Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Из истории грузинской агиографии: "Мученичество Бидзины, Шалвы и Элисбара"

Название: Из истории грузинской агиографии: "Мученичество Бидзины, Шалвы и Элисбара"
Раздел: Рефераты по истории
Тип: реферат Добавлен 10:49:36 21 ноября 2002 Похожие работы
Просмотров: 43 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

ИЗ ИСТОРИИ ГРУЗИНСКОЙ АГИОГРАФИИ: "МУЧЕНИЧЕСТВО БИДЗИНЫ, ШАЛВЫ И ЭЛИСБАРА"

Полное название памятника грузинской агиографической литературы начала XVIII века, впервые переведенного нами на русский язык, - "Похвальное слово святым мученикам Бидзине, Шалве и Элисбару и сведения об их мученичестве". Его автор (уже упоминавшийся в публикации "Мученичества царя Луарсаба" [Цулая Г.В. Из истории грузинской агиографии "Мученичество царя Луарсаба"//Этнографическое обозрение. 1998.№2]) - один из видных грузинских иерархов и культурных деятелей конца XVII - начала XVIII века из Лавры Давида Гареджи (Восточная Кахети) Виссарион Орбелишвили [Кавтариа М.Н. Жизнь и творчество Виссариона Орбелишвили//"Моамбе" Института рукописей. Тбилиси, 1959. На груз.яз.]

Как видим, в самом названии памятника отмечена его особенность: перед нами мартирий не только повествовательного, но и панегирического характера. Автор возносит похвальное Слово своим героям, замученным персами грузинским аристократам, как видно из самого текста, с церковного амвона к прихожанам с назидательной целью. Виссарион Орбелишвили призывает их быть в предстоящих своих подвигах бескорыстными, подобно героям "Слова..." Все начало слова-мартирия пронизано назидательным смыслом. "И в том воля их, дабы и мы не остались непричастными к благодеяниям их ... Ибо ежели будешь непрестанно славить мучеников и вожделевать отваги их, то когда наступит пора, - и тебе быть ревнителем подвигов их ... н ныне и присно предлежит нам подвиг венценосный ..." и т.д.

Это обращение не только напоминало о сравнительно недавнем прошлом, но делало "Слово..." весьма актуальным и для времени его написания, "ибо потому как насильники безбожные понуждали их к отречению, так и невидимые насильники делами злыми денно и нощно понуждают нас к отречению. Противостоянием дьяволу и наносимые им страдания в меру сил обратим вспять ..." и т.д. Таким образом, события, имевшие место почти за полвека до их описания, все еще были живы в памяти людей, а назидания грузинского ученого иерарха в контексте критической политической ситуации в Грузии в начале XVIII в. были злободневны с точки зрения не одного только Виссариона и имели далеко не отвлеченный характер.

В основе произведения Виссариона Орбелишвили лежит исторический факт. Упомянутые в "Похвальном Слове ..." персонажи - живые исторические лица, засвидетельствованные и в других, собственно исторических писаниях грузин. Если Виссарион и не был свидетелем описываемых им событий, то наверняка мог быть знаком с представителями старшего поколения, очевидцами фактов тех трагических дней в Кахети, и пользоваться их рассказами. Именно данный момент придает "Мученичеству Бидзины, Шалвы и Элисбара" историчность, делает его более ценным письменным источником, чем большинство сочинений агиографического жанра, что, между прочим, составляет особенность грузинской житийной литературы. Виссарион подчинил исторически реальный материал тому церковному жанру, в котором он, как иерарх и писатель, подвизался. Кроме того, это обстоятельство указывает на преемственность поздней грузинской агиографии с древней, само название которой, по-грузински "Цховреба" - "Жизнь", в грузинском изначально стало обозначать "Историю" ("историописание") [Джавахишвили И. А. История грузинской литературы. Соч.Т.VIII. Тбилиси, 1973. На груз. яз.].

После разорения Кахети шахом Аббасом I, "ежели где-либо сохранились люди, стали понемногу обустраивать разоренные места кахетские". Восстановление Кахети, к тому же силами местного населения, естественно, не могло входить в намерения преемников шаха Аббаса I. С приходом к власти шаха Аббаса II (1642 - 1666) Кахети вновь стала ареной кызылбашского засилья. Аббас II, очевидно, представлял, что попытки покорения неподдающейся иноземной власти маленькой Кахети одними лишь военными методами не дадут желаемых результатов, и потому решил омусульманить ее иным способом. Он окончательно обратился к замыслам своих предшественников - заселить Кахети иноверными туркменами, в публикуемом произведении часто называемыми элиями (туркм. "народ"). Попытка персов реализовать этот план имела место и в XVIII в.. [Бердзенишвили Н.А. Из прошлого Восточной Кахети//Бердзенишвили Н.А. Вопросы истории грузии. Т. Ш. Тбилиси, 1966. С.269. На груз. яз.] Вот почему, как мы уже сказали, идея написанного в начале XVIII века произведения Виссариона Орбелишвили звучало для того времени злободневно.

В 1657 г. в Кахети было поселено около 80.000 элиев (груз. также синоним скотоводов и кочевников) или "татар", как часто их именует автор публикуемого мартирия. В памятнике говорится, что персы "прислали бесчисленный улус татарский (= туркменский) со всем их семейством и (пешим) воинством и со всем их имуществом ... дабы сполна истребить христианство ... И переполнилась ими область Кахетская, ибо никто не был в силах противостоять им, ввиду их множества ... И стали поселяться ... по обе стороны берегов Алазани и во всех местах Кахети ... Нигде не поминалось имя Христа, опричь некоторой малости в горах среди тушов и хузов и окрестных тех местах". Все "Мученичество Бидзины, Шалвы и Элисбара" (равно как и другие памятники житийной литературы грузин) посвящено исключительно борьбе "за веру Христову". Еще задолго до XVII в. на Кавказе этноним грузин был синонимом православного христианина. В XVII в.; в эпоху глубокого кризиса христианства побывавший здесь турецкий ученый, путешественник н современник описываемых в нашем памятнике событий, Эвлия Челеби с иронией иноверца-османа писал, что грузины, "приняв христианство и чванясь этим, руководствуются Евангелием". [Эвлия Челеби. Книга путешествий. Т.3. М.,1983. С.184]

Туркменам, враждебным и чуждым во всех отношениях местному населению, нужно было создать в Кахети гарантии своей безопасности. С этой целью персы воздвигли здесь несколько крепостей. Стратегически наиболее важная из них была расположена в селе Бахтриони. Эта крепость давала персидскому гарнизону возможность особенно надежно контролировать пути, ведущие из высокогорной части Кахети, населенной воинственными горцами, весьма опасными для "татар" - туркменов.

Образ жизни и хозяйствования элиев, кочевых скотоводов, был принципиально отличен от образа жизни, обычаев и культурно-хозяйственного типа кахетин - в основном виноградарей и хлеборобов. Туркмены вырубали леса, сады и виноградники и повращали их в пастбища. Опасность нависла и над горцами Восточной Грузии, которые традиционно содержали себя хлебом и вином, производимыми в равнинной Кахети, а также исстари пользовались здесь зимними пастбищами. [Очерки истории Грузии. Т.IV. Тбилиси, 1973. С.331. На груз.яз.]

Вожаки элиев ("татар" - туркменов) установили деспотический контроль над населением Кахети. По словам персидского историка того времени Мухаммеда Тахера, элии лишь к тому и стремились, чтобы господствовать над грузинами, и потому между этими "двумя народами возникали распри и столкновения" [Сведения Мухаммада Тахера о Грузии. Материалы по истории Грузии и Кавказа. Тбилиси, 1954. С. 394. На груз.яз.]. Одним словом, причин для антииранского восстания в Восточной Грузии было достаточно.

Народное сопротивление захватчикам, как видно, началось сразу же после заселения Кахети "татарами" - туркменами. По свидетельству источников, письменных и фольклорных, застрельщиками народного восстания были горцы Восточной Грузии, в частности тушины, развернувшие партизанскую войну против "татар" - туркменов и созданных здесь кызылбашских гарнизонов [Очерки истории Грузии. Т.IV. С.331.]. Устное народное творчество восточных грузин соохранило имя вождя этого сопротивления, народного героя Зезва Гаприндаули, фамилия которого, скорее всего, прозвищного значения и в переводе означает "Летящий", "Парящий", что может указывать на стремительный характер возглавляемого им движения.

По данным публикуемого сочинения видно, что борьба против иноземцев в Кахетии приняла общенародный характер. Феодалы и подневольные крестьянские массы объединились, на время "забыв" свой внутренний антагонизм. По словам Виссариона Орбелишвили, инициатором восстания был, впоследствии замученный персами кахетский стольник Бидзина Чолокашвили. Он "отправился к обоим эриставам картлийским - арагвскому и ксанскому и поведал им обо всем" и просил помощи для противостояния персам. Ксанский и арагвский эриставы выразили готовность к восстанию. Однако Виссарион Орбелишвили ничего не пишет о возникшем поводе для всеобщего антииранского выступления грузин. И это, как увидим ниже, весьма понятно для него как церковного автора. Другие источники свидетельствуют, что непосредственным поводом для восстания послужил противный закону Божиему поступок, совершенный поселенными в Кахети туркменами. Об этом сообщают историки первой половины XVIII в. Бери Эгнаташвили и Вахушти Багратиони.

Бери Эгнаташвили (начало XVIII в.), хорошо осведомленный об описываемых Виссарионом событиях, пишет: "Тогда неверные агаряне насильничали по всей Кахети и нанесли много зла жителям Кахети, разорили и осквернили святые церкви. Тогда некий путник - священник шел одиноко в Кахети по пути своему. И на пути том встретились этому иерею несколько татар. И схватили его те враги неверные и завистники веры Христовой. Насильно связали священника и произвели над ним нечто мерзостное, которое суть грех содомский и отпустили. А священник тот пошел и явился в Душети. Сидели вместе эристав Заал и супруга его. Склонил пред ними священник колени и взмолился: "Ты Заал эристав и правитель Кахети, а неверные агаряне разорили Кахети сполна и меня схватили в пути и произвели надругательство надо мной, связанным по рукам, осрамили, свершив надо мной дело несказанно срамное. И отныне ответ за это ты держи, ты должен ответствовать Богу, ибо тебе вверена Кахетия. [Бери Эгниташвили. Новая история Грузии//Картлис цховреба. Т.II. Тбилиси. 1959. С.438. На старогруз.яз.]

О надругательстве персидскими насильниками над священником как поводе к всенародному восстанию против поселенных в Восточной Грузии "татар" говорит кратко и историк Вахушти Багратиони. Взамен престарелого царя Ростома, говорит Вахушти, персы в 1657 г. посадили в Кахети правителем Салимхана. Правление Кахети он делил с арагвским эриставом Заалом ("Салимхан правил Кахети, советуясь с ним"). По Вахушти Багратиони, именно Салимхан верховодил массовым заселением элиями (туркменами) Кахети, центром которых стала, как свидетельствуют источники, возведенная ими в деревне Бахтриони крепость. И стали они, пишет историк, "осквернять святые церкви и превратили их в стойбище своих стад, было и горя премного от них в Кахети и от воров леков". Но Салимхан, пишет Вахушти, в отношении всего производимого врагами в Кахети был безразличен. "Но однажды некий священник шел по центру Кахети, схватили его татары и осквернили (грехом) Содома и отпустили". Оскверненный пастырь предстал "пред Заалом и говорил так: "Тебе вверена почти вся Кахети. Ныне надо мной надругались татары, за что ты же ответишь Христу в великий День Суда". Слыша это Заал взял клятву с подданых и пшав-хевсур-тушов и Бидзины стольника и эристава Ксанского и Шалвы с его братом Элисбаром ...Собрал их всех". "Вначале напали на Бахтриони и сокрушили и истребили татар". Сам Заал, очевидно, по старости не принимал непосредственного участия в восстании, возложив всю ответственность на своего сына Зураба. "Затем (напали) на Алаверди и затем истребили элиев по всей Кахети, ибо не оставили даже грудных младенцев в колыбели и освободили Кахети. До Карагаджа не дошли, потому как Салимхан ушел оттуда, а там сидел Муртазахан, и вернулись победно" [Вахушти Багратиони. Описание Царства Грузинского. Тбилиси. 1973. С. 600. На старогруз.яз.]

События в Кахети, судя по мартирию, не привели шаха Аббаса II в замешательство, хотя персы были раздражены и происшедшее "великим для себя позором и потерей сочли". Шах велел главарю Гандзийскому возглавить Кахети, но тот "в страхе не дерзнул войти в нее".

Правитель велел грузинскому царю, Вахтангу, притворно омусульманившемуся и потому носившему второе имя Шахнаваз "дабы тот выдал ему отважных сих христианских ратников" и, как уверяет Виссарион Орбелишвили, "царь схватил троих блаженных и представил их шаху Аббасу в Персии". Шах в свою очередь выдал их тому самому хану Ардаланскому, который со всеми своими "татарами" был изгнан из Кахети.

Далее происходит типичный и исторический вполне реальный факт в отношениях персов к грузинам. Персы не собирались физически уничтожить грузин и даже высоко ценили их как известных в то время воинов. Они требовали от последних лишь одного - отречения от христианства и принятия ислама, что, собственно, и предопределяло полное этническое вырождение народа. Поэтому-то и в борьбе "за христианство" как бы аккумулировалось освободительное движение грузин в течение всего средневековья.

Автор мученичества грузинских эриставов передает слова, с которыми шах якобы обратился к хану Ардаланскому (важна не их аутентичность или неаутентичность, а вполне реальный смысл):"Я не желаю смерти их, ибо они весьма полезны против врагов и супротивников наших. Вынуди их отречься от веры их: ежели они отринут веру свою и станут мусульманами, они будут удостоены нами великой почести и множества даров". И это, надо сказать, были не просто слова, но вполне возможная перспектива закованных в кандалы грузинских аристократов. [Вообще участие грузин на службе у персидских шахов - тема особая, но, по нашему мнению, до сих пор недостаточно изученная. Из ряда фактов можно упомянуть историю Алаверди-хана, одного из видных военных и государственных деятелей периода правления шаха Аббаса I. Его подлинная фамилия Уедиладзе; по словам европейских авторов, подвизавшихся при персидском дворе, шах говорил о нем: "Вся Персия повинуется мне, а я повинуюсь Алаверди-хану" (Гиоргадзе Б.Г. Реаляция Дона Антонио де Говеа "Война между Шах Аббасом и султаном Мухмудом и его сыном Ахмедом")// Вопросы истории феодальной Грузии. Кн.1 (Сборник). С.90.На груз.яз. )] И такие люди среди грузин встречались даже в окружении Элисбара и его близких соратников. Автор мартирия сообщает факт, пусть даже с нарочитой гиперболизацией (прием, типичный для агиографа), ужасов пыток героев: когда палачи "словно пашню, бороздили тело Эристава Бидзины", то бывшие при нем немногочисленные слуги "стали уговаривать их подчиниться воле" персов, но истязаемые "глянули глазами гневными на них ..." и т.д.

Предательство грузин в данном случае, как и прежде, имеет свое историческое объяснение. Оно связано главным образом с местом Ирана в этом регионе как цивилизованной страны. Несмотря на нашествия иноверных врагов - "арабов, персов, турок и лезгин, смотревших на свои вторжения в христианскую землю, как святое дело" [Марр Н.Я. Возникновение и расцвет древнегрузинской светской литературы// Журн.Министерства народного просвещения. 1899, декабрь. Ч.CCCCXVI.С.230], грузины были всегда готовы, в силу своего развития, воспринять культурные элементы даже тех иноверных государств, которые считали завоевание Грузии "святым делом".

Цветущее состояние литературы и художеств как в домонгольском Иране, так и в эпоху пришедших к власти в XVI в. сефевидов "не могло пройти без следа для Грузни, которой, благодаря духовным писателям, давно были привиты литературные интересы". [Марр Н.Я. Указ соч. С. 239] Влияние Ирана на грузинскую культуру, а через нее даже на устное творчество грузин было столь значительным, что сами грузинские деятели во все времена признавали факт "жизненной необходимости для грузин в знании персидского языка" [Марр Н.Я. Указ соч. С. 232], как параллельно с этим греческого (грузинские "западники") и уже в XVIII - XIX вв. - русского".

В таких условиях определенная категории грузин, свободно владевшая персидским языком, либо из страха перед грубой силой, либо из карьерных соображений принимала ислам, уходила на службу к персам. Там ренегаты находили вполне благополучную жизнь и даже нередко достигали высокого общественного статуса.

Сведения о выдаче картлийским царем Вахтангом - Шахнавазом Бидзины, Шалвы и Элисбара персидскому шаху повторяет и ученый - католикос из рода Багратидов Антоний I (1720 - 1788), явно следуя в данном случае епископу Виссариону, которого он неоднократно с почтением упоминает и цитирует. Но в отличие от своего источника Антоний дает этому факту объяснение, особо подчеркивая свое отрицательное отношение к грузинским царям, как известно, формально принимавшим мусульманство, чтобы удержаться на троне.

Узнав о результатах Бахтрионского восстания, пишет Антоний, "царь Аббас почел это за позор для себя, (а также) равных себе и подданных своих и написал царский указ Вахтангу Четвертому (в оригинале так назван Шахнаваз-Вахтанг V.-Г.Ц.), ибо тогда из-за грехов наших грузины пребывали под персидским ярмом рабства, а после царя Теймураза Первого и цари грузинские, чтобы царствовать в Грузии, отрекались от Христа. Повелел (шах Аббас) схватить их и отправить к царю в Испагань, царствующий город персов, всех троих тех воинов Христовых".[Памятники древнегрузинской агиографической литературы. Т.VI. (Изд. Э.Габидзашвил и М.Н.Кавтариа) Тбилиси, 1980. С. 178. На древнегруз.яз.] И далее: "Ведомо нам, как цари были закованы в оковы безбожия и сии славные наши добродетели были ими закованы в железные оковы за Христа". [Памятники... Т.VI. С. 179-180.]

Таким образом, высший иерарх Грузии, сам из рода правящей династии, видел в данном поступке не только свидетельство тяжести персидского ига в Грузии, но и, с его точки зрения, покорное вероотступничество грузинских царей.

Но, как выясняется, Католикос Грузии был недостаточно корректен. Это подтверждается авторами исторических повествовании и сведениями публикуемой нами одной из синаксарных версий "Мученичества Бидзины, Шалвы и Элисбара". Сведению пространной версии о причастности Вахтарга-Шахнаваза к выдаче персидскому правителю всех трех мучеников противоречат, что особенно важно, сочинения таких признанных авторов первой половины XVIII в., как уже упомянутые Бери Эгнаташвили и Вахушти Багратиони

После того, говорится в обеих синаксарных редакциях мартирия, одну из которых мы публикуем ниже, как грузины освободили Кахети "от татар шаха Аббаса", "тогда главарь Кахоти, коего звали Менфеикархан, хитростью схватил сих святых и отправил к царю персидскому шаху Аббасу Малому. Он же выдал их султану Ардаланскому, который прежде был обращен в бегство во время истребления татар (в Кахети)".

Бери Эгнаташвили о тех же событиях пишет более обстоятельно, приводя дополнительные факты. Согласно этому историку, Аббас II требовал от Вахтанга V не выдачи ему Элисбара, Шалвы и Бидзины, а самому наказать зачинщика восстания Заала (который, как мы уже говорили, хоть и не принимал личного участия в восстании против туркмен в Кахети, но был главным его зачинщиком), а также, между прочим, "истребить и тех ереванских татар, которые были (замешаны) в крови" [Вахушти Багратиони. Указ соч. С. 447-448]. Вполне логично, что Вахтанг-Шахнаваз пошел на это с готовностью, будучи врагом арагвских эриставов, этих вечных оппозиционеров центральной власти Грузин. [Картлис Цховреба. Т.Н. С. 438] Воля шаха была удовлетворена. Вахтанг-Шахнаваз дал указание племянникам (детям брата) Заала и своим племянникам (детям сестры), которые были озлоблены Заалом, убить его, что они н исполнили. [Вахушти Багратиони. Указ соч. С.448]

После этого, как пишет Бери Эгнаташвили, сыновья Заала Зураб и Наберал бежали в Самцхе, но были схвачены людьми Вахтанга-Шахнаваза, отправившего их, откровенных своих врагов, "к каэну" (шаху). "Но эристав Шалва и Элисбар, сын его, и стольник Бидзина Чолокашвили не явились к царю Шахнавазу, но отправились в Караджу к Муртузалкулихану (которого авторы синаксарных версиий, очевидно, по ошибке именуют Манфекаханом. - Г.Ц.). Он их схватил и отправил к казну. [Картлис Цховреба. Т.Н. С. 439]

Аналогичные сведения имеются и в сочинении Вахушти Багратиони. "А после смерти эристава Заала, - пишет историк, - Бидзина, Шалва с братом Элисбаром оробели и не явились к царю Вахтангу, но пришли к Муртуззалихану в Караджу. Тогда хан схватил их и отправил к каэну. А каэн же выдал их кровоместникам, за то, что они истребили их элиев и их замучили за Христа", и Вахушти тут же ссылается: "Как писано их метафрастом" [Вахушти Багратиони. Указ соч. С.600], т.е. Виссарионом Орбелишвили.

И тем не менее, как установлено в специальной литературе [Памятники древнегрузинской агиографической литературы. Т.IV (Изд. Э.Габидзашвили). Тбилиси, 1968 (исследования). С. 314. На груз яз.], сведения Вахушти Багратиони, ссылавшегося на Виссариона, должны соответствовать истинному положению вещей. Хотя историк дает лишь общее описание событий, в то время как Бери Эгнаташвили детализирует события всей этой истории, приводит дополнительные сведения, очевидно, заимствованные им из курсировавших в тогдашнем обществе устных рассказов.

Исследователи заметили, что Вахушти, хотя и ссылается на "метафраста", но в своих описаниях опирается на синаксарные версии мартирия [Памятники... Т.IV. С. 313]. Кроме уже приведенного случая это видно и по данным о родстве ксанского эристава Элисбара и Шалвы. В пространной версии мы читаем: "Элизбар был бездетен и стар днями и святого Шалву, племянника (сына брата) своего усыновил и так они эриставствовали в Ксани". Согласно Вахушти Багратиони, Ксанский эристав Элисбар был братом Шалвы. [Вахушти Багратиони. Указ соч. С.600]

В отличие от пространной редакции в синаксарных версиях дано более реалистичное описание внешности трех святых мучеников. Если для автора первой все они были одинаково богатырски рослые и статью хороши (палачи не могли дотянуться до их выи), то в синаксарных версиях они выглядят как обычные физически нормальные люди, без признаков идеализации их облика. Так, говоря о внешности Элисбара, старшего по возрасту из героев жития, автор синаксари пишет, что он был "статью мерный, с волосами каштановыми, бровями и бородой красен, глаза карие и с прекрасными румянцем"; о Шалве сказано, что он "статью был высок, внешностью бел и румян, волосами, глазами, бровями и бородой черен"; а святой Бидзина, наоборот, "был ростом невелик, внешностью румян, голубоглазый, бородой и бровями красен..." и т.д.

Кроме того, что это описание дает нам реальное представление о соматическом типе грузин того времени, оно может косвенно указывать на реалистичность сведений синаксарных версий вообще.

Автор "Похвального Слова ..." столь благоговел перед своими святыми героями, что не преминул сравнить их с мучениками раннего христианства - Сергием и Вакхом, а также с мучеником христианского движения в самой Персии. Так, описывая отсечение палачами частей тела живого Элисбара, епископ Виссарион, обращаясь к пастве, говорит: "Так помалу стали его рассекать и резать по членам и суставам, как слышали вы то и о посечении Иакова, который воссиял среди тех же персов" (Иаков - персидский христианин, вместе с другими единоверцами замученный в Персии ок. 380 г.)

Не преминул автор указать и на реакцию сочувствовавших на случившееся иноверцев и иноверных христиан. "И те, которые зрели это, - пишет Виссарион, - славили Бога и говорили: "Велик Бог христиан, во имя которых сии убиенны". В течение ночи, когда все уснули, пришли бывшие там христиане армяне и подняли и выкрали тела сих святых, забрали и тайно упокоили их в своей церкви".

Об этом же, но более пространно говорится и в публикуемой нами одной из синаксарных версий. По прошествии некоторого времени после казни мучеников "по Промыслу Божьему, некий татарин, уроженец той страны, в которой испытали меч скончании сии святые мученики, позвал некоего армянина, который знавал при жизни сих святых, эристава Элисбара и Шалву, армянин тот. Поведал ему оный татарин, а именно: "Очами моими видел я странный и ужасно дивный свет там, где лежат сии святые люди Божьи". И был оный сарацин малость веровавшим в виденное сияние". Затем названный армянин пошел "и поведал (о том) супругам оных мучеников". Возрадованные вдовы "отправили обратно того же армянина и двух своих слуг ... и забрали они святые оные мощи, тайно, из-за страха перед безбожниками" и немного сопровождаемые упомянутым татарином, армянин и слуги вдов убиенных принесли святые мощи в епископскую церковь в Никози.

Грузинские писатели и историки - аристократы-феодалы и феодалы-иерархи - хоть и оставили нам письменные памятники непреходящей ценности, были замкнуты а пределах своего социального мира. Ими зафиксированы подвиги людей собственного круга, которых благодарные миряне-простолюдины благоговейно хранили в своей памяти. Кто же эти герои? Эриставы-князья и азнауры-дворяне. А герои из народа и его вожди растворялись в безликой массе "подданных". В лучшем случае о них говорили не упоминая даже имени их, как, например, о священнике, обесчещенном вторгшимися варварами и др. Да и сама идея антииранского восстания в Кахети в 1659г., как выше было сказано и как свидетельствуют приведенные источники, зародилась и зрела в народных низах. У горцев Восточной Грузни - пшавов, хевсур и их порубежных хузов, которые сыграли едва ли не ключевую роль в Кахетском восстании, были собственные вожди и герои. Один из них - Зезва Гаприндаули, как уже было сказано, стал героем народных песен, отразивших события этого восстания. И после его затухания, когда местные высшие феодалы выдавали друг друга персидским властям, он продолжал партизанское движение против иноземных поработителей. Грузинская церковь не причислила его и его соратников к лику святых, но слава их столь же вечнопамятна в народе, как и сановных святых мучеников.

В заключение считаем нужным принести слова С.Поляковой, современного ученого, переводчика византийской житийной литературы, оказавшей неизгладимое влияние на литературный процесс народов христианского мира: "Помимо культурно-исторической роли житийных текстов, в наше смутное время оживает и приобретает великую ценность их первоначальное значение - давать образцы жизненною поведения и высоких духовных чувств". [Полякова С. От переводчика// Жития византийских святых. СПб., 1995, С. 37]

Список литературы

Из истории грузинской агиографии: "Мученичество Бидзины, Шалвы и Элисбара". Комментарии и перевод Гиви Цулая

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений21:42:51 18 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
10:27:05 24 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Из истории грузинской агиографии: "Мученичество Бидзины, Шалвы и Элисбара"

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150242)
Комментарии (1830)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru