Нередки циррозы печени и выраженные кардиомиопатии.

Алкогольные полиневропатии («алкогольные полиневриты») проявляются жалобами на боли и неприятные ощущения в ко­нечностях — онемение, парестезии, судорожные сведения. У больных нарушается походка. Могут быть парезы, атрофируются мышцы. Деструктивные изменения периферических нервных во­локон связывают не только с прямым токсическим действием ал­коголя, но и с дефицитом витаминов группы В, а также с инток­сикацией в связи с поражением печени.

Алкогольные психозы на III стадии значительно учащаются. Де­лирии бывают повторными. Встречаются острый и хронический слуховой галлюцинозы, энцефалопатические психозы.

15.2.2. Течение

Алкоголизм, как правило, развивается медленно. У подавляю­щего большинства больных I стадия становится очевидной после 5—10 лет пьянства, а у 10% — через 15 лет и более. На скорость раз­вития влияет интенсивность пьянства. При систематическом приеме алкоголя в дозах, превышающих 0,5 л водки, 1—2 раза в неделю первые признаки алкоголизма могут обнаруживаться уже через год, а при дозах до 200 г почти ежедневно эти же признаки появляются через 5 лет и более.

Продолжительность 1 стадии в среднем составляет 3—5 лет, дли­тельность 11 стадии весьма различна — у большинства от 5 до 15 лет.

Злокачественный алкоголизм отличается резким сокращением всех упомянутых сроков. За 1—2 года пьянства появляются при­знаки 1 стадии, еще через год-другой наступает II стадия. Нередки разнообразные осложнения, в особенности алкогольные психозы.

Злокачественное течение встречается у лиц, перенесших че­репно-мозговые травмы, мозговые инфекции и нейроинтоксика-ции (например, после злоупотребления ингаляциями паров бен­зина), при эпилептоидных психопатиях и при конституциональ­ной интолерантности к алкоголю. Злокачественный алкоголизм составляет 5—10%.

196 Часть III. Частная психиатрия

15.2.3. Возрастные и половые особенности

Ранний (подростковый, юношеский) алкоголизм включает фор­мирование признаков хотя бы I стадии в возрасте до 18 лет. Суще­ствует мнение, что этот алкоголизм протекает всегда злокачест­венно. Однако в большинстве случаев признаки зависимости по­являются только после 3—5 лет пьянства В подростковом возрас­те чаще приходится сталкиваться с I стадией алкоголизма, II ста­дия встречается редко, а III стадия вообще не успевает развиться. Поэтому алкогольные психозы в этом возрасте также нечасты, ес­ли только выпивки не сочетаются с приемом других психоактив­ных средств. Социальная дезадаптация наступает быстро, иногда еще до первых признаков алкоголизма.

Алкоголизм в пожилом возрасте, если пьянство в этом же возрас­те началось, развертывается относительно медленно. Однако сома­тические осложнения выступают рано и само старение ускоряется.

Женский алкоголизм протекает, как правило, более тяжело, чем у мужчин: быстрее формируется, одна стадия скорее сменяет дру­гую, чаще встречается злокачественный тип. Весьма выраженной бывает социальная дезадаптация.

15.2.4. Симптоматический алкоголизм

Этим термином обычно обозначают присоединение алкого­лизма к другим психическим расстройствам.

При шизофрении само алкогольное опьянение, особенно в подростковом и молодом возрасте, может оказаться провокато­ром приступа или начала непрерывно-прогредиентного течения. Больным шизофренией свойственны атипичные опьянения — с импульсивными нелепыми поступками, с гебефреническим дура­шливым возбуждением, депрессивное или дисфорическое. Мо­жет возникнуть патологическое параноидное опьянение.

Течение самого алкоголизма различно. Нередко случаи, когда продолжительное тяжелое пьянство неожиданно легко обрывает­ся без заметных явлений абстиненции и даже само влечение к ал­коголю исчезает Однако возможны и случаи злокачественного развития алкоголизма. При вялотекущей шизофрении и во время ремиссий алкоголизм встречается чаще.

Алкоголизму присуще патопластическое действие — изменение картины самой шизофрении. При параноидной форме усиливает­ся слуховой вербальный галлюциноз и могут появиться мучитель­ные сенестопатии. При вялотекущей форме и во время ремиссий становятся более выраженными психопатоподобные расстройства (жестокость, сексуальная расторможенность, грубая циничность).

При маниакально-депрессивном психозе алкоголизм присоеди­няется относительно редко. Опьянение может провоцировать ма­ниакальную фазу. Попытки больных в начале депрессии прервать

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 197

се с помощью алкоголя лишь ухудшают настроение Иногда алко-юлизм может развиваться на фоне затяжных депрессий. Перио­дический тип течения алкоголизма в виде истинных запоев пред­положительно связывается с циклотимией

При эпилепсии присоединяющийся алкоголизм значительно отягощает течение Характерны дисфорические опьянения и ран­нее появление блекаутов (палимпсестов) Пьянство довольно бы­стро переходит в алкоголизм и чаще протекает по периодическо­му типу — с истинными и ложными запоями. После запоев резко учащаются припадки, могут возникнуть сумеречные состояния, развиться эпилептический статус.

При посттравматической энцефалопатии развитие алкоголиз­ма нередко бывает злокачественным Опьянение протекает по дис-форическому типу или эйфория чередуется с эксплозивностью — взрывами раздражения и агрессии. Возможны патологические су­меречные опьянения. На II стадии нередки алкогольные делирии. Блекауты могут появиться с первого опьянения и распространить­ся почти на весь его период. В ходе развития алкоголизма резко усиливаются психопатологические изменения личности.

15.2.4.1. Рубрификация в МКБ-10

Алкоголизм включен в раздел «Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактив­ных веществ». В разделе предусмотрены рубрики и подрубрики для острой алкогольной интоксикации разной степени тяжести и с разными особенностями проявлений, патологического опьяне­ния, синдрома абстиненции и разных стадий алкоголизма В этом же разделе рубрифицированы алкогольные психозы.

15.2.5. Этиология и патогенез

Длительное и интенсивное злоупотребление спиртными на­питками — обязательное, но не единственное условие развития алкоголизма как болезни. Некоторые люди пьянствуют по 15 лет и более и ни физической, ни психической зависимости от алкого­ля у них не обнаруживается. Факторы, участвующие в формиро­вании алкоголизма, принято разделять на социальные («алко­гольный климат» в обществе, питейные традиции, алкогольная политика правительства), психологические и биологические. Среди психологических факторов особое внимание привлекает мотивация употребления спиртных напитков.

Мотивы, т.е. побуждения к выпивкам, принято разделять на гедонистические (желание испытать удовольствие, вызвать эйфо­рию, почувствовать себя «на высоте» и т.д) и атарактические (стремление к релаксации — успокоению, уходу от неприятностей

198 Часть III. Частная психиатрия

и трудностей, устранению беспокойства и тревоги). Кроме того, выделяются мотивы социально-психологические: традиционные (питейные обычаи субкультуры) и субмиссивные (подчинение влиянию других людей и групп).

С появлением психической зависимости ведущим становится аддикгивный мотив (пристрастие, патологическое влечение к ал­коголю), а с развитием физической зависимости — страх абсти­ненции, желание ее предотвратить или прервать.

От истинной мотивации следует отличать мотивировку — объ­яснение, которое дает сам пьющий. Мотивировка может маски­ровать или искажать истинную мотивацию.

Патогенез в качестве основных звеньев имеет формирование психической и физической зависимости — первичного и вторич­ного влечения к алкоголю. Хроническая интоксикация алкоголем вызывает разнообразные биохимические и нейрофизиологичес­кие изменения в организме в целом и в мозге в частности. Одна­ко, какие из них являются следствием интоксикации, а какие ле­жат в основе зависимости, пока определенно выявить не удается. Предполагается, что в основе психической зависимости лежат нейрофизиологические сдвиги — патологическая активация оп­ределенных гипоталамических систем, получивших название «центр наслаждения». Согласно гипотезе И.П.Анохиной, эта ак­тивация вызвана действием алкоголя на катехоламиновую систе­му гипоталамуса: избыточное высвобождение норадреналина ве­дет к его дефициту, на фоне которого для активации нужны новые поступления алкоголя. Основу физической зависимости состав­ляет усиленный распад и синтез катехоламинов. Когда очередная доза алкоголя не поступает, то распад снижается, а синтез остает­ся усиленным — в мозге накапливается предшественник норадре­налина дофамин. Важная роль в патогенезе другими авторами приписывается нарушениям обмена серотонина, кинуренинов, гамма-аминомасляной кислоты и других биологически активных веществ. Ведется поиск связи с дисфункцией опиатной системы организма — изменением активности опиатных рецепторов и эн­догенных морфиноподобных веществ (эндорфины, энкефалины) в надежде найти единый механизм зависимости и от алкоголя, и от наркотиков, и от других токсичных веществ. Возможно также, что в развитии физической зависимости участвует изменение ферментных систем печени и других тканей — повышение актив­ности алкогольдегидрогеназы и каталазы, снижение активности фермента, расщепляющего ацетальдегид (промежуточный про­дукт окисления алкоголя).

Роль наследственности становится очевидной из ряда факто­ров. Риск алкоголизма остается высоким у детей алкоголиков, ко­торые с младенчества воспитывались непьющими приемными

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 199

родителями. Совпадение алкоголизма у монозиготных близнецов значительно чаще, чем у дизиготных. Существуют целые народ­ности с крайне низкой толерантностью к алкоголю. Наследуется не сам алкоголизм, а предрасположение к нему, высокий риск его развития, если начинается злоупотребление. Например, наследо­ваться могут некоторые черты характера, способствующие само­му злоупотреблению — «гедонистические стремления» при неус-юйчивом гипе психопатии и акцентуации характера. Наследст­венной может быть недостаточность некоторых ферментных сис­тем, отчего толерантность к алкоголю оказывается низкой.

Алкогольная эмбриопатия — заболевание новорожденного, воз­никающее втом случае, если мать во время беременности регуляр­но злоупотребляла спиртными напитками. Алкоголь легко прони­кает через плацентарный барьер (так же, как и в молоко кормящей матери). Новорожденные обнаруживают признаки зависимости от алкоголя, проявляющиеся непрерывным беспокойством и нару­шением физиологических функций. В дальнейшем выявляется от­ставание в физическом и интеллектуальном развитии.

15.2.6. Дифференциальный диагноз

Диагностические трудности может представить дифференци­рование I стадии алкоголизма и пьянства без зависимости от ал­коголя. Диагноз основывается на сведениях, получаемых от само-ю пациента и его окружения. Обследуемые часто бывают склон­ны сознательно или бессознательно диссимулировать признаки влечения и зависимости и преуменьшать пьянство. Сведения от близких или с места работы также не всегда достоверны: иногда алкоголизация преуменьшается, иногда преувеличивается.

Картина абстинентно! о синдрома служит убедительным призна­ком II стадии. Высказывалось суждение (Жислин С.Г., Иванец Н.Н., Анохина И.П.), что алкоголизм следует считать болезнью только с появления физической зависимости, а начальную стадию рассмат­ривать как «донозологический алкоголизм», не отделяя от пьянства.

Диагностика III стадии строится на очевидных признаках ал­когольной деградации и снижении толерантности к алкоголю.

Лабораторные методы диагностики алкоголизма пока не раз­работаны. Предлагаемые приемы (повышение активности в крови ферментов — гамма-глутамилтранспептидазы, аспартат- и алани-наминотрансферазы, каталазы и др., увеличение объема эритро­цитов) оказались неспецифичными и нередко дают положитель­ный результат только на II стадии алкоголизма. Разработан метод радиоизотопной гепатографии', констатирующий повреждение печени вследствие хронической алкогольной интоксикации.

Метод диагностики зарегистрирован как открытие А-200 10 апреля 2002 г (ГП Колупаев, А В Картелешев, Н Д Лакосина и др )

200 Часть III. Частная психиатрия

15.2.7. Распространенность

Алкоголизм относится к весьма распространенным заболева­ниям: в развитых странах им страдает 3—5% населения, а в вино­дельческих (Франция, Италия) странах — даже 8—10%. В послед­ние два — три десятилетия отмечался повсеместный рост алкого­лизма, особенно среди молодежи и женщин. Если в 1950—1960-х годах соотношение больных алкоголизмом мужчин и женщин было 10:1, то в 80-х оно приблизилось к 5:1.

О распространенности пьянства судят по потреблению алко­голя на душу населения (обычно в литрах 100% алкоголя в год). Если оно составляет менее 5 л в год, то его можно считать умерен­ным, если более 10 л в год — очень высоким. В Европе в 80-х го­дах потребление было минимальным, в Норвегии и Исландии (4 л в год) и очень высоким во Франции (13 л в год).

В СССР в 1984 г. было продано 7,6 л надушу населения. Вели­чина потребления в разных регионах страны весьма различна. Во многих из них официальные данные ниже реальных, так как не учитывался алкоголь, потребляемый при самогоноварении.

15.2.8. Прогноз

При сформировавшемся алкоголизме с физической зависимо­стью прогноз малоблагоприятен. После лечения ремиссии дли­тельностью более одного года составляют 50—60%. Эффект значи­тельно выше лишь у тех, кто активно хочет излечиться. Именно поэтому некоторые модные целители, широко пропагандируемые средствами массовой информации или распускаемой о них мол­вой, сообщают о поразительных результатах — о 90—100% выле­ченных. К ним тянутся и они сами отбирают тех, кто стремится к излечению. Эффект лечения на I стадии выше, чем на II стадии. Но своевременному лечению на I стадии препятствует алкоголь­ная анозогнозия — больные не считают себя таковыми и уверены, что если они захотят, то сами в любой момент бросят пить.

Продолжительность жизни у больных алкоголизмом в сред­нем на 15 лет короче, чем в общей популяции. Они умирают от тя­желых травм, полученных в нетрезвом состоянии, высок уровень суицидов. Среди соматических заболеваний смертность наиболее велика от сердечной недостаточности, гипертонической болезни, инсультов и цирроза печени.

Частота правонарушений среди больных алкоголизмом также значительно выше, чем в общей популяции. Это относится как к агрессивным, так и к имущественным правонарушениям, особен­но при паразитическом образе жизни.

15.2.9. Лечение и реабилитация

Главной задачей лечения алкоголизма является устранение психической и физической зависимости от алкоголя. Дезинток-

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 201

сикация и терапия при соматических осложнениях являются хотя и важными, но дополнительными мерами и сами по себе алкого­лизма не излечивают. Устранение физической зависимости осу­ществляется довольно эффективно в процессе купирования аб­стинентного синдрома. Подавление патологическою влечения к алкоголю, лежащего в основе психической зависимости, пред­ставляет гораздо более трудную задачу. При существующих мето­дах лечения рецидивы алкоголизма в течение первого года быва­ют приблизительно в половине случаев.

15.2.9.1. Подавление патологического влечения к алкоголю (устранение психической зависимости)

Подавление влечения основывается на аверсионной (от англ. aversion — отвращение) терапии — выработке условного рвотного рефлекса на вид, вкус и запах алкоголя или страха перед его упо­треблением вследствие необычно тягостного действия.

Условнорефлекторная терапия впервые была испробована Н.В.Канторовичем в 1929 г.: вид спиртных напитков, их запах, над­писи, с ними связанные, сочетались с ударом электрического тока в руку. Эффект оказался очень нестойким. Более совершенный ме­тод разработали И.Ф Случевский и А.А.Фрикен в 1934 г. Неболь­шие дозы алкоголя дают на фоне действия рвотных средств (инъек­ции апоморфина или эметина, прием ипекакуаны, отвара баранца, чабреца и др.). После нескольких сочетаний образуется условный рвотный рефлекс на вид, запах и вкус алкоголя. Однако, как и все постоянно не подкрепляемые условные рефлексы, в дальнейшем он угасает, и поэтому эффект лечения оказывается нестойким.

Сенсибилизирующая терапия была осуществлена О.Мартенсен-Ларсеном в 1948 г. в виде регулярного приема антабуса (тетурам, эспераль, дисульфирам). Под его действием в организме угнетает­ся фермент ацетальдегидрооксидаза. При поступлении в орга­низм алкоголя его окисление задерживается на стадии ацетальде-гида, накопление которого в крови дает преходящий токсический эффект в виде чувства нехватки воздуха, страха смерти, резкого сердцебиения, тошноты, покраснения лица. Но в редких случаях могут возникнуть тяжелые осложнения: гипертонические кризы, приступы стенокардии, коллапсы, судорожные припадки. Для усиления и упрочения действия под наблюдением врача в проце­дурном кабинете намеренно вызывают у больного одну — две те­турам-алкогольные реакции (после приема очередной дозы тету-рама ему дают небольшую дозу алкоголя). Когда возникают тяго­стные нарушения и появляется страх смерти, применяют обыч­ные симптоматические средства (например, вливание глюкозы с кофеином), тем самым укрепляя у пациента представление об опасности для него приема алкоголя. Длительное применение те-

202 Часть III. Частная психиатрия

турама может осложниться выраженной астенией, гастритом, ре­же гепатитом и полиневритами. Однако больные могут самоволь­но прекращать прием тетурама и вновь начать злоупотреблять ал­коголем. Во избежание подобного соблазна был предложен пре­парат пролонгированного действия — эспераль (радотер). Больно­му производят внутримышечную имплантацию стерильных таб­леток тетурама При этом от него берут расписку, что он преду­прежден, что прием алкоголя чреват тяжкими осложнениями, не исключающими смертельного исхода

В качестве других сенсибилизирующих средств используют метронидазол (трихопол, т.е. противотрихомонадное средство), фуразолидон, циамид, никотиновую кислоту и др. На фоне их действия прием спиртных напитков вызывает реакцию, сходную с тетурам-алкогольной, но более слабо выраженную.

Другие методы подавления патологического влечения к алкого­лю включают применение малых (субрвотных) доз апоморфина и психотропных средств, но после прекращения их приема патоло­гическое влечение обычно возобновляется.

Психотерапия многими считается одним из самых действен­ных методов, способных дать наиболее стойкий результат. Воз­можно, это связано с гем, что полный курс лечения удается про­вести тому, кто сам стремится излечиться или у кого удается про­будить это желание. Суггестивные приемы (внушение в гипнозе или в бодрствующем сосюянии, эмоционально-стрессовая тера­пия) основываются главным образом на выработке отвращения к алкоголю. Этим методам более поддаются люди с истерическими или эмоционально-лабильными чертами характера. По мере раз­вития алкоголизма внушаемость нередко возрастает. Опытные психотерапевты умело отбирают для лечения легковнушаемых больных, поэтому эффект терапии у них бывает поразительно вы­соким. Рациональная психотерапия (разъяснение, убеждение) может проводиться как индивидуально с каждым пациентом, так и с группой. Групповая психотерапия подразумевает активное участие членов группы в дискуссиях, взаимную эмоциональную поддержку друг друга, выработку установки на трезвость. Чаще групповая психотерапия используется в процессе поддерживаю­щего (противорецидивного)лечения.

В настоящее время широко и нередко с положительными ре­зультатами применяется так называемое «кодирование» больных. Сущность метода в краткосрочной опосредованной суггестии с целью формирования стойкой установки на полный отказ от упо­требления спиртных напитков. От повторных алкоголизации больных, в значительной мере, удерживает страх возможных тя­желых последствий, вплоть до летального исхода.

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 203

Получили определенное распространение сложные много­этапные психотерапевтические программы, основанные на пове­денческой, когнитивной и активирующей психотерапии с допол­нительным использованием внушения и других психотерапевти­ческих методов и приемов.

Поддерживающая (противорецидивная) терапия обусловлена тем, что патологическое влечение к алкоголю обычно не устраня­ется полностью, а лишь подавляется. При неблагоприятных об­стоятельствах, например при семейных и служебных конфликтах, возникает желание забыться, уйти от неприятностей. В обстанов­ке вынужденного безделья и скуки (безработица, выход на пен­сию и т.д.) под действием психических травм патологическое вле­чение может вспыхнуть с новой силой.

Противорецидивное лечение проводится в виде курсов, сочета­ющих условно-рефлекторную или сенсибилизирующую терапию с применением методов психотерапии, особенно групповой и се­мейной. В нашей стране поддерживающая терапия регламентиро­вана инструкциями" на первом году ремиссии курсы должны по­вторяться каждые 4 месяца, на втором — раз в полi ода, затем в кон­це третьего года, а на 4-м и 5-м годах — по мере надобности. Подоб­ная формализация не учитывает стадии алкоголизма, провоцирую­щих обстоятельств, степени социальной адаптации и других при­входящих факторов. Наиболее показанной можно считать продол­жительную постоянную групповую психотерапию в клубах бывших пациентов, в обществах анонимных алкоголиков, которые весьма популярны в США и начинают возникать в нашей стране. Повтор­ные курсы условно-рефлекторной или сенсибилизирующей тера­пии показаны при реальной угрозе рецидива, при появлении пер вых признаков возобновления патоло1 ического влечения («алко­гольные» сновидения, эмоциональное оживление при разговоре о спиртных напитках, интерес к прежним знакомствам и т.п.).

При склонности к циклоидным субдепрессиям, во время кото­рых также может обостряться влечение к алкоголю, показано дли­тельное лечение солями лития или карбамазепином (финлепсином).

15.2.9.2. Купирование абстинентного синдрома (устранение физической зависимости)

С прерывания абстиненции начинается лечение II стадии ал­коголизма. Используются весьма действенные средства, направ­ленные на дезинтоксикацию и устранение тягостных симптомов.

Дезинтоксикация осуществляется с помощью капельных внут­ривенных вливании гемодеза, реополиглюкина, 5% глюкозы. Ис­пользуются также инъекции тиоловых препаратов (унитиол, тио­сульфат натрия), а также большие дозы витаминов — тиамина, пиридоксина, аскорбиновой кислоты.

204 Часть III. Частная психиатрия

Предлагается также применение осмотических диуретиков (мочевина, маннитол, уроглюк). Все это предназначено для уско­рения окисления и выведения из организма продуктов нарушен­ного обмена, в частности накопившегося ацетальдегида

Устранение тягостных симптомов абстиненции достигается с помощью различных психотропных и других лекарств. При тре­воге и беспокойстве применяются реланиум, сонапакс, хлорпро-тиксен, рисполепт, а если тревога сочетается с депрессией — ами-триптилин или коаксил. При бессоннице хорошее действие ока­зывает реладорм или сочетание эуноктина (радедорма) с феназе-памом При выраженных вегетативных расстройствах (пот, озно­бы, сердцебиения) более показаны грандаксин или пирроксан. При ярких красочных сновидениях и особенно при гипнагогиче-ских (в момент засыпания или пробуждения) галлюцинациях (уг­роза развития алкогольного делирия) необходимо использовать тизерцин. Если абстиненция проявляется дисфорией с гневливо­стью, то наиболее эффективен неулептил.

Купирование явлении абстиненции не избавляет от патологи­ческого влечения к алкоголю, которое еще долго способно оста­ваться сильным и устойчивым, а в определенный период даже резко усиливаться. Поэтому после купирования абстиненции приступают к лечению, направленному на устранение психичес­кой зависимости.

15.2.9.3. Лечение при алкогольной деградации

Кроме лечения абстиненции, нередко тяжелой и грозящей развитием алкогольного делирия, и терапевтических мер, направ­ленных на подавление сильного патологического влечения, необ­ходимой бывает также терапия соматических осложнений алкого­лизма. Заболевания печени и сердца становятся противопоказа­ниями для тетурам-алкогольных проб и условно-рефлекторной терапии. Нередко возникающие псевдоабстиненции рекоменду­ется лечить психотропными средствами (реланиум, амитрипти-лин, феназепам, сонапакс) Необходимо длительное общеукреп­ляющее лечение, особенно большие дозы витаминов группы В и аскорбиновой кислоты.

При нарушениях памяти и заметном интеллектуальном сни­жении проводят курсы лечения ноотропилом (пирацетам). Одна­ко высказываются суждения, что ноотропные средства могут уси­ливать патологическое влечение к алкоголю.

15.2.9.4. Организация лечения и реабилитация

Лечение проводится в наркологических стационарах, полуста­ционарах, диспансерах и кабинетах.

Разрешается анонимное добровольное лечение в платных ме­дицинских учреждениях При II и III стадии алкоголизма лечение

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 205

лучше начинать в стационаре, а затем продолжать в полустацио­наре или в диспансере. При I стадии алкоголизма при желании лечение сразу можно начинать амбулаторно.

Реабилитация осуществляется методами психотерапии и со-циотерапии (трудотерапия, культтерапия и др.). Цель ее — трудо­вая и семейная адаптация (содействие в трудоустройстве, семей­ная психотерапия). Используются клубы бывших пациентов, об­щества анонимных алкоголиков и сходные с ними организации.

15.2.10. Профилактика

Профилактика алкоголизма может быть разделена на государ­ственно-общественную и медицинскую (гигиеническую).

Административными и законодательными мерами государство стремится регулировать потребление алкоголя с тем, чтобы ог­раничить пьянство и снизить распространенность алкоголизма, которые наносят обществу и материальный, и моральный ущерб. На протяжении истории человечества неоднократно предпринимались крайние меры — полное запрещение продажи и даже употребления спиртных напитков. Еще в VII в. основа­тель ислама Мухаммед (Магомет) запретил мусульманам упо­требление алкоголя, что было отражено в коране. Это повело к тому, что на многие века мусульманские страны стали очагом наркоманий (опии, гашиш). Полный запрет продажи алкоголя («сухой закон») вводился в России в начале первой мировой войны, в США — в 20-е годы, он приводил только к расцвету черного рынка, распространению наркоманий и росту связан­ной с ними преступности, самогоноварению, отравлению сур­рогатами. К тому же государственная казна лишалась сущест­венного источника дохода.

Необходимы рациональные административные и юридичес­кие меры, регулирующие потребление спиртных напитков. Должно строго преследоваться появление в нетрезвом виде в об­щественных местах, на работе, прогулы в связи с пьянством, су­рово наказываться зачинщики пьяных скандалов и драк Особен­но строго должно наказываться вождение транспорта или выпол­нение любой работы в нетрезвом состоянии, создающее опас­ность для жизни и здоровья других людей. При совершении пра­вонарушении алкогольное опьянение рассматривается судом как отягчающее обстоятельство Официально существующий до сих пор у нас запрет на продажу всех спиртных напитков лицам в возрасте до 21 года практически трудно выполним и лишь вызы­вает у молодежи протест. В ряде европейских стран крепкие спиртные напитки разрешается продавать лицам с 18 лет, а сла­бые (пиво) — с 16 лет.

206 Часть III. Частная психиатрия

Медицинская профилактика главным образом основывается на санитарном просвещении — разъяснении вреда и опасности зло­употребления алкоголем для здоровья и благополучия людей. На­иболее эффективно использование средств массовой информа­ции (в особенности телевидения), если передачи готовятся совме­стно опытным режиссером и врачом-наркологом. Чем эмоцио­нальнее, чем более связана с событиями текущей жизни и художе­ственнее информация, тем она действеннее. Антиалкогольное просвещение рассчитано в основном на непьющих или умеренно потребляющих алкоголь. Эффективность лекций всегда наимень­шая. Групповые дискуссии более действенны, но в них охотнее участвуют непьющие и страдающие от пьянства близкие.

Существуют две принципиальные установки антиалкоголь­ного просвещения — на полную трезвенность и на «культурное», ограниченное употребление алкоголя. Полное воздержание от алкоголя достижимо лишь среди определенных контингентов (члены общества трезвости, бывшие алкоголики, страшащиеся рецидива, спортсмены и культуристы). Для широкой популяции более приемлемо ограниченное потребление алкоголя, допуска­ющее в определенных условиях легкую степень опьянения. Ме­дицинская информация должна дать сведения о соматических болезнях или ситуациях, где даже такое употребление должно быть полностью исключено (например, беременность, кормле­ние грудью ребенка).

Группы высокого риска развития алкоголизма могут выявляться по разным признакам — социальным (члены семьи или непосред­ственное окружение больных алкоголизмом, представители неко­торых профессий, постоянно имеющие контакт со спиртом или алкогольными напитками), психологическим (разработаны спе­циальные тесты для массовых обследований), биологическим (например, потомство больных алкоголизмом). К группе высоко­го риска относятся все злоупотребляющие алкоголем (пьянство без зависимости).

Эти группы требуют специального внимания. Наиболее эф­фективным считается привлечение их в общества, сочетающие групповые дискуссии под руководством нарколога и психолога с организацией привлекательного для них проведения досуга.

15.3. Алкогольные (металкогольные) психозы

Эти психозы возникают не как прямое следствие хроническо­го отравления алкоголем, а как результат эндогенной интоксика­ции вследствие поражения внутренних органов и нарушений ме­таболизма, вызванных тем же алкоголем. Считается, что психоза­ми заболевают около 10% больных алкоголизмом. Психозы чаще всего развиваются на III стадии, но встречаются и на 11 стадии.

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 207

15.3.1. Алкогольный делирий (белая горячка, delirium tremens)

В большинстве случаев делирий начинается не на высоте за­поя, а через 2—4 сут после того, как пьянство было прервано — на фоне развертывающейся абстиненции. Поэтому в зарубежной психиатрии распространено название «делирий воздержания» или «абстиненция с делирием». Однако этот психо j может возникнуть и на высоте запоя Нередко делирию предшествует острое инфек­ционное заболевание или обострение хронической инфекции.

Предвестники делирия (прсдделириозное состояние) длятся несколько часов. Обычно к вечеру тревожно-тоскливое настрое­ние, свойственное абстиненции, сменяется аффективной лабиль­ностью: угнетение чередуется с эйфорией, тревога — с апатией. Взбудораженность, непоседливость, говорливость сочетаются с наплывом ярко представляемых красочных воспоминаний. Появ­ляются иллюзии: висящая одежда принимается за человека, в узо­рах и пятнах видятся чьи-то лица. Заставляя больного на что-ли­бо пристально смотреть или надавливая на веки закрытых глаз (симптом Липманна), можно словесным внушением вызвать у него видения.

Затем наступает полная бессонница. Нарастают беспокойст­во, тревога и страх. Появляется главный симптом делирия — яр­кие зрительные галлюцинации. Обычно видят то, что когда-то вызывало отвращение или страх: полчища насекомых, крыс, мы­шей, змей, отвратительных чудовищ, а также бандитов, террори­стов, грозящих оружием расправы. В старину верующие во время делирия, как правило, видели чертей («напился до чертиков»). Слуховые галлюцинации тематически связаны со зрительными: слышатся крики, угрозы, шипение змей. Среди тактильных гал­люцинаций характерно ощущение инородного тела во рту — его стараются выплюнуть или вытащить пальцами. Больной все ви­димое принимает за реальность и ведет себя соответственно: к че­му-то присматривается, прислушивается, заглядывает под стол, что-то ловит. Может броситься бежать, спасаясь от кого-то, при этом выброситься из окна, попасть под транспорт, может на кого-то внезапно напасть сам, защищаясь от кажущихся врагов. Речь обычно состоит из отрывочных эмоциональных высказываний, связанных с галлюцинациями. В окружающем (месте и времени) дезориентированы, но самосознание сохранено.

Делирий сопровождается мышечным тремором, чередовани­ем озноба и пота, тахикардией, резкими колебаниями артериаль­ного давления, одышкой, часто желтушностью склер. От тела ис­ходит специфический неприятных запах («потеющих ног»). Тем­пература тела повышена — от субфебрильной до 38—39°С. Посте-

208 Часть III. Частная психиатрия

пенно нарастают обезвоживание, ацидоз, азотемия Отмечается лейкоцитоз и увеличение СОЭ.

В тяжелых случаях температура тела достигает 40°С и выше. Двигательное возбуждение ограничивается постелью. Усилива­ется тремор, появляются стереотипные движения рук: ощупы­вание, стряхивание, разглаживание чего-то на теле. Речь состо­ит из маловнятного бормотания (мусситируюший делирии). Появляются патологические рефлексы, ригидность затылка. Нарастает обезвоживание. Смерть наступает от коллапса или от присоединившейся пневмонии.

Неблагоприятным считается также «профессиональный дели­рий», когда больной имитирует свою постоянную рабочую деятель­ность. Этот делирии нередко сменяется корсаковским психозом.

Длительность делирия составляет от 2 до 8 сут. Нередко днем бывает облегчение, а ночью — ухудшение. Выздоровление часто наступает после глубокого продолжительного сна. Амнезия пе­риода психоза отличается избирательностью: больные лучше по­мнят галлюцинаторные переживания, хуже - реальные события и свое поведение.

Дифференциальный диагноз проводится с делириями при дру­гих интоксикационных психозах. Трудности могут возникнуть, когда некоторые галлюциногенные вещества употребляют вместе с алкоголем. На алкогольную природу делирия указывают нали­чие II или III стадии алкоголизма и абстинентного синдрома пе­ред делирием. На I стадии алкоголизма делирий, как правило, вы­званы другими токсическими веществами.

Патогенез усматривается в аутоинтоксикации вследствие ал­когольного поражения печени. От токсических продуктов обмена страдают высшие центры вегетативной регуляции диэнцефаль-ной области. До поры до времени вредоносное действие аутоин­токсикации компенсируется, но под влиянием абстиненции или острого соматического заболевания может наступить срыв.

Патологическая анатомия характеризует тяжелые смертельные случаи. Обнаруживают набухание мозга, иногда точечные кровоизли­яния в нем, жировое перерождение печени и признаки кардиопатии.

Прогноз неблагоприятен при делирии мусситирующем (высо­кая смертность) и профессиональном (корсаковский психоз впоследствии). Однако и при типичном делирии смертность до­стигает 15%. При продолжении злоупотребления алкоголем дели­рии склонны повторяться.

Лечение осуществляется средствами психотропными, дезин-токсикационными и нормализующими метаболизм, водно-соле­вое равновесие, устраняющими нарушения сердечной деятельно­сти, дыхания и высокую гипертермию.

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 209

Из психотропных средств наиболее употребительны влива­ния реланиума, малые дозы галоперидола, дроперидола, которые на время устраняют возбуждение и галлюцинации. Аминазин и гизерцин опасны коллапсами. С целью дезинтоксикации ис­пользуют гемосорбцию, внутривенные капельные вливания ге-модеза, реополиглюкина. Прибегают к вливанию тиоловых пре­паратов (унитиол, тиосульфат натрия), изотонического раствора. Сердечная деятельность поддержиЕ$ается кордиамином и коргли-коном. Рекомендуются большие дозы витаминов группы В. Ле­чение обычно осуществляется в специальных палатах интенсив­ной терапии.

15.3.2. Алкогольный слуховой галлюциноз

Алкогольный слуховой галлюциноз проявляется наплывом слуховых вербальных галлюцинации. Слышатся диалоги двух лю­дей или голоса множества лиц. Они говоря! между собой или об­ращаются к больному. Одни его бранят, осуждают за пьянство и другие пороки, грозят, издеваются, насмехаются, другие же могут его защищать, оправдывать, давать полезные советы. Вначале больной живо реагирует на то, что слышит, вступает с голосами в пререкания. Если галлюциноз становится хроническим, то боль­ной привыкает к голосам и даже старается их диссимулировать.

Сознание остается ясным — ориентировка во времени и месте полностью сохраняется. Поведение внешне может быть ненару­шенным, сохраняются не только бытовые, но и профессиональ­ные навыки. Иногда со временем к галлюцинациям появляется критика: больные тяготятся ими, хотят от них избавиться.

Галлюциноз может сопровождаться появлением бреда или протекать без него. Галлюциногенный бред содержит идеи отно­шения и преследования. Всюду видятся враги, злые козни, отсю­да возникают постоянная настороженность и недоверие. Бред це­ликом основан на содержании галлюцинаций.

Течение бывает различным. Острый слуховой галлюциноз длится от нескольких часов до 2—3 нед, обычно сопровождается тревогой и растерянностью. Часто слышатся неразборчивая речь, гул толпы, гудение, жужжание или звон (акоазмы — элементар­ные слуховые галлюцинации). Протрангированным (затяжным) галлюцинозом называют случаи продолжительностью в несколь­ко месяцев Хроническим считается галлюциноз, если он длится более полугода.

Слуховые галлюцинозы встречаются значительно реже делириев.

Патогенез неясен. Предполагается, что перенесенные в про­шлом черепно-мозговые травмы, мозговые инфекции и нейроин-токсикации могут играть роль предрасполагающего фактора.

210 Часть III. Частная психиатрия

Лечение, помимо собственно антиалкогольной терапии, вклю­чает психотропные средства с антигаллюцинагорным действием (галоперидол, флюанксол, рисполепт).

15.3.3. Алкогольная паранойя (бред ревности)

Это относительно редкое психическое расстройство, встреча­ющееся у мужчин с паранойяльной или эпилептоиднои акценту­ацией характера в преморбидном состоянии. Бред развивается постепенно Сперва в опьянении или во время абстиненции боль­ные начинают обвинять жену или сожительницу в неверности. Первоначально эти обвинения могут казаться окружающим прав­доподобными Затем упреки становятся все более нелепыми. Больные начинают постепенно следить за женой, подвергают ее постыдным проверкам, понуждать к признаниям, предъявлять надуманные доказательства «измен» От посторонних идеи ревно­сти они могут умело скрывать Обычно не проявляют никакой аг­рессии в отношении мнимых соперников — во всем винят жену. В патогенезе бреда определенную роль играют снижение сексуаль­ной потенции, обычное при алкоголизме II—III стадии, а также конфликтные отношения и отчуждение между супругами из-за пьянства больного.

Лечение, кроме антиалкогольного, направлено надезактуали-зацию бреда посредством антипсихотических нейролептиков (трифтазин, этаперазин, галоперидол, мажептил)

15.3.4. Алкогольный параноид (бред преследования)

Бред преследования описан И В Стрельчуком в 1949 г На фо­не бессонницы, тревоги и страха больному начинает казаться, что его собираются убить — застрелить, зарезать в подъезде дома, за­давить на улице. Они страшатся всех незнакомых и малознако­мых, а также тех, с кем у них раньше были конфликтные отноше­ния. С бредом связаны иллюзии в оттопыренном кармане встречного угадывается очертание пистолета, в блеснувшем в чьих-то руках каком-то металлическом предмете — нож. Слова других, сказанные между собой, относят к себе и превратно пере­толковывают. Иногда им слышатся угрозы. Поведение определя­ется бредом. Дома они запираются, ищут спасения в уходе в неиз­вестные места («бредовой дрейф»), прячутся или обращаются за защитой в милицию. Но агрессию в отношении мнимых пресле­дователей проявляют редко

Психоз длится от нескольких дней до 2—3 нед. Если бред затя­гивается на месяцы, то бредовые подозрения становятся избира­тельными, они сосредоточиваются на лицах, с которыми ранее были в плохих отношениях и в злых намерениях которых находят определенные причины.

Глава 15. Алкоголизм и алкогольные психозы 211

Алкогольный параноид отличают от спровоцированного ал­коголем параноидного приступа шизофрении тем, что бред пре­следования не сопровождается другими видами бреда (воздейст­вия, инсценировки и т.д.)

Лечение то же, что при алкогольной паранойе. При страхе и гревоге показаны иньекции реланиума, тизерцина.

15.3.5. Алкогольные энцефалопатические психозы

Эти психозы сопровождаются выраженными неврологически­ми и соматическими расстройствами. Встречаклся во II—III стадии алкоголизма Нередко им непосредственно предшествует делирий. Иногда делирии переносились ранее, притом неоднократно.

Острая алкогольная энцефалопатия Гайе—Вернике. Эта энцефа­лопатия обычно следует за мусситирующим делирием. Состояние больного становится крайне тяжелым. Температура тела в течение суток колеблется от субфебрильной до 40°С и выше, нарастают обезвоживание, тахикардия, одышка, падает артериальное давле­ние, возможны коллапсы Оглушение, проявляющееся в том, чго больной с трудом понимает обращенную к нему речь, вяло и с за­держкой реагирует на окружающее, постепенно переходит в бес­сознательное состояние. Характерны разнообразные неврологи­ческие нарушения: симптомы орального автоматизма (сосатель­ный и хоботковый рефлексы), хватательные рефлексы, спонтан­ный нистагм, гиперкинезы. В последующие дни появляются про­лежни. В одних случаях через 10—15 дней наступает смерть, вдру-[ их соматическое состояние улучшается, но оглушение сменяется корсаковским психозом.

Корсаковский психоз. Этот психоз назван по имени выдающе­юся московского психиатра С.С Корсакова, описавшего это пси­хическое расстройство. Данному психозу обычно предшествует алкогольный делирии или энцефалопатия Гайе—Вернике. Харак­терна триада симптомов фиксационная амнезия, конфабуляции и амнестическая дезориентировка. Фиксационная амнезия про­является невозможностью запомнить текущие события при со­хранности памяти на прошлое, особенно далекое. Можно множе­ство раз повторять больному свое имя, но через несколько фраз он его забывает. Человека, с которым не раз встречался в послед­ние дни, воспринимает как впервые увиденного. Конфабуляции (выдумки, прикрывающие описанные нарушения памяти) осо­бенно выступают при расспросах больного о том, где он только что или вчера был, с кем встречался и т.д. («Вчера ездила на дачу и собирала цветы», — заявляет посредине зимы больная, уже не­сколько месяцев не покидавшая больницу). Из-за фиксационной амнезии больные дезориентированы в месте и времени: не могут

212 Часть III. Частная психиатрия

понять, где они находятся («В какой-то больнице», — отвечает больная, оглядев окружающую обстановку и видя персонал в бе­лых халатах), неспособны назвать сегодняшнее число, месяц, день недели, сказать, обедали они сегодня или нет, и т.д Но преж­ние навыки хорошо сохраняются, давних знакомых узнают сразу.

Психоз протекает хронически — многие месяцы и даже годы. Под влиянием лечения и времени постепенно наступает улучшение.

Диагностируя корсаковский алкогольный психоз, следует иметь в виду, что подобный же синдром может развиться вследст­вие отравления угарным газом, после повешения, у перенесших клиническую смерть и реанимированных

Патогенез энцефалопатических психозов считается сходным с патогенезом тяжелого делирия. Особое значение придается дефи­циту витаминов группы В Для энцефалопатии Гайе-Вернике ха­рактерно множество точечных кровоизлияний в стволе мозга, особенно в сосцевидных телах

Лечение при острой энцефалопатии сводится к дезинтоксика­ции, мерам по поддержанию гомеостаза, сердечной деятельности, дыхания. Рекомендуется внутримышечное введение больших доз витаминов группы В Те же витамины, а также ноотропные сред­ства показаны при корсаковском психозе.

15.3.6. Экспертиза

При корсаковском психозе, хроническом алкогольном галлю­цинозе и хроническом параноиде трудоспособность утрачивается и возникает необходимость в определении инвалидности

При всех психозах в момент совершения общественно опас­ных действий больные признаются невменяемыми и нуждающи­мися в принудительном лечении. При экспертизе лиц, в прошлом перенесших делирий, следует учитывать возможность намеренно­го воспроизведения бывших ранее симптомов (метасимуляция).

Глава 16. НАРКОМАНИИ И ТОКСИКОМАНИИ

16.1. Основные термины

Понятия «наркомания», «наркотик» или «наркотическое средство или вещество» стали не столько медицинскими, сколько юридическими.

Наркотик — наркотическое средство и наркотическое вещест­во — включается в официальный государственный список вслед­ствие социальной опасности из-за способности при однократном употреблении вызывать привлекательное психическое состояние, а при систематическом — психическую или физическую зависи­мость от него. Если вещество или средство обладает подобными свойствами, но с государственной точки зрения не представляет большой социальной опасности, то наркотиком оно не признает­ся (примером может служить алкоголь). Одно и то же лекарствен­ное средство в разные годы может то не считаться наркотиком, то включаться в их число. Например, снотворное барбамил отнесено к наркотикам лишь с середины 80-х годов, хотя способно вызы­вать и психическую и физическую зависимость. Подобное юри-шческое понимание обусловлено тем, что, согласно Уголовному кодексу, как преступление квалифицируется и наказуется неза­конное изготоЕ$ление, приобретение, хранение, перевозка и пере­сылка наркотиков

Наркоманией называют болезнь, вызванную систематическим употреблением средств, включенных в государственный список наркотиков, и проявляющуюся психической, а иногда и физиче­ской зависимостью от них. Сильную психическую зависимость способны вызывать все наркотики, но физическая зависимость к одним бывает выражена (препараты опия), к другим — остается неясной, сомнительной (марихуана), в отношении третьих вооб­ще отсутствует (кокаин).

Психоактивные токсические вещества обладают теми же свой­ствами, что и наркотик (вызывают привлекательное психическое состояние и зависимость), но в официальный список они не включены. Примером служат некоторые транквилизаторы или используемые в виде ингаляции бензин, ацетон и др.

Токсикомания — заболевание, проявляющееся психической (а иногда и физической) зависимостью от вещества, не включенно­го в официальный список наркотиков.

Злоупотребление наркотиками или другими токсичными ве­ществами без зависимости от них не считается наркоманией или токсикоманией Для этих случаев предлагалось множество раз­личных названий: наркотизм, токсикоманическое поведение, эпизодическое злоупотребление и др В последние годы все боль-

214 Часть III. Частная психиатрия

шее распространение получает термин «аддиктивное поведение» (от англ. addiction — пагубная привычка, порочная склонность), который указывает, что это — нарушение поведения и меры требу­ются скорее воспитательные, чем медицинские.

Психическая зависимость проявляется все более овладеваю­щим желанием продолжить употребление данного вещества, до­бывая его любыми путями и пренебрегая неприятными и даже опасными последствиями. Перерыв в употреблении вызывает на­пряжение и беспокойство и резкое усиление влечения к данному веществу. Это влечение иногда неточно называют обсессивным (навязчивым), хотя в отличие от невротических навязчивостеи та­ким влечением нисколько не тяготятся и болезненным его не счи­тают. Внешним проявлением психической зависимости служат постоянное стремление к контакту с другими лицами, злоупо­требляющими этим веществом, начало употребления наркотика или другого вещества в одиночку и поиск заменителей в его отсут­ствие. От истинной, индивидуальной психической зависимости следует отличать групповую психическую зависимость, особенно выраженную при аддиктивном поведении у подростков и молоде­жи. Влечение в этих случаях возникает только тогда, когда соби­рается «своя компания», постоянно вместе злоупотребляющая каким-либо веществом. За ее пределами влечение не проявляет­ся, при отрыве от нее — исчезает.

Физическая зависимость развивается, когда вещество, кото­рым злоупотребляли, становится постоянно необходимым для поддержания нормального функционирования организма. Пере­рыв в его регулярном поступлении в организм вызывает болез­ненное состояние (абстинентный синдром), проявляющееся не только психическими, но и выраженными соматическими и не­врологическими нарушениями, которые исчезают после введения очередной дозы привычного вещества.

Абстинентный синдром (от лат. abstinentia — воздержание) слу­жит главным проявлением физической зависимости. Он развива­ется обычно через несколько часов после того, как в организм не поступила очередная доза наркотика или иного токсического ве­щества. Возникающие симптомы в значительной мере являются как бы антиподами тех признаков, которые характерны для опья­нения данным веществом. Вместо эйфории наступает депрессия, вместо ленивого довольства - беспокойство и тревога, вместо усиления активности — апатия, вместо миоза — мидриаз и т.д. Со­матические и неврологические нарушения могут даже преобла­дать над психическими.

Компульсивное влечение (от англ. compulsion — принуждение) отличается от упомянутого ранее так называемого обсессивного

Глава 16. Наркомании и токсикомании 215

неодолимостью, невозможностью его подавить. Больной не спо­собен скрывать или как-то маскировать это влечение.

Толерантность (устойчивость) к наркотику или иному токси­ческому веществу определяется минимальной дозой, способной вызвать обычный эффект или устранить явления абстиненции. По мере развития одних видов наркоманий толерантность растет быстро и значительно (опиаты), при других — появляется только при длительном злоупотреблении (гашиш), при третьих не возра­стает вовсе (кокаин).

Анозогнозия — нежелание и неспособность признать наличие болезни, в частности в зависимости от психоактивного вещества, характерны для наркоманий и токсикомании. Исключение со­ставляет развитие выраженной физической зависимости с тяже­лым абстинентным синдромом.

Полинаркомании и политоксикомании как термины иногда не­обоснованно используются для обозначения всех случаев, когда больной испробовал на себе действие двух и более наркотиков и других токсичных веществ. Диагноз полинаркомании правомерен только тогда, когда одновременно имеется зависимость от двух и более наркотиков, диагноз политоксикомании — от двух и более ненаркотических веществ. Если установлена одновременная за­висимость от одного наркотического и другого ненаркотического вещества, то эти случаи предложено называть «осложненной нар­команией». Злоупотребление двумя и более наркотиками или иными психоактивными веществами без зависимости от них ни полинаркоманией, ни политоксикоманией не является, так же, как последовательный переход от одного средства к другому.

16.2. Классификация наркотиков и других токсичных веществ

Медицинские классификации основываются на особенностях действия веществ (эйфоризаторы, транквилизаторы, психостиму­ляторы, галлюциногены и т.д.). Однако одно и то же вещество в зависимости от дозы и способа введения может оказывать различ­ное действие. Наиболее распространены систематики, отражаю­щие практические потребности. Международная классификация болезней (Ю-й пересмотр) среди наркотиков и психоактивных веществ выделяет: I) препараты опия, 2) снотворные и седатив-ные, 3) кокаин, 4) препараты индийской конопли (каннабинои-ды), 5) психостимуляторы, 6) галлюциногены, 7) табак, 8) летучие растворители, 9) сочетанное употребление наркотиков и других психоактивных веществ. В группу психоактивных веществ отне­сен также алкоголь.

216 Часть HI. Частная психиатрия

16.3. Клинические проявления

16.3.1. Наркомании 16.3.1.1. Опийная наркомания

Используемые препараты. Среди аптечных препаратов упо­требляют морфин, омнопон, промедол, дионин, кодеин и др. В подпольных лабораториях в нашей стране приготовляют героин и метадон. Кустарным образом делают различные вытяжки из мака. Сырьем служат млечный сок из головок еще незрелого растения или высушенные и измельченные головки и стебли («маковая соломка»). Наиболее богат опием снотворный мак Papaver somniferum, но его содержат также мак масляничныи и даже декоративный садовый.

Картина опьянения. Чаще всего аптечные ампулированные препараты или самодельно приготовленные жидкости вводят внутривенно. Сразу за вливанием краснеет лицо, ощущается го­рячая волна, проходящая по телу, чувство покалывания иголками, зуд кожи лица. Нередко возникает короткое чувство дурноты. Могут случаться обмороки.

Через 10—15 мин все неприятные ощущения исчезают. Разви­вается эйфория — повышенное настроение с чувством необыкно­венного душевного и телесного комфорта. Однако эта эйфория обычно не сочетается ни с повышенной активностью, ни с по­требностью в общении. Приятным состоянием («кайфом») стре­мятся насладиться наедине или в стороне от других. Молча сидят, предаваясь заманчивым мечтам, воспоминаниям или желанным мыслям, но ярких зрительных фантазий не бывает. Сознание ос­тается ясным. Только при передозировке развиваются оглушение, сопор, кома. Зрачки бывают, как точки, и не расширяются в тем­ноте. Опытные наркоманы при желании могут диссимулировать опийное опьянение, только узкие зрачки выдают его, поэтому для маскировки они носят темные очки даже вечером в помещении или закапывают в глаза атропин. Опьянение длится несколько ча­сов и сменяется вялостью и сонливостью. При передозировке бы­стро наступает сонливость и может возникнуть опасное для жиз­ни больного коматозное состояние: сознание полностью утрачи­вается, он имеет вид глубоко спящего человека, которого невоз­можно разбудить. Узкие зрачки не реагируют на свет. Нарастает нарушение дыхания, которое становится периодическим (два-три глубоких вдоха чередуются с задержками), затрудненным, храпя­щим. Смерть наступает от паралича дыхания.

Гораздо реже больные вводят препараты опия подкожно или едят кашицу из маковой соломки. Тогда первоначальная вегета­тивная реакция отсутствует, а эйфория наступает через 20—30 мин.

Злоупотребление без зависимости. Первые вливания обычно делают в компании наркоманов и с их помощью. Около 60% эти

Глава 16. Наркомании и токсикомании 217

вливания сразу же бросают, а 40% становятся наркоманами. Мо­тивация начала злоупотребления сходная с той же, что при алко­голизме. У молодежи частой мотивировкой служат «скука», не­умение занять себя, пресыщенность развлечениями. Главную роль в приобщении молодежи к наркотикам играют делинквент-ные и криминальные группы, компании наркоманов. Среди «не­формальных» движений существуют как «наркофильные», где наркотики легко распространяются (хиппи, панки, некоторые фанаты), так и «наркофобные», активно отвергающие наркотики (брейкеры, культуристы и др.). В настоящее время редко встреча­ются наркомании, развившиеся вследствие устранения наркоти­ками хронических сильных болей.

Наркомания. Первая стадия наркомании развивается довольно быстро: достаточно бывает 5—10 раз повторить вливания, чтобы возникла психическая зависимость от наркотика. Влечение к нему становится главным в жизни. Наркоманы сами научаются делать себе внутривенные вливания и приготовлять самодельные препа­раты. Стараются не оторваться от компании наркоманов как ис­точника получения наркотика. Соматические изменения еще вы­ражены умеренно: снижен аппетит, появляются запоры, начина­ется похудание. Из-за постоянного миоза ухудшается зрение.

При вынужденном перерыве в приеме наркотика явления аб­стиненции бывают стертыми. Резко усиливается влечение к нар­котику. Настроение становится депрессивно-дисфорическим: уг­нетение сочетается с раздражением, истериками с рыданиями, требованием денег от близких для приобретения наркотика.

Вегетативные симптомы абстиненции можно спровоцировать инъекцией антагониста наркотика (налоксон, налорфин). После их вливания резко расширяются зрачки, чего не бывает у здоровых людей.

Стертая абстиненция сохраняется несколько дней, носильное влечение к наркотику удерживается по нескольку месяцев. Одна­ко и в дальнейшем в стрессовых ситуациях или при встрече с нар­команами влечение может возобновиться.

На первой стадии начинает расти толерантность: чтобы вы­звать эйфорию, дозу приходится увеличивать в 2—3 раза. От час­тых инъекций вены предплечий и локтевых сгибов склерозируют-ся, на месте проколов иглой образуются узелки.

Вторая стадия наркомании характеризуется выраженной фи­зической зависимостью от наркотика, которая обычно наступает через несколько недель или даже месяцев регулярных злоупотреб­лений. Абстиненция начинается через 12—24 ч после перерыва и протекает тяжело. Появляются сильные мышечные боли, судо­рожные сведения мышц, спазмы в животе, часто — рвота и понос, боли в области сердца. Зрачки становятся широкими, пульс — учащенным. Нередко начинаются слезотечение и слюнотечение,

218 Часть III. Частная психиатрия

непрекращающееся чиханье. Озноб чередуется с проливным по­том. Обостряются хронические соматические заболевания. Опи­саны случаи смерти от инфаркта миокарда во время абстиненции.

Тяжелое состояние длится несколько сугок, а вегетативные нарушения — 1—2 нед. Однако психическая зависимость и силь­ное влечение к наркотику могут удерживаться несколько месяцев. Под влиянием психогенных стрессов или острых соматических заболеваний (например, гриппа) могут развиваться преходящие состояния «псевдоабстиненции» — повторение описанных вегета­тивных нарушении в ослабленном виде.

Рост толерантности на второй стадии резко выражен. Описа­ны случаи, когда толерантность достигала несколько десятков смертельных доз в сутки для интактного организма. После пере­несенной абстиненции толерантность резко падает, и прежняя, ставшая привычной доза может привести к смерти.

Изменяется картина опьянения. Прежний «кайф» исчезает. Наркотик становится необходимым допингом для восстановле­ния работоспособности, общительности, бодрости, аппетита. Его действие сохраняется лишь несколько часов, что заставляет по­вторять вливания в течение дня.

Соматические нарушения резко выражены и постоянны. Кожа шелушится, волосы секутся, ногти ломаются, зубы крошатся. Ха­рактерны необычная бледность, запоры, анемия. Аппетит утра­чен. Узкие («точечные») зрачки нарушают аккомодацию. Угасает половое влечение, у мужчин наступает импотенция, у женщин — аменорея. Сексуальная активность может проявляться в пассив­ной форме, включая гомосексуальную, в виде проституции с це­лью добычи денег на наркотик.

Осложнениями являются вирусные гепатиты, СПИД, тромбофле­биты и тромбоэмболии как следствие постоянных внутренних влива­ний без соблюдения правил асептики. Смертность среди наркоманов в 20 раз выше, чем в общей популяции. Причинами служат передози­ровка наркотика, суициды, упомянутые соматические осложнения.

Третья стадия наркомании встречается нечасто, так как не все наркоманы до нее доживают. Крайнее истощение, астения и апа­тия делают больного нетрудоспособным. Интерес сохранен только к наркотику. Толерантность к нему снижается. Прежние высокие дозы могут вызывать тягостные состояния. Однако все время тре­буется несколько меньшая доза для предотвращения абстиненции. Активизация под действием наркотика сводится лишь к тому, что­бы самостоятельно поесть и элементарно себя обслужить. Время в основном наркоманы проводят в постели. Нередко отмечаются коллапсы. Смерть наступает от интеркуррентных заболеваний.

Лечение. При передозировке с развитием сопорозного и кома­тозного состояний и нарушениями дыхания применяются внут-

Глава 16. Наркомании и токсикомании 219

ривенные вливания налорфина (наллина) — антагониста опий­ных препаратов. При его отсутствии можно воспользоваться вли­ванием бемегрида — антагониста барбитуратов и стимулятора ды­хания. Дезинтоксикация осуществляется общепринятыми спосо­бами. К средствам, вводимым капельно в вену, добавляют кофеин (до 10 мл 10% раствора в сутки).

Купирование абстинентного синдрома оказывается необходи­мым при одномоментном отнятии наркотика, принятом в нашей стране. За рубежом нередко используют метадон (Methadone) — синтетический препарат, сходный с морфином, устраняющий тя­гостные проявления абстиненции. В процессе лечения ею дозу постепенно уменьшают. Однако в больших дозах метадон спосо­бен вызвать эйфорию, а при длительном применении — привыка­ние и пристрастие В нашей стране такое лечение считается не­приемлемым, так как оно способно более тяжелую опийную нар­команию сменить более легкой метадоновои. Постепенное сни­жение дозы наркотика, предотвращающее тяжелую абстинен­цию, допускается только в том случае, если наркомания сочетает­ся с органическими заболеваниями сердца, тяжелой гипертони­ческой болезнью и перенесенным инфарктом.

Для устранения вегетативных нарушений показаны пиррок-сан (альфа-адреноблокатор), атропин, баралгин. Мышечные бо­ли уменьшаются под действием анальгина, а также иглоукалыва­ния. При депрессии и беспокойстве используют амитриптилин. Необходима индивидуальная психотерапия: сопереживание об­легчает неформальный контакт, позволяет выяснить искренность намерения лечиться или подтолкнуть к такому решению.

Подавление влечения к наркотику представляет трудную задачу в связи с отсутствием эффективных средств. Нейролептики (не-улептил, сонапакс) ослабляют влечение только до тех пор, пока применяются. Налтрексон — антагонист морфина, блокирующий его действие и делающий опийные препараты неспособными вы­звать эйфорию, в организме быстро инактивируется, и влечение возобновляется. При желании пациента излечиться от наркома­нии прибегают к интенсивной и продолжительной психотерапии, включая групповую и семейную. Предпринимаются попытки раз­работать аверсионную терапию (выработать отвращение к нарко­тическому опьянению путем условного отрицательного рефлек­са). Для этого во время наркотического опьянения вводят внутри­венно коразол, вызывающий острый страх.

16.3.1.2. Каннабиноидная наркомания (гашишизм) Используемые препараты. В нашей стране чаще всего курят га­шиш (анаша, «план») — высушенное и спрессованное смолистое вещество, выступающее на поверхности цветущих верхушек жен-

220 Часть III. Частная психиатрия

ских особей конопли. Действующим началом служит тетрагидро-каннабиол. Больше всего его в индийской конопле, но он содер­жится и в других ее видах и не только в цветущих верхушках, но и в стеблях, и листьях. В Америке и Европе больше распространена марихуана — высушенные и измельченные листья и верхние час­ти стеблей конопли («травка»). Действие марихуаны слабее гаши­ша приблизительно в 10 раз. На черном рынке появились синте­тический тетрагидроканнабиол, который в 20 раз активнее гаши­ша. Марихуану и особенно гашиш курят чаще в смеси с табаком, обычно в компаниях. Гораздо реже добавляют к сладостям или спиртным напиткам.

Картина опьянения. Первое в жизни курение гашиша обычно ни­каких ощущении не вызывает. Чтобы испытать «кайф» надо поку­рить 2—3 раза. Большая доза с пищей или алкоголем может вызвать тошноту, головную боль, стеснение в груди, затруднение дыхания.

Картина опьянения зависит от поступившей дозы и от чувст­вительности организма.

Легкое субпсихотическое опьянение развивается через 5—15 мин от начала курения. Проявляется эмоциональными перепадами — от безудержного веселья (приступы хохота) до мгновений страха и ужаса. Злоба нехарактерна, но эмоции заразительны: в компании участники, индуцируя друг друга, могут крушить и ломать все во­круг; возникает потребность двигаться и общаться. Они энергич­но жестикулируют, гримасничают, приплясывают, отбивают ритм руками и ногами. Безудержно говорливы, хотят со всеми поде­литься своими мыслями, с жаром говорят о пустяках.

Появляются психосенсорные расстройства: краски становятся необычно яркими, звуки — насыщенными. Появляется ощуще­ния обострения слуха — кажется, что улавливается каждый шелест и шорох. На самом деле слуховой порог не снижается. Искажает­ся оценка расстояния — предметы отдаляются. Если в таком со­стоянии опьяневшие берутся за руль, то из-за неправильной оценки дистанций попадают в аварии и катастрофы. Ощущается необычная легкость тела и движений («невесомость»). В компа­нии обнаруживается своеобразное сужение сознания (симптом Пятницкой И.Н.): ее участники воспринимают лишь то, что про­исходит в их кругу, а постороннего не замечают. Иногда появляет­ся впечатление, что они сами себя видят со стороны.

Вегетативные нарушения сводятся к расширению зрачков, блеску глаз, сухости во рту.

Опьянение длится до нескольких часов. При протрезвлении появляется сильный голод. Диагностическим признаком может служить своеобразный сладковатый запах от одежды курившего гашиш, который долго сохраняется.

Глава 16. Наркомании и токсикомании 221

Тяжелое психотическое опьянение встречается редко и быва­ет следствием передозировки или повышенной чувствительнос­ти. Обычно развивается онейроид: отрешенные от окружающего погружаются в мир грезоподобных фантазии или заново пережи­вают прежние эмоционально насыщенные события («сцены люб­ви и ненависти»). При этом в контакт вступить не удается, а вы­ражение лица меняется от блаженства до ужаса и гнева. При дели­рии галлюцинации бывают устрашающего характера. От них мо­гут спасаться бегством или проявляют агрессию к тем, кто случай­но попадается на глаза. При состоянии спутанности растерянно оглядываются вокруг, не узнают окружающих и обстановку, в контакт удается вступить с большим трудом. Длительность ост­рых интоксикационных психозов, вызванных гашишем, от не­скольких часов до нескольких дней.

Злоупотребление без зависимости. Обычно бывает эпизодичес­ким, когда собирается «своя компания». Такое злоупотребление даже на протяжении 2—3 лет может не приводить к наркомании. Но при почти ежедневном курении ее признаки появляются через 1—2 мес. При курении марихуаны («травки») зависимость разви­вается значительно медленнее, чем при употреблении гашиша.

Наркомания. Первая стадия характеризуется психической за­висимостью и проявляется возникновением потребности курить по 2—3 раза в день. Курят уже в одиночку и постоянно и настой­чиво ищут, где бы раздобыть гашиш. При вынужденном перерыве картина абстиненции бывает стертой: астения, сонливость, угне­тенное или раздраженное настроение, головная боль, неприятные ощущения в области сердца — все это немедленно исчезает после курения гашиша.

Вторая стадия развивается при регулярном курении гашиша в течение 2—3 лет и характеризуется изменением картины опьянения, психопатизациеи, а иногда и признаками физической зависимости. При курении более слабой марихуаны физическая зависимость обычно не проявляется. Гашиш становится постоянно необходи­мым допингом. Без него утрачивается всякая работоспособность. После же курения становятся активными, живыми, собранными, общительными. Но курить приходится по нескольку раз вдень.

При физической зависимости перерыв в курении на сутки вы­зывает выраженный абстинентный синдром, длящийся около не­дели. Тяжелая астения и депрессия сочетаются с крайне неприят­ными ощущениями в разных частях тела (сенестопатии), сжима­ющими болями в области головы и сердца, тошнотой, спазмами в животе. Могут быть ознобы, проливные поты, мышечный тре­мор, гипертонические кризы. Позднее астения сменяется дисфо­рией — злобно-тоскливым настроением.

222 Часть III. Частная психиатрия

Психопатизация у одних проявляется нарастающей апатией ко всему, кроме гашиша, у других — эксплозивностью (вспышки раздражения, злобы и агрессии). Нарастает общее истощение, у мужчин наступает импотенция, у женщин — аменорея. Имеются данные об угнетении иммунных реакций.

Хронические психозы при гашишной наркомании. Хронические психозы встречаются приблизительно у 15% многолетних куриль­щиков гашиша. Картина обычно сходна с параноидной шизофре­нией: бред преследования и воздействия сочетается с апатией, безволием, бездеятельностью, реже — со слуховыми галлюцина­циями. Предполагается, что эти психозы возникают лишь у тех, кто предрасположен к шизофрении, а гашиш является провока­тором. Иногда у таких лиц гашишные опьянения с самого начала протекают атипично — с тревогой, подозрительным отношением к другим, в злом умысле обвиняют своих же приятелей, действие гашиша принимают за умышленное отравление.

Лечение. Легкое субпсихотическое опьянение лечения не требует. Вытрезвление ускоряет обильная еда, особенно сладко­го. Можно использовать внутривенное вливание глюкозы. При тяжелом психотическом опьянении внутримышечно вводят ре-ланиум или аминазин. При явлениях абстиненции проводят дезинтоксикацию, при астении используют сиднокарб, при де­прессии — амитриптилин, при дисфориях — карбамазепин (финлепсин).

Злоупотребление без зависимости лекарственного лечения не требует. Необходимо объяснить пациенту вред и опасность гаши­ша. При наркомании влечение пытаются подавить длительным применением психотропных средств (сонапакс, неулептил). Наи­более эффективна аверсионная терапия по В.С.Битенскому: в на­чале гашишного опьянения внутривенно вводят коразол (метра-зол), вызывающий сильный страх. За несколько сочетании выра­батывается довольно стойкий отрицательный условный рефлекс — гашиш вызывает отвращение.

16.3.1.3. Эфедроновая и первитиновая наркомании Используемые препараты. Эфедрон изготовляется в подполь­ных лабораториях из лекарств, содержащих эфедрин (глазные капли, мази от насморка, содержащие эфедрин средства для лече­ния бронхиальной астмы). Производное первитина (гидрохлорид йодпервитин) входит в состав самодельного препарата, на сленге наркоманов называемого «ширкой», или «винтом».

Эфедроновое и первитиновое опьянение. Самодельные препа­раты вводят внутривенно. Сперва появляются озноб, ощущение покалывания в руках и ногах, шевеления волос на голове, сердце­биение. Затем развивается состояние, напоминающее гипоманиа-

Глава 16. Наркомании и токсикомании 223

кальное. Настроение повышено, ощущается душевный подъем, появляется уверенность в своих необычных способностях и та­лантах, в исполнении заманчивых, но нереальных планов. В от­личие от опийной эйфории возрастает активность, тянет к обще­нию и приключениям. Говорят без умолку, быстро, перескакивая с одной темы на другую, оживленно жестикулируя. Отмечают лег­кость в теле {«невесомость»). Обстановка вокруг становится нео­бычно интересной. Появляется чувство безфаничнои любви ко всем людям. Резко усиливается половое влечение, возникает дли­тельное половое возбуждение. Агрессивность нехарактерна, но может быть спровоцирована попытками ограничить активность или недоброжелательным видом и тоном. Вегетативные наруше­ния сводятся к повышению артериального давления, тахикардии, экстрасистолии. Глаза блестят, губы сохнут.

Опьянение длится несколько часов и сменяется вялостью, бы­строй утомляемостью, дурным самочувствием. В этом постинток­сикационном периоде возникает сильное влечение к наркотику.

Формирование наркоманий. Более половины среди тех, кто по­пробовал однажды ввести себе в вену эфедрон или первитин, на­чинают повторять вливания. Иногда бывает достаточно 2—3 вли­вании, чтобы возникла зависимость — неудержимое желание еще раз испытать подобное опьянение.

Тяжелая физическая зависимость может появиться в течение нескольких недель. Абстиненция проявляется дисфорией — мрач­ным и злобным по отношению к окружающим настроением. Сонливость сочетается с невозможностью уснуть, уснувшие про­буждаются от кошмарных сновидений. Вегетативные нарушения во время абстиненции резко выражены: мышечный тремор, чере­дование озноба и проливного пота, сжимающие боли в области сердца, мучительные задержки мочи, гиперакузия и светобоязнь удерживаются несколько суток и сменяются тяжелой астенией.

Циклический характер наркотизации характерен для данных видов наркомании и обусловлен тем, что явления абстиненции начинаются еще в постинтоксикационном периоде — уже через 2—4 ч после вливания наркотика появляется желание его повто­рить. В результате вливания делают по нескольку раз в день. Воз­никают состояния, напоминающие алкогольные запои. Суточная доза возрастает в 20—30 раз по сравнению с первоначальной. Ра­зовая доза возрастает не более чем в 2—3 раза из-за сильных серд­цебиений при передозировке Принявшие наркотик подобную интоксикацию выдерживают 2—5 сут: они не спят, почти не едят, доводят себя до полного истощения сил. Тогда влечение к нарко­тику временно ослабевает. Больные принимают снотворные или транквилизаторы (обычно в больших дозах), отсыпаются, отъеда-

224 Часть Ш. Частная психиатрия

ются и через несколько дней влечение к наркотику вспыхивает с новой силой. По мере развития наркомании интервалы между циклами уменьшаются.

Социальная деградация наступает быстро: больные ведут па­разитический образ жизни, обирая близких, попрошайничая и воруя. Прежние интересы и привязанности утрачиваются. Они становятся неряшливыми и нечистоплотными.

Со временем нарастает истощение, развиваются миокардио-дистрофия, хронический гастрит и спастический энтероколит, у мужчин — импотенция, у женщин — аменорея. При кустарном из­готовлении эфедрона используется калий перманганат, в резуль­тате при длительном злоупотреблении присоединяются симпто­мы хронического отравления марганцем: хореиформные гипер-кинезы, парез мягкого неба, языка, лицевых мышц.

Лечение. При эфедроновом и первитиновом опьянении возбуж­дение лучше всего устранять инъекциями реланиума и дезинтокси-кационными средствами. Выраженную экстрасистолию купируют новокаинамидом. Мучительную бессонницу лучше устранять эу-ноктином (радедорм), но не барбитуратами из-за опасности поли­наркомании. Галоперидол способен провоцировать приступы ака-тизии, аминазин и тизерцин — коллапсы.

При абстиненции используют те же средства, добавляя при дисфории неулептил или сонапакс или карбамазепин (финлеп-син), при тревоге — хлорпротиксен, при выраженных вегетативных нарушениях — грандаксин, при бессоннице — феназепам. С самого начала необходима интенсивная дезинтоксикация с использовани­ем капельных внутривенных вливаний гемодеза, глюкозы и др.

Подавление влечения по миновании абстиненции пытаются осуществить с помощью сонапакса и феназепама в сочетании с психотерапией.

16.3.1.4. Кокаиновая наркомания

Используемые препараты. Препараты приготовляются из лис­тьев кустарника кока, растущего в Южной и Центральной Амери­ке. Туземные племена индейцев жевали его листья, из которых еще в XIX в. был выделен алкалоид — кокаин. Его гидрохлорид стал использоваться для местной анестезии. Кокаиномания рас­пространилась в Европе и США во время первой мировой войны. Кокаин курить было нельзя. Порошок кокаина закладывали в нос (через слизистую он быстро всасывался), он быстро разлагался при нагревании. В 70-х годах в США появился «крэк» — устойчи­вый к высокой температуре препарат кокаина, его стали курить, и кокаиновая наркомания распространилась среди молодежи.

Распространение в нашей стране было довольно значительным с 1915 г. до конца 20-х годов. Затем кокаиновая наркомания исчез­ла, но с 1986 г. появились сообщения о новых случаях.

Глава 16. Наркомании и токсикомании 225

Картина опьянения. Характеризуется как маниакально-подоб­ное опьянение с выраженной эйфорией, повышенной активнос­тью, самоуверенностью, ощущением раскрытия своих творческих возможностей. Собственные мысли кажутся необыкновенно глу­бокими и проникновенными. Возникает половое возбуждение Ве­гетативные нарушения умеренны, проявляются сердцебиением, расширением зрачков, повышением артериального давления.

При передозировке наступает психотическое опьянение с тре­вогой, страхом, растерянностью. Кажется, что окружающие что-то замышляют, хотят расправиться, убить. Особенно характерны тактильные галлюцинации: ощущение ползания насекомых по телу (симптом Маньяна), которых ищут, ловят, а кожу расчесыва­ют до крови. Реже слышатся оклики по имени и звон в ушах. Сер­дечные аритмии сочетаются с приступами стенокардии, случают­ся обмороки, коллапсы, судорожные припадки. Смерть может на­ступить от внезапной остановки сердца.

Относительно редко вслед за интоксикацией или во время нее появляются страх, тревога и растерянность или возникают кокаи­новый делирий (наплыв ярких зрительных, слуховых и гактиль-ных галлюцинаций, обычно устрашающих, которые больной при­нимает за реальность), кокаиновый онейроид (пассивное созер­цание сценоподобных картин), кокаиновый параноид (внезапно, «как озарение», вспыхивает бред преследования или ревности при сохраняющемся упорядоченном поведении, отчего поначалу окружающие могут верить высказываниям больного).

Опьянение длится несколько часов и сменяется тяжелой асте­нией. Кокаиновые психозы могут продолжаться по нескольку дней, а параноид даже затягиваться на недели и месяцы. В по­следних случаях кокаин может выступать в качестве провокатора параноидной шизофрении.

Эпизодическое злоупотребление кокаином. Оно может длиться довольно долго, не приводя к формированию зависимости. Пере­рывы переносятся легко, без явлений абстиненции. Однако эпи­зодическое злоупотребление может стать злокачественным, напо­миная алкогольные запои — в течение одних-двух суток потребля­ется в виде курения и внутривенных вливаний до 1 г кокаина. Ли­ца, доведшие себя до изнеможения, прибегают к алкоголю, сно­творным, транквилизаторам.

Хроническое злоупотребление. Даже почти ежедневное упо­требление кокаина приводит к развитию наркомании с разной скоростью в зависимости от способа введения кокаина. При вну­тривенном введении или курении крэка требуется несколько не­дель, при закладывании порошка в нос — многие месяцы, при же­вании листьев кока — даже годы.

226 Часть III. Частная психиатрия

Признаки наркомании. Ими являются выраженная психичес­кая зависимость (постоянное влечение к кокаину), а при вынуж­денном перерыве — тяжелые дисфории со вспышками гнева, на­правленными на других и на себя, когда больные могут совершать суицидальные поступки. Изменяется картина кокаинового опья­нения: эйфории уже не бывает, кокаин служит для того, чтобы предотвратить тяжелую дисфорию. Отчетливых признаков физи­ческой зависимости не появляется. Постепенно нарастают исто­щение, апатия, бездеятельность, ослабевает память.

Лечение. Во время опьянения лечение сводится к дезинтокси­кации и транквилизаторам, при передозировке — к назначению симптоматических средств, при психозах — к применению различ­ных нейролептиков в зависимости от синдрома. Абстиненцию и напоминающее запой периодическое злоупотребление прерывают капельными вливаниями амитриптилина и реланиума. Психичес­кая зависимость исчезает при длительном перерыве в наркотиза­ции. Кокаиновая наркомания в прошлом, за исключением далеко зашедших случаев, считалась наиболее поддающейся излечению.

16.3.1.5. Барбитуромания

Используемые препараты. Применяются аптечные снотворные — производные барбитуровой кислоты. Барбамил (амитал-натрий) использовался чаще всего. Сходную картину развития наркомании вызывало также снотворное — производное пиперидина — нокси-рон, в настоящее время в нашей стране изъятый из употребления.

Злоупотребление снотворными. Встречается нередко, но нарко­мания развивается далеко не у всех. Некоторые люди, страдаю­щие бессонницей (чаще всего как одним из проявлений невроза), без снотворных не могут заснуть и принимают их годами. У них также развивается зависимость, но не наркоманическая, а истин­ная обсессивная. Нередко со временем они вынуждены увеличи­вать дозу снотворного в 2—3 раза. В этих случаях может обнару­житься эйфоризирующий эффект некоторых барбитуратов и со­здаться угроза для развития наркомании. Другую группу барбиту-романов составляют те, кто нарочно прибегал к большим дозам барбамила не для того чтобы уснуть, а чтобы испытывать его эй-форизирующее и опьяняющее действие. С этой целью раствор барбамила мог вводиться внутривенно.

Картина опьянения. Барбитуровое опьянение напоминает ал­когольное. Беспричинное веселье, беспорядочная активность, бесцеремонность, развязность легко сменяются гневом и драчли­востью. Раньше и сильнее, чем при алкогольном опьянении, на­рушаются двигательные координации (шаткая походка, неустой­чивость позы, несоразмерность движений). Характерны бради-кардия, понижение артериального давления и температуры тела,

Глава 16. Наркомании и токсикомании 227

расширение зрачков. Через 1—3 ч наступает глубокий сон, затем слабость и вялость. При передозировке легко развивается сопор и кома, опасные для жизни из-за возможности паралича дыхатель­ного центра.

Формирование наркомании. Развитие наркомании начинается с психической зависимости. Сроки ее появления различны. Утех, кто употреблял снотворное для борьбы с бессонницей, она может сформироваться через несколько лет, тем, кто старался достичь эйфории, достаточно бывает нескольких недель. Проявлением психической зависимости служит дневной прием барбитурата не для засыпания, а чтобы «успокоиться» или повеселиться. Возрас­тает толерантность: дозу увеличивают в 2—4 раза. Прием снотвор­ного часто чередуют с алкоголем (одно способно заменить дру­гое). Длительность первой стадии — от нескольких недель до не­скольких месяцев.

При присоединении физической зависимости доза барбамила достигает I г и более в сутки Изменяется картина опьянения: оно становится дисфорическим со злобной агрессией, стремлением к дракам, нанесению тяжких повреждении, разрушительным дей­ствиям. На этой стадии двигательные координации во время опь­янения страдают мало. Барбитуроманы в состоянии опьянения становятся опасными для окружающих.

Абстинентный синдром при вынужденном перерыве в приеме барбамила бывает тяжелым Озноб чередуется с проливным по­том. Бессонница сочетается с беспокойством. Наблюдаклся судо­рожное сведение мышц, мелкий тремор, подьем артериального давления, тахикардия. Далее присоединяются боли в желудке, рвота, а также боли в крупных суставах (симптом И.Н.Пятниц­кой). На 3—5-е сутки нередко возникают эпилептические припад­ки, а к концу недели — делирий. Далее в течение 1—2 нед удержи­вается депрессия с дисфорией и тревогой. При появлении судо­рожных припадков и при развитии делирия абстиненция стано­вится опасным для жизни состоянием.

Течение наркомании отличается довольно быстрым (на протя­жении месяцев) развитием энцефалопатии и психоорганического синдрома. Резко снижается сообразительность, грубо нарушается память, особенно на недавние события. Речь делается смазанной (дизартрия), движения — плохо координированными (атаксия), рефлексы снижаются. Лицо становится маскообразным, блед­ным, с землистым оттенком. Кожа покрывается гнойничковыми сыпями, раны долго не заживают. Настроение постоянно угне­тенное и злобное. Нередко суицидальные мысли.

Прогноз весьма неблагоприятный из-за суицидов, смертель­ных передозировок барбитуратов, несчастных случаев, тяжелых абстиненции.

228 Часть III. Частная психиатрия

Лечение. Терапия барбитуромании существенно отличается от лечения других наркоманий тем, что дозу барбитуратов необходи­мо уменьшать постепенно на протяжении 1—2 нед из-за опаснос­ти эпилептических припадков и делирия при внезапной отмене. Интенсивная дезинтоксикация показана после полной отмены наркотика. Рецидивы после лечения возникают очень часто.

16.3.2. Токсикомании 16.3.2.1. Ингалянтные токсикомании

Используемые средства. Эти средства относятся в основном к тех­нической и бытовой химии. Еще в конце XIX в. появились случаи эфи­романии, так как для ингаляции применялся эфир, предназначенный для наркоза. В настоящее время наиболее распространены бензин, ацетон, некоторые сорта клея, пятновыводители, реже толуол, раство­рители нитрокрасок и др Действующими началами этих средств явля­ются ароматические и алифатические углеводороды: бензол, ксилолы, кетоны, этиловый и метиловый эфиры, метиловый и изопропиловый спирты, а также галогенизированные (например, трихлорэтилен) и фторированные (ди- и трифторметан) углеводороды.

Опьянение парами бензина. Наступает в течение 5— 10 мин инга­ляции. Краснеет лицо, раздражаются верхние дыхательные пути. Затем возникает эйфория (лицо расплывается в блаженной улыб­ке) без стремления к двигательной активности. Если ингаляция прекращается, то опьянение проходит за 15—20 мин и сменяется вялостью и головной болью. Если же вдыхание бензина продолжа­ется, то развивается делирий. Яркие зрительные галлюцинации носят обычно устрашающий характер (дикие и чудовищные звери, бандиты и террористы и т.д.), реже — сексуальный Слуховые гал­люцинации бывают не всегда, они элементарны (акоазмы — шу­мы, гудки, звон, неразборчивая речь) или тематически связаны со зрительными (слышатся угрозы, рычание зверей). Токсикоманы как бы отключаются от окружающего, галлюцинации принимают за реальность, но отношение к ним может быть двойственным: страх сочетается с любопытством. При прекращении ингаляции галлюцинации быстро проходят и к ним появляется критическое отношение Делирий редко длится более получаса и сменяется ас­тенией, апатией, головной болью. Запах бензина в выдыхаемом воздухе может сохраняться до нескольких часов.

Опьянение парами пятновыводителей. Встречается обычно у подростков, которые ингалируют группой Быстро наступает эй­фория1 смех одного заражает других. Появляется визуализация представлений («о чем подумаю, то и увижу») Подростки обычно фантазируют на приключенческие или сексуальные темы. При продолжительных ингаляциях (по нескольку часов с перерывами)

Глава 16. Наркомании и токсикомании 229

развивается онейроид Видения уже не возникают по желанию. Перед взором развертываются сцены, напоминающие увлека­тельный фильм. От окружающего отключены, но сохраняется со­знание того, что видения вызваны, а не реальны При прекраще­нии ингаляции протрезвление наступает быстро. Даже запах в вы­дыхаемом воздухе скоро исчезает.

Опьянение ацетоном, толуолом, парами растворителей нитро­красок. Опьянение этими веществами сходно с онеироидом, вы­званным продолжительным вдыханием пятновыводителей. Онейроид протекает тяжелее — с оглушением. Участники сидят оцепеневшие, с опущенной головой, на лице застывшая улыбка, при обращении отмахиваются, что-то бормочут. При передози­ровке наступают сопор и кома. Сильный запах ацетона изо рта позволяет распознать природу этих состояний.

Опьянение парами некоторых сортов клея. Это опьянение так­же проявляется эйфорией и онеироидом. Видения часто напоми­нают мультипликационные фильмы развлекающего содержания («мультики»). Подобные «лилипутские галлюцинации» в виде яр­ко окрашенных маленьких человечков и зверюшек, быстро двига­ющихся, с утрированной мимикой и жестами, иногда говорящих писклявыми голосами, были описаны французским психиатром Лероем еще в начале XX века (до появления мультипликационных фильмов) при инфекционных и интоксикационных психозах. При передозировке могут наступить сопор и кома Описаны слу­чаи смерти от асфиксии при вдыхании паров клея из целлофано­вого мешка, натянутого на голову, так как, потеряв сознание, ды­шавшие не в силах были его снять.

Злоупотребление ингалянтами распространено среди подростков. «Мода» на разные вещества постоянно сменялась, иногда охваты­вая лишь отдельные регионы, сообщества, группировки. Ингалиру-ются чаще всего в компании сверстников, связанных между собой местом жительства или учебой. Начинают злоупотреблять ингаля­циями в возрасте 9—14 лет. Большинство подростков вскоре броса­ют ингаляции. Лишьу 5—10 % развивается токсикомания Взрослые чаще используют ацетон, и тогда токсикомания формируется чаще.

Диагностика. Диагноз токсимании устанавливается на основа­нии выявления психической зависимости от ингалянта. Ее кос­венными признаками служат переход от ингаляций, начатых в компании, ко вдыханию паров в одиночку, увеличение дозы вды­хаемого вещества, повторные ингаляции в течение дня и даже ежедневные длительные по нескольку часов подряд с перерыва­ми. Перестают скрывать злоупотребление от посторонних и близ­ких. Злобно отталкивают тех, кто пытается прервать ингаляцию. При вынужденном перерыве появляется депрессия и дисфория.

230 Часть III. Частная психиатрия

Развитие физической зависимости ставится под сомнение. На­блюдаемые при перерыве ингаляций вегетативные расстройства (головная боль, сердечные аритмии), а также бессонница, мы­шечный тремор, шаткость походки могут быть следствием токси­ческой энцефалопатии, вызванной хронической интоксикацией.

Последствия хронической интоксикации в виде психоорганиче­ского синдрома и токсической энцефалопатии наступают через несколько недель после частых и продолжительных ингаляций или через многие месяцы при редких (1—2 раза в неделю) ингаля­циях. Психоорганический синдром проявляется ослаблением памя­ти, трудностью сосредоточения, плохой сообразительностью, за­медленной ориентировкой в меняющейся обстановке. У подрост­ков резко падает способность усваивать новый учебный материал Пассивность и склонность к безделью могут чередоваться со злобностью и агрессивностью. Токсическая энцефалопатия сопро­вождается вегетативными и неврологическими нарушениями. Жалуются на постоянные головные боли, плохой сон, головокру­жения, во время езды на транспорте укачивает. При неврологиче­ском осмотре можно видеть спонтанный нистагм, легкий мышеч­ный тремор, пошатывание в позе Ромберга, повышение сухо­жильных рефлексов. На ЭЭГ регистрируют умеренные диффуз­ные изменения, а иногда выявляется судорожная активность.

Для хронической интоксикации бензином характерны пора­жения печени и почек, пятновыводителями — хронические брон­хиты. Если злоупотреблявшие ингалянтами начинают пьянство­вать, то алкоголизм обычно развивается злокачественно.

Лечение. При сформировавшейся токсикомании лечение необ­ходимо проводить в стационарных условиях прежде всего для того, чтобы строго контролировать поведение, исключить возможность тайных ингаляций. Проводится дезинтоксикация (лучше всего в виде капельных внутривенных вливании глюкозы, тиосульфата на­трия, мочегонных и др.). Депрессию и дисфорию устраняют амит-риптилином, коаксилом и карбамазепином (финлепсином). Для подавления влечения к ингалянтам пытаются использовать неко­торые нейролептики — неулептил, сонапакс. Аверсионная терапия в виде выработки условного отрицательного рефлекса на сочетание запаха ингалянта с действием рвотных средств (апоморфин, эме­тин) оказалась малоэффективной. При психоорганическом синд­роме используют длительное лечение ноотропами (пирацетам, пантогам, фенибут) и общеукрепляющими средствами. Целью психотерапии является раскрытие пациенту вреда для здоровья, особенно психического, злоупотребления ингалянтами.

Глава 16. Наркомании и токсикомании 231

16.3.2.2. Злоупотребление галлюциногенами и холинолитическая токсикомания

Используемые средства. Употребление галлюциногенов извест­но с древних времен Индейские племена в Америке во время ре­лигиозных ритуалов использовали высушенные верхушки одного из видов кактуса — пейота, действующим началом которого явля­ется мескалин — вещество, химически сходное с адреналином, но отличное по действию. У ацтеков тем же целям служил «божест­венный гриб» — псилоцибе. Его действующее вещество было на­звано псилоцибином В 1943 г. в лаборатории швейцарской фарма­цевтической фирмы «Сандос» А.Гоффманн и А Штол синтезиро­вали вещество, галлюциногенная активность которого в сотни раз превышает силу действия мескалина и псилопибина Это вещест­во не обладает ни вкусом, ни цветом, ни запахом Его назвали ди-этиламидом лизергиновой кислоты (ЛСД) Его ничтожное коли­чество способно вызвать яркие зрительные галлюцинации на про­тяжении нескольких часов. В 60—70-х годах злоупотребление ЛСД распространилось среди молодежи и подростков в США

В нашей стране использование ЛСД запрещено законом. С целью вызвать у себя галлюцинации применяются в основном хо-линолитические средства1 астматол (содержащий белладонну, бе­лену, дурман), циклодол, а также обладающий холинолитическим действием димедрол

Циклодоловый делирий. Циклодол (артан, паркопан) — средство для лечения паркинсонизма и экстрапирамидных нарушений мо­торики при лечении психотропными препаратами После приема большой дозы (до нескольких десятков таблеток по 0,002 г) сперва наступает эйфория, иногда перемежающаяся с чувством страха. За­тем, часто после сна, возникает делирий. Содержание зрительных галлюцинаций зависит от предшествующей ситуации Если цикло­дол был принят во время беззаботного веселья с приятелями, то больному видятся развлекательные сцены, смешные происшест­вия. Если интоксикации предшествовали ссоры, столкновения, драки, устрашающие события, то в галлюцинациях фигурируют бандиты, преследователи, сцены нападений. Характерна калейдо-скопичность галлюцинаций — быстрая смена картин и вместе с тем повторение одних и тех же видений по нескольку раз Слуховые галлюцинации всегда тематически связаны со зрительными

Характерен симптом исчезающей сигареты, когда больной не видит своей руки, то чувствует зажатую между пальцами сигарету, но когда пытается поднести ее ко рту — сигарета «исчезает».

Циклодоловый делирий протекает со светлыми промежутками — от нескольких минут до нескольких часов, во время которых созна­ние больных проясняется, они хорошо помнят и критически оцени­вают галлюцинации. Длительность всего делирия около суток.

232 Часть III. Частная психиатрия

Вегетативные расстройства выражены нерезко: зрачки широ­кие, лицо гиперемировано, умеренная тахикардия.

Делирий при других галлюциногенах. Астматоловый делирии, вызванный питьем настоя, приготовленного из астматола (часто в смеси с вином), протекает тяжелее циклодолового, отличается глубоким помрачением сознания, дезориентировкой в окружаю­щем, беспомощностью одурманенных и последующей амнезией (о галлюцинациях сохраняются лишь отрывочные смутные воспоми­нания, а происходившее в действительности выпадает из памяти).

Димедроловый делирий (несколько таблеток димедрола обычно принимают со спиртным) более сходен с циклодоловым, но на высоте делирия критическое отношение к галлюцинациям может утрачиваться и больной может оказаться опасным для других.

Галлюциноз, вызванный ЛСД, отличается наличием синестезий: звуки вызывают цветовые ощущения («цветомузыка»). Видения яркие и сочетаются с деперсонализацией и дереализацией. Пове­дение бывает различным — от пассивного созерцания с критичес­ким отношением к переживаниям до агрессивных и аутоагрессив-ных действий с полной утратой критики.

Злоупотребление и формирование токсикомании. Обычно гал­люциногены употребляются эпизодически. Реже подбираются дозы циклодола, которые вызывают только эйфорию — тогда мо­жет наступить психическая зависимость. Еще реже появляется ус­тойчивое влечение к повторным галлюцинаторным переживани­ям. Этим отличается ЛСД, способный вызвать сильное влечение к его повторным приемам: переживание галлюциноза становится основным смыслом жизни, т.е. развивается явная психическая за­висимость. В США распространился галлюциноген с коротким действием (около получаса) — диэтилтриптамин. К нему, напри­мер, прибегают тайком во время обеденного перерыва.

Лечение. Вызванные галлюциногенами делирий прерываются внутримышечной инъекцией аминазина или реланиума. В даль­нейшем проводится дезинтоксикация.

16.3.2.3. Другие виды злоупотреблений и токсикомании

Злоупотребление транквилизаторами. Транквилизаторы могут служить для усиления алкогольного опьянения или к ним регу­лярно прибегают, чтобы «успокоиться», «отвлечься от неприятно­стей». К ним обращаются, чтобы заменить наркотики, когда не­возможно их достать и нужно облегчить абстиненцию. Наиболее привлекательны для этих целей бензодиазепины: реланиум, нитразепам, альпразолам (ксанакс), клоназепам. Большие дозы транквилизаторов, в несколько раз превышающие терапевтичес­кие, способны вызывать своеобразное опьянение. Вначале насту­пает чувство необычного приятного покоя, затем нарастает оглу­шение (отвечают с задержкой, переспрашивая, речь делается сма-

Глава 16. Наркомании и токсикомании 233

заннои, походка — неустойчивой), которое переходит в глубокий продолжительный сон, а иногда и в сопор. Но впоследствии про­буждаются обычно даже без специальной помощи.

Токсикомания может развиться при длительном регулярном приеме. Постепенно возрастает доза, требуемая для «успокоения» и нормального сна. Вынужденный перерыв после длительного злоупотребления приводит к бессоннице, кошмарным сновиде­ниям, постоянному чувству тревоги и беспокойства. Описаны редкие случаи физической зависимости после продолжительного злоупотребления транквилизаторами в больших дозах. В абсти­ненции появляются судорожные подергивания мышц, случаются эпилептические припадки и осфые психозы со спутанностью.

Кофеинизм. Несмотря на широкое распространение кофе как повседневного напитка во многих регионах, кофеинизм как ток­сикомания встречается редко. В этих случаях в течение дня выпи­вают много чашек крепкого кофе или даже поедают «кофейный кисель». В других случаях злоупотребляют чифиром — отваром очень крепкого чая (50 г на один стакан воды). Очередной допинг повышает работоспособность, дает ощущение бодрости, прилива сил, повышения творческих способностей. На ночь обычно при­нимают снотворное. Лишение привычного стимулятора ведет к тяжелой астении и перепадам настроения.

Физическая зависимость нехарактерна. Длительное злоупо­требление сопровождается истощением, сердечными аритмиями, тяжелым хроническим гастритом, а также выраженной эмоцио­нальной неустойчивостью.

Никотинизм. Злоупотребление курением табака можно рас­сматривать как токсикоманию всегда, когда курение табака ста­новится постоянной насущной потребностью, что свидетельству­ет об очевидной психической зависимости. Прекращение куре­ния в этих случаях вызывает дискомфорт, беспокойство, резкое усиление влечения. Тяготение усиливается после еды, выпивки, при пробуждении от ночного сна, во время напряженной умст­венной работы и при волнении, а также при виде других куриль­щиков и при запахе табачного дыма. Следствием длительного ку­рения бывают хронические бронхиты, гиперацидные гастриты. Среди курильщиков значительно выше заболеваемость ишемиче-ской болезнью сердца, инфарктом миокарда, раком легких, яз­венной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки, гипер­тонической болезнью и облитерирующим эндоартериитом.

Лечение транквилизаторной токсикомании, кофеинизма и никотинизма сводится к назначению симптоматических средств, облегчающих проявления психической зависимости, и различ­ным видам психотерапии. При привыкании к большим дозам транквилизаторов во избежание судорожных приступов их отме­ну лучше осуществлять постепенно в течение 2—3 нед.

234 Часть III. Частная психиатрия

16.3.2.4. Рубрификация в МКБ-10

Острая интоксикация различными психоактивными средства­ми, абстинентный синдром, зависимость от разных наркотичес­ких и токсикоманических средств, с учетом стадии болезни, а так­же психозы, обусловленные злоупотреблением психоактивными веществами, представлены в рубриках и подрубриках раздела «Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактивных веществ».

16.4. Этиология и патогенез

Причинами аддиктивного поведения являются социально-психологические факторы. Основные мотивы начала злоупотреб­ления разделяют на гедонистические (желание испытать необыч­но приятное состояние), атарактические (стремление «забыться», «отключиться от неприятностей», ослабить действие эмоцио­нальных стрессов) и субмиссивные (подчинение влиянию других людей, конформность в компаниях).

Природа психической зависимости остается невыясненной. Со­гласно гипотезе И.П.Анохиной, она связана с дефицитом дофами­на и норадреналина в гипоталамической области мозга. Гипотеза предполагает существование единого патогенетического механизма зависимости от всех известных веществ — от алкоголя до опиатов. Однако далеко не все средства, используемые злоупотребляющими, способны заменять друг друга. В патогенезе опийных наркоманий нельзя не учитывать существование «эндогенных опиоидов» — эн-дорфинов и энкефалинов и специальных опиатных рецепторов в мозге, способных их связывать. Стимуляторы типа эфедрина и пер-витина химически сходны с эндогенными катехоламинами.

16.5. Диагностика наркоманий и токсикомании

Диагноз наркомании особенно ответствен, так как по сущест­вующим законам он подразумевает обязательное лечение без со­гласия больного. Наркомании и токсикомании диагностируются на основании признаков психической или физической зависимо­сти, перечисленных ниже. Лабораторные методы диагностики не разработаны. Если в крови, моче, слюне обнаруживают какой-ли­бо наркотик или иное токсичное вещество, то это свидетельству­ет только об его употреблении, но не о наличии зависимости. Для диагностики предложены биологические пробы — провокации аб­стиненции, например введением антагониста морфина (налок-сон, налорфин) при подозрении зависимости от опиатов.

16.6. Распространенность

Достоверных данных об «истинной» болезненности и заболе­ваемости наркоманиями и токсикоманиями в различных регио-

Глава 16. Наркомании и токсикомании 235

нах и странах мира нет, поскольку наркоманы и токсикоманы от­носительно редко обращаются в официальные медицинские уч­реждения. В 1996 г. в России было зарегистрировано 130 тыс. че­ловек, злоупотреблявших наркотическими и токсикоманически-ми средствами, или 88 человек на 100 тыс. населения. На начало 2001 г., поданным правоохранительных органов, в нашей стра­не злоупотребляли психоактивными веществами от 400 тыс. до 3 млн. человек.

Предполагается, что число учтенных лиц, злоупотребляющих психоактивными веществами, в 8—10 раз меньше их действительно­го количества. Распространение многих наркотиков и иных токсич­ных веществ характеризуется склонностью к эндемичности и эпо­хальности. Например, в нашей стране эндемии опиизма наблюда­ются там, где растет дикий мак, гашишизма — где произрастает ко­нопля. В США и других западных странах в 50—60-е годы прошла эпидемия злоупотребления стимуляторами типа фенамина, в 60—70-е годы их сменили марихуана и героин, а в 80-е — кокаин.

16.7. Прогноз

В области нарко- и токсикомании существуют две прогности­ческие задачи: оценка вероятности развития зависимости у тех, кто начат злоупотребление, и прогноз при сформировавшихся наркоманиях и токсикоманиях.

Вероятность развития зависимости зависит от личности, от соци­ального окружения и вещества, которым начали злоупотреблять. На­иболее высок риск при неустойчивой и эпилептоидной акцентуации характера, при резидуальном органическом поражении головного мозга, при наличии наркоманов и токсикоманов в непосредствен­ном окружении (считается, что один наркоман приобщает к зло­употреблению наркотиками в среднем 5 человек), а также при гедо­нистических установках (постоянное желание наслаждаться жиз­нью и развлекаться) в семье и привычных компаниях. Зависимость возникает приблизительно у 5—10% лиц, которые еще подростками стали злоупотреблять ингалянтами, у 10—20% начавших с транкви­лизаторов, у 40% лиц, попробовавших внутривенное введение опи­атов, и у 60—80% — эфедрона или первитина.

Прогноз при сформировавшихся наркоманиях и токсикомани­ях зависит от их вида и стадии. При опийной, эфедроновой и пер-витиновой наркоманиях прогноз малоблагоприятен. Рецидивы в большинстве случаев наступают вскоре после окончания лечения. Часть наркоманов возобновляет злоупотребление наркотиками сразу же после выхода из больницы. Ремиссии длительностью бо­лее одного года при II стадии не превышают 20%. Рецидивы насту­пают от любых эмоциональных стрессов или при возобновлении контактов с наркоманами. Среди наркоманов и токсикоманов зна-

236 Часть III. Частная психиатрия

чительно выше, чем среди остального населения, уровень суици­дов и смерти от несчастных случаев. Высока также смертность от передозировки наркотиков и от соматических осложнений. Соци­альный прогноз также неблагоприятен: высокая преступность, па­разитический образ жизни, личностная деградация.

16.8. Лечение и реабилитация

Неотложная помощь при передозировке наркотиков и других токсичных веществ и способы купирования абстиненции изложе­ны при описании отдельных видов наркоманий и токсикомании.

Подавление влечения осуществляется с помощью психотроп­ных средств (неулептил, сонапакс и др.), аверсионной терапии (со­четание наркотического и токсического опьянения с отрицатель­ными стимулами — рвотой, страхом и т.д.), а также различных мето­дов психотерапии, направленных на убеждение больного прекра­тить злоупотребление. Все эти методы недостаточно эффективны.

При длительном злоупотреблении принято проводить дезин­токсикацию (тиосульфат натрия, унитиол, сульфат магния, глю­коза и др ) и общеукрепляющее лечение.

При наличии зависимости лечение необходимо проводить в стационаре с режимом, исключающим тайное продолжение зло­употребления. Лечение наркоманий в нашей стране является обя­зательным При отказе от него на основании решения суда нарко­ман может быть подвергнут принудительному лечению. На ток­сикоманию этот закон не распространяется

Реабилитация страдающих наркоманией после лечения их в стационаре строится на длительном (в течение 5 лет) активном наблюдении в наркологических диспансерах, которые содейству­ют их трудоустройству, проводят повторные амбулаторные курсы общеукрепляющего лечения и психотерапии, а при угрозе реци­дива используют психотропные средства.

16.9. Профилактика

Профилактика основывается на двух методах — системе запре­тов и санитарном просвещении. Незаконное изготовление, при­обретение, хранение, перевозка и пересылка наркотических средств наказуется как уголовное преступление, притом особенно строго (до 10 лет лишения свободы), если это делается с целью сбыта. Интенсивная борьба с подпольными торговцами наркоти­ками является самой действенной мерой профилактики наркома­нии. Необходимы строгий контроль и учет медицинского исполь­зования наркотиков в онкологической, хирургической и другой практике, где они незаменимы.

В отношении ненаркотических токсичных веществ таких за­конов нет. Вряд ли осуществим специальный контроль за их упо

Глава 16. Наркомании и токсикомании 237

треблением не по назначению (например, бензина, пятновыводи­телей и т.д.). За рубежом высказывается точка зрения, что запре­ты вообще малодейственны, а молодежь из чувства протеста еще более склонна к злоупотреблению. Поэтому предлагается торго­вать очищенными и дозированными препаратами опия, конопли и т.д., как это делается в отношении алкоголя и табака Подобная мера подорвала бы подпольный бизнес

Санитарное просвещение в области наркомании и токсикома­нии представляет непростую задачу. С одной стороны, необходи­ма популяризация знании об опасности употребления наркоти­ков и других дурманящих веществ, о высоком риске быстро к ним пристраститься, вреде для физического и психического здоровья. С другой стороны, высказывается опасение, что широкое распро­странение сведений о наркотиках может пробудить среди молоде­жи и особенно среди подростков нездоровый интерес к ним и способствовать распространению злоупотребления. Однако, хотя до 1986 г. в нашей стране всякие сведения о наркотиках в средст­вах массовой информации были практически запрещены, это не остановило роста наркомании и токсикомании.

Молодежь в компаниях могла получить обширные сведения о «привлекательной стороне» действия наркотиков и других ток­сичных средств и весьма скудные — об их опасности.

16.10. Экспертиза

Заключение о наличии наркотического опьянения на основа­нии его клинических проявлений может быть только предвари­тельным Оно должно быть подтверждено химическим анализом крови, мочи, слюны на содержание в них наркотика

Больные наркоманиями признаются невменяемыми только в том случае, когда инкриминируемые им действия совершаются в состоянии психоза, когда они оказываются лишенными способ­ности отдавать отчет в своих действиях и руководить ими. Чаще преступления связаны с приобретением наркотиков (кражи, мо­шенничество с поддельными рецептами, кустарное изготовление и т.д.) Все эти преступления совершаются без утраты вменяемос­ти. Однако судебно-психиатрическая экспертиза должна вынести заключение о необходимости принудительного лечения.

При далеко зашедших наркоманиях, сопровождаемых инва-лидизирующими хроническими соматическими заболеваниями, оценка трудоспособности должна строиться на основании тяжес­ти этих заболеваний. Наличие наркоманий не служит препятст­вием для определения инвалидности Лиц, злоупотребляющих наркотиками, не следует допускать к вождению транспорта.

Глава 17. ИНТОКСИКАЦИОННЫЕ

ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА

Острые и хронические отравления различными токсическими веществами могут вызывать как психозы, так и непсихотические расстройства (неврозоподобные, психоорганические) Однако некоторые из этих веществ способны играть роль провокатора эн­догенных психических заболеваний — шизофрении, маниакаль­но-депрессивного психоза. Острые интоксикационные психозы после завершения действия яда или его токсических последствий заканчиваются выздоровлением (обычно после периода астении) либо, если действие на мозг оказалось непоправимым, приводят к психотическим и непсихотическим расстройствам органического генеза (синдромы психоорганическии, корсаковский и др.).

Ряд интоксикационных психозов был описан в главе о нарко­маниях и токсикоманиях (психозы гашишные, эфедроновые и первитиновые, циклодоловые и вызванные иными галлюциноге­нами и др.). Некоторые из них могут возникнуть не только при злоупотреблении дурманящими веществами, но и при использо­вании некоторых из них в суицидальных целях или при случай­ных отравлениях. Другие вещества (бензин, ацетон и т.д ) могут стать следствием профессиональных отравлений.

Алкогольные психозы иногда также относят к интоксикаци­онным, но генез их более сложен. Патологическое психотическое опьянение возникает от малых доз алкоголя, действующих на мозг, ранее пораженный другими факторами Алкогольный дели­рий, галлюциноз, параноид, корсаковский психоз называют ме-талкогольными, так как в их генезе важнейшее участие принима­ет аутоинтоксикация, вызванная нарушением метаболизма, свой­ственным алкоголизму.

Интоксикационные психические расстройства развиваются также при передозировке некоторых лекарств или особой чувст­вительности к ним (лекарственные психозы), а также при острых и хронических отравлениях разными ядами в быту и на производ­стве (в промышленности и сельском хозяйстве).

17.1. Клинические проявления

Отличительная черта клинической картины интоксикацион­ных психозов заключается в том, что один и тот же токсический фактор в зависимости от дозы, скорости воздействия и индивиду­альных особенностей организма способен вызывать разные синд­ромы. Однако один и тот же синдром может встречаться при от­равлении многими веществами. Но все же существуют «предпо­чтительные синдромы», наиболее часто наблюдаемые при опре­деленном виде отравлений.

Глава 17. Интоксикационные психические расстройства 239

17.1.1. Острые интоксикационные психозы

Клиническая картина острых психозов, вызванных различны­ми ядами, имеет большее сходство Отличия больше всего каса­ются неврологических и соматических симптомов Чаще всего встречаются синдромы делириозный, онейроидныи, синдромы выключения сознания — последовательно сменяющие друг друга оглушение, сопор, кома Реже можно наблюдать галлюцинозы с ясным сознанием — с критическим отношением к своим болез­ненным переживаниям, параноидные, маниакальноподобные, депрессивные (скорее субдепрессивные) синдромы, состояние спутанности (аментивный синдром).

Интоксикационный делирии, как и все делириозные состояния, проявляется яркими зрительными галлюцинациями, к которым могут присоединяться тематически с ними связанные слуховые, обонятельные и вкусовые Галлюцинации принимаются за реаль­ность, критического отношения к ним нет, ими определяется по­ведение. Ориентировка в окружающем нарушена

Предделириозные состояния проявляются яркими ночными сновидениями, эпизодическими зрительными иллюзиями и гал­люцинациями, иногда беспричинной тревогой или эйфорией.

Делирии развиваются в качестве осложнения действия неко­торых психотропных средств — лепонекса (клозапина), тизерцина (левомепромазина), мелипрамина, при отравлениях атропином, астматолом, циклодолом, димедролом. Среди бытовых и произ­водственных отравлений следует упомянуть угарный газ — окись углерода (для этого делирия особенно характерны обонятельные галлюцинации), тетраэтилсвинец (в этом случае нередки паресте­зии в полости рта — ощущение попавших в рот волос), анилин (описан мусситирующий делирии), бензин, сероводород, метан и другие углеводороды (газ, используемый в быту). Делирий наблю­дается также при тяжелых пищевых отравлениях (ботулизм, от­равление грибами).

Интоксикационный онейроид отличается от делирия двигательной пассивностью даже при полном отключении от окружающего и по­гружением в созерцание фантастических видении. Чаще всего встре­чается при отравлении ацетоном и другими кетонами и эфиром.

Интоксикационное оглушение, сопор и кома развиваются при отравлении барбитуратами, большими дозами транквилизаторов, окисью углерода, фосфорорганическими соединениями (инсек­тициды, пестициды), мышьяком, тетраэтилсвинцом, антифризом (в последнем случае оглушение сочетается с эйфорией).

Интоксикационная спутанность (аментивный синдром) с пол­ным непониманием происходящего вокруг, неузнаванием близких, потерей ориентировки, растерянным видом, малосвязной речью,

240 Часть III. Частная психиатрия

состоящей из эмоциональных выкриков или стереотипно повторя­емых фраз, развивается при отравлении спорыньей (ее препараты — эрготоксин, эрготамин) и фосфорорганическими соединениями.

Интоксикационные параноиды описаны при отравлении неко­торыми стимуляторами (амфетамин, эфедрон, первитин, кока­ин). Возникают бред преследования и отношения, иногда отрав­ления и слуховые галлюцинации. Реже развиваются другие виды бреда Если появляются бред воздействия и псевдогаллюцина­ции, то обоснованы бывают подозрения на провокацию приступа шизофрении.

Интоксикационные маниакальноподобные состояния встречались при лечении малярии большими дозами акрихина (атебрина), а так­же при отравлении сероуглеродом. Эйфория и болтливость обычно не сопровождались маниакальным стремлением к деятельности

Другие синдромы встречаются относительно редко. При пере­дозировке кортикоидов или АКТГ или при длительном лечении ими, особенно у детей, могут возникнуть кататоноподобные воз­буждения При острых отравлениях пестицидами описан своеоб­разный синдром крайней аффективной лабильности — непрерыв­но меняющихся неуправляемых эмоций (страх и эйфория, злоба и растерянность чередуются друг с другом). Эпилептиформныи син­дром считается характерным для острого отравления свинцом.

17.1.2. Психические расстройства при хронических интоксикациях

При хронической интоксикации многими ядами можно выде­лить две стадии — неврозоподобную и психоорганическую.

Неврозоподобная стадия проявляется астеническим, астеноипо-хондрическим, астенодепрессивным синдромами. Реже наблюда­ются синдромы истероидный (например, при хроническом отрав­лении бензином) или астенообсессивный (обычно на фоне премор-бидной акцентуации характера психастенического или сенситивно­го типа). При отравлении ртутью астения сочетается с аффективной лабильностью, при отравлении марганцем — с депрессией.

Психоорганическая стадия либо постепенно формируется на фоне неврозоподобных расстройств (например, при отравлении марганцем, свинцом, бензином), либо ее симптомы проявляются с самого начала хронической интоксикации и постепенно нарас­тают (например, при отравлении мышьяком, барбитуратами, аце­тоном). Нарушается память, особенно кратковременная, способ­ность запоминать новое, появляются рассеянность, трудность со­средоточения, инертность переключения внимания. Ухудшается сообразительность, утрачивается быстрота ориентировки в собы­тиях и окружении. В более тяжелых случаях может развиться псевдопаралитический или корсаковский синдром. Отравление свинцом может стать причиной эпилепсии

Глава 17. Интоксикационные психические расстройства 241

Хронические параноидные психозы описаны при длительной ин­токсикации фенамином (амфетамином), эфедрином, кокаином, гашишем, а также фосфорорганическими соединениями (инсек­тициды, пестициды) и сероуглеродом Возможно, что часть этих случаев является провокацией шизофрении

Затяжные депрессии встречаются при лечении гипертоничес­кой болезни препаратами, содержащими резерпин и сходные с ним вещества (раунатин, раувазан, рауседил, адельфан и др.), а также допегитом Депрессии могут развиться при длительном ле­чении аминазином и галоперидолом, кортикостероидами и АК.ТТ, но они описаны даже при употреблении больших доз анти­биотиков. Обычно эти депрессии непсихотического уровня При отмене указанных лекарств депрессии прекращаются.

17.2.Течение и прогноз

Тяжелые острые отравления, приводящие к сопору и коме или эпилептическому статусу (особенно барбитураты, фосфороргани-ческие соединения, окись углерода, тетраэтилсвинец), а также пищевые отравления (спорыньей, грибами, при ботулизме) могут создать реальную угрозу летального исхода.

Острые интоксикационные делирии и онейроиды нередко за­вершаются полным выздоровлением (после периода астении). Однако тяжелые делирии могут предшествовать развитию корса-ковского синдрома, тогда улучшение наступает очень медленно — на протяжении нескольких месяцев и даже лет. Иногда вслед за острым психозом может выявиться психоорганический синдром.

При хронических интоксикациях неврозоподобные наруше­ния после прекращения действия токсичных агентов обычно по­степенно на протяжении недель и месяцев сглаживаются. Интен­сивное дезинтоксикационное и общеукрепляющее лечение уско­ряет выздоровление. Психоорганические расстройства отличают­ся стойкостью. Если они достигают степени органического слабо­умия, то становятся необратимыми. Когда картина ограничивает­ся нетяжелыми нарушениями памяти и внимания, то они обычно поддаются длительному лечению

Интоксикационные параноиды, мании и депрессии заверша­ются, если прекращается интоксикация. Если же они после этого продолжаются многие недели и месяцы, то речь идет скорее о спровоцированных эндогенных психозах.

17.2.1. Рубрификация в МКБ-10

Специальных рубрик для интоксикационных психических рас­стройств в МКБ-Ю не предусмотрено Следует использовать класс XIX МКБ-Ю «Травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин». В этом классе русифицированы от-

242 Часть III. Частная психиатрия

равления различными лекрственными средствами и другими веще­ствами. Однако психические последствия отравлений не отражены.

17.3. Дифференциальный диагнозе

При острых интоксикационных психозах в случае делирия дифференциальный диагноз проводится прежде всего с алкоголь­ными психозами. Надо при этом иметь в виду, что при хроничес­ком алкоголизме делирии могут быть вызваны другими токсичны­ми веществами. Инфекционные делирии исключаются на основа­нии соматической картины заболевания. При онейроиде оконча­тельное заключение лучше делать после дезинтоксикации, чтобы исключить провокацию токсичным агентом онейроидных состоя­ний при шизофрении. Токсическую природу оглушения, сопора, комы удается установить по имеющимся сведениям об отравлении или на основании исследования крови и мочи с целью обнаруже­ния токсичных веществ. Спутанность чаще встречается при ост­рых инфекционных психозах, но тогда она сопровождается повы­шением температуры тела, лихорадочным видом, лейкоцитозом, увеличением СОЭ. Острый параноид всегда должен насторажи­вать в отношении провокации шизофрении. О последнем свиде­тельствует появление признаков синдрома Кандинского—Клерам-бо или затягивание параноида на несколько недель после дезин­токсикации. При маниакальноподобных состояниях отличие от шизофрении и маниакально-депрессивного психоза возможно только на основании продолжительного наблюдения, так как и ак­рихин, и сероуглерод способны оказаться провокаторами этих психозов

При хронических интоксикациях неврозоподобные расстрой­ства, в отличие от неврозов, могут развиваться без психических травм и внутриличностных конфликтов. Однако хронические ин­токсикации делают личность менее устойчивой к психической травматизации и фрустрации, поэтому они в свою очередь могут играть роль провокаторов интоксикационных неврозоподобных расстройств, основной причиной которых все же следует считать хроническое отравление Психоорганический синдром можно признать вызванным интоксикацией, исключив другие причины (черепно-мозговые травмы, мозговые инфекции, опухоли и сосу­дистые заболевания мозга).

17.4. Лечение, профилактика, экспертиза

Лечение. Дезинтоксикация при острых психозах проводится с помощью средств и методов, описанных в пособиях по неотлож­ной помощи при отравлениях и по токсикологии Используются гемосорбция, гемодиализ, вливания глюкозы, мочегонные сред­ства и др. При возбуждении и делирии лучше избегать примене-

Глава 17. Интоксикационные психические расстройства 243

ния нейролептиков (особенно аминазина, галоперидола и тизер-цина) При отравлении окисью углерода и барбитуратами они во­обще противопоказаны.

Делирий, онейроид, психомоторное возбуждение лучше попы­таться устранить транквилизаторами, например вливаниями рела-ниума, феназепама) Также с транквилизаторов лучше начинать лечение интоксикационных параноидов и маний и лишь после интенсивной дезинтоксикации при надобности переходить к ней­ролептикам. При неврозоподобных и психоорганических расст­ройствах рекомендуется сочетать транквилизаторы, ноотропы и легкие стимуляторы (сиднокарб, настойки лимонника, женьшеня, заманихи, аралии, стрекулии, экстракты левзеи, родиалы, элеуте­рококка и др.). Используются повторные курсы дезинтоксикации и общеукрепляющие средства. Хронические параноидные психо­зы лечат так же, как параноидную шизофрению.

Затяжные лекарственные депрессии требуют использования антидепрессантов лишь в том случае, если вызвавшее их лекарство нельзя заменить другим (например, резерпиновые препараты — клофелином). Тогда к аминазину или галоперидолу добавляют ме-липрамин, амитриптилин, анафранил, золофт, рекситин, паксил.

Профилактика интоксикаций на производстве составляет предмет гигиены труда и разработки предельно допустимых норм воздействия токсичных агентов. Ядовитые вещества, употребляе­мые в быту (например, инсектициды), должны храниться и ис­пользоваться в строгом соответствии с прилагаемыми инструкци­ями. Значительную часть интоксикационных психозов составля­ют те, которые возникают при аддиктивном поведении — упо­треблении наркотиков, галлюциногенов и других дурманящих средств. Профилактические меры здесь те же, что и при преду­преждении наркоманий и токсикомании.

При назначении лекарств, способных вызвать интоксикаци­онные психические расстройства, необходимо соблюдать осто­рожность. Лицам, склонным к депрессиям, эмоционально-ла­бильным, лучше не назначать препараты резерпина, допегит, аминазин, галоперидол. При лечении лепонексом, тизерцином, мелипрамином необходимо следить за появлением предделири-озных предвестников

Психиатрическая экспертиза в основном является трудовой. При выраженных психоорганических расстройствах бывает необ­ходимым определение инвалидности Связь этих расстройств, с профессиональной вредностью устанавливается на основе их воз­никновения после острой интоксикации либо при хроническом воздействии токсических веществ, при исключении других факто­ров, способных вызвать эти расстройства (черепно-мозговые трав­мы, мозговые инфекции, сосудистые заболевания мозга и др.).

Глава 18. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ ПРИ ОЖОГОВОЙ БОЛЕЗНИ

Ожог (combustio, ambustio) — повреждение тканей, вызванное действием высокой температуры, электротока, химических ве­ществ или химических активных излучений. В связи с этим разли­чают ожоги термические, электрические, химические и лучевые. Наиболее часто встречаются термические ожоги.

Термические ожоги возникают при воздействии пламени, луче­вой теплоты, раскаленных металлов и газов, горючих жидкостей.

«Ожог — травма, которая начинается с секунд ужаса, за кото­рыми часто следуют годы страданий». Эти слова D.Jackson (1965) очень точно характеризуют ожоговую болезнь.

Ожоговая болезнь возникает в результате ожоговой травмы — такой обширной и глубокой раны, которая приводит к наруше­нию всех функций и систем организма, из-за чего самопроиз­вольное выздоровление невозможно.

Ожоговая болезнь нарушает все системы и функции организма, не только связанные с ожоговой раной, но и интактные органы.

Для одних систем и функций эти нарушения преходящи, для других длительны и часто необратимы (кожные покровы, нервная система).

Нарушения регуляторных механизмов и функций жизнеобес­печения, более отчетливо проявляющиеся при ожоговом шоке, свидетельствуют о том, что нервные механизмы и их нарушения являются ведущими.

Нервные механизмы, являясь пусковыми, не единственные, так как к ним сразу же присоединяются крово- и плазмопотери, токсические влияния как эндогенного, так и экзогенного харак­тера (иммунологические, инфекционные), расстройства деятель­ности регуляторных и исполнительных органов и систем.

Воздействия ожога и ожоговой раны на центральную нервную систему массивны и полиморфны.

Нервно-психические расстройства в одних случаях преходящи и связаны только с определенным периодом ожоговой болезни, в других — обнаруживаются на всех этапах болезни, в третьих — со­провождают пострадавшего всю жизнь.

В развитии ожоговой болезни выделяют несколько периодов или этапов: шок, этап токсемии — септикотоксемии, реконвалес-ценции и отдаленных последствий ожоговой болезни.

18.1. Клинические проявления

18.1.1. Психические нарушения в остром периоде

18.1.1.1. Шок

Получение тяжелых ожогов приводит к развитию шока. При­чиной шока являются процессы, происходящие в ожоговой ране: афферентная импульсация, образование токсичных веществ, пе-

Глава 18. Психические нарушения при ожоговой болезни 245

ремещение белков, электролитов, воды. Эти процессы приводят к гипоксии, нарушениям обмена, интоксикации и инфекции, ко­торые одновременно являются и механизмами церебральных на­рушении и проявляются нервно-психическими расстройствами.

Нервно-психические расстройства в период шока однообраз­ны и обусловлены не личностью пострадавшего, а выраженностью и периодом шока. Поэтому у детей, стариков и соматически ос­лабленных людей шок развивается быстрее и протекает тяжелее.

Для начального периода шока — эректильной фазы характерны обнубиляции сознания и речедвигательное возбуждение, сопровож­дающееся в ряде случаев эйфорией и нарастанием рассеянной невро­логической симптоматики. Наблюдаются глазодвигательные симп­томы в виде пареза конвергенции, мидриаза или миоза, нистагма.

У больных в этой фазе шока отмечаются повышение сухо­жильных рефлексов, легкие менингеальные симптомы, преиму­щественно белый дермографизм и тахикардия. При ухудшении физического состояния нарастает торпидная фаза шока. Усилива­ется заторможенность, адинамия, обнубиляции сменяются состо­янием оглушенности, а в дальнейшем — сопором и комой. Более 70% больных в этой стадии шока погибают.

18.1.1.2. Токсемия - септикотоксемия

Следующий период токсемии — септикотоксемии начинается условно с 3—4-го дня после получения ожога. Условность границ связана с тем, что нарушения и изменения, возникшие в период шока, еще остаются.

Неврологические расстройства проявляются в нарастании ме-нингеальных симптомов, головных болей, головокружений, тош­ноты и частой рвоты. Наблюдаются рассеянная неврологическая симптоматика и мышечная гипотония. Сухожильные и периосталь-ные рефлексы повышены, часто асимметричны Имеют место судо­рожные расстройства, чаще локальные и реже генерализованные.

Из психопатологических синдромов раньше всего появляется и наиболее стойко сохраняется астенический симптомокомплекс. Тяжесть астенических расстройств коррелирует с интоксикацией, особенно с такими признаками, как гипертермия, усиление тахи­кардии, тахипноэ, колебания артериального давления, чаще в сторону снижения.

Соматовегетативные проявления астенического синдрома в этот период ожоговой болезни разнообразны и массивны, но не подвергаются психической переработке.

В зависимости от выраженности интоксикации в периоде ток­семии — септикотоксемии выделяют психические расстройства, протекающие на невротическом, субпсихотическом и психотичес­ком уровне. Невротические расстройства исчерпываются различ-

246 Часть III. Частная психиатрия

ными вариантами астенических состояний. Субпсихотические изменения проявляются астенической спутанностью, гипнагоги-ческими галлюцинациями, оглушением.

Для психотического уровня расстройств характерны состоя­ния с помрачением сознания, делириозные, делириозно-онейроид-ные и аментивные синдромы.

Субпсихотические и психотические состояния развиваются обычно на фоне выраженной астенической симптоматики, по­этому протекают стерто и атипично.

При улучшении физического состояния и уменьшении инток­сикации субпсихотические и психотические расстройства реду­цируются и больной начинает более адекватно оценивать случив­шееся: утрату трудоспособности, внешней привлекательности, крушение жизненных планов. Это приводит к формированию психогенных расстройств. Ведущим синдромом в это время у больных ожоговой болезнью является тревожно-депрессивный, который может проявляться на невротическом, субпсихотичес­ком и психотическом уровне. Отмечено, что чем выраженнее ас­тенический синдром, обусловленный интоксикацией, тем руди-ментарнее психогенные расстройства.

Если больной выживает, то к концу второй и началу третьей недели общемозговые расстройства претерпевают обратную ди­намику, в неврологических проявлениях начинают доминировать локальные симптомы поражения центральной и периферической нервной системы: нарушения со стороны двигательных черепных нервов, анизорефлексия по гемитипу, патологические рефлексы, парезы и параличи, преобладание симпатического или парасим­патического тонуса.

В психопатологической картине начинает формироваться психоорганический синдром, включающий интеллектуально-мнестические и аффективные расстройства, которые оценивают­ся как ожоговая энцефалопатия.

На выраженность психоорганического синдрома (триада Вальтер-Бюеля) оказывают влияние, кроме индивидуальных осо­бенностей больного, выраженность ожоговой болезни, глубина и площадь кожных покровов, пострадавших при ожоге. В этом пе­риоде выраженность аффективных и интеллектуально-мнестиче-ских расстройств колеблется, не удается отметить преобладание какой-либо симптоматики, поэтому этот этап определяется как недифференцированная ожоговая энцефалопатия.

18.1.1.3. Реконвалесценция

Период реконвалесценции характеризуется полным отторже­нием некротических тканей, заполнением дефектов грануляция­ми, для него свойственны обменно-трофические нарушения и

Глава 18. Психические нарушения при ожоговой болезни 247

снижение реактивности организма. В этот период ожоговой бо­лезни все, что раньше пугало больного, становится реальностью: ампутации, дефекты внешности, обезображивающие рубцы.

Психические расстройства этого периода характеризуются эк-зогенно-психогеннои симптоматикой, которая формируется на фоне ожоговой энцефалопатии. У больных преобладают депрес­сивные и астенические расстройства, наряду с этим отмечаются характерологические нарушения по возбудимому, тормозному и апатическому типу. У части больных возникают сверхценные идеи отношения, которые склонны к генерализации, но отлича­ются нестойкостью и могут переходить в подозрительность и не­доверчивость (субпсихотический уровень расстройств).

18.1.2. Психические нарушения в отдаленном периоде (ожоговая энцефалопатия)

В отдаленном периоде наблюдаются характерные для других экзогенно-органических психических заболеваний состояния: астенические с неврозоподобными и невротическими симптома­ми, энцефалопатические психопатоподобными расстройствами и более или менее выраженными признаками психоорганического синдрома, эпилептиформные припадки и другие пароксизмаль-ные расстройства, органическое слабоумие. В этом периоде обыч­но сохраняется очаговая неврологическая симптоматика.

Отмечают, что у лиц, перенесших ожоги, появляется навязчи­вый страх перед огнем (Николаев Г.В., Гельфанд В.Б.). Больные критически относятся к ним. Страхи сопровождаются выражен­ными вегетативными реакциями при необходимости выполнения действий, связанных с огнем. Навязчивые переживания имеют некоторые особенности: отсутствует переживание чуждости, нет ритуальной защиты и генерализации, характерно регредиентное течение. Считают, что указанное своеобразие страхов обусловле­но астенической симптоматикой и энцефалопатией, которые препятствуют формированию более сложных расстройств. Вы­нужденное подавление страхов в повседневной жизни, как прави­ло, приводит к постепенному их исчезновению.

Астенические (цереброастенические) расстройства редуцируют­ся в течение нескольких лет после относительно нетяжелых ожогов, когда площадь поражения не превышала 12—15% поверхности тела.

В клинической картине обычно преобладают истощаемость, быстрая утомляемость, головные боли, головокружения, вегета­тивная лабильность, иногда вегетативные пароксизмальные со­стояния, чувствительность к метеофакторам, плохая переноси­мость как холодной, так и жаркой погоды. Компенсация состоя­ния наступает медленно и в течение нескольких лет остается неус-

248 Часть III. Частная психиатрия

тойчивой. При обезображивающих рубцах легко возникают сверх­ценные идеи отношения с субдепрессивнои симптоматикой.

В отдаленном периоде происходит дальнейшее формирование клинических вариантов ожоговой энцефалопатии. Это связано с тем, что при ожоговой болезни органический процесс не завер­шается с исчезновением раневой поверхности, а продолжает раз­виваться и усложняться, о чем свидетельствуют показатели элек­троэнцефалографических исследовании и компьютерной томо­графии мозга. С их помощью обнаруживаются очаги пароксиз-мальнои активности, участки запустения, главным образом в пе­редних отделах мозга, расширение желудочков, борозд и т.д.

По клинической картине энцефалопатии выделяют апатичес­кий: эксплозивный, тормозимый и смешанный варианты ожоговой энцефалопатии.

В некоторых случаях ведущими в клинической картине быва­ют пароксизмальные расстройства — от развернутых генерализо­ванных припадков до вегетативных пароксизмов и абсансов, из­менения личности приобретают эпилептоидные черты. У других больных появляется паранойяльная симптоматика, подозритель­ность и настороженность.

18.1.3. Рубрификация состояний в МКБ-10

В МКБ-10 нет специального раздела, посвященного ожоговой болезни, наблюдающиеся психические расстройства должны ко­дироваться в разделе «Органические, включая симптоматичес­кие, психические расстройства» с учетом ведущего синдрома.

18.2. Патогенез

Ожоговая болезнь нарушает все системы (нервную, эндокрин­ную, кровообращение и др.) и функции организма, не только не­посредственно связанные с ожоговой раной, но и в интактных ор­ганах. Для одних систем нарушения преходящи, для других дли­тельны и необратимы (кожные покровы, нервная система).

Нарушения регуляторных механизмов и функций жизнеобеспече­ния, наиболее отчетливо проявляющиеся при ожоговом шоке, свиде­тельствуют, что ведущими являются нарушения нервных механизмов.

Нейрогенные механизмы при ожоге являются пусковыми, к ним присоединяются крово- и плазмопотери, экзогенные и эн­догенные токсические влияния (инфекции, гетеро- и аутоантиге-ны), расстройства деятельности регуляторных органов и систем.

Воздействия ожога на центральную нервную систему массив­ны и полиморфны. Кроме перевозбуждения (афферентная им-пульсация) ЦНС, важным патогенетическим звеном является ги­поксия мозга, которая начинается раньше всего и связана с нару­шениями кровообращения и водно-солевого обмена, к которым

Глава 18. Психические нарушения при ожоговой болезни 249

впоследствии присоединяется вторичная гипоксия (из-за нару­шений внешнего дыхания).

Нарушения кровообращения вначале характеризуются спаз­мом сосудов, что приводит к первичной ишемии мозга, а гемо-концентрация и нарушения водного обмена — к отеку мозга, т.е. вторичной ишемии мозга.

Ожоговая рана приводит вначале к аутоинтоксикации (про­дукты распада белков), к которой присоединяется вторичная ин­токсикация — инфекционная.

Эти нарушения приводят не только к преходящим нервно-пси­хическим расстройствам, так как гипоксия, ишемия мозга, сосуди­стые нарушения на начальных этапах вызывают астению, делири-озные и другие психические нарушения, но и к необратимым рас­стройствам психической деятельности в виде ожоговой энцефало­патии (гибель нервных клеток, приводящая к расширению борозд головного мозга, системы желудочков, появлению очагов пони­женной плотности (поданным компьютерной юмографии, ЭЭГ).

18.3. Распространенность и прогноз

По данным ВОЗ, ожоги занимают третье, а в некоторых стра­нах — второе место по частоте среди прочих травм. Около 60 тыс человек ежегодно в мире погибают от ожогов.

Выраженность и частота психических нарушений зависят от глубины и обширности поражения. При глубоких ожогах, зани­мающих свыше 15% поверхности кожи, психические нарушения встречаются у 85—90% больных.

С увеличением тяжести ожоговой болезни возрастает число больных с психическими нарушениями. В 56% случаев обычно наблюдается психотическая симптоматика и в 44% — расстройст­ва на невротическом уровне (Кряжев СВ.).

В отдаленном периоде психические нарушения наблюдаются у каждою шестого пострадавшего.

Расстройства психической деятельности в отдаленном перио­де ожоговой болезни оцениваются как ожоговая энцефалопатия (Николаев Г.В., Гельфанд В.Б.).

Прогноз при ожоговой болезни зависит от площади и глубины поражения кожи. При ожогах, превышающих 15% поверхности те­ла, степени IIIA и более глубоких, в отдаленном периоде формиру­ется ожоговая энцефалопатия. При ожогах площадью более 50% по­верхности тела часто можно наблюдать апатический вариант ожого­вой энцефалопатии, по выраженности интеллектуально-мнестиче-ских расстройств приближающейся к органическому слабоумию.

При менее обширных и глубоких поражениях прогноз обус­ловлен ущербом, который нанесен личности ожогом. При обезо­браживающих рубцах на лице снижение трудоспособности быва­ет обусловлено психическими расстройствами.

250 Часть III. Частная психиатрия

18.4. Лечение

Лечение психических нарушений при ожоговой болезни прово­дится с учетом этапа ее развития и клинических проявлений на каждом этапе. При делириозных расстройствах необходимо назна­чать большие дозы транквилизаторов — до 30—40 мг/сут седуксена внутримышечно. При психотической и субпсихотической бредо­вой симптоматике назначаются нейролептики (галоперидол в до­зах 5,0—6,0 мг/сут, этаперазин — 20,0—30,0 мг/сут и др.), при де­прессиях — антидепрессанты в сравнительно небольших дозах, на­пример амитриптилин до 100 мг/сут, пиразидол — 100-150 мг/сут.

Для профилактики тяжелых вариантов ожоговой энцефалопа­тии на ранних этапах болезни назначаются ноотропы до 3,4—4,0 гр/сут последовательными курсами и препараты, улучшающие ми­кроциркуляцию крови в головном мозге (трентал, кавентон и др.).

18.5. Экспертиза

Трудоспособность больных определяется не только физичес­кими нарушениями (рубцы, деформации, ампутации), но и выра­женностью психических расстройств. При ожоговой энцефалопа­тии больные, как правило, ограничено трудоспособны, при апа­тическом варианте чаще признаются инвалидами II группы.

Судебно-психиатрическое экспертное решение зависит от тя­жести психических нарушений. При психотических и субпсихоти­ческих расстройствах больные обычно признаются невменяемыми.

Глава 19. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ ПРИ ОБЩИХ И МОЗГОВЫХ ИНФЕКЦИЯХ И СПИДЕ

19.1. Психические нарушения при инфекциях

Инфекционные психозы — ipynria психических заболеваний, причиной которых являются инфекции.

Психические нарушения при инфекциях зависят от природы инфекционного заболевания, особенностей реагирования на бо­лезнь центральной нервной системы, а также от локализации бо­лезненного процесса. Важное значение в понимании сущности и происхождения инфекционных психозов сыграла концепция Бонгёффера об экзогенном типе реакции.

Психические расстройства возникают как при многих общих инфекциях, так и при инфекциях центральной нервной системы. Разделение психических расстройств при инфекционных заболе­ваниях на так называемые симптоматические — при общих ин­фекциях, и органические — при интракраниальных, непосредст­венно поражающих головной мозг инфекциях, весьма относи­тельно. Это обусловлено тем, что общие инфекции при неблаго­приятном течении на определенном этапе могут поражать головной мозг, приобретая практически клиническую картину интракрани­альных инфекций.

19.1.1. Клинические проявления 19.1.1.1. Психические нарушения при общих инфекциях

В основе инфекционных психозов лежат прежде всего психо­патологические расстройства, относящиеся к так называемым эк­зогенным типам реакции (Бонгеффер К.): делирий, аменция, су­меречное состояние сознания, эпилептиформное возбуждение, галлюциноз. Они протекают в следующих формах:

1) транзиторных психозов, исчерпывающихся синдромами по­мрачения сознания: делирии, аменция, оглушение, сумеречное по­мрачение сознания (эпилептиформное возбуждение), онейроид;

2) затяжных (програгированных, пролонгированных) психо­зов, протекающих без нарушения сознания (переходные, промежу­точные синдромы), к которым относятся галлюциноз, галлюцина-торно-параноидное состояние, апатический ступор, конфабулез;

3) необратимых психических расстройств с признаками орга­нического поражения центральной нервной системы — корсаков-скии и психоорганический синдромы.

Транзиторные психозы. Эти психозы скоропроходящи и не ос­тавляют никаких последствий.

Делирии — один из синдромов нарушения сознания, самый распространенный тип реагирования центральной нервной систе-

252 Часть III. Частная психиатрия

мы на инфекцию, особенно в детском и молодом возрасте. Дели­рии может иметь особенности, зависящие от характера инфекции, возраста больного, состояния его центральной нервной системы.

При инфекционном делирии сознание больного нарушено, он не ориентируется в окружающем, однако иногда на короткое время удается привлечь внимание больного. На этом фоне возни­кают обильные зрительные иллюзорные и галлюцинаторные пе­реживания, страхи, идеи преследования. Делирий усиливается к вечеру. Больные видят сцены пожара, гибели людей, разрушения. Им кажется, что они совершают путешествия, попадают в страш­ные катастрофы. Поведение и речь обусловлены галлюцинатор-но-бредовыми переживаниями. В формировании галлюцинатор-но-бредовых переживаний при инфекционном делирии большую роль играют болезненные ощущения в различных органах (боль­ному кажется, что его четвертуют, ампутируют ногу, прострелива­ют бок и т.д.). В ходе психоза может возникнуть симптом двойни­ка. Больному кажется, что рядом с ним находится его двойник. Довольно часто развивается профессиональный делирий — боль­ной выполняет действия, привычные для его работы.

Инфекционный делирий при различных инфекциях имеет свои особенности.

Аменция — другой довольно часто встречающийся вид реаги­рования на инфекцию, при котором имеет место глубокое помра­чение сознания с нарушением ориентировки в окружающем и собственной личности. Обычно развивается в связи с тяжелым соматическим состоянием. В картину аменции входят нарушение сознания, резкое психомоторное возбуждение, галлюцинаторные переживания. Аменции свойственна бессвязность мышления (инкогеренция), речи и растерянность. Возбуждение довольно однообразное, ограниченное пределами постели. Больной беспо­рядочно мечется из стороны в сторону (актация), вздрагивает, вы­тягивается, но иногда стремится куда-то бежать, испытывает страх. Такие больные нуждаются в строгом надзоре и уходе.

Онейроидные состояния характеризуются отрешенностью боль­ных от окружающего, драматичностью возникающих в воображе­нии фантастических событий. Больные находятся либо в ступоре, либо двигательно беспокойны, возбуждены, суетливы, тревожны, испытывают страх. Аффективное состояние крайне неустойчиво. Иногда при сохранении правильной ориентировки у больных воз­никает непроизвольное фантазирование. Подобное состояние с отрешенностью, заторможенностью, аспонтанностью определяет­ся как онейроидноподобное. Делириозно-онирические (сновидные) со­стояния содержат сновидные расстройства, нередко со сказочно-фантастической тематикой. Больные при этом являются активны­ми участниками событий, испытывают тревогу, страх, ужас.

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 253

Значительно реже к транзиторным психозам относятся амне-стические расстройства в виде кратковременной ретроградной или антероградной амнезии: на какое-то время из памяти исчеза­ют события, которые предшествовали заболеванию или имели место после острого периода болезни. Инфекционный психоз сменяется астенией, которая определяется как эмоционально-ги-перестетическая слабость. Этот вариант астении характеризуется раздражительностью, плаксивостью, резкой слабостью, непере­носимостью звуков, света и т.д.

Затяжные (протрагированные, пролонгированные) психозы. Ряд общих инфекционных заболевании при неблагоприяжых обсто­ятельствах может приобретать затяжное и даже хроническое тече­ние. Психические расстройства нередко с самого начала протека­ют без помрачения сознания в виде так называемых переходных симптомов. Заканчиваются протрагированные психозы обычно длительной астенией, а в ряде случаев - корсаковским или психо­органическим синдромом.

Клиническая картина протрагированных инфекционных пси­хозов довольно изменчива. Депрессивно-бредовое состояние мо­жет смениться маниакально-эйфорическим с повышенным наст­роением, говорливостью. В дальнейшем могут появиться идеи преследования, ипохондрический бред, галлюцинаторные пере­живания. Конфабуляции при переходных психозах встречаются реже. Психопатологические расстройства сопровождаю 1ся выра­женным астеническим синдромом с явлениями раздражительной слабости, а также нередко депрессивно-ипохондрическими рас­стройствами.

Необратимые психические расстройства. В основе этой патоло­гии лежит органическое поражение головного мозга, клинически­ми проявлениями которого могут быть психоорганическии и кор-саковскии синдромы. Они носят необратимый характер, наиболее часто возникают при интракраниальных инфекциях или при об­щих инфекциях, сопровождающихся церебральным поражением.

В последние десятилетия наряду с инфекционными заболева­ниями существенный патоморфоз претерпели и психические на­рушения. Психотические формы уступили место симптоматике пограничного круга нарушений психики. Являясь стержневым, астенический синдром сопровождается выраженными вегетатив­ными расстройствами, сенестопатически-ипохондрическими, навязчивыми явлениями, нарушениями сенсорного синтеза. Аф­фективная патология проявляется в виде преобладания депрес­сивных расстройств, нередко с дисфорическим оттенком — с тос­кливостью, злобностью, раздражительностью. При затяжном те­чении болезни формируются личностные сдвиги, меняется ха-

254 Часть III. Частная психиатрия

рактер, появляются возбудимость либо черты неуверенности в се­бе, тревожности, мнительности. Эта симптоматика может быть достаточно стойкой.

При ряде инфекций психические нарушения имеют некото­рые особенности, которые в свою очередь могут являться диагно­стическими.

Характер психических расстройств при скарлатине зависит от формы болезни и ее течения. При легкой форме болезни уже на второй день вслед за кратковременным возбуждением развивает­ся астеническая симптоматика. При среднетяжелой и тяжелой формах скарлатины астения у детей первые 3—4 дня сочетается с легкой оглушенностью. При тяжелых формах скарлатины воз­можно развитие психозов преимущественно в виде делирия и онейроида с периодически усиливающимися галлюцинациями с фантастическим содержанием. При этом психоз имеет волнооб­разное течение, с быстрой сменой настроения. У ослабленных, часто болеющих детей при стертых атипичных формах скарлати­ны психоз может развиться на 4—5-й неделе.

Астенические расстройства после скарлатины являются почвой для формирования у детей невротических реакций. Токсическая и септическая формы скарлатины могут осложняться органическим поражением головного мозга в виде энцефалитов, менингитов. В этих случаях в отдаленном периоде возможно развитие эпилепти-формного синдрома, снижение памяти, интеллекта, изменений личности с нарастанием эксплозивности. При токсической форме скарлатины, сопровождающейся отеком мозга, возможна кома. Септическая форма скарлатины на 3—5-й неделе болезни может ос­ложниться эмболией мозговых сосудов с явлениями гемиплегии.

Рожистое воспаление сравнительно редко сопровождается развитием психических расстройств. При остром течении болез­ни на высоте лихорадки на фоне астенической симптоматики мо­жет развиваться транзиторный психоз в виде абортивного, обыч­но гипнагогического, делирия. При вялом или затяжном течении рожистого воспаления может развиваться аментивное состояние. Этот синдром возникает, как правило, вслед за кратковременным гипоманиакальным состоянием с эйфорией. При затяжном тече­нии болезни могут возникать психозы без нарушения сознания.

Среди промежуточных или переходных синдромов при роже чаще встречаются астенодепрессивный, астеноипохондрический, гипоманиакальный.

При тяжелом течении инфекции, развитии флегмоны воз­можно кататоноформное состояние.

Прогноз транзиторных и пролонгированных психозов при ро­же благоприятный.

При кишечных инфекциях психические нарушения включают в

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 255

себя астенические расстройства с плаксивостью, тоской, тревогой.

Брюшной тиф сопровождается астенией, адинамией, бессон­ницей, устрашающими гипнагогическими галлюцинациями, не­редко тревогой,страхом.

Наиболее тяжелой формой малярии является тропическая ма­лярия. Инфекция, вызываемая Plasmodium falcipanim, сопровож­дается симптомами, указывающими на поражение мозга. Такие случаи заболевания относятся к церебральной форме малярии. При появлении даже слабовыраженных психических расстройств без каких-либо неврологических симптомов принято говорить о церебральной форме. Опасны злокачественные коматозная и апоплексическая разновидности церебральной малярии.

Расстройство сознания развивается постепенно или очень бы­стро: внешне совершенно здоровый человек внезапно теряет со­знание, иногда при нормальной температуре. Смерть может на­ступить через несколько часов. Нередко коматозному состоянию предшествуют различные симптомы инфекционного заболевания или же только усиление головной боли. Кома может возникнуть после делирия или сумеречного помрачения сознания, реже — по­сле эпилептиформных припадков.

Судорожный синдром представляет собой существенное проявле­ние церебральной малярии. Важным для диагностики этой формы бо­лезни признаком является ригидность мышц затылка, иногда паралич глазных мышц, другие формы поражения черепных нервов, монопле-гия, гемиплегия, нарушения координации движений и гиперкинезы.

Прогноз при коматозной форме очень серьезный. Кроме ог­лушения и делирия, при церебральной форме малярии могут воз­никать сумеречное помрачение сознания и аменция. Малярий­ные психозы продолжаются несколько дней и даже недель.

При гриппе психические расстройства наблюдаются во время эпидемий.

Психозы развиваются на высоте инфекции через 2—7 дней, реже — 2 нед. после падения температуры тела. При развитии пси­хоза в остром периоде отмечается нарушение сознания со зри­тельными галлюцинациями. При постгриппозном психозе разви­ваются аффективные расстройства, страхи. У детей появляются головные боли, анорексия, брадикардия, глубокая астения с рас­стройствами сна, психосенсорными нарушениями, страхами, бо­лью в сердце, угнетенностью. Иногда имеют место тоскливое воз­буждение, бред самообвинения. Астения может сопровождаться выраженными вегетативными расстройствами.

При кори нередко развивается ночное делириозное возбужде­ние (лихорадочный бред). Иногда делирий развивается и днем, появляется двигательное беспокойство с внезапным плачем, кри­ком. При кори, так же, как и при скарлатине, делирий часто раз-

256 Часть III. Частная психиатрия

вивается у взрослых При осложнении кори энцефалитом появля­ются судороги, параличи, нередко развиваются оглушение, спяч­ка Формирующийся психоорганический синдром сопровождает­ся развитием психопатоподобных изменений.

Клиника психических нарушений при свинке мало отличается от психической патологии при скарлатине и кори. Осложнением свинки может быть менингоэнцефалит, сопровождающийся тя­желым оглушением, сопором и даже комой. При этом возможны также припадки, гиперкинезы, параличи

При пневмонии возможны делириозные эпизоды в вечернее и ночное время, сонливость днем может сопровождаться парэйдо-лическими иллюзиями

У больных хроническим алкоголизмом пневмония может спо­собствовать развитию белой горячки.

Психические нарушения при ревматизме более 100 лет при­влекают к себе внимание В Гризингер описал меланхолию и сту­пор при этом заболевании

Ведущим в клинической картине психических нарушений при ревматизме является астенический синдром, который правильнее называть церебрастенией (Сухарева Г.А.). К особенностям ревма­тической церебрастении относится триада двигательных, сенсор­ных и эмоциональных расстройств.

Наряду с замедленностью движений появляется наклонность к гиперкинезам — насильственным движениям.

Среди сенсорных расстройств чаще наблюдаются нарушения оптических восприятий' раздвоение предметов, изменение их раз­меров и формы, появление тумана, разноцветных шариков и по­лос. Предметы кажутся очень далекими или, наоборот, очень близ­кими, большими или маленькими Имеют место вестибулярные расстройства. Иногда нарушается восприятие собственного тела.

К эмоциональным расстройствам относятся подавленность, колебания настроения, тревога, страхи. Часто возникают расстрой­ства сна. У ряда больных появляются нарушения поведения в виде расторможенности, двигательного беспокойства. Нередко при рев­матизме развиваются стойкие фобии, истерические реакции.

При затяжном течении болезни возникают сумеречные расстрой­ства сознания, эпилептиформные синдромы К тяжелым нервно-пси­хическим расстройствам при ревматизме относится ревматическая церебропатия с более грубым нарушением интеллектуальной работо­способности. Ревматические психозы характеризуются онейроидны-ми расстройствами, депрессией с приступами тоски, тревоги, страха.

Хронические психозы характеризуются дел ириозными состояния­ми. На более ранних этапах болезни отмечаются аффективная неус­тойчивость, повышенная истощаемость, вялость, адинамия Реже развиваются тревожно-депрессивное и маниакальное состояния.

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 257

19.1.1.2. Психические нарушения при мозговых инфекциях

Психические расстройства при острых инфекциях центральной нервной системы наблюдаются как в острой стадии заболевания, так и в отдаленном периоде в виде более или менее стойких последствии

Клинические варианты нейроинфекции разнообразны. Это разнообразие зависит не только от особенностей нозологической природы инфекции, но и от места действия патологических фак­торов — в мозговых оболочках либо в веществе мозга (менингиты, энцефалиты, менингоэнцефалиты), способа проникновения в мозг (первичные и вторичные формы), характера патологическо­го процесса (менингиты — гнойные и серозные, энцефалиты — альтернативные и пролиферативные)

Энцефалиты. К энцефалитам относятся воспалительные забо­левания головного мозга различной этиологии

Различают первичные энцефалиты, являющиеся самостоя­тельными заболеваниями (клещевой, комариный, лошадиный эн­цефалиты, летаргический энцефалит Экономо), и вторичные, раз­вивающиеся на фоне какой-либо общей инфекции энцефалиты.

Энцефалиты подразделяют на энцефалиты с преимуществен­ным поражением белого вещества головного мозга — лейкоэнце-фалиты, с преимущественным поражением серого вещества — по­лиэнцефалиты, энцефалиты, при которых поражается как белое, так и серое вещество головного мозга, — панэнцефалиты

Картина психических расстройств при энцефалитах склады­вается из острых психозов с помрачением сознания, протекаю­щих по типу «экзогенного типа реакций», так называемых пере­ходных синдромов с аффективными, галлюцинаторными, бредо­выми и кататоноподобными проявлениями, а также психоорга­нического и корсаковского синдромов.

Эпидемический энцефалит Эпидемический энцефалит (летар­гический энцефалит, энцефалит Экономо) относится к вирусным инфекциям.

Различают острую и хроническую стадии эпидемического эн­цефалита Встречаются случаи, при которых острая стадия проте­кает бессимптомно, а заболевание проявляется только симптома­ми хронической стадии

Острая стадия заболевания характеризуется внезапным появ­лением или развивается после непродолжительных продромаль­ных явлений с нерегулярной лихорадкой Для этого периода ха­рактерным является нарушение сна, причем чаще наблюдается сонливость, поэтому эпидемический энцефалит называется ино­гда иначе — сонным, или летаргическим. В значительной части случаев сонливость преобладает с самого начала, но чаще следует заделириозными или гиперкинетическими расстройствами. Сон-

258 Часть III. Частная психиатрия

ливость следует отличать от оглушения в результате повышения внутричерепного давления

В некоторых случаях, наоборот, имеет место стойкая бессон­ница. Острая стадия болезни продолжается от 3—5 нед до не­скольких месяцев и может сопровождаться психотическими рас­стройствами, выраженными в делириознои, аментивно-делири-ознои и маниакальной формах

При делириознои форме нарушение сознания может предшест­вовать неврологическим нарушениям К неврологическим расст­ройствам на этой стадии болезни относятся парезы глазодвига­тельного и особенно отводящего нервов, диплопия, птоз. К осо­бенностям делирия относятся галлюцинации то грезо подобно го или устрашающего характера, то элементарные (молния, свет); развиваются также элементарные слуховые галлюцинации (музы­ка, звон), реже — вербальные и тактильные обманы (жжение).

Галлюцинации отражают события прошлого. Нередко разви­вается профессиональный делирий Возможно развитие бредовых идеи. Характерно, что делириозная форма часто наблюдается на фоне выраженных других токсических проявлений (повышенная температура тела, резкие гиперкинезы, вегетативные симптомы), а при тяжелом течении заболевания возможен мусситирующии делирии. В некоторых случаях делириозная форма принимает злокачественный характер с проявлением синдрома «острого бре­да». Возбуждение при этом достигает максимальной выраженно­сти, речь становится совершенно спутанной, и больные погибают в состоянии наступающей комы.

Аментивно-делириозная форма вначале характеризуется появле­нием картины делирия, которая через несколько дней сменяется аментивным синдромом Эта форма длится до 3—4 нед. и так же, как и делириозная форма, кончается исчезновением психопатоло­гических симптомов с последующей более или менее продолжи­тельной астенией Реже у больных развивается онеироидное состо­яние.

Маниакальная форма характеризуется проявлением признаков маниакального синдрома.

Исход острой стадии бывает различным. В периоды эпиде­мий около трети больных умирают на этом этапе болезни. Воз­можно и полное выздоровление, но чаще оно бывает кажущим­ся, так как через несколько месяцев или лет выявляются симпто­мы хронической стадии.

Между острой и хронической стадиями чаще всего наблюда­ются резидуальные расстройства.

Наиболее характерными для хронической стадии являются раз­личные проявления паркинсонизма. Появляется ригидность

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 259

мышц, которая выражается в своеобразной позе больного с приве­денными к туловищу руками и несколько подогнутыми коленями. Очень характерно также появление постоянного дрожания, осо­бенно рук. Все движения замедленны, что особенно проявляется при выполнении произвольных актов. При попытке двигаться больной падает назад или вперед и в стороны — ретропульсия, ан-теропульсия и латеропульсия. В этой стадии все более выраженны­ми становятся и изменения личности, проявления которых описа­ны в литературе под названием «брадифрения» Этим термином обозначают синдром, включающий в разных сочетаниях значи­тельную слабость побуждении, снижение инициативы и спонтан­ности, безразличие и безучастность. Парки неон ическая акинезия может внезапно прерываться кратковременными очень быстрыми движениями Наблюдаются и пароксизмальные расстройства (су­дороги взора, насильственные приступы крика — клазомания, эпи­зоды сновидного помрачения сознания с онеироидными пережи­ваниями). Описаны и относительно редкие случаи галлюцинатор-но-параноидных психозов, изредка даже с синдромом Кандинско­го—Клерамбо, а также затяжные кататонические формы.

В основе острой стадии лежат сосудисто-воспалительный и инфильтративный процессы в сером веществе головного мозга. Хроническая стадия сопровождается дегенеративными измене­ниями в нервных клетках и вторичным разрастанием глии.

Клещевой (весенне-летний) энцефалит, вызывающийся ней-ротропным фильтрующимся вирусом и переносящийся иксодо-выми клещами, и комариный (летне-осенний) энцефалит, вызы­вающийся также неиротропным фильтрующимся вирусом, но пе­реносящийся комарами, как и эпидемический энцефалит, проте­кают с острой и хронической стадиями. Клинические проявления немногим отличаются от таковых при эпидемическом энцефали­те. Так, в острой стадии наблюдаются проявления синдромов по­мраченного сознания

В хронической стадии для клещевого энцефалита наиболее характерным является синдром кожевниковской эпилепсии, а также другие пароксизмальные расстройства (психосенсорные нарушения, сумеречные расстройства сознания, случаи, напоми­нающие «хореическую падучую» В.М.Бехтерева).

Бешенство — наиболее тяжелый энцефалит, относящийся так­же к первичным, всегда протекающий с психическими расстрой­ствами Клиническая картина бешенства типична. Различают три стадии. Первая (продромальная) стадия выражается в чувстве об­щего недомогания, подавленности. Нередко уже в этой стадии повышена чувствительность к разным раздражениям, главным образом к малейшему дуновению воздуха (аэрофобия).

260 Часть III. Частная психиатрия

Вторая стадия начинается с повышения температуры тела и головных болей. Нарастают двигательное беспокойство и ажита­ция. Больные становятся депрессивными, испытывают страх смерти, уверены в неминуемой кончине. Характерна водобоязнь (гидрофобия) Даже представление о воде вызывает у больного судорожные спазмы в гортани, развивается состояние удушья, со­провождающееся иногда двигательным возбуждением. В этой стадии у больных часто наблюдают делириозные и аментивные состояния. У них нередко встречаются судороги, расстройства ре­чи, повышенная саливация, тремор.

В третьей стадии (паралитической) наступают парезы и пара­личи конечностей. Усиливаются нарушения речи Нарастает со­стояние оглушенности, переходящее в сопор. Смерть наступает при явлениях паралича сердца и дыхания. Течение болезни у де­тей более быстрое и катастрофическое, продромальная стадия бо­лее короткая.

Лейкоэнцефалит (описанный Шильдером в 1912 г.) — «диф­фузный периаксиальный склероз» Болезнь начинается постепен­но с астенической симптоматики, ухудшения памяти, нарушения речи (афазия, дизартрия), моторной неловкости.

В дальнейшем пропадают навыки самообслуживания, опрят­ности, нарастает деменция. В отдаленном этапе появляются ги-перкинезы, децеребрационная ригидность, развивается кахексия.

Вторичные энцефалиты, развивающиеся на почве общих ин­фекций, протекают примерно по тем же законам, что и первич­ные, но каждая из инфекций имеет свою характерную клинику доэнцефалитического периода.

Что касается психических расстройств при вторичных энце­фалитах, то они мало чем отличаются от таковых при первичных энцефалитах

Менингит — это воспаление оболочек головного и спинного мозга. Чаще встречается лептоменингит — воспаление мягкой и паутинной мозговых оболочек. Менингит наиболее часто отмеча­ется у детей раннего возраста.

Возбудителями менингита могут быть разнообразные пато­генные микроорганизмы, различные вирусы, бактерии и про­стейшие.

В продромальном периоде менингита отмечается астеничес­кая симптоматика На высоте болезни в основном наблюдаются состояния помрачения сознания.

Психические нарушения при менингитах могут быть неоди­наковыми в зависимости от того, о каком менингите идет речь — о гнойном или серозном. Так, при эпидемическом цереброспи­нальном менингококковом гнойном менингите в остром периоде

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 261

преобладает оглушение с эпизодами делириозного и аментивного помрачения сознания, в наиболее тяжелых случаях возможно раз­витие сопорозного и коматозного состоянии.

В группе серозных менингитов (менингоэнцефалитов) наибо­лее четко выраженные психические расстройства могут наблю­даться при туберкулезном менингите. В остром периоде оглуше­ние может чередоваться с кратковременными делириозно-оней-роидными эпизодами, образными фантастическими пережива­ниями, зрительными и слуховыми галлюцинациями, депсрсона-лизационно-дереализационными расстройствами, ложным узна­ванием близких.

В катамнезе (после комплексного лечения) сохраняются асте­ния, эмоциональная возбудимость, лабильность, обидчивость, ко­лебания настроения, реже имеют место психомоторная растормо-женность, бестактность, грубость, патология влечении, снижение критики при формальной сохранности интеллекта, реже интеллек­туальный дефект, грубые нарушения эмоционально-волевой сфе­ры (утрата привязанности к близким, отсутствие чувства стыда).

У некоторых больных через несколько лет в пубертатном воз­расте появляются депрессивно-дистимические и маниакальные эпизоды. Обращает на себя внимание приступообразное течение психозов.

Серозный менингит при эпидемическом паротите нередко сопро­вождается выраженной сонливостью, вялостью, психосенсорными расстройствами без выраженных явлений помрачения сознания.

При стихании острого периода менингита могут развиваться переходные синдромы, длящиеся от 1 нед до 3 мес

19.1.1.3. Особенности течения общих и мозговых инфекционных психозов у детей

У детей при грубых воздействиях инфекционной патологии нередко развивается состояние оглушения, затем сопор и кома. К особенностям детского возраста относится также частота предде-лириозных состояний: раздражительность, капризность, тревога, беспокойство, повышенная чувствительность, слабость, поверх­ностность восприятия, внимания, запоминания, нередко возни­кают гипнагогические иллюзии и галлюцинации.

Важнейшая роль принадлежит возрастной реактивности. Дети до 5 лет более чувствительны к токсическим воздействиям. У них чаше развиваются судорожные состояния, гиперкинезы. Продук­тивная симптоматика в этой возрастной группе очень редка и проявляется в двигательном возбуждении, заторможенности, ру-диментальных делириозных состояниях, иллюзиях.

У детей в постинфекционном состоянии наряду с астенией могут возникать страхи, психопатоподобные расстройства, пуэ-

262 Часть III. Частная психиатрия

рильные формы поведения, снижение памяти на текущие собы­тия У детей преддошкольного возраста под влиянием тяжелой интоксикации может произойти задержка физического и психи­ческого развития Астенические расстройства являются почвой для формирования невротических реакции

При эпидемическом энцефалите у детей и подростков форми­руются психопатоподобные расстройства, импульсивное двига­тельное беспокойство, расстройства влечении, дурашливость, асо­циальное поведение, неспособность к систематической умствен­ной деятельности при отсутствии деменции Перенесенный в дет­стве энцефалит влечет за собой развитие психопатоподобной симптоматики с назойливостью, адинамическими расстройства­ми, иногда повышение влечении к пище, гиперсексуальность На­ступает задержка умственного развития, хотя выраженной демен­ции не бывает Подобные расстройства имеются при других энце­фалитах При менингитах у детей младшего возраста преобладают вялость, адинамия, сонливость, оглушение с периодами двига­тельного беспокойства Возможны судорожные пароксизмы

19.1.1.4. Рубрификация психичсеких расстройств в МКБ-10

В МКБ-10 психические расстройства при общих и мозговых инфекциях отнесены в раздел «Органические, включая симпто­матические, психические расстройства» F 00 — F 09 и кодируются в зависимости от ведущего синдрома (делирий, амнестическии синдром, галлюциноз, бредовое, аффективное, тревожное рас­стройство и нарушения поведения)

19.1.2. Этиология и патогенез

Психозы в течении общих инфекционных заболеваний и внут-римозговых инфекций возникают не всегда В развитии психозов принимает участие большое количество факторов, удельный вес ко­торых не всегда ясен Развитие психоза в значительной степени за­висит от особенностей инфекции При таких заболеваниях, как сыпной тиф, бешенство, психозы развиваются всегда Другие ин­фекционные заболевания (дифтерия, столбняк) значительно реже сопровождаются психическими расстройствами Существует точка зрения, что острые психозы с помрачением сознания развиваются при воздействии интенсивных и непродолжительных вредных фак­торов, протрагированные же психозы, близкие по клинической картине к эндоформным, возникают при длительном воздействии этих факторов (Крепелин Э ) Важную роль в развитии психоза иг­рает возраст больного У пожилых людей инфекционные психозы протекают абортивно, в то время как у детей они отличаются боль­шой остротой Женщины чаще подвержены инфекционным психо­зам Стойкие необратимые психические нарушения при инфекци-

Глава 19 Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 263

онных заболеваниях определяются морфологическими изменения­ми в головном мозге Клиническая картина психических расст­ройств отражает степень интенсивности и прогредиентности пора­жения головного мозга В основе эпидемического энцефалита ле­жат сосудисто-воспалительный и инфильгративныи процессы вее­ром веществе головного мозга Хроническая стадия сопровождает­ся дегенеративными изменениями в нервных клегках и вторичным разрастанием глии В основе леикоэнцефалита лежит атрофия бело­го вещества больших полушарии мозга

Возбудителями энцефалитов являются различные вирусы, бактерии, риккетсии, грибы, простейшие, гельминты

19.1.3. Диагностика

Диагноз инфекционного психоза может быть установлен лишь при наличии инфекционного заболевания, а клиническая картина психоза соответствует эндогенному типу реакции — ост­рых и пролонгированных

Острые психозы с синдромами нарушенного сознания разви­ваются на фоне острых инфекционных заболеваний Протрагиро-ванные психозы характерны для подострого течения

Дифференциальный диагноз Инфекционные психические на­рушения необходимо отличать от других психических заболева­нии Прежде всего инфекционные болезни могут стать условием развития или обострения эндогенных психозов (шизофрения, ма­ниакально-депрессивный психоз) Кроме того, ряд психопатоло­гических расстройств при инфекционных заболеваниях может вызвать большие диагностические трудности

Наибольшего внимания в этом отношении заслуживает амен-тивное состояние при тяжелом инфекционном заболевании, ко­торое необходимо дифференцировать с кататоническим синдро­мом при шизофрении Кататонию характеризуют подвижность, резкая импульсивность, негативистичность, высокопарность со­держания высказываний больных, причудливость речи, аллего­ричность При успокоении в случае кататонии появляются нега-тивистическая недоступность и усиление импульсивности при утяжелении болезненных проявлении

Возбуждение при аменции ограничивается пределами постели Облик и поведение больных свидетельствуют о беспомощности Речь при аменции бессвязная Больные говорят то оживленно, то тон их речи становится плачущим Временное успокоение аменции сменяется так называемой адинамической депрессией (Странскии).

Не меньшую сложность представляет дифференциация пере­ходных, промежуточных синдромов, весьма близких к эндоген­ным психозам

264 Часть III. Частная психиатрия

Сквозной астенический синдром, на фоне которого возника­ет психоз, развитие последнего после одного из синдромов нару­шенного сознания, а также смена психоза к вечеру делирием да­ют основание диагностировать переходный синдром инфекцион­ного происхождения. В пользу правильности диагноза говорит корреляция соматического и психического состояния.

Утяжеление психического расстройства при улучшении сома­тического состояния, а также развитие психической патологии после окончания соматического заболевания или сохранение психических нарушении на длительный период после окончания инфекционного заболевания дают основание усомниться в нали­чии инфекционного психоза.

Патоморфоз как самих инфекционных заболеваний, так и развивающихся при них психических нарушений требует диффе­ренциации неврозо- и психопатоподобных расстройств при ин­фекциях от психогений и психопатии. От неврозов пограничную психическую симптоматику при инфекциях можно дифференци­ровать на основании отсутствия непосредственной психической травмы и наличия клинических проявлении инфекционного за­болевания Для диагноза психопатии должны быть данные о на­личии психопатии до начала инфекционного заболевания.

19.1.4. Распространенность инфекционных психозов

Данные о частоте инфекционных психозов за последние 40—60 лет колеблются в зависимости от периодов, в которые про­водились статистические исследования, и от взглядов на диагно­стику этой патологии. В довоенный период больные инфекцион­ными психозами составляли в различных районах бывшего СССР 2—3% от числа всех поступавших в психиатрические больницы, хотя в некоторых больницах этот процент превышал 12. В годы Великой Отечественной войны процент инфекционных психозов увеличился до 5—6. Его снижение последовало в послевоенные годы — до 2,8%. В 60-х годах частота этой патологии снизилась до 1,2%. В последние десятилетия в результате значительного сни­жения частоты инфекционных заболеваний отмечается дальней­шее уменьшение в психиатрических больницах больных с инфек­ционными психозами.

19.1.5. Прогноз

Острые инфекционные психозы обычно проходят бесследно. Однако после инфекционных заболеваний, сопровождающихся ос­трыми симптоматическими психозами, наблюдается состояние эмо-ционально-гиперестетической слабости с выраженной астенией, ла­бильностью аффекта, непереносимостью громких звуков, яркого света. В неблагоприятных случаях инфекционный делирий протека­ет с глубоким помрачением сознания, резко выраженным возбужде-

Глава 19 Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 265

нием, принимающим характер беспорядочного метания (муссити-рующии делирии), и заканчивается летально Прогностически не­благоприятным является сохранение подобного состояния при па­дении температуры тела Протрагированные психозы могут приво­дить к изменениям личности по ор1аническому типу. Так, токсичес­кая и септическая формы скарлатины могут осложняться энцефали­том или менингитом Особенности течения психоза и его исход за­висят от возраста заболевшего и состояния реактивности организма.

Прогноз энцефалитов чаще неблагоприятный Снижается трудоспособность, появляется психопатизация с асоциальными формами поведения Иногда отмечается ши юфреноподобная симптоматика.

При менингитах нередко наряду с развитием психопатоподоб-ных расстройств с расторможенностью, патологией влечений имеют место интеллектуально-мнестические нарушения, судо­рожные пароксизмы

19.1.6. Лечение и реабилитация больных с инфекционными психозами

Реабилитация больных с инфекционными психическими на­рушениями включает в себя своевременную диагностику и адек­ватное лечение.

Лечение острых и протрагированных инфекционных психозов должно осуществляться в психиатрических больницах или ин­фекционных стационарах под постоянным наблюдением психиа­тра и надзором персонала Наряду с активным лечением основно­го заболевания больным должна назначаться массивная дезин-токсикационная терапия. Лечение психоза определяется психо­патологической картиной болезни.

Острые инфекционные психозы с помрачением сознания, ос­трым галлюцинозом лечат аминазином, возможно также приме­нение седуксена или реланиума внутримышечно.

Лечение протрагированных психозов осуществляется нейро­лептиками с учетом психопатологической симптоматики Наряду с аминазином применяются другие нейролептики с седативным действием, френолон, хлорпротиксен и др. При этом ряд авторов рекомендуют избегать использования таких препаратов, как гало-перидол, трифтазин (стелазин), мажептил, тизерцин (нозинам) в связи с их гипертермическим свойством

При депрессивных состояниях наиболее широко используют­ся триптизол (амитриптилин), азафен. При ажитации их следует сочетать с аминазином. При нарушении функции печени дозы френолона и седуксена значительно снижаются

При необратимых психических расстройствах в виде корса-ковского и психоорганического синдромов широко используются препараты ноотропного ряда.

266 Часть III. Частная психиатрия

В настоящее время для лечения продуктивной симптоматики могут использоваться атипичные нейролептики рисполепт, олан-зепин, сероквель (кветиапин)

При депрессивных расстройствах возможно использование коаксила, селективных ингибиторов обратного захвата серотони-на — леривона, золофта, ремерона и др.

К реабилитационным мероприятиям у больных с длительно те­кущими протрагированными психозами, а также необратимыми психическими расстройствами относится адекватное решение со­циально-трудовых вопросов

19.1.7. Экспертиза

Судебно-психиатрическая экспертиза. Больные острыми и протрагированными психозами признаются невменяемыми При наличии резидуальных расстройств экспертная оценка определя­ется тяжестью изменений психической деятельности

Трудовая экспертиза Больные с выраженными необратимыми психическими расстройствами признаются нетрудоспособными. Степень нетрудоспособности определяется тяжестью психичес­кого состояния. После заболевания энцефалитом и, нередко, ме­нингитом трудоспособность снижается

19.2. Психические нарушения при СПИДе

Психические нарушения при СПИДе настолько разнообраз­ны, что практически включают в себя все разновидности психо­патологии, начиная от невротических реакций и кончая тяжелы­ми органическими поражениями головного мозга Именно за это разнообразие психических расстройств СПИД иногда называют психиатрической энциклопедией или психиатрической одиссеей.

Психические расстройства возникают как у заболевших СПИдом, так и у серопозитивных носителей вируса, что являет­ся фактором риска, но не всегда свидетельствует о наличии у че­ловека этого заболевания

В эпидемиологических исследованиях СПИДа лица, имею­щие серопозитивную реакцию на СПИД, но без признаков этого заболевания, составляют так называемую серую зону, являющую­ся первой группой риска Лица без признаков заболевания и без наличия серопозитивнои реакции на СПИД, но с особым жиз­ненным стилем (гомосексуалисты, бисексуалисты, наркоманы, лица, занимающиеся проституцией) относятся к так называемой группе беспокойства (Морен и соавт). Это вторая группа риска.

Улиц этих двух групп риска также выявляется целый ряд пси­хических нарушений, требующих своевременной диагностики.

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 267

19.2.1. Клинические проявления 19.2.1.1. Психические нарушения у инфицированных СПИДом

Вирус СПИДа, обладающий нетольколимфотропным, но и ней-ротропным свойством, т.е. поражающий непосредственно клетки центральной нервной системы, может вызывать психические расст­ройства задолго до признаков снижения у больного иммунитета

У многих больных СПИДом м несколько месяцев, а иногда даже и лет до манифестации заболевания' отмечаются апатия, на­рушения сна, ухудшение работоспособности, снижение настрое­ния, уменьшение круга общения. Однако на этом этапе психиче­ские нарушения чаще всего выявляются на так называемом суб­клиническом (инфраклиническом) уровне

С возникновением выраженных клинических проявлении бо­лезни в виде лихорадки, обильного ночного пота, диареи, пнев­монии и т.д все эти психические нарушения становятся все более клинически выраженными и заметными.

Психиатрами и психологами уделяется большое внимание то­му, как будет человек реагировать на диагностику СПИДа, какова будет реакция на сообщение о заболевании, о котором известно, что это «самая страшная болезнь нашего времени», «чума XX века», «самая постыдная болезнь» и т.д. Факт наличия СПИДа расценива­ется как проявление выраженного психологического стресса с пре­обладанием на ранних этапах заболевания («этап осознания болез­ни») преимущественно психогенных расстройств как невротичес­кого, так и психотического уровня. Чаще всего это депрессия, не­редко очень выраженная, с идеями самообвинения, вины перед близкими, с суицидальными мыслями и тенденциями Однако, как отмечают большинство авторов, завершенные суициды встречают­ся нечасто. Они чаще бывают у тех лиц, которые были свидетелями смерти близких или друзей от СП ИДа, или у психопатических лич­ностей Отмечаются случаи суицидов и у лиц, к которым общество относится как к изгоям, отторгает их, не позволяет посещать обще­ственные места, иногда даже жить в своем городе

В этот период характерны также обсессивно-компульсивные расстройства, возникающие одновременно с депрессией или изо­лированно Возникают навязчивый страх смерти, навязчивые представления о самом процессе умирания, воспоминания о сек­суальных партнерах, от которых могло произойти заражение.

Некоторых больных очень беспокоит мысль (также нередко приобретающая навязчивый характер) о возможности заражения родственников или близких бытовым путем, хотя они и понима­ют ее нелепость.

1 Инкубационный период между заражением вирусом и развитием болез­ни, по данным разных авторов, длится от 1 мес до 5 лет

268 Часть III. Частная психиатрия

Несмотря на преимущественно психогенный характер психи­ческих нарушении в период осознания болезни, уже на этом эта­пе отчетливо «звучит» органическая симптоматика: возникают дисфории, психопатоподобные формы поведения с эксплозивно-стью, гневливостью, агрессивностью, эпилептиформные припад­ки. Происходит так называемая психологическая дезорганизация (Шодеф П.). Нередко тревога, возникающая у лиц при диагнос­тировании СПИДа, сопровождается, как правило, ажитацией, паникой, анорексией, бессонницей, а также чувством безысход­ности и гнева, нередко направленного на врачей. При этом встре­чается анозогнозия, когда больные отрицают наличие у них бо­лезни, не верят врачам, обвиняют их в некомпетентности. В даль­нейшем, по мере прогрессирования болезни, все более отчетли­выми становятся симптомы органического поражения головного мозга. Однако еще до выявления отчетливого его поражения у многих больных обычно в течение нескольких месяцев выявля­ются самые различные психотические расстройства в виде состо­яний помрачения сознания, особенно делирия, галлюцинозов, острых параноидных психозов, гипоманиакальных и маниакаль­ных состояний. Нередко психопатологические симптомы СПИДа похожи на переживания больных раком в терминальной стадии.

Основным проявлением СПИДа является поражение головного мозга с быстрым нарастанием деменции (у 60—90% всех заболевших).

В связи с этим даже появились такие термины, как «СПИД-де­ментныи синдром» или «СПИД-дементныи комплекс».

В 25% наблюдении СПИД-дементныи комплекс может выяв­ляться уже в манифестном периоде болезни. Деменция развивает­ся в связи с возникновением таких поражений мозга, как диффуз­ный подосгрый энцефалит, менингит, менингеальная и цереб­ральная лимфомы (псевдоопухолевые проявления болезни), це­ребральные геморрагии, церебральные артерииты. При этом у больных постепенно нарастают трудности концентрации внима­ния, потеря памяти на текущие события, провалы памяти, сниже­ние либидо, симптомы летаргии. Очень быстро (в течение не­скольких недель или месяцев) у больных усиливаются симптомы нарастающего слабоумия с психомоторной ретардацией, перио­дами помрачения сознания (вначале в основном по типу сумереч­ного помрачения сознания), эпилептиформными припадками, нередко переходящими в эпилептический статус, мутизмом. За­тем появляются недержание мочи и кала, нарастает оглушен­ность, заканчивающаяся комой.

При проведении компьютерной томографии в каждых 10 из 13 случаев определяется наличие общей церебральной атрофии, первым признаком которой обычно бывают нарушения речи.

Из числа заболевших СПИДом 80% умирают в течение двух лет. 90% умирают от СПИДа в возрасте от 20 до 49 лет, причем

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 269

около 93% из них составляют мужчины. При этом существует мнение, разделяемое многими исследователями, что одной из главных причин смерти от СПИДа является именно органическое поражение мозга.

Причиной смерти может быть и то, что у 35% больных разви­ваются саркома или друше злокачественные заболевания — опу­холи, а также различные тяжело текущие соматические заболева­ния. У 60% больных развивается двусторонняя пневмония, от ко­торой также многие погибают.

19.2.1.2. Психические нарушения у лиц из группы риска

Группа риска («серая зона»). Эта группа состоит из лиц, пора­женных вирусом СПИДа. Серопозитивность по вирусу СПИДа хотя и является фактором риска, но не всегда свидетельствует о наличии у человека этого заболевания.

Как уже отмечалось, инкубационный период между зараже­нием вирусом и развитием болезни длится от I мес до 5 лет. При­чем если наличие манифестного заболевания среди серопозитив-ных носителей еще в начале 80-х годов оценивалось в 9—14%, то в последние годы эти цифры достигают 25—34%.

Группа риска («группа беспокойства»). В эту группу входят ли­ца, наиболее подверженные опасности заражения СПИДом. Это страдающие наркоманиями, занимающиеся гомосексуализмом и проституцией. Меньшую группу составляют бисексуалисты, гете-росексуалисты с многочисленными беспорядочными связями, страдающие гемофилией или каким-то другим заболеванием, требующим частых переливаний крови.

По данным большого количества публикаций, в США в 70% случаев СПИДом заболевают лица, занимающиеся гомосексуа­лизмом и проституцией, в 20% — страдающие наркоманиями и 10% составляют рожденные от больных СПИДом женщин и лица, страдающие гемофилией1.

Психические нарушения в той и в другой группах риска схожи, хотя в так называемой серой зоне они встречаются гораздо чаще. Это прежде всего психогенные расстройства с невротической и неврозоподобной симптоматикой, хотя иногда и приобретающей характер психотической. Возникают тревога, беспокойство, раз­дражительность, бессонница, снижение аппетита, иногда с очень выраженной потерей веса. Характерно снижение работоспособно­сти с нарушением активного внимания, иногда полная сосредото­ченность на мыслях о возможном заболевании СПИДом. Общими являются также постоянное перечитывание литературы об этом заболевании, бесконечные поиски у себя тех или иных его симп-

В последнее время число заболевших СПИДом среди страдающих гемо­филией уменьшается в связи с проверкой донорской крови на наличие вируса СПИДа, а также благодаря проведению других превентивных мер

270 Часть III. Частная психиатрия

томов, ипохондрическая фиксация на своем состоянии. Значи­тельно снижается инициатива, возникает чувство бесперспектив­ности, снижается либидо, хотя многие больные порывают все свои сексуальные связи не из-за этого, а из-за боязни «заболеть еще ка­кой-нибудь дурной болезнью». Значительно меньшее число лиц прерывает всякие сношения из альтруистических побуждений.

Часть лиц из группы риска (особенно из числа серопозитив-ных), напротив, проявляет откровенные антисоциальные тенден­ции, стремясь либо к возможно большему расширению своих сексуальных связей, либо к передаче вируса СПИДа иным путем.

Типичны состояния в виде апатической, тревожной, тоскли­вой депрессии с частыми идеями самообвинения (но обычно не доходящими до степени бреда) и суицидальными мыслями, хотя в группе риска суицидальные попытки встречаются редко.

Иногда депрессия у лиц из группы риска приобретает психо­тический характер с ажитацией вплоть до возникновения состоя­ния типа raptus melancholicus.

У больных из группы риска могут возникать и реактивные психотические состояния в виде сенситивного бреда отношения, реактивного бреда преследования, ипохондрического бреда с описанным при этом «ощущением неприкасаемости».

Возможны и истерические психозы. Вероятно, к группе исте­рических психозов можно отнести наблюдение, описанное в од­ном из номеров журнала «Lancet» за 1986 г. У молодого мужчины из проституировавших гомосексуалистов был выявлен вирус СПИДа. Возникло подозрение, что он заразил сына, после чего вся семья отвернулась от него. В ответ на это он порезал себе пальцы, вымазал себя и всю комнату кровью и убежал.

Улиц из группы риска нередко описывают и возникновение психосоматических заболеваний, из которых на первом месте стоит разнообразная патология желудочно-кишечного тракта.

19.2.2. Этиология, патогенез и патологическая анатомия

Этиопатогенез психических нарушений при СПИДе в основном связан с двумя факторами: I) психическим (психологическим) стрес­сом при известии о наличии неизлечимого заболевания и о связан­ных с этим внутрисемейных интерперсональных и социальных про­блемах; 2) общей интоксикацией и нарастающими тяжелыми пора­жениями тканей головного мозга и в первую очередь нервных клеток.

Патологическая анатомия. Вирус СПИДа обладает выражен­ными нейротропными свойствами и может быть выделен непо­средственно из мозговой ткани. По данным патоморфологичес-ких исследований, те или иные изменения тканей головного моз­га обнаруживаются в 60—90% наблюдений.

Собственно патоморфологические изменения включают рас­пространенную демиелинизацию, диссеминированные перивас-

Глава 19. Психические нарушения при общих и мозговых инфекциях 271

кулярные изменения, реактивный глиоз, микроочаговые инфарк­ты мозга. Эти нарушения отмечаются практически во всех струк­турах мозга, что и обусловливает сходство клинической картины нейроСПИДа с другими нозологическими формами, в основе ко­торых лежат близкие в патоморфологическом отношении пора­жения ткани мозга. Патоморфологические изменения мозга при СПИДе могут напоминать вирусные энцефалиты различной при­роды, нейросифилис, токсоплазмоз, дисссминироваыиые мета­статические поражения, рассеянный склероз и др.

19.2.3. Дифференциальный диагноз

При постановке диагноза психических нарушении, связанных со СПИДом, прежде всего необходимо исключить лиц с так назы­ваемым псевдоСПИДом — страдающих спидофобией либо бредом заражения СПИДом. Таких больных, страдающих неврозом или психозом, становится все больше в связи с широким распростра­нением средствами массовой информации материалов о СПИДе. В связи с этим в последнее время даже стали весьма распростра­ненными такие термины, как псевдоСПИД, синдром псевдоСПИДа, СПИД-паника. Диажоз в отношении этих больных ставится на основании обычных психиатрических методов (естественно, при исключении серопозитивности).

При дифференциальной диагностике психических наруше­ний при СПИДе, сходных с шизофренической, инволюционной и другой симптоматикой, большое значение имеет самый подроб­ный семейный и личный анамнез, так как не исключено, что СПИДом заболел человек, уже страдавший ранее, допустим, ши­зофренией. В таком случае на ранних стадиях СП ИДа, еще до рез­кого доминирования органической деменции, прежняя разнооб­разная психотическая симптоматика может выявляться. Впрочем, этот вопрос еще требует дальнейшего изучения.

Симптоматика органического поражения головного мозга при СПИДе требует дифференцирования с целым рядом органичес­ких заболеваний мозга иной этиологии: рассеянным склерозом, опухолью мозга, нейросифилисом, токсоплазмозом, болезнью Шильдера, менингитами и энцефалитами разнообразной этиоло­гии и т.д. В таких случаях вопрос решается путем проведения со­ответствующих специальных анализов на СПИД.

То же самое необходимо проводить при психических наруше­ниях у лиц с серопозитивностью из группы риска («серая зона»).

Сложнее дело обстоит с группой риска без наличия серопози­тивности («группа беспокойства»). В подобных случаях необходи­мо самое тщательное собирание личного и семейного анамнеза, изучение «жизненного стиля» лиц из сферы общения данного че­ловека. Очень важно также установить временную связь между по­явлением той или иной психической симптоматики с психической

272 Часть III. Частная психиатрия

травмой, как-то связанной со СПИДом (заболевание или даже смерть кого-то из хорошо знакомых или близких людей), прочте­нием литературы, просмотром фильма с этой тематикой и тд

Необходимо выяснить также, не вызваны ли психические расст-роистЕ^а какой-то другой причиной, тематически со СПИДом не свя­занной, а уж затем — путем сложной психологической переработки — нашедшей улица из группы риска соответствующее «подтверждение»

19.2.4. Распространенность и прогноз

Распространенность психических расстройств при СПИДе в целом соответствует распространенности самого заболевания, так как, по данным большинства авторов, в том или ином виде они встречаются практически у всех больных

Ввиду нарастания числа заболевших СПИДом точные данные привести невозможно

По некоторым данным, в Центральной Африке и отдельных районах Карибского бассейна до 25% населения в возрасте от 20 до 40 лет являются серопозитивными по СПИДу

В настоящее время прогноз в отношении психических наруше­нии при СПИДе, как и заболевания в целом, малоутешителен

19.2.5. Лечение, реабилитация и профилактика

При лечении психических расстройств у больных СПИДом могут быть использованы психотропные средства, транквилиза­торы, антидепрессанты трициклического ряда, но в небольших дозах ввиду повышенной чувствительности больных СПИДом к любым лекарственным средствам, а также к алкоголю Из-за воз­можности возникновения частых побочных явлений лечение нужно проводить крайне осторожно

Есть данные, что менее других препаратов токсичен тиоридазин

СПИД неизлечим, но может протекать хронически с состоя­ниями некоторых ремиссий, поэтому необходима соответствую­щая психотерапевтическая и психокоррекционная работа не только с больными, но и с людьми, их окружающими

Нарастание слабоумия не должно быть противопоказанием к проведению психотерапии (особенно поддерживающей), которая будет помогать больным справляться по мере возможности с ря­дом проблем, обусловленных интеллектуальными нарушениями

Следует также вовлекать в реабилитационную программу всех заболевших, независимо от стадии болезни и возможного ее исхода

Профилактические мероприятия должны быть организованы очень широко и на высоком уровне с привлечением всех видов и средств информации Воспитательная и психокоррекционная ра­бота должна проводиться не только медицинскими работниками, психологами, социологами, педагогами, воспитателями, но и всем обществом в целом

Глава 20. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

ПРИ СИФИЛИТИЧЕСКОМ ПОРАЖЕНИИ ГОЛОВНОГО МОЗГА (СИФИЛИС МОЗГА И ПРОГРЕССИВНЫЙ ПАРАЛИЧ)

Сифилитическая инфекция, поражающая все органы и гкани, может распространяться и на головной мозг По характеру пораже­ния тканей головного мозга, времени возникновения и особенно­стям психических нарушений выделяют два различных заболева­ния. 1) собственно сифилис мозга и 2) прогрессивный паралич1

Сифилис мозга обычно относят к ранним формам нейролюэ-са, а прогрессивный паралич — к поздним Это деление на ранние и поздние формы имеет в своей основе различные морфологиче­ские изменения в тканях головного мозга и не совпадает с обще­принятым делением сифилиса на периоды При раннем неироси-филисе (собственно сифилис мозга) первично поражается ткань мезодермального происхождения (сосуды, оболочки), при позд­нем неиросифилисе (прогрессивный паралич) наряду с мезен-химными реакциями имеются обширные дистрофические (атро-фические) изменения самой паренхимы мозга Поэтому сифилис мозга называют еще мезодермальным, или менинговаскулярным, сифилисом, а прогрессивный паралич (как и сухотку спинною мозга) — эктодермальным, или паренхиматозным, сифилисом

Сифилис мозга и прогрессивный паралич являются прогреди-ентными заболеваниями и возникают чаще всего на основе нелече­ного или недолеченого сифилиса Большую предрасполагающую роль в возникновении этих заболеваний (особенно профессивного паралича) ифают травмы головного мозга, хронические инфекции и интоксикации, из которых на первом месте стоит алкоголизм

Сифилис мозга возникает чаще всего через 5—7 лет после за­ражения, хотя возможны и более короткие (от нескольких меся­цев до 2—4 лет) и более длительные (10 лет и более) сроки инкуба­ционного периода Иными словами, сифилис мозга может возни­кать как во вторичном, так и в третичном (преимущественно) пе­риоде течения заболевания

Инкубационный период прогрессивного паралича значитель­но длиннее (8—12 лет2 и более), но возможно и более раннее воз­никновение этого заболевания

Эти заболевания нередко объединяют под общим названием «неиролю-зс», включая в эту группу и сухотку спинного мозга

Описаны случаи прогрессивного паралича через "50 и 40 чет Такое позд­нее проявление неиролюэса дало основание некоторым авторам говорить о профессивном параличе (и сухотке спинного мозга) как о IV периоде сифли-са, однако единой точки зрения по этому поводу нет и далеко не все исследо­ватели признают наличие IV периода

274 Часть HI. Частная психиатрия

20.1. Сифилис мозга (Lues cerebri)

Под обобщающим названием «сифилис мозга» объединяются различные по своей клинической картине нервно-психические нарушения, связанные с сифилитическим поражением сосудов головного мозга, его оболочек или, что бывает значительно реже, возникновением гумм.

Нервно-психические расстройства могут быть вызваны также изменениями и самой ткани мозга, наступающими вторично вследствие проникновения патологического процесса с оболочек в вещество мозга (менингоэнцефалит), поражения мозга в связи с нарушением питания, разрастания гумм и т.д.

Почти в каждом случае заболевания в той или иной степени имеются поражения как церебральных сосудов и оболочек, так и вещества мозга, но преобладает обычно какой-то один тип нару­шений. Сифилис мозга — прогредиентное заболевание и может привести к выраженному в той или иной степени дисмнестичес-кому (парциальному) слабоумию.

20.1.1. Клинические формы сифилиса мозга

Единой классификации форм сифилиса мозга нет. Это объяс­няется большим разнообразием клинических проявлений мезо-дермального сифилиса, выраженным полиморфизмом невроло­гических и психических нарушений, нередким отсутствием чет­ких границ между различными формами.

Наиболее часто выделяют следующие варианты сифилиса го­ловного мозга.

Нервно-психические нарушения вследствие поражения оболочек мозга. При этой форме реакция со стороны оболочек мозга может проявляться как легким раздражением (явления менингизма), так и типичным менингитом, протекающим остро или хронически.

Острый сифилитический менингит развивается преимущест­венно во вторичном периоде, сопровождается общемозговыми явлениями (головные боли, головокружения, рвота), повышен­ной температурой тела, типичными менингеальными симптома­ми (симптом Кернига, ригидность затылочных мышц и т.д.). Ха­рактерно поражение черепных нервов. Нередко возникают эпи-лептиформные судороги и симптомы помрачения сознания по типу оглушения, спутанности или делирия. Однако значительно чаще, чем острый менингит, в оболочках мозга развивается хро­нический воспалительный процесс, нередко проникающий и в вещество мозга (хронический сифилитический менингит и ме­нингоэнцефалит).

Помимо выраженной патологии черепных нервов (ввиду пре­имущественно базальной локализации процесса), у больных от-

Глава 20. Психические нарушения при сиф. поражениях головн. мозга 275

мечаются головные боли, раздражительность, склонность к аф­фективным реакциям, нередко подавленное настроение.

Иногда менингит развивается по выпуклой (конвекситатной) поверхности мозга. При этой локализации патологического про­цесса наиболее яркими симптомами являются судорожные состо­яния и нарушения сознания. Больные либо оглушены и подавле­ны, либо находятся в состоянии спутанности и двигательного возбуждения. Судорожные приступы носят характер джексонов-ских или генерализованных припадков.

Неврологическая симптоматика при сифилитических менин­гитах может быть представлена не только менингеальными симп­томами и разнообразной патологией черепных нервов (птоз, ко­соглазие, анизокория, нистагм, снижение слуха, поражение лице­вого и тройничного нервов и т.д.), но и такими явлениями, как аг­рафия, апраксия, геми- и моноплегия.

Зрачковые симптомы (помимо анизокории и деформации зрачков) выражаются чаще всего в вялой реакции на свет и акко­модации. Типичный же симптом Аргайла Робертсона бывает не всегда.

Встречаются случаи и асимтомного сифилитического ме­нингита, когда заболевание проявляется только характерными изменениями ликвора.

Анализ спинномозговой жидкости при сифилитических ме­нингитах показывает характерные для сифилиса, но неоднотип­ные нарушения (см. главу 2).

Апоплектиформная форма сифилиса мозга. Эта форма встреча­ется наиболее часто. Она развивается на основе специфического поражения церебральных сосудов. Клинически проявляется час­тыми инсультами с последующими очаговыми поражениями. Первое время очаговые поражения нестойки, обратимы, загем же становятся все более множественными, прочными и постоянны­ми. Обширные неврологические расстройства могут быть пред­ставлены самыми разнообразными (в зависимости от локализа­ции поражения) симптомами: параличами и парезами конечнос­тей, поражением черепных нервов, апраксией, агнозией, псевдо-бульбарными явлениями и т.д. Почти постоянным признаком яв­ляется ослабление зрачковой реакции на свет.

Помимо очаговой патологии, для этой формы очень характер­ны головные боли, головокружения и снижение памяти. Больные становятся раздражительными, придирчивыми, слабодушными, иногда гневливыми или подавленными. Отмечаются эпизоды по­мрачения сознания, главным образом по типу сумеречного.

По мере утяжеления неврологической симптоматики проис­ходит все более отчетливое нарастание дисмнестического (очаго-

276 Часть III. Частная психиатрия

вого, частичного, лакунарного) слабоумия (см. главу 6). Возмо­жен летальный исход во время инсульта.

Эпилептиформная форма сифилиса мозга. Клиническая карти­на этой формы внешне напоминает эпилепсию: появляются судо­рожные состояния, могут отмечаться периоды измененного со­знания и настроения, снижается память. Развитие этой формы происходит на основе различных поражений: при менингитах и менингоэнцефалитах, при эндартериите мелких сосудов, образо­вании гумм. Поэтому возможны и самые разнообразные невроло­гические симптомы.

Гуммозная форма сифилиса мозга. Эта форма встречается зна­чительно реже других. Образуются единичные (солитарные) или множественные малые гуммы. В зависимости ог их локализации и величины выявляются различные неврологические расстройст­ва. Обычно гуммы не достигают такой величины, чтобы вызвать сдавление, но иногда все же бывают симптомы, весьма напомина­ющие картину опухоли мозга: повышение внутричерепного дав­ления, рвота, резкие головные боли, адинамия, реже — помраче­ние сознания, а со стороны глазного дна — застойные соски зри­тельных нервов. При гуммозной форме могут также возникать су­дорожные состояния.

Галлюцинаторно-параноидная форма. Эта форма характеризу­ется появлением обмана чувств и возникновением бредовых идей с превалированием то тех, то других. Галлюцинации чаще всего слуховые, но могут быть и зрительные, тактильные, висцераль­ные и т.д. Больные слышат оклики, иногда музыку, но чаще всего неприятные разговоры, угрозы, обвинения и брань по своему ад­ресу. Зрительные галлюцинации также обычно неприятного и да­же устрашающего характера: больной видит какие-то рожи, мох­натые руки, тянущиеся к его горлу, бегающих крыс.

Из бредовых идей чаще всего отмечается бред преследования, реже — иного характера (ипохондрический, величия, самообвине­ния и т.д.).

Бредовые идеи, как правило, просты, связаны с непосредст­венным окружением больного, лишены символичности Больные уверяют, что соседи «специально, чтобы извести включают во всю мощь приемник», что сестра «сделала не тот укол», что врачи «за­пустили его состояние» и т.д.

Неврологическая симптоматика, имеет преимущественно диффузный характер и выражена нерезко. Характерны анизоко-рия и вялая реакция зрачков на свет. Иногда встречаются асимме­трия лица, небольшой птоз, отклонения языка в сторону и т.д.

Так называемая сифилитическая неврастения не может счи­таться отдельной формой, а является по сути сборным понятием.

Глава 20. Психические нарушения при сиф. поражениях головн. мозга 211

Характерные (особенно в начальных стадиях заболевания) невро-зоподобные симптомы в виде повышенной раздражительности, плохого сна, утомляемости, тревожности и подавленности (иногда до выраженной депрессии) объясняют в основном двумя причина­ми: 1) реакцией человека на сам факт заболевания сифилисом; 2) общей интоксикацией организма и, в частности, головного мозга.

Врожденный сифилис (Lues congenita). С известной долей схе­матизма врожденный сифилис обычно делят на прогредиентный (сифилис-процесс) и непрогредиентиьш (так называемый дистро­фический, или деструктивный, сифилис), когда патология вызва­на повреждением зачатка или остаточными явлениями внутриут­робного поражения.

Для врожденного сифилиса характерны менингиты, менин-гоэнцефалиты, сосудистые поражения. Возможно также разви­тие (острое или постепенное) гидроцефалии. При прогредиент-ном сифилисе могут встречаться ie же формы, что и у взрослых, но с рядом отличий, зависящих от особенностей возрастной ре­активности детского организма в целом и центральной нервной системы в частности. Например, у детей весьма редко встречает­ся галлюцинаторно-параноидная форма. Характерными клини­ческими проявлениями заболевания (помимо разнообразных неврологических нарушений) являются менингоэнцефалиты (подострые и острые), припадочные состояния (апоплекти-формные и особенно эпилептиформные приступы), олигофре­нии. Следует помнить, что столь нередкая при конгенитальном люэсе клиническая картина, как эпилепгиформный синдром, может быть выражением различных патологических процессов: а) проявлением собственно сифилиса мозга, его эпилептиформ-ной формой и б) проявлением качественно иного болезненного процесса — эпилепсии, ибо врожденный сифилис является од­ной из причин эпилептической болезни.

Иногда последствием врожденного сифилиса могут быть пси-хопатоподобные состояния (без заметного снижения интеллекта или на фоне некоторой дебильности). Врожденный сифилис со­провождается рядом характерных соматических признаков (см. главу 34), знание которых важно для правильной диагностики.

20.1.1.1. Рубрификация психических расстройств в МКБ-10

В МКБ-10 психические расстройства, обусловленные сифи­лисом мозга и прогрессивным параличом, представлены в разде­ле «Органические, включая симптоматические психические рас­стройства» F 00 — F 09 и кодируются в соответствии с ведущим синдромом (деменция, амнестические, галлюцинаторные, бредо­вые, аффективные расстройства и нарушения поведения).

278 Часть III. Частная психиатрия

20.1.2. Этиология, патологическая анатомия и патогенез

Этиологическим фактором является бледная трепонема По характеру патологических изменении обычно выделяют следую­щие виды сифилитического поражения мозга

Менингиты и менингоэнцефалиты. Наиболее характерно пора­жение мягкой мозговой оболочки (лептоменингит), заключающее­ся в инфильтрации ее ткани лимфоцитами, плазматическими клет­ками и фибробластами Нередко патологический процесс из мяг­кой мозговой оболочки проникает по сосудам к соединительным перегородкам в вещество мозга, вызывая явления менингоэнцефа-лита Преимущественная локализация лептоменингита — основа­ние мозга, и лишь иногда встречается воспаление мягкой оболочки выпуклой (конвекситатнои) поверхности больших полушарии

Эндартерииты. Наступает пролиферация интимы (разрастание эндотелия), инфильтрация клеточными элементами среднего и адвентициального слоев сосудистой стенки Указанные измене­ния в одних случаях могут привести к разрыву сосуда с последую­щим кровоизлиянием (инсульт), в других — к облитерации его просвета, нарушению питания соответствующих участков мозга и гибели нервной ткани Закупорка крупных церебральных сосудов приводит к образованию в мозге очагов размягчения

Изолированные гуммы. Гуммозные узлы возникают в результате разрастания грануляционной ткани вокруг облитерированных со­судов в веществе мозга и мягкой мозговой оболочке Бывают еди­ничными и множественными и в зависимости от величины могут более или менее глубоко проникать в ткань мозга Особенно глу­боко проникают в мозг солитарные гуммы, так как они иногда до­стигают размера грецкого ореха и даже более Клиническая карти­на при этом нередко сходна с клиникой опухолей мозга

Несмотря на выраженные патологоанатомические данные, па­тогенез сифилиса мозга нельзя связывать только лишь с локальны­ми повреждениями Патогенетические механизмы зависят и от токсических воздействий, и от изменения реактивности организма (в частности, характерных для третичного периода явлений неспе-цифическои аллергии), и от расстройств обмена веществ (общих и местных), таких, например, как обнаруженное гистохимическими методами исследования изменение углеводного обмена в мозге

20.1.3. Диагноз и дифференциальный диагноз, течение и прогноз

Дифференциальный диагноз ставится на основе комплексного обследования больного, куда обязательно должны входить 1) тща­тельное собирание анамнеза При этом следует помнить, что иногда больные могут не знать о факте заражения сифилисом (так называ­емый неведомый сифилис — lues ignorata) Тем более важно собира-

Глава 20 Психические нарушения при сиф поражениях головн мозга 279

ние косвенных сведений (наличие поздних выкидышей у больной или жены больного, рождение детей с признаками врожденного си­филиса и т д ), 2) подробное соматическое и неврологическое обсле­дование (возможное обнаружение явлении висцерального сифили­са, участков лейкодермы, характерная неврологическая симптома­тика в виде симптома Аргаила Робертсона, анизокории, деформа­ции зрачков и др ), 3) тщательное изучение психического состояния (например, доступность больного, отсутствие при галлюцинаторно-бредовом синдроме характерных для шизофрении нарушении мы­шления, явлении аутизма и тд ), 4) обязательное исследование кро­ви и детальный анализ спинномозговой жидкости

Только такое комплексное обследование позволит диффе­ренцировать сифилис мозга в различных его проявлениях и сходные по клинической картине заболевания сифилитичес­кий менингит и менингиты иной этиологии, эпилептиформ-ную форму и эпилептическую болезнь, апоплектиформную форму и сосудистые страдания мозга, гуммозную форму и дру­гие объемные образования, галлюцинаторно-параноидную форму и шизофрению и тд

В исключительных случаях для подтверждения диагноза при­ходится прибегать к так называемой пробной терапии (therapia ex juvantibus)

Течение и прогноз зависят от времени и объема специфической терапии

20.1.4. Профилактика и лечение

Профилактика сифилиса мозга заключается в общем сниже­нии заболеваемости сифилисом и активном его лечении

Лечение сифилиса мозга необходимо начинать как можно раньше Терапия производится специфическими противосифи-литическими препаратами по общепринятым в нашей стране схе­мам, комплексным методом Применяются антибиотики (пени-циллины, эритромицин), препараты висмута и иода (бииохинол, бисмоверол, йодистый калий, йодистый натрий)

Помимо специального лечения, показано и общеукрепляю­щее, особенно витаминотерапия Специфическое лечение необ­ходимо проводить под постоянным контролем за соматическим состоянием больного с динамическим проведением анализов крови, мочи и ликвора

20.1.5. Экспертиза

Трудовая экспертиза В зависимости от тяжести клинической картины больной может перейти на инвалидность III, II и даже I группы (например, при тяжело протекающей апоплектиформной форме) Вместе с тем при своевременно проведенном лечении больной может вернуться к своей прежней работе

280 Часть III. Частная психиатрия

Судебно-психиатрическая экспертиза. Сам по себе диагноз этой болезни еще ничего не решает. В связи с особенностями кли­нической картины больные сифилисом мозга MoiyT признаваться как вменяемыми, так и невменяемыми (например, если преступ­ление совершено при наличии выраженного слабоумия или по бредовым мотивам).

20.2. Прогрессивный паралич (Paralysis progressive alienorum)

Синонимы, прогрессивный паралич помешанных; болезнь Бейля, прогрессирующая паралитическая деменция (Беиарже); общий прогрессивный паралич.

Психическое заболевание, характеризующееся нарастанием разнообразных параличей и тяжелого слабоумия, возникает на основе первичного поражения самого вещества головною мозга, хотя страдает при этом и ткань мезодермального происхождения (сосуды и оболочки).

Как самостоятельное заболевание прогрессивный паралич впервые был описан французским психиатром А.Беилем в 1822 г. В дальнейшем неоднократно предполагалась сифилитическая при­рода болезни (Ковалевский П.И , Фурнье Ж.Л. и др ), но оконча­тельно это стало известно только после исследовании японского ученого Ногучи, обнаружившего в мозге больных прогрессивным параличом бледную спирохету и сообщившего об этом в 1913 г.

Заболевают прогрессивным параличом преимущественно в возрасте 35—50 лет, причем чаще мужчины, чем женщины. Одна­ко за последнее время разница в частоте заболеваемости полов значительно сократилась, если прежде на каждых 7—8 мужчин приходилась одна женщина, то в настоящее время эти отношения составляют 2—4:1. Прежде очень частое заболевание (20—25% об­щего числа стационированных больных) прогрессивный паралич в настоящее время встречается весьма редко.

Классическая картина прогрессивного паралича включает в себя три стадии. 1) начальную, 2) расцвета болезни и 3) заключи­тельную (стадия маразма). Для каждой из этих стадии характерны определенные психические, неврологические и соматические на­рушения, становящиеся все более выраженными и тяжелыми.

В настоящее время прогрессивный паралич не только стал встречаться редко, но изменил и свою клиническую картину Сей­час практически почти не встречаются больные в состоянии пара­литического маразма (в III стадии) Заметно изменилась клиника прогрессивного паралича за счет резкого превалирования над всеми другими дементной формы. В связи с активным лечением прогрессивный паралич уже не считается, как раньше, заболева­нием с обязательным исходом в тяжелое слабоумие.

Глава 20. Психические нарушения при сиф поражениях головн мозга 281

20.2.1. Клинические стадии и формы прогрессивного паралича

Психические нарушения. В течении болезни выделяют три ста­дии. Начальная («неврастеническая») стадия прогрессивного пара­лича характеризуется появлением неврозоподобной симптомати­ки в виде все нарастающих головных болей, повышенной утомля­емости, раздражительности, плохого сна, снижения работоспо­собности К этой симптоматике довольно скоро присоединяются нарушения, которые на первых порах можно охарактеризовать как утрату прежних этических навыков. Больные становятся развяз­ными, грубыми, неряшливыми и нетактичными, обнаруживают несвойственный им ранее цинизм и легкое отношение к своим обязанностям Затем эти личностные изменения делаются все бо­лее брутальными и бросающимися в глаза — наступает период рас­цвета болезни (IIстадия). Выявляются все нарастающие расстрой­ства памяти и слабость суждении, больные уже не могут с полной критикой оценивать свое состояние и окружающую обстановку, неправильно ведут себя. Нередко обнаруживают грубую сексуаль­ную распущенность, полностью утрачивают чувство стыда.

Больной, после долгой разлуки приехавший в семью брага, решил по­мыться с дороги Забыв взять чистое белье, он вылеi wi ванны и, не стесня­ясь присутствия жены брата и двух взрослых племянниц, совершенно разде­тым стал спокойно расхаживать по квартире, отыскивая нужные ему вещи

Нередко возникает склонность к пустым тратам, больные за­нимают деньги и покупают совершенно случайные вещи. Боль­ной накупил в подарок своим родственникам целых два чемодана никому не нужной мелкой галантереи Другая больная, по про­фессии проводница, часто занимая деньги, покупала на них раз­нообразные хрустальные вазы Типично появление болтливости и хвастливости. Резко меняется и эмоциональность больных. Появ­ляется выраженная лабильность эмоции, у больных легко возни­кают вспышки раздражения вплоть до выраженной гневливости, но эти злобные вспышки обычно непрочны и больного (в отличие от больных эпилепсией) довольно быстро можно отвлечь на что-то постороннее Также легко эти больные переходят от слез к сме­ху и наоборот. Преобладающей окраской настроения может быть довольно рано появляющаяся эйфория В некоторых случаях, на­оборот, возникает выраженное депрессивное состояние с возмож­ными суицидальными тенденциями Возможно также возникно­вение бредовых идей, особенно бреда величия и одной из его раз­новидностей — бреда богатства.

Быстрое нарастание слабоумия накладывает явный отпечаток и на бредовое творчество больных Паралитический бред обычно отличается нелепостью и грандиозными размерами Один боль­ной уверяет, что все книги на земле написал именно он, но толь-

282 Часть III. Частная психиатрия

ко под разными псевдонимами. Другой заявляет, что может выле­чить любую болезнь, в том числе рак, соком кислой капусты, и при этом выкрикивает в форточку «приказы всему миру». Третий предлагает нелепый проект разведения рыбы в городских услови­ях, «чтобы хватило всему населению Земли».

При бреде богатства больной приглашает каждого к себе в гости, так как у него «200 комнат и каждая в стиле разных эпох и народов», обещает всем студентам подарить по золотой шубе, а студенткам еще и по паре золотых туфель в придачу, обещает «обсыпать алмазами». Реже появляются идеи преследования, ипохондрический бред и т.д., обычно также нелепого содержа­ния. Изредка встречаются галлюцинации, главным образом слуховые.

С течением времени все более заметным становится снижение интеллекта. Резко нарушается память, иногда появляется корса-ковский синдром. Все более явно обнаруживаются слабость суж­дении и потеря критики. Слабоумие при прогрессивном параличе в отличие от сифилиса мозга носит диффузный, общий характер.

Для /// (маразматической) стадии заболевания (до которой, как уже указывалось, болезненный процесс сейчас обычно не до­ходит) самым характерным было глубокое слабоумие, полный психический маразм (наряду с маразмом физическим).

Неврологические нарушения. Характерным и одним из первых неврологических признаков является симптом Аргайла Робертсо-на — отсутствие зрачковой реакции на свет при сохранении ее на конвергенцию и аккомодацию. Характерны и другие зрачковые нарушения: резкое сужение их величины (миоз), иногда до разме­ров булавочной головки, возможна анизокория или деформация зрачков. Нередко при прогрессивном параличе наблюдаются так­же асимметрия носогубных складок, птоз, маскообразное лицо, отклонение языка в сторону, отдельные фибриллярные подерги­вания мышц языка и круговых мышц рта (так называемые зарни­цы). Очень типична довольно рано появляющаяся дизартрия. По­мимо невнятности и нечеткости речи, больные при произноше­нии могут пропускать отдельные слова или, наоборот, застревать на каком-либо слоге, по многу раз повторяя его (логоклония). В некоторых случаях отмечаются отчетливое разделение слогов, па­узы между ними (скандированная речь). Нередко речь становится гнусавой (ринолалия).

К ранним проявлениям относятся также характерные измене­ния почерка (он становится неровным, дрожащим) и нарушения координации тонких движений. С течением болезни в письме больных появляются все более грубые ошибки в виде пропусков или перестановок слогов, замены одних букв другими, повторе­ния одних и тех же слогов и т.д.

Глава 20. Психические нарушения при сиф. поражениях головн. мозга 283

Все более грубыми могут становиться и нарушения координа­ции. Довольно часто отмечаются изменения сухожильных ре­флексов (анизорефлексия, повышение, снижение или даже пол­ное отсутствие коленных и ахилловых рефлексов), а также более или менее выраженное снижение чувствительности. Возможно появление патологических рефлексов.

Нередки нарушения иннервации тазовых органов. Наиболее грубая неврологическая симптоматика характерна для III (по­следней) стадии болезни. Преимущественно в этой стадии на­блюдаются апоплектиформные припадки, оставляющие за собой вначале алаживающиеся, а затем все более стойкие очаговые на­рушения в виде парезов и параличей конечностей, явлений афа­зии, апраксии и т.д.

Нередкой патологией при прогрессивном параличе являют­ся эпилептиформные припадки, в III стадии болезни обычно возникающие сериями или в виде статусов с возможным ле­тальным исходом.

Соматические нарушения. Довольно часто отмечается сочета­ние прогрессивного паралича с сифилитическим мезаортитом. Могут также отмечаться специфические поражения печени, лег­ких, иногда кожи и слизистых оболочек. Очень характерны об­щие нарушения обмена. Возможны трофические нарушения ко­жи вплоть до образования язв, повышенная ломкость костей, вы­падение волос, возникновение отеков. При хорошем и даже по­вышенном аппетите может быть резко прогрессирующее истоще­ние. Понижается сопротивляемость организма, у больных с про­грессивным параличом легко возникают интеркуррентные забо­левания и, в частности, гнойные процессы.

Серологические изменения. Как правило, реакции Вассермана, РИТ и РИФ и др. (см. главу 2) в спинномозговой жидкости резко положительные Отмечаются плеоцитоз, увеличение количества белка, изменение соотношения белковых фракций с увеличением количества глобулинов, в частности гамма-глобулина. Очень пока­зательна реакция Ланге, дающая полное обесцвечивание пурпур­но-красного коллоидного золота в первых 3—4 пробирках, а затем постепенное изменение цвета от бледно-голубого до обычного.

Экспансивная (классическая, маниакальная) форма была описа­на одной из первых не только благодаря своей яркой клинической картине, но и большому распространению. Сейчас эта форма, особенно в чистом виде, встречается довольно редко. Характери­зуется появлением маниакального состояния и нелепых идей ве­личия. На фоне благодушно-эйфорического настроения иногда могут внезапно возникать вспышки гнева, но раздражение это обычно кратковременное, и больной вскоре вновь становится эй-форичным и благодушным.

284 Часть III. Частная психиатрия

Депрессивная форма по своей клинической картине является противоположностью экспансивной. Больные вялы, подавлены, бездеятельны, нередко высказывают бредовые идеи самообвине­ния или ипохондрический бред, обычно также нелепого характера.

Дементная форма в настоящее время встречается чаше всего (до 70% всех случаев). На первый план выступает яркая картина общего (тотального) слабоумия. В настроении преобладает либо благодушие, либо вялость, безразличие ко всему окружающему.

Ажитированная форма характеризуется резким психомотор­ным возбуждением, нередко на фоне спутанного сознания.

Припадочная форма. В клинике прогрессивного паралича с са­мого начала преобладают припадки паралитического инсульта и эпилептиформные судорожные состояния. При преобладании су­дорожных припадков иногда говорят об эпилептиформной форме прогрессивного паралича.

Циркулярная форма выражается в чередовании маниакального и депрессивного состояний.

Параноидная форма характеризуется появлением бредовых идей преследования, иногда в сочетании с галлюцинациями.

Атипичные формы. К ним чаще всего относят табопаралич (со­четание клинической картины прогрессивного паралича с табети-ческими явлениями в виде полного исчезновения коленных и ахилловых рефлексов, нарушения чувствительности, в особенно­сти болевой, и т.д.) и паралич Лиссауэра (преобладание очаговой симптоматики — апраксии, агнозии и т.д.— в связи с атипичной локализацией процесса преимущественно в задних отделах голо­вного мозга).

20.2.1.1. Прогрессивный паралич в детском и юношеском возрасте

В исключительных случаях встречается прогрессивный пара­лич юношеского возраста на основе заражения сифилисом в ран­нем детстве.

Обычно же, когда говорят о детском или юношеском (юве-нильном) прогрессивном параличе, то имеют в виду заболевание, развившееся на почве врожденного сифилиса.

Прогрессивный паралич на основе врожденного сифилиса мо­жет начаться уже в 6—7 лет, но чаше болезнь дебютирует в возрасте 12—15 лет или несколько позже. Ювенильный прогрессивный пара­лич имеет ряд особенностей: здесь обычно отсутствует так называе­мая неврастеническая стадия, болезнь часто начинается остро, с эпилептиформных припадков, не бывает бредовых идеи и спонтан­ных ремиссий, очень быстро нарастает общее слабоумие с особенно тяжелыми нарушениями речи вплоть до полной ее утраты, когда больные могут издавать лишь отдельные звуки. Возможно и посте­пенное начало заболевания. Клиника ювенильного паралича обыч­но соответствует дементной форме: больные становятся апатичны-

Глава 20. Психические нарушения при сиф. поражениях головн. мозга 285

ми и бездеятельными, очень быстро теряют прежние знания и инте­ресы, обнаруживают все более нарастающие расстройства памяти.

Иногда болезнь может начаться как бы среди полного здоро­вья, но чаще на фоне той или иной патологии: недоразвития вну­тренних органов, задержки общего физического развития, адипо-зогенитальной дистрофии и т.д. Могут отмечаться явления за­держки психического развития.

При ювенильном прогрессивном параличе гораздо чаще, чем у взрослых, встречаются мозжечковые симптомы, симптомы ат­рофии зрительных нервов, полная арефлексия зрачков

20.2.2. Этиология, патогенез и патологическая анатомия

Этиологическим фактором является бледная трепонема Сифи­литическая этиология прогрессивного паралича доказана клиниче­ски и лабораторно. Японский исследователь Ногучи обнаружил бледные спирохеты в мозге больных прогрессивным параличом.

Патогенез прогрессивного паралича остается невыясненным. За­болевают только 5—10% лиц, страдающих сифилисом. Существуют различные предположения о роли наследственной предрасположен­ности, влиянии дополнительных вредных факторов, существовании особых неиротропных штаммов спирохет. Патогенез во многом опре­деляется сложными изменениями реактивности организма. Весьма важную роль играет отсутствие или недостаточность лечения.

Прогрессивный паралич характеризуется следующими основ­ными изменениями в мозге: а) дегенерацией и атрофией нервной ткани (клеток и волокон); б) воспалительными изменениями в оболочках и сосудах головного мозга; в) пролиферативнои реак­цией со стороны глии.

Не все эти процессы начинаются одновременно: в I стадии бо­лезни отмечаются воспалительные явления (диффузный лепто-менингоэнцефалит), на более поздних этапах появляются дистро­фические нарушения.

20.2.3. Течение и прогноз

Нелеченый прогрессивный паралич через 2—5 лет приводит к полному маразму и летальному исходу.

Особенно быстро явления общего маразма нарастают при так на­зываемом галопирующем параличе, характеризующемся катастрофи­ческим течением болезни. Чаще всего это бывает при ажитирован-ной форме. Очень неблагоприятно протекает и припадочная форма.

Изредка встречается медленное, более или менее благоприят­ное течение. В этих случаях говорят о так называемом стационар­ном параличе (вне лечения встречается редко).

Прогноз (как в отношении жизни, так и дальнейшего течения болезни и выздоровления) определяется, как правило, результа­тами лечения, которое необходимо начинать как можно раньше.

286 Часть III. Частная психиатрия

20.2.4. Профилактика и лечение

Для профиюктики прогрессивного паралича основное зна­чение имеет общее снижение заболеваемости сифилисом и ран­нее активное лечение его под строгим серологическим контро­лем Очень важно устранение дополнительных вредных факто­ров, снижающих сопротивляемость организма (в частности, различных интоксикации, особенно алкоголизма)

Лечение прогрессивного паралича заключается в применении комбинированной специфической терапии антибиотики (пени-циллины эритромицин) и препараты висмута и йода (бийохинол, бисмоверол, иодид калия, йодид натрия) назначают повторными курсами с добавлением пиротерапии Лечение гипертермическими методами чаще всего проводится с применением пирогенала

В истории лечения больных прогрессивным параличом большое значение имела пиротерапия путем прививки малярии До этого подоб ные больные были практически неизлечимы и, как правило погибали Маляриотерапия прогрессивного паралича (наряду со специфической) получила широкое распространение после исследований венгерского психиатра Вагнера фон Яурегга в 1917 г В настоящее время она практи чески не применяется1

В течение пиротерапии необходим тщательный контроль за соматическим состоянием больных, особенно за деятельностью сердца, и во избежание сердечной слабости при каждом подъе­ме температуры тела назначать сердечные средства, лучше все­го кордиамин

20.2.5. Экспертиза

Трудовая экспертиза В состоянии стойкой ремиссии боль­ные могут вернуться к своей прежней деятельности, однако значительно чаще их приходится переводить на инвалидность III, II и I группы По данным специального исследования (Гор-доваТН ), перевод больных на инвалидность должен осуществ­ляться только после проведения всех терапевтических меропри­ятий и при отсутствии заметного эффекта от них

В улучшении компенсаторных возможностей больных очень большая роль принадлежит мероприятиям по социальной реа­даптации (постоянное диспансерное наблюдение, помощь в ра­боте, правильное отношение к больному в семье)

Судебная экспертиза Если преступление совершено боль­ным при нелеченой болезни, то испытуемый признается невме­няемым В случаях правонарушения, совершенного после лече­ния, вопрос о вменяемости или невменяемости решается в за­висимости от характера лечебной ремиссии

Лечебное действие малярии на сифилис было известно и народной меди цине Так имеются сведения (Грин Л ) что среди части населения Африки был распространен обычаи посьпать заболевших сифилисом в малярийные болота

Глава 21. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

ПРИ СОСУДИСТЫХ ЗАБОЛЕВАНИЯХ ГОЛОВНОГО МОЗГА

Сосудистые заболевания головного мозга со свойственными им разнообразными нервно-психическими нарушениями явля­ются обычно одним из проявлений общих сосудистых заболева­ний, из которых наиболее распространены атеросклероз, гипер­тоническая болезнь (или их сочетание), гипотоническая болезнь Значительно реже встречаются психические расстройства в связи с облитерирующим (церебральным) тромбангиитом

Психические нарушения сосудистого происхождения весьма неоднородны как по клинической картине, так и по типу течения Обычно выделяют следующие группы расстройств I) нарушения гак называемого непсихотического уровня в виде астенической, неврозоподобнои (неврастеноподобнои, астеноипохондрическои астенодепрессивнои) дисфорическои и другой симптоматики и личностных изменении Эти расстройства обычно являются на­чальными проявлениями сосудистого заболевания, развиваются с нарастающей интенсивностью или протекают волнообразно, 2) сосудистые психозы, имеющие клиническую картину различных вариантов помрачения сознания, галлюцинаторных, галлюцина-юрно-параноидных, параноидных, аффективных и смешанных расстройств Возникают остро, подостро, длительность их также различна (могут иметь эпизодический, более или менее длитель­ный или затяжной характер течения), 3) сосудистая деменция Ха­рактер и выраженность психических расстройств обычно связаны со стадией основного сосудистого заболевания, однако иногда та­кой прямой зависимости не отмечается длительно протекающее сосудистое заболевание может не сопровождаться заметными пси­хическими расстройствами либо проявляться незначительной не­врозоподобнои или психопатоподобной симптоматикой

21.1. Психические нарушения при атеросклерозе мозговых артерий

Атеросклероз — самостоятельное общее заболевание с хрони­ческим течением, возникающее чаще у пожилых людей, хотя воз­можно его появление и в довольно молодом возрасте

Церебральный атеросклероз сопровождается рядом нервно-психических изменений и при неблагоприятном течении может привести к выраженному слабоумию или даже смерти

21.1.1. Клинические проявления

Клиническая картина церебрального атеросклероза различна в зависимости от периода заболевания, выраженности его, харак-

288 Часть III. Частная психиатрия

тера течения и т.д. Довольно часто заболевание дебютирует невро-зоподобной симптоматикой в виде раздражительности, повы­шенной утомляемости, снижения работоспособности, особенно умственной. Больные становятся рассеянными, с трудом концен­трируют внимание, быстро устают. Характерной особенностью начального перебросклероза является также усиление, как бы своеобразное шаржирование прежних черт личности: люди, ранее недоверчивые, становятся откровенно подозрительными, беспеч­ные — еще более легкомысленными, экономные — очень скупы­ми, склонные к беспокойству — выражено тревожными, недобро­желательные — откровенно злобными и т.д. Иными словами, то, что К.Шнейдер образно назвал «карикатурным искажением лич­ности». По мере развития заболевания все более отчетливо выяв­ляются нарушения памяти и снижение работоспособности.

Больные забывают, что им нужно сделать, не помнят, куда они положили ту или иную вещь, с большим трудом запоминают но­вое. Особенно слабеет память на текущие события (прошлое больные могут помнить довольно хорошо), имена и даты (нару­шение хронологической ориентации). Это заставляет больных, обычно критически оценивающих свое состояние, все чаще при­бегать к записной книжке. В некоторых случаях дело может дой­ти до возникновения типичного синдрома Корсакова. По мере прогрессирования болезни меняется и мышление больных: оно теряет прежнюю гибкость и подвижность. Появляются чрезмер­ная обстоятельность, заострение на каких-то деталях, многосло­вие, больные со все большим трудом выделяют главное, переклю­чаются с одной темы на другую (наступает тугоподвижность, или, как это иначе образно называют, окостенение мышления). Очень характерной чертой церебрального атеросклероза является воз­никновение выраженной эмоциональной лабильности — так на­зываемого слабодушия.

Больные становятся слезливыми, легко умиляются, не могут без слез слушать музыку, смотреть фильм, плачут при малейшем огорчении или радости, легко переходят от слез к улыбке и наобо­рот. Именно эта чрезвычайная эмоциональная лабильность стра­дающих церебральным атеросклерозом породила известное выра­жение «на чувстве этих больных можно играть, как на клавишах». Типична также склонность к реакциям раздражения, постепенно усиливающимся вплоть до резких гневливых вспышек по самым незначительным поводам. Больные делаются все более трудными в общении с окружающими, у них развиваются эгоизм, нетерпе­ливость и требовательность; появляется чрезвычайная обидчи­вость. Выраженность нарушений мышления и памяти, эмоцио­нальная несдержанность и особенности поведения говорят уже о наступлении так называемой атеросклеротической деменции, от-

Глава 21. Психические нарушения при сосудистых заболеваниях 289

носящейся к разновидности лакунарного (парциального, дисмне-стического) слабоумия.

Церебральный атеросклероз может быть одной из причин эпилепсии, возникающей в пожилом возраст. В ряде случаев по­является депрессия, нередко с повышенной мнительностью в от­ношении своего здоровья, а порой и с массой ипохондрических жалоб. Реже встречается эйфория. Иногда остро возникают (чаще ночью) состояния измененного сознания с бредом и галлюцина­циями (зрительными и слуховыми), длящиеся обычно несколько часов, реже — дней. Могут возникать и длительные галлюцина­ции, преимущественно слуховые. Значительно чаще у больных с атеросклерозом мозговых сосудов отмечаются хронические бре­довые состояния. Обычно это бред ревности, отношения, пресле­дования, ипохондрический, сутяжный, но могут встречаться и бредовые идеи иного характера (бред изобретательства, любов­ный и т.д.). Нередко бред, возникший у больных с атеросклеро­зом, носит паранойяльный характер.

Характерным симптомом выраженного атеросклероза являет­ся инсульт. Происходит внезапное глубокое помрачение созна­ния, чаще всего кома. Могут быть состояния помрачения созна­ния в виде сопора или оглушения. Если поражение захватило жизненно важные центры, быстро наступает летальный исход. В иных случаях динамика состояния больного следующая: кома, длящаяся чаще всего от нескольких часов до нескольких дней, сменяется сопором, и лишь постепенно происходит прояснение сознания. В этом периоде постепенного выхода из коматозного состояния у больных наряду с дезориентировкой и спутанностью могут быть речевое и двигательное возбуждение, беспокойство, тревоги, страхи. Возможны и судорожные состояния. Последст­виями инсультов бывают не только характерные неврологические нарушения (параличи, афазии, апраксии и т.д.), но часто и выра­женные психические нарушения в виде так называемого поста­поплексического слабоумия, носящего обычно также лакунар-ный характер.

Инсульты не всегда возникают внезапно, в ряде случаев им предшествуют продромальные явления (предынсультные состоя­ния). Предвестники выражаются в виде головокружений, прили­вов крови к голове, шума в ушах, потемнения или мелькания му­шек перед глазами, парестезии на той или иной половине тулови­ща. Иногда появляются парезы, расстройства речи, зрения или слуха, сердцебиение. Предынсультные состояния не обязательно должны кончаться типичным инсультом, порой дело ограничива­ется лишь этими преходящими нарушениями. Инсульты могут возникать как внезапно, так и в связи с различными провоциру-

290 Часть III. Частная психиатрия

ющими факторами состояния психического напряжения (гнев, страх, тревога), половыми и алкогольными эксцессами, перепол­нением желудка, запорами и тд

Больной 65 лет, в прошлом — преподаватель географии Отец больного страдал атеросклерозом, умер в 63 года после инсульта, мать скончалась от пневмонии в 60 лет Больной, кроме детских инфекции и простудных забо­леваний, ничем в прошлом не болел Артериальное давление всегда было в пределах нормы Алкоголем не злоупотреблял, но с юности много курил По характеру был спокойным, трудолюбивым, несколько педантичным Помимо преподавательской работы, много времени уделял написанию книг научно популярного характера, работал до позднего вечера, не отды­хал Последние 12 лет стал ограничивать свою деятельность только препо даванием, так как появилась повышенная утомляемость, особенно во вто­рой половине дня «Становился как выжатый лимон» Стал плохо спать, с утра испытывал головные боли, «голова как свинцом налита» Затем стал быстро уставать и от школьных уроков, проводил их вяло, иногда «вдруг за­бывал» какое-то географическое название и, «чтобы ученики не заметили, пытался как-то выкрутиться» шутил над собой или незаметно переводил разговор на другую тему Стало все труднее запоминать новый материал, к урокам начал все записывать, делал это все более тщательно и вообще ста­новился все более педантичным Появилась несвойственная ему ранее раз­дражительность, с трудом переносил разговоры учеников на уроках, однаж­ды внезапно «дико» накричал на одного из учеников, устыдился своего по­ступка, со слезами на глазах стал просить прощения Дома также возника­ли внезапные вспышки раздражения, потом раскаивался, плакал, но быст­ро успокаивался, особенно если близкие начинали утешать его Оставил ра­боту, был переведен на инвалидность Прежде внимательный и заботливый к окружающим, стал более черствым, эгоистичным и обидчивым По мно­гу раз говорил об одном и том же, сердился и расстраивался, когда его не слушали Отмечал все большие расстройства памяти на текущие события, путал дни недели и даты Прошлое помнил довольно хорошо Затем, выхо­дя из дома погулять, стал забывать обратную дорогу, входил в чужие подъез­ды Однажды ушел далеко от дома, растерянно бродил по улицам, плакал Был доставлен в милицию и после консультации вызванного психиатра на­правлен в психиатрическую клинику, где долго не мог запомнить имени ле­чащего врача, а наконец запомнив, называл им всех женщин из числа пер­сонала Не помнил текущих дат, ближайших событий, но часто вспоминал давние, уверял что это было только что В частности, сообщал, что вчера был в издательстве, где выходит его очередная книга, на прошлой недепе ходил со своими учениками в горы, сегодня утром проверял экзаменацион­ные билеты Настроение неустойчивое привеишвоыь и благодушие вне­запно сменяются вспышками гнева или плачем, особенно при воспомина­нии о каких-то старых, даже несуществующих обидах В то же время следу­ет прежним морально-этическим правилам при приближении к нему лю­бой женщины — служащей больницы встает, извиняется, что плохо выбрит, просит разрешения полежать в ее присутствии Артериальное давление по­стоянно в пределах возрастной нормы

Диагноз церебральный атеросклероз, дисмнестическое (лакунарное, парциальное) слабоумие, корсаковский синдром

Глава 21 Психические нарушения при сосудистых заболеваниях 291

Неврологические и соматические нарушения. Больные атероск­лерозом часто испытывают головокружения, головные боли, шум в ушах (в виде гудков, свистков, шипения, постукивания и тд ), нередко синхронный с пульсом Характерны также, жалобы на расстройства сна (заснув с вечера, больные обычно довольно скоро просыпаются и заснуть уже не могут, может быть также из­вращение ритма сна) При неврологическом обследовании часто обнаруживаются уменьшение величины зрачков и вялая их реак­ция на свет, тремор пальцев рук, нарушение координации тонких движении, повышение сухожильных рефлексов По мере утяже­ления заболевания, неврологические нарушения становятся все более выраженными, особенно после инсультов, когда уже появ­ляется грубая органическая симптоматика (паралич, афазия, ап-раксия и тд )

Из соматических нарушений обнаруживаются склеротичес­кие изменения периферических сосудов и внутренних органов (особенно сердца, аорты и почек), могут отмечаться повышение артериального давления, тахикардия, иногда периодически воз­никающее чеин-стоксово дыхание (при атеросклерозе артерий, питающих продолговатый мозг) Как на один из ранних симпто­мов церебрального атеросклероза указывают на парестезии, и в частности глоссалгию — длительные болевые ощущения в языке, обычно в виде чувства жжения Характерен и внешний вид боль­ных человек выглядит старше своего возраста, кожа его желтеет, становится дряблой и морщинистой, отчетливо обозначаются плотные и извитые подкожные сосуды, особенно на висках

2.1.1.1.1. Рубрификация психических расстройств в МКБ-10

В МКБ-Ю эти расстройства отнесены в раздел «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» F 00 — F 09 и кодируются в соответствии с ведущим синдромом (деменции, делирий, амнестические, аффективные и другие расстройства)

21.1.2. Этиология, патологическая анатомия и патогенез

Этиология и патогенез атеросклероза полностью пока еще не выяснены Определенное значение имеет нарушение липидного обмена (главным образом холестеринового), приводящее к отло­жению липидов во внутренней оболочке артерий с последующим реактивным разрастанием соединительной ткани Вследствие по­ражения сосудистой стенки происходят различной тяжести расст­ройства мозгового кровообращения, вызывающие те или иные поражения нервной ткани

Для объяснения механизма поражения сосудов был предло­жен ряд теории, в частности так называемая инфильтрационная теория, согласно которой ведущая роль в развитии сосудистых из-

292 Часть III. Частная психиатрия

менений при атеросклерозе принадлежит инфильтрации стенок артерий липидами, циркулирующими в крови.

Однако в последние годы стали появляться исследования, свидетельствующие о том, что липиднои инфильтрации часто предшествуют первичные изменения физико-химического состо­яния сосудистой стенки (накопление в интиме мукополисахари-дов, жирных кислот, не экстрагируемого коллагена, частичная ги­поксия тканей сосудистой стенки, изменения ее проницаемости и проникновение белков плазмы в толщину интимы)

В возникновении психических нарушении несомненное зна­чение имеют такие факторы, как гипоксия мозга или разрушение и гибель участков нервной ткани вследствие ишемии либо крово­излияния в мозг. Дополнительными вредными факторами, влия­ющими как на основное заболевание, так и на возникновение и тяжесть психических нарушении, могут быть конституциональ­но-генетические особенности, различные интоксикации, инфек­ции, общесоматические заболевания, эндокринные сдвиги, об­щие нарушения обменных процессов, особенности питания и об­раза жизни, в том числе длительный и тяжелый, без необходимо­го отдыха интеллектуальный или физический труд.

21.1.3. Диагноз, течение и прогноз

Диагностика основывается на выявлении описанных выше нарушений, характере их возникновения и динамики у больных с соматоневрологическими признаками атеросклероза.

Подтверждением сосудистого генеза выявленных психичес­ких нарушений является обнаружение начальной психоорганиче­ской симптоматики: мнестических и аффективных нарушений, заострения личностных особенностей.

Течение часто имеет волнообразный характер, особенно в пер­вые годы заболевания. Тяжесть прогноза определяется не только степенью поражения сосудов, но и локализацией процесса.

21.1.4. Профилактика и лечение

Для профилактики атеросклероза, помимо правильного пи­щевого режима (ограничение пищи, богатой холестерином и жи­ром) и исключения таких интоксикации, как алкоголизм и куре­ние, имеют очень большое значение правильная организация тру­да и отдыха, систематические посильные физические упражне­ния и особенно предупреждение перенапряжения центральной нервной системы.

Лечение атеросклероза (патогенетическое и симптоматичес­кое) должно проводиться со строгим учетом всех особенностей клинической картины, быть комплексным и длительным, на­правленным как на нормализацию липидного обмена и цереб-

Глава 21. Психические нарушения при сосудистых заболеваниях 293

ральнои гемодинамики, так и на активизацию метаболизма сосу­дистой стенки и нервных клеток.

При начальных проявлениях болезни показаны витаминоте­рапия, особенно витамины С и РР, а также поливитаминные пре­параты (аевит, ундевит, декамевит и т.д.)- Назначают также лече­ние препаратами иода: кальцииодином, 0,3% раствором иодида калия (по одной столовой ложке 3 раза вдень) или 5% раствором йодной настойки (начиная с 2—3 капель по 2 раза в день, посте­пенно прибавляя по 1—2 капли вдень, довести до 15-20 капель 2 раза в день) Принимать в молоке после еды Рекомендуются и пищевые продукты, содержащие йод, например морская капуста, особенно показанная при склонности к запорам. При лечении препаратами иода не следует забывать о возможных явлениях ио-дизма. Применяются линетол и близкий ему по действию арахи-ден, клофибрат (мисклерон), полиспонин, метионин.

На всех стадиях атеросклероза, в том числе и в инициальном пе­риоде, показаны ноотропы (от греч noos — разум, мышление и tro-pos — поворот, направление) в связи с их способностью улучшать би­оэнергетический метаболизм нервных клегок и активизировать тем самым интегративные механизмы мозга. Это в первую очередь ами-налон (гаммалон), пирацетам (ноотропил), пиридитол (энцефабол).

Улучшают мозговое кровообращение циннаризин (стугерон), кавинтон, винкапан, девинкан, пентоксифиллин (трентал).

В последние годы для профилактики и лечения атеросклероза рекомендуются гемо- и плазмосорбция, замедляющие, приоста­навливающие процессы накопления холестерина (Лопухин Ю.М ).

При динамических нарушениях мозгового кровообращения (наряду с дибазолом, лазиксом и т.д.) следует вводить внутримы­шечно пирацетам (ноотропил) в период кризиса, а затем продол­жать лечение перорально.

Очень большое значение для лечения атеросклероза имеют диета, соблюдение режима труда и отдыха, лечебная физкультура, психотерапия.

При атеросклеротических психозах показано назначение про­изводных фенотиазина: аминазина, тизерцина (нозинан, левоме-промазин), этаперазина (трилафон, перфеназин). Применение нейролептиков следует начинать с малых доз При состоянии тре­воги показаны транквилизаторы тазепам, мепротан, либриум, фе-назепам и т.д. Седативные средства при атеросклерозе следует на­значать с осторожностью, так как возможен парадоксальный эф­фект — усиление беспокойства. В ряде случаев показаны антико­агулянты При сочетании атеросклероза с гипертонической бо­лезнью назначаются гипотензивные средства. При атеросклеро-тическом слабоумии рекомендуются такие препараты, как цереб-

294 Часть III. Частная психиатрия

ролизин, липоцеребрин, фитин, метионин, а также ноотропные препараты. Очень важно следить за состоянием внутренних орга­нов, особенно сердца и кишечника, у больных атеросклерозом.

Лечение при инсультах подробно изложено в учебниках по не­врологии и нейрохирургии Терапия постинсультных состояний должна включать в себя ноотропные препараты, церебролизин, ле­чебную физкультуру, психотерапию при тревогах и беспокойстве.

21.2. Психические нарушения при гипертонической болезни

21.2.1. Клинические проявления

Наряду с заболеваниями сердца и почек для гипертонической болезни очень характерны церебральные расстройства. Выража­ются они в различных типах нарушении мозгового кровообраще­ния, начиная от легких гипертонических кризов и кончая самым тяжелым поражением — инсультом Среди летальных исходов при гипертонической болезни количество случаев смерти вследствие расстройства мозгового кровообращения стоит на втором месте после случаев смерти от поражений сердца.

Помимо многочисленных неврологических нарушений, свя­занных с тем или иным типом расстройства мозгового кровообра­щения (более или менее стойкие очаговые поражения в виде паре­зов, параличей, изменений чувствительности, афазий, апраксий и т.д), для гипертонической болезни характерны и разнообразные психические нарушения — так называемые гипертонические пси­хозы. Психопатологические явления, возникающие вследствие гипертонической болезни, могут встречаться при любых формах и стадиях заболевания. Вместе с тем имеется определенная связь между характером психических нарушений и стадией гипертони­ческой болезни Например, неврозоподобная симптоматика более характерна для I (начальной) стадии заболевания, а развитие сла­боумия наблюдается преимущественно в III (конечной) стадии Наиболее часто гипертоническая болезнь вызывает следующие типы психических нарушений (Авербух ЕС). I) неврозоподоб-ную и психопатоподобную симптоматику, 2) тревожно-депрес­сивные и тревожно-бредовые синдромы, 3) состояния помраче­ния сознания, 4) состояния слабоумия Помимо этих четырех (вы­деленных с известной долей схематизма) групп психических нару­шений встречаются и другие, менее частые расстройства псевдо­паралитический статус, напоминающий картину прогрессивного паралича, псевдотуморозныи синдром, симулирующий клинику опухоли мозга, довольно редко возникающее маниакальное состо­яние и т.д. Отмечаются и смешанные клинические картины.

Больные гипертонической болезнью очень часто предъявляют жалобы на раздражительность, головные боли, плохой сон, повы-

Глава 21 Психические нарушения при сосудистых заболеваниях 295

шенную утомляемость и вялость, снижение работоспособности, становятся рассеянными, мнительными, слабодушными и плак­сивыми, очень обидчивыми У одних при этом преобладает асте­нический синдром, у других — раздражительность и вспыльчи­вость Нередко возникают и разного рода навязчивые состояния: навязчивый счет, навязчивые воспоминания и сомнения и осо­бенно мучительные для больных навязчивые страхи. Больные страдают от кардиофобии, испытывают навязчивый страх смерти, страх высоты, движущегося транспорта, большой толпы и т.д

Психопатоподобные состояния при гипертонической болезни чаще всего возникают вследствие своеобразного заостроения прежних характерологических особенностей, подобно тому, что наблюдается в начальных стадиях церебрального атеросклероза и что К.Шнеидер назвал шаржированным карикатурным искаже­нием личности (см. главу 21). Больные становятся все более труд­ными в общении, у них легко возникают аффективные вспышки, они не терпят возражений, легко плачут.

Довольно типичной картиной, наблюдающейся у больных ги­пертонической болезнью, является снижение настроения. В од­них случаях при этом преобладает тоскливо-подавленное состоя­ние, в других — тревожность и беспокойство. Тревога чаще всего носит немотивированный характер, возникает внезапно, иногда ночью. У больных гипертонической болезнью может внезапно появиться сильный страх. Бредовые идеи нередко связаны с де­прессивным состоянием. Наиболее часто встречаются ипохонд­рический бред, бред осуждения, отношения и преследования, мо­гут возникать также идеи ревности и самообвинения, реже — бред иного характера.

Характерны состояния помраченного сознания. Наряду с синд­ромом оглушения в различных его степенях, начиная от обнубиля-ции и кончая самым тяжелым нарушением — комой (при инсуль­те), могут возникать сумеречные состояния сознания, сновидные (онейроид), делириозные и аментивные состояния (см. главу 11). Свойственные больным гипертонической болезнью нарушения памяти могут быть выражены в самой различной степени, начиная от легкой забывчивости и кончая грубыми мнестическими расст­ройствами. Может развиваться органический психосиндром. Иногда встречается типичный синдром Корсакова. В ряде случаев гипертоническая болезнь приводит к выраженному слабоумию. Деменция может возникнуть как в связи с инсультами (постин­сультная или постапоплексическая деменция), так и без них.

21.2.2. Этиология и патогенез

Гипертоническая болезнь — одно из самых распространенных заболеваний, с которым встречаются врачи многих специальное-

296 Часть III. Частная психиатрия

теи, втом числе и психиатры. Вопросы этиологии и патогенеза ги­пертонической болезни, так же как профилактика и лечение ее, относятся к числу чрезвычайно актуальных проблем современной медицины. Гипертоническая болезнь возникает в результате более или менее интенсивных и длительных состоянии психического напряжения, вызываемых различными психогенными (психо-травмирующими) моментами. Иными словами, изменения сосу­дистого тонуса, лежащие в основе гипертонической болезни, обус­ловлены (путем очень сложных нейрогуморальных механизмов) психогенно возникающими нарушениями высшей нервной дея­тельности. Эта теория психогенеза гипертонической болезни, вы­двинутая Г.Ф.Лангом и развитая в дальнейшем А.Л.Мясниковым, является в настоящее время наиболее распространенной и при­знанной. Однако психогенно вызванные состояния аффективного напряжения, имеющие огромное значение в происхождении ги­пертонической болезни, не являются единственным патогенным воздействием. Имеют значение и такие факторы, как наследствен­ные особенности, возрастное предрасположение, эндокринные сдвиги и т.д. Гипертоническая болезнь может быть связана также с поражением сосудов почек — снижением почечного кровотока.

21.2.3. Профилактика и лечение

Для предупреждения гипертонической болезни очень большое значение имеет устранение всех факторов, вызывающих состоя­ние аффективного напряжения. Урегулированные семейные отно­шения, правильная организация труда и отдыха, физические уп­ражнения, пищевой режим, исключение интоксикаций — все эти факторы способствуют профилактике гипертонической болезни, а в начальных стадиях ее дают и хороший терапевтический эффект.

Лечение гипертонической болезни должно быть комплексным и строго индивидуальным

Медикаментозная терапия гипертонической болезни, подроб­но изложенная в учебнике по внутренним болезням, всегда долж­на сочетаться с продуманной психотерапией, диетотерапией, пра­вильно организованным режимом дня с твердым соблюдением режима труда и отдыха, лечебной физкультуры.

При неврозоподобной и психопатоподобной симптоматике особенно показаны различные седативные средства (препараты валерианы, пустырника и т.д.), а также транквилизаторы, в пер­вую очередь производные бензодиазепина: элениум (либриум), диазепам (седуксен, валиум), оксазепам (тазепам), мезапам (ру-дотель), феназепам.

В начальных стадиях болезни может быть полезной также тера­пия электросном. Для лечения гипертонических психозов показа­ны препараты фенотиазинового ряда, из которых применяется, в

Глава 21 Психические нарушения при сосудистых заболеваниях 297

частности, тизерцин (левомепромазин, нозинан), в некоторых случаях (при резком возбуждении, стойких бредовых идеях, выра­женном аффективном напряжении) — аминазин (хлорпромазин, ларгактил). Однако при введении этих препаратов надо помнить о возможном очень быстром гипотензивном эффекте вплоть до ор-тостатического коллапса, поэтому вводить их надо с большой ос­торожностью, под контролем за артериальным давлением.

При острых сосудистых психозах, протекающих с состоянием спутанности, показаны ноотропные препараты, в первую очередь пирацетам (ноотропил) внутримышечно или перорально Приме­няются эти препараты и при инсультах, в остром периоде парен­терально, затем перорально на протяжении 1—2 мес. Для лечения постинсультных состояний показан также аминалон (гаммалон) перорально.

Пирацетам (ноотропил) и аминалон (гаммалон) назначаются также при развитии психоорганического синдрома.

21.3. Психические нарушения при гипотонической болезни

У больных гипотонической болезнью могут возникать гипото­нические кризы, сопровождающиеся головокружениями, резкой слабостью, вазомоторными нарушениями, иногда обморочные состояния.

Больные очень часто жалуются на головные боли, головокру­жения, появляющиеся обычно при переходе, особенно резком, из горизонтального положения в вертикальное, шум в ушах, вялость, повышенную утомляемость. У некоторых больных, помимо асте­нической симптоматики, возникают и депрессивные состояния, обычно нерезко выраженные В ряде случаев больные становятся тревожными и мнительными, высказывают множество ипоходри-ческих жалоб Иногда возникают навязчивые страхи — фобии.

Лечение Показаны витаминотерапия (С и В,), назначение би­огенных препаратов, стимулирующих средств: женьшеня, китай­ского лимонника, настойки заманихи, настойки аралии, элеуте­рококка, пантокрина, кофеина, при повышенном протромбино-вом индексе — антикоагулянтов Медикаментозную терапию при гипотонической болезни нужно сочетать с трудотерапией, физио­терапией (обтирание, души, углекислые ванны), лечебной физ­культурой и правильной организацией труда и отдыха.

21.4. Психические нарушения

при облитерирующем (церебральном) тромбангиите

Больные облитерирующим тромбангиитом предъявляют жа­лобы на головные боли, головокружения, слабость, сонливость, повышенную утомляемость Клиническая картина нервно-пси-

298 Часть III. Частная психиатрия

хических нарушений разнообразна и изучена еще недостаточно. Помимо очаговой симптоматики, описаны эпилептиформные состояния, шизофреноподобные картины состояния помрачен­ного сознания, клиническая картина псевдотумора. После 40—50 лет церебральный тромбангиит трудно дифференцировать с цере­бральным атеросклерозом. Заболевание может привести к выра­женному слабоумию.

Профилактика и лечение. Рекомендуются полное исключение алкогольных напитков и курения, покои, оберегайте больного от волнений. Показана терапия комплексом витаминов группы В (В,, В]2, В6) и С, поливитаминами, антикоагулянтами, препарата­ми йода, сульфатом магния, лекарственными средствами спазмо­литического и сосудорасширяющего действия.

21.5. Экспертиза

В начальных стадиях сосудистых заболевании больные могут продолжать свои обычные занятия, хотя и с большими усилиями, ввиду повышенной утомляемости. Инвалидизация, наступающая при выраженных нервно-психических нарушениях, является пока­занием к переводу больных на III, II и даже I группу инвалидности.

Определение вменяемости или невменяемости зависит от психического состояния больных с сосудистой патологией голо­вного мозга, степени психических нарушений. При выраженной патологии (слабоумие, наличие бреда и т.д.) больные считаются невменяемыми.

Глава 22. ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА

ПРИ ОПУХОЛЯХ ГОЛОВНОГО МОЗГА

Психические нарушения встречаются при всех опухолях моз-i а, но далеко не всегда они достаточно четко и своевременно оце­ниваются как проявление опухолевого процесса.

Функции головного мозга нарушаются в связи с воздействием опухоли, сопровождающимся: 1) повышением внутричерепного давления; 2) сдавлением и смещением отдельных участков мозга; 3) разрушением ткани мозга в месте развития опухоли; 4) расст­ройствами крово- и ликворообращения; 5) реактивным отеком и набуханием ткани головного мозга. Каждый из указанных факто­ров может быть источником то разлитых, охватывающих всю сложную мозговую мозаику, то более очерченных нарушений нейродинамики, составляющих непосредственный субстрат симптомов (Кербиков О.В.).

22.1. Клинические проявления

Психические расстройства при опухолях мозга относятся к группе экзогенно-органических нарушений.

Наиболее рано возникающим симптомом является головная боль, она бывает связана с повышением внутричерепного давле­ния и носит разлитой распирающий характер. Выраженность этих расстройств зависит от размеров опухоли и ликвородинамичес-ких нарушений. Головные боли, наблюдающиеся в ночное и ут­реннее время, связывают с венозным застоем в полости черепа и усилением внутричерепного давления.

С повышением внутричерепного давления связаны рвота и брадикардия. Рвота обычно возникает внезапно и не связана с диспепсическими явлениями или приемом пищи. Характерно их возникновение ночью или рано утром.

Наиболее частым из психических нарушений при опухолях яв­ляется нарушение сознания от неглубоких состояний оглушения (об-нубиляций) до выраженных состояний оглушения, сопора и комы, которые связаны с нарастающим внутричерепным давлением и ста­новятся отчетливыми при достижении его определенной степени.

При оглушении наблюдается снижение активного внимания, нарушается в дальнейшем и пассивное, внимание больного привле­кается только громкими раздражителями Больные вялы, апатичны, безучастны к происходящему. Все психические процессы обеднены, затруднены и замедлены. На фоне оглушенности развиваются дру­гие состояния нарушенного сознания (делириозные, сумеречные), а также острые психотические состояния по типу экзогенных.

При опухолях могут наблюдаться так называемые особые со­стояния, возникающие пароксизмально с типичной органичес-

300 Часть III. Частная психиатрия

кой симптоматикой: искаженные пространственные восприятия, метаморфопсии, аутометаморфопсии (расстройства схемы тела), вестибулярные и деперсонализационные расстройства.

Существует определенная связь психотических состоянии с локализацией опухолей. Так, например, делириозные и сновид-ные состояния чаще наблюдаются при опухолях височной доли, сумеречные состояния — при опухолях мозгового ствола.

Психоорганические расстройства отмечаются при различной локализации опухолей. Выраженность этих расстройств зависит от темпа роста опухоли, давности заболевания и возраста боль­ных. У 25% больных наблюдается клиническая картина корсаков-ского синдрома, который развивается постепенно и прогрессиру­ет. В мыслительной деятельности нарушения проявляются в су­жении и обеднении ассоциативных процессов, утрате четкости понятий и представлений, снижении уровня суждений. Аффек­тивная лабильность, имеющаяся на первых этапах развития опу­холи, сменяется эмоциональным обеднением или состоянием слабоумия с веселым возбуждением — морией.

При опухолях возможны приступообразные галлюцинаторные расстройства — рудиментарные галлюцинации, галлюцинозы, которые имеют значение для топической диагностики опухолей. Неприятные вкусовые, обонятельные (гарь, гниль, дым и др.) гал­люцинации и устрашающие зрительные пароксизмально возни­кающие самостоятельна или как аура перед припадком являются признаком височных опухолей.

При опухолях затылочной области наблюдаются элементар­ные зрительные галлюцинации, сочетающиеся с нарушением цветоощущения и различного вида гемианопсиями.

Нарушения восприятия собственного тела (расстройства сенсор­ного синтеза, схемы тела), когда больные жалуются, что руки или ноги стали непомерно большими, голова увеличивается, шея пере­кручивается, наблюдаются чаще при опухолях теменной области.

Эпилептические расстройства (припадки, абсансы, сумереч­ные состояния сознания) относятся к частым симптомам опухо­лей головного мозга. Ограниченные (джексоновские) припадки чаще наблюдаются при локализации опухолей в области цент­ральных извилин. Описаны типичные дисфорические состояния при опухолях, склонность к экстатическим переживаниям, эпи-лептоидные изменения личности, поведения и мышления.

По мере нарастания оглушенности больной, предоставленный самому себе, большую часть времени проводит в полудремотном состоянии и может быть выведен из него только настойчивым об­ращением, но, оставленный в покое, снова погружается в полудре му. Оглушенность, нарастая, переходит в сопорозное состояние.

Глава 22. Психические расстройства при опухолях головного мозга 301

Параллельно с нарастанием оглушенности развиваются нару­шения памяти и ориентировки. Больные не помнят или с трудом вспоминают, какую пищу принимали накануне, не могут вспом­нить события последнего времени, имена своих близких, детали, адреса, рассказать историю своей болезни. Они плохо ориентиру­ются в месте и времени, часто уверяют, что в больнице находятся 2—3 дня или что они дома, а не в больнице и т.д.

Страдает и аффективная сфера: больные становя1ся раздра­жительными, легковозбудимыми, легкомысленными, дурашли­выми или агрессивными, но чаще бывают вялыми, типичными, безразличными, постепенно утрачивают интерес к событиям и окружающему, делаются безучастными к делам, дому, семье.

Утрачивается способность к суждениям, отвлеченному и ком­бинированному мышлению. Ответы становятся односложными, суждения и поступки — немотивированными.

У больных появляется не обоснованная ни их положением, ни окружающей действительностью склонность к шутливости и не­лепым замечаниям. Недооценка больными всей серьезности сво­его положения бывает очень выраженной. Так, один больной с 1лиомой лобно-височной области, с резкий ослаблением зрения, упорными рвотами, головными болями и гемипарезом настойчи­во требовал выписки, уверяя, что он совершенно здоров и может работать, хотя из-за гемипареза и общего тяжелого состояния ут­ратил способность к самостоятельному передвижению.

Нередки и многообразны обманы чувств: зрительные, слуховые, вкусовые галлюцинации и нарушения схемы тела (анозотопогнозии).

Галлюцинации наблюдаются примерно у 10—12% всех боль­ных с опухолевыми заболеваниями мозга. Чаще они носят непри­ятный характер: больные ощущают запахи дыма, гари, лекарств, група и т.д., видят животных, нередко фантастических, готовых напасть, странные фигуры людей, слышат погребальные или гру­стные напевы, писк ребенка и др.

Больные ощущают увеличение или уменьшение частей тела, изменение их положения, формы или полное отделение от тела.

Галлюцинации, особенно зрительные и анозотопогнозии, мо-1ут приобретать значительную выраженность и быть источником тяжелых переживаний. Одна больная с глиомой правой височной области видела скелет, покрытый саваном, с косой в руках и ис­пытывала при этом животный страх. У другой больной с туберку-ломой теменной доли было ощущение винтообразного скручива­ния конечностей, при этом она с выражением ужаса на лице умо­ляла окружающих держать ее ноги.

Галлюцинации могут возникать как изолированно, так и в раз­личных комбинациях. Наиболее сложные галлюцинации наблюда-

302 Часть III. Частная психиатрия

ются при опухолях височной доли. У таких больных одновременно возникают обонятельные, слуховые и зрительные галлюцинации.

В связи с описанными психическими нарушениями изменя­ются и поведение больного, и его взаимоотношения с окружаю­щими Эти начальные расстройства иногда напоминают другие психические заболевания: корсаковский и псевдопаралитичес­кий синдромы, маниакально-депрессивный психоз и др Страда­ющие опухолями головного мозга чаще умирают в психиатричес­ких больницах, чем в лечебных учреждениях иного профиля.

22.2. Роль психических нарушений в диагностике опухолей мозга

В тех случаях, когда на первый план выступают психические нарушения, обусловленные повышением внутричерепного давле­ния, диагностика не вызывает затруднений.

В случаях, когда другие психические нарушения выступают на первый план или речь идет о пожилом больном с атеросклероти-ческими или невротическими расстройствами, могут возникать значительные диагностические затруднения.

Нарушения психики при опухолях мозга редко приобретают характер какой-либо определенной нозологической формы, по­этому все случаи неопределенного нетипичного расстройства должны подвергаться тщательному анализу на основании имею­щихся неврологических симптомов и результатов исследования глазного дна.

По поводу топико-диагностического значения психических нарушений нет единого мнения Нарушения психики, в основе которых лежит водянка мозга, вызванная опухолью, не имеют то­пико-диагностического значения. В тех случаях, когда оглушен­ность и другие психические нарушения возникают в связи с по­вышенным внутричерепным давлением, вызванным массой са­мой опухоли, они могут иметь известное диагностическое значе­ние. Это относится в первую очередь к опухолям лобных, левой височной долей и мозолистого тела

При опухолях — менингиомах базальной коры лобных долей наблюдается псевдопаралитический синдром с постепенным на­растанием амнестических расстройств. Аналогичные расстройст­ва могут носить вторичный характер при опухолях гипофиза Обычно в этих случаях появляются инфундибулотуберальные симптомы с расстройствами функций сна и бодрствования, явле­ниями булимии, сексуальными нарушениями и изменениями терморегуляции

В дальнейшем при росте опухоли наблюдаются дурашливость, эйфория и слабоумие с нелепыми поступками.

Глава 22. Психические расстройства при опухолях головного мозга 303

Изменения психики при поражении коры лобных долей каче­ственно и количественно разнообразны. Наблюдается широкий диапазон изменений — от легкого нарушения активности и спон­танности до грубых изменении, которые известны только при ис­ходных состояниях прогрессивного паралича и шизофрении.

При поражении коры лобных долей, главным образом выпук­лой поверхности, ближе к полюсу лобной доли, наблюдаются аф­фективно-волевые нарушения по типу апатико-акинетико-абули-ческого синдрома. Больные становятся медлительными, тупыми, аспонтанными, бедными в движениях

При поражениях левого полушария все эти нарушения более массивны, главным образом id счет нарушений речи и мышления, понятие об окружающей жизни сужено и уплощено.

При поражении коры лобных долей премоторной зоны высту­пают сложные моторные и психомоторные автоматизмы, эпилеп-тиформные припадки и сумеречные состояния сознания При очень медленном росте опухоли могут наблюдаться психические изме­нения личности по типу эпилептических.

При локализации опухолей в височных долях часто наблюдаются различные галлюцинации с преобладанием обонятельных, эпилепти-формные припадки, нарушения памяти и раздражительность. Диа­гностическая ценность галлюцинаций оценивается неоднозначно.

22.3. Сравнительно-возрастные особенности психических нарушений при опухолях мозга

У детей с психопатологическими проявлениями опухолей на­блюдается сочетание органических нарушений, обусловленных опухолевым процессом с типичными для этапов созревания пси­хики особенностями.

Симптомы опухолей мозга в детском возрасте менее выраже­ны: наряду с утренней рвотой часто внезапно возникают голо­вные боли, приступы судорог. У одних детей наблюдается недет­ское поведение, у других — апатия с дурашливостью Может иметь место речевая и поведенческая регрессия (Гельниц Г)

При медленно нарастающих расстройствах обнаруживаются изменения в поведении: раздражительность, конфликты в школе, школьная дезадаптация с постепенным нарастанием утраты инте­реса к играм, апатии и органического слабоумия

22.3.1. Рубрификация психических расстройств в МКБ-10

В МКБ-10 эти расстройства отнесены в раздел «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» F 00 — F 09 как «Неуточненные психические расстройства в связи с новооб­разованием (опухолью) головного мозга» или «Другие органичес­кие расстройства личности и поведения в связи с новообразова­нием (опухолью) головного мозга».

304 Часть III. Частная психиатрия

22 А. Этиология, патогенез и патологическая анатомия

Причиной психических нарушений при опухолях мозга явля­ется сам опухолевый процесс, повреждающий мозг. В формирова­нии психических нарушений, с одной стороны, играют роль фак­торы, обусловленные самой опухолью, ее локализация, гистобио-логическая природа, особенности темпа роста, отек и набухание мозга, нарушения ликвородинамики, повышение внутричереп­ного давления и др., и с другой — состояние организма больного, его возраст, перенесенные ранее травмы и инфекции, эндокрин­ные сдвиги конституциональные особенности личности, сомати­ческие заболевания и др

Опухоли по локализации делятся на супратенториальные (больших полушарии) и субтенториальные (задней черепной ям­ки), а также на внемозговые (экстрацеребральные) и внутримоз-говые (интрацеребральные), выделяются также еще внутрижелу-дочковые опухоли.

Среди опухолей больших полушарий около 75% — внутримоз-говые и 25% — внемозговые (оболочечно-сосудистые).

22.5. Распространенность

В литературе приводятся различные данные о частоте психи­ческих нарушений при опухолях головного мозга: И.Я.Раздоль-ского (1941) - в 75-78% случаев, Walter-Buell (1951) - в 70%. Счи­тается, что частота психических нарушений зависит от располо­жения опухоли: 100% — при опухолях мозолистого тела, 79% — при лобных опухолях, 52,1—66,6% — при опухолях гипофиза, ви­сочных, теменных и затылочных долей, 25% — при опухолях моз­гового ствола и 35,5% — при опухолях мозжечка.

Такие различия обусловлены как особенностями опухолевого процесса, так и тщательностью психопатологического, невроло­гического, нейропсихологического обследования.

Мозговые опухоли на вскрытиях в психиатрических больни­цах обнаруживаются в 3—4% случаев, причем у многих умерших опухоли при жизни не были диагностированы.

Частота психических нарушений при опухолях головного мозга увеличивается с возрастом, если в возрасте до 20 лет психические нарушения наблюдались в 45%, то свыше 60 лет — в 88% случаев. В позднем возрасте при опухолях головного мозга преобладают ост­рые (транзиторные и пароксизмальные) психотические состояния.

Процент выявленных больных с опухолями головного мозга от общего числа обследованных составляет не более 0,25 (пример­но треть больных с доброкачественными опухолями), и при свое­временном выявлении и оперативном вмешательстве можно на­деяться на благоприятный прогноз.

Глава 22. Психические расстройства при опухолях головного мозга 305

22.6. Прогноз

Прогноз психических нарушений при опухолях, как и общий прогноз, зависит от гистобиологии опухоли, этапа развития забо­левания, локализации опухоли, правильности топической диа­гностики и возможности хирургического вмешательства, возрас­та и соматического состояния больного.

Хирургическое лечение в фазе субкомпенсации приводит к летальности в 5,5% случаев, в фазе умеренной декомпенсации — в 20,9%, в фазе грубой декомпенсации — в 38%.

Динамика психических нарушении после оперативного вме­шательства различна, в одних случаях после радикальных опера­ций с удалением участков мозга наблюдается адекватное поведе­ние с возвращением к профессиональной деятельности, в других наблюдается формирование более или менее выраженного психо­органического синдрома

22.7. Лечение и экспертиза

Основным лечением является хирургическое вмешательство с целью удаления опухоли. Результатом такого вмешательства мо­гут быть полное и частичное удаление опухоли, операция типа де­компрессии. Оперативное лечение обычно сочетается с рентгено­терапией, гормональным и иммунологическим лечением, химио­терапией, избирательным введением радиоактивных изотопов в опухоль. В зависимости от психопатологической симптоматики назначают антидепрессанты и нейролептики. В послеоперацион­ном периоде при наличии психоорганического синдрома целесо­образно применение ноотропов.

Экспертные вопросы решаются в зависимости ог локализации опухоли и выраженности психических нарушений

Глава 23. ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

ПРИ СОМАТИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИЯХ

Соматические заболевания, состоящие в поражении отдель­ных внутренних органов (в том числе и эндокринных) или целых систем, нередко вызывают различные психические расстройства, чаще всего называемые «соматически обусловленными психоза­ми» (Шнайдер К.)

Условием для появления соматически обусловленных психозов К. Шнайдер предложил считать наличие следующих признаков. 1) присутствие выраженной клиники соматического заболевания; 2) присутствие заметной связи во времени между соматическими и психическими нарушениями; 3) определенный параллелизм в те­чении психических и соматических расстройств; 4) возможное, но не обязательное появление органической симптоматики.

Единого взгляда на достоверность этой «квадриады» в настоя­щее время нет.

Клиническая картина соматогенных расстройств зависит от характера основного заболевания, степени его тяжести, этапа те­чения, уровня эффективности терапевтических воздействий, а также от таких индивидуальных свойств заболевшего, как наслед­ственность, конституция, преморбидный склад личности, воз­раст, иногда пол, реактивность организма, наличие предшествую­щих вредностей (возможность реакции «измененной почвы» — ЖислинС Г).

Раздел так называемой соматопсихиатрии включает в себя ряд тесно взаимосвязанных, но в то же время различных по клиниче­ской картине групп болезненных проявлений.

Прежде всего это собственно соматогения, т.е. психические нарушения, обусловленные соматическим фактором, которые от­носятся к большому разделу экзогенно-органических психичес­ких расстройств Не меньшее место в клинике психических нару­шений при соматических заболеваниях занимают психогенные нарушения (реакция на болезнь не только с ограничением жизне­деятельности человека, но и возможными весьма опасными по­следствиями).

23.1. Клинические проявления

Разные стадии заболевания могут сопровождаться различны­ми синдромами В то же время есть определенный круг патологи­ческих состояний, особенно характерных в настоящее время для соматогенных психических расстройств. Это следующие расст­ройства: I) астенические; 2) неврозоподобные; 3) аффективные; 4) психопатоподобные; 5) бредовые состояния; 6) состояния по­мрачения сознания; 7) органический психосиндром.

Глава 23. Психические нарушения при соматических заболеваниях 307

Астения — самое типичное явление при соматогениях. Неред­ко бывает так называемым стержневым или сквозным синдро­мом Именно астения в настоящее время в связи с патоморфозом соматогенных психических расстройств может быть единствен­ным проявлением психических изменении. В случае возникнове­ния психотического состояния астения, как правило, может быть его дебютом, а также завершением.

Астенические состояния выражаются в различных вариантах, но типичными всегда являются повышенная утомляемость, ино­гда с самого утра, трудность концентрирования внимания, замед­ление восприятия. Характерны также эмоциональная лабиль­ность, повышенная ранимость и обидчивость, быстрая отвлекае-мость Больные не переносят даже незначительного эмоциональ­ного напряжения, быстро устают, огорчаются из-за любого пустя­ка Характерна гиперестезия, выражающаяся в непереносимости резких раздражителей в виде громких звуков, яркого света, запа­хов, прикосновений. Иногда гиперестезия бывает настолько вы­раженной, что больных раздражают даже негромкие голоса, обычный свет, прикосновение белья к телу. Часты разнообразные нарушения сна.

Помимо астении в чистом виде, довольно часто встречается ее сочетание с депрессией, тревогой, навязчивыми страхами, ипо­хондрическими проявлениями. Глубина астенических расст­ройств обычно связана с тяжестью основного заболевания.

Неврозоподобные нарушения. Эти расстройства связаны с со­матическим статусом и возникают при утяжелении последнего, обычно при почти полном отсутствии или малой роли психоген­ных воздействий. Особенностью неврозоподобных расстройств, в отличие от невротических, являются их рудиментарность, одно­образие, характерно сочетание с вегетативными расстройствами, чаще всего пароксизмального характера. Однако вегетативные расстройства могут быть и стойкими, длительно существующими.

Аффективные расстройства. Для соматогенных психических расстройств очень характерны дистимические расстройства, в первую очередь депрессия в ее различных вариантах. В условиях сложного переплетения соматогенных, психогенных и личност­ных факторов в происхождении депрессивной симптоматики удельный вес каждого из них значительно колеблется в зависимо­сти от характера и этапа соматического заболевания.

В целом же роль психогенных и личностных факторов в фор­мировании депрессивной симптоматики (при прогрессировании основного заболевания) вначале увеличивается, а затем, при дальнейшем утяжелении соматического состояния и соответст­венно углублении астении, существенно уменьшается.

308 Часть III. Частная психиатрия

При прогрессировании соматического заболевания, длитель­ном течении болезни, постепенном формировании хронической энцефалопатии тоскливая депрессия постепенно приобретает ха­рактер депрессии дисфорическои, с ворчливостью, недовольством окружающими, придирчивостью, требовательностью, капризнос­тью В отличие от более раннего этапа тревога не постоянна, а воз­никает обычно в периоды обострения заболевания, особенно с ре­альной угрозой развития опасных последствий На отдаленных этапах тяжелого соматического заболевания при выраженных яв­лениях энцефалопатии часто на фоне дистрофических явлений ас­тенический синдром включает в себя угнетенность с преобладани­ем адинамии и апатии, безучастности к окружающему

В период значительного ухудшения соматического состояния возникают приступы тревожно-тоскливого возбуждения, на вы­соте которых могут совершаться суицидальные попытки

Психопатоподобные расстройства. Чаще всего они выражают­ся в нарастании эгоизма, эгоцентризма, подозрительности, угрю­мости, неприязненном, настороженном или даже враждебном от­ношении к окружающим, истериформных реакциях с возможной склонностью к аггравации своего состояния, стремлением посто­янно быть в центре внимания, элементами установочного поведе­ния Возможно развитие психопатоподобного состояния с нарас­танием тревожности, мнительности, затруднениями при приня­тии какого-либо решения

Бредовые состояния. У больных с хроническими соматически­ми заболеваниями бредовые состояния обычно возникают на фо­не депрессивного, астенодепрессивного, тревожно-депрессивно­го состояния Чаще всего это бред отношения, осуждения, мате­риального ущерба, реже нигилистический, порчи или отравле­ния Бредовые идеи при этом не стойки, эпизодичны, нередко имеют характер бредоподобных сомнении с заметной истощаемо-стью больных, сопровождаются вербальными иллюзиями Если соматическое заболевание повлекло за собой какое-то уродующее изменение внешности, то может сформироваться синдром дис-морфомании (сверхценная идея физического недостатка, идеи отношения депрессивное состояние), возникающий по механиз­мам реактивного состояния

Состояние помраченного сознания. Наиболее часто отмечаются эпизоды оглушения, возникающие на астенически-адинамичес-ком фоне Степень оглушения при этом может носить колеблю­щийся характер Наиболее легкие степени оглушения в виде обну-биляции сознания при утяжелении общего состояния могут пере­ходить в сопор и даже кому Делириозные расстройства часто но­сят эпизодический характер, иногда проявляясь в виде так называ-

Глава 23 Психические нарушения при соматических заболеваниях 309

емых абортивных делириев, нередко сочетаются с оглушением или с онеирическими (сновидными) состояниями Для тяжелых сома-шческих заболевании характерны такие варианты делирия, как мусситирующии и профессиональный с нередким переходом в ко­му, а также группа так называемого тихого делирия Тихий дели­рий и подобные ему состояния наблюдаются при хронических за­болеваниях печени, почек, сердца, желудочно-кишечного тракта и могут протекать почти незаметно для окружающих Больные обычно малоподвижны, находятся в однообразной позе, безраз­личны к окружающему, нередко производят впечатление дремлю­щих, иногда что-то бормочут Они как бы присутствуют при про­смотре онеирических картин Периодами эти онсироидоподобные состояния могут чередоваться с состоянием возбуждения, чаще всего в виде беспорядочной суетливости Иллюзорно-галлюцина­торные переживания при таком обострении характеризуются кра­сочностью, яркостью, сценоподобностью Возможны деперсона-лизационные переживания, расстройства сенсорного синтеза

Аментивное помрачение сознания в чистом виде встречается нечасто, в основном при развитии соматического заболевания на гак называемой измененной почве, в виде предшествующего ос­лабления организма Гораздо чаще это аментивное состояние с быстро меняющейся глубиной помрачения сознания, нередко приближающееся к расстройствам типа тихого делирия, с прояс­нениями сознания, эмоциональной лабильностью

Сумеречное состояние сознания в чистом виде при соматиче­ских заболеваниях встречается редко, обычно при развитии орга­нического психосиндрома (энцефалопатии)

Онейроид в его классическом виде также не очень типичен, гораздо чаще это делириозно-онеироидные или онеирические (сновидные) состояния, обычно без двигательного возбуждения и выраженных эмоциональных расстройств

Главной особенностью синдромов помрачения сознания при соматических заболеваниях являются их стертость, быстрый пе­реход от одного синдрома к другому, наличие смешанных состоя­ний, возникновение, как правило, на астеническом фоне

Типичный психоорганический синдром. При соматических забо­леваниях он встречается нечасто, возникает, как правило, при дли­тельных заболеваниях с тяжелым течением, таких, в частности, как хроническая почечная недостаточность или длительно суще­ствующий цирроз печени с явлениями портальной гипертензии

При соматических заболеваниях чаще встречается астеничес­кий вариант психоорганического синдрома с нарастающей пси­хической слабостью, повышенной истощаемостью, плаксивос­тью, астенодисфорическим оттенком настроения

310 Часть III. Частная психиатрия

23.1.1. Психические нарушения при сердечно-сосудистых заболеваниях

Инфаркт миокарда. В остром периоде может возникать безот­четный страх смерти, достигающий особой выраженности при нарастающих болях. Характерны тревога, тоска, беспокойство, чувство безнадежности. Нередко бывают проявления гипересте­зии, когда больные не переносят любых внешних воздействии, самых незначительных; их раздражают даже шепотная речь, лег­кое прикосновение мягкого белья, свет.

Поведение больных при этом бывает различным. Они могут быть внешне неподвижны, молчаливы, лежат в одной и той же позе, опасаясь сделать хотя бы малейшее движение. Другие боль­ные, напротив, возбуждены, двигательно беспокойны, суетливы, растерянны. Иногда такое возбуждение, сопровождающееся чув­ством безнадежности, отчаяния, близкой смерти, напоминает со­бой состояние, характеризующееся как raptus melancholycus («взрыв тоски»).

Резко подавленное настроение, безотчетный страх, тревога, чувство нарастающей катастрофы могут встречаться в остром пе­риоде инфаркта миокарда и при отсутствии болевого синдрома, а иногда — быть предвестником его.

При инфаркте, протекающем без болевого синдрома, часто бывает состояние внезапно наступившей тревоги, тоски, депрес­сивное состояние при этом может напоминать витальную депрес­сию, что особенно характерно для людей пожилого возраста.

Тревожная депрессия, возникающая во время болевого при­ступа инфаркта миокарда, опасна возможностью суицидальных действий. При ухудшении состояния тоскливо-тревожная симп­томатика может смениться эйфорией, что также весьма опасно в силу неадекватного поведения больного (Урсова Л.Г.).

В остром периоде инфаркта миокарда возможно возникнове­ние состоянии помраченного сознания в виде оглушения разной степени выраженности, начиная от обнубиляции и кончая сопо­ром и комой. Могут быть делириозные изменения сознания, а также сумеречные расстройства сознания, что особенно характер­но для пожилых людей, у которых инфаркт миокарда развился на фоне уже имеющихся гипертонической болезни и церебрального атеросклероза. Расстройства сознания при инфаркте миокарда обычно недлительные (минуты, часы, 2—5 сут).

Очень характерна для инфаркта миокарда астеническая симп­томатика. В остром периоде преобладает соматогенная астения. С течением времени в клинической картине заболевания начинает преобладать симптоматика, связанная уже с влиянием психогенно­го фактора: реакция личности на такую тяжелую психотравмирую-

Глава 23. Психические нарушения при соматических заболеваниях 311

шую ситуацию с угрозой жизни и благополучию, как инфаркт ми­окарда. В таком случае невротические психогенные реакции тесно переплетаются с воздействием собственно соматогенного фактора, благодаря чему непсихотические синдромы носят смешанный ха­рактер, то приближаясь к чисто невротическим, то к неврозопо-добным с их полиморфизмом, нестойкостью, рудиментарностью.

Невротические реакции при инфаркте миокарда во многом зависят от преморбидных особенностей и подразделяются на кар-диофобические, тревожно-депрессивные, депрессивно-ипохонд­рические и, реже, истерические и анозогнозические.

При кардиофобических реакциях у больных превалирует страх перед повторным инфарктом и возможной смертью от него. Они чрезмерно осторожны, сопротивляются любым попыткам расши­рения режима физической активности, пытаются сократить до минимума любые физические действия. На высоте страха у таких больных возникают потливость, сердцебиение, чувство нехватки воздуха, дрожь во всем теле.

Тревожно-депрессивные реакции выражаются в чувстве безнадеж­ности, пессимизме, тревоге, нередко в двигательном беспокойстве.

Депрессивно-ипохондрические реакции характеризуются по­стоянной фиксацией на своем состоянии, значительной пере­оценкой его тяжести, обилием многочисленных соматических жалоб, в основе которых могут быть выраженные сенестопатии.

Сравнительно нечасто встречающиеся анозогнозические ре­акции весьма опасны пренебрежением больного к своему состоя­нию, нарушением режима, игнорированием медицинских реко­мендаций. В отдаленном периоде инфаркта миокарда возможно патологическое развитие личности, преимущественно фобичес-кого и ипохондрического типа.

Стенокардия. Поведение больных может быть различным в за­висимости от формы стенокардии, однако во время приступа в целом чаще всего возникают испуг, достигающий иногда состоя­ний выраженного страха, двигательное беспокойство со стремле­нием встать и ходить либо неподвижность, опасение сделать хотя бы какое-то движение. Во внеприступный период характерны симптомы в виде сниженного фона настроения с неустойчивос­тью аффектов (эмоциональная лабильность), повышенной раз­дражительностью, нарушениями сна, который становится тре­вожным, поверхностным, нередко сопровождается тягостными, устрашающими сновидениями. Характерно также легкое возник­новение астенических реакций, немотивированно появляющихся состояний боязливости и тревоги Возможны истероформные особенности поведения с нарастающим эгоцентризмом, стремле­нием привлечь к себе внимание окружающих, вызвать их сочувст-

312 Часть III. Частная психиатрия

вие и участие, склонность к демонстративности Нередки фоби-ческие состояния, преимущественно в виде кардиофобии с по­стоянным ожиданием очередного приступа и страха перед ним

Атеросклероз венечных артерий сердца. Для больных характер­ны сниженное настроение, выраженные астенические реакции с неустойчивостью аффектов, иногда резко выраженная раздражи­тельность. Нередко развиваются повышенная ранимость, обид­чивость, состояния внутренней напряженности, расстройства сна, обычно с ранним просыпанием от чувства тревоги Иногда возникает своеобразная эйфория с суетливостью, многоречивос­тью, переоценкой своих физических и интеллектуальных возмож­ностей. Возможны также психопатоподобные формы поведения, либо приближающиеся к истероформным, либо к эксплозивнос-ти, чередующейся с приступами дисфории, либо характеризую­щиеся тревожно-мнительными чертами. Нередко возникает так­же расстройство памяти, снижается работоспособность, наруша­ется активное внимание, отмечается повышенная утомляемость.

23.1.2. Психические нарушения при заболеваниях почек

Почечная недостаточность. При состояниях компенсации и субкомпенсации хронической почечной недостагочности наибо­лее типичен астенический синдром, являющийся обычно самым ранним признаком заболевания и нередко «сквозным» видом па­тологии. Особенность астении состоит чаще всего в сочетании выраженной гиперестезии, раздражительной слабости со стойки­ми нарушениями сна. Характерно наличие дисфорического от­тенка настроения, а также невыраженность вегетативных расст­ройств Характерны и периодически возникающие нарушения схемы тела. Эти расстройства, так же как возникновение сумереч­ных помрачений сознания или отчетливых приступов дисфории, свидетельствуют уже о нарастании органического психосиндрома (энцефалопатии). Повышение интоксикации обычно сопровож­дается характерными нарушениями сна, с сонливостью днем и упорной бессонницей ночью, кошмарными, часто одного и того же сюжета сновидениями с последующим присоединением гип-нагогических галлюцинаций. Острые психозы в виде атипичных делириозных, делириозно-онеироидных, делириозно-аментив-ных состояний возникают при относительно неглубокой деком­пенсации. В позднем периоде уремии почти постоянным стано­вится состояние оглушения.

Хроническая почечная недостаточность приводит к развитию диффузного энцефалопатического процесса, который наиболее, точ­но можно определить как нефрогенную хроническую токсико-дис-гомеостатическую энцефалопатию (Цивилько М.А., Цивилько B.C.).

Глава 23. Психические нарушения при соматических заболеваниях 313

23.1.3. Психические нарушения при заболеваниях печени

Цирроз печени. Симптомы астении иногда могут быть вообще самыми первыми проявлениями болезни Характерны наруше­ния сна с сонливостью днем и бессонницей ночью, причем при­ступы сонливости, напоминающие приступы нарколепсии, не­редко являются первыми симптомами развивающегося в даль­нейшем психоорганического синдрома (энцефалопатии) Харак­тер выраженности астенической симптоматики зависит от этапа и тяжести заболевания Типичны выраженная физическая сла­бость, вялость и разбитость с самого утра. С утяжелением общего состояния усиливаются и вегетативные расстройства в виде при­ступов тахикардии, потливости, гиперемии кожных покровов. Нарастающие явления психоорганического синдрома сопровож­даются характерологическими сдвигами и периодически наступа­ющими состояниями помрачения сознания (по типу так называ­емых особых состояний или состоянии, напоминающих амбула­торный автоматизм) При утяжелении основного заболевания ха­рактерно нарастание оглушения вплоть до комы.

Психопатоподобные расстройства проявляются в таких реак­циях, как чрезмерная обидчивость, подозрительность, пунктуаль­ность, ворчливость, требование к себе особого внимания, склон­ность к конфликтам, эксплозивность.

Психические нарушения у больных циррозом печени почти никогда не достигают психотического уровня Особым психо-травмирующим фактором у этих больных являются страхи, ино­гда очень выраженные перед реальной угрозой желудочно-ки­шечных кровотечений и явлении портальной шпертензии.

Гепатоцеребральная дистрофия (болезнь Вильсона—Коновало­ва, гепатолентикулярная дегенерация, лентикулярная прогрес­сирующая дегенерация). Начальными проявлениями обычно бывает эмоционально-гиперестетическая слабость с выражен­ной истощаемостью и сужением круга интересов. Вскоре присо­единяется психопатоподобная симптоматика с возбудимостью, агрессивностью, расстройством влечений в виде склонности к бродяжничеству и воровству. Появляется лживость, иногда дура­шливость Могут выявляться выраженные депрессивные состоя­ния, возможны депрессивно-параноидные и галлюцинаторно-параноидные расстройства. Среди бредовых психозов преобла­дают идеи преследования. Характерно нарастание слабоумия со все более выраженными интеллектуально-мнестическими расст­ройствами и снижением критики, эпилептиформные припадки. В терминальном периоде все более выраженной становится асте­ния, доходящая нередко до степени апатического ступора, воз­никают различные варианты помрачения сознания Характерны

314 Часть III. Частная психиатрия

так называемый тихий делирии, делириозно-аментивное состоя­ние. Нередко летальному исходу непосредственно предшествует мусситированный делирии, переходящий в протрагированную кому Выраженные психозы встречаются нечасто. Среди них пре­обладают депрессивно-параноидные состояния, иногда напоми­нающие бред Котара, параноидные синдромы, обычно выражен­ные неярко, сопровождаются тревожным возбуждением и быст­рой исгощаемостью. Можег развиться корсаковскии синдром.

23.1.4. Психические нарушения при лучевой болезни

Симптоматика психических расстройств зависит от того, в ка­кой форме (острой или хронической) протекает лучевая болезнь (Голодец РГ и др.), хотя общим является развитие астенического состояния различной степени выраженности. При острой форме возможны нарушения сознания вплоть до сопора и комы При хронической форме заболевания астения может носить волнооб­разный характер, усиливаясь по мере воздействия ионизирующе­го излучения. Все более выраженными становятся физическая и психическая истощаемость, повышенная утомляемость, все более заметным — снижение работоспособности. Нарушается сон, чаще всего человек трудно засыпает, спит тревожным неглубоким сном, утром с трудом просыпается, испытывает в течение всего дня сонливость. Отмечаются характерная аффективная лабиль­ность с повышенной ранимостью и обидчивостью, явления раз­дражительной слабости, гиперестезия в виде непереносимости яркого света, громких звуков, тактильных раздражений и т.д. Больным с лучевой болезнью свойственны вегетососудистые рас­стройства, возникающие чаще всего приступообразно.

23.1.5. Психические нарушения при болезнях крови Пернициозная анемия (болезнь Аддисона—Бирмера, злокаче­ственная анемия, болезнь Бирмера) В случаях легкого течения заболевания основным психическим расстройством является ас­тения, выражающаяся в быстрой психической и физической утомляемости, рассеянности внимания, ипохондрической фикса­ции на своем состоянии, плаксивости или раздражительной сла­бости. Возможны также психопатоподобные расстройства в виде дисфорического фона настроения, раздражительного недоволь­ства, повышенной возбудимости и требовательности При остром течении характерно развитие делириозного, реже — аментивного синдрома. Возможно также сумеречное помрачение сознания Тяжелые состояния приводят к развитию сопора и комы При длительном течении болезни развивается выраженный депрес­сивный синдром, преимущественно в виде тревожной или ажити-рованной депрессии, нередко с присоединением галлюцинаций и

Глава 23 Психические нарушения при соматических заболеваниях 315

бреда. Иногда возникает эйфория. При длительном тяжелом те­чении заболевания развивается психоорганическии синдром

Анемии вследствие кровопотери. Тяжелые кровопотери харак­теризуются нарастанием астенических расстройств, нарушением активного внимания, невозможностью сосредоточиться, замед­лением ассоциативных процессов. Возможно иллюзорное вос­приятие окружающего, особенно характерны парэидолические иллюзии. Нарастающая астения достигает степени апатического ступора, при утяжелении состояния наступающее оглушение пе­реходит в сопор и затем в кому.

23.1.6. Психические нарушения при пеллагре

Пеллагра — болезнь, обусловленная недостаточностью никоти­новой кислоты, триптофана и рибофлавина, характеризующаяся по­ражением кожи, пищеварительного тракта и нарушениями психики

Заболевание часто начинается с так называемой пеллагрозной неврастении, представляющей собой по существу состояние эмо-ционально-гиперестетической слабости со снижением работо­способности и гипотимиеи Психотические расстройства наибо­лее характерны для предкахектической стадии и выражаются главным образом в состояниях помрачения сознания (делирий, сумеречное расстройство сознания, аменция). При развитии ка­хексии возникают депрессивно-параноидные, галлюцинаторно-параноидные состояния, иногда сопровождающиеся тревожным возбуждением, нигилистическим бредом и бредом гибели мира. Нередко развивается апатический ступор. Может возникнуть ор­ганический психосиндром (энцефалопатия)

23.1.7. Психические нарушения при алиментарной дистрофии

В начале заболевания наблюдаются раздражительность, аф­фективная возбудимость, головная боль Наиболее типичными являются астенические симптомы (слабость, истощаемость, сни­жение внимания и памяти, замедление ассоциативных процес­сов). Больные угрюмы, чрезвычайно обидчивы, склонны к де­прессивным реакциям, подчас с суицидальными тенденциями Расстройства настроения могут носить и характер дисфории, воз­можно появление двигательного беспокойства. Характерно, что все мысли, а также сновидения связаны с пищей Резко ослабева­ет или полностью исчезает половое влечение, нередко также рез­ко снижается чувство самосохранения. Иногда изменяется харак­тер, сопровождаясь снижением уровня личности, утратой контро­ля за поведением, теряется чувство такта, утрачивается чувство стыда, нарастает эгоизм, озлобленность, возможна выраженная агрессивность по отношению к окружающим. При этом, однако,

316 Часть III. Частная психиатрия

довольно долго сохраняется умственная деятельность В дальней­шем типично нарастание апатии и адинамии, которая в ряде слу­чаев может дойти до апатического ступора Возможно возникно­вение делирия онеироида или смешанного делириозно-онеиро-идного состояния, возможно также возникновение аменции

23.1.8. Психические нарушения при кахексии

При этом заболевании наиболее типичны астенические состо­яния, тяжесть которых нарастает по мере утяжеления общего со­стояния больных В начальных стадиях кахексии астения может сопровождаться явлениями деперсонализации и дереализации, раздражительной слабости, разнообразными сенестопатически-ипохондрическими ощущениями, различными нарушениями сна Нередки расстройства настроения, чаще всего оно тревожно-тоскливое, изредка — эифорическое При утяжелении общего со­стояния отмечается все большее нарастание общей вялости, ами-мии, апатии, адинамии вплоть до апатического ступора Харак­терны состояния оглушения, начиная от легкого помрачения со­знания в виде обнубиляции и кончая сопором и комой, возник­новение которых нередко предшествует летальному исходу Реже отмечаются другие синдромы помрачения сознания, такие как делириозное (особенно в виде так называемого мусситирующего, или бормочущего, делирия), аментивное, онейроидное, сумереч­ные состояния сознания Довольно типичны частые колебания состояния сознания Могут быть ложные узнавания, иллюзии, галлюцинации, параноидные и галлюцинаторно-параноидные состояния Характерны нарастание так называемой апатической дезориентировки, полная безучастность к своему состоянию, полное отсутствие какой-нибудь инициативы, неопрятность

23.1.9. Психические нарушения при эндокринных заболеваниях

Независимо от того, какая железа внутренней секреции пора­жена, эндокринные расстройства часто сопровождаются общей для всех эндокринной симптоматикой в виде неспецифического эндокринного психосиндрома и астении

При каждом эндокринном заболевании общие нарушения выра­жаются по-разному, в различной степени и различных сочетаниях

Болезнь Иценко—Кушинга (базофилизм гипофизарный, бо­лезнь Кушинга)

Для этой болезни типичны психическая и физическая асте­ния, особенно выраженная по утрам Больные вялы, малопо­движны, безразличны к окружающим событиям, им трудно на чем-либо сосредоточить внимание, выполнить даже небольшую физическую нагрузку Очень типично снижение или даже полное отсутствие сексуального влечения

Глава 23 Психические нарушения при соматических заболеваниях 317

Характерны также расстройства сна, иногда с нарушением его ритма сонливостью днем и бессонницей ночью Сон обычно поверх­ностный, тревожный, больше напоминает дремотное состояние, со­провождающееся иногда гипнагогическими и гипнапомпическими галлюцинациями Возможны расстройства настроения, аффектив­ные колебания Депрессивные состояния при этом имеют выражен­ную дисфорическую окраску с возможными вспышками ярости, гневливости или страха Довольно типичны сочетания депрессии с сенестопатически-ипохондрическими переживаниями, а также де­прессивно-параноидные расстройства Маниакальноподобные со­стояния характеризуются наличием благодушного настроения или даже выраженной эйфории в сочетании с безынициативностью и бездеятельностью Нередки эпилептиформные расстройства, раз­личные диэнцефальные проявления, нарушения сенсорного синтеза

Болезнь Иценко-Кушинга в силу обезображивающих внеш­ность человека физических изменении может привести к возникно­вению сверхценнои дисморфомании Эта патология либо сочетает­ся с дистимиеи и становится особенно демонстративной в периоды обострения депрессивных состояний, либо может существовать перманентно, при этом нередко диссимулируется Эти больные особенно склонны к суицидальным попыткам Возможны психоти­ческие, волнообразно протекающие состояния с ощущением расте­рянности, двигательным возбуждением, делириозными явлениями При неблагоприятном течении болезнь Иценко—Кушинга может привести к развитию органического психосиндрома, в том числе к такой его разновидности, как корсаковскии синдром

При синдроме Кушинга (синдром Иценко—Кушинга), развива­ющемся вследствие гиперфункции коры надпочечников или дли­тельного гормонального лечения, психические нарушения напо­минают таковые при болезни Иценко—Кушинга однако чаще значительно менее выражены

Пшофизарная кахексия (кахексия диэнцефально-гипофизар-ная, пангипопитуитаризм, болезнь Симмондса, болезнь Сим-мондса—Глинского) Возникает вследствие поражения ядер гипо­таламуса и выпадения функции передней доли гипофиза при ин­фекционных и опухолевых процессах, травмах головного мозга Снижение продукции гормонов передней доли гипофиза приво­дит к недостаточности щитовидной и половых желез, а также ко­ры надпочечников Постепенно нарастает снижение психической и физической активности, больные вялы, бездеятельны, безыни­циативны, не испытывают никаких желаний, целые дни проводят в постели, почти не меняя положения Изредка на этом апатико-динамическом фоне возможны внезапные и обычно кратковре­менные вспышки раздражения чрезмерной обидчивости, плак­сивости, которые сменяются становящимися почти перманент-

318 Часть III. Частная психиатрия

ными астеноапатическими явлениями, порой доходящими до вы­раженного астеноапатико-абулического синдрома.

Психозы встречаются редко, главным образом в виде кратко­временных галлюцинации и галлюцинаторно-параноидпых со­стоянии. При прогрессировании заболевания нарастают интел-лектуально-амнестические расстройства как выражение психоор­ганического синдрома.

Синдром Шихена. Возникает в результате частичного некроза клеток аденогипофиза при некомпенсированной массивной крово-потере во время родов, послеродового сепсиса. Аменорея, агалак-тия, снижение основного обмена, артериального давления и темпе­ратуры тела сочетаются с эмоциональными нарушениями. Синд­ром Шихена иногда весьма напоминает гипофизарную кахексию с тем же нарастанием астеноапатико-абулической симптоматики, прогрессированием нарушений памяти и снижением интеллекта.

Акромегалия (синдром Мари, синдром Мари—Лери). Акроме­галия развивается вследствие значительного увеличения продук­ции соматотропного гормона передней доли гипофиза. Нараста­ние астенической симптоматики (на первых порах с преоблада­нием физической астении) сопровождается упорными головны­ми болями и расстройствами сна, главным образом в виде днев­ной сонливости. На фоне астении и нарастающей спонтанности у больных возможны вспышки раздражительности, недовольства и недоброжелательности по отношению к окружающим, а иногда и выраженная ненависть к ним. Реже апатико-адинамический син­дром сочетается с благодушием, беспечностью или даже легкой эйфорией. Психотические расстройства при акромегалии встре­чаются редко. Весьма редко отмечаются и переживания в виде сверхценной дисморфомании, несмотря на подчас значительные изменения физического облика больных. Не отмечается у этих больных и сколько-нибудь выраженных интеллектуально-мнес-тических расстройств, хотя аспонтанность, отсутствие интереса к окружающему, нарастание аутизма, эгоцентричности могут внеш­не напоминать органическое слабоумие.

Зоб диффузный токсический (базедова болезнь, болезнь Грейв-са, зоб диффузный тиреотоксический)

Заболевание характеризуется диффузным увеличением щито­видной железы и повышением ее функции. Отмечаются наруше­ния обмена веществ, часто экзофтальм, похудание, тахикардия. Очень характерны аффективные расстройства, в первую очередь в виде так называемой эмоциональной лабильности Больные слез­ливы, склонны к немотивированным колебаниям настроения, у них легко возникают реакции раздражения, вплоть до выражен­ной гневливости, которая вновь может смениться плачем. Харак-

Глава 23 Психические нарушения при соматических заболеваниях 319

терны суетливость, невозможность к длительной концентрации внимания, непоседливость Больные обидчивы, рассеянны, жа­луются на повышенную утомляемость, снижение работоспособ­ности, что выражается как в физической, так и в психической ас­тении; часты явления гиперестезии в виде непереносимости громких звуков, яркого света, прикосновений.

Во многих случаях на передний план выступает пониженное настроение, иногда достигающее состояния выраженной депрес­сии, реже отмечается состояние вялости, апатии, безразличия. Депрессии обычно сопровождаются тревогой, ипохондрически­ми жалобами, иногда приобретают дисфорический оттенок. Го­раздо реже наблюдается состояние эйфории со снижением крити­ческого отношения к своему состоянию.

Помимо разнообразной астенической симптоматики и аф­фективных нарушении, могут встречаться и психотические расст­ройства в виде острых и затяжных психозов, бредовых состояний, галлюциноза, преимущественно зрительного Изредка встреча­ются шизофреноподобные психозы и состояния помраченного сознания в виде делириозных, делириозно-аментивных расст­ройств, депрессивно-параноидных состояний. Иногда отмечают­ся фобии и идеи ревности, кататоноподобная симптоматика.

Весьма типичны расстройства сна в виде трудности засыпа­ния, частых пробуждении, тревожных сновидений.

При затяжной форме базедовой болезни могут отмечаться ин­теллектуал ьно-мнестические расстройства.

Гипотиреоз (болезнь Галла, гипотиреоидизм). Резко выражен­ная форма гипотиреоза носит название микседемы.

Гипотиреоз возникает вследствие недостаточности щитовидной железы. Наиболее характерными соматическими признаками явля­ются отеки лица, конечностей, туловища, брадикардия. При врож­денном гипотиреозе, называемом кретинизмом, или болезнью Фаг-ге, и при развитии гипотиреоза в раннем детском возрасте может возникать олигофрения. Задержка психического развития при этом может быть выражена в разной степени, но нередко достигает глу­бокого слабоумия (идиотия, или тяжелая имбецильность).

Для гипотиреоза очень характерны вялость, сонливость, гипо­динамия, быстрая утомляемость, замедление ассоциативных про­цессов. Может также наблюдаться неврозоподобная симптомати­ка, выражающаяся в раздражительности подавленном настрое­нии, ранимости, эмоциональной лабильности.

При нарастании тяжести заболевания отмечается прогресси­рующее снижение памяти, достигающее выраженности корсаков-ского синдрома, нарушение интеллектуальных функции, полное безразличие к окружающему. Нередко развиваются психотичес-

320 Часть III. Частная психиатрия

кие состояния в виде синдромов помраченного сознания (сно-видных или делириозных), выраженных депрессивных, депрес­сивно-параноидных расстройств. Иногда возникают шизоформ-ные психозы с галлюцинаторно-параноиднои и кататоноподоб-ной симптоматикой. Возможны эпилептиформные припадки

Большую опасность представляют коматозные состояния (так называемая микседематозная кома), нередко приводящие, осо­бенно улиц пожилого возраста, к летальному исходу.

Гипопаратиреоз. Это заболевание возникает при недостаточ­ности функции околощитовидных желез. Характерна неврозопо-добная симптоматика, преимущественно в виде истероформного или неврастеноподобного варианта. Больные часто утомляются, жалуются на ослабление внимания, рассеянны, вялы, с неустой­чивым настроением, повышенной обидчивостью. Характерны расстройства сна (сон тревожный, поверхностный с частыми про­буждениями), нередко возникают чувство немотивированного страха, подавленность, склонность к ипохондрическим фиксаци­ям. Возможны эпилептиформные расстройства, а также развитие гипопаратиреоидной энцефалопатии с выраженными нарушени­ями памяти и снижением интеллекта.

Сахарный диабет. Диабет возникает при абсолютной или отно­сительной недостаточности инсулина. При раннем возникновении заболевания может отмечаться замедление психического развития.

Диабет у взрослых нередко сопровождается астенической симптоматикой в виде повышенной утомляемости, снижения ра­ботоспособности, нарушений сна, головной боли, эмоциональ­ной лабильности. Нередко отмечаются вялость, снижение наст­роения с подавленностью и угнетенностью. Возможны психопа-топодобные расстройства

Психические нарушения наиболее выражены при длительном течении заболевания с гипергликемическими и гипогликемичес-кими коматозными состояниями в анамнезе

Повторные комы способствуют развитию острой или хрони­ческой энцефалопатии с нарастанием интеллектуально-мнести-ческих расстройств и эпилептиформными проявлениями.

По мере утяжеления заболевания и нарастания органического психосиндрома чисто астеническая симптоматика все более от­четливо трансформируется в астенодистимическую, астеноапати-ческую и астеноадинамическую.

Собственно психотические состояния встречаются нечасто. Острые психозы выражаются в виде делириозных, делириозно-аментивных и аментивных состояний.

Инсулома (аденома островковой ткани, незидиобластома). Во время приступов гипогликемии нередко возникает эпилептиформ-

Глава 23 Психические нарушения при соматических заболеваниях 321

ный синдром, выражающийся как в припадках, так и в состояниях сумеречного помрачения сознания Кроме того, у больных могут возникать аментивные состояния различной глубины и продолжи­тельности, напоминающие шизофреническую спутанность.

В период гипогликемических приступов возможны также взрывы злобности и агрессивности, реже — появление эйфории. С течением времени характерно нарастание органического синд­рома со все более заметными расстройствами памяти, потерей прежних навыков, апатией.

Аддисонова болезнь (болезнь Аддисона, бронзовая болезнь, хроническая недостаточность коры надпочечников). Возникает при двустороннем поражении коры надпочечников Характери­зуется гиперпигментациеи кожи и слизистых оболочек, наруше­ниями водно-солевого обмена, исхуданием, артериальной гипо-гензией. Самым характерным психопатологическим синдромом является астения, проявлениями которой нередко начинается заболевание. Уже с утра больные жалуются на чувство усталости, разбитости, сонливости, нарушения активного внимания, рас­сеянность. Настроение большей частью пониженное, иногда от­мечается апатия или внезапное, внешне ни с чем не связанное беспокойство. Возможно сочетание эйфории с полной бездея­тельностью. По мере прогрессирования основного заболевания нарастает психопатоподобная симптоматика в виде подозри­тельности, замкнутости, иногда — злобности и агрессивности, повышенной обидчивости. У некоторых больных развивается стойкий апатический синдром. Характеризуя аддисонову бо­лезнь в целом, M.Bleuler (1948) описал 3 вида психических нару­шении при ней: 1) постепенное нарастание психопатоподобной симптоматики; 2) нарастание амнестического психосиндрома; 3) возникновение острых психозов, главным образом в виде со­стояний помраченного сознания, тревожно-депрессивных со­стояний с бредом. Среди нечасто встречающихся психозов опи­сываются тактильные галлюцинозы, состояния психомоторного возбуждения.

При тактильном галлюцинозе, обычно очень стойком и харак­терном для лиц преимущественно пожилого возраста, появляется ощущение ползания под кожей мелких живых существ в виде на­секомых, маленьких червячков и т.д.

Первичный гипогонадизм. Это заболевание развивается вслед­ствие поражения половых желез или кастрации. Характерна асте­ническая симптоматика: повышенная утомляемость, отвлекае-мость, неусидчивость. Часто возникают приступы головокруже­ния, потливости, сердцебиения, а также обмороки. Патология личности выражается у одних в эгоцентризме, склонности к аф-

322 Часть III. Частная психиатрия

фективным взрывам, приступам дисфории, эпилептоидности, злопамятности, у других — в преобладании астенических черт, у третьих — истерических (Карнозов В.Л.)

Осознание болезни, особенно своей евнухоиднои внешности, наступает у этих больных обычно к пубертатному возрасту и при­водит к развитию депрессивной симптоматики (иногда резко вы­раженной — с суицидальными попытками), приобретая в целом характер сверхценной дисморфомании, сопровождающейся иде­ями отношения Снижения интеллекта при первичном гипогона-дизме обычно не отмечается.

23.2. Сравнительно-возрастные особенности

Психические нарушения у подростков с хроническими сома­тическими заболеваниями в целом такие же, как у взрослых. У де­тей значительно чаще возникает астения с отвлекаемостью, не­усидчивостью, повышенной утомляемостью и плаксивостью. При раннем появлении заболевания нередко наблюдается за­держка психического развития вплоть до выраженной олигофре­нии. Отмечается также задержка физического развития.

Длительно протекающие соматические заболевания, начина­ющиеся в детском возрасте, могут повлечь за собой патологичес­кое развитие (формирование) личности (Ковалев В.В.) Это обус­ловливает не только само заболевание с воздействием собственно соматогенного фактора, но и чрезмерно повышенное внимание к больному ребенку со стороны окружающих, гиперопека Патоло­гическому развитию нередко способствуют и сопровождающие некоторые заболевания у детей дефекты внешности вплоть до вы­раженных уродств (Матвеев В Ф., Елецкий В.Ю и др.). Возмож­ны эпилептиформные припадки, зрительные галлюцинации, преимущественно в виде гипнагогических. Бредовых идей у детей практически не бывает.

23.2.1. Рубрификация психических расстройств по МКБ-10

В МКБ-Ю эти расстройства отнесены в раздел «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» F 00 — F 09 и кодируются в соответствии с ведущим синдромом. Эндокринные расстройства также могут кодироваться в IV классе МКБ-Ю как «Бо­лезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения об­мена» Е 00 - Е 90.

23.3. Этиология и патогенез

В этиологии соматогенных психических расстройств, обычно тесно переплетаясь, принимают участие как собственно сомато­генные, так и психогенные факторы. В патогенезе взаимодейству­ют такие вредные факторы, как гипоксия, дисциркуляторные

Глава 23. Психические нарушения при соматических заболеваниях 323

сдвиги (особенно на уровне нарушения микроциркуляции), расст­ройства ионного равновесия, токсико-аллергические воздейст­вия, эндокринные сдвиги, иммунные изменения и т.д. Помимо влияния патологического процесса в целом, значительная роль в синдромогенезе психических расстройств принадлежит премор-бидным особенностям личности и психотравмирующим воздейст­виям, в первую очередь в виде реакции на болезнь и все то, что с ней связано

Личностные и психотравмирующие факторы, играющие, как известно, большую роль в целом ряде так называемых психосома­тических заболеваний (ряд тяжелых сердечно-сосудистых заболе­ваний, язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, язвенный колит, некоторые эндокринные заболевания и т.д.), в дальнейшем продолжают оказывать иногда весьма большое влия­ние и на возникновение и течение соматогенных расстройств.

Влияния личностных и психогенных факторов, принимаю­щих участие в формировании соматогенных расстройств, могут неблагоприятно сказаться на течении основного заболевания, что в свою очередь нередко усиливает тяжесть психогенных реакций (так называемая циркулярная зависимость).

В этиологии и патогенезе, помимо указанных выше факторов, играют роль возрастные и половые различия.

23.4. Диагноз и дифференциальный диагноз

Диагноз соматогенных психических расстройств устанавлива­ют на основании тесной связи появления и изменения дальней­шей клинической картины в зависимости от основного заболева­ния. В то же время не надо забывать, что соматические заболева­ния могут провоцировать психические болезни или сочетаться с ними. Особенно тщательно надо дифференцировать эндоформ-ные соматогенные расстройства с шизофренией и маниакально-депрессивным психозом. Основными дифференциально-диагно­стическими критериями здесь должны служить характер развер­тывания психопатологической симптоматики, стереотип разви­тия болезни в целом, тщательное изучение данных анамнеза (се­мейного и личного).

23.5. Прогноз

Прогноз зависит от тяжести основного заболевания, характе­ра его течения, эффективности терапии, наличия или отсутствия предшествующих вредностей, степени сохранности головного мозга. Имеет значение также время начала и интенсивность тера­пии самих соматогенных нарушений (например, своевременное назначение ноотропных препаратов при обнаружении признаков психоорганического синдрома).

324 Часть III. Частная психиатрия

23.6. Лечение и реабилитация

Терапия прежде всего должна быть направлена на основное соматическое заболевание с применением всего широкого (по показаниям) спектра современных лечебных воздействий, в том числе и таких принципиально новых, как пересадка органов и тканей, органозамешающая терапия, новые методы хирургичес­ких вмешательств Показана также общеукрепляющая терапия.

Учитывая эффективность современных методов лечения, в большинстве случаев не следует переводить больных в специаль­ные психиатрические учреждения, лечение может осуществлять­ся и в стационаре соответствующего медицинского профиля, но при одном непременном условии: его должны проводить совмест­но психиатр и специалист по основному заболеванию (терапевт, хирург, нефролог, кардиолог, эндокринолог и т.д.). Даже при от­сутствии психиатрического отделения в соматической больнице больные с острыми психозами чаще всего также не нуждаются в переводе в психиатрическую больницу: возбужденный больной должен быть только переведен в отдельное помещение и обеспе­чен круглосуточным наблюдением и уходом.

При назначении психофармакотерапии очень важно учиты­вать большую чувствительность соматических больных, особенно с тяжелыми поражениями паренхиматозных органов, к медика­ментозным методам лечения, а подчас и парадоксальное реагиро­вание на них. Психотропные препараты могут также неблагопри­ятно влиять на реактивность организма в целом. Кроме того, не­адекватная терапия больных с астеническим «сквозным» радика­лом может приводить к усилению депрессивного компонента. Большие дозы тимолептиков и психостимуляторов могут вызы­вать или усиливать уже имеющуюся тревожность, а иногда даже обусловливать астеническую спутанность

Неадекватное применение нейролептиков может способство­вать более быстрому нарастанию психоорганического синдрома.

Исходя из этого, назначение психотропных препаратов долж­но проводиться строго индивидуально с учетом не только общего соматического состояния, но и ряда других факторов: возраста больного, выраженности и стадии заболевания, общей реактив­ности организма.

При навязчивых страхах, состояниях психической напряжен­ности, тревожности, беспокойства (в том числе и перед предстоя­щими инструментальными исследованиями или операциями) по­казаны небольшие дозы транквилизаторов, в первую очередь про­изводные бензодиазепина: хлозепид (либриум, хлордиазепоксид, элениум), сибазон (диазепам, седуксен, реланиум), феназепам. Следует, однако, учитывать, что при острых заболеваниях печени и почек эти препараты противопоказаны.

Глава 23. Психические нарушения при соматических заболеваниях 325

При расстройствах сна нередко хороший эффект дает левоме-промазин (тизерцин, нозинан) в малых дозах (от 2 до 8 мг). При аффективных расстройствах, в том числе и сопровождающихся психомоторным возбуждением, показан тиоридазин (сонапакс, меллерил). При выраженной депрессии с ажитацией применяют амитрипгилин (триптизол), но при этом надо помнить, что при наличии глаукомы, аденомы простаты и атонии мочевого пузыря этот препарат назначать нельзя. В таких случаях следует приме­нять пиразидол.

При эндоформных расстройствах лечение следует начи­нать с таких «мягких» нейролептиков, как терален, эглонил, тиоридазин.

При резком двигательном возбуждении, особенно при нали­чии помрачения сознания, иногда следует прибегать к паренте­ральному введению диазепама, тизерцина либо даже аминазина. При введении аминазина и тизерцина необходимо следить за ар­териальным давлением и при необходимости сочетать их с приме­нением сердечно-сосудистых средств (опасность коллапса!).

При астенических, астеноневротических, астеноипохондри-ческих расстройствах и особенно при нарастании явлений орга­нического психосиндрома показано применение ноотропных препаратов' пирацетама (ноотропил), аминалона (гаммалон), пи-ридитола (энцефабол).

Большая роль при лечении непсихотических соматогенных расстройств принадлежит психотерапии во всех ее вариантах и особенно рациональной (индивидуальной и групповой), включая работу не только с больным, но и с его семьей.

23.7. Профилактика

Первичная профилактика соматогенных расстройств самым тесным образом связана с профилактикой и как можно более ран­ним выявлением и лечением соматических заболеваний. Вторич­ная профилактика связана со своевременной и наиболее адекват­ной терапией взаимосвязанных основного заболевания и психи­ческих расстройств.

Учитывая, что психогенные факторы (реакция на заболевание и все то, что с ним связано, реакция на возможную неблагоприят­ную обстановку) имеют немаловажное значение как при форми­ровании соматогенных психических расстройств, так и при воз­можном утяжелении течения основной соматической болезни, необходимо применять меры и по профилактике этого рода воз­действий. Здесь самая активная роль принадлежит медицинской деонтологии, одним из основных аспектов которой является оп­ределение специфики деонтологических вопросов применитель­но к особенностям каждой специальности.

326 Часть III. Частная психиатрия

23.8. Экспертиза

При излечении основного соматического заболевания обычно исчезают и сопутствующие ему соматогенные психические расст­ройства. В таком случае больные полностью трудоспособны и воз­вращаются к прежней трудовой деятельности. При неблагоприят­ном течении основной болезни, а также при нарастании явлений психоорганического синдрома (энцефалопатии) больные в соот­ветствии с тяжестью их состояния переводятся на инвалидность.

Вопрос о вменяемости или невменяемости должен решаться строго индивидуально в зависимости от особенностей соматогенных психических расстройств (психотический или непсихотический их характер, степень интеллектуально-мнестических расстройств).

Глава 24. ЭПИЛЕПСИЯ1

Эпилепсия — хронически протекающее заболевание, вы­званное поражением центральной нервной системы, проявля­ющееся различными пароксизмальными состояниями и до­вольно частыми изменениями личности. При неблагоприят­ном гечении приводит к своеобразному так называемому эпи­лептическому слабоумию. Заболевание может возникнуть в любом возрасте, начиная с самого раннего (несколько меся­цев) и кончая преклонным, однако преимущественно начало эпилепсии приходится на молодой возрасг (до 20 лет). Эпилеп­сия — довольно распространенная болезнь (по данным разных авторов, эпилепсией страдают от 1 до 5 человек на 1000 населе­ния).

П.И.Ковалевский, автор одной из первых русских моногра­фий по эпилепсии, приводит более 30 названий этого заболева­ния. Из них наиболее частые синонимы эпилепсии: «черная бо­лезнь», «падучая», «священная болезнь», «болезнь Геркулеса» (по преданию, известный мифический герои страдал этой болезнью), «morbus comitialis»2 и т.д.

24.1. Клинические проявления

Клиническая картина эпилепсии полиморфна. Своеобразие эпилепсии заключается в пароксизмальности, внезапности про­явления большинства ее симптомов.

Вместе с тем при эпилепсии, как при всяком длительном забо­левании, отмечаются и хронические, постепенно утяжеляющиеся болезненные симптомы. Несколько схематизируя, можно все проявления эпилепсии объединить следующим образом:

I. Припадки.

II. Так называемые психические эквиваленты припадков (то и другое пароксизмального характера).

III. Изменения личности (длительное, стойкое, прогрессирую­щее нарушение).

24.1.1. Припадки

Наиболее характерным симптомом эпилепсии является судо­рожный припадок, возникающий внезапно, «как гром среди яс­ного неба», или после предвестников. Нередко припадок начина­ется с так называемой ауры (описание типичного эпилептическо­го припадка, ауры и предвестников см. главу 10).

В МКБ-10 эпилепсия рассматривается не в главе «Психические расстройства и расстройства поведения» (F00—F09), а в главе «Болезни нервной системы» (G40—G41 9).

2Термин происходит от латинского слова comitia, что означает собрание В Древнем Риме собрание (сенат) распускалось, если у кого-либо из присутству­ющих начинался приступ эпилепсии

328 Часть III. Частная психиатрия

Иногда судорожные припадки происходят подряд, один за другим, без прояснения сознания в период между ними Это па­тологическое состояние, называемое эпилептическим статусом (status epilepticus), является опасным для жизни (набухание и отек мозга, угнетение дыхательного центра, асфиксия) и требует не­медленной медицинской помощи

Наряду с большим судорожным припадком (Grand mal) при эпилепсии бывают и так называемые малые припадки (Petit mal) Это кратковременное выключение сознания, чаще всего длящее­ся несколько секунд, без падения Обычно оно сопровождается вегетативной реакцией и небольшим судорожным компонентом

Больной, спокойно беседующий с врачом, внезапно прерывает речь, бледнеет Одновременно появляются судорожные глотательные движения Через несколько секунд больной как ни в чем не бывало продолжает разговор

Очень близок к малому припадку (многие авторы их не разде­ляют) другой встречающийся при эпилепсии симптом абсанс1 — очень кратковременное выключение сознания без всякого судо­рожного компонента

Больная с интересом читающая книгу, внезапно опускает ее на коле­ни Лицо женщины при этом бледнеет и принимает «отсутствующее» вы­ражение Через секунду больная продолжает читать с прежним выражени­ем заинтересованности на лице

24.1.2. Эквиваленты припадков

В эту группу болезненных симптомов входят приступообразно появляющиеся расстройства настроения и расстройства сознания

Термин «психические эквиваленты» (психические расстройст­ва, возникающие как бы взамен припадка, «равнозначно» ему) не совсем точен, так как эти же расстройства настроения или созна­ния могут появляться и в связи с припадком — до или после него

Расстройства настроения. У больных эпилепсией расстройства настроения чаще всего проявляются в приступах дисфории — то­скливо-злобного настроения

В такие периоды больные всем недовольны, придирчивы, мрачны и раздражительны, часто предъявляют различные ипо­хондрические жалобы, в некоторых случаях формирующиеся да­же в бредовые идеи ипохондрического характера Бредовые идеи в таких случаях появляются приступообразно и существуют столько же, сколько длится период дисфории, — от нескольких часов до нескольких дней Нередко к тоскливо-злобному настро­ению примешивается страх, порой доминирующий в клиничес­кой картине Значительно реже периодические расстройства на-

От фр absense — отсутствие

Глава 24 Эпилепсия 329

строения у больных эпилепсией выражаются в приступах эйфо­рии — великолепного, ничем не объяснимого настроения

Некоторые больные во время приступов тоскливо-злобного на­строения начинают злоупотреблять алкоголем или отправляются бродяжничать «куда глаза глядят» Поэтому часть больных, страда­ющих дипсоманией (запойное пьянство)1 или дромоманией (стремление к путешествиям), составляют больные эпилепсией

Расстройства сознания. Эти нарушения выражаются в присту­пообразном появлении сумеречного состояния сознания Созна­ние больного при этом как бы концентрически суживается, и из всего многообразного внешнего мира он воспринимает только ка­кую-то часть явлении и предметов, главным образом те, которые его эмоционально в данный момент затрагивают Образно такое состояние сравнивают с состоянием человека, идущего по очень узкому коридору справа и слева — стена и только впереди мерцает какой-то свет Помимо изменения сознания, у больных появляют­ся также галлюцинации и бредовые идеи Галлюцинации чаще все­го зрительные и слуховые, обычно имеют устрашающий характер

Зрительные галлюцинации нередко окрашены в красные и черно-синие тона Больной видит, например, черный топор, оба­гренный кровью, и вокруг разрубленные части человеческого те­ла Возникающие при этом бредовые идеи (чаще всего преследо­вания, реже — величия) определяют поведение больного

Больные в сумеречном состоянии сознания бывают очень агрес­сивными, нападают на окружающих, убивают, насилуют или, наобо­рот, прячутся, убегают, пытаются покончить с собой Эмоции боль­ных в сумеречном состоянии сознания чрезвычайно бурны и в основ­ном отрицательного характера состояния ярости, ужаса, отчаяния

Приведем два коротких описания сумеречных состоянии со­знания у одного итого же больного

1 Больной растерян, отказывается от еды, плачет, не хочет ложиться в постель «сейчас меня будут хоронить, в землю зарывать» Выкрикивает отдельные слова, что то напряженно рассматривает на постели, разгляды­вает свои руки, повторяет «Кровь, видите, вот она» Начинает молиться, затем внезапно вскакивает и сипьно ударяет соседа

2 Больной внезапно спалил себе волосы, затем выбежал на балкон, стремительно вернулся, схватил 12-летнюю дочь и с криком «сейчас спу­щу на парашюте и скину всех чертей» пытался сбросить девочку с балко­на С большим трудом был удержан родственниками

Значительно реже бывают сумеречные состояния сознания с пере­живаниями восторга, радости, экстаза, с бредовыми идеями величия

Галлюцинации при этом приятны для больного, он слышит «великолепную музыку», «чарующее пение» и тд

Получены данные о генетической связи и конституционально-биологи­ческой близости эпилепсии и дипсомании (Утин А В )

330 Часть III. Частная психиатрия

Больная сидит у подоконника и, совершенно никак не реагируя ни на обстановку отделения, ни на вопросы врача, имитирует движения пиани­ста, как бы перебирая пальцами клавиши. Взгляд устремлен вверх, на ли­це выражение восторга. Временами больная к чему-то прислушивается, начинает дирижировать, затем вновь руки ее опускаются на подоконник.

Сумеречные состояния сознания возникают внезапно, длятся от нескольких минут до нескольких дней и так же внезапно кон­чаются, причем больной полностью забывает все, что с ним было.

В редких случаях больной все же может рассказать кое-что о своих болезненных переживаниях. Это бывает или при так назы­ваемом «островном припоминании» (Мели), или при явлениях запаздывающей, ретардированной амнезии (Оттоленги). В пер­вом случае больной вспоминает какие-то отрывки из своих болез­ненных переживаний, во втором — амнезия наступает не сразу, а спустя какое-то время после прояснения сознания.

Иногда после минования сумеречного состояния сознания на какое-то время задерживаются бредовые идеи преследования или величия (резидуальный бред).

Больные в сумеречном состоянии сознания склонны к разру­шительным действиям и могут быть опасны и для себя, и для ок­ружающих. Убийства, совершенные в это время, поражают своей немотивированностью и крайней жестокостью.

Помимо собственных сумеречных состояний сознания, для больных эпилепсией характерны и так называемые упорядоченные сумеречные состояния, обозначаемые как состояние амбулаторного автоматизма, или психомоторные пароксизмы. Это также паро-ксизмально возникающие состояния суженного (сумеречного) сознания, но без бреда, галлюцинаций и выраженных эмоцио­нальных реакций. Поведение таких больных более или менее упо­рядочено, нет бросающихся в глаза нелепостей в высказываниях и действиях, свойственных больным с собственно сумеречным состоянием. Больные в состоянии амбулаторного автоматизма, не осмысляя всего того, что вокруг них происходит, уясняют лишь какие-то отдельные моменты, в остальном применяя привычные, ставшие уже автоматизированными действия. Например, боль­ной без всякой цели входит в чужую квартиру, предварительно вытерев ноги и позвонив, или садится в первый встречный транс­порт, совершенно не представляя, куда и зачем он едет. Внешне такой больной может произвести впечатление рассеянного, ус­тавшего или слегка подвыпившего человека, а иногда и ничем не обратить на себя внимание. Состояния амбулаторного автоматиз­ма также длятся от нескольких минут до нескольких дней и закан­чиваются полной амнезией.

Женщина, проживающая с семьей на Дальнем Востоке, вдруг, совершен­но неожиданно для себя, очутилась в Москве с грудным ребенком на руках. Как она попала в Москву, на чем ехала, больная совершенно не помнила.

Глава 24. Эпилепсия 331

Сумеречные состояния сознания могут возникать не только днем, но и ночью, среди сна. В таком случае говорят о лунатизме (сомнамбу­лизме). Однако следует помнить, что далеко не все проявления луна­тизма относятся к эпилепсии. Это могут быть и случаи сумеречного сознания истерического происхождения, и просто частичный сон.

Некоторое сходство с сумеречными состояниями сознания име­ют так называемые особые состояния (Гуревич М.О.), которые «примерно так относятся к сумеречным состояниям сознания, как джексоновскии припадок к генерализованному эпилептическому».

При особых состояниях не бывает выраженных изменений со­знания и последующей амнезии, но характерны изменения наст­роения, расстройства мышления и особенно нарушения восприя­тия в виде так называемого расстройства сенсорного синтеза. Больной растерян, испытывает страх, ему кажется, что окружаю­щие предметы изменились, стены колеблются, сдвигаются, голо­ва его стала неестественно громадной, ноги исчезают и т.д. Боль­ные при этом могут переживать состояния типа deja vu, jamais vu, деперсонализации, изменение чувства времени и т.д.

Длительность особых состояний такая же, как и сумеречных состояний.

24.1.3. Изменения личности больного эпилепсией

При длительном течении заболевания у больных часто появ­ляются определенные, ранее им не свойственные черты, возника­ет так называемый эпилептический характер. Своеобразно меня­ется и мышление больного, при неблагоприятном течении забо­левания доходящее до типичного эпилептического слабоумия.

Круг интересов больных сужается, они становятся все более эгоистичными, у них «теряется богатство красок и чувства высы­хают» (Гризингер В.). Собственное здоровье, собственные мелоч­ные интересы — вот что все более отчетливо ставится в центр вни­мания больного. Внутренняя холодность к окружающим нередко маскируется показной нежностью и любезностью. Больные стано­вятся придирчивыми, мелочными, педантичными, любят поучать, объявляют себя поборниками справедливости, обычно понимая справедливость очень односторонне. В характере больных появля­ется своеобразная полюсность, легкий переход от одной крайнос­ти к другой1. Они то очень приветливы, добродушны, откровенны, порой даже слащавы и навязчиво-льстивы, то необыкновенно злобны и агрессивны. Склонность к внезапно наступающим бур­ным приступам гневливости вообще составляет одну из самых яр-

Жан Фальре, одним из первых описавший эпилептический характер, ука­зывал, что «перемежаемость явлений как в сфере чувствования, так и умствен­ных способностей составляет выдающуюся черту в характере эпилептиков».

332 Часть III. Частная психиатрия

ких черт эпилептического характера. Аффекты ярости, которые легко, часто без всяких поводов, возникают у больных эпилепси­ей, настолько демонстративны, что Ч.Дарвин в своем труде об эмоциях животных и человека взял в качестве одного из примеров именно злобную реакцию больного эпилепсией. Вместе с тем больным эпилепсией свойственны инертность, малоподвижность эмоциональных реакций, что внешне выражается в злопамятстве, «застревании» на обидах, часто мнимых, мстительности

Типично меняется мышление больных эпилепсией: оно ста­новится вязким, с наклонностью к детализации При длитель­ном и неблагоприятном течении заболевания особенности мы­шления становятся все более отчетливыми: нарастает своеоб­разное эпилептическое слабоумие. Больной теряет способность отделять главное, существенное от второстепенного, от мелких деталей, ему все кажется важным и нужным, он вязнет в мело­чах, с большим трудом переключается с одной темы на другую Мышление больного становится все более конкретно-описа­тельным, снижается память, оскудевает словарный запас, появ­ляется так называемая олигофазия. Больной обычно оперирует очень небольшим количеством слов, стандартными выражени­ями. У некоторых больных появляется склонность к уменьши­тельным словам — «глазоньки», «рученьки», «докторочек, ми­ленький, посмотри, как я свою кроваточку убрала» Непродук­тивное мышление больных эпилепсией иногда называют лаби­ринтным.

Больная эпилепсией, желая сообщить врачу об очередном припадке, описывает свое состояние следующим образом* «Так вот, когда я встала, то пошла умываться, полотенца еще не было, его, наверное, Нинка, гадюка, взяла, я ей это припомню Пока я полотенце искала, уж на завтрак надо было идти, а я еще зубы не чистила, мне няня говорит, чтоб я шла скорее, а я ей про полотенце, тут как раз и упала, а что потом было, не помню»

Вся перечисленная симптоматика совершенно необязательно должна быть представлена у каждого больного полностью. Значитель­но более характерно наличие лишь каких-то определенных симпто­мов, закономерно проявляющихся всегда в одном и том же виде.

Наиболее частым симптомом является судорожный припадок. Однако бывают случаи эпилепсии без больших судорожных при­падков. Это так называемая замаскированная, или скрытая, эпи­лепсия (epilepsm larvata). Кроме того, эпилептические припадки не всегда бывают типичными Встречаются и разного рода ати­пичные припадки, а также рудиментарные и абортивные, когда начавшийся припадок может остановиться на любой стадии (на­пример, все может ограничиться одной только аурой и тд.).

Бывают случаи, когда эпилептические припадки возникают рефлекторно, по типу центростремительной импульсации. Так

Глава 24. Эпилепсия 333

называемая фотогенная эпилепсия характеризуется тем, что при­падки (большие и малые) возникают только при действии преры­вистого света (светового мелькания), например, при ходьбе вдоль нечастого забора, освещенного солнцем, при прерывистом свете рампы, при просмотре передач по неисправному телевизору и т.д. Эпилепсия с поздним началом (epilepsia tarda) возникает в возрасте старше 30 лет. Особенностью эпилепсии с поздним нача­лом является, как правило, более быстрое установление опреде­ленного ритма припадков, относительная редкость перехода при­падков в другие формы, т.е. характерна большая мономорфность эпилептических припадков по сравнению с эпилепсией с ранним началом (Карлов В А.).

24.1.4. Эпилепсия у детей

Несмотря на то, что эпилепсия встречается в детском возрас­те довольно часто, диагностика ее, особенно вначале, представля­ет немалые трудности. У детей в силу повышенной потребности в кислороде мозга, лабильности кальциевого обмена, повышенной гидрофильности коллоидов мозга легко возникают судорожные состояния, ничего общего с эпилепсией не имеющие Так, напри­мер, у детей эпилептиформные припадки могут возникать при глистной инвазии, заболевании дыхательных путей, кишечных интоксикациях, подъемах температуры тела и т.д.

Детская эпилепсия трудна для диагностики еще и потому, что редко начинается с типичных развернутых судорожных припад­ков. Заболевание значительно чаще дебютирует абсансами, petit mal, разного рода атипичными, рудиментарными припадками, и лишь со временем происходит генерализация припадка. Начало болезни может выражаться также в снохождениях, периодически появляющихся расстройствах настроения, внезапно возникаю­щих страхах, приступах ничем не объяснимых болей в различных органах, пароксизмальных расстройствах поведения Закономер­ная повторяемость этих явлений всегда должна настораживать в отношении эпилепсии.

Эпилепсия у детей характеризуется более злокачественным те­чением, чем у взрослых, и скорее приводит к снижению интеллекта и разнообразным расстройствам речи. Свойственны детям и изме­нения личности, причем если у подростков развиваются черты ха­рактера, свойственные взрослым больным эпилепсией (медлитель­ность, вязкость, «прилипчивость», мелочная пунктуальность), то для детей младшего возраста характерны все увеличивающееся дви­гательное беспокойство, чрезвычайная отвлекаемость внимания, невозможность сколько-нибудь длительной его концентрации.

У детей резко выражен (в значительно большей степени, чем у взрослых) сосудисто-вегетативный компонент припадка.

334 Часть III. Частная психиатрия

24.1.5. Соматические и неврологические расстройства

Специальных соматических нарушений, характерных только для больных эпилепсией, нет, однако среди них нередко встреча­ются люди с диспластическим строением, с эндокринно-обмен-ными нарушениями в виде ожирения, нарушения роста и т.д., с гидроцефальным или микроцефальным строением черепа. Кроме того, на теле большинства длительно страдающих эпилепсией можно обнаружить следы различных повреждений, полученных во время судорожного припадка (следы ожогов, ушибов, порезов, отсутствие зубов, рубцовые изменения от многократных прикусов языка и т.д.). Со стороны неврологического статуса может отме­чаться самая различная симптоматика1 в виде поражения череп­ных нервов, параличей и парезов, разнообразных вегетативных нарушений. Вместе с тем встречаются больные эпилепсией без каких-либо соматических или неврологических нарушений, об­наруживаемых современными методами исследования.

24.1.5.1. Рубрификация расстройств по МКБ-10

В МКБ-Ю эпилепсия рассматривается в классе IV «Нервные болезни» и кодируется как эпилепсия с разными видами припад­ков. В классе V «Психические расстройства и расстройства пове­дения» в разделе «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» представлены психические расстрой­ства при эпилепсии, такие, как деменция, расстройства памяти, галлюцинаторные, бредовые, аффективные расстройства и нару­шения поведения.

24.2. Этиология и патогенез

Эпилепсия (эпилептическая болезнь) является полиэтиологи­ческим заболеванием, к ее возникновению могут привести разно­образные вредные факторы, действующие как внутриутробно и во время родов, так и постнатально, особенно в ранние годы жиз­ни (травмы, инфекции, интоксикации).

При эпилепсии с поздним началом (после 30 лет) у более мо­лодых больных основным этиологическим фактором чаще явля­ется черепно-мозговая травма, у больных более старшего возрас­та — церебральная сосудистая патология. Имеет значение и на­следственная отягощенность, но по поводу того, в чем конкрет­но это выражено, мнения весьма противоречивы, что во многом, вероятно, зависит от возможности наследственной неоднород­ности болезни (Бочков Н.П. и др.). Имеются данные, что наслед­ственно передается не само по себе заболевание, а предрасполо-

Подробное описание топической диагностики на основании той или иной неврологической симптоматики приводится в руководствах по нервным болезням.

Глава 24. Эпилепсия 335

жение к нему. В частности, указывают на лабильность вазомото­ров, определенные нарушения обмена веществ, ненормальность развития некоторых нейронных систем (Пенфилд У. и Джас­пер Г.). В настоящее время весьма распространено мнение, что эпилепсия чаще всего возникает при сочетании наследственного предрасположения с дополнительными вредностями, обычно в виде экзогенных факторов (травмы, инфекционные поражения центральной нервной системы и т.д.).

Встречается эпилепсия и с невыясненной еще пока эгиологи-ей (в таких случаях иногда применяют термины «эссенциальная», «идиопатическая» или «криптогенная эпилепсия» — от греч. kryp-tos — тайный, скрытый).

Эпилепсия характеризуется определенными изменениями об­мена веществ.

Многочисленные исследования как отечественных, так и ино­странных авторов показали изменения белкового, жирового, уг­леводного и водно-солевого обмена, нарушение кислотно-основ­ного состояния (до припадка — алкалоз, после него — ацидоз), в связи с чем был предложен ряд теорий (аутоинтоксикация, нару­шение функции желез внутренней секреции, в частности коры надпочечников, и т.д.).

Однако отсутствие единых данных, часто противоречивые ре­зультаты исследований, а иногда и отсутствие явных сдвигов в об­мене у больных эпилепсией не сделали вероятной ни одну из этих теорий. Перспективным явилось изучение обмена непосредст­венно в самой мозговой ткани.

Данные, полученные с помощью тонких методов исследова­ния, свидетельствуют о таких изменениях метаболизма в мозге больных эпилепсией, которые в первую очередь обусловливает нарушения в проведении нервных импульсов. Так, обнаружено повышение проницаемости клеточной мембраны, ведущее к на­рушению ионного равновесия и, следовательно, к относительной деполяризации нервных клеток.

Эта деполяризация, по-видимому, и является непосредствен­ной причиной эпилептического разряда. Указывается, в частнос­ти, на потерю клетками калия и задержку в клетках натрия и во­ды. Большое значение при эпилепсии имеет также нарушение об­мена таких веществ, как ацетилхолин и гамма-аминомасляная кислота (ГАМК). (Ацетилхолин — один из медиаторов, осущест­вляющих передачу нервных импульсов.) При судорогах обнару­живаются нарушения обмена ацетилхолина — увеличивается со­держание свободного ацетилхолина. Поэтому, в частности, вско­ре после судорожного припадка в ликворе содержится ацетилхо­лин, а введением ацетилхолина в свою очередь можно вызвать су­дороги. Гамма-аминомасляная кислота (ГАМК), образующаяся из

336 Часть III. Частная психиатрия

глутаминовои кислоты, обладает в противоположность ацетилхо-лину тормозящим действием, способствует подавлению проведе­ния нервных импульсов

Уменьшение содержания ГАМ К в мозге (что и наблюдается при эпилепсии) ведет к появлению судорог.

Обмен ГАМ К тесно связан с пиридоксином (витамин В^) и глутаминовои кислотой. Поэтому авитаминоз В6 приводит к воз­никновению судорог, а глутаминовая кислота характеризуется противосудорожным действием.

Обнаружено, что у больных эпилепсией ослаблен обмен глю­козы в мозге

В настоящее время появляется все больше данных, доказываю­щих, что в патофизиологических механизмах эпилептического припадка большая роль принадлежит гиперсинхронизации и на­растающей скорости возбуждения нейронов, их сверхвозбудимос­ти, что в свою очередь вызывается изменениями клеточного мета­болизма, нарушениями обменных и ферментативных процессов

Нарушения в метаболизме мозга могут быть как причиной, так и следствием эпилептической симптоматики При этих слож­ных причинно-следственных отношениях, несомненно, играют роль как органические изменения в мозге, так и изменения био­химизма («церебропатия» и «биопатия» по Бускаино)

Нарушения клеточного метаболизма тесно, интимно связаны с патофизиологическими механизмами и находят свое выражение в определенных электроэнцефалографических данных (Сарат-джишвили П.М., Геладзе Т.Ш , Гасто Ш. и др.).

Данные электроэнцефалографии. Наряду с тонкими исследова­ниями обмена и структурных изменений электроэнцефалография занимает в настоящее время ведущее место в изучении сложной проблемы сущности эпилепсии, особенно в вопросах локализа­ции эпилептогенных импульсов и вопросах нейродинамики.

В большинстве случаев1 при записи биотоков мозга больных эпилепсией наряду с искажением нормального альфа-ритма встре­чаются изменения в виде острых волн, пиков, характерных ком­плексов «острие—волна» (сочетание быстрого и медленного потен­циала), а также медленных ритмов (тета- и дельтаволны), идущих пароксизмально, или неправильных медленных колебаний.

Наиболее отчетливо эти «эпилептоидные импульсы», или, как их еще называют, «эпилептиформные потенциалы», проявляются во время эпилептических пароксизмов, но регистрируются они и в межприпадочном периоде.

По данным ряда авторов, лишь в 5-20% всех записей биотоков мозга больных эпилепсией встречаются кривые без патологии — так называемые не­мые электроэнцефалограммы

Глава 24. Эпилепсия 337

Многочисленные исследователи пытались провести опреде­ленные корреляции между характером электроэнцефалограммы и клиническими формами эпилепсии Строгой закономерности об­наружено не было, но тем не менее установлено, что для случаев эпилепсии с преобладанием больших судорожных припадков ха­рактерны острые волны и пики (иглоподобные колебания), для petit mal — эпилепсии свойственны изменения в биотоках в виде комплекса «острие—волна», особенно четко регистрируемые у де­тей, а для приступов так называемых психических эквивалентов более всего характерно наличие медленных волн.

Электроэнцефалография не только помогает в ряде случаев провести дифференциальный диагноз приступов эпилепсии и сходных с ними пароксизмов иного происхождения (истеричес­кие припадки, фебрильные судороги у детей, приступы гипогли­кемии с судорожными проявлениями и т.д.), но и позволяет более точно локализовать очаг эпилептической активности, очаг эпи-лептогенных импульсов.

Помимо обычной записи биотоков мозга (так называемый фо­новый ритм) при подозрении на эпилепсию обычно применяют и методы, способствующие усилению «эпилептиформных потенциа­лов». К этим так называемым методам активации относятся гипер­вентиляция и особенно дача прерывистого светового раздражения (светового мелькания). Прерывистый свет, в частности, не только вызывает усиление патологических знаков на ЭЭГ, но в ряде случа­ев и выявляет их при нормальной фоновой кривой. Изучение влия­ния прерывистого света на выявление эпилептической активности сделало понятным происхождение фотогенной эпилепсии, когда эпилептические пароксизмы появляются у больных только при све­товом мелькании, обусловленном теми или иными причинами

24.3. Патологическая анатомия

Установить диагноз эпилепсии на основании только патоло-гоанатомических исследований невозможно. Вместе с тем имеют­ся определенные данные, довольно часто встречающиеся при ис­следовании мозга больных эпилепсией.

При гибели больного во время припадка и особенно во время эпилептического статуса обнаруживаются набухание и отек моз­га, гиперемия его, а также мелкие кровоизлияния в различных от­делах мозга Помимо этих острых нарушений, констатируются и длительные, хронические изменения, причем они могут иметь двойное происхождение являться следствием того вредного фак­тора, который вызвал эпилепсию (травма головного мозга, ме-нингоэнцефалит, врожденные аномалии и т.д.), или появляться вследствие частых судорожных припадков, ведущих к ишемичес-ки-некротическим изменениям в нервных клетках.

338 Часть III. Частная психиатрия

Следствием предшествующих вредностей могут быть спаеч­ные процессы в оболочках, глиозные рубцы и т.д

Наблюдаемые иногда гетеротопии серого вещества, а также наличие в первом слое коры эмбриональных клеток Кахаля—Рет-циуса говорят о врожденной аномалии мозга, способствующей повышенной судорожной готовности.

Как на следствие самих припадков указывается на гибель нервных клеток коры, изменения в мозжечке (диффузные деге­неративные изменения клеток Пуркинье, или грушевидных нейронов) и т.д. По поводу ряда патолоюанатомических при­знаков, довольно часто наблюдаемых при эпилепсии (напри­мер, склероз аммонова рога), нет единой точки зрения, что это причина или следствие припадков. Нет единого взгляда и на не­редко наблюдаемое при эпилепсии чрезвычайное разрастание нейроглии. Глиоз может отмечаться во всех отделах, но особен­но характерно разрастание глии на поверхности мозга (так на­зываемый краевой глиоз Шаслена).

24.4. Течение и прогноз

Прогноз при эпилепсии как заболевании с хронически-про-гредиентным течением малоблагоприятен, однако иногда наблю­дается и полное прекращение процесса.

Прогностически неблагоприятными признаками являются раннее начало болезни, наличие малых припадков, преобладание больших эпилептических припадков над абортивными, склон­ность их к серийности, наличие эпилептических статусов, глубо­кое нарушение сознания в послеприпадочном периоде, частота и тяжесть сумеречных состояний в межприступном периоде, воз­никновение припадков и днем и ночью.

Степень доброкачественности или злокачественности тече­ния эпилепсии в известной степени связана с асимметрией пора­жения в больших полушариях головного мозга. Так, относительно благоприятное течение наблюдается при более частой унилате-ральной локализации очагового поражения, при локализации по­ражения в правом полушарии и задних долях головного мозга, а неблагоприятное — при преимущественном поражении головно­го мозга в левом полушарии, увеличении доли генерализованных поражений головного мозга с вовлечением в патологический про­цесс лобно-височных структур (Чуприков А.П.).

Прогноз при эпилепсии может быть неблагоприятным не только для самой личности (нарастание своеобразных изменений мышления вплоть до выраженного слабоумия, характерологичес­кие изменения), но и для жизни Больные могут погибнуть от эпилептического статуса, от несчастного случая во время припад-

Глава 24. Эпилепсия 339

ка (падение в огонь, в воду и тд.), могут покончить самоубийст­вом во время дисфории или сумеречных состояний сознания

Дополнительные вредности (повторные травмы, резкое пере­утомление, инфекции, интоксикации) утяжеляют течение. Вред­ностью, способствующей значительному утяжелению процесса, является алкоголизм

24.5. Дифференциальный диагноз

В случаях с характерными припадками, типичными психичес­кими нарушениями в виде пароксизмальных изменении настрое­ния и сознания, а также при выраженных характерологических сдвигах диагноз эпилепсии не вызывает затруднений. Однако ранняя диагностика заболевания нередко сопряжена со значи­тельными трудностями, особенно в тех случаях, когда заболева­ние начинается с разного рода атипичных припадков или с так называемых психических эквивалентов.

Прежде всего такие проявления эпилепсии нужно дифферен­цировать с некоторыми проявлениями истерии (см. главу 10) и су­меречными состояниями сознания. Характерная для истерии де-монстративность поведения, возникновение болезненных прояв­лений не внезапно, как при эпилепсии, а в связи с внешними причинами, лабильность и поверхностность эмоциональных ре­акции больных истерией, их внушаемость могут помочь наряду с данными тщательно собранного анамнеза в дифференциальной диагностике. Следует провести и электроэнцефалографическое обследование.

Эпилепсию раннего детского возраста необходимо отличать от явной формы спазмофилии, сопровождающейся тоническими и клоническими судорогами

Дифференциально-диагностическими критериями могут быть следующие симптомы 1) определенная сезонность спазмо­филии с нарастанием симптоматики с октября—ноября и макси­мумом ее проявлений в марте—апреле; 2) наличие при спазмофи­лии симптомов повышенной электро возбуди мости (симптом Эр-ба) и механической перевозбудимости (симптомы Труссо и Хвос-тека), 3) характерные для спазмофилии ларингоспазмы и особен­но значительные нарушения кальциевого обмена

Большое значение имеет дифференцирование эпилепсии и заболеваний, сопровождающихся эпилептифорным синдромом. При эпилептиформной форме сифилиса головного мозга имеют­ся типичные для сифилиса мозга анамнестические, неврологиче­ские и лабораторные данные

Интоксикации, инфекционные заболевания головного мозга, черепно-мозговые травмы и другие органические поражения цен-

340 Часть III. Частная психиатрия

тральной нервной системы могут сопровождаться эпилепти-формным синдромом. Для дифференциального диагноза в этом случае большое значение имеет время появления характерных симптомов. Если судорожные припадки, расстройства настрое­ния, приступы сумеречного состояния сознания появляются в ос­тром периоде травмы или во время текущего инфекционного про­цесса головного мозга, то это говорит о том, что это не эпилепсия, а всего лишь эпилептиформный синдром. Для дифференциаль­ного диагноза в подобных наблюдениях большое значение имеет не только тщательное клиническое обследование, но и различные лабораторные исследования. Однако в ряде случаев провести чет­кое различие бывает довольно трудно. Имеются наблюдения, ког­да с течением времени так называемая симптоматическая эпилеп­сия (возникшая, например, на основе травмы головного мозга) по своей клинической картине все больше приближается к эпилеп­сии в собственном смысле слова и теряет в конце концов всякое с ней различие. Дело здесь, по-видимому, в сложных патогенетиче­ских сдвигах, вследствие которых судорожный синдром на фоне остаточных явлений (например, травмы головного мозга или ме­нингита) может развиться в истинную эпилепсию со всеми свой­ственными ей симптомами.

В подобных случаях, как уже отмечалось, для точной диагнос­тики большое значение имеют не только тщательные клиничес­кие и лабораторные исследования, но и учет хроногенного факто­ра (клиническая картина, свойственная собственно эпилептичес­кой болезни, возникает обычно значительно позже появления только судорожного синдрома). Нельзя диагностировать эпилеп­сию только по одному припадку. Единичный припадок не обяза­тельно показатель эпилепсии или эпилептиформного синдрома. Он может быть только единичной эпилептической реакцией (Болдырев А.И.).

24.6. Лечение и профилактика

При лечении больных эпилепсией нужно исходить из двух принципиальных положений: 1) строго индивидуально подби­рать не только наиболее эффективное лекарство и его дози­ровку, начиная с наименьшей, но часто и смесь противоэпи-лептических средств; 2) проводить терапию длительно с посте­пенным изменением дозировки и ни в коем случае не обры­вать лечение сразу (опасность резкого обострения вплоть до появления эпилептического статуса!). Все лечебные меропри­ятия при эпилепсии можно разбить на 3 группы: 1) медика­ментозная терапия, 2) правильная организация режима труда и отдыха и особенно режима питания (диетотерапия) и 3) тру­дотерапия.

Глава 24. Эпилепсия 341

Медикаментозная терапия. Довольно широкое применение имеет люминал (фенобарбитал). Люминал обычно назначается длительно (месяцы и даже годы), но все же следует помнить, что иногда он дает побочное действие в виде отеков, крапивницы, альбуминурии. В ряде случаев бывает помехой выраженное сно­творное деис1вие люминала.

Помимо люминала, применяется также другой барбитурат — бензонал (бензобарбитал). Бензонал являе>ся более мягким сред­ством, чем многие другие противоэпилептические препараты, он обычно не оказывает побочного наркотического или возбуждаю­щего действия. Противопоказан при тяжелых заболеваниях пече­ни и почек, а также при декомпенсации сердечной деятельности. Близким по строению к люминалу является и гесамидиы (маисо-лин, примидон и т.д.).

Оценка действия гексамидина может быть произведена не ра­нее чем через 3—5 нед от начала приема этого препарата. Гексами-дин может дать побочные действия в виде чувства опьянения, сонливости, нарушения координации, головных болей, тошноты.

Противопоказанием к назначению гексамидина являются за­болевания почек, печени и кроветворной системы.

В некоторых случаях хороший эффект дает применение дифе-нина (дилантин, эпанутин, алепсин, солантил). Дифенин чаще других препаратов оказывает побочные влияния в виде голово­кружения, рвоты, тремора, нистагма, повышения температуры тела, кожных сыпей, желудочно-кишечных расстройств, иногда поражения печени (Болдырев А.Н.). Для смягчения действия ди-фенина в ряде случаев рекомендуется начинать лечение с люми­нала и лишь постепенно заменять его дифенином

На некоторых больных неплохое действие оказывает диа-карб (диамокс, фонурит), обычно в сочетании с другими препа­ратами.

Из сопутствующих явлений отмечается похудание (препарат вызывает усиленное выделение воды из организма). Могут быть осложнения в виде рвоты, головных болей, вялости, плохого сна или, наоборот, сонливости и т.д.

Неплохой эффект на некоторых больных оказывает хлоракон (бекламид, хибикон и др ) Однако при его применении все же на­до следить за функцией почек, печени и картиной крови.

Препаратом, проявляющим как противосудорожный, так и психотропный эффект, является карбамазепин (тегретол, фин-лепсин, стазепин и т.д.). Благодаря своим психотропным свойст­вам этот препарат эффективен не только при больших судорож­ных припадках, но и при состояниях эмоционального напряже­ния, дисфориях, смягчающе действует при наличии эпилептичес­ких черт характера, активирует мыслительные процессы. В еди-

342 Часть III. Частная психиатрия

ничных случаях препарат может вызвать так называемые тегрето-ловые психозы в виде делириозно-онейроидных состояний шизо-френоподобнои клинической картины, слухового галлюциноза и т.д. Иногда возникают анорексия, тошнота, рвота, сонливость, нарушения координации, аллергические реакции. Возможны также изменения крови.

Для лечения эпилепсии, проявляющейся главным образом малыми припадками и абсансами, применяются этосуксимид, морсуксимид (морфолеп), триметин (тридион, триметадион и т.д.). Может давать осложнения в виде светобоязни, кожных сыпей, сонливости или бессонницы, головных болей, пораже­ния костного мозга (лечение триметином поэтому должно про­водиться под постоянным контролем за кровью). Противопока­занием к применению триметина являются болезни кроветвор­ных органов, а также изменения почек, печени и зрительного нерва.

Этосуксимид (суксилеп, пикнолепсин и т.д.) менее токсичен, чем триметин, однако могут быть осложнения со стороны крови, а также тошнота, рвота, головные боли, головокружения. Необхо­димо регулярно производить анализы крови и мочи.

Относительно новой группой противоэпилептических препа­ратов, применяемых при разных видах припадков, являются так называемые вальпроаты — производные вальпроевой кислоты: ацедипрол и его синонимы (конвулекс, депакин и др.). Побочные явления могут быть в виде желудочно-кишечных расстройств, ал­лергических реакций, ухудшения свертываемости крови, наруше­ния функций печени и поджелудочной железы. Поэтому необхо­дим контроль за системой свертывания крови, деятельностью поджелудочной железы и печени.

Для лечения эпилепсии применяются также различные ком­бинации как противосудорожных средств, так и последних с ко­феином, витаминами группы В, никотиновой кислотой и т.д.

Для купирования сумеречных состояний сознания, а также при трудностях поведения больных эпилепсией (склонность к злобным реакциям) одновременно с противоэпилептическими средствами назначается аминазин внутримышечно. При этом следует следить за артериальным давлением ввиду возможного резкого его снижения. При выраженных аффективных наруше­ниях показаны сибазон (диазепам, седуксен, валиум, апаурин), хлозепид (хлордиазепоксид, элениум, либриум), феназепам, ами-триптилин, тизерцин и т.д.

Лечение эпилепсии следует начинать с меньших доз и посте­пенно повышать их, отыскивая оптимальную для данного боль­ного дозировку. При переводе больных на другой препарат замену нужно производить также постепенно.

Глава 24. Эпилепсия 343

Если лечение эффективно (исчезновение пароксизмов), уменьшать дозу препарата следует не раньше чем через два года после последнего припадка, полностью прекращать лечение (очень постепенно!) не следует раньше чем через 5 лет.

Для купирования эпилептического статуса (грозное состоя­ние, требующее немедленной медицинской помощи) показано как можно более быстрое внутривенное (вводить медленно при хорошей фиксации руки!) вливание диазепама (седуксен, релани-ум и т.д.). В некоторых случаях хороший эффект дает внутримы­шечное введение гексенала. Следует помнить, что гексенал для купирования эпилептического статуса можно вводить только де­тям школьного возраста. Гексенал противопоказан при наруше­ниях функции печени и почек, при лихорадочных состояниях, кислородной недостаточности. Иногда прибегают (для пониже­ния внутричерепного давления) к кровопусканию или к пункции спинномозгового канала (при хорошей фиксации). В случаях, когда все указанные мероприятия не принесли эффекта, следует перевести больного на управляемое дыхание с применением ло­кальной гипотермии головного мозга (Карлов В.А.). Из сердеч­ных средств лучше всего вводить кордиамин и кофеин. Отдель­ный припадок не требует особой медицинской помощи. Необхо­димо только уберечь больного от ушибов (подложить подушку под голову или взять ее на колени) и от прикусов языка (вставить между зубами шпатель или ложку, обернутые марлей). Иногда (при отсутствии какого-либо эффекта от других видов терапии и при четком определении так называемого эпилептогенного фоку­са) можно прибегнуть к максимально щадящему хирургическому удалению эпилептогенного очага.

Организация режима и диетотерапия. Правильно организо­ванный режим и питание имеют большое значение для больных эпилепсией. С лечебной целью больным эпилепсией предлага­ется четыре вида диеты: голодная, бессолевая, с резким ограни­чением жидкости и так называемая кетогенная (уменьшение белков и углеводов с заменой их жирами). Практически все эти пищевые режимы, особенно в течение длительного времени, трудновыполнимы, однако больные эпилепсией должны при­держиваться в еде следующих правил: 1) ограничивать жидкость, а в связи с этим не употреблять острые и соленые блюда; 2) ог­раничивать белковую пищу, особенно мясо, по возможности строго соблюдая молочно-растительную диету; 3) не употреб­лять крепких напитков (крепкий чай и кофе) и категорически исключить все алкогольные напитки.

Трудотерапия. Больным эпилепсией запрещается работать около движущихся механизмов, на высоте, у огня и воды. Однако

344 Часть III. Частная психиатрия

если эпилепсия протекает без частых приступов, то больным ре­комендуется посильный физический и умственный труд Еще Авиценна отмечал положительное влияние на больных эпилепси­ей бега и ходьбы. Именно через трудовую деятельность, специ­ально подобранную со строгим учетом состояния и индивидуаль­ных особенностей больного (при исключении условии, способст­вующих перенапряжению и переутомлению), наиболее полно осуществляется такая важная мера, как социальная реадаптация больных эпилепсией.

Профилактика. Следует предупреждать причины, которые мо­гут вызвать эпилепсию1 инфекционные заболевания мозга, трав­матические поражения, особенно родовой травматизм, и т.д Большая роль в профилактике эпилепсии принадлежит медико-генетическим консультациям

24.7. Экспертиза

Различные правонарушения, вплоть до самых тяжелых, боль­ные эпилепсией чаще всего совершают в состоянии так называе­мых психических эквивалентов, особенно в состоянии сумереч­ного сознания. В этом случае больной считается невменяемым. Однако диагноз эпилепсии еще не определяет невменяемость Если правонарушение совершено вне приступов расстройства на­строения или состояний помраченного сознания, то при опреде­лении вменяемости или невменяемости учитывается степень де­градации личности. При тяжести преступления и опасности его повторения больные направляются на принудительное лечение

Над больными эпилепсией с выраженным слабоумием учреж­дается опека.

Глава 25. ШИЗОФРЕНИЯ

Шизофрения — прогредиентное психическое заболевание, возникающее на основе наследственного предрасположения, ко­торое имеет непрерывное или приступообразное течение и при­водит к своеобразным изменениям личности в виде дезинтегра­ции психики, аутизма, эмоционального обеднения и снижения активности

Шизофрения занимает особое место среди всех форм психи­ческой патологии, в связи с достаточно высокой распространен­ностью, во многих случаях неблагоприятной динамикой, возник­новением у части больных (лубокого психического дефекта и не­гативными социальными последствиями для личности, вплоть до утраты трудоспособности.

История учения о шизофрении восходит ко второй половине 19-го века и во многом связана с исследованиями выдающегося немецкого психиатра Э.Крепелина. Проследив судьбу больных с возникшими в подростково-юношеском возрасте клинически разными психозами (катотонией, гебефрениеи, хроническим бредом), Крепелин (1896) установил, что через несколько лет у всех больных развилось сходное состояние особого слабоумия. На этом основании он выделил новую психическую болезнь, назвав ее «ранним слабоумием». В дальнейшем границы раннего слабо­умия, представления о его клинических проявлениях, вариантах течения, возможных исходах многократно пересматривались, в основном в сторону расширения. В начале 20-го столетия швей­царским психопатологом Э.Блеилером было предложено новое название болезни — «шизофрения» (буквально — «расщепление ума»), которое и закрепилось. Большой вклад в развитие учения о шизофрении внесли отечественные психиатры, особенно А.В.Снежневский, его ученики и последователи

25.1. Психопатология шизофрении

Симптоматология шизофрении многообразна и своеобразна. Проще перечислить психопатологические симптомы и синдро­мы, которые не характерны для шизофрении, чем те, которые встречаются часто

Одни симптомы и синдромы встречаются у многих больных шизофренией, но их диагностическая значимость относительно не­велика, поскольку эти же симптомы и синдромы характерны для многих других психических заболевании (например, бред преследо­вания). Другие выявляются далеко не у всех больных шизофренией, но достоверно возникают почти исключительно при шизофрении (разорванность мышления и речи) и являются для этой болезни па-тогномоничными, близкими к специфическим проявлениями.

346 Часть III. Частная психиатрия

Как и в общей психопатологии в целом, клинические прояв­ления шизофрении принято разграничивать на негативные и продуктивные (позитивные)

В отечественной практике диагностика шизофрении преиму­щественно основывается на выявлении характерных для шизо­френии негативных расстройств, особенно при значительной дав­ности болезни На более ранних этапах шизофрении основное ди­агностическое значение часто имеют особенности продуктивной симптоматики (наряду с динамикой клинических проявлении)

25.1.1. Негативные симптомы шизофрении

К фундаментальным негативным проявлениям шизофрении относится схизис (интрапсихическая атаксия) Под схизисом по­нимают дезинтеграцию, разлаженность психики, неравномер­ность, мозаичность нарушений психических функции Одни пси­хические функции могут быть грубо расстроенными, а другие, родственные, — сохранными Например, возможно тяжелое рас­стройство мышления и речи в виде их разорванности при доста­точной сохранности памяти Конкретными проявлениями рас­щепления психики являются также сама разорванная речь (стра­дает логическая сторона речи при сохранности грамматической), переживание раздвоения «я» в рамках деперсонализации, амбива­лентность (сосуществование полярных эмоции) и многие другие симптомы шизофрении Проводят аналогию между схизисом и игрой оркестра без дирижера

Еще один кардинальный симптом шизофрении — аутизм, под которым понимают ослабление связей с реальностью, чрезмерное погружение в свои внутренний мир Внешние обстоятельства ма­ло влияют на содержание душевной жизни больною, которое оп­ределяется необычными, оторванными от повседневности мыс­лями, фантазиями, грезами, галтюцинаторно-бредовыми пере­живаниями В одних случаях больные почти полностью отгоро­жены от окружающего, в других — проявления аутизма ограничи­ваются чрезмерной склонностью к самоанализу, некоторой отст­раненностью от действительности К частным проявлениям ау­тизма могут быть отнесены глазная интраверзия (взгляд, «устрем­ленный в себя»), аутоэротизм

Типичные для шизофрении малообратимые эмоциональные изменения заключаются, прежде всего, в апатической окраске на­строения или в глубокой апатии Часто эти изменения, в зависи­мости от их выраженности, называют эмоциональным притупле­нием или тупостью, учитывая холодность, черствость больных по отношению к близким Эмоциональная тупость иногда своеоб­разно сочетается с ранимостью, хрупкостью эмоций

Глава 25 Шизофрения 347

Из других стойких аффективных изменений характерны эмо­циональная неадекватность и амбивалентность

Для больных шизофренией типична патология волевых функции Особенно часто выявляются в разной степени выра­женные слабость побуждении, снижение активности В одних случаях отмечается лишь некоторое ослабление стремления к де­ятельности, вялость (гипобулия, или снижение энергетического потенциала) В других — больные почти полностью бездеятель­ны Их активность в лучшем случае сводится к бессмысленному хождению, курению, удовлетворению простейших биологичес­ких потребностей (абулия)

Больные шизофренией нередко живут и действуют как бы ме­ханически, без чувства внутренней активности В соответствии со сложившимися стереотипами, они выполняют служебные, се­мейные обязанности, не пытаясь что-либо изменить к лучшему («социальный дрейф»)

С другой стороны, при общей слабости побуждений у части больных долго сохраняется профессиональная активность

Апатия и абулия сочетаются, образуя апатоабулическии, или вяло-апатический синдром, чрезвычайно характерный для шизофрении

Преимущественно у больных шизофренией возни кают такие воле­вые расстройства, как парабулия, амбитендентность, импульсивность

Нередко встречающаяся при шизофрении патология влече­ний выражается в их угнетении, усилении или извращении Боль­ным с выраженным или грубым психическим дефектом иногда свойственны прожорливость, поедание несъедобных предметов, сексуальные отклонения, вплоть до публичного мастурбирова­ния, нанесение телесных самоповреждении, попытки самоубий­ства, выполняемые необычными, мучительными способами, же­стокое обращение с людьми, истязание животных и другие прояв­ления так называемых садомазохистских тенденции

Формальные расстройства мышления, выявляемые у больных шизофренией, многочисленны и своеобразны Главным образом, при шизофрении отмечаются разорванность мышления и речи, разноплановость мышления, паралогичное мышление, аутисти-ческое мышление, символическое мышление, формальное мыш­ление, резонерское мышление, аморфное мышление (недоста­точная категоричность, уклончивость суждений), неологизмы, соскальзывания, ответы не в плоскости вопроса

Вместе с тем у значительной части больных нарушения мыш­ления мало выражены или клинически не определяются Некото­рым больным свойственны высокий уровень абстрактного мыш­ления, нестандартность, самобытность мыслительных процессов Такие особенности мышления порой позволяют больным доби-

348 Часть III. Частная психиатрия

ваться выдающихся результатов в различных областях професси­ональной деятельности. Весомая доля непреходящих общечело­веческих ценностей создана больными шизофренией Среди них есть выдающиеся математики, астрономы, физики, художники, писатели, артисты и спортсмены В качестве примеров достаточ­но назвать Ньютона, Ницше, Гоголя, Ван Гога.

Формальные способности памяти у большинства больных шизофренией не страдают Нередко возникающее впечатление недостаточности памяти обусловлено слабостью побуждении и эмоционального компонента памяти

Мимика у многих больных шизофренией болезненно измене­на. Особенно характерны гипомимия, парамимия (вычурная, ма­нерная мимика, гримасничанье). Возможна амимия. Иногда от­сутствие лобной мимики сочетается с усиленными, странными мимическими проявлениями в нижней половине лица, что может рассматриваться как частное проявление схизиса

Психомоторике больных шизофренией нередко свойственны угловатость, неуклюжесть, неловкость, необычность движении.

Коммуникативные функции у большинства больных шизофре­нией в той или иной мере нарушены Чаще встречаются замкну­тость, избирательная общительность, формальный контакт. В край­них случаях больные полностью нелюдимы. Они нередко бывают «квартирантами в собственном доме» Выполняя семейные обязан­ности (хозяйственные дела, материальное обеспечение), больные дома стремятся к уединению, не могут установить теплых отноше­нии с членами семьи, мало интересуются их делами и заботами Вместе с тем, больные иногда оказываются в полном подчинении, зависимости от кого-либо из близких, не страдая от этого.

В учебном, служебном коллективе больные шизофренией не­редко находятся на положении «белой вороны». Они остаются «чужими» для коллектива Вынужденное общение больного с ок­ружающими бывает взаимно тягостным.

Общение врачей с больными также затруднено, часто носит формальный характер «по вине» больного. Между врачом и боль­ным как бы существует незримая стена. Врачу бывает сложно ус­тановить доверительные отношения с пациентом, получить до­ступ к его внутреннему миру, вчувствоваться в переживания.

Редкая, но в основном встречающаяся при шизофрении форма контакта с окружающими — психическая обнаженность (утрирован­ная, неуместная откровенность, порой с малознакомыми людьми)

Поведению больных шизофренией часто свойственны раз­личного рода странности, чудаковатость, парадоксальность Странности, чудачества могут касаться самых разных сторон по­ведения, бытовых привычек, манеры одеваться, увлечений и ин­тересов, профессиональной деятельности.

Глава 25 Шизофрения 349

Больные бывают неряшливыми, запущенными в санитарно-гигиеническом отношении, неопрятными и одновременно пре­тенциозными в одежде. Разрабатывают сложные и необычные си­стемы мероприятий для поддержания здоровья и продления жиз­ни. Например, постоянно пытаются задерживать дыхание, т.к. якобы на человеческую жизнь «отпущено» определенное количе­ство дыхании. В любое время года ходят босые, полуголые. Другие занимаются бессмысленным коллекционированием, лишая се­мью средств существования. Третьи необычными способами вы­полняют профессиональные обязанности, преподаватель латыни сводит занятия со студентами к хоровому пению на латинском языке. Поступки больных шизофренией иногда носят особо аб­сурдный характер: аспирант проводит самокастрацию, чтобы сек­суальные переживания не отвлекали от работы над диссертацией.

Следует отметить, что необычные, парадоксальные формы поведения надо использовать в диагностике шизофрении с боль­шой осторожностью, только как дополнение к основным клини­ческим признакам, так как границы между нормальными, соци­ально приемлемыми и аномальными формами поведения весьма зыбкие, неопределенные.

25.1.2. Продуктивная психопатологическая симптоматика

Психотические продуктивные расстройства

У многих больных шизофренией выявляются бред и галлюцинации.

Шизофренический бред отличается особой неправдоподобнос­тью, абсурдностью содержания и часто явным несоответствием по­ведения тематике бредовых идей. Возможны любые варианты бре­да по содержанию. Вместе с тем, ряд бредовых фабул встречается преимущественно или почти исключительно у больных шизофре­нией: бред реформаторский, психическою воздействия, особого значения, космический, антагонистический, чужих родителей.

Из обманов восприятия типичны псевдогаллюцинации, осо­бенно вербальные, комментирующего или антагонистического содержания. Зрительные псевдогаллюцинации, обонятельные, тактильные, висцеральные и другие обманы восприятия бывают значительно реже.

Существенное место среди клинических проявлений шизо­френии занимают психические автоматизмы, особенно идеатор-ные, которые возникают почти исключительно при этой болезни: симптом открытости, наплывы мыслей, обрывы мыслей, эхо мыслей, чужие мысли, параллельные мысли, симптом разматыва­ния воспоминаний, транзитивизм.

Почти все галлюцинаторно-параноидные синдромы достаточно типичны для шизофрении: паранойяльный, синдром Кандинского — Клерамбо, парафренный Реже встречается вербальный галлюциноз.

350 Часть III. Частная психиатрия

Кататонические и гебефренные расстройства возникают, в ос­новном, в рамках шизофрении

Мании и депрессии бывают у больных шизофренией доста­точно часто Шизофреническим маниям и депрессиям свойстве­нен ряд особенностей У больных шизофренией преимуществен­но развиваются атипичные мании гневливая, непродуктивная, дурашливая, неистовая Для шизофренических депрессий харак­терны эндогенные качества (витальная окраска суточные колеба­ния аффекта, сезонность возникновения) а также кататоничес­кие включения, бредовая симптоматика, не являющаяся вторич­ной по отношению к меланхолическому аффекту (бред преследо­вания, воздействия) и психические автоматизмы

Состояния помраченного сознания при шизофрении быва­ют относительно редко У подавляющего большинства больных сознание оценивается как ясное или формально ясное Если расстройство сознания развивается, оно носит онеироидный характер В особо редких случаях возможно аментивноподоб-ное помрачение сознания

Непсихотические продуктивные расстройства

В рамках шизофрении могут возникать любые неврозоподоб-ные и психопатоподобные нарушения тревожно-фобические, обсессивно-компульсивные истероформные, небредовая ипо­хондрия (в том числе сенестопатически-ипохондрический синд­ром), психопатоподобные состояния эксплозивного, гебоидного, тормозимого типа В одних случаях эти расстройства клинически трудно отличимы от проявлений соответствующих неврозов и психопатий В других они обладают клиническим своеобразием Так, фобиям шизофренической природы нередко свойственны необычность, нелепость содержания обрастание страхов слож­ными, причудливыми ритуалами Некоторые устойчивые страхи (зафязнения сумасшествия, острых предметов) в основном встречаются при шизофрении Для сенестопатий у больных ши­зофренией характерны вычурность, насильственная окраска па­тологических ощущений

Хроническая деперсонализация, особенно аутопсихическая, преимущественно развивается в рамках шизофрении

В целом клиническим проявлениям шизофрении присущи полиморфизм и атипичность, парадоксальность

К психопатологическим синдромам, которые не характерны для шизофрении, относятся все синдромы помраченного созна­ния, кроме онеироида (оглушение, делирий, сумеречное состоя­ние, аменция), психоорганический синдром, эпилептиформный синдром, корсаковский симптомокомплекс и органическая де-менция

Глава 25 Шизофрения

351

25.2. Классификация шизофрении

В России широко используется классификация шизофрении, основанная на типах течения, степени прогредиентности и синд-ромальнои характеристике клинических проявлений болезни Основной вклад в создание и совершенствование классификации внесли А В Снежневскии и cm школа (Наджаров РА, Тига-нов А С , Смулевич А Б идрут' И отличие от систематики ши­зофрении, представленной в МКЬ 10, которая основана насинд-ромальном принципе, данная классификация базируется на кли-нико-динамических критериях Она более дифференцирована, информативна, позволяет более уверенно строить клинический, социальный прогноз и планировав терапию

Малопрогредиентная (вялотекущая)

Среднепрогредиентная (параноидная) Грубопрогредиентная (злокачественная)

Непрерывнотекущая шизофрения

Рекуррентная (периодическая) шизофрения

Приступообразно-прогредиентная (шубообразная) шизофрения Рис. 3. Типы течения шизофрении (фафическое изображение)

352 Часть III. Частная психиатрия

Классификация шизофрении

I Непрерывнотекущая шизофрения

Грубопрогредиентная (злокачественная)

Параноидная

Кататоническая

Гебефреническая

Простая

Среднепрогредиентная параноидная Малопрогредиентная (вялотекущая)

Н е врозо п одоб н ая

Психопатоподобная

Простая

II Рекуррентная(периодическая)

III Приступообразно-прогредиетная (шубообразная)

IV Особые формы шизофрении

Паранойяльная

Фебрильная

Данная классификация предусматривает выделение трех типов течения шизофрении: непрерывного, рекуррентного и приступо-образно-прогредиентного (рис. 3). Непрерывнотекущая шизофре­ния включает, с учетом выраженности прогредиентных тенден­ций, грубопрогредиентный (злокачественный), среднепрогреди-ентный (параноидный по синдромальной характеристике) и мало-прогредиентный (вялотекущий) варианты. Грубопрогредиентная шизофрения, исходя из клинических особенностей, подразделяет­ся на параноидную, кататоническую, гебефреническую и простую формы. В рамках вялотекущей шизофрении различают неврозо-подобную, психопатоподобную и простую формы.

Предусмотрено выделение и особых форм шизофрении: пара­нойяльной и фебрильной.

25.3. Клинико-динамические закономерности

различных форм шизофрении 25.3.1. Непрерывнотекущая шизофрения

Эта шизофрения характеризуется неуклонно-поступательной динамикой. Степень ее прогредиентности варьирует в широком ди­апазоне от злокачественного до вялого течения. Бывают периоды обострения и послабления психопатологической симптоматики. Однако полноценные ремиссии не наступают. Лишь спустя много лет от начала болезни, на стадии ее стабилизации, иногда отмечает­ся частичная редукция продуктивных и негативных расстройств.

Грубопрогредиентная (злокачественная) шизофрения Больные грубопрогредиентной шизофренией составляют 5—8% от всех больных шизофренией. Эта шизофрения начинает-

Глава 25. Шизофрения 353

ся, как правило, в подростково-юношеском возрасте (до 20 лет). Начало болезни постепенное. В инициальном периоде появляют­ся и медленно усиливаются признаки шизоидизации личности в виде некоторого эмоционального однообразия, снижения актив­ности, сужения круга интересов, трудностей общения, чудакова­тости, странностей поведения.

Далее наступает манифестация психоза. Возникают и быстро нарастают разнообразные продуктивные психотические расст­ройства: кататонические, гебефренные, галлюцинаторно-парано­идные. Параллельно быстро прогрессируют негативные измене­ния личности: апатия, снижение энер1етического потенциала, ау­тизм, формальные расстройства мышления.

Клиническая картина характеризуется не только полимор­физмом, тяжестью, но и изменчивостью, синдромальной неза­вершенностью симптоматики. На основе преобладания тех или иных продуктивных расстройств различают злокачественную ка-татоническую, гебефреническую, параноидную и простую формы грубопрогредиентнои шизофрении.

При кататонической форме доминирует л юцидная (безонейро-идного помрачения сознания) кататония в виде субступора, преры­вающегося эпизодами кататонического возбуждения. Галлюцина-торно-параноидные расстройства находятся на втором плане.

Гебефреническая форма проявляется нелепо-дурашливым по­ведением, эйфорией, грубыми, жестокими шутками, кривляни-ем, гримасничаньем, разорванной речью, расторможенностью влечений, неряшливостью. Кататонические и галлюцинаторно-бредовые расстройства возникают эпизодически.

Для параноидной формы злокачественной шизофрении ха­рактерны несистематизированный бред преследования, воздей­ствия, величия, непостоянные вербальные псевдогаллюцинации, психические автоматизмы. Эта симптоматика сочетается с ката-тоническими эпизодами. Проследить типичный стереотип разви­тия хронического бреда в виде последовательной смены параной­яльного, параноидного и парафренного синдромов у больных злокачественной параноидной шизофренией обычно не удается.

При злокачественной простой форме состояние определяется неуклонно нарастающими негативными расстройствами: эмоци­ональной тупостью, бездеятельностью, аспонтанностью, наруше­ниями речи, вплоть до речевой разорванности. Формируется тя­желый апато-абулический синдром. Временно могут появляться кататонические, галлюцинаторно-параноидные расстройства.

Динамика злокачественной шизофрении катастрофическая. Современные методы терапии в большинстве случаев не позволя­ют добиться не только ремиссии, но и сколько-нибудь стойкой приостановки эндогенного процесса. В течение 2—5 лет наступа-

354 Часть III. Частная психиатрия

ет конечное состояние: своеобразное шизофреническое слабо­умие в форме эмоционально-волевого опустошения, грубых рас­стройств речи, влечений, поведения. Глубокий эмоционально-во­левой дефект сочетается с остаточной кататонической, галлюци-наторно-параноидной симптоматикой. Конечное состояние со­храняется всю последующую жизнь.

Среднепрогредиентная параноидная шизофрения

Эта форма шизофрении чаще всего развивается в возрасте от 25 до 40 лет.

Начало болезни медленное. Инициальный период, продолжа­ющийся часто многие годы, характеризуется появлением фобий, обсессий, сенестопатий, отрывочных бредовых идей. Уже в ини­циальном периоде нередко выявляются негативные изменения личности. В дальнейшем наступает манифестация болезни. Ее прогрессирование в типичных случаях проходит несколько по­следовательных этапов: паранойяльный, параноидный и пара-френный. Нередко выделяют еще один, заключительный этап: распад галлюцинаторно-параноидных расстройств и выявление грубого психического дефекта.

На манифестном (паранойяльном) этапе постепенно или остро (по типу «озарения») возникает систематизированный бред ревно­сти, преследования, сутяжный, изобретательства или реформатор­ства, который медленно прогрессирует в течение нескольких лет. На следующем, параноидном этапе возникают вербальные галлю­цинации, постепенно трансформирующиеся в псевдогаллюцина­ции. Появляются психические автоматизмы и чувственный бред воздействия. В итоге формируется синдром Кандинского—Клерам -бо (синдром психического автоматизма). Наступление парафрен-ного этапа выражается в присоединении к проявлениям синдрома психического автоматизма фантастического бреда величия.

Параллельно с прогрессированием хронических галлюцина­торно-параноидных расстройств постепенно нарастают негатив­ные изменения личности. На заключительном этапе негативные расстройства достигают степени глубокого психического дефекта. Галлюцинаторно-бредовые расстройства утрачивают синдро-мальную завершенность, распадаются. Конечное состояние при параноидной шизофрении характеризуется сочетанием апато-абулического симптомокомплекса, остаточных галлюцинаторно-бредовых проявлений и шизофазии (комбинация симптома мо­нолога, т.е. спонтанной многоречивости, и разорванной речи).

Следует отметить, что в некоторой части случаев течение па­раноидной шизофрении бывает более благоприятным Болезнь останавливается в своем развитии на парафренном этапе. Изме­нения личности не носят выраженного характера. Поведение

Глава 25. Шизофрения 355

больных остается относительно упорядоченным, несмотря на массивность галлюцинаторно-параноидных расстройств.

Малопрогредиентная (вялотекущая) шизофрения

Вялотекущая шизофрения составляет от 17 до 35% всех учтен­ных случаев шизофрении и занимает второе место по частоте по­сле приступообразно-прогредиентной формы.

Это непсихотическая или субпсихотическая форма шизофре­нии с относительно благоприятным течением. Характеризуется крайне медленным прогрессированием дефицитарных изменений личности, никогда не достигающих степени шизофренического слабоумия, и столь же медленным, вялым развитием продуктивной симптоматики непсихотического или субпсихотического регистра.

Начало болезни часто настолько незаметное, постепенное, что его сроки установить не удается. Появляются и очень медлен­но нарастают некоторое эмоциональное однообразие, определен­ное снижение активности, аутистические тенденции, сужение круга интересов, отдельные странности, чудачества в поведении, резонерская окраска, витиеватость мышления и речи.

Столь же постепенно прогрессируют те или иные продуктив­ные непсихотические расстройства: фобии, обсессии, истеропо-добная симптоматика, деперсонализация, сенестопатически-ипохондрические расстройства, хроническая субдепрессия, сверхценные интересы и увлечения или стойкие нарушения пове­дения возбудимого, истерического, психастенического типа. Эпизодически могут возникать отрывочные бредовые идеи, гал­люцинации, отдельные психические автоматизмы.

В зависимости от преобладания продуктивной симптоматики, напоминающей проявления неврозов, или сходных с психопати­ями стойких расстройств поведения, различают неврозоподоб-ный и психопатоподобный варианты вялотекущей шизофрении.

У некоторых больных картина шизофрении определяется не­гативными изменениями личности, продуктивные нарушения могут возникать лишь эпизодически, в рудиментарном виде (вя­лотекущая простая шизофрения).

25.3.2. Рекуррентная (периодическая) шизофрения

Эта форма шизофрении течет в виде клинически очерченных приступов продуктивных психических расстройств и приводит, как и вялотекущая шизофрения, к неглубоким изменениям личности.

Приступы рекуррентной шизофрении имеют разную клини­ческую структуру.

Аффективные приступы проявляются депрессией или манией разной степени выраженности.

Аффективно-параноидные приступы тоже бывают двух видов: депрессивно-параноидные и маниакально-параноидные. Расст-

356 Часть III. Частная психиатрия

ройства настроения при этих приступах сочетаются с бредом воз­действия, инсценировки, антагонистическим бредом, иногда с бредом величия, а также с психическими автоматизмами, ложны­ми узнаваниями, вербальными псевдогаллюцинациями

При онейроидно-кататонических приступах кататонический ступор или субступор, прерываемый эпизодами кататонического возбуждения, сосуществуете онейроидным помрачением сознания.

Иногда приступы периодической шизофрении длятся всего несколько дней, чаще они продолжаются от нескольких недель до нескольких месяцев. Количество их тоже варьирует в широ­ком диапазоне. Некоторые больные переносят в течение жизни всего один приступ, другие несколько, третьи более десяти при­ступов. У одних больных все приступы имеют сходную клиниче­скую картину (однотипные приступы). У других — возникают клинически разные приступы. При этом удается проследить ти­пичные тенденции в видоизменении приступов, первые онейро-идно-кататонические приступы сменяются аффективно-бредо­выми и далее — аффективными, или выявляется обратная после­довательность видоизменения приступов (от аффективных к онейроидно-кататоническим).

Выделяют особую разновидность рекуррентной шизофрении — циркулярную шизофрению, при которой возникают только аффек­тивные (маниакальные, депрессивные) приступы и которую бывает трудно отграничить от маниакально-депрессивного психоза

После первого, второго приступа часто не удается выявить ка­кие-либо изменения личности. Последующие приступы в боль­шинстве случаев сопровождаются легкими негативными измене­ниями личности, которые несколько усиливаются от приступа к приступу, но никогда не достигают степени выраженного психи­ческого дефекта. У некоторых больных после одного — двух при­ступов наступает стойкая, длящаяся десятилетиями интермиссия, при которой какие-либо последствия перенесенного психоза не определяются. Такие интермиссии квалифицируют как практиче­ское выздоровление.

Следует отметить, что часть отечественных и зарубежных пси­хиатров выделяют случаи рекуррентной шизофрении с наиболее благоприятным течением (не приводящие к клинически опреде­ляемым изменениям личности) в особую группу шизоаффектив-ных психозов и отводят им промежуточное положение между ши­зофренией и маниакально-депрессивным психозом.

25.3.3. Приступообразно-прогредиентная (шубообразная) шизофрения

Шубообразная шизофрения (schub — сдвиг, нем.) — самая час-гая среди всех форм шизофрении. Сущность приступообрано-про-

Глава 25. Шизофрения 357

гредиентного типа динамики шизофрении заключается в совмеще­нии двух вариантов течения — непрерывного и периодического

В инициальном периоде появляются и постепенно прогресси­руют типичные для шизофрении негативные изменения личнос­ти, а в части случаев и продуктивная симптоматика в виде навяз-чивостей, деперсонализации, сверхценных или паранойяльных идей. Далее возникают манифестный и последующие приступы в виде преходящих, качественно новых, по отношению к перма­нентной симптоматике, расстройств. Приступы шубообразной шизофрении отличаются особым клиническим разнообразием. Выделяют острые паранойяльные, острые параноидные, катато-но-гебефренные, кататоно-депрессивные, депрессивно-галлю­цинаторные, депрессивно-обсессивные и другие приступы. Каж­дый приступ сопровождается личностным сдвигом, т.е. углубле­нием негативных изменении личности и усилением постоянных продуктивных нарушений

У части больных шубообразной шизофренией негативные из­менения личности и хронические продуктивные расстройства медленно прогрессируют и в интервалах между приступами.

Степень прогредиентности шубообразной шизофрении, глу­бина формирующегося психического дефекта значительно варьи­руют. В одних случаях шубообразная шизофрения близка к злока­чественной форме и в итоге завершается конечным состоянием (шизофреническим слабоумием), в других — по малой выражен­ности прогредиентных тенденций она близка к вялотекущей ши­зофрении и приводит к неглубокому личностному дефекту Боль­шинство случаев шубообразной шизофрении занимает промежу­точное положение между этими крайними вариантами.

25.3.4. Особые формы шизофрении

Паранойяльная шизофрения

Сущность паранойяльной шизофрении заключается в возник­новении и многолетнем существовании систематизированного бреда. У одних больных бред развивается остро — по типу «озаре­ния», у других постепенно — на основе предшествующих сверх­ценных идей. Клинические проявления паранойяльной шизо­френии обладают значительным сходством с паранойяльным эта­пом параноидной шизофрении, описанным выше Отличие со­стоит в том, что при паранойяльной шизофрении картина болез­ни на всем ее протяжении ограничивается систематизированным бредом. Перехода паранойяльного синдрома в параноидный не происходит.

Паранойяльная шизофрения проявляется бредом преследова­ния, физического недостатка, ипохондрическим, изобретатель­ским, реформаторским, религиозным, сутяжным бредом. У мно-

358 Часть III. Частная психиатрия

гих больных бред монотематичен Патологические идеи прогрес­сируют крайне медленно Спустя десятилетия бред может подверг­нуться частичному обратному развитию, сохраняясь в виде рези-дуальных или «инкапсулированных» (в значительной мере утра­тивших актуальность) бредовых идей Типичные для шизофрении негативные изменения личности удается выявить не всегда

Фебрильная шизофрения

Фебрильной шизофренией (смертельной кататонией, гипер­токсической шизофренией) называют острые приступы онейро-идной кататонии в рамках рекуррентной и приступообразно-про-гредиентной шизофрении, сопровождающиеся гипертермией и другими соматическими расстройствами Наряду с кататонией в виде ступора или возбуждения, возникают подъемы температуры тела до 38—40°С длительностью до 2 недель Температурная кри­вая не соответствует типичным колебаниям температуры при со­матических и инфекционных заболеваниях Отмечаются сухость слизистых, гиперемия кожи, кровоподтеки, иногда буллезные высыпания, изъязвление кожных покровов

В наиболее тяжелых случаях на высоте приступа онейроидное помрачение сознания сменяется аментивноподобным с глубокой дезориентировкой, бессвязным речевым и однообразным двига­тельным возбуждением, ограниченным постелью Возможно по­явление хореиформных гиперкинезов

Обычно через несколько недель наступает ремиссия В редких случаях возможен летальный исход Иногда больной переносит несколько приступов фебрильной шизофрении

25.4. Возрастные особенности шизофрении 25.4.1. Особенности шизофрении у детей и подростков

Шизофрения у детей и подростков возникает в несколько раз реже, чем в более старших возрастных группах При начале шизо­френии в детско-подростковом возрасте в результате взаимовли­яния процессов психического развития (онтогенеза) и эндоген­ного заболевания, с одной стороны, замедляется и искажается он­тогенез, а с другой, — клиника и исходы шизофрении приобрета­ют существенное своеобразие

В целом для детской шизофрении и, в меньшей степени, для подростковой характерны рудиментарность, стертость, незавер­шенность клинических проявлений Основные особенности нега­тивной симптоматики у детей заключаются в сочетании эмоцио­нального обеднения или опустошения, снижения активности, ау-тистических проявлений с асинхрониями, неравномерностью пси­хического развития Шизофренический дефект приобретает сход-

Глава 25 Шизофрения 359

ство с олигофренией (олигофреноподобный дефект) При начале шизофрении в пубертатном возрасте в структуру негативных изме­нений личности входят признаки дисгармонического психическо­го инфантилизма (дефект по типу психического инфантилизма)

Продуктивные расстройства в детском возрасте чаще выражают­ся в диффузных, недифференцированных страхах, синдроме двига­тельной расторможенности, патологическом фантазировании

У подростков, наряду с продуктивной симптоматикой, харак­терной для более старших возрастов, но представленной в неза­вершенном виде, продуктивные расстройства часто проявляются сверхценнои и бредовой дисморфоманиеи, вторичной анорекси-ей, философической интоксикацией (чрезмерным и непродук­тивным интересом к абстрактным проблемам), другими сверх­ценными интересами и увлечениями, деперсонализацией, пато-логичностью пубертатного криза и психопагоподобными расст­ройствами Для мальчиков особенно характерен гебоидный вари­ант психопатоподобного поведения в виде грубости, жестокости, садистических тенденций, сексуальной расторможенности, склонности к пьянству, употреблению наркотиков и к антисоци­альным поступкам

При шизофрении с началом в детском и подростковом возра­сте используется та же классификация, что и при шизофрении, развивающейся в более старшем возрасте

Злокачественная шизофрения у детей обычно начинается до 7 лет Для нее характерны выраженное преобладание негативных проявлений над продуктивными, особенно быстрое (в течение 1—2 лет) формирование конечного состояния, которое выражается в остановке и регрессе психического развития и поведения Речь ут­рачивает функцию общения Больные становятся крайне неряш­ливыми Возобновляется энурез Растормаживаются примитивные формы поведения Больные перестают ходить и вновь начинают ползать, лакают из посуды, как животные, издают нечленораздель­ные звуки Конечное состояние по тяжести и особенностям клини­ческих проявлений сходно с олигофрениями тяжелых степеней

Параноидная шизофрения для детей нехарактерна Если она развивается, то до 10—12 лет проявляется бредоподобными фан­тазиями и страхами, немотивированным враждебно-злобным от­ношением к родителям, отрывочными идеями преследования, от­равления Позднее развиваются более очерченные бредовые и галлюцинаторные расстройства

При начале параноидной шизофрении в пубертатном возрас­те на ранних этапах болезни часто возникают философическая интоксикация, сверхценные идеи или бред физического недо­статка, вторичная анорексия

360 Часть III. Частная психиатрия

Вялотекущая шизофрения у детей — одна из самых частых форм болезни. На первый план выступают относительно неглубо­кие негативные расстройства и признаки психического, а иногда и физического дизонтогенеза. Отдельные психические функции могут формироваться опережающими темпами, по сравнению с возрастной нормой, например — абстрактное мышление, счет­ные, музыкальные способности (дети-вундеркинды). В процессе взросления опережающее развитие этих способностей часто ни­велируется или сменяется отставанием. Продуктивная симптома­тика выражается в заумных интересах, аутистических фантазиях, страхах, рудиментарных двигательных расстройствах.

У подростков вялотекущая шизофрения проявляется утриро-в-анным пубертатным кризом, деперсонализацией, дисморфофобией, психопатоподобным поведением гебоидного типа. Постепенно на­чинают доминировать негативные расстройства. Формируется не­глубокий личностный дефект по типу психического инфантилизма.

Рекуррентная шизофрения у детей возникает редко. Присту­пы рудиментарны и атипичны: проявляются немотивированны­ми страхами, вегетативными кризами с головной болью, гипер­термией, диспепсией или расстройствами, напоминающими де­лирий. В пубертатном периоде приступы бывают более оформ­ленными и тяжелыми: атипичные депрессии, депрессивно-бре­довые, иногда онейроидно-кататонические расстройства.

Рекуррентная шизофрения с началом в детстве и отрочестве приводит к относительно неглубоким изменениям личности с чертами инфантилизма или олигофреноподобным проявлениям на уровне дебильности.

Приступообразно-прогредиентная шизофрения — одна из са­мых частых форм у детей и подростков. В детстве приступы бывают стертыми: аффективными, аффективными с рудиментарным бре­дом, фобиями. У подростков приступы более развернутые, вплоть до кататоно-бредовых, кататоно-гебефренных. Исходы этой формы варьируют от слабоумия, напоминающего тяжелые степени олиго­френии, до олигофреноподобного дефекта типа дебильности.

25.4.2. Шизофрения с началом в позднем возрасте

Шизофрения развивается после 50 лет сравнительно редко. Среди форм шизофрении преобладает параноидная. Реже возни­кает приступообразная шизофрения. Возможность манифестации у пожилых вялотекущей и злокачественной форм сомнительна.

В целом поздней шизофрении свойственна стертость, атипич-ность симптоматики, ее возрастная окраска, относительно благо­приятное течение.

Глава 25. Шизофрения 361

Параноидная шизофрения проявляется мелкомасштабным бредом материального ущерба, ревности, отравления, ипохонд­рическим. Вербальные галлюцинации сочетаются с обонятельны­ми и тактильными. Из психических автоматизмов в основном вы­являются сенестопатические.

Для приступообразной шизофрении особенно характерны за­тяжные тревожные, бредовые и ипохондрические депрессии. Ре­же возникают атипичные мании.

В межприступных промежутках сохраняются аффективные колебания, резидуальные бредовые нарушения.

Шизофрения с поздним началом, как правило, не приводит к глубокому психическому дефекту. Негативные изменения лично­сти, в значительной мере, нивелируются, перекрываются стойки­ми психическими изменениями сосудисто-возрастного генеза.

25.5. Рубрификация шизофрении в МКБ-10

В МКБ-Ю шизофрения входит в раздел «Шизофрения, шизо-типические и бредовые расстройства». Границы шизофрении су­щественно сужены. Подраздел «Шизофрения» включает бредовую, кататоническую, гебефреническую, простую формы болезни, не­дифференцированную шизофрению и остаточную шизофрению (длительно сохраняющаяся негативная симптоматика после одно­го или нескольких психотических приступов с характерными для шизофрении клиническими признаками). Предусмотрено также выделение «другого типа» шизофрении, включающего «детский тип», к которому отнесены случаи шизофрении с ранним началом и олигофреноподобным дефектом. Отражение в диагнозе варианта течения шизофрении возможно, но не обязательно.

Вялотекущие неврозоподобная и психопатоподобная формы шизофрении выведены за рамки подраздела «Шизофрения». Их диагностика допускается в качестве разновидностей «шизотипи-ческого расстройства» — длительного непсихотичекого расстрой­ства, проявления которого имеют клиническое сходство с шизо­френией, однако типичные (согласно МКБ-Ю) симптомы шизо­френии отсутствуют.

Кратковременные (до одного месяца) галлюцинаторно-бредо-вые, аффективно-бредовые психозы с характерными, в большей или меньшей степени, для шизофрении клиническими признака-' ми в МКБ-Ю классифицируются в особых подразделах как «ост­рые полиморфные расстройства с симптомами шизофрении», «ос­трое шизофреноподобное психическое расстройство» или «шизо-аффективные расстройства». При длительности таких психозов бо­лее одного месяца диагноз меняется на «приступообразную шизо­френию». Это понятие соответствует совокупности периодической и шубообразной шизофрении в отечественной классификации.

362 Часть III. Частная психиатрия

25.6. Этиология и патогенез

Шизофрению относят к болезням наследственного предрас­положения, реализации которого часто, но не всегда способству­ют различные внешние вредности

О значении наследственной отягощенности в развитии шизо­френии, прежде всего, свидетельствуют многочисленные клини-ко-генетические исследования Такие исследования показали, что среди кровных родственников больных шизофренией доля лиц, также страдающих шизофренией или являющихся шизоидными психопатами, существенно выше, чем среди родственников здоро­вых людей Известно, что если один из однояйцевых близнецов за­болевает шизофренией, то вероятность возникновения этой же болезни у второго составляет 70%, а, по некоторым данным, 90% Вместе с тем, до сих пор еще не определен тип наследования ши­зофрении, неизвестна ее молекулярно-генетическая основа.

Определенное значение в развитии шизофрении придается преморбидным особенностям личности. Значительная часть больных шизофренией до начала заболевания обладают шизоид­ными свойствами разной степени выраженности.

Фактор пола существенного влияния на возникновение шизо­френии не оказывает распространенность шизофрении среди мужчин и женщин одинакова. В то же время у женщин течение болезни в целом более благоприятное, доля приступообразных форм шизофрении у них выше, тогда как у мужчин выше доля не-прерывнотекущих форм.

Неблагоприятным внешним воздействиям ситуационного и биологического порядка отводится провоцирующая, «выявляю­щая» роль в развитии шизофрении. Среди таких провоцирующих факторов особенно актуальны острый эмоциональный стресс, ос­трые соматические и инфекционные заболевания, черепно-моз­говые травмы, роды, в том числе физиологические.

Психологические и биологические вредности часто предшест­вуют манифестации шизофрении. Однако у значительной доли больных шизофрения возникает «спонтанно» (без предшествую­щих стрессовых воздействии).

Шизофрения нередко развивается на измененной биологиче­ской или социально-психологической «почве» (церебрально-ор­ганическая недостаточность, алкоголизм, наркомании, затяжные соматические заболевания, хронические психотравмирующие си­туации). В основном признается патопластическое влияние изме­ненной биологической и социально-психологической почвы, те. влияние на клиническое оформление шизофрении и, в известной мере, на ее динамику. Вместе с тем, нельзя исключить и опреде­ленного участия этих изменении в выявлении болезни

Глава 25. Шизофрения 363

Патогенез шизофрении фактически остается неясным, хотя проведены тысячи исследований этой проблемы.

К настоящему времени у больных шизофренией выявлены многообразные патологические изменения разной степени по­стоянства и достоверности на нейрофизиологическом, биохими­ческом, анатомическом, клеточном уровне. Однако сформулиро­вать и убедительно обосновать концепцию патогенеза шизофре­нии не удается.

Из изменений биоэлектрической активности особенно часто обнаруживают угнетение альфа-ритма Многочисленны гипоте­зы, объясняющие патогенез шизофрении с позиции нарушенно­го функционирования тех или иных неиромедиаторных систем (норадренергической, серотонинергической, ГАМК-ержческой). Наибольшее распространение получила дофаминовая концеп­ция, в соответствии с которой усиление активности дофаминер-гическои системы в одних структурах мозга и ее угнетение в дру­гих является ведущим или одним из ведущих патогенетических механизмов шизофрении.

Обнаружены многообразные патоморфологические измене­ния в различных мозговых структурах. Выявлено некоторое уве­личение объема желудочков мозга у больных шизофренией. Най­дены различные патологические изменения в нейронах, особенно 3, 5, 6-го слоев коры головного мозга. Однако связать с этими и другими изменениями патогенез шизофрении пока не удается.

Весьма распространены представления об эндотоксической, токсико-гипоксическои, дистрофической энцефалопатии как па-томорфологическои основе шизофрении

25.7. Диагноз и дифференциальный диагноз

В диагностике шизофрении и ее отграничении от клинически сходных других психических заболевании важную, часто решаю­щую роль играет выявление характерных для шизофрении нега­тивных изменений личности. Возникновение и нарастание эмо­ционального обеднения, гипобулии, интравертированности, дез­интеграции психики, трудностей общения, своеобразных расст­ройств мышления — кардинальный диагностический признак шизофрении. Шизоидизация личности часто предшествует мани­фестации шизофрении, что является существенным критерием ее отграничения от других психозов

Вместе с тем, у части больных на ранних этапах шизофрении, включая манифестный, негативные изменения личности отсутст­вуют или «перекрываются» продуктивной симптоматикой В этих случаях ведущее диагностическое значение приобретают клини-ко-динамические особенности продуктивных психических расст­ройств, часть из которых типична для шизофрении и редко ветре-

364 Часть III. Частная психиатрия

чается или почти не встречается при других психических заболе­ваниях Перечень этих расстройств представлен выше в разделе 25 1 «Психопатология шизофрении»

При дифференциальной диагностике шизофрении принима­ют во внимание такие присущие клиническим проявлениям этой болезни свойства, как необычность, вычурность, парадоксаль­ность, атипичность (для шизофрении «типично все атипичное»)

Параноидную шизофрению необходимо, прежде всего, отгра­ничивать от алкогольного бреда ревности, преследования и инво­люционных параноидов

Первые приступы аффективно-параноидной и галлюцинатор-но-параноиднои структуры в рамках рекуррентной и шубообраз-нои шизофрении дифференцируют с психозами экзогенно-орга-ническои, соматической этиологии, реактивными параноидами

Особенно сложным бывает разграничение циркулярной ши­зофрении и маниакально-депрессивного психоза (МДП) Учиты­ваются ограниченность возможных проявлении депрессии и ма­ний в рамках МДП и отсутствие при нем личностных изменений в межприступных промежутках При циркулярной шизофрении депрессии и мании, в той или иной мере, атипичны, часто удает­ся обнаружить в их структуре дополнительные симптомы, исклю­чающие диагноз МДП (отдельные психические автоматизмы, ру­диментарные идеи преследования, воздействия, отрывочные гал­люцинаторные феномены) Со временем выявляются неглубо­кие, но характерные для шизофрении изменения личности

Трудной и длительной бывает дифференциальная диагностика вялотекущей неврозоподобной шизофрении с неврозами и психо-патоподобной шизофрении — с психопатиями Симптоматика не­врозоподобной шизофрении, в отличие от невротических проявле­ний, не обнаруживает устойчивых временных и содержательных связей с психотравмирующей ситуацией Ей свойственны больший полиморфизм, сочетание малосовместимых расстройств, наличие субпсихотических эпизодов Изменения личности, возникающие при хронических неврозах (в рамках невротического развития), от­личаются от шизофренического дефекта Формируются психопати­ческие черты, которые обычно соответствуют преморбидным пси­хологическим особенностям и клинической форме невроза Так, у больных неврозом навязчивых состояний появляются психастени­ческие свойства личности, у больных истерическим неврозом — ис­терические патохарактерологические особенности

Поведенческие нарушения у психопатов проявляются во мно­гих случаях раньше, чем психопатоподобная симптоматика у больных шизофренией Клиническая картина психопатоподоб ной шизофрении более динамична, обнаруживает тенденцию !

Глава 25 Шизофрения 365

прогрессированию, включает симптомы, несвойственные психо­патиям Аномальные формы поведения у больных шизофренией носят более грубый, одиозный характер и сочетаются с характер­ными негативными изменениями личности

25.8. Распространенность

Распространенность шизофрении, по данным разных иссле­довании, колеблется от 1,9 до 11 человек на 1000 населения, те от 0,19 до 1,1 % Чаще всего называются показатели 4—8 больных ши­зофренией на 1000 населения У детей до 12 лет болезненность шизофренией в несколько раз ниже (0,17—0,4 на 1000) Самые вы­сокие показатели распространенности шизофрении (ог8до 11 че­ловек на 1000) приходятся на возраст от 18 до 44 лет

25.9. Прогноз

Прогноз шизофрении варьирует в широком диапазоне и, в первую очередь, зависит от типа ее течения, конкретной клиниче­ской формы

Злокачественная шизофрения всегда приводит к конечному состоянию, приравниваемому по тяжести к деменции (шизофре­ническое слабоумие) Больные в конечном состоянии, за редкими исключениями, не удерживаются дома и постоянно находятся в стационарах или психоневрологических интернатах Все они ста­новятся инвалидами первой группы

Клинический и социальный прогноз у большинства больных параноидной шизофренией также неблагоприятен Часть из них на отдаленных этапах эндогенного процесса удерживаются дома, но нетрудоспособны, не только вследствие хронической галлю-цинаторно-параноидной симптоматики, но и в результате выра­женности эмоционально-волевого дефекта, формальных расст­ройств мышления У меньшей части больных параноидной фор­мой развивается относительно неглубокий психический дефект В таких случаях возможна длительная сохранность частичной тру­доспособности и приемлемого уровня социальной адаптации

Прогноз шубообразной шизофрении зависит от темпа нараста­ния личностных изменений, тяжести, длительности и частоты при­ступов Прогностически неблагоприятна шубообразная шизофре­ния с быстро формирующимся психическим дефектом, который со временем становится близким по глубине к конечным состояниям у больных злокачественной шизофренией Относительно благопри­ятный прогноз имеет шубообразная шизофрения, у которой про-гредиентные тенденции сходны с таковыми при вялотекущей ши­зофрении, а приступы редкие, с симптоматикой непсихотического уровня Остальные случаи шубообразной шизофрении в прогнос­тическом отношении занимают промежуточные позиции между двумя вышеназванными крайними вариантами

366 Часть III. Частная психиатрия

Рекуррентная шизофрения в целом имеет достаточно благо­приятный медицинский и социальный прогноз, вследствие ма­лой выраженности негативных изменений личности или их отсут­ствия (стойкая интермиссия, или практическое выздоровление). Вместе с тем, необходимо отметить, что фебрильные приступы могут привести к летальному исходу. Тяжесть, длительность или частое возникновение приступов рекуррентной шизофрении ста­новятся причиной нарушения социальных связей и инвалидиза-ции больных.

К прогностически относительно благоприятным формам от­носится вялотекущая шизофрения. Негативные изменения лич­ности неглубоки даже спустя много лет от начала болезни. Мно­гие больные вполне трудоспособны и по формальным показате­лям достаточно адаптированы в социальной среде. Эпидемиоло­гические психиатрические обследования значительных контин-гентов общего населения показали наличие больных вялотекущей шизофренией, которые никогда не обращаются за психиатричес­кой помощью и не рассматриваются окружающими как психиче­ски больные, хотя и считаются людьми трудными в общении, чу­даковатыми, странными. Вместе с тем, обильные и стойкие фо­бии, обсессии, двигательные навязчивости, деперсонализация, хроническая субдепрессия, более выраженные изменения лично­сти становятся у части больных источником частичной или пол­ной утраты трудоспособности.

К общим прогностически малоблагоприятным признакам при шизофрении относятся:

наследственность, отягощенная шизофренией или шизоид­ной психопатией;

преморбидные шизоидные свойства личности;

патологически измененная почва в виде церебрально-органи­ческой недостаточности;

неблагоприятная микросоциальная ситуация (одиночество, хронические семейные или служебные конфликты);

раннее начало шизофрении;

спонтанная манифестация болезни (без предшествующих ос­трых эмоциональных или биологических стрессов);

постепенное, а не острое развитие клинических проявлений;

преобладание негативных расстройств над продуктивными;

наличие люцидно-кататонической, гебефренной симптома­тики, хронического вербального галлюциноза.

25.10. Лечение и реабилитация

В лечении больных шизофренией используются практичес­ки все методы биологической терапии и большинство методов психотерапии.

Глава 25. Шизофрения 367

25.10.1. Биологическая терапия

Ведущее место в биологическом лечении шизофрении при­надлежит психофармакотерапии. Основные используемые клас­сы психотропных средств — нейролептики и антидепрессанты. Препараты других классов применяются реже.

При злокачественной шизофрении назначают высокие дозы наиболее мощных нейролептиков с общим антипсихотическим действием (мажептил, азалептин, клопиксол, аминазин) с целью приостановить прогрессирование болезни и смягчить ее проявле­ния. Однако терапия, как правило, оказывается недостаточно эф­фективной.

При параноидной шизофрении используют нейролептики-антипсихотики (галоперидол, трифтазин. рисполепт, азалептин, флюанксол). После улучшения состояния, частичной редукции галлюцинаторно-бредовых расстройств проводят длительную (обычно многолетнюю) поддерживающую терапию, часто теми же препаратами, но в меньших дозах. Нередко применяются инъ­екционные депонированные формы нейролептиков (галоперидол деканоат, модитен-депо, флюанксол-депо). В первые один-два года после развития галлюцинаторно-параноидных расстройств возможно проведение инсулинокоматозной терапии (с согласия больного или его родственников). Особой резистентностью к те­рапии обладают паранойяльный синдром и хронический вербаль­ный галлюциноз.

Длительное использование нейролептиков нередко приводит к непереносимости больным препаратов, преимущественно в виде неврологических побочных эффектов и осложнений (нейролеп-сия, поздние дискинезии). В этих случаях должны применяться нейролептики, не вызывающие или почти не вызывающие побоч­ных неврологических действий (лепонекс, рисполепт, зипрекса).

При рекуррентной и приступообразно-прогредиентной шизо­френии выбор препаратов определяется синдромальной структу­рой приступов. Больным с депрессивными приступами показаны наиболее активные антидепрессанты (амитриптилин, мелипра-мин, анафранил), которые обычно сочетают с невысокими доза­ми нейролептиков, не обладающих депрессогенным действием (трифтазин, этаперазин, рисполепт). У больных с депрессивно-параноидными состояниями применяют ту же комбинацию пре­паратов, но дозы нейролептиков должны быть значительными или высокими. При неэффективности вышеназванных антиде­прессантов могут быть назначены золофт, рекситин, паксил или другие тимоаналептики из группы селективных ингибиторов об­ратного захвата серотонина. Маниакальные приступы чаще всего лечат галоперидол ом, топралом, лепонексом в сочетании с окси-

368 Часть III. Частная психиатрия

бутиратом или карбонатом лития Те же препараты используют у больных с маниакально-бредовыми состояниями

При онейроидной кататонии назначают нейролептики с рас­тормаживающим эффектом (мажептил флюанксол, рисполепт, эглонил) В случае неэффективности нейролептиков показана электросудорожная терапия

У больных с психомоторным возбуждением в структуре раз­ных приступов используют инъекционные нейролептики с затор­маживающими свойствами (клопиксол-акуфаз, аминазин, тизер-цин, галоперидол, топрал)

Лечение фебрильнои шизофрении по возможности проводят в реанимационных отделениях Применяют активную дезинток­сикацию, включая гемосорбцию, гемодез, а также симптоматиче­скую терапию и иногда аминазин В случаях особой тяжести со­стояния, по витальным показаниям, проводят ЭСТ

В межприступных интервалах осуществляется амбулаторная терапия для стабилизации ремиссии и предупреждения новых приступов Часто применяются те же препараты, что во время приступов, но в меньших дозах При высоком удельном весе аф­фективных расстройств в структуре приступов назначают на дли­тельное время нормотимики (карбонат лития, финлепсин, валь-проат натрия)

Медикаментозное лечение вялотекущей шизофрении прово­дится сочетанием малых или средних доз нейролептиков — анти-психотиков или нейролептиков с более мягким действием (сона-пакс, неулептил) и антидепрессантов Во многих случаях назнача­ют и транквилизаторы При вялотекущей шизофрении с преобла­данием фобий и обсессий назначают транквилизаторы-седатики (алпразолам, феназепам, лоразепам, реланиум), высокие дозы ан­тидепрессантов и умеренные — нейролептиков

В последние годы появилась возможность смягчать проявле­ния психического дефекта Такая способность обнаружена у ряда нейролептиков (флюанксол, рисполепт, зипрекса, эглонил)

25.10.2. Психотерапия и социальная реабилитация

Психотерапия занимает существенное место в лечении боль­ных шизофренией

При наличии выраженной психотической симптоматики (па­раноидная шизофрения, психотические приступы рекуррентной и шубообразной шизофрении) больные нуждаются в участии, ободрении, поддержке врача Демонстрация скептического отно­шения к бредовым суждениям, попытки их опровержения непро­дуктивны, приводят лишь к нарушению контакта между врачом и пациентом Оправданы разъяснения, какие высказывания и фор-

Глава 25 Шизофрения 369

мы поведения пациента оцениваются окружающими как болез­ненные Полезна семейная психотерапия (психотерапевтическая работа с родственниками пациента, направленная на формирова­ние правильного отношения к его болезненным высказываниям и поведению, на устранение внутрисемейных конфликтов, часто возникающих вследствие болезненно измененного поведения члена семьи)

При непсихотическом уровне расстройств (ремиссии присту­пообразной шизофрении вялотекущая шизофрения) показана систематическая психотерапия, преимущественно рациональная (когнитивная) и поведенческая Используются приемы стимули­рующей, отвлекающей психотерапии Применяются специаль­ные методики, направленные на устранение тех или иных расст­ройств, например — функциональные тренировки при транспорт­ных фобиях

Такие методы, как гипносуггестивная психотерапия аутоген­ная тренировка, психоаналитическая психотерапия применяются у больных шизофренией ограниченно, в связи с риском ухудше­ния состояния больных и "невысокой эффективностью

Социальная реабилитация показана почти всем больным ши­зофренией (исключение составляют больные с сохранной трудо­способностью и достаточной социальной адаптацией)

Даже при хронической психотической симптоматике, глубо­ком личностном дефекте с полной инвалидизацией систематиче­ское применение социально-реабилитационных мероприятий в сочетании с фармако- и психотерапией позволяет у ряда больных частично восстановить основные навыки самообслуживания, во­влечь больных в несложную трудовую деятельность

В таких случаях процесс социальной реабилитации носит многоэтапный характер Он часто начинается еще в период гос­питализации с привлечения больных к выполнению простых хо­зяйственных заданий Далее больные систематически выполняют несложную работу в отделении, а затем в лечебно-трудовых мас­терских при больнице После выписки из стационара они продол­жают работу в лечебно-трудовых мастерских, переходя ко все бо­лее сложным операциям При успешном реабилитационном про­цессе возможно возвращение к труду, не требующему высокой квалификации, на специальных предприятиях для психически больных или даже в условиях общего производства Для этого больных приходится обучать новым, доступным по психическому состоянию трудовым навыкам

При вялотекущей шизофрении, рекуррентной шизофрении с редкими приступами правильно организованная социальная реа­билитация в комплексе с лечением нередко позволяет сохранить

370 Часть III. Частная психиатрия

или восстановить доболезненный профессиональный, семейный и общественный статус.

25.11. Профилактика

Первичная профилактика шизофрении в настоящее время ог­раничивается медико-генетическим консультированием потен­циальных родителей о риске возникновения шизофрении у по­томства. Цель медико-генетического консультирования — на ос­нове оценки психического состояния родителей и изучения их ге­неалогических данных определить риск возникновения шизо­френии у потомства и оказать содействие в принятии решения.

Если один из родителей болен шизофренией, риск возникно­вения этого же заболевания у детей равен 14%, если оба родителя страдают шизофренией, риск повышается до 46%. В случае разви­тия шизофрении у одного из дизиготных близнецов, риск ее воз­никновения у второго составляет 23%. Если близнецы монозигот­ные, риск возрастает до 70% (Трубников В.И., 1999).

Прогноз риска заболевания шизофренией для потомства дол­жен излагаться в щадящей форме, с учетом отношения обратив­шихся за консультацией к деторождению и других обстоятельств.

Вторичная профилактика шизофрении (цель — предупрежде­ние обострений и рецидивов) и третичная профилактика (цель — замедление, приостановка процессов формирования психическо­го дефекта) заключаются в длительной амбулаторной фармако- и психотерапии и социально-реабилитационных мероприятиях.

25.12. Экспертиза

Судебно-психиатрическая экспертиза. Большинство больных шизофренией, совершивших уголовно наказуемое деяние, при­знаются невменяемыми. Вменяемыми могут быть признаны больные, психическое состояние которых определяется глубокой и стойкой ремиссией.

Недееспособными признаются больные с грубым психичес­ким дефектом и выраженными психотическими расстройствами.

Трудовая экспертиза. Все больные злокачественной шизофре­нией и большинство больных параноидной формой полностью утрачивают трудоспособность. Больные злокачественной шизо­френией и значительная часть больных параноидной шизофре­нией неспособны к самообслуживанию. При приступообразной шизофрении трудоспособность зависит от частоты, тяжести, дли­тельности приступов и выраженности негативных изменений личности. Значительная часть больных вялотекущей шизофрени­ей сохраняют полную или частичную трудоспособность.

Военная экспертиза. Все больные шизофренией признаются негодными к военной службе.

Глава 26. МАНИАКАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЙ ПСИХОЗ

Маниакально-депрессивный психоз (маниакально-депрес­сивное заболевание, циркулярный психоз, циклофрения, цик­лотимия) — эндогенное заболевание, которое протекает в виде приступов или фаз с аффективными расстройствами, светлыми промежутками между приступами, т.е. полным восстановлени­ем психического здоровья и отсутствием изменений личности, независимо от количества перенесенных приступов. Заболева­ние может протекать в виде биполярных приступов (именно маниакально-депрессивный психоз) и монополярных (моно­полярный депрессивный психоз и монополярный маниакаль­ный психоз).

Термин «циклотимия» впервые применил К.Кальбаум для мягких, ослабленных вариантов болезни.

В 1883 г. Э.Крепелин назвал это заболевание «циркулярной душевной болезнью». В 1899 г. в 6-м издании своего учебника он ввел понятие «маниакально-депрессивный психоз», в который включил все формы периодических психозов.

26.1. Клинические проявления

Для маниакально-депрессивного психоза характерно чередо­вание аффективных психотических приступов или фаз и светлых промежутков, отсутствие изменений личности после многократ­ных приступов болезни.

Для оценки психотических приступов обычно пользуются термином «фаза», понимая под этим ограниченное во времени психопатологическое состояние. После минования фазы полно­стью восстанавливается психическое здоровье. Продолжитель­ность фаз различна — от нескольких дней до нескольких лет. Средняя продолжительность — 3—6 мес.

Для маниакально-депрессивного психоза характерна сезон­ность возникновения фаз. Известно, что у некоторых больных фа­зы возникают в определенные месяцы, чаще осенью и весной. Число фаз различно: у части больных фазы возникают ежегодно, у других наблюдается только одна фаза на протяжении всей жизни.

Психические нарушения при маниакально-депрессивном психозе наблюдаются в виде аффективных расстройств, измене­ний в мыслительной и двигательной сферах. При маниакальных и депрессивных состояниях эти нарушения носят противополож­ный характер. Для депрессивных и для маниакальных состояний характерны вегетативные и соматические расстройства, свиде­тельствующие о «симпатико-тонической направленности» веге­тативной нервной системы (Протопопов В.П.).

372 Часть III. Частная психиатрия

26.1.1. Депрессивные состояния (фазы)

Депрессивные состояния (фазы) характеризуются триадой психических расстройств, пониженным настроением, замедлени­ем мыслительных процессов и двигательной заторможенностью

Психические нарушения. Пониженное настроение, подавлен­ность, тоска являются наиболее характерными признаками де­прессивной фазы. Выраженность эмоциональных нарушений бы­вает различной — от легких степеней подавленности и безрадост­ности до переживания витальной тоски, с безысходностью, отча­янием. Мучительными бывают переживания «предсердечной то­ски» с ощущениями снимания или тяжести в области сердца, иногда с ощущением своеобразной жгучей боли Обычно еще бо­лее мучительными бывают «моральные страдания», глубина и тя­жесть которых несравнимо мучительнее физической боли

Возникновению депрессивной фазы иногда предшествуют на­рушения сна, аппетита, неприятные ощущения в области сердца, сердцебиения, сухость во рту, запоры, задержка месячных у жен­щин. Такое состояние ошибочно расценивается как соматическое заболевание — функциональное нарушение сердечно-сосудистой системы и т.д. В легких случаях эмоциональные нарушения прояв­ляются в подавленном настроении, которое сопровождается склонностью к сомнениям, неуверенностью в своем будущем, пло­хим самочувствием, психической и физической утомляемостью.

В тяжелых случаях нарастает мучительное переживание тоски, несравнимое с житейским горем Никакие радостные события не мо-ryi вывести из этого состояния. Наиболее тяжелой формой проявле­ния аффекта тоски является состояние, получившее название «взрыв тоски» — raptus melancholicus, которое проявляется во внезапном взрыве отчаяния с возбуждением, рыданиями, стонами, стремлением нанести себе повреждения, суицидальными попытками.

Обычно наблюдаются достаточно четкие суточные колебания в выраженности депрессивных переживаний. Больные испытыва­ют тоску и тревогу в ранние утренние часы, к вечеру состояние несколько улучшается, сами больные часто говорят, что к вечеру «тоска как бы отпускает»

Внешний вид больных соответствует их аффективным пере­живаниям: мимика и выражение глаз говорят о скорби и печали, при тяжелых тоскливых состояниях глаза остаются сухими, мига­ние редкое Внутренняя треть века вместо дуги образует углова­тую складку — складку Верагута Брови сдвинуты, складки на лбу от постоянного сокращения мышц напоминают греческую букву омегу, губы сухие, плотно сжатые, углы рта опущены, отмечается сухость во рту. Больные сидят в согбенной позе, с опущенной го­ловой, прижатыми к туловищу руками, сдвинутыми коленями.

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз 373

Замедление мыслительных или ассоциативных процессов вы­ражается в том, что больные отвечают на вопросы с большой за­держкой, односложно, тихим голосом, жалуются на отсутствие мыслей или на одни и те же мысли о собственной никчемности и желании умереть. Внимание сосредоточивается с трудом, память на прошлое не страдает, фиксация текущих событии затруднена. Любое интеллектуальное напряжение кажется больным непре­одолимым, поэтому они считают себя «идиотами», «тупицами». В таком состоянии больные не верят, что подобное состояние мо­жет пройти, прошлый опыт не помогает их убедить в благоприят­ном исходе: «Те состояния были легче». Прошлое, настоящее и будущее оценивается мрачно, как цепь бесконечных ошибок и преступлений, будущее ужасно и бесперспективно

Выраженность двигательной заторможенности различна — от легких степеней до депрессивного ступора Движения часто за­медленны, позы однообразны, больные жалуются, что им трудно двигаться, трудно говорить.

Больные в депрессивном состоянии не строят планов на буду­щее, не имеют никаких интересов, у них часто возникает только одно желание — умереть Стремление к самоубийству постоянно наблюдается при депрессивных состояниях, в одних случаях это мимолетные мысли, в других эти мысли возникают периодичес­ки, особенно в ранние утренние часы, когда депрессивные пере­живания более выражены. У части больных в состоянии депрес­сии мысли о самоубийстве постоянны и появляются тенденции с обдумыванием способов его совершения. Больные в этом состоя­нии нуждаются в постоянном надзоре и контроле за их действия­ми. Суицидальные попытки могут носить импульсивный харак­тер в момент взрыва тоски и более целенаправленный — с подго­товкой суицидальной попытки заранее К таким действиям обыч­но приводят воображаемая бесперспективность и ожидаемые му­чения в будущем. В таком состоянии больные могут совершить «расширенное» самоубийство: сначала они убивают своих детей, престарелых родителей, а затем кончают жизнь самоубийством.

Нарушения мышления у депрессивных больных могут выра­жаться в сверхценных и бредовых идеях, обусловленных депрес­сивным аффектом Наиболее часто наблюдаются идеи самообви­нения, основой для которых являются малозначащие поступки, ошибки, значение которых переоценивается и они воспринима­ются как тягостные преступления Больные обвиняют себя в убийствах близких, в растратах, в изменах близким или родине и т.д. Они переживают идеи самоуничижения, считают, что они ни­чтожные люди, что происходящее с ними — это наказание за под­лости, которые они совершали. Утверждают, что недостойны на-

374 Часть III. Частная психиатрия

ходиться в больнице, получать лечение, есть, пить, спать на по­стели, их необходимо отправить в тюрьму, уничтожить.

При более легких депрессивных состояниях наблюдаются на­вязчивые ипохондрические опасения, навязчивые сомнения и ре­же — навязчивые контрастные влечения.

В ряде случаев при утяжелении депрессии больные жалуются на отсутствие всякого чувства, они говорят, что стали как «чурки», как «деревяшки», что они ничего не чувствуют и от этого страда­ют Больная говорит, что видит своих детей, но никаких чувств к ним не испытывает. Это состояние больными оценивается как бо­лее тяжелое: «Депрессия — это тяжело, но это человеческое чувст­во, а бесчувствие ужасно». Состояние получило название «болез­ненное психическое бесчувствие» (anaesthesia psychica dolorosa) и обычно свидетельствует о тяжести депрессии. У депрессивных больных можно наблюдать дереализацию и сомато-психическую деперсонализацию. При наличии дереализации больные говорят, что окружающий мир воспринимается не так четко, как раньше, он утратил яркость красок, живость и жизненность, все воспри­нимается как через туман, непромытое стекло, дымку, что окру­жающее похоже на декорации.

При соматопсихической деперсонализации больные недоста­точно четко воспринимают свое тело- «Я как бы растворяюсь в окружающем, не чувствую своих границ». У больных утрачивает­ся ощущение сытости, они не чувствуют жажды, не испытывают удовлетворения от опорожнения мочевого пузыря, не чувствуют, что спали ночью, хотя на самом деле спали.

Вегетативные и соматические расстройства. Эти изменения обычно обусловлены повышением тонуса симпатического отдела вегетативной нервной системы, наблюдаются тахикардия, повы­шение артериального давления, сухость во рту, отсутствие аппети­та, больные жалуются на ощущение распирания в области желуд­ка, кишечника, запоры, отмечается значительное снижение мас­сы тела —до 10 кг и более, что наводит врачей на мысль об онко­логическом заболевании у больного и приводит к многочислен­ным исследованиям У женщин во время приступа болезни часто исчезают месячные

Варианты депрессивных состояний. В зависимости от преобла­дания той или иной симптоматики при депрессивной фазе выде­ляют тревожно-ажитированную депрессию, при которой наряду с тоской имеет место тревожное возбуждение, определяющее кли­ническую картину (эти больные особенно опасны в плане совер­шения суицидальных попыток), и ипохондрическую депрессию, при которой большое место в клинической картине занимают различ­ные ипохондрические расстройства и вегетативные, ларвирован-ные, маскированные депрессии.

Глава 26 Маниакально-депрессивный психоз 375

Маскированная депрессия — депрессия с преобладанием раз­личных двигательных, чувствительных и вегетативных расст­ройств по типу депрессивных эквивалентов

Наиболее часто маскированные депрессии проявляются сома­тическими расстройствами, при этом больные жалуются на боли в различных частях тела, в области сердца, позвоночника, кишеч­ника, которые носят характер сенестопатии или сенестоалгий. Боли обычно носят мучительный характер, заставляют больных постоянно обращаться к врачу, подвергаться многочисленным исследованиям. Обращают на себя внимание суточные колебания интенсивности болей, они наиболее выражены в утренние часы, к вечеру обычно состояние улучшается Наблюдается и сезонный характер соматических жалоб: весной или осенью больной много­кратно обращается с жалобами, затем они спонтанно исчезают, но в следующем сезоне могут возникнуть снова.

Аффективные расстройства выявляются только при специаль­ных обследованиях и прицельном расспросе больного. При этом обнаруживаются жалобы на слабость, быструю утомляемость, ощущение разбитости, подавленность, более выраженные в ран­ние утренние часы, нарушения засыпания и ранние пробуждения с чувством тревоги Эти аффективные расстройства врачами час­то не оцениваются как самостоятельные расстройства, а рассмат­риваются как реакция личности на соматические жалобы. Сезон­ность возникновения расстройств, суточные колебания, ранние пробуждения с тревогой, подавленное настроение, снижение тру­доспособности более характерны для маскированной депрессии

Больные, страдающие маскированной депрессией, представля­ют опасность из-за возможности формирования у них наркомании, так как на разных этапах болезни из-за жалоб на боли им неизбежно назначают болеутоляющие в том числе наркотические препараты.

На фоне маскированной депрессии возможно злоупотребле­ние алкоголем. Вначале применение алкоголя прекращается с ис­чезновением приступа, а затем происходит формирование алко­голизма по своим законам

26.1.2. Маниакальные состояния (фазы)

Эндогенные маниакальные состояния характеризуются про­тивоположными депрессии симптомами повышенным настрое­нием, ускорением мыслительных процессов и возникновением различных ассоциаций, психомоторным возбуждением.

О повышенном настроении — эйфории — В А.Гиляровский писал »Все явления, входящие в картину маниакального состояния, в своей основе имеют возбуждение в сфере чувств с повышением настрое­ния, доходящего до степени полного блаженства — эйфории» (1935).

376 Часть III. Частная психиатрия

Маниакальные состояния могут быть относительно легкие — ги-помании, средней выраженности — типичные маниакальные состо­яния и тяжелые — мания с бредом величия, мания со спутанностью.

Развитие маниакального состояния чаще происходит посте­пенно. Вначале больные испытывают прилив бодрости, улучшает­ся настроение, появляется ощущение физического и психическо­го благополучия. Окружающее воспринимается в радужных крас­ках, все психические процессы протекают легко, с повышенной продуктивностью и ослаблением задержек, облегчающих переход к действию. Сон у таких больных непродолжительный, но глубо­кий, по утрам они легко встают, быстро включаются в привычную деятельность, справляются со всеми своими обязанностями, не испытывают сомнении и колебаний в принятии решений. Само­оценка обычно повышена, мимика живая, преобладает веселое настроение. Неприятные события не оказывают влияния на наст­роение. Аппетит чаще бывает повышен, отмечаются колебания артериального давления в сторону гипертензии, тахикардия.

При нарастании маниакального состояния прежде всего наст­роение становится отчетливо неадекватным: необычно жизнера­достным, прекрасным, больные отличаются »неиссякаемой» энергией, их охватывает жажда деятельности, однако если на на­чальном этапе деятельность еще сохраняет продуктивность, то на этом из-за отвлекаемости внимания больные уже не могут ни од­но дело довести до конца. Ассоциации возникают по поверхност­ным признакам, темп мышления ускоряется

При маниакальном состоянии могут обнаружиться интересы и способности, которых до заболевания никто не замечал. Больные начинают писать стихи, выявляются наклонности к рисованию, однако с нарастанием маниакального состояния продуктивность в этой деятельности становится все более и более беспорядочной.

Поведение больных становится расторможенным, усиливается сексуальность, больные легко заводят знакомства, вступают в сек­суальные связи, говорят на эротические темы. Женщины ярко и броско одеваются, неумеренно пользуются косметикой, переоце­нивают свои внешние данные, рассказывают о своих любовных ус­пехах, выглядят обычно оживленными, веселыми, радостными, го­ворят о том, что жизнь — это праздник В этом состоянии утрачива­ется чувство такта, больные становятся фамильярными, громко го­ворят, шутят, громко смеются, у них отсутствует чувство дистанции

При нарастании маниакального состояния больные становят­ся возбужденными, говорят без умолку, голосом, как правило, ох­рипшим, пытаются петь, танцуют, во все вмешиваются, дают раз­личные советы. Мышление становится настолько ускоренным, что больные не успевают высказать сразу полностью мысль, а вы-

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз 377

крикивают только отдельные слова. Это состояние носит назва­ние »скачка идеи» (figa idearum). В таком состоянии появляется масса планов, которые больные не успевают высказывать.

Из повышенного самочувствия, активности и продуктивнос­ти, по мнению В.А.Гиляровского, легко возникают бредовые идеи величия Чаще всего речь идет о болезненном преувеличении сво­их талантов, красоты, заслуг и достижений По содержанию эти идеи жизненны, но не соответствуют истинному положению больного Так, один больной утверждал, что он играл чуть ли не самую главную роль в революции После беседы с ним заявил: »Хорошо, не самую главную, но все же участвовал в революции». При маниакальном состоянии не бывает нелепых, абсурдных бре­довых идей. Больные высказывают идеи как бы шутя, легко могут от них отказаться. Эти идеи обычно не оказывают влияния на по­ведение больных

Вегетативные расстройства, как и при депрессивных состоя­ниях, характеризуются повышением тонуса симпатического отде­ла вегетативной нервной системы. У больных наблюдаются тахи­кардия, повышение артериального давления, значительная поте­ря массы тела, у женщин отсутствуют месячные. Жалоб на сома­тическое состояние больные обычно не предъявляют, наоборот, испытывают необыкновенное ощущение здоровья.

Выделяют несколько клинических вариантов маниакального состояния: веселая мания (немецкий психиатр К.Леонгард назвал ее чистой манией), для которой характерно веселое радостное на­строение — эйфория, сочетающаяся с прекрасным физическим самочувствием и переоценкой возможностей, экспансивная ма­ния, при которой повышенное настроение сочетается со сверх­ценными идеями величия и стремлением к сверхактивной дея­тельности, гневливая мания, при которой аффект характеризуется не эйфорией, а гневливостью, стремлением к деятельности, уско­рением мышления. За больными с гневливой манией крайне трудно в отделении обеспечить уход, так как у них постоянно воз­никают конфликты. Из-за отвлекаемости больных конфликты быстро исчезают, но тут же появляются новые

26.1.3. Смешанные состояния

У 20% больных маниакально-депрессивным психозом наблю­даются смешанные состояния. Они могут возникать в период пе­рехода из одной фазы в другую, при этом в клинической картине сочетаются симптомы, характерные для мании и депрессии. На­пример, депрессивное состояние сочетается с двигательным воз­буждением и интеллектуальным торможением, депрессия — с ус­корением интеллектуальной деятельности, наплывом мыслей и

378 Часть HI. Частная психиатрия

двигательной заторможенностью Мания может сочетаться с дви­гательной и интеллектуальной заторможенностью или только с интеллектуальной заторможенностью (непродуктивная мания)

26.1.3.1. Рубрификация состояний по МКБ-10

В МКБ-Ю все расстройства, наблюдаемые при маниакально-де­прессивном психозе, отнесены в раздел «Расстройства настроения» (аффективные расстройства) F30—F39 и кодируются как различные варианты течения депрессивных и маниакальных состояний, выде­ляются и варианты с биполярным течением и циклотимия

26.1.4. Сравнительно-возрастные особенности течения маниакально-депрессивного психоза

Маниакально-депрессивный психоз у детей. Очерченные клини­чески эндогенные аффективные фазы маниакально-депрессивного психоза не возникают ранее 12—14 лет, так как незрелость личност­ной структуры не допускает аффективных заболевании ТП Симп-сон наблюдала депрессивную фазу в двухлетнем возрасте Однако аффективные расстройства у детей отличаются от состояний, на­блюдаемых у взрослых, поэтому часто не оцениваются адекватно

За последнее время накоплены клинические наблюдения, свидетельствующие о закономерностях формирования аффек­тивных расстройств у детей В клинических проявлениях аффек­тивных фаз не содержится типичных симптомов, наблюдаемых у взрослых У детей ведущими являются вегетативные и соматичес­кие симптомы, характеризующие аффективные расстройства Так, при депрессиях чаще наблюдаются нарушения сна и питания, сопровождающиеся вялостью, медлительностью У детей отмеча­ются нарушения засыпания, ночные страхи, страхи темноты, жа­лобы на неприятные ощущения в теле, животе, груди Обычно из­меняется внешний вид больные выглядят бледными, утомленны­ми, похудевшими, ухудшается аппетит до полного исчезновения, появляются запоры Они отказываются от игр, контактов с други­ми детьми, капризны и плаксивы будто бы без причины

У младших школьников собственно психический компонент депрессий более отчеттив на фоне вегетативно-соматических на­рушений появляются затруднения в обучении, они становятся медлительными, жалую1ся на слабость, становятся менее общи­тельными, хмурыми, молчаливыми, часто появляется несвойст­венная ранее робость, застенчивость Симптоматика часто нарас­тает волнообразно Считается, что средняя продолжительность депрессивной фазы — 8—10 нед

Маниакальные состояния у детей, несмотря на атипичность проявлений, более заметны, чем депрессивные, так как обычно на­блюдаются нарушения поведения Свойственные детям живость и

Глава 26 Маниакально-депрессивный психоз 379

веселость во время игр усиливаются, они становятся расторможен­ными и неуправляемыми Ребенок неутомим, не знает меры в сво­ей деятельности, не может соразмерить свои возможности

Внешне дети выглядят оживленными лицо часто гипереми-ровано глаза блестят, постоянно раздается смех, речь ускорена

Диагностика облегчается, если течение болезни становится биполярным

Маниакально-депрессивный психоз у подростков. В подростко­вом периоде после 10—12 лет клинические проявления этого забо­левания мало отличаются от проявлений у взрослых В этом воз­расте девочки заболевают в 3 раза чаще, чем мальчики, и заболе­вание начинается с депрессивной фазы, при этом обнаруживают­ся все типичные признаки фаз У подростков имеют место затор­моженность в моторике и речи, снижение активности, нереши­тельности, вялость, пассивность, появляется достаточно осознан­ное переживание тоски, апатии, подавленности, грусти, скуки или тревоги, беспокойства, невозможности сосредоточиться, ин­теллектуальной притупленности Наряду с этим у подростков по­являются угрюмо-дисфорическое настроение, переоценка взаи­моотношений с близкими и сверстниками и в связи с этим кон­фликтные взаимоотношения с суицидальными мыслями и по­пытками из-за собственной малоценности Сами депрессии ста­новятся более продолжительными и более сложными, сопровож­даясь нестойкими бредовыми переживаниями

При маниакальных состояниях наряду с гиперактивностью, повышенным самочувствием, стремлением к деятельности, не­утомимостью и отвлекаемостью обнаруживаются психопатопо-добные формы поведения Именно эти расстройства могут мас­кировать фазу маниакально-депрессивного психоза У больных психопатоподобное поведение проявляется не только в наруше­ниях школьной дисциплины но в алкоголизации, правонаруше­ниях, агрессии Такие больные грубы, развязны, с расторможен­ными влечениями и склонностью к различным эксцессам Доста­точно четко выступает сезонность фаз

Маниакально-депрессивный психоз в позднем возрасте. Э Кре-пелин отмечал значительное увеличение частоты депрессивных состояний в позднем возрасте Начало маниакально-депрессив­ного психоза в возрасте после 50 лет отмечается в 27% случаев и после 60 лет — в 8,8% случаев

Несмотря на то, что в литературе нет единого мнения о влия­нии возраста на течение маниакально-депрессивного психоза, многими исследователями отмечается тенденция к усложнению и удлинению депрессивных фаз Это связывают с присоединением ипохондрических переживаний, достигающих в ряде случаев ипохондрического варианта синдрома Котара

380 Часть III. Частная психиатрия

В инволюционном возрасте наблюдается преобладание тре-вожно-ажитированных депрессий, склонных к затяжному тече­нию. В этом и более позднем возрасте фазы маниакально-депрес­сивного психоза протекают наиболее тяжело и большинство больных нуждаются в госпитализации.

Маниакальные состояния в позднем возрасте встречаются ре­же, и обычно не наблюдается усложнения и утяжеления симптома­тики. В ряде случаев отмечается гневливая мания с раздражитель­ностью и конфликтностью. Чаще больные благодушны, суетливы, непродуктивны, иногда преобладает дурашливость с гиперсексу­альностью, могут наблюдаться нелепые мегаломанические бредо­вые идеи, напоминающие бред при прогрессивном параличе.

Возникновение маниакально-депрессивного психоза в позд­нем возрасте свидетельствует об ухудшении прогноза в связи с за­тяжным течением, резистентностью к терапии и неполным выхо­дом из болезненного состояния.

26.2. Этиология и патогенез

До настоящего времени этиологические факторы развития маниакально-депрессивного психоза неизвестны, однако выяв­лено несколько закономерностей в развитии этого заболевания. К ним относятся наследственное предрасположение, биохимиче­ские и биологические изменения в организме, возраст, пол и кон­ституционные особенности. Этим факторам придается то или иное значение в различных предположениях развития заболева­ния, но в единую гипотезу они пока не объединяются.

Наследственному фактору придавалось большое значение еще Фальре и Э Крепелином Риск заболевания маниакально-депрес­сивным психозом у сибсов и дизиготных близнецов составляет 20—25%, у монозиготных — 66—96%, в связи с этим высказывает­ся предположение о доминантной передаче болезни с эффектом одного гена и его неполной пенетрантностью (Kallmann F). Су­ществует точка зрения, что именно пол определяет эту пенетрант-ность и именно у больных женщин. Высказывается гипотеза, что возможна связь сцепления генов, участвующих в развитии аф­фективных психозов, с Х-хромосомой (Вартанян М.Е.).

Патогенез маниакально-депрессивного психоза связан с нару­шением синаптическои передачи в системе нейронов гипоталаму­са и других базальных отделов мозга, которые связаны с формиро­ванием таких особенностей психики, как бодрствование, скорость психических реакции, фон настроения, аффективные состояния. В центре внимания оказывались аминовые системы дофамина, нора-дреналина, фенилэтиламина и серотонина. Возникновение де­прессии пытались объяснить нехваткой нейромедиаторов (норад-реналина и серотонина) в синаптических щелях. Это соответство-

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз 381

вало ингибированию обратного захвата нейромедиаторов трицик-лическими антидепрессантами. Однако постепенно выяснилось более сложное и комплексное действие антидепрессантов, нельзя было не учитывать роль пре- и постсинаптических рецепторов и активность других ферментов, в том числе моноаминоксидазы.

Результаты биохимических исследовании при маниакально-депрессивном психозе противоречивы. По-видимому, основное биологическое нарушение состоит в дезинтеграции комплексно­го взаимоотношения центральных систем, связанного со сдвига­ми и количественными отклонениями циркадных ритмов биоген­ных аминов и их метаболитов (Заидель К , Убельхак Р.).

26.3. Дифференциальный диагноз

Для маниакально-депрессивного психоза характерны присту­пообразное течение (в виде фаз), полное восстановление психи­ческого здоровья между приступами и отсутствие изменений лич­ности после многократных приступов болезни. Каждый приступ характеризуется четкой связью и единством как психопатологи­ческих, так и вегетативно-соматических нарушений с явным пре­обладанием симпатикотонии В отличие от маниакально-депрес­сивного психоза при периодической (рекуррентной) шизофрении чаще обнаруживается несоответствие как между аффективными, двигательными и идеаторными расстройствами, так и вегетатив­но-соматическими, при которых не наблюдается преобладания симпатикотонии

При маниакально-депрессивном психозе чаще обнаруживает­ся наследственное предрасположение у родителей или близких родственников наблюдаются либо отчетливые приступы болезни, либо субклинические колебания настроения. Для этого заболева­ния характерны сезонный характер приступов с учащением их весной и осенью и суточные колебания настроения во время при­ступов, более отчетливые при депрессивных состояниях (в утрен­ние часы депрессия бывает наиболее выражена, к вечеру состоя­ние несколько улучшается).

26.4. Распространенность

Достоверных данных о распространенности маниакально-де­прессивного психоза нет. Это объясняется тем, что в поле зрения психиатров попадают только те больные, которые нуждаются в госпитализации, и разная частота этого заболевания свидетельст­вует о диагностических разногласиях и различиях в понимании границ маниакально-депрессивного психоза.

Частота маниакально-депрессивного психоза среди населения колеблется в пределах 0,07—7,0%. Состояния, относящиеся к это­му заболеванию, наблюдаются у 0,5—0,8% населения.

382 Часть III. Частная психиатрия

Женщины заболевают маниакально-депрессивным психозом чаще, чем мужчины: среди больных 60—70% женщин, но при би­полярном течении заболевания преобладают мужчины.

Болезнь может начаться в любом возрасте, но наиболее часто в зрелом и позднем.

26.5. Прогноз

Прогноз при маниакально-депрессивном психозе в целом бла­гоприятный, так как фазы болезни заканчиваются полным восста­новлением здоровья, социального статуса и трудоспособности.

При затяжных фазах и при значительном сокращении светлых промежутков прогноз ухудшается. Это наблюдается и при конти­нуальном течении, при котором наблюдается переход из одной фазы в другую без светлых промежутков.

Для оценки прогноза имеет значение возраст, к которому отно­сятся начало заболевания, клинические проявления первой фазы. Отмечено, если первая фаза маниакальная, то статистически под­тверждается монополярное течение с несколькими фазами

При рано начавшемся заболевании с монополярными мания­ми к 50—60 годам может наступить выздоровление, при монопо­лярных депрессиях это наблюдается реже, но частота фаз в пожи­лом возрасте уменьшается. Прогноз при биполярном течении ху­же, реже наблюдается выздоровление.

У больных, страдающих маниакально-депрессивным психо­зом, сравнительно часто наблюдаются соматические осложнения, у них обнаруживаются гипертоническая болезнь и диабет.

26.6. Лечение и профилактика

Лечение. Лечение при маниакально-депрессивном психозе как в маниакальной, так и в депрессивной фазе комплексное и состо­ит из биологической терапии, социо- и психотерапии.

Депрессивные состояния. Выбор лекарственных средств зави­сит от выраженности фазы, характера депрессивного состояния и дополнительных симптомов, осложняющих течение депрессии. Г.Я.Авруцкий считает, что наличие депрессивной фазы независи­мо от ее клинических особенностей требует интенсивного приме­нения антидепрессантов трициклического ряда [имизина (мели-прамина) и амитриптилина] с быстрым увеличением суточных доз до 200—250 мг, которые считаются достаточными, чтобы оста­новить развитие депрессивной фазы.

При менее тяжелых депрессиях целесообразно применять антидепрессанты ингибиторы обратного захвата серотонина: флюоксетин (прозак, продеп), флювоксамин.

У пожилых больных предпочтение отдается антидепрессантам с наи­меньшими побочными проявлениями, азафен, герфонал, людиамил.

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз 383

При безуспешной терапии антидепрессантами рекомендуется проведение электросудорожной терапии (ЭСТ) в течение 6—8 се­ансов Показанием к проведению ЭСТ являются тяжелые депрес­сии со ступорозными состояниями, отказами от еды, быстрой по­терей массы тела и тяжелые ажитированные депрессии с упорны­ми суицидальными мыслями и тенденциями.

При депрессиях с преобладанием идеи самообвинения целесооб­разно сочетание амитриптилина с этаперазином, трифтазином, при адинамических депрессиях — с небольшими дозами нейролептиков.

Депривация сна применяется при лечении депрессивных со­стояний, больные полностью лишаются сна на 24 или 48 ч. Пред­полагают, что при депривации сна ночной ацидоз задерживает экскрецию серотонина и его концентрация сохраняется на высо­ком уровне всю ночь, с чем связывают улучшение настроения.

При длительном и безрезультатном лечении больных с де­прессивными состояниями антидепрессантами (резистентные формы) показана резкая отмена препаратов. За 2—3 нед до от­мены увеличивают дозы препаратов с обязательным использо­ванием препаратов холинолитического действия: трицикличес-ких антидепрессантов, корректоров, хлорпротиксена и других нейролептиков.

Одномоментная отмена психотропных препаратов сопровож­дается своеобразным соматоневрологическим симптомоком-плексом, получившим название синдрома отмены: различные на­рушения сна, соматовегетативные и неврологические расстройст­ва, тошнота и рвота, анорексия, потливость, экстрапирамидные изменения, повышение мышечного тонуса, тремор, акатизия. Эти расстройства наиболее выражены к 3—4-му дню и к концу не­дели редуцируются Для купирования вегетативных расстройств используются транквилизаторы бензодиазепинового ряда, при выраженных экстрапирамидных нарушениях назначают пираце-там в суточной дозе до 2400 мг (циклодол назначать не рекомен­дуется, так как это может уменьшить эффект отмены). В некото­рых случаях для преодоления резистентного к терапии течения применяют повторные отмены препаратов.

Маниакальные состояния. Терапия маниакальных состояний должна быть комплексной и включать назначение нейролептиче­ских препаратов и солеи лития.

До сих пор одним из наиболее эффективных препаратов при лечении маниакального состояния является аминазин, который оказывает выраженное седативное влияние на двигательное и идеаторное возбуждение Аффективные расстройства подверга­ются редуцированию вторично. Дозы аминазина варьируют от 100 до 600 мг/сут, в комбинации с пипольфеном — 150 мг/cyi.

384 Часть III. Частная психиатрия

Принято считать, что введение в практику производных бути-рофенона (галоперидол) — это новый этап в лечении маниакаль­ных состояний Для купирования маниакального состояния реко­мендуется при пероральном применении до 100 мг/сут, при внут­римышечном — 20— 40 мг/сут

Для купирования маниакальных и гипоманиакальных состоя­нии применяется клопиксол 20—40 мг/сут и другие нейролепти­ки: риспиридон, тизерцин, сонапакс, лепонекс, неулептил.

Большой успех влечении маниакальных состоянии имело вве­дение солей лития При применении их в отличие от нейролепти­ков поведение упорядочивалось не за счет седативного эффекта, а за счет влияния на саму манию, с редуцированием ее проявлений.

Соли лития действуют медленнее, чем нейролептики (эффект от применения карбоната лития наступает к 5—10-му дню, оксибу-тирата лития — к 2—5-му дню), поэтому рекомендуется начинать лечение с нейролептиков, постепенно присоединяя соли лития.

Лечение карбонатом лития рекомендуется начинать с 0,8 г/сут, постепенно повышая дозу за 4—5 дней до 1,6—2 г/сут. Эффект те­рапии обусловлен достаточной концентрацией лития в плазме крови Концентрация определяется утром натощак и должна быть при поддерживающей терапии 0,6—0,8 ммоль/л, при купировании маниакального состояния она может быть выше 1,2 ммоль/л, в ря­де случаев доходя до 1,6 ммоль/л в крови. Появление стойкой тош­ноты и литиевого тремора после продолжительного приема лития указывает на передозировку и требует снижения дозы.

Для парентерального введения существует единственный оте­чественный препарат оксибутират лития (растворимая в воде соль). В ампулах по 2 мл 20% раствора содержится 400 мг оксибутирата лития. Препарат является активным психотропным средством. Он обладает антиманиакальными свойствами лития и транквилизиру­ющим действием гамма-оксимасляной кислоты (ГОМК)

Начинать терапию целесообразно с небольших доз (800—1200 мг/сут), постепенно увеличивая их на 400—800 мг до достижения клинического эффекта. Концентрация лития в крови не должна превышать 0,8—1,0 ммоль/л.

При лечении маний и депрессий применяется карбамазепин (финлепсин, тегретол) Терапевтический эффект наступает быст­ро Применяются дозы 600—1000 мг/сут. Концентрация 6—12 г/л обычно достаточна для получения терапевтического эффекта.

Профилактика. Применение лекарственных препаратов для профилактики фаз маниакально-депрессивного психоза зависит от характера течения заболевания, монополярного или диполярного. При монополярном течении с депрессивными состояниями при­меняют антидепрессанты в качестве поддерживающей или профи-

Глава 26. Маниакально-депрессивный психоз 385

лактическои терапии Профилактическая терапия трициклически-ми антидепрессантами предотвращает депрессивные приступы

Профилактическая терапия солями лития эффективна при наличии маниакальных приступов и реже — депрессивных, по­этому при преобладании депрессивных фаз рекомендуется соче­тание солеи лития с небольшими дозами амитриптилина.

Применение лития с целью профилактики начинается с небольших доз — 300—600 мг/сут с постепенным повышением до 900—1200 мг/сут. Концентрация лития в крови должна быть 0,6—0,8 ммоль/л.

В последние годы для профилактики фаз маниакально-де­прессивного психоза используются некоюрые антиконвульсан-ты: финлепсин (тегретол), конвулекс. Блаюдаря хорошей перено­симости, достаточной эффективности не только при биполярных аффективных расстройствах, но и при монополярных периодиче­ских депрессиях предпочтение отдается финлепсину.

Финлепсин вначале назначают в дозе 0,2 r/сут, затем постепен­но ее увеличивают до 0,6—0,8—1,2 г. Считается, что финлепсин оказывает такое же профилактическое действие, что и соли лития

26.6.1. Лечение и профилактика маниакально-депрессивного психоза у детей и подростков

Многие авторы отмечают, что большинство детей достаточно хорошо переносят лечение психотропными препаратами и в свя­зи с быстрым выведением лекарств из организма для достижения терапевтического эффекта необходимы значительные, превыша­ющие средневозрастные, дозы лекарств.

При лечении депрессивных состояний у детей чаще пользуют­ся антидепрессантами с седативным действием. Для активизации ребенка применяют паразидол, эгланид, ноотропы, малые дозы амитриптилина. В связи с тем, что у детей часто отмечаются доба­вочные симптомы, используются малые дозы нейролептиков и транквил изаторы.

Для лечения маниакальных и гипоманиакальных состояний применяются нейролептики антиманиакального действия: гало-перидол, тизерцин, сонапакс, неулептил, лепонекс в сочетании с терапевтическими дозами солей лития.

Для профилактики аффективных доз у детей используются препараты солей лития, которые в большинстве случаев эффек­тивны при монополярных маниакальных состояниях и биполяр­ных фазах, но, как и у взрослых, оказываются неэффективными при периодических и затяжных депрессиях.

В результате проведенных исследований выявлены сроки, не­обходимые для проведения профилактической терапии у детей, ес­ли болезнь дебютировала до 10-летнего возраста, то профилактиче­ская терапия литием может быть прекращена по миновании пубер-

386 Часть III. Частная психиатрия

татного возраста и после наступления юношеского возраста, если манифестные аффективные расстройства возникли в пубертатном. При имеющихся соматических противопоказаниях к приме­нению солей лития для профилактики используется финлепсин, однако, как отмечается при длительных исследованиях, для до­стижения эффекта требуются сравнительно большие дозы этого препарата.

26.7. Экспертиза

Трудовая экспертиза Во время приступов (фаз) болезни боль­ные нетрудоспособны и нуждаются в активном лечении в стацио­наре или амбулаторно. При затяжных фазах или континуальном течении возникает вопрос о переводе больных на инвалидность Вне приступов трудоспособность восстанавливается.

Судебно-психиатрическая экспертиза. Решения судебно-психи-атрической экспертизы зависят от клинических проявлений аф­фективных состояний. В маниакальном состоянии больные могут совершать различные необдуманные поступки: уход с работы, рас­торжение и заключение брака, обмен квартиры, переезд в другой город и т.д При гневливой мании возможны агрессивные дейст­вия, конфликты, сопровождающиеся оскорблением окружающих и квалифицирующиеся как хулиганские действия, в связи с кото­рыми больных привлекают к уголовной ответственности Вопрос о вменяемости определяется тяжестью аффективных расстройств, достигающих или не достигающих психотического уровня.

В депрессивной фазе больные могут совершать суицидальные попытки, носящие характер расширенных самоубийств. Возмож­ны самооговоры депрессивных больных, обусловленные бредо­выми идеями самообвинения.

При совершении общественно опасного действия в период аффективной фазы психотического уровня больные признаются невменяемыми в отношении инкриминируемого деяния и на­правляются для лечения в психиатрическую больницу

При судебно-психиатрической экспертизе в гражданском процессе возникает вопрос о признании недействительным того или иного гражданского акта, совершенного больным в психоти­ческом состоянии. Для правильной экспертной оценки весьма важно оценить начало фазы, ее глубину и выраженность во время совершения гражданского акта. Если психические нарушения на­блюдались на непсихотическом уровне, то совершенная сделка не теряет юридической силы (Боброва И.Н.).

Больные, страдающие маниакально-депрессивным психозом, признаются негодными к прохождению военной службы.

Глава 27. ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА ПОЗДНЕГО ВОЗРАСТА

27.1. Систематика психических расстройств позднего возраста

В последние десятилетия увеличилось абсолютное количество психически больных позднего возраста и вырос их удельный вес по отношению к общему числу психически больных всех возраст­ных групп, что преимущественно обусловлено увеличением сред­ней продолжительности жизни, ростом доли пожилых и престаре­лых в общем населении (Штернберг Э Я., Концевой В А ) Высо­ки показатели распространенности психических расстройств в старших возрастных контингентах населения. Поданным отечест­венных и зарубежных авторов, от 10 до 25% всех лиц старше 60—65 лет страдают психическими нарушениями различной тяжести.

Психические расстройства, выявляемые улиц позднего возра­ста, неоднородны в клиническом и в этиопатогенетическом отно­шении Их принято распределять на две группы.

К первой группе относятся психические расстройства, развива­ющиеся в более ранние возрастные периоды и продолжающиеся или повторно возникающие после начала старения, а также пси­хические заболевания, впервые возникшие в позднем возрасте, но не специфичные для него, способные развиваться в различные периоды жизни. В эту группу входит большинство клинико-нозо-логических форм психической патологии: шизофрения, маниа­кально-депрессивный психоз, эпилепсия, психопатии, олигофре­нии, психогенные заболевания, психические расстройства, обус­ловленные соматическими болезнями, инфекциями, черепно-мозговыми травмами, алкоголизм, токсикомании и наркомании.

Вторую группу составляют психические расстройства, преиму­щественно или всегда возникающие в позднем возрасте и прямо или косвенно связанные со старением.

Вторая группа включает функциональные психические расстрой­ства позднего возраста, сенильные и пресенильные деменции и пси­хические нарушения, обусловленные церебрально-сосудистой пато­логией — мозговым атеросклерозом и гипертонической болезнью.

Комплекс факторов, связанных со старением, оказывает су­щественное влияние на клинические проявления и динамику психических заболевании первой группы и играет ведущую роль в этиологии и патогенезе психических расстройств второй группы. Среди этих факторов наиболее существенны следующие:

— нейроэндокринные сдвиги, вызванные климаксом;

— разнообразные функциональные и структурные изменения всех систем и органов, обусловленные старением;

388 Часть III. Частная психиатрия

— накопление соматических болезней и возрастных недугов;

— особая социально-психологическая ситуация, в которой оказывается стареющий человек (прекращение трудовой деятель­ности, сужение социальных связей, одиночество в результате смерти близких, невозможность удовлетворения многих интере­сов и потребностей, трудности самообслуживания вследствие возрастных недугов, старческой немощности);

— психологическое старение, изменения характера, наступаю­щие в ходе инволюции (снижение эмоционального фона, обедне­ние интересов и смещение их в сферу физического и материально­го благополучия, тревожная мнительность, консерватизм, недо­верчивость, недостаточная активность, инертность психических процессов, ослабление интеллектуально-мнестических функций).

Высокая распространенность психических расстройств в стар­ших возрастных контингентах населения, этиопатогенетическое и клиническое своеобразие психических расстройств пресениума и старости, особенности терапии психически больных из старших возрастных групп способствовали выделению особого раздела психиатрии — геронтологической психиатрии. К настоящему вре­мени геронтологическая психиатрия в значительной мере сложи­лась как в научном, так и в организационном отношении. Созда­ны различные формы специализированной психиатрической по­мощи больным позднего возраста: геронтологические отделения в психиатрических больницах, геронтологические кабинеты при психоневрологических диспансерах, дома-интернаты для лиц по­зднего возраста, страдающих психическими расстройствами.

27.2. Клинические проявления

27.2.1. Функциональные психические расстройства позднего возраста

Разграничение психических расстройств позднего возраста на органические и функциональные возможно лишь с оговорками, так как основой последних служат в значительной мере необрати­мые биологические изменения, связанные со старением. Вместе с тем поздние возрастные психические расстройства, которые при­нято относить к функциональным, отличаются от психических расстройств органической природы возможностью их полной или частичной редукции и отсутствием выраженного психического дефекта или слабоумия в исходе заболевания.

Функциональные психические расстройства позднего возрас­та в одних случаях носят непсихотический характер и относятся к области пограничной психиатрии (климактерические неврозопо-добные состояния), в других достигают психотического уровня (функциональные психозы позднего возраста).

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 389

27.2.1.1. Климактерические неврозоподобные состояния

Климактерический период играет существенную роль в разви­тии, обострениях и рецидивах различных форм психической па­тологии. Он нередко способствует возникновению первых или повторных приступов периодической и приступообразно-прогре-диентной шизофрении, фаз маниакально-депрессивного психо­за, декомпенсации психопатий, обострений неврозов, выступая при этом в качестве провоцирующего фактора или измененной биологической почвы. Вместе с тем климакс нередко становится непосредственным источником невроюподобных расстройств, являясь ведущим этиопагогенетическим фактором.

К климактерическим неврозоподобным состояниям относят клинически сходные с неврозами нервно-психические расстрой­ства, которые обусловлены нейроэндокринными и другими био­логическими изменениями, наступающими в ходе патологичес­кого климакса.

В общемедицинской практике эти расстройства традиционно обозначаются понятием «климактерический невроз». Такое на­звание неправомерно, поскольку речь идет о психических расст­ройствах, вызванных биологическими влияниями, а не пережива­нием личностью стрессовой ситуации.

Климактерические неврозоподобные нарушения являются составной частью климактерического синдрома наряду с много­образными соматоэндокринными сдвигами.

Клиническая картина, динамика и прогноз. Климактерические неврозоподобные расстройства, как правило, развиваются посте­пенно. Их возникновение часто совпадает с началом патологиче­ского климакса. Таким образом, эти расстройства относятся к ранним признакам патологического возрастного криза.

Климактерическим неврозоподобным состоянием свойствен­ны полиморфизм и изменчивость проявлений. Наиболее типич­ны следующие симптомокомплексы, которые обычно сочетаются в разных пропорциях.

Астеновегетативныи синдром характеризуется повышенной утомляемостью при умственном и физическом напряжении, соче­танием неустойчивости и истощаемости внимания с многообраз­ными вегетативными дисфункциями Особенно характерны так называемые приливы, т.е. короткие повторяющиеся вегетативно-сосудистые пароксизмы в виде покраснения кожи, ощущений жа­ра, озноба, сердцебиений, головокружения. В более тяжелых слу­чаях бывают обмороки. Приливы — почти обязательный признак климактерических неврозоподобных расстройств и обычно зани­мают центральное место в их клинической картине. Кроме того, типичны лабильность артериального давления и пульса, колеба-

390 Часть III. Частная психиатрия

ния аппетита, усиление или ослабление полового влечения, раз­нообразные нарушения сна с кошмарными сновидениями.

Эмоциональные расстройства преимущественно выражаются в крайней изменчивости настроения с быстрыми маломотивиро­ванными переходами от тревоги и уныния или раздражительнос­ти к неумеренной веселости и экзальтации. Нередко возникает неглубокая, но субъективная тягостная депрессия.

Сенестопатически-ипохондрические нарушения часто входят в структуру климактерических неврозоподобных состоянии. Мно­гообразные мучительные ощущения с неопределенной, меняю­щейся локализацией сопровождаются чрезмерными опасениями за здоровье, которые иногда приобретают навязчивый характер.

Истероподобныерасстройства проявляются жалобами на спаз­мы в горле, внутреннее дрожание, ощущение слабости, «ватности» в руках или ногах, затруднения в речи при волнении Эти жалобы сочетаются с повышенной обидчивостью, капризностью, эгоцен­тризмом, театральностью поведения, приступами рыданий

Если один из перечисленных симптомокомплексов домини­рует, выделяют астенический, депрессивный, ипохондрический или истерический варианты климактерических неврозоподобных расстройств.

Существенная клиническая особенность этих расстройств — приступообразный характер симптомов, значительные колебания их выраженности.

Часто картину неврозоподобных нарушений дополняют тревож­но-пессимистические переживания, которые отражают психологи­ческие проблемы климакса (начавшееся увядание, неблагоприятные изменения внешности, снижение сексуальной привлекательности).

Течение и прогноз климактерических неврозоподобных со­стояний относительно благоприятны У основной массы больных климактерические неврозоподобные нарушения продолжаются от нескольких месяцев до нескольких лет и завершаются выздо­ровлением. У некоторых больных неврозоподобные расстройства климактерического генеза отличаются особой длительностью. Они закрепляются, привносят патологические изменения в ха­рактер и, таким образом, приводят к патологическому развитию личности Возможен переход климактерических неврозоподоб­ных нарушений в инволюционный психоз (Ильина В Н.). Наи­большие стойкость и выраженность присущи неврозоподобным расстройствам, обусловленным искусственным климаксом.

27.2.1.1. Рубрификация в МКБ-10

Климактерические неврозоподобные расстройства следует от­носить к разделу «Органические, включая симптоматические, психические расстройства». Специальной рубрики для психичес-

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 391

ких нарушений климактерического генеза не предусмотрено. Их можно кодировать как «Непсихотические расстройства в связи с другими заболеваниями», включая в разные рубрики, в зависимо­сти от синдромальнои характеристики

Диагноз. Распознавание климактерических неврозоподобных состоянии основано на возникновении в возрасте 40-55 лет нерв­но-психических нарушении невротического уровня, в картине которых существенное место принадлежит своеобразным вазове-гетативным приступам — «приливам». Учитываются параллельное нарушение периодичности менструального цикла и другие сома­тические признаки климакса

Распространенность. Климактерические неврозоподобные расстройства возникают у 20—30% женщин. Мужской климакс редко сопровождается клинически оформленными неврозопо-добными нарушениями.

Этиология и патогенез. Неврозоподобные расстройства — одно из ведущих и типичных проявлении патологического климакса. Они являются следствием наступающих в ходе климакса неиро-зндокринных сдвигов, в первую очередь, нарушения, а в дальней­шем и прекращения гормональной функции яичников Опреде­ленное патогенетическое значение придается нарушениям дея­тельности диэнцефалона, гиперфункции щитовидной железы и общим процессам старения

Лечение и профилактика. Терапия климактерических неврозо­подобных состоянии преимущественно проводится в амбулатор­ных условиях Основной способ лечения — психофармакотера­пия. Назначают транквилизаторы (реланиум, феназепам, алпразолам, нозепам, фандаксин) в сочетании с малыми дозами антидепрессантов седагивного или сбалансированного действия (коаксил, леривон, анафранил). Применяются седативные микс­туры, беллоид или белласпон, витамины, мягкие препараты об­щеукрепляющею и психостимулирующего действия (левзея, ли­монник), физиотерапевтические процедуры, лечебная физкуль­тура. Используют гормональные средства: эстрогены (фоллику­лин, синэстрол, климактерии), а при наличии противопоказаний к ним — андрогены (тестостерона пропионат, метилтестостерон). Гормональная терапия должна проводиться под лабораторным контролем

Полезны психотерапевтические беседы разъясняющего, успо­каивающего и ободряющего характера в сочетании с суггестией или аутогенной тренировкой.

Профилактика климактерических неврозоподобных расст­ройств совпадает с профилактикой патологического климакса. Име­ют значение предупреждение и своевременное лечение гинекологи­ческих и других соматических заболеваний, улучшение условий тру-

392 Часть III. Частная психиатрия

да и быта женщин, благоприятный психологический климат в семье и на производстве Важны в профилактическом отношении упоря­доченный образ жизни, полноценный отдых, регулярные занятия физкультурой, закаливание, другие мероприятия, способствующие укреплению физического здоровья, повышению психологической устойчивости и тренировке вегетативной нервной системы

27.2.2. Функциональные психозы позднего возраста

Функциональные психозы позднего возраста — впервые раз­вивающиеся в пресениуме или старости психотические состоя­ния, которые предположительно обусловлены комплексом фак­торов, прямо или косвенно связанных со старением, и которые не приводят к выраженному органическому снижению уровня лич­ности или слабоумию

Различают инволюционные психозы (возраст начала — 45—60 лет) и функциональные психозы старости (возникают после 60—65 лет) 27.2.2.1. Инволюционные (пресенильные) психозы

Инволюционые психозы описаны Э Крепелином в конце прошлого века В настоящее время выделяют две клинические формы этих психозов инволюционную депрессию и инволюци­онный параноид

Клиническая картина и динамика инволюционной депрессии (пресенильной меланхолии). Начало инволюционной депрессии обычно медленное, хотя возможно и острое начало в тех случаях, когда возникновению психоза предшествует внезапная психичес­кая травма или острое соматическое заболевание Появляются и нарастают угнетенность, необоснованные или преувеличенные опасения за собственное здоровье, состояние близких, матери­альное благополучие Со временем эти проявления усиливаются и перерастают в картину выраженной тревожной депрессии

Сочетание депрессии с тревогой — самая существенная клини­ческая особенность инволюционной меланхолии Тревога носит беспредметный характер, лишена конкретного содержания или насыщена неоправданными мрачными предчувствиями, ожида­нием всяческих несчастий Она усиливается в вечерние и ночные часы Часто выявляется симптом нарушения психической адапта­ции в виде резкого нарастания тревоги с бессмысленным сопро­тивлением при любых незначительных изменениях привычной обстановки Например, тревога усиливается при переводе больно­го на другое место в палате, при появлении нового пациента

Классической картине инволюционной меланхолии свойст­венно сочетание тревожно-депрессивного аффекта с речевым и двигательным беспокойством, доходящим в более тяжелых случа­ях до возбуждения и даже неистовства (ажитированная депрес-

Глава 27 Психические расстройства позднего возраста 393

сия) Речь больных непоследовательна или бессвязна, состоит из обрывков фраз или бессмысленного перечня слов, сходных по звучанию и выражающих недоумение и тревогу (вербигерация) Больные всхлипывают, причитают, стонут, растерянно озирают­ся, бестолково бродят или мечутся по помещению

Ажитация традиционно рассматривается как существенный клинический признак инволюционной депрессии Вместе с тем выраженное речевое и двигательное беспокойство или возбужде­ние не являются обязательными проявлениями этого психоза В последние десятилетия ажитированная депрессия встречается все реже Во многих случаях тревожно-тоскливый аффект сочетается не с ажитацией, а с замедленной, невыразительной речью, вялос­тью, малоподвижностью

У части больных депрессия сопровождается бредом Чаше встречаются бредовые идеи несправедливого обвинения, осужде­ния больного окружающими Бывают патологические идеи пре­следования, отравления, ущерба, ревности, ипохондрический бред Бредовые идеи самообвинения малохарактерны для инво­люционной депрессии

Иногда на высоте тяжелой инволюционной меланхолии раз­вивается бред депрессивно-фантастического содержания (бред Котара, или синдром Котара) Этот синдром характерен для пси­хозов позднего возраста В более ранние возрастные периоды он возникает редко

Для синдрома Котара типичен нигилистический бред, или бред отрицания, — своеобразный чувственный бред, близкий к ипо­хондрическому Больные утверждают, что у них отсутствуют жиз­ненно важные органы и функции (нет желудка, кишечника, пиша попадает непосредственно в брюшную полость и там накаплива­ется, не перевариваясь, месяцами не бывает физиологических от­правлении) В структуру синдрома могут входить идеи злого могу­щества (своим существованием больной причиняет неисчисли­мые страдания и гибель людям, всему человечеству, люди умира­ют, задыхаясь в заполнивших всю атмосферу ядовитых испарени­ях, миазмах, исходящих от больного) Бывают идеи мучитетьного бессмертия (больной считает себя обреченным на вечные страда­ния, подобно грешникам в аду) Распространение бредовых пере­живаний на целую страну, планету или даже вселенную является основанием для обозначения такого бреда мегаломаническим, или бредом громадности

Возникновение синдрома Котара свидетельствует об особой глубине, исключительной тяжести депрессии

Обманы восприятия в рамках инволюционной меланхолии воз­никают редко Возможны вербальные иллюзии и галлюцинации, со­держание которых соответствует тревожно-депрессивному аффекту

394 Часть III. Частная психиатрия

Динамика инволюционной меланхолии чаще всего носит ха­рактер затяжного однократного приступа (Штернберг Э.Я.). При более остром начале психоза и своевременной активной терапии через несколько месяцев иногда наступает достаточно глубокая и стойкая ремиссия. Однако у большинства больных тревожно-де­прессивная и бредовая симптоматика сохраняется в течение ряда лет в почти неизменном виде. Монотонность, однообразие аф-фекгивно-бредовых расстройств — одна из клинических особен­ностей инволюционной депрессии.

Постепенно тревожно-депрессивные и бредовые проявления сглаживаются, становятся более скудными, формируется своеоб­разный психический дефект в виде уныло-пессимистической ок­раски эмоций, склонности к беспокойству по пустякам, косности, ригидности всех психических процессов. К выраженным органи­ческим изменениям психики, слабоумию инволюционная депрес­сия не приводит. Отмечаемое у части больных некоторое ослабле­ние памяти и интеллекта обусловлено естественными процессами старения и присоединением церебрального атеросклероза.

Клинические проявления и динамика инволюционного параноида (инволюционной паранойи). Начало болезни, как правило, медлен­ное. Возникают и постепенно нарастают недоверчивость, подозри­тельность. В случайных высказываниях и поступках родственников, соседей больной усматривает признаки недоброжелательного отно­шения к себе, враждебности. Постепенно эти переживания транс­формируются в интерпретативный бред, содержанию которого свойственны мелкомасштабность, конкретность и нередко правдо­подобие Бред касается лиц из непосредственного окружения боль­ного и повседневных житейских событий, что дает основания назы­вать его бредом обыденных отношений или малого размаха.

Особенно характерен бред ущерба. Больные убеждены, что со­седи или родственники притесняют их, тайком проникают в по­мещение, царапают мебель, пачкают и рвут белье, крадут мелкие деньги или вынимают мясо из кастрюли с супом. Нередко возни­кают идеи отравления, для обоснования которых привлекаются очередное недомогание, патологические ощущения в связи с со­матической болезнью или возрастным недугом. Встречаются и паранойяльные ипохондрические идеи, идеи ревности. Иллюзии, галлюцинации возникают редко и не занимают существенного места в картине психоза.

В одних случаях бред сопровождается тревожной угнетенно­стью, в других — настроение больных несколько приподнятое, оптимистичное.

Больным часто присущи активность, стеничность в борьбе с мнимыми недоброжелателями. Больные обращаются с жалобами

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 395

и заявлениями на «обидчиков» в милицию, административные органы, призывают на помощь общественность.

Течение инволюционных параноидов обычно хроническое. У большинства больных бред сохраняется многие годы, а иногда и всю последующую жизнь, не обнаруживая склонности ни к про-грессированию, ни к обратному развитию. Выздоровления, как правило, не наступает Вместе с тем инволюционный параноид, как и инволюционная депрессия, не приводит к деменции.

У части больных бредовые переживания со временем стано­вятся менее интенсивными, оказывают все меньшее влияние на поведение больных, приобретают отрывочный характер или поч-1И полностью нивелируются. Сохраняются лишь некоторая на­стороженность, подозрительность, эпизодические опасения враждебных действий со стороны отдельных лиц из ближайшего окружения. Параллельно отмечаются явления психической сла­бости, однообразие, инертность всех психических процессов.

27.2.2.2. Функциональные психозы старческого возраста

Психозы, предположительно обусловленные биологическими и социально-психологическими последствиями старения и не приводящие к выраженному органическому дефекту психики или слабоумию, возникают не только в пресениуме, но и в старости (после 60—65 лет)

У части больных проявления таких психозов идентичны или близки картине инволюционной депрессии или инволюционного параноида. В этих случаях одни психиатры квалифицируют их как поздние варианты пресенильных психозов, другие называют их функциональными психозами старческого возраста.

У престарелых наблюдаются и функциональные психозы иной психопатологической структуры: ворчливые депрессии, оп-тческие, вербальные, тактильные и обонятельные галлюцинозы, острые состояния спутанности с грубой дезориентировкой в ок­ружающем, отрывочными галлюцинаторно-бредовыми пережи­ваниями, двигательным беспокойством и амнезией периода пси­хотических расстройств.

27.2.2.2.1. Рубрификация в МКБ-10

Инволюционную депрессию следует относить к разделу «Рас­стройства настроения», рубрифицируя как «Депрессивный эпи-юд» тяжелой или средней степени. Инволюционный параноид выделен в специальную подрубрику раздела «Шизофрения, шизо-гипические и бредовые расстройства». Функциональные галлю­цинозы позднего возраста следует включать в подраздел «Другие неорганические психотические расстройства» того же раздела.

396 Часть III. Частная психиатрия

Этиология и патогенез. Отношение к функциональным психо­зам позднего возраста представителей разных психиатрических школ и направлений неоднозначно. Одни исследователи отрица­ют нозологическую самостоятельность этих психозов, рассматри­вая их как видоизмененные старением, атипичные варианты ши­зофрении, маниакально-депрессивного психоза, реактивных или соматогенных психозов. Другие психиатры признают существо­вание особых функциональных психозов позднего возраста.

Сведения об этиопатогенезе функциональных психозов позд­него возраста являются в значительной мере гипотетическими.

Давние представления об обусловленности этих психозов на­ступающими в ходе старения нейроэндокринными и другими би­ологическими сдвигами пока не получили достоверных научных доказательств. Значение процессов старения в генезе функцио­нальных психозов позднего возраста отчасти подтверждается клиническими связями части этих психозов с патологическим климаксом.

Наиболее распространена концепция, в соответствии с кото­рой функциональные психозы позднего возраста возникают в ре­зультате сочетанного действия целой группы факторов, прямо или косвенно связанных с инволюцией. К важнейшим из них от­носят, наряду с биологическим и психологическим старением, психические травмы и соматические вредности (Жислин С.Г., Плотников СМ.). Определенная роль в генезе этих психозов от­водится неблагоприятным социально-психологическим послед­ствиям старения: уход на пенсию, социальная изоляция, жилищ-но-бытовое и экономическое неблагополучие (Шахматов Н.Ф.). За рубежом получила признание гипотеза, в соответствии с кото­рой функциональные психозы позднего возраста (особенно инво­люционные параноиды) рассматриваются как неосознаваемые защитные реакции личности на ситуацию старения.

Установлена предрасположенность к функциональным пси­хозам позднего возраста лиц определенного психического склада. Многим больным инволюционной депрессией преморбидно свойственны черты тревожной мнительности, гипотимный эмо­циональный фон. Большинство больных инволюционным пара-ноидом изначально отличаются бескомпромиссностью, прямо­линейностью, неуживчивостью, психической инертностью.

Конкретные патогенетические механизмы функциональных психозов позднего возраста неизвестны.

Диагноз. Диагностика функциональных психозов позднего возраста основана на выявлении впервые возникшего после 40—45 лет психотического состояния с характерной клинической картиной и течением: затяжной однократный приступ тревожной или тревожно-бредовой депрессии, хронический интерпретатив-

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 397

ный бреде преимущественно ущербной тематикой, затяжной гал­люциноз. Диагнозу функционального психоза позднего возраста противоречит выявление таких продуктивных расстройств, как бред воздействия, псевдогаллюцинации, психические автоматиз­мы. Обязательное условие диагностики этих психозов — отсутст­вие на отдаленных этапах выраженного органического снижения уровня личности или слабоумия.

Распространенность. Сведения о распространенности функцио­нальных психозов позднего возраста фрагментарны и противоречи­вы. По разным данным, больные функциональными психозами со­ставляют от 11 до 48% всех больных психозами в позднем возрасте.

Прогноз. Хотя функциональные психозы позднего возраста не приводят к слабоумию, их прогноз, как правило, неблагоприят­ный вследствие затяжного или хронического, многолетнего тече­ния. Клиническое выздоровление наблюдается исключительно редко. Особенно неблагоприятны в прогностическом отношении острые состояния старческой спутанности, которые часто пред­шествуют летальному исходу.

Лечение и профилактика. Терапия функциональных психозов позднего возраста обычно начинается в стационаре и продолжа­ется в амбулаторных условиях в течение длительного времени. В связи с обострениями психоза нередко возникает необходимость в повторных госпитализациях. Основное лечение — медикамен­тозное. Дозы большинства психотропных средств, назначаемых больным предстарческого возраста, составляют 2/3—1/2 средних доз соответствующих препаратов, применяемых у лиц молодого и среднего возраста. При лечении престарелых дозы психофарма­кологических средств уменьшаются до 1/3, а чаще до 1/4, по срав­нению с дозами, используемыми у больных зрелого возраста.

Больным инволюционной депрессией показано сочетание антиде­прессантов седативного или сбалансированного действия (амитрипти-лин, анафранил, рекситин, паксил) с нейролептиками. При ажитиро-ванной депрессии используются нейролептики седативного действия (тизерцин, азалептин, пропазин). Наличие бредового компонента в структуре депрессивного психоза является основанием для назначения нейролептических средств с антипсихотическим действием — трифта-5ина, этаперазина, клопиксола в малых дозах, галоперидола в малых дозах, рисполепта. Во многих случаях оправдано назначение эглонила, учитывая его антидепрессивные и противобредовые свойства.

У больных инволюционного возраста с глубокой и с гойкой де­прессией, бредом Котара при неэффективности психофармакоте­рапии и отсутствии соматических и неврологических противопо­казаний используют электросудорожную терапию (6—10 сеансов).

При бредовых психозах и галлюцинозах применяют нейро­лептические средства с антипсихотическим эффектом.

398 Часть III. Частная психиатрия

Существенное место в комплексной терапии функциональ­ных психозов позднего возраста принадлежит коррекции сомати­ческой патологии, возрастных недугов и уходу за физически не­мощными, неспособными к самообслуживанию больными. Пси­хотерапия в форме успокаивающих и ободряющих бесед и житей­ских рекомендаций играет вспомогательную роль. Она направле­на на восстановление и закрепление социальных связей

Профилактика функциональных психозов позднего возраста заключается прежде всего в предупреждении патологического климакса, преждевременного или быстропрогрессирующего ста­рения и возрастных недугов Профилактическое значение имеют все мероприятия, повышающие устойчивость стареющей лично­сти к биологическим и психологическим стрессам, достаточная активность после прекращения трудовой деятельности, замена утраченных интересов новыми, доступными по возрасту увлече­ниями, сохранение социальных связей.

Экспертиза. Больные функциональными психозами позднего возраста нетрудоспособны В случае совершения правонаруше­ния признаются невменяемыми.

27.2.3. Сенильные и пресенильные деменции (атрофические заболевания головного мозга)

К сенильным и пресенильным деменциям относят состоя­ния прогрессирующего тотального слабоумия с началом в по­зднем возрасте, которые обусловлены церебрально-атрофичес-ким процессом.

Наряду с разным возрастом начала сенильные и пресениль­ные деменции имеют ряд клинических и патологоанатомических отличии. Особенно значима в практическом отношении сениль-ная деменция.

27.2.3.1. Сенильная деменция (старческое слабоумие)

Клинические проявления и динамика. Сенильное слабоумие обычно развивается в возрасте 65-85 лет, хотя возможно и более раннее и более позднее начало Начало болезни почти всегда мед­ленное, малозаметное, с характерологических изменений. Эти изменения напоминают личностные сдвиги, свойственные есте­ственному старению, но отличаются от последних выраженнос­тью, утрированностью, более быстрым прогрессированием На инициальном этапе индивидуальные психологические особенно­сти заостряются, а в дальнейшем сглаживаются Наступают пато­логические изменения личности, типичные именно для старчес­кого слабоумия (сенильная психопатизация личности). Больные становятся в характерологическом отношении похожими друг на друга.

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 399

Им свойственны карикатурный эгоцентризм, черствость, ску­пость, собирательство старых ненужных вещей. Пропадают преж­ние интересы и увлечения Одновременно растормаживаются элементарные биологические потребности Неумеренно усилива­ется аппетит. Появляется своеобразная гиперсексуальность в ви­де повышенного интереса к молодым лицам противоположного пола, склонности к разговорам на эротические темы, а иногда и попыток развратных действии с малолетними. Преобладает угрю­мо-раздражительное настроение. В целом душевная жизнь стано­вится все более примитивной, однообразной.

Уже на начальном этапе заболевания возникают признаки мнестико-интеллектуальнои недостаточности, которая неу­клонно нарастает, выступает на первый план и со временем достигает уровня глубокого слабоумия, распада всей психиче­ской деятельности.

Прежде всего страдает механическая память. Далее выявляется фиксационная амнезия, приводящая сначала к дезориентировке во времени, а затем и в окружающей обстановке. Значительно позд­нее расстраивается ориентировка в собственной личности, иногда доходящая до неузнавания собственного отражения в зеркале. По­следующие расстройства памяти развиваются по закономерностям прогрессирующей амнезии Запасы памяти утрачиваются в направ­лении от недавно приобретенных, менее прочных знании и навы­ков, ко все более старым и автоматизированным Со временем па­мять опустошается настолько, что больные не знают, где они живут, сколько у них детей, не помнят их имен, не могут назвать свои воз­раст, профессию. Пробелы в памяти часто заполняются ложными воспоминаниями (замещающими конфабуляциями).

Нарушения мышления, начинающиеся с трудностей при аб­страгировании и обобщении, установлении причинно-следствен­ных связей, также постоянно нарастают и доходят до непонима­ния простейших вопросов, невозможности осмысления окружа­ющей обстановки. Речь сравнительно долго остается упорядочен­ной, однако со временем и она грубо расстраивается, превращает­ся в бессмысленную болтливость.

Восприятие постепенно становится все более нечетким, рас­плывчатым.

У части больных возникает «сдвиг ситуации в прошлое». У них полностью утрачивается память о последних годах, десятилетиях, а затем и большей части своей жизни. Одновременно оживляют­ся воспоминания о далеком прошлом. Больные погружаются в воспоминания о юности, молодости и в этом ракурсе восприни­мают и оценивают происходящее вокруг них. Утверждают, что им не 80 лет, а 20, что недавно вышли замуж и имеют малолетних де-

400 Часть III. Частная психиатрия

теи. Обстановку больничной палаты принимают за квартиру, в которой когда-то жили Узнают в окружающих давно умерших родственников, друзей

Характерно извращение формулы сна: продолжительный дневной сон сочетается с ночной бессонницей, сопровождаю­щейся суетливостью, бесцельными хождениями Ночью нередко возникают эпизоды спутанного сознания с ложной ориентиров­кой, сборами в дорогу, попытками ухода.

Настроению на более ранних этапах свойственны угрюмость, постоянное недовольство, ворчливость, которые позднее сменя­ются тупой беспечностью, эйфорией.

Поведение больных в начале ослабоумливающею церебраль-но-атрофического процесса относительно упорядоченное. По­степенно они становятся все более суетливыми, бестолковыми, беспомощными в житейских делах, неспособными к самообслу­живанию и неряшливыми Нередко больные внезапно уходят из дома и не могут найти дорогу назад, наполняют жилье газом, за­топляют его, совершают поджоги.

Течение сенильнои деменции непрерывно- или волнообраз-нопрогрессирующее. Нередко отмечается разрыв между глубоким распадом психической деятельности и относительной физичес­кой сохранностью

Часть больных доживают до стадии маразма На этой стадии они почти неподвижны, безучастны, лежат в эмбриональной по­зе, практически недоступны общению, речевому контакту. Сохра­няются лишь некоторые жизненные биологические потребности.

Смерть чаще наступает в ходе интеркуррентных заболеваний. От появления начальных признаков старческого слабоумия до ле­тального исхода проходит 2—10 лет.

Психозы у больных сенильнои деменцией. У большинства боль­ных старческим слабоумием психотических расстройств не отме­чается {простая форма сенильнои деменции). Примерно у 10% больных возникают психозы {психотическая форма старческого слабоумия). Психоз обычно развивается на относительно ранних этапах болезни. Чаще встречается мелкомасштабный бред ущер­ба, преследования, ограбления, отравления. Реже возникают гал­люцинозы, галлюцинаторно-бредовые состояния, парафренные состояния с бредом и конфабуляциями фантастического содер­жания. По мере прогрессирования слабоумия продуктивная пси­хотическая симптоматика становится все более скудной, фраг­ментарной и в итоге исчезает

27.2.3.1.1.Рубрификация в МКБ-10

Сенильная деменция включена в раздел «Органические, включая симптоматические, психические расстройства» Она

Глава 27 Психические расстройства позднего возраста 401

введена в подраздел «Деменция при болезни Альцгеимера» как ее вариант с поздним началом.

Этиология, патогенез и патологическая анатомия. Многие ге-ронтопсихиатры относят сенильную деменцию к ^щогенно-ор-ганическим психическим заболеваниям и рассматривают ее как выражение патологического старения всего организма и мозга.

Определенное значение в развитии сенильнои деменции при­дается наследственным факторам. Доказано, что риск возникно­вения сенильнои деменции у родственников больных старческим слабоумием существенно выше, чем у остального населения

Известная роль в развитии сенильнои деменции отводится тяжелым соматическим заболеваниям Предполагается, что возникновению сенильнои деменции способствуют возрастная недостаточность иммунных систем и аутоиммунные процессы, приводящие к деструктивным изменениям в центральной нерв­ной системе.

Анатомической основой сенильнои деменции являются диф­фузная атрофия коры головного мозга и ряд сопутствующих ей морфологических изменений. При патологоанатомическом ис­следовании обнаруживают уменьшение массы головного мозга до 1000 г и менее, истончение извилин и расширение борозд, расши­рение желудочков мозга вследствие внутренней гидроцефалии, вторичное сдавление гипофиза.

Микроскопические исследования показывают, что количество нервных клеток значительно уменьшено Определяются сморщива­ние или набухание клеток паренхимы мозга, дистрофические и не­кротические изменения в них Для мозга больных сенильнои демен-цией особенно характерны множественные сенильные бляшки, кото­рые представляют собой пораженные амилоидозом участки нервной ткани Кроме того, в нейронах коры мозга встречаются своеобразные изменения нейрофибрилл (альцгеимеровские нейрофибриллы)

Сходные морфологические сдвиги нередко обнаруживают и при макро- и микроскопическом исследовании головного мозга лиц, умерших в старческом возрасте, но не страдавших сенильнои деменцией Однако у них отмеченные изменения носят менее ре­гулярный и выраженный характер.

Диагноз. Основанием для диагностики сенильнои деменции является возникающее в старости и неуклонно нарастающее обеднение всей психической деятельности, которое в течение не­скольких лет приводит к тотальному слабоумию, а в дальнейшем и к маразму. Существенное диагностическое значение имеют вы­являемые при компьютерной и магнитно-резонансной томогра­фии признаки диффузной атрофии коры головного мозга, внут­ренней гидроцефалии в виде расширения мозговых желудочков.

402 Часть III. Частная психиатрия

Распространенность. Сенильная деменция относится к частым формам психической патоложи позднего возраста. Старческим слабоумием страдает 5—10% всех лиц старше 65 лет В группах по­зднего возраста с увеличением возраста риск возникновения се-нильной деменции растет. Среди больных старческим слабоуми­ем женщин в 2 раза больше, чем мужчин

Прогноз сенильных деменции крайне неблагоприятный в свя­зи с неизбежностью возникновения глубокого слабоумия, мараз­ма и гибелью больных в пределах 8—10 лет от появления первых клинических признаков деменции. Несколько лучше прогноз при особенно позднем начале старческой деменции (после 80—85 лет). В этих случаях темп нарастания слабоумия более медленный.

Лечение, уход и профилактика. Больные старческим слабоуми­ем прежде всего нуждаются в наблюдении и уходе. Необходимо обеспечить больным диетическое питание, следить за регулярно­стью физиологических отправлений, чистотой кожи, добиваться посильной двигательной активности и по возможности привлече­ния к простейшим формам деятельности Должен быть обеспечен постоянный контроль за поведением больных, поскольку они мо­гут совершать опасные поступки

Эффективная терапия сенильной деменции не разработана Остановить ослабоумливающий процесс не удается.

В основном применяется симптоматическое лечение, направ­ленное на поддержание деятельности сердечно-сосудистой систе­мы и других жизненно важных соматических функций Использу­ются витамины и лекарственные средства, предназначенные для коррекции возрастных недугов

В настоящее время на более ранних этапах сенильно-атрофи-ческого процесса иногда используют курсовое лечение высокими дозами церебролизина, сермионом, амиридином, которое у части больных приводит к приостановке прогрессирования болезни и даже к ослаблению м нести ко-интеллектуальной недостаточнос­ти. Однако улучшение состояния всегда бывает преходящим

При возникновении психозов применяют лучше переноси­мые нейролептики (сонапакс, хлорпротиксен, этаперазин, рисполепт) и мягкие антидепрессанты (пиразидол, коаксил, ципрамил). Дозы большинства психотропных средств должны со­ставлять не более 1/3—1/4 средних доз, используемых у больных зрелого возраста. При более выраженной сенильной психопати-зации, старческой суетливости используют малые дозы сонапак-са, хлорпротиксена, неулептила.

Больные сенильной деменцией нуждаются в госпитализации лишь при возникновении психоза или грубых расстройствах по­ведения. Следует учитывать, что всякое изменение привычного

Глава 27 Психические расстройства позднего возраста 403

уклада жизни, включая помещение в больницу, может способст­вовать ухудшению психического и физического состояния боль­ных старческим слабоумием, приближению летального исхода.

Реальные меры профилактики сенильных деменции не изве­стны. Определенное профилактическое значение может иметь своевременная эффективная терапия соматической патологии у лиц позднего возраста.

Экспертиза. Больные сенильнои деменциеи нетрудоспособ­ны; нуждаются в уходе и недееспособны В случае совершения противоправных действии признаются невменяемыми. 27.2.3.2. Пресенильные деменции

Пресенильные деменции — сборная группа развивающихся в предстарческом возрасте состояний слабоумия, обусловленных атрофией мозга. В рамках пресенильных деменции выделяют ряд самостоятельных нозологических форм, среди которых ведущее место с учетом их большей встречаемости принадлежит болезням Альцгеимера и Пика. Другие заболевания, относящиеся к пресе-нильным деменциям (хорея Гентингтона, болезнь Паркинсона), диагностируются очень редко.

Болезнь Альцгеимера. Заболевание описано А.Альцгеимером в 1906 г. Оно развивается в возрасте 45—65 лет, чаще всего в 55—60 лет.

Дебют болезни медленный, течение — прогредиентное Осла-боумливающии процесс начинается с мнестических нарушений в виде ослабления памяти на текущие события, которое постепен­но переходит в фиксационную амнезию, а затем в прогрессирую­щую амнезию Возникает глубокая амнестическая дезориенти­ровка. В течение нескольких лет почти полностью опустошаются запасы знаний и умении. В отличие от старческой деменции для болезни Альцгеимера не характерны конфабуляции, сдвиг ситуа­ции в прошлое.

Параллельно с расстройствами памяти нарастают нарушения мышления Они начинаются с затруднений в более сложной ана-литико-синтетической деятельности, а заканчиваются полной интеллектуальной беспомощностью В итоге выявляется глубокое слабоумие.

На ранних этапах болезни нередко возникают продуктивные психотические расстройства в виде мелкомасштабного бреда ущер­ба, отравления, ревности, реже — в форме галлюциноза. У многих больных отмечаются эпилептиформные припадки

Одна из особенностей болезни Альцгеимера, по сравнению с сенильнои деменциеи, состоит в том, что на ее начальной стадии сохраняется сознание собственной несостоятельности, болезнен­ной измененности, которому сопутствуют тревога и растерянность, позднее сменяющиеся безучастностью, полным равнодушием.

404 Часть III. Частная психиатрия

Самое существенное клиническое своеобразие болезни Альц-геймера заключается в сочетании усиливающейся интеллектуаль-но-мнестическои недостаточности с нарастающими расстройст­вами высших корковых функции — речи, чтения, письма, счета, гнозиса и праксиса

Первые признаки неврологических нарушений корковых функций часто удается обнаружить уже на ранних этапах заболе­вания (Гаврилова СИ.) Они выражаются в затрудненном осмыс­лении чужой речи, в нечеткости произношения, затруднениях и ошибках при письме, чтении, счете, забывании названий отдель­ных предметов. Указанные нарушения интенсивно прогрессиру­ют и сменяются сенсорной, амнестическои и агностической афа­зией. Речь становится все более дизартричной, все большее место в ней занимают стереотипные речевые обороты, междометия, вводные слова. Происходят задержки при произнесении началь­ных букв и слогов, многократное повторение их (логоклоничес-кое заикание). В дальнейшем активная речь ограничивается бес­смысленным повторением обрывков слов или отдельных звуков Почти полностью утрачиваются способности чтения, письма, счета.

Начальная неловкость движений со временем превращается в неспособность к наиболее автоматизированным, жизненно необ­ходимым действиям. Больные как бы разучиваются вставать, са­диться, ходить. Они молча лежат, почти не меняя положения.

Продолжительность болезни от 1—2 до 8—10 лет Смерть чаще наступает в ходе присоединившейся респираторной инфекции.

Болезнь Пика. Заболевание описано А Пиком в конце XIX ве­ка. Оно обычно начинается постепенно в возрасте 40—65 лет. Осо­бенно часто его первые проявления возникают в 55—60 лет

На начальной стадии болезни Пика, в отличие от болезни Альцгеймера, преобладают эмоционально-волевые нарушения, а не расстройства интеллектуально-мнестической сферы. Особенно характерна аспонтанносты безучастность, пассивность, отсутст­вие внутренних побуждений к деятельности при сохраняющейся способности к действиям под влиянием стимулов извне Реже вы­являются симптомокомплекс, клинически сходный с картиной прогрессивного паралича, в виде снижения морально-этического уровня личности, беспечности, эйфории, расторможения влече­ний, некритического отношения к собственному поведению (псевдопаралитический синдром)

Одно из отличий болезни Пика от болезни Альцгеймера за­ключается в преобладании нарастающей интеллектуальной недо­статочности (ослабление способностей к обобщению и абстра­гированию, построению адекватных суждений и умозаключений,

Глава 27. Психические расстройства позднего возраста 405

установлению причинно-следс!венных зависимостей) над расст­ройствами памяти Выраженные нарушения памяти возникают поздно, амнестическая дезориентировка отсутствует Значитель­но реже, чем при болезни Алыдгеимера, возникают галлюцина-торно-бредовая симптоматика и эпилептиформные припадки.

При болезни Пика среди проявлении тотального слабоумия ведущее место занимают расстройства речи, тогда как характер­ные для болезни Альцгеимера нарушения гнозиса и праксиса вы­ражены значительно меньше

Расстройства речи, начинаясь с затрудненного понимания чу­жой речи, смыслового и грамматического упрощения, обеднения собственной речи, со временем переходят в речевую беспомощ­ность. Речь насыщается персеверациями, эхолалиями, постепенно утрачивает фразовый характер, сводится к бессмысленному повто­рению одних и тех же словосочетании и слов («стоячий симптом», типичный именно для болезни Пика). Позднее наступает мутизм.

У части больных развивается маразм Больные умирают в ре­зультате вторичных инфекции спустя 5—6 лет от начала ослабоум-ливающего церебрально-атрофического процесса.

27.2.3.2.1. Рубрификация в МКБ-10

Болезнь Альцгеимера включена в раздел «Органические, включая симптоматические, психические расстройства», в рубри­ку «Деменция при болезни Альцгеимера с ранним началом» Бо­лезнь Пика рубрифицирована в том же разделе под названием «Деменция при болезни Пика»

Этиология, патогенез и патологическая анатомия. В этиологии болезней Альцгеимера и Пика определенное значение придается генетическим факторам. У большинства больных пресенильными деменциями наследственность психопатологически не отягоще­на. Вместе с тем выявляются семейные случаи болезней Альцгей-мера и Пика. Для родителей, братьев и сестер лиц, страдающих болезнями Альцгеимера и Пика, риск возникновения пресениль-ной деменции выше, чем в общем населении.

При этих формах психической патологии обнаружены разно­образные отклонения в синтезе белков и их функциях на клеточ­ном уровне, установлены нарушения взаимодействия неиротран-смиттерных систем, сниженная концентрация ацетилхолина, ка-техоламинов и повышенное содержание некоторых микроэле­ментов в мозговых тканях. С этими биохимическими сдвигами гипотетически связывают атрофию головного мозга, являющую­ся анатомической основой болезней Альцгеимера и Пика

Церебральные патоморфологические изменения при болезни Альцгеимера сходны с таковыми при сенильной деменции. Их наиболее существенная особенность заключается в избиратель-

406 Часть III. Частная психиатрия

ном, а не диффузном характере церебрально-атрофического про­цесса, который при болезни Альцгеймера преимущественно ло­кализуется в височных и теменных долях. Избирательность моз­говой атрофии сочетается с ее большей выраженностью.

Как и при старческом слабоумии, микроскопически опреде­ляется значительное количество сенильных бляшек. Именно для этого заболевания особенно характерны своеобразные патологи­ческие изменения в нейрофибриллах (альцгеймеровское пере­рождение нейрофибрилл).

При болезни Пика, как и при болезни Альцгеймера, атрофия мозга избирательна, но имеет иную локализацию. В атрофичес-кий процесс предпочтительно вовлекаются наряду с височными лобные, а не теменные доли.

Микроскопические изменения в мозге существенно отлича­ются от микроскопической картины болезни Альцгеймера. Стар­ческие бляшки и альцгеймеровские нейрофибриллы, как прави­ло, не обнаруживаются. Определяются атрофия и гибель части корковых нейронов и набухание нервных клеток за счет особых внутриклеточных образований (телец Пика), а также накопление липоидов в клетках паренхимы мозга и глиоцитах.

Диагностика. Распознавание пресенильных деменций осно­вывается на возникновении в предстарческом возрасте прогрес­сирующего слабоумия тотального типа. Более раннему выявле­нию типичных для этих заболеваний интеллектуально-мнестиче-ских нарушений и расстройств высшей корковой деятельности способствует применение экспериментально-психологических методик. Диагностическое значение имеет компьютерная томо­графия, обнаруживающая атрофию головного мозга, внутреннюю гидроцефалию, расширение желудочков мозга. При разграниче­нии болезней Альцгеймера и Пика учитывают их клинические особенности, приведенные выше, и различия в локализации моз­гового атрофического процесса, определяемые при помощи ком­пьютерной томографии (атрофия преимущественно теменных и височных областей при болезни Альцгеймера и лобно-височных при болезни Пика).

Распространенность. Заболеваемость и болезненность пресе-нильными деменциями изучены недостаточно. Есть данные, что риск возникновения пресенильных деменций равен 0,1%. Среди всех госпитализированных в психиатрические стационары лица, страдающие болезнью Альцгеймера, составляют 0,3—0.5%. Бо­лезнь Пика встречается в 2—4 раза реже болезни Альцгеймера. Эти болезни диагности