Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Юридическая психология 7

Название: Юридическая психология 7
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: реферат Добавлен 00:25:57 05 июля 2011 Похожие работы
Просмотров: 1594 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

ббк 67

ч 81

Чуфаровский Ю.В.

Юридическая психология. Учебное пособие. - М.: Право и Закон, 1997. — 320 с.

ISBN 5 – 7858 – 0019 – 5

Учебное пособие подготовлено выдающимся российским психологом-правоведом профессором Юрием Валентиновичем Чуфаровским в соответствии с программой курса «Юридическая психология» для высших учебных заведений.

В книге раскрыты теоретические аспекты науки, основной упор сделан автором на практическое применение психологи­ческих знаний в повседневной деятельности юристов.

Для студентов, слушателей, аспирантов, адъюнктов, пре­подавателей юридических и психологических вузов.

ббк 67
ISBN 5 – 7858 – 0019 – 5 ÓЮ.В. Чуфаровский, 1997

Ó Право и закон, 1997

оглавление :

ВВЕДЕНИЕ .................................................................................................................................. 2

ЧАСТЬ ОБЩАЯ ......................................................................................................................... 4

Глава I Введение в юридическую психологию ..................................................................... 4

§ 1. Юридическая психология в системе научного знания...................................................... 4

§ 2. История развития юридической психологии..................................................................... 7

§ 3. Предмет, задачи и система юридической психологии...................................................... 9

§ 4. Принципы юридической психологии............................................................................... 13

§ 5. Методологические основы юридической психологии.................................................... 17

§ 6. Классификация методов познания в юридической психологии.................................... 19

Глава II Естественнонаучные основы психологии ............................................................ 20

§ 1. Развитие психики................................................................................................................. 20

§ 2. Психика и мозг..................................................................................................................... 23

§ 3. Рефлекторная теория психики............................................................................................ 25

Глава III Развитие сознания и личности ............................................................................. 27

§ 1. Понятие о сознании и личности......................................................................................... 27

§ 2. Роль труда и общения в развитии сознания и личности................................................. 28

§ 3. О структуре сознания.......................................................................................................... 30

§ 4. Формы сознания................................................................................................................... 32

§ 5. Состояние сознания............................................................................................................. 32

Глава IV Психологическая подготовка к юридической деятельности ........................... 35

§ 1. Система психических процессов....................................................................................... 35

§ 2. Память человека................................................................................................................... 39

§ 3. Мышление, интуиция, воображение в решении задач.................................................... 43

§ 4. Речь в юридической работе................................................................................................. 47

§ 5. Эмоции и чувства в юридической деятельности............................................................. 50

§ 6. Воля и ее воспитание........................................................................................................... 55

Глава V Личность и юридическая деятельность ............................................................... 56

§ 1. Социально-психологическая характеристика личности................................................. 57

§ 2. Психологическая структура личности............................................................................... 58

§ 3. Мотивация поведения личности........................................................................................ 60

§ 4. Психологические установки............................................................................................... 61

§ 5. Ценностные ориентации, интересы, идеалы.................................................................... 61

§ 6. Направленность личности.................................................................................................. 62

Глава VI Социально-психологические аспекты юридической деятельности ............... 63

§ 1. Оценка интересующей личности....................................................................................... 63

§ 2. Установление и развитие психологических контактов................................................... 73

§ 3. Получение необходимой информации от свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемых.................................................................................................................................. 76

§ 4. Психологические аспекты ведения переговоров с преступниками............................... 79

Глава VII Психология юридического труда............................................................................ 80

§ 1. Психологическая характеристика труда юриста.............................................................. 80

§ 2. Профессиограммы юридических профессий.................................................................... 82

§ 3. Формирование личности правоведа в вузе....................................................................... 95

ЧАСТЬ ОСОБЕННАЯ. СУДЕБНАЯ ПСИХОЛОГИЯ ..................................................... 96

Глава VIII Криминальная психология ................................................................................. 96

§ 1. Предмет и задачи криминальной психологии.................................................................. 96

§ 2. Психологический анализ личности преступника............................................................ 98

§ 3. Психология организованной преступности................................................................... 102

Глава IX Психология правонарушения .............................................................................. 105

§ 1. Преступное поведение и его отражение в уголовном законе....................................... 105

§ 2. Виды человеческих действий........................................................................................... 107

§ 3. Понятие конкретного правонарушения и анализ преступного поведения................. 108

§ 4. Психологическая структура преступного действия....................................................... 109

§ 5. Психологическая характеристика и анализ преступной деятельности....................... 113

Глава Х Психология потерпевшего ..................................................................................... 115

§ 1. Психологическая характеристика потерпевшего........................................................... 116

§ 2. Исследование личности потерпевшего........................................................................... 117

Глава XI Психология несовершеннолетних ....................................................................... 119

§ 1. Проблемы несовершеннолетних в юридической психологии..................................... 120

§ 2. Психологические особенности следствия по делам несовершеннолетних................. 122

Глава XII Психологические основы предварительного расследования ...................... 126

§1. Общая характеристика психологических особенностей следственной деятельности 126

§ 2. Психология осмотра места происшествия...................................................................... 131

§ 3. Психология обыска и задержания.................................................................................... 138

§ 4. Психология допроса свидетелей и потерпевших........................................................... 144

§ 5. Психология допроса подозреваемого и обвиняемого.................................................... 148

§ 6. Психология очной ставки................................................................................................. 152

§ 7. Психология опознания...................................................................................................... 157

§ 8. Психология следственного эксперимента...................................................................... 162

§ 9. Психологические основы назначения судебных экспертиз. Судебно-психологическая экспертиза.................................................................................................................................. 164

§ 10. Психология проверки показаний на месте................................................................... 167

Глава XIII Психология судебной деятельности (при рассмотрении уголовных дел) 170

§ 1. Психологическая структура судебной деятельности..................................................... 170

§.2. Общая психологическая характеристика судебного процесса при рассмотрении уголовных дел..................................................................................................................................................... 173

§ 3. Формирование убеждения и вынесение приговора судом........................................... 175

Глава XIV Исправительная (пенитенциарная) психология ........................................... 176

§ 1. Психология осужденного, задачи и факторы ресоциализацни.................................... 176

§ 2. Психологический анализ коллектива осужденных....................................................... 182

§ 3. Методы психологического воздействия на осужденных в процессе их перевоспитания..................................................................................................................................................... 184

§ 4. Проблемы адаптации освобожденного к условиям жизни на свободе........................ 186

Литература ......................................................................................................................... 188

ВВЕДЕНИЕ

Современное состояние психологической науки можно оценить как период значительного подъема в ее развитии. В течение последних десятилетий расширился фронт психологических исследований, поя­вились новые научные направления и дисциплины. Разрастается круг разрабатываемых в психологии проблем; изменяется ее понятийный аппарат. Совершенствуются методология и методы исследования.

Психология непрерывно обогащается новыми данными, интересны­ми гипотезами и концепциями, относящимися ко всем основным об­ластям ее проблематики. Психологическая наука все более активно включается в решение различных задач, возникающих в разных сферах общественной практики.

В настоящее время психология представляет собой довольно слож­ную и разветвленную систему дисциплин. Кроме обшей психологии, изучающей общие закономерности психической деятельности людей, существуют и быстро развиваются частные, прикладные отрасли психо­логии, такие, как психология труда и ее самостоятельные разделы — инженерная, авиационная и космическая психология; психология по­знания; педагогическая, социальная, военная и медицинская психо­логия; психология спорта; психология творчества и т. д.

К отраслям психологии, которые изучают конкретные виды челове­ческой деятельности, следует отнести и юридическую психологию, ко­торая должна внести значительный вклад в решение сложных, много­профильных задач укрепления правовой основы Российского государст­ва, усиления борьбы с правонарушениями и преступлениями.

Юридическая психология включает в себя различные области науч­ных знаний и в равной мере принадлежит как психологии, так и юрисп­руденции. В области общественных отношений, регулируемых нормами права, психическая деятельность людей приобретает своеобразные чер­ты, которые обусловлены спецификой человеческой деятельности в сфере правового регулирования.

Юристы фактически никогда не отказывались от использования дан­ных психологии. Что касается конкретной практической деятельности, то почти каждый сотрудник милиции, следователь, прокурор или судья в ходе работы, иногда и сам того не замечая, неизбежно опирается на данные психологии. Как показывает практика, это эмпирическая жи­тейская психология, основанная главным образом на личном опыте, знании жизни многих людей. Преобладающая часть таких знаний пра­вильно отражает психологические закономерности. Однако наряду с эм­пирическими знаниями юристу необходимы и конкретные научные знания; то, к чему в конце концов, после поисков и заблуждений приходит опытный следователь или судья, может быть обнаружено или, напротив, опровергнуто объективным психологическим исследованием в очень короткое время и с достаточной полнотой и точностью.

В данной работе изложенным не ограничивается значение психоло­гической науки по осуществлению правоохранительной и правоприменительной деятельности. Знание психических закономерностей, применение в процессе юридической деятельности определенных пси­хологических методов облегчает труд человека, помогает ему регулиро­вать и строить взаимоотношения с другими людьми, глубже понимать мотивы поступков людей, познавать объективную действительность, правильно оценивать ее и использовать результаты познания в практи­ке. Все больше осознается мысль о том, что психология не отвлеченная наука, посвященная решению сложных и тонких теоретических воп­росов, а важное звено в образовании всякого культурного специалиста*, а том числе и юриста. Практически нет сферы деятельности человека, где вмешательство психологической науки не привело бы к облегчению, упорядочению ее.

____________________________________________________________________________ *Мясищев В.Н. и др. Основы общей и медицинской психологии. М., 1968, с. 3.

По нашему мнению, одним из факторов правовой реформы, неотъем­лемая часть которой — правовая защита личности, социальных прав и свобод российских людей и одновременное повышение ответствен­ности каждого гражданина перед своим коллективом, обществом, госу­дарством в целом, является психологическое обеспечение. В связи с этим необходимо обратиться к теоретическому переосмыслению сущ­ности, предмета и метода сфер приложения юридической психологии, осмысление теоретических и методологических проблем которой нача­лось в конце шестидесятых годов. Тогда появились первые крупные работы по юридической психологии А.Р.Ратинова. А.В.Дулова, В.Л. Васильева, А.Д.Глоточкина и В.Ф.Пирожкова. За последние двад­цать пять лет опубликованы сотни работ по вопросам юридической психологии. Эта работа продолжается и в настоящее время.

На сегодняшний день, однако, все еще отсутствует единое, четко обоснованное мнение о самостоятельности юридической психологии как науки, о ее содержании, объекте и предмете и даже о том, юридичес­кая это наука или психологическая. С одной стороны, раздаются при­зывы к решительному повороту юридической психологии лицом к прак­тике, с другой - пока нет юридической психологии как науки, нечему и «поворачиваться к практике».

Практика показывает, что в последние годы специалисты в области юридической психологии в основном ориентировались на проведение глубоких эмпирических исследований отдельных частных направлений и вопросов как на единственно верный путь в противовес ненужному теоретизированию. По этому пути шло большинство специалистов-ис­следователей и ученых. В результате оказалось, что в юридической психологии отсутствуют цельная теория и методология, использование ее в практической деятельности. За последнее время, однако, было опубликовано несколько монографических исследований по вопросам теории этой науки. На сегодняшний день практически отсутствует ву­зовский курс юридической психологии, нет соответствующих учебников и учебных пособий, явно недостаточно учебных материалов по этому предмету для студентов юридических и психологических факультетов. Предлагаемая работа является попыткой систематизировать курс юри­дической психологии и решает следующие задачи:

1) раскрыть теоретические понятия и положения курса юридической психологии;

2) ознакомить студентов с основами общей, социальной и педагоги­ческой психологии применительно к курсу юридической психологии;

3) показать и обосновать специфику психических закономерностей в правовом регулировании;

4) оказать помощь студентам в самостоятельной работе над психоло­гической и юридической литературой по данной дисциплине.

При подготовке этого пособия автором учитывался опыт преподава­ния юридической психологии на юридическом факультете Универси­тета Российской академии образования.

ЧАСТЬ ОБЩАЯ

Глава I Введение в юридическую психологию

§ 1. Юридическая психология в системе научного знания

Психология — это наука, изучающая закономерности и механизмы психической деятельности людей. Название науки «психология» проис­ходит от греческих слов: «психе» (душа), «логос» (учение), то есть наука о душе, точнее, о внутреннем, субъективном мире человека. Термин «психология» был предложен немецким схоластиком Гоклениусом в конце XVI века.

Долгое время психология развивалась как составная часть фило­софии, и только в середине XIX века она выделилась в самостоятельную науку. Это стало возможно потому, что психология постепенно превра­щалась из науки описательной в науку экспериментальную. В настоя­щее время психология представляет собой довольно сложную и развет­вленную систему дисциплин. Кроме обшей психологии, изучающей общие закономерности психической деятельности, существуют и быст­ро развиваются частные, прикладные отрасли психологии. Так, группу прикладных отраслей, которые изучают закономерности и механизмы психики людей, занятых конкретными видами деятельности, составля­ют: психология труда и ее относительно самостоятельные разделы — инженерная, авиационная и космическая психология; психология по­знания; педагогическая, военная, юридическая психология и др.

Перед оперативными, следственными, прокурорскими и судебными работниками постоянно возникает множество вопросов, решение кото­рых требует не только широкого кругозора, юридической культуры, специальных познаний и жизненного опыта, но и хорошего знания юридической психологии. Чтобы правильно разбираться в сложных отношениях людей, их переживаниях и поступках, в запутанных ситу­ациях, которые находят свое отражение в уголовных делах, надо знать закономерности психической жизни.

Юридическая психология включает в себя различные области науч­ных знаний, является прикладной наукой и в равной мере принадлежит как психологии, так и юриспруденции. В области общественных отношений, регулируемых нормами права, психическая деятельность лю­дей приобретает своеобразные черты, которые обусловлены специ­фикой человеческой деятельности в сфере правового регулирования. Психология — единственная наука, способная обеспечить не только познание психической деятельности, но и управление ею. С развитием общества ее значение будет все более возрастать.

Потребность обращении к психологии, ее методам, достижениям возникает тогда, когда конкретная наука, смежная с психологией или тесно связанная с ней, включается в решение практических задач. Имеет это место в педагогике, медицине и юриспруденции. Практическая деятельность, как правило, реализуется в конкретных действиях кон­кретных людей, и то, как это происходит, зависит в значительной мере от их психологических особенностей. Только необходимость решения практических задач привела к тому, что на границе с обществоведением возникли и развиваются социальная, этническая, историческая и другие отрасли психологии. Было бы, однако, приуменьшением роли есте­ственного в жизни и развитии личности обращение исключительно к социальным аспектам ее проявления. Безусловно, изучение биологии человека (анатомии, физиологии, антропологии) неразрывно связано с исследованиями в области психофизиологии, нейропсихологии, пси­хофизики и других наук, пограничных с психологией и естествознанием.

Вся система научного знания ощущает потребность в использовании психологического знания, оно становится связующим звеном различных областей науки. Психология связывает общественные науки и естествен­ные, биологию и историю, медицину и педагогику, управление и юрисп­руденцию и др. Этим определяется ее место в системе научного знания.

В отечественном науковедении доминирующей является объектно-ориентированная система классификации научного знания, разработан­ная академиком Б.М. Кедровым. Построена она на учете процессов не только дифференциации, но и интеграции наук, их координации и суб­ординации, субъективности и объективности в их развитии, обособлен­ности и междисциплинарности*. Система Б.М. Кедрова отражает мно­гоплановые связи между науками, обусловленные главным образом их предметной и объективной близостью, методами исследования, их на­правлениями, организацией, кооперированием, координированием от­дельных областей, всем сложным комплексом взаимоотношений между теоретической и практической деятельностью в условиях современного этапа развития научного знания. Схематически она выглядит как тре­угольник, вершины которого занимают естественные, общественные, философские науки. Их взаимодействие осуществляется по принципу субординации или развития более высоких форм из нижестоящих, а не координации, основанному на формально-логическом делении поня­тий. Субъективистскому принципу здесь противопоставляется принцип объективности, согласно которому, науки должны располагаться после­довательно и связывать между собой предметы, ими изучаемые. Следует отметить и принцип развития, являющийся ведущим по отношению к остальным, заключается он в том, что классификация наук является расположением согласно внутренней присущей им последовательности их форм движения. Такой принцип классификации наук помогает избе­жать резких разрывов между ними, предполагает возникновение много­численных промежуточных наук и дисциплин**.

_____________________________________________________________________________

*Кедров Б.М. Классификация наук. М., 1985, с. 37-45.

**Кедров Б.М. Классификация наук. М., 1965. Т. 2, с. 218, 467.

В системной классификации психология располагается внутри «тре­угольника» и образует связи со всеми тремя группами наук. Через эти основные группы наук психология связана с медициной, педагогикой, социологией и другими науками, в сферу исследований которых входит человек. Развитие этих связей, формирование промежуточных отраслей научного знания, выработка их понятийного и категориального аппара­та на базе понятий и категорий «материнский наук» происходит не только вне, но и внутри самой психологии, поскольку наука по своему существу едина.

С учетом изложенных моментов Б.М. Кедров развил «треугольник наук» в многогранник, который помогает более полно представить мес­то психологии в системе научного знания*. Отметим, однако, что в при­веденных выше данных не указаны место юридической науки и точки взаимодействия с ней психологии, в которой она обозначалась бы как юридическая психология. Естественно, что юриспруденция должна на­ходиться в блоке общественных наук.

_____________________________________________________________________________

*Кедров Б.М. Синтез наук. Проблемы и поиски. М., 1973, с. 30. Его же. О методологических вопросах психологии. Психологический журнал. 1982, № 6. Т. 3, с. 19.

Рассмотрев общие характеристики психологии как науки о законо­мерностях развития и функционирования психики, для того чтобы более полно представить базис возникновения юридической психо­логии, обратимся к вопросам, относящимся к юриспруденции.

Юриспруденцию мы понимаем как теоретическую и практическую деятельность в области права, а не только как юридическую науку. В качестве науки юриспруденция изучает право как особую систему социальных норм, правовые формы организации и деятельности госу­дарства, других структурных элементов политической системы общест­ва. Юридическая наука подразделяется на ряд отраслей, среди которых методологическая функция принадлежит теории государства и права. Это: нормативные науки (гражданское, административное, уголовное, муниципальное, семейное, хозяйственное, финансовое, банковское, экологическое право), прикладные науки (криминалистика, судебная медицина, судебная психиатрия, этика, правовая кибернетика и др.), теоретические науки (теория государства и права, история политических и правовых учений, история государства и права отечества и т. д.).

Юридическая наука изучает государство и право в их единстве с точки зрения внутренних закономерностей возникновения и развития, связи и взаимного влияния с социально-экономической структурой общества. Она изучает также специфику общественного осознания государствен­но-правовых явлений, правосознание, практическое функционирование государственно-правовых отношений и других правовых связей субъек­тов права. Юридическая наука изучает, следовательно, государственно-правовую организацию общества и поэтому входит в систему общест­венных наук.

Воздействие права на социальную среду осуществляется двумя пу­тями: деятельностью правоохранительных и правоприменительных ор­ганов и влиянием, оказываемым на сознание личности, социальных групп, общества уже самим фактом наличия, закрепления определен­ного порядка должного поведения. В настоящее время все больший вес приобретает подход, согласно которому юридическая наука — это ис­следование не только общественных институтов, но и деятельности человека в его государственно-правовых связях и отношениях. Пред­посылкой эффективности исследований в области юриспруденции и эффективности правоохранительной и правоприменительной деятель­ности является ориентация на реальных людей с их сложным сознани­ем, изучение воздействия государственно-правовых институтов на раз­витие их сознания. Поэтому необходим социально-психологических подход к трактовке права как основы юриспруденции.

Юридическая наука, безусловно, не может замыкаться в собственных узких рамках и не учитывать экономических, демографических, куль­турных, социально-психологических и других факторов при решении проблем правоохранительной и правоприменительной деятельности. На стыках юриспруденции с указанными науками могут развиваться новые отрасли научного знания, имеющие двойственную природу и единст­венную цель — обеспечение правоохранительной и правоприменитель­ной деятельности. Интеграция юриспруденции и психологии достаточ­но четко проявляется на трех уровнях:

- применение психологического знания в юриспруденции в «чистом» виде;

- использование в юриспруденции психологического знания путем его «трансформации»;

- синтез психологии и юриспруденции, собственно их стыков, и воз­никновение новой отрасли науки — юридической психологии.

Первое направление — это непосредственное использование психо­логических знаний в виде метода экспертных психологических оценок. В данном случае психолог выступает в роли эксперта, консультанта или специалиста в уголовном, гражданском, административном процессе или в ходе исполнения наказания или других мер правового воздействия на личность.

Второе направление — это уточнение, расширение, совершенствова­ние юридических понятий и институтов за счет привлечения психологи­ческих категорий и понятий, а также применения юристами психологи­ческих методов в научных исследованиях или правоприменительной, правоохранительной и другой юридической практике, использования данных психологии в организационной и процессуальной деятельности, профессиональном отборе, расследовании правонарушений, исправле­нии и перевоспитании осужденных. Применяют психологические зна­ния и при установлении профессиональной пригодности к работе в пра­воохранительных органах, профориентации и др.

Третье направление взаимодействия психологии и юриспруденции имеет более выраженный, чем два предыдущих, двухсторонний харак­тер. Потребности юриспруденции в психологическом знании предо­пределяют возникновение юридической психологии, являющейся дву­единой наукой, одновременно и психологической и юридической, ана­лизирующей психологические особенности в сфере применения права. Безусловно, возникновение такой интегративной науки одновременно стимулирует развитие и совершенствование знания как психологичес­кого, так и юридического.

Учеными-правоведами традиционно в юриспруденции выделяются следующие три формы ее взаимодействия со смежными науками:

1. Использование данных смежных с юриспруденцией наук для ре­шения актуальных специфических проблем правотворчества и право­вого регулирования.

2. Использование научных идей и принципов смежных наук для анализа системы государственно-правового регулирования.

3. Использование в социально-правовом познании конкретных при­емов, методов, способов, научного исследования, заимствованных из той или иной конкретной науки*.

_____________________________________________________________________________ *Правовая система социализма. Понятие, структура, социальные связи. Под ред. Васильева А.М.: М., 1986. Кн. 1, с. 347—348.

Нам представляется, что предложенная первая модель взаимодей­ствия юриспруденции и психологии более полно, чем вторая, традици­онная, отображает объективный характер процесса, в результате кото­рого и формируется юридическая психология.

§ 2. История развития юридической психологии

Несмотря на то, что юридическая психология — одна из сравнительно молодых отраслей психологии, применение психологического знания в целях обеспечения правосудия и других направлений правоохранитель­ной деятельности берет начало в глубокой древности. Испытания участ­ников процесса, носившие порой мистический характер, но в значитель­ной мере синтезировавшие эмпирический опыт многих поколений, имели место уже в античном и средневековом уголовном процессе. Они базировались на применении знаний психологии человека, ее различных проявлений в момент испытаний. Правда, и в античном, и в средневеко­вом процессе основным доказательством было личное признание подо­зреваемого. Это признание, как основное доказательство, добывалось любыми путями, в том числе использованием пыток, истязаний. Наряду с физическими применялись и нравственные пытки, в основе которых лежали обобщенные эмпирические данные, бытовая психология,

Чтобы заставить человека давать показания, специально создавалась шоковая ситуация, обстановка, провоцирующая к выражению чувств, отношения к расследуемому событию. Например, подозреваемого не­ожиданно для него вводили в слабоосвещенную комнату, где лежал труп убитого, и там подозреваемого увещали сказать правду, рассчитывая, что потрясенный виновник выдаст себя*.

_____________________________________________________________________________ *Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. СПб.,1910, с. 295.

На смену феодальному средневековому розыскному процессу прихо­дит буржуазный состязательный процесс со свойственной ему гласнос­тью и устностью. Важное значение приобретают свидетельские показа­ния и данные о личности подсудимого, потерпевшего истца и ответчика. Безусловно, и здесь для правильной оценки показаний заинтересован­ных лиц появляется потребность привлечения и использования психо­логического знания.

В России о необходимости учитывать психологию преступников вы­сказывался И.Т. Посошков, предлагавший в «Книге о скудности и бо­гатстве» различные способы допроса обвиняемых и свидетелей. Он объяснял, как детализировать показания лжесвидетелей, чтобы полу­чить обширный материал для их изобличения, рекомендовал классифи­цировать преступников во избежание вредного влияния худших на менее испорченных*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975, с. 29.

Князь М.М. Щербатов, историк и философ, автор «Истории россий­ской с давних времен», указывал на необходимость знания законода­телем «человеческого сердца» и создания законов с учетом психологии народа. Он один из первых поднял вопрос о возможности досрочного освобождения исправившегося преступника и необходимости привле­кать содержащихся в тюрьмах к работам.

В.Ф. Ушаков в трактате «О праве и цели наказания» раскрывал психо­логические условия воздействия на преступника наказания. Главным он считал приведение преступника к раскаянию.

Распространение идеи исправления и перевоспитания преступника привело к обращению права и психологии для научного обоснования этих проблем, над которыми в начале XIX века в России работали П.Д. Лодий, В.К. Елпатьевский, Г.С. Гордиенко, Х.Р. Штельцер и дру­гие ученые.

Однако общая психология, носившая в то время умозрительный ха­рактер, не могла в тот период даже в союзе с уголовным правом разработать достаточно научные критерии и методы изучения челове­ческой личности.

Значительное количество работ, посвященных юридической психо­логии, появилось в России в конце XIX столетия. Это работы И.С.Баршева «Взгляд на науку уголовного законоведения», К.Я. Яневич-Яновского «Мысли об уголовной юстиции с точки зрения психо­логии и физиологии», А.У.Фрезе «Очерк судебной психологии», Л.Е.Владимирова «Психические особенности преступников по новей­шим исследованиям» и некоторые другие. В указанных работах выска­зывались идеи чисто прагматического исследования психологических знаний в конкретной деятельности судебных и следственных органов.

Конец XIX и начало XX столетия в России связаны с интенсивным развитием психологии и психиатрии и ряда правовых дисциплин. Многие ученые, представлявшие эти науки в тот период, занимали прогрессивные позиции (И.М. Сеченов, В.М. Бехтерев, С.С. Корсаков, В.П.Сербский, А.Ф.Кони и другие). В результате активной разработки проблем психологии, психиатрии и права возникла необходимость в оформлении юридической, психологии как самостоятельной научной дисциплины. П.И. Ковалевский в 1899 году поставил вопрос о разделе­нии психопатологии и юридической психологии и введении этих наук в курс юридического образования.

В начале XX столетия в теории и на практике все большее значение приобретали экспериментальные исследования в юридической психо­логии. Значительное количество работ этого периода посвящено акту­альной проблеме психологии свидетельских показаний. Это работы И.Н. Холчева, Г.Р. Португалова, Е.М. Кумешера и др. В этот же период времени значительнее количество работ было посвящено исследованию психологии личности преступника. Это работы Л.Е. Владимирова, Г.С.Фельдштейна, М.Н.Гернета и других.

Значительный вклад в развитие юридической психологии в дорево­люционный период внес ученый и практик А.Ф. Кони. Его труды, где рассматриваются вопросы юридической психологии, качественно от­личаются от трудов других авторов тем, что, обобщив свой громадный опыт, он подходит к оценке каждого явления с точки зрения его при­меняемости в практической деятельности юриста. Большое внимание А.Ф. Кони уделял психологии судебной деятельности, психологии сви­детелей, потерпевших и их показаниям. Он считал, что для того, чтобы занимать судейское кресло, необходимо обладать чертами характера, позволяющими противостоять нажиму, просьбам, давлению окружения, голосу «общественного пристрастия», маскирующемуся под голос «об­щественного мнения», и др.*

_____________________________________________________________________________

*Кони А.Ф. Собрание сочинений. М., 1967. Т. 4, с. 41, 47.

Разрешение методологических проблем в юридической психологии продолжалось после установления Советской власти. Изучалась про­блема применения психологического знания в дознании, предваритель­ном следствии и суде. В доказательственном праве новой системы правосудия экспертиза, в том числе и психологическая, заняла первое место. Интенсивные исследования в тот период проводились психоло­гом А.Р. Лурия. Им изучались возможности применения методов экспе­риментальной психологии для расследования преступлений. Значитель­ный вклад в развитие юридической психологии того времени внесли В.М. Бехтерев и А.Ф. Кони.

Прикладные судебно-психологические исследования в 20—30-е годы носили многопрофильный характер, их объектом были психологические предпосылки преступлений, быт и психология различных групп пре­ступников, психология свидетельских показаний, судебно-психологи­ческая экспертиза, психология заключенных, психология несовершен­нолетних преступников.

Разрабатывал вопросы юридической психологии и известный русский и советский ученый, профессор Московского университета С.В. Познышев. Его книга «Криминальная психология. Преступные типы» стала итогом осуществленных исследований личности преступника, причин преступлений, совершенных отдельными лицами*.

_____________________________________________________________________________ *См.:Познышев С.В. Криминальная психология. Преступные типы. Л., 1926.

Ошибки и болезни роста психологии, криминологии для такой моло­дой сферы научного знания, как юридическая психология, были неиз­бежны, но преодолимы. Однако на рубеже 30-х годов в нашей стране произошли значительные политические перемены, которые помешали дальнейшему позитивному развитию юридической психологии. Начался отход от ленинских принципов в государственной, политической и на­учной жизни. Сокрушительный удар был нанесен и по материнской для юридической психологии науке — психологии. Были закрыты или реорганизованы психологические научно-исследовательские учреждения, прекращена разработка психологических проблем в социальной сфере, на производстве, в управлении и т. д. Психология была фактически подчинена педагогике и находилась в таком состоянии около тридцати лет. Понятно, что в этот период никакие психологические исследования на стыке с юриспруденцией не велись и вестись не могли.

Психологов изолировали от вопросов следственной и судебной де­ятельности. Их изгнали даже из криминалистики, которая в предшест­вующие полвека развивалась с помощью психологии. Чтобы оправиться после ударов, нанесенных по психологии и криминологии в 30-е годы, мало было последующих тридцати лет, необходимо было изменение социальных условий, политической и идеологической обстановки в стране.

Это произошло только в начале 60-х годов. Тогда и возникла необ­ходимость развития социальных наук, прежде всего психологии, социо­логии, и не ради их самих, а для анализа и оценки происходящих в стране процессов. В 1964 году было принято специальное Постановле­ние ЦК КПСС «О дальнейшем развитии юридической науки и улучше­нии юридического образования в стране», в соответствии с которым уже в следующем учебном году в программу подготовки юристов в высших учебных заведениях был введен курс «Психология (общая и судебная)». Были развернуты прикладные психологические исследования для обес­печения целей правоохранительной, правоприменительной и профи­лактической деятельности.

Исследования отечественных специалистов в области юридической психологии за последние 30 лет имеют широкий диапазон. Это не только проблемы использования судебно-психологической экспертизы, психологии дознания и следствия, психологические проблемы профи­лактики правонарушений, но и вопросы психологии личности правона­рушителя, психологии судопроизводства, правомерного поведения и др.

Происходящая в нашей стране перестройка послужила стимулом дальнейшего развития всех наук, в том числе и юридической психо­логии. Позитивные изменения наблюдаются в плане организации науч­ных исследований. Указанные процессы свидетельствуют о выходе юри­дической психологии на новый, третий этап развития, который продол­жается в настоящее время.

§ 3. Предмет, задачи и система юридической психологии

Возникновение и развитие новой отрасли психологической или ка­кой-либо другой науки вызываются объективными причинами: с одной стороны, «саморазвитием» научного знания, с другой — социальным заказом, то есть заказом практики. Для получения статуса науки отрасль знания должна иметь специфические предмет и методы исследования, понятийный аппарат, систему, структуру и задачи. При этом предмет науки является производным, связанным с объектом исследования.

Предмет науки неразрывно связан с объектом, они имеют схожие черты. Основное структурное отличие предмета от объекта заключается в том, что в предмет входят лишь главные, наиболее существенные свойства и признаки. Объект — это выделенная часть объективной реальности, которую можно осознать как существующую материально или идеально. Предмет — это познаваемая, исследованная и исследу­емая часть объекта.

Объектом психологической науки выступает психика как свойство высокоорганизованной материи, являющейся особой формой отраже­ния субъектом объективной реальности, построения неотчуждаемой картины мира, саморегуляции на этой основе поведения и деятельности.

В науке, в том числе и в психологии, наблюдается смешивание объекта и предмета познания и науки, употребление этих терминов как синонимов*. В определенном смысле это связано с буквальным переводом термина «объект» (от лат. objectus — предмет). Представляется, что такой подход недостаточно совершенен. Познавательные отношения субъекта к объекту возникают как производственные от предметно-практической деятельности. Объект не тождествен объективному миру. Последний становится объектом лишь в связи с той ролью, которую он начинает играть в жизни общества. Иными словами, объектом познания становится лишь существующая независимо от человека часть объектив­ной действительности, которая включается в человеческую деятель­ность, осваивается субъектом предметно-практически и познавательно.

_____________________________________________________________________________ *Левыкин И.Т. Теоретические и методологические проблемы социальной психологии. М., 1975,с.12.

Исследование предмета юридической психологии представляется не­обходимым начать с предмета обшей психологии. А.Н. Леонтьев в оп­ределении предмета психологии исходил из ее эмпирической основы — явления отражения действительности. Предметом психологии, по А.Н. Леонтьеву, выступают порождение, функционирование и строение психического отражения реальности, опосредствующее жизнь индиви­дов, или отражение реальности в процессах деятельности индивидов*. А.Р, Лурия предметом психологии считал психическую деятельность человека, ее законы**.

_____________________________________________________________________________ *Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1977, с. 12.

**Лурия А.Р. Эволюционное введение в психологию. М., 1975, с. 3.

К.К. Платонов и Г.Г. Голубев указывают, что предметом психологии является психика как отражение мозгом реальной действительности*.

_____________________________________________________________________________ *Платонов К.К., Голубев Г.Г. Психология. М., 1977. с, 6.

Основные учебники психологии для вузов трактуют предмет психо­логии как закономерности возникновения, развития и проявления пси­хики вообще и сознания человека - конкретно-исторической личности в частности* или психологические факты, закономерности и механиз­мы психики**. Этот ряд можно продолжать.

_____________________________________________________________________________

*Общая психология (под ред. Богословского В.В., Ковалева А.Г., Степанова А.А.). М.,1981, с.3

**Общая психология (под ред. Петровского А.В.). М., 1986. с. 7.

При определении предмета общей психологии как теоретической для всех психологических наук отрасли отмечается много проблем, но их количество значительно возрастает при определении предмета познания в отраслевых психологических науках. Они также базируются на до­минирующих в психологии теориях - деятельности, общения отраже­ния, личности или системного подхода.

Однако определение предмета отраслевых психологических наук воз­никших и развивающихся на стыках с другими науками, невозможно без учета предметов этих наук. Например, при определении предмета юри­дической психологии необходимо учитывать и предмет юриспруденции.

Предмет юридической психологии - явление комплексное, т. е. име­ется в виду комплексность не только процесса или технологии познания в этой сфере, но и самого предмета познания. Для анализа этой про­блемы необходимо хотя бы кратко рассмотреть существующие в юриди­ческой психологии подходы к определению предмета этой науки. Ведь от определения предмета в прямой зависимости находится весь последу­ющий процесс изложения курса юридической психологии.

А.Р. Ратинов в первых своих работах указывал, что предметом судеб­ной психологии выступают психические явления, связанные с участием в уголовном производстве, закономерности человеческой психики. При осуществлении производства по делу и выполнении различных функций в уголовном процессе* предметом правовой психологии являются пси­хологические закономерности общественных отношений урегулированных правом**. В работах последнего времени А.Р. Ратинов в качестве предмета юридической психологии выделяет психические явления, ме­ханизмы, закономерности, связанные с возникновением, изменением, исполнением, нарушением и применением права.

_____________________________________________________________________________ *Ратинов А.Р. Судебная психология как наука. Сов. гос-во и право. 1965. № 5 с.55.

** Ратинов А.Р. Советская судебная психология. М., 1967, с. 5.

Другой из основоположников юридической психологии - А.В. Дулов отмечал, что предметом любой науки всегда является изучение опреде­ленной группы закономерностей. В соответствии с этим, предметом психологической науки является изучение закономерностей возникновения, развития и проявления психологических явлений, закономернос­тей формирования психических свойств человека. Прикладные отрасли психологической науки, к которой относится и юридическая психо­логия (в терминологии А.В. Дулова - судебная психология), призваны конкретизировать, углублять общие закономерности психологической науки применительно к определенным видам деятельности человека. Предметом судебной психологии, по мнению этого автора, являются особенности развития и проявления психических закономерностей, свя­занных с процессом деятельности по осуществлению правосудия*.

_____________________________________________________________________________

*Дулов А.В. Введение в судебную психологию.М., 1970, с. 50—65, Его же. Судебная психология. Минск, 1975, с. 29—30.

Третий теоретик в области юридической психологии — В.Л. Васильев полагает, что предмет юридической психологии составляют психичес­кие закономерности деятельности и личности человека в области право­вых отношений. Это определение связано с попыткой объединить в рамках юридической психологии два доминирующих в советской психологии подхода: «деятельностный», разработанный московской школой психологии, и «личностный», утвержденный ленинградской школой*. Однако к середине 80-х годов на первый план стал выходить «системный» подход, культивируемый в академической психологичес­кой науке. В связи с этим в последнее время в качестве предмета юридической психологии В.Л. Васильев выделяет психологические ос­новы личности и деятельности в условиях правового регулирования, систему «человек — право». Главным звеном в этой системе является человек или личность как субъект деятельности**.

Представляются правильными, по мнению автора, рассуждения Столяренко А.М. об органической связи всей сферы права с психологией и невозможности укрепить правопорядок, бороться с преступлениями, не считаясь с психологическими факторами, ибо любой закон живет и действует лишь тогда, когда люди его понимают, хотят и могут выполнить***. Этот же автор отмечает, что поскольку юридическая психо­логия - «пограничная область науки», то она должна в «юридической» части понимать предмет так, как понимает свой предмет юридическая наука, а в «психологической» части - так, как понимает свой предмет психологическая наука****. Соображения о двойственном подходе к пред­мету юридической психологии весьма интересны и совпадают с нашим мнением. Мы считаем, что предмет юридической психологии — это не сумма предметов психологии и юриспруденции, т.е. не психические явления, процессы, состояния плюс государственно-правовые явления, не отдельные фрагменты действительности в психологическом окрасе, а психология государственно-правовых явлений как целостность, в ко­торой нельзя механически отделить психологическое от юридического, а возможно лишь выделение психологической и юридической подси­стем, находящихся в движении, развитии, непрерывной связи. В эту своеобразную совокупность включаются или в перспективе включатся психология личности в праве, психология правового поведения, психо­логия деятельности юридических органов и полномочных лии, наделен­ных правами и обязанностями, личность юриста и др. В то же время в предмете с помощью системного подхода можно выделить психологи­ческие составляющие — процессы, состояние, явления, деятельность, поведение личности, общение и т, д. или юридические — правоспособ­ность, дееспособность, вменяемость, вину, умысел, мотив и т. п.*****

_____________________________________________________________________________ *Васильев В.Л. Юридическая психология. М.,1991, с. 6.

** Васильев В.Л. Психология юридического труда и юридическая психология. Тарту, 1988, вьп. 815, с. 90.

***Столяренко А.М. Выступление на "круглом столе". Проблемы юридической психологии. Психологический журнал. 1986. №1.Т.7, с.31

****Столяренко А.М. Проблемы и пути развития юридической психологии. Психологический журнал. 1988. №5. Т.9, с.77.

*****Костицкий М.В. Введение в юридическую психологию: методологические и теоретические проблемы. Киев, 1990, с. 90.

Исходя из единства, взаимосвязи объекта, предмета и методов науки, к задачам юридической психологии можно отнести:

1. Исследование структурных элементов предмета этой науки: лич­ности юриста, его деятельности, правомерного и противоправного пове­дения, личности законопослушного человека и правонарушителя, пси­хологии социально-правовой ресоциализации правонарушителя (в том числе и в ИТУ), психологических особенностей юридической проце­дуры и профилактики правонарушений.

2. Изучение методологических и теоретических ее основ, разработка методики и методов теоретических и прикладных исследований, адаптирование для целей юридической психологии методик и методов, разра­ботанных в других науках, в том числе и в отраслевых психологических.

3. Разработка практических рекомендаций для юристов-практиков по осуществлению ими правоприменительной, правоохранительной и правотворческой функций, совершенствованию и улучшению их собствен­ной работы, стимулирование совместной деятельности, разработка ме­тодики профориентации, профотбора, профконсультации юристов, профессиограмм и психограмм юридических профессий и др.

4. Теоретическое и методическое обеспечение учебной дисциплины «Юридическая психология» и связанных с нею спецкурсов.

5. Обеспечение практики специальным психологическим знанием, разработки теории и методики судебно-психологической экспертизы, психологической консультации и т. д.

Исследуя проблему предмета, задач и системы юридической психо­логии, мы исходим из принципиального положения, что психологичес­кие закономерности в области правоприменительной деятельности де­лятся на две большие категории: деятельность правопослушную и де­ятельность, связанную с теми или иными правонарушениями. Этими методологическими предпосылками, а также принципом иерархии определяется построение системы юридической психологии, в которой последовательно анализируются психологические закономерности в сфере правопослушного поведения и в сфере социальной патологии.

В Общей части юридической психологии излагаются предмет, ис­тория, система, принципы, методы и связь ее с другими научными дисциплинами, а также основы общей и социальной психологии.

Особенная часть юридической психологии, которую часто называют судебной психологией, состоит из следующих разделов: правовая психо­логия, криминальная психология, психология потерпевшего, психо­логия правонарушений несовершеннолетних, психология предваритель­ного расследования, психология судебного процесса, судебно-психологическая экспертиза и исправительная (пенитенциарная) психология. Юридическая психология — это самостоятельная психологическая дис­циплина, изучающая человека во всей полноте.

Следует отметить, что наряду с развитием криминальной психологии, психологии правонарушения, а также психологии потерпевшего, психо­логии предварительного расследования и других проблем, входящих в структуру Особенной части юридической психологии, за последние годы в нашей стране получили развитие исследования психологии юри­дического труда, в частности отдельных ее сторон, профессиограмм юридических профессий, профессионального отбора и профессиональ­ной ориентации в области юриспруденции.

В заключение нам следует отметить, что для оптимизации правоох­ранительной деятельности необходимы: с одной стороны, подробное описание всех сторон этой сложной профессиональной деятельности, личностных качеств и навыков, и с другой - научно обоснованные рекомендации о соответствии конкретной человеческой личности объ­ективным требованиям, предъявляемым к профессии юристов по мето­дике подбора и расстановки юридических кадров.

§ 4. Принципы юридической психологии

На необходимость вычленить и определить основные принципы юри­дической психологии справедливо обращают внимание многие ученые, так как самостоятельность этой науки подтверждает наличие принци­пов, на которых она базируется. Эти принципы, безусловно, связаны с предметом, системой и задачами юридической психологии. В научной литературе имеют место утверждения о том, что принципы психологии — это, как правило, ее наиболее всеобщие законы*. Следует, однако, отметить, что законы — это необходимое, существенное, устойчивое, повторяющееся отношение между явлениями, а принципы —фундамен­тальные основания науки и теории, познавательной деятельности.

_____________________________________________________________________________

* Платонов К.К. Структура и развитие личности. М.. 1986, с. 183.

В подавляющем большинстве работ по психологии и юриспруденции принципы науки лишь перечисляются. Как правило, авторы указывают принцип системности, единства сознания и деятельности, партийности и т. д. Исключение составляют, в частности, монография А.Н. Ткаченко* и тематический сборник под редакцией Л.И. Анцыферовой**. В боль­шинстве же работ по юридической психологии проблемы принципов авторами вообще на затрагивались. Лишь в отдельных работах А.Р. Ратинова, А.В. Дулова и отчасти Б.Я. Петелина обосновывается действие в юридической психологии принципов правосудия (закон­ность, демократичность, гуманизм).

_____________________________________________________________________________

* Ткаченко А.Н. Принципы и категории психологии. Киев, 1979.

** Анцыферова Л.И. Категории материалистический диалектики в психологии. М., 1988.

Для того чтобы нам все-таки определить принципы юридической психологии, необходимо разобраться с этимологией этого понятия. Принцип (от лат. principium — основа) — центральное понятие, логи­ческое выражение познания, основополагающая идея, пронизывающая систему знаний и устанавливающая субординацию этого знания. Об­щими принципами построения любой теории, в том числе и юридической психологии, являются принципы связи и развития, историзма, системности и причинности.

Нам также необходимо разобраться и с основными принципами диалектики, проявляющимися в любом познании, в том числе и в сфере юридической психологии. Общедиалектический принцип всеобщей связи и взаимодействия, конечно, является основополагающим и в юри­дической психологии. В этом принципе выражается материальность мира, обусловливающая связь всего со всем, в том числе и между различными формами движения материи; в основу этого принципа поставлено материальное единство мира*. Под связью А.Г. Спиркин понимает общее выражение зависимости между явлениями, отражение взаимообусловленности и существования, а также их развития. Приме­нение принципа всеобщей связи и взаимодействия в юридической пси­хологии позволяет познавать предмет этой науки во взаимосвязях и вза­имодействии с предметами других наук, и в то же время имеется возможность отделить его от смежных предметов, исследовать относи­тельно обособленно и конкретно.

_____________________________________________________________________________

* Спиркин А.Г. Основы философии. М., 1988. с. 154.

Диалектическими принципами познания, имеющими важное значение, являются принципы развития и историзма, которые обеспечивают изучение явления с точки зрения того, как оно когда-то возникло, какие главные этапы в своем развитии проходило, чем стало в настоя­щее время и чем будет в будущем. Диалектическое развитие предмета юридической психологии характеризуется направленностью, последовательностью, необратимостью, сохранением достигнутыхрезультатов, преемственностью, отрицанием. На протяжении всей истории юридической психологии как науки, несмотря на определенные ее подъемы и спады, четко прослеживается все же тенденции дальней­шего развития, экспансия ее в смежные сферы знания и движение вперед. Согласно историзму социальные явления характеризуются закономерным, направленным и необратимым развитием, прогрессив­ной тенденцией, борьбой внутренних противоречий на каждом данном этапе истории. В юридической психологии принцип историзма - основа исследования истории этой науки, развития ее предмета и системы, в частности развития деформации психологии правонарушителя и т, д.

Принцип историзма диалектически связан с принципом развития и в психологии означает движение форм психического отражения от биологически обусловленных элементарных форм (ощущений, эмоций) до социально обусловленных (самосознания), превращение индивиду­ально-психологических особенностей в свойства личности*. В юриди­ческой психологии этот принцип конкретизируется в исследовании этиологии противоправного поведения индивида и социальных групп, психологических средств ресоциализации личности правонарушителя.

____________________________________________________________________________

* Платонов К.К. Система психологии и теория отражения. М., 1975, с. 253—254.

Остановимся и на третьем принципе диалектики, используемом в юридической психологии, а именно на принципе причинности. Он связан с принципами всеобщей связи и развития, проявляется в одном из важнейших видов связи, в частности генетической связи явлений, в которой одно (причина) при определенных условиях порождает другое (следствие). Причинность как принцип познания позволяет увидеть всеобщность явлений, неизбежность порождения одних другими и так — до бесконечности. Характеристикой причинности является связь со временем и со взаимодействием.

В юридической психологии принцип причинности означает, что пси­хические явления, процессы и состояния человека, психология соци­альных групп в сфере, регулируемой правом, являются вторичными образованиями, причинно обусловленными объективной действитель­ностью, и отражением этой действительности. Он предполагает установление причин, породивших отдельное явление. Считается важным принцип причинности в исследовании психологии правомерного и про­тивоправного поведения личности, формирования ее правосознания, юридического мировоззрения. На психологию личности как правонару­шителя, так и законопослушного человека постоянно воздействует мно­жество экономических, политических, идеологических, социально-де­мографических, психологических и других факторов. Одни из них спо­собствуют формированию позитивного отношения к праву, правовым нормам, принятию их как части внутренней позиции личности, другие могут деформировать правосознание. Одни и те же факторы в то же время могут действовать различно, порой полярно, в зависимости от особеннос­тей личности, ситуации, объема и вида информации, времени действия.

Нам следует более детально остановиться и на принципе системности в познании. В отечественной психологии этот принцип связан с именем Л.С. Выготского, который применял его к анализу развития сознания. Центральным в системном подходе Л.С. Выготского является вопрос о природе и структуре сознания, изменении межфункциональных свя­зей и отношений сознания.

Название принципа системности, данное Л.С. Выготским («структур­ный») сохранялось в психологии до конца 70-х годов. Этот принцип иногда называют системно-структурным, а иногда структурно-функци­ональным.

Большую роль в развитии системного принципа в нашей психологии в 70—80-х годах сыграл ведущий ученый-психолог Б.Ф. Ломов. Он, правда, в своих работах употреблял термин "системный подход", опира­ясь на дополнительный ряд принципов более низкого уровня*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М., 1984, с. 92—94.

Применение принципа системности в юридической психологии оз­начает такой подход к психическим проявлениям личности и социаль­ной группы в сфере, урегулированной правом, при котором отдельные элементы предмета познания и исследования рассматриваются как вза­имодействующие, взаимообусловленные, взаимосвязанные части еди­ного целого. С помощью этого принципа, как правило анализируется система науки юридической психологии, выделяются ее новые струк­турные элементы. С другой стороны, принцип системности позволяет рассмотреть юридическую психологию, входящую одновременно в две другие системы более высокого уровня — в психологию и юриспруден­цию. Данный принцип, его целенаправленная реализация обеспечивает непрерывное развитие юридической психологии, позволяет увязывать наличное знание с добытым и прогнозируемым, способствует развитию системы так называемых объяснительных принципов, а также исходя из взаимосвязи принципов, категорий, понятий и законов этой науки.

Предпринятая попытка обосновать специфику проявления принци­пов диалектики в юридической психологии еще далека от совершенства. Однако без исследования принципов, категорий, понятий, законов дальнейшая разработка этих теоретико-методологических проблем юри­дической психологии невозможна.

В данной работе нами сделана попытка изложения отраслевых прин­ципов, присущих юридической психологии.

В психологической литературе перечень отраслевых принципов дает­ся разный. Так, Б.Д. Парыгин, применительно к социальной психо­логии выделяет принципы: 1) отражения, 2) социальной значимости, 3) общения, 4) развития*. Указанная классификация со стороны уче­ных-психологов вызывает существенные замечания.

_____________________________________________________________________________

*См.: Парыгин Б.Д. Социальная психология как наука. Л., 1965, с. 81—84.

Отметим, что в отечественной психологии проблема отражения ис­следовалась не только применительно к социальной психологии. В част­ности, А.Н.Леонтьев, подчеркивая важность использования диалектики в познании, говорил о понятии отражения и его применении в психо­логии вообще*, А.А. Смирнов, посвятивший ряд своих работ взаимо­связи ленинской теории отражения и психологии, писал об отражении как орудии современного психологического исследования познаватель­ной деятельности человека**.

_____________________________________________________________________________

* Леонтьев А.Н. Понятие отражения и его значение для психологии. Хрестоматия по психологии. Под.ред. Петровского А.В. М., 1977, с.53-61.

**Смирнов А.А. Ленинская теория отражения и психология. Избранные психологические труды. М., 1987, ч.1, с. 26—62.

Принцип социальной значимости, о котором писал Б.Д.Парыгин, не расшифровывался даже самим автором. Принцип общения может рас­сматриваться как социально-психологический, а принцип развития — как общепсихологический лишь после определенной конкретизации явления, интересующего нас.

Мы выше уже говорили о развитии как принципе диалектики, при­меняемом в психологическом познании. В большинстве работ по теории и методологии психологии этот принцип трактуется как психологичес­кий. Принцип развития в психологии иногда называют еще генетичес­ким. Указывается, что с его помощью познаются изменения психичес­ких явлений, что правильная и полная характеристика любою психи­ческого явления возможна лишь тогда, когда одновременно выясняются характерные его особенности в данный момент, история или причины возникновения, возможные перспективы его последующих изменений*. С учетом содержания психологического принципа развития, возможно, следует называть его конкретизацию в психологии генетическим прин­ципом.

___________________________________________________________________________

* См.: Общая психология (под ред. Богословского В.В., Ковалева А.Г., Степанова А.А.).с.24-25

По нашему мнению, принцип развития (генетический принцип) име­ет важное значение и в юридической психологии. Применение этого принципа имеет особое значение при использовании специальных пси­хологических знаний на практике, в частности для определения меха­низма эмоционального напряжения, аффективного состояния у право­нарушителя в ситуации совершения конкретного правонарушения.

Вторым важным общепсихологическим принципом, применяемым в юридической психологии, является принцип единства сознания и де­ятельности.

Этот принцип понимания природы психического, который впервые выделил С.Л. Рубинштейн (в 1934 г.), — один из важнейших в нашей отечественной психологии. Он писал, что труд, деятельность, сознание и психика так взаимосвязаны, что открывается подлинная возможность как бы просвечивать сознание человека через анализ его деятельности, в которой сознание формируется и раскрывается. По нашему мнению, содержание этого принципа заключается в утверждении взаимосвязи и взаимообусловленности сознания (психического) и деятельности, т. е. деятельность обуславливает формирование сознания, психических свя­зей, процессов, свойств, а они, в свою очередь, осуществляют регу­ляцию, человеческой деятельности, являются условием ее адекватного выполнения*. Одни и те же движения могут обозначать различные поступки, и различные движения — один и тот же поступок**.

_____________________________________________________________________________

*Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М., 1973, с.22-28

**Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946, с.14-16

Значительный вклад в разработку связи психики и деятельности внес известный психолог А. Н. Леонтьев, который указывал, что при изуче­нии развития психики человека следует исходить из анализа развития его конкретной деятельности. При таком подходе может быть выяснена роль внешних условий в жизни человека, их связь с его задатками, понята ведущая роль воспитания воздействующего именно на деятель­ность человека, его отношение к действительности и поэтому определя­ющего его психику, сознание*.

_____________________________________________________________________________

*Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1977, с.13

Принцип единства сознания и деятельности свое дальнейшее развитие получил в трудах А.В. Запорожца, В.П. Зинченко, О.К. Тихомирова и др. В юридической психологии с помощью обозначенного выше прин­ципа единства сознания и деятельности профессиональную деятель­ность юриста или противоправную деятельность правонарушителя мож­но понимать как условие возникновения, фактор формирования и объект приложения сознания человека. С помощью этого принципа можно, изучая противоправное поселение, деятельность, выяснить внутренние психологические механизмы совершенного правонарушения, понять мотивы и цели правонарушителя.

От принципа единства сознания и деятельности К.К.Платонов отпочковал принцип единства личности и деятельности, который приме­нял при изучении личности курсантов авиационных училищ, на основа­нии которого получил подтверждение того, что чем больше деятельность обследуемого сходна по своей психологической структуре с условиями полета, тем более достоверно позволяет судить о его личностных качест­вах. Принцип единства познания и личности этот ученый также выво­дит из базового принципа единства сознания и деятельности. В частности, он пишет, что, говоря о сознании, мы всегда подразумеваем созна­ние конкретной личности, а говоря о деятельности, не должны забывать все известное нам о сознании.

К.К. Платонов, выделив указанные выше принципы из базового, в дальнейшем синтезирует их и предлагает свой новый принцип — единства сознания, личности и деятельности, формулируя его следую­щим образом: «...сознание как высшая интегральная форма психичес­кого отражения, личность — являющаяся человеком как носителем со­знания, деятельность как форма взаимодействия человека с миром, в которой человек достигает сознательно поставленной цели, существу­ют, проявляются и формируются в своем не тождестве, а триединстве, определяемом взаимодействиями со сменой их причинно-следственных связей» *. Об этом пишут и другие ученые-психологи**.

_____________________________________________________________________________

*Платонов К.К. Система психологии и теория отражения. М., 1975, с. 255—256.

**Абульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности. М.,1980, с.260

При дальнейшей доработке и достаточном обосновании этого прин­ципа мы находим, что можно будет ставить вопрос о его использовании в юридической психологии.

Мы также считаем, что в юридической психологии должен приме­няться и распространенный в юридических науках принцип гуманизма как морально-этическая сторона познания, признающая ценность чело­века как личности, его право на свободу, счастье, развитие и проявление своих способностей. Равноправие — существенный элемент демокра­тии. С ним связан принцип равенства, состоящий в том, что нравствен­ные, правовые и другие требования должны распространяться на всех людей независимо от их общественного, должностного положения и ус­ловий жизни. Человечность также конкретизирует принцип гуманизма применительно к повседневным взаимоотношениям людей и включает ряд важных качеств — сочувствие, уважение к людям, доверие к ним, честность и скромность. Эти нравственно-правовые требования касают­ся любого психологического исследования, а в юридической психо­логии в особенности, поскольку от результатов последнего может зави­сеть правильность решения суда, другого полномочного органа, вид и размер применяемых санкций и т. д.

Важным в юридической психологии является и принцип комплекс­ности. Поскольку сама эта наука интегративная, то и познаваемые ею явления необходимо рассматривать комплексно. Реализация этого принципа означает необходимость развития междисциплинарных свя­зей юридической психологии, ее взаимодействия с психологическими и юридическими науками. Принцип комплексности базируется на идеях Б.Г.Ананьева и Б.Ф.Ломова о комплексном изучении человека*.

_____________________________________________________________________________

*Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды. М., 1980, Т. 1, с. 56; Ломов Б.Ф. Система наук о человеке. Психологический журнал. 1987, № 1. Т. 8, с. 9—12.

Важное значение в юридической психологии, по нашему мнению, имеет принцип активности познающего субъекта. Активность человека определяется самой его природой, тем, что он в процессе познания обязательно имеет в виду свою конечную цель, не только воспринимает и перерабатывает информацию, принимает решение, но и обязательно действует, имеет к этому личное отношение. Роль конкретного юриста, согласно принципу активности, состоит не в том, чтобы быть просто придатком системы, в которую входит, а в том, чтобы осуществлять активные функции.

Общие принципы познания в юридической психологии могут кон­кретизироваться в зависимости от их вида, в частности теоретического или практического уровня — научного или эмпирического. Так, в прак­тическом, прикладном познании, например, во время судебно-психологической экспертизы могут использоваться принципы: законности; объ­ективности; полноты и обоснованности заключения экспертизы; са­мостоятельности и активности эксперта в проводимом исследовании; разграничения функций эксперта и других участников процесса*; лич­ной ответственности эксперта. Такая экспертная психологическая оцен­ка должна быть получена от признанных в юридической психологии специалистов, и мы это считаем правильным и целесообразным.

_____________________________________________________________________________

* Лисиченко В.К., Циркаль В.В. Использование специальных знаний в следственной и судебной практике. Киев, 1987, с. 68—73.

§ 5. Методологические основы юридической психологии

Методологической основой всех прикладных наук, в том числе и юридической психологии, является философия. «Это обстоятельст­во, — подчеркивает В.П.Тугаринов, — вытекает из положения философии среди других наук, а именно: философия является итогом, обоб­щением всего предшествующего развития науки и практики. Это об­стоятельство делает философию теоретической основой, идейным фун­даментом всех социальных наук»*. Философия помогает решать ряд важнейших проблем, среди которых прежде всего стоит назвать воп­росы о природе, уровнях психического состояния и о концепции человека и личности.

____________________________________________________________________________

*Тугаринов В.П. Законы объективного мира, их познание и применение. Л.,1954, с. 98

Юридическая психология развивается на стыке двух наук — психо­логии и юриспруденции, которые, в свою очередь, непосредственно связаны с человеком как личностью и членом общества. Методологи­ческая особенность юридической психологии состоит в том, что центр тяжести в познании переносится на личность как субъект деятельности. Таким образом, если право в первую очередь выделяет в человеке правонарушителя, то юридическая психология исследует человека в правонарушителе, свидетеле, потерпевшем и т.д.

Психическое состояние так же, как и устойчивые особенности характера и личности потерпевшего, правонарушителя, свидетеля, развивается и протекает не иначе, как подчиняясь общепсихологическим и психофизиологическим законам. Специфика предмета юридической психологии заключается в своеобразии видения этих состояний, в исследовании их правового значения в процессе установления истины, в поисках научно обоснованных методов снижения возможности нарушении правовых норм путем психологической кор­рекции этих состояний, равно как и свойств личности правонарушителей.

Выдающийся советский психолог Б.Г.Ананьев писал, что всевозра­стающее многообразие аспектов человекознания — специфическое явление современности, связанное с прогрессом научного познания и его приложением к различным областям общественной практики, что про­блема человека становится общей для всей науки в целом, что для научного изучения человека характерны всевозрастающие дифференци­ация, специализация отдельных дисциплин, тенденция к объединению различных наук, аспектов и методов исследования в комплексных сис­темах, к построению синтетических характеристик человеческого раз­вития*.

_____________________________________________________________________________

* Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977, с. 5-6.

Если в самом общем виде охарактеризовать состояние современного научного знания и формирующиеся на этой основе методологические потребности, то, видимо, надо прежде всего констатировать, что науч­ное знание стало более глубоким и сложным, многоуровневым и многомерным. Именно этим свойствам и вместе с тем потребностям развития современного научного знания и соответствуют основные направления системного подхода. Юридическая психология может успешно разви­ваться и решать комплекс стоящих перед ней задач только благодаря системному подходу.

Для юридической психологии продуктивно применение одного из принципов системного анализа — иерархии систем, суть которой за­ключается в том, что любая система рассматривается как часть другой, более широкой системы, а ее элементы — как самостоятельные сис­темы. Этот принцип позволяет, с одной стороны, акцентировать внима­ние на многоуровневой организации изучаемой действительности, а с другой стороны, представляет возможность сосредоточить исследо­вание на определенном качественно своеобразном явлении*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Василиев В.Л. Юридическая психология. М.,1991, с. 30.

Одним из методологических принципов юридической психологии является личностный подход. Юридическая психология всегда имеет объектом исследования личность, поскольку именно к ней адресована система правовых норм. Это позволяет построить структуру личности и выделить такие ее элементы, которые являются значимыми в крими­ногенных ситуациях, в различных сторонах правоохранительной дея­тельности, при разработке стратегии ресоциализации правонарушите­лей и т.д.

Одна из важных задач юридической психологии — выделение внут­ренних личностных предпосылок, которые во взаимодействии с оп­ределенными внешними факторами могут создать для данной личности криминогенную ситуацию, т. е. выделение криминогенных личностных качеств и предпосылок.

В этой связи особую ценность приобретает развитие ведущей в отече­ственной науке общепсихологической теории — теории деятельности. Любая деятельность включает цель, условия, в которых она дана, спосо­бы и средства ее достижения, мотив, ради которого человек стремится к достижению определенной цели и который сам выступает в качестве отдаленной цели, и, наконец, результат деятельности.

К.К.Платонов дает следующее определение деятельности: «Челове­ческая деятельность или, что является синонимом, сознательная де­ятельность — это такая форма взаимосвязи со средой, в которой человек осуществляет сознательно поставленную цель... Структура любой де­ятельности может быть уложена в такую общую схему: цель — мотив — способности — результат»*.

_____________________________________________________________________________

* Плaтoнoв К.К. О системе психологии, М., 1972, с. 150—151.

§ 6. Классификация методов познания в юридической психологии

Каждой науке присущи предмет и соответствующие ему методы науч­ного исследования, к которым предъявляются следующие требования. Во-первых, изучаемое явление должно быть исследовано в своем раз­витии и в связи с окружающей средой, во взаимосвязи с другими системами. Во-вторых, научное исследование должно быть объективно. Это означает, что исследователь ничего не должен в ходе исследований привносить от себя как в процессе наблюдения, так и в формировании конечных выводов.

По целям исследования методы юридической психологии делятся на три группы:

1. Методы научного исследования. С помощью них изучаются психи­ческие закономерности человеческих отношений, регулируемых норма­ми права, а также разрабатываются научно обоснованные рекомендации для практических работников, занимающихся работой по борьбе или предупреждению преступности.

2. Методы психологического воздействия на личность. Они осуществля­ются должностными лицами, ведущими борьбу с преступностью. Эти методы преследуют цели предупреждения преступной деятельности, раскрытия преступления и выявления его причин, перевоспитания пре­ступников, приспособления их к условиям нормального существования в нормальной социальной среде. Данные методы, помимо их уголовно-процессуальной регламентации, основаны на научных методах психо­логии и тесно связаны с криминологией, криминалистикой, исправи­тельно-трудовой педагогикой и т. д.

3. Методы судебно-психологической экспертизы. Целью этих методов является наиболее полное и объективное исследование, проводимое экспертом-психологом по постановлению следственных или судебных органов. Диапазон применяемых в этом исследовании методов ограни­чен требованиями законодательства, регламентирующего производство экспертизы.

К своеобразным методам юридической психологии относится психо­логический анализ уголовного дела. Актуальным является и метод психоанализа, который способствует более глубокому и всестороннему исследованию личности, в особенности сферы подсознания.

Применительно к способам исследования судебная психология рас­полагает следующими методами:

Метод наблюдения . Ценность его заключается в том, что в процессе исследования не нарушается обычный ход деятельности человека. Для получения объективных результатов необходимо соблюдать ряд условий: 1) определить заранее, какие закономерности наблюдения нас интересуют; 2) составить программу наблюдения; 3) правильно фиксировать результаты исследования; 4) определить место самого наблюдаю­щего и его роль в среде изучаемых лиц. Для регистрации результатов наблюдения могут быть использованы технические средства, в первую очередь записи речи наблюдаемого на магнитофонную пленку. В от­дельных случаях полезно применять фотосъемку и киносъемку. В ус­ловиях предварительного следствия технические средства могут быть применимы только в рамках процессуального закона.

Наблюдение может проводиться не только исследователем-психоло­гом, но любым должностным лицом, которому необходимо получить соответствующую информацию для использования данных ее анализа в борьбе с преступностью. Большее значение для получения информа­ции о возможной причастности допрашиваемого к событию преступле­ния может иметь наблюдение за мимикой и жестами этого лица. А что­бы избежать предвзятой субъективной оценки результатов такого на­блюдения, оно должно вестись строго объективно, с регистрацией всех фактов, полученных при наблюдении и при достаточной научной ин­терпретации результатов наблюдения.

Анкетный метод . Этот метод характеризуется однородностью вопро­сов, которые задаются относительно большой группе лиц для получения количественного материала об интересующих исследователя фактах. Этот материал подвергается статистической обработке и анализу, В об­ласти юридической психологии анкетный метод получил распростране­ние при исследовании механизма образования преступного умысла. В настоящее время анкетный метод начал применяться практически­ми работниками для исследования некоторых аспектов причин пре­ступности.

Параллельно с анкетированием применяется «автомат общественного мнения».

Главное достоинство этого метода — его полная анонимность. Благо­даря этому на целый ряд «критических» вопросов испытуемые дают автомату иные ответы, нежели в анкетах.

Метод интервью (беседы). Как вспомогательный метод активно ис­пользуется в самом начале исследования с целью общей ориентировки и создания рабочей гипотезы. Его применение характерно при иссле­довании личности на предварительном следствии. Свободная, не­принужденная беседа, в ходе которой следователь изучает основные особенности личности собеседника, вырабатывает индивидуальный подход и вступает в контакт с допрашиваемым; такая беседа часто предшествует основной части допроса и достижению его главной це­ли — получению объективной и полной информации о событии пре­ступления. При подготовке к беседе следует большое внимание уделять формулировке вопросов, которые должны быть краткими, конкретны­ми и понятными.

Метод эксперимента. При использовании этого метода эксперимен­татор изучает зависимость особенностей психических процессов от осо­бенностей действующих на испытуемого внешних стимулов. Экспери­мент строится таким образом, чтобы внешняя стимуляция изменялась по строго определенной программе. Отличие эксперимента от наблюде­ния заключается в том, что при наблюдении исследователь должен ожидать наступления того или иного психического явления, а при эксперименте он может с помощью изменения внешний ситуации пред­намеренно вызвать нужный психический процесс. В практике судебно-психологических исследований получили распространение лаборатор­ный и естественный эксперименты.

Лабораторный эксперимент в основном распространен в научных исследованиях, а также при проведении судебно-психологической экс­пертизы. К недостатком лабораторного эксперимента следует отнести трудность использовании техники в условиях практической деятельнос­ти правоохранительных органов, а также отличие протекания психичес­ких процессов в лабораторных условиях от их протекания в обычных условиях. Эти недостатки и преодолеваются при использовании метода естественного эксперимента.

В целом системный подход в сочетании с различными методами психологии и юриспруденции позволяет достаточно глубоко проанали­зировать взаимодействие и выявить основные психологические закономерности процесса деятельности, структуры личности и системы правовых норм, дать точное описание этого взаимодействия с учетом всех участвующих элементов.

Глава II
Естественнонаучные основы психологии

§ 1. Развитие психики

В отличие от неорганической природы живой организм беспрерывно взаимодействует с окружающей средой. Эволюция организма, начиная от простейшего живого существования вируса, кончая человеком, — это смена усложняющихся форм взаимодействия. Организм без внешней среды, поддерживающей его существование, невозможен; поэтому в на­учное определение организма должна входить и среда, влияющая на него, отмечал И.М. Сеченов*. Без понимания изменений среды и ее влияния на организм не могут быть поняты ни развитие психики чело­века в ее филогенезе (развитие человека из животного мира), ни в ее онтогенезе (формирование личности человека).

_____________________________________________________________________________

* Сеченов И.М. Избр. произведения. Т. 1, М., 1952, с. 533.

Известно, что Чарльз Дарвин открыл законы эволюции животных существ и происхождения человека на основе изменчивости всего живого и наследственности, закрепляющей и удерживающей приоб­ретенные признаки путем естественного отбора.

В самом начале развития жизни наметились две основные формы изменчивости во взаимодействии организмов и среды. Они и определи­ли уже у одноклеточных организмов разделение всех живых существ на две основные ветви: растений и животных. Одна, пассивная форма проявлялась в основном в изменении физико-химических процессов и строения организма под влиянием неоднородной среды. Другая, ак­тивная форма изменчивости, определившая развитие животных, прояв­лялась в основном в изменении форм поведения организма, то есть в изменении способов и форм его активного реагирования на воздей­ствие изменяющейся среды.

Взаимодействие организма и среды в его любой форме возможно потому, что даже самому простейшему организму свойственна физиоло­гическая форма отражения среды — раздражимость.

Раздражимость представляет собой способность живого существа от­вечать на непосредственные воздействия среды процессами, поддер­живающими жизнь организма. Раздражимость вызывает приспособительные процессы, уравновешивающие организм со средой и способ­ствует возникновению высших форм отражения.

Растения остановились на физиологической форме отражения. Жи­вотные в процессе эволюции на основе раздражимости выработали свойство отвечать на воздействия среды, не только непосредственно влияющие на жизненные функции организма, но и на сигнальные воздействия, которые подготавливают, ориентируют организм в среде. Другими словами, у животных в процессе их эволюции возникает новый вид раздражимости, выполняющий сигнальную функцию, — чувстви­тельность.

Чувствительность — это свойство, приобретенное животными на оп­ределенных этапах эволюции, отражать воздействие среды. С помощью чувствительности организм всегда субъективно отражает воздействие среды. С ее появлением начинается эволюция психического отражения, высшей формой которого является сознание.

Отметим, что ранее всего психическое отражение возникло в форме смутных положительных или отрицательных переживаний, сигнали­зирующих о динамике состояния организма и его равновесии со средой. В дальнейшем на этой основе возникла более сложная форма отраже­ния — ощущение как субъективный образ объективного мира. Такое понимание психики позволяет рассматривать ее как свойство самой жизни, необходимое на определенной ступени эволюции животных.

Эволюция раздражимости у растений изменялась очень мало. У жи­вотных же изменчивость их активного взаимодействия с изменяющейся средой привела к образованию нервной системы — органа, специализи­рованного на возникновении и передаче раздражения, вызываемого воздействиями внешней среды.

Первоначальной формой психического отражения и регуляции пове­дения являются инстинкты. Инстинктами называют врожденные, слож­ные, биологически целесообразные и потому наследственно закреплен­ные формы поведения.

Являясь целостной реакцией всего организма на комплексные раз­дражители внешней и внутренней среды, инстинкты по своим механиз­мам представляют цепные безусловные рефлексы. Это могут быть очень длинные цепи рефлексов, в которых конец одного рефлекса служит раздражителем для следующего звена цепи.

У животных в их обеих ветвях врожденные инстинктивные формы поведения являются основными. У человека же инстинкты играют важ­ную роль только в первые месяцы его жизни, а затем становятся такими рудиментами, как волосяной покров кожи или червеобразный отросток прямой кишки. Рудимент — это функция или орган, оставшийся в на­следство от животных предков. Многие западные психологи переоцени­вают роль инстинктов в психике человека. Фактически же у взрослого человека инстинктивные проявления подчинены сознательной деятель­ности и контролируются ею. Только в исключительных случаях инстин­кты могут определять поведение человека.

Как бы ни были различны весьма многочисленные инстинкты живот­ных. они всегда связаны с удовлетворением биологических потребнос­тей. Основными из них являются: половой, инстинкт заботы о потомст­ве, инстинкт питания, самосохранения, стадный инстинкт, инстинкт сезонной миграции и т. д.

Инстинктивные формы поведения могут быть различной сложности, но в их основе всегда лежат простые безусловные рефлексы с шаблон­ным ответом на непосредственный биологически положительный или отрицательный раздражитель. Примером более простых таких рефлек­сов является настораживание ушей или поворот головы у служебной собаки в ответ на звук — как ориентировочный рефлекс или отскакива­ние — как защитный рефлекс. В инстинктивном поведении животных иногда проявляется кажущаяся особым «умом» целесообразность. Од­нако эта целесообразность обусловлена чисто внешними факторами, и поведение животного с изменением среды подвергается лишь очень незначительной перестройке. Едва изменяется определенный комплекс условий, вызывающий инстинктивные действия, как нарушается стройное течение инстинктивных действий — птица может бросить птенцов, млекопитающее загрызть потомство. Иногда же бессмысленность поступков животного выражается так отчетливо, что порой вызывает удивление. Так, птицы высиживают не только чужие положенные им яйца, но и совсем не похожие на них камни. Объясняется это тем, что вся цепь инстинктивных актов поведения животного, весьма целесообразная только в условиях формирования большого числа поколений, в очень малой степени может уточняться в изменяющихся условиях.

Развитие головного мозга в ветви человека с самого начала дало возможность в инстинктивном поведении опереться на сочетание одно­временно действующих раздражителей. Чем более высокоразвито позво­ночное животное, тем легче изменившиеся условия среды снимают устаревшие инстинктивные формы поведения.

Навыками у животных называются приобретенные в индивидуальном опыте формы поведения, которые обеспечивают дифференцированное приспособление животного к меняющимся условиям среды. По своим механизмам навыки являются сложными условными рефлексами и осу­ществляются с помощью высшей нервной деятельности.

Простейшие навыки могут образовываться даже у одноклеточных животных. Так, таракана можно приучить брать пищу только с черных квадратов шахматного поля. Пчелы не только хорошо запоминают ри­сунки полевых цветов на лотках улья и постепенно учатся запоминать дорогу к улью, но и вырабатывают условные рефлексы на запах клевера.

Развитие сигнального значения отражения среды, то есть психичес­кого отражения, происходит, когда появляется биологическая необходи­мость предвидения событий в изменяющейся среде. Примером воздей­ствия среды, имеющего сигнальное значение, является такой звук или запах, который сам по себе не способен влиять на жизненные процессы, но может служить сигналом близкой опасности или добычи. Так, на­пример, если лягушка не видит человека, то он может кричать и свис­теть — она не будет реагировать. А слабый звук шлепка об воду воспри­нимается лягушкой как сигнал опасности, замеченной другой лягушкой, и заставляет ее прыгать в воду. Первые звуки — крик, свист у лягушки не имеют сигнального значения, какое они имеют, в частности, у оленя, а второй — имеет. Но если какой-либо раздражитель приобрел у живот­ного сигнальное значение, значит, оно уже обладает способностью к психическому отражению и, следовательно, имеет психику.

В жизни навыки, развиваясь, приводили к возникновению наиболее сложной формы поведения животного — рассудочного. Рассудочными, их еще называют интеллектуальными, являются формы поведения, направленные на решение новых задач не путем унаследованных или ранее приобретенных в личном опыте способов, а на основе отражения существующих между предметами связей и отношений.

Известно, что рассудочное поведение — основная форма деятельнос­ти человека. Нам общи с животными все виды рассудочной деятельнос­ти: индукция, дедукция, абстрагирование, анализ незнакомых предме­тов. Без этой преемственной линии развития появление мышления человека действительно было бы чудом. Развитие простейшего рассу­дочного поведения животных было связано с возникновением возмож­ности предметного отражения их на основании комплекса ощущений. Так, шимпанзе способны различать и запоминать треугольники, шары, пирамиды по их окраске и форме и использовать эти дифференцирован­ные представления в своем поведении.

Простейшим видом рассудочного поведения, опирающегося на от­ражение соотношения между предметами, являются так называемые обходные действия, недоступные, в частности, курам, однако хорошо доступные собакам и полностью доступные человекообразным обезьянам. Наиболее полно проявляется рассудочная деятельность при попыт­ках использования животными разных предметов в качестве простейших орудий.

Проведенные под руководством И.П. Павлова опыты с шимпанзе Рафаэлем и Розой показали, что эти животные обладают умением подмечать некоторые связи между предметами и использовать их с целью удовлетво­рения своих потребностей. Перед Рафаэлем был поставлен ящик с апель­сином, который ясно виднелся через отверстие. Животное пыталось ов­ладеть им, но наткнулось на неожиданное препятствие: на пути стояла зажженная спиртовка, и Рафаэль обжегся. Это не помешало, однако, ему справиться с задачей. Он направился к баку с водой, притащил его к ящику, погасил огонь и достал приманку. В других случаях эта задача решалась Рафаэлем еще проще: для того чтобы погасить спиртовку, он уже не тащил целый бак с водой, а набирал воду в кружку или в рот и гасил пламя. И.П. Павлов, наблюдая за этими опытами, сказал: «Мы начинаем понимать, каким образом происходит мышление человека, о котором столько разговоров и столько всякой пустой болтовни»*.

____________________________________________________________________________

* Павловские среды. Т. 2. М.-Л., 1949. с. 586.

Основной признак психики человека состоит в том, что кроме наслед­ственных и лично приобретенных форм поведения человек владеет новым, важнейшим средством ориентировки в окружающей действи­тельности — знаниями, которые представляют собой концентрирован­ный опыт человечества, передаваемый посредством речи. Психика чело­века формируется и постоянно обогащается в условиях социального окружения, в процессе усвоения социального, общественного опыта. Если животное, выращенное в искусственных, изолированных услови­ях, сохраняет все свои видовые качества, то человек без социального окружения не приобретает никаких человеческих качеств.

С переходом от животного существования к человеческому обществу возникло два новых фактора формирования психики человека: это об­щественный труд с использованием орудий труда и языковое общение. С возникновением прямохождения у человека освободились руки, рас­ширился кругозор, возникли условия для интенсивного развития его ориентировочной деятельности. Это, безусловно, привело к возникно­вению орудий труда, трудового процесса. Человек начинает жить в мире постоянных орудий труда, через которые из поколения в поколение передаются трудовые операции.

Психическое отражение мира человеком связано с его общественной природой, оно опосредствуется общественно выработанными знаниями. Высшей формой психики является сознание человека, которое возник­ло, как мы уже отметили, в процессе общественно-трудовой практики. Сознание неразрывно связано с языком и речью. Благодаря сознанию человек произвольно регулирует свое поведение.

Содержанием психики являются идеальные образы объективно существующих явлений. Но эти образы возникают у различных людей своеобразно. Как правило, они зависят от прошлого опыта, знаний, потребностей, интересов, психического состояния и т.д. Иначе говоря, психика — это субъективное отражение объективной действительности в идеальных образах, на основе которых регулируется взаимодействие человека с внешней средой.

§ 2. Психика и мозг

Психика является продуктом деятельности коры больших полушарий головного мозга. Эта деятельность называется высшей нервной деятель­ностью. Открытые И.М. Сеченовым и И.П. Павловым и их последова­телями принципы и законы высшей нервной деятельности являются естественнонаучной основой современной психологии.

Следует отметить, что связь психики и мозга понималась не всегда правильно. Одно ошибочное представление об этой связи получило название психофизического параллелизма, которого со времени Рене Декарта придерживались почти все представители так называемой эм­пирической психологии. Согласно этому неправильному взгляду физио­логические и психологические процессы в мозгу протекают параллельно друг другу, но независимо одно от другого; при этом психика часто рассматривается как эпифеномен, то есть второстепенное, побочное явление, параллельное физиологическим, мозговым явлениям.

Другое ошибочное понимание связи психики и мозга связано с отож­дествлением психического и физиологического. В частности, предста­вители немецкого вульгарного материализма (Фохт, Бюхнер и Молешотт), например, считали мысль таким же выделением мозга, как желчь — печени. От подобной ошибки предостерегал еще Ф.Энгельс, который отмечал, что мы, несомненно, «сведем» когда-нибудь экспериментальным путем мышление к молекулярным и химическим движениям в мозгу, но разве этим исчерпывается сущность мышления?*

_____________________________________________________________________________

* Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. Т. 20, с. 563.

Чтобы правильно понимать взаимосвязь психики и мозга, необходимо иметь представление о строении и функциях нервной системы человека.

Нервная клетка с ее отростками представляет собой морфологичес­кую единицу нервной системы, называемую нейроном. Вся нервная система делится на центральную и периферическую. К центральной нервной системе относится головной и спинной мозг. От них по всему телу расходятся нервные волокна — периферическая нервная система. Она соединяет мозг с органами чувств и исполнительными органами — мышцами и железами. Все живые организмы обладают способностью реагировать на физические и химические изменения в окружающей среде.

В жизни стимулы внешней среды (звук, свет, прикосновение, запах и т.д.) преобразуются специальными чувствительными клетками (рецепторами) в нервные импульсы — серию электрических и химических изменений в нервном волокне. Нервные импульсы передаются по чувст­вительным нервным волокнам в спинной и головной мозг. Здесь вырабатываются соответствующие командные импульсы, которые передаются по моторным нервным волокнам к исполнительным органам, в част­ности к мышцам и железам. Эти исполнительные органы называются эффекторами. Следует отметить, что основная функция нервной системы — это интеграция внешнего воздействия с соответствующей приспособительной реакцией организма.

Центральная нервная система состоит из спинного и головного мозга, в котором различают серое вещество, являющееся скоплением нервных клеток, и белое вещество, представляющее собой пучки нервных воло­кон, соединяющее одни клетки их группы с другими.

В спинном мозгу серое вещество расположено в глубине мозга и име­ет в разрезе форму, напоминающую бабочку. В задних «рогах» спинного мозга расположены клетки, получающие импульсы с периферии и передающие их в передние «рога» или кверху в головной мозг. Передние «рога» состоят из двигательных клеток, получающих импульсы из зад­них «рогов» или из вышележащих центров и передающих их на периферию. Серое вещество спинного мозга окружено белым веществом, или так называемыми столбами: передними, боковыми и задними, состоящими из пучков проводящих нервных волокон. По передним столбам нервное возбуждение идет от центра к периферии; по задним — от периферии к центру. Следует отметить, что в ряде случаев нервный импульс не поднимается выше спинного мозга и нервная деятельность осуществляется по механизму так называемых спинномозговых рефлек­сов. В частности, если человеку, даже спящему, уколоть руку, он ее отдернет. Ход нервного импульса при этом будет от рецептора по афферентному нерву в спинной мозг, передача его — из задних «рогов» в передние и по афферентному нерву в мышцу. Мышца со спинным мозгом связана не только эфферентными, но и афферентными нерв­ными волокнами, по которым идет сигнал о сокращении или, напротив, расслаблении мышц. Это пример простейшей обратной связи нервной регуляции и деятельности организма.

Низшие, стволовые отделы головного мозга — продолговатый и сред­ний мозг — по своему строению и функции близки к спинному мозгу и являются центральным аппаратом, осуществляющим ряд сложнейших и жизненно важных рефлексов. Так, в продолговатом мозгу замыкаются дуги сосательного рефлекса, имеющегося у человека с первого дня рождения, слюноотделительного рефлекса, проявляющегося при раз­дражении пищей полости рта, чихательного — при раздражении слизис­той оболочки носа, кашлевого — гортани и слезоотделительного — гла­за. В среднем мозгу замыкаются рефлексы сужения зрачка в ответ на освещение глаза. Эти рефлексы имеют биологически целесообразное значение и называются защитными.

Осуществляются здесь и сложнейшие рефлекторные процессы, коор­динирующие совместную работу многих мышечных групп и систем внутренних органов. Со стволовой частью мозга связан и мозжечок, обеспечивающий рефлекторную тончайшую настройку мышечного на­пряжения, сокращения и расслабления отдельных групп мышц при изменении положения тела в пространстве, при ходьбе, беге, прыжках и т. д. На всякое новое, внезапное раздражение человек отвечает простей­шими ориентировочными рефлексами, унаследованными им от живот­ных: поворотом головы, глаз и всего тела (а у животных — движениями ушей и ноздрей), расширением зрачков, сужением кровеносных сосудов, быстрым сокращением всех мышц тела — вздрагиванием. Рефлекторные дуги всех этих ориентировочных рефлексов замыкаются в среднем мозгу.

Выше и в стороны от среднего мозга лежат скопления нервных клеток, получившие название подкорковых узлов больших полушарий головного мозга. Они осуществляют координацию импульсов, идущих от всех органов чувств, и играют весьма большую роль в возникновении простейших эмоций. Подкорковые узлы обеспечивают координацию сложных двигательных актов. Так, например, голубь, у которого со­хранены подкорковые узлы, но удалены вышележащие участки головно­го мозга, может летать, выполняя в полете сложные эволюции.

Следует отметить, однако, что у здорового бодрствующего человека в случаях описанных выше спинномозговых рефлексов нервный им­пульс не локализуется только в спинном мозгу, а поднимается в голов­ной мозг. Поэтому человек, уколов свою руку, не только непроизвольно ее отдернет, но и ощутит укол, эмоционально оценит его: рассердится или рассмеется и т. д. Это относится и к рефлексам, замыкающимся на более высоком уровне. Все они имеют свое, как принято говорить, корковое представительство, то есть определенные участки коры голов­ного мозга, связанные с теми нижележащими центрами, в которых замыкаются рефлексы.

Отметим, что в отличие от спинного мозга в больших полушариях головного мозга, самой "верхней" и самой молодой части мозга, нерв­ные клетки расположены не только в их центральных отделах (в подкорковых узлах), но и главным образом по их периферии в виде так называемой коры головного мозга.

У клеток коры головного мозга есть особенность, очень важная для психической деятельности и отличающая их от всех других клеток организма. Все другие клетки человеческого организма в процессе жиз­ни размножаются и отмирают. Отчетливее всего это заметно в поверх­ностном слое кожи, клетки которого живут только несколько дней; клетки крови живут около месяца. Клетки же коры мозга в раннем детском возрасте перестают размножаться и только в старческом возрас­те начинают отмирать. На месте ранения мозга новые клетки не восста­навливаются. Зато ни одним клеткам человеческого организма не свой­ственна такая взаимозаменяемость, как клеткам коры головного мозга.

§ 3. Рефлекторная теория психики

Понятие рефлекса (по латыни — отражение) в науку ввел французский ученый Рене Декарт. Но его взгляды, на тот момент, были еще наивны и противоречивы, В начале прошлого века физиология достаточно изучи­ла спинномозговые рефлексы. Заслуга создания рефлекторной теории психики принадлежат И.М. Сеченову и И.П. Павлову. Так, И.М.Сеченов в своей книге «Рефлексы головного мозга» (1863 г.) показал, что все акты сознательной и бессознательной жизни по способу своего проис­хождения суть рефлексы*. Он выделил в рефлексах три звена:

- начальное звено — внешнее раздражение и превращение его органами чувств в процесс нервного возбуждения, передаваемого в мозг;

- среднее звено — центральные процессы в мозгу (процессы возбуж­дения и торможения) и возникновение на этой основе психических состояний (ощущений, мыслей, чувств и т.д.);

- конечное звено — внешнее движение.

_____________________________________________________________________________

* Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. М., 1947, с. 176.

По мнению Сеченова, рефлексы головного мозга начинаются чувст­венным возбуждением, продолжаются определенным психическим ак­том и кончаются мышечным движением*, поскольку среднее звено не может быть обособлено от первого и третьего, а также поскольку все психические явления — это неотделимая часть всего рефлекторного процесса, имеющего причину в воздействиях внешнего для мозга реаль­ного мира.

_____________________________________________________________________________

* Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. М., 1947, с. 111.

Это была первая и достаточно успешная попытка создания рефлек­торной теории психики. Однако честь глубокой экспериментальной разработки рефлекторной теории психики принадлежит И.П. Павлову, создавшему новую область науки — учение о высшей нервной деятель­ности. Высшая нервная деятельность — это понятие, обобщающее и психологию и биологию высшей нервной деятельности, что отнюдь не означает тождества последних. В основе высшей нервной деятельности, лежит условный рефлекс, представляющий собой одновременно и фи­зиологическое и психологическое явления. Вот как сам И.П. Павлов в статье «Условный рефлекс», написанной в 1934 году, представлял свой классический опыт:

«...Сделаем два простых опыта, которые удадутся всем. Вольем в рот собаки умеренный раствор какой-нибудь кислоты. Он вызовет на себя обыкновенную оборонительную реакцию животного: энергичными дви­жениями рта раствор будет выброшен вон, наружу, и вместе с тем в рот (а потом наружу) обильно польется слюна, разбавляющая введенную кислоту и отмывающая ее от слизистой оболочки рта. Теперь другой опыт. Несколько раз, любым внешним агентом, например определен­ным звуком, подействуем на собаку как раз перед тем, как ввести ей в рот тот же раствор. И что же? Достаточно будет повторить один лишь звук — и у собаки воспроизведется та же реакция: те же движения рта и то же истечение слюны. Оба эти факта одинаково точны и постоянны. И оба они должны быть обозначены одним и тем же физиологическим термином «рефлекс»...

...Постоянную связь внешнего агента с ответной на него деятельнос­тью организма законно назвать безусловным рефлексом, а временную — условным рефлексом... Временная нервная связь есть универсальнейшее физиологическое явление в животном мире и в нас самих. А вместе с тем оно же—и психическое — то, что психологи называют ассоци­ацией, будет ли это образование соединений из всевозможных действий, впечатлений, или из букв, слов и мыслей»*.

_____________________________________________________________________________

* Павлов И.П. Полн. собр. соч. Т. 3, кн. 2, с. 322—325.

Теперь ясно, что психические функции осуществляются условными рефлексами, из которых складывается высшая нервная деятельность, а более простые ее функции — безусловными рефлексами, составляю­щими низшую нервную деятельность. Описанный выше у собаки ре­флекс (звук - слюноотделение) есть условный рефлекс первого поряд­ка. Но значение условно-рефлекторной деятельности увеличивается возможностью образования так называемых рефлексов высшего (второ­го, третьего и т.д.) порядка, оказывается, что если первый условный рефлекс будет достаточно прочен, то при известных обстоятельствах через некоторое время он также может стать условным раздражителем. Связь «звонок — слюноотделение» будет в этом случае рефлексом уже второго порядка. Существуют и более сложные рефлексы. Рефлекс второго порядка может образоваться только на базе достаточно прочно­го рефлекса первого порядка. Вначале же всякий только что образовав­шийся рефлекс не прочен и легко нарушается. Любой внешний раз­дражитель, например тот же звонок, данный вместе или сразу после света, вызывает прекращение выделения слюны — тормозит рефлекс. Такое торможение рефлекса под влиянием другого раздражителя И.П. Павлов назвал внешним торможением.

Если в опытах с собакой, уже обладающей выработанным рефлексом «свет — слюноотделение», много раз подряд зажигать лампочку без подкармливания, то слюны будет выделяться все меньше и меньше и наконец рефлекс совсем угаснет. Это результат внутреннего угасательного торможения. Угасательное торможение имеет место, например, в процессе угасания навыков стрельбы из оружия при отсутствии упражнения. Своеобразной формой внешнего торможения является запредельное торможение, вызванное чрезмерной силой условного раздражи­теля. Например, если в опыте с собакой, у которой образован рефлекс на зажигание лампочки, дать очень яркий свет, то выделение слюны у нее может не только уменьшиться, но и совсем исчезнуть. При таком запредельном торможении возбуждение в определенных центрах на­столько усиливается, что переходит в свою противоположность — тор­можение.

Для человека сила раздражителя определяется не только его физичес­кими особенностями (яркостью, громкостью и т. д.), но и его индивиду­альной значимостью именно для данного человека. В связи с этим запредельное торможение играет большую и очень сложную роль в об­ласти эмоций, и в частности в проявлении напряженности. Иногда «отчитывание» подчиненного сотрудника не имеет педагогического эф­фекта именно потому, что вызывает у него запредельное торможение.

Доказано, что образование торможения условных рефлексов услож­няется процессом индукции. Образовавшийся в каком-либо участке коры головного мозга нервный процесс возбуждения растекается, иррадиирует на соседние области. Но когда какой-нибудь участок коры головного мозга приходит в состояние возбуждения, то в других ее участках в силу отрицательной индукции возникает процесс торможе­ния. Напротив, вокруг заторможенного участка в силу положительной индукции возникает участок возбуждения. В силу последовательной индукции прекращение возбуждения в каком-либо участке коры голов­ного мозга приводит к его временному торможению, а прекращение торможения -- соответственно к повышенной его возбудимости.

Иррадиация, концентрация и взаимная индукция нервных процессов образуют ту смену возбуждения и торможения, которую И.П. Павлов назвал функциональной мозаикой коры головного мозга или корковой нейродинамикой. Система условных рефлексов, связанная в одно целое и проявляющаяся в результате одного пускового сигнала, И.П. Пав­ловым была названа динамическим стереотипом, который является физиологическим механизмом навыков и привычек. Человеку, попада­ющему в новые условия, приходится ломать ранее сложившийся у него стереотип и создавать новый. Это процесс, требующий иногда большого нервного труда, о чем нельзя забыть, будучи работником юридического труда.

В конце своей жизни И.П. Павлов заложил основу учения о второй сигнальной системе действительности. Так, наблюдая за рассудочным поведением высших обезьян, И.П. Павлов пришел к выводу, что кроме безусловных и условных рефлексов есть и третий их вид, который он назвал каузальным рефлексом. Когда обезьяна строит вышку, чтобы достать плод, то это «условным рефлексом» назвать нельзя, говорил он. Это есть случай образования знания, уловления нормальной связи вещей. Это - другой случай. Тем самым создатель учения об условных рефлексах еще более углубил рефлекторную теорию психики.

_____________________________________________________________________________

*Павловские среды. Т. 3, с. 262.

Наиболее творчески развил мысль своего учителя П.К. Анохин, который впервые в нашей стране начал разрабатывать идею обратной связи, доказав при этом, что рефлекторная дуга есть рефлекторное кольцо, замыкающее ряд рефлексов в спираль.

Учение о высшей нервной деятельности, о развитии психики является естественнонаучной основой всех психологических наук, в том числе и юридической психологии.

Глава III
Развитие сознания и личности

§ 1. Понятие о сознании и личности

В реальной жизни психика человека существенно обличается от пси­хики даже высокоорганизованных животных тем, что она в большинстве своих проявлений осознанна. Все те формы отражения и психические явления, которые свойственны и человеку и животному, у человека значительно усложнены, составляют единство с сознанием, носят под­чиненный характер. Отметим, что даже безусловно-рефлекторный акт у человека является способом и своеобразным механизмом осуществле­ния сознательного действия, у животных же такой акт может войти в состав только более или менее сложного инстинктивного действия.

Сознание — это высшая форма отражения объективной действитель­ности, свойственная только человеку. Оно представляет собой единство всех форм познания человека, его переживаний и отношений к тому, что он отражает. Ощущение, память, мышление, мечта, склонность, настой­чивость, принципиальность и все другие психические процессы, состоя­ния и свойства человека — это различные проявления его сознания.

Правильное понимание сущности сознания возможно только с позиций диалектико-материалистической методологии. Сознание — это специфическая форма жизнедеятельности человека, продукт его взаи­моотношений с объективной действительностью. Говоря другими сло­вами, в течение жизни на каждого человека воздействуют предметы и явления, события и другие люди, составляющие окружающий его мир. Но и человек, подвергаясь влияниям внешнего мира, так или иначе воздействует на него: что-то использует для удовлетворения своих по­требностей, от каких-то влияний стремится уклониться и т. д.

Так в общем виде осуществляется взаимоотношение между окружаю­щим миром и человеком. Но это еще далеко не полностью характеризует человека и его сознание. Человек не только определенным образом относится к объективной действительности. В отличие от животного он избирательно относится и к своей жизнедеятельности, то есть к своему собственному отношению, объективно направленному на окружающий мир. Это и есть показатель того, что жизнедеятельность человека явля­ется сознательной.

Чем же объясняется наличие такой сложной специфически челове­ческой системы отношений, порождающей сознание человека? Ответ на этот вопрос раскрывают законы исторического развития человеческого общества и сознания отдельного человека, личности.

Отметим, что носителем сознания является личность. Но что следует понимать под личностью? Личность - это человек в единстве всех его социально-психологических качеств и сил, направляющих его практическую деятельность. Деятельность — это взаимодействие конкретного человека с объективной действительностью, в процессе которого он сознательно и активно стремится к достижению поставленных целей. Следует, однако, иметь в виду, что личность не должна противопостав­ляться обществу, как бы индивидуально ни проявлялись ее особенности. Представитель человеческого рода личностью, то есть сознательным существом, активно преобразующим действительность, становится толь­ко под влиянием общества, деятельности и общения с другими людьми.

§ 2. Роль труда и общения в развитии сознания и личности

В своей классической работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» Ф.Энгельс показал, что труд - первое основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мы в известном смысле должны сказать: труд создал самого человека*. Разъясняя это положение, он опирался на данные науки, которые неопровержимо доказывают, что в определенный исторический период под влиянием резкого изменения природных условий жизни у предков чело­века произошли серьезнейшие биологические и психологические изменения. Постепенно у них появилась прямая походка и передние конечности превратились в руки, которые все более и более совершенствовались в процессе труда. Под влиянием труда начала быстро развиваться центральная нервная система, особенно полушария головного мозга и их кора, состоящая из множества нервных клеток, принимающих сигналы внешней и внутренней среды, и благодаря этому способная отражать действительность во всех ее тонких связях и отношениях с человеком.

_____________________________________________________________________________

* Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т.20, с.188-189

Давая такую классическую характеристику труда и определяя его роль в формировании человека, следует отметить, что труд есть прежде всего процесс, совершающийся между человеком и природой, процесс, в ко­тором человек своей собственной деятельностью опосредствует, регу­лирует и контролирует обмен веществ между собой и природой. Вещест­ву природы он сам противостоит как сила природы. Для того чтобы присвоить вещество природы в форме, пригодной для его собственной жизни, он приводит и движение принадлежащие его телу естественные силы: руки и ноги, голову и пальцы. Воздействуя посредством этого движения на внешнюю природу и изменяя ее, он в то же время изменяет свою собственную природу. Человек не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которая, как закон, определяет способ и ха­рактер его действий и которой он должен подчинить свою волю.

Указанные выше моменты глубоко характеризуют специфически че­ловеческую деятельность и показывают, как человек сознательно от­ражает объективную действительность. Вместе с тем здесь подчеркива­ется, что процесс отражения влияет на деятельность человека, ориен­тирует ее и приводит к изменению окружающего мира.

Изготовление орудий труда является связующим звеном между чело­веком и природой. Там, где отсутствует это звено, нет трудовой деятель­ности. Однако производство орудий труда (средств воздействия на при­роду) представляет собой совершенно новый, качественно своеоб­разный, специфически человеческий этап развития жизни на Земле. Известно, что и в животном мире наблюдаются случаи использования, например, человекообразной обезьяной камня для того, чтобы разбить твердый орех, или палки, с помощью которой она достает пишу. Осо­бенно успешно это происходит в экспериментальной обстановке под влиянием человека. Но камень и палка в данном случае не являются орудиями. Они сами по себе не удовлетворяют биологических потреб­ностей и поэтому не сохраняются животными впрок, на будущее. Это обусловлено тем, что используемые животными камень и палка непо­средственно не способствуют поддержанию их жизни.

У людей все это обстоит принципиально иначе. Уже первобытный человек на самой начальной стадии своего развития не только использовал, но и сохранял впрок камень, палку и другие орудия, при помощи которых он добывал пищу. Больше того, человек постепенно научился изготовлять сложные орудия и этим начал подчинять себе природу.

Безусловно, следует отметить, что изготовить орудие, пусть для на­чала самое примитивное, — значит по-человечески познать определенные закономерности объективно существующей материальной действительности; и не только познать, но и посредством одних сил природы сознательно воздействовать на другие силы. Психологически это пред­ставляет сознательную постановку на достижение целей и учет всех свойств как орудий, так и той части природы, на которую направлено их воздействие. Чрезвычайно существенным в сознании человека является то, что у него есть возможность предвидеть результат своей деятельности и на основе этого управлять своими действиями.

Ясно, что для осуществления сознательной трудовой деятельности недостаточно обладать только врожденными механизмами поведения, как это свойственно животным; особо необходим и индивидуально приобретенный опыт.

В онтогенезе человек проходит ряд ступеней своего развития, каждой из которых соответствует определенный вид деятельности. В детском возрасте основным видом деятельности является игра, в которой чело­век развивается и духовно и физически, готовясь к самостоятельной жизни в обществе. В детской игре всегда отражены конкретные соци­альные условия жизни взрослых людей. Чем содержательнее игра детей, чем лучше она организована с точки зрения использования психологических закономерностей, тем активнее и эффективнее в процессе ее развивается личность.

Игровой деятельностью занимаются не только дети, но и взрослые. Они развивают в процессе игры свои способности и наклонности, интересы и чувства, волю, ум. Так, в спортивных играх формируются сообразительность, воля, настойчивость, мастерство и каждый участник психологически формируется как личность.

Известно, что в процессе труда формировавшиеся люди пришли к тому, что у них появилась потребность что-то сказать друг другу. Так появился язык — средство общения людей между собой, способ передачи мыслей друг другу и сообщения о своих чувствах, действиях и поступ­ках. Язык возник вместе с сознанием человека. Он так же древен, как и сознание. Именно язык как порождение труда привел к образованию понятий и мышления в психике и к образованию второй сигнальной системы в высшей нервной деятельности человека. А это в свою очередь привело к образованию новых форм психического отражения. На ос­нове комплексных ощущений возникли восприятия, на основе эмоций — чувства, на основе механической памяти — смысловая, появи­лась специфическая человеческая форма отражения — воля и, наконец, как их интеграл — сознание человека — наивысшая в эволюционном ряду форма отражения, для которой характерно выделение объективных устойчивых свойств предметной действительности и осуществляемое на этой основе преобразование окружающей реальности. Так было в ис­тории возникновения - антропогенезе. Аналогичное происходит и в индивидуальном развитии каждого человека. Формирование сознания и личности непосредственно связно с обще­нием. Труд, игра и учение человека происходят не сами по себе, а в об­щении с другими людьми, во взаимодействии с ними. Человек, как правило, является членом ряда общностей (семья, производственный, спортивный, профсоюзный коллективы и т.д.). В каждом из них он играет определенные заранее заданные роли: хозяина семьи, опытного мастера, заслуженного спортсмена и т.п., с определенных позиций относится к себе и другим людям. С течением определенною времени личность овладевает соответствующим образом общения, то есть сис­тема социальных ролей и отношений личности преломляется в ее сознании.

Следует отметить, что, удовлетворяя потребность в познании других людей и взаимодействуя с ними, человек получает возможность тем самым осознать себя и свое положение среди себе подобных и свое отношение к ним, самооценить себя и утвердить среди других. Благодаря всему этому возникает сознание своего «Я» — самосознание и со­знание. В деятельности человека проявляется весь механизм общения — подражание и соперничество, антипатии и сочувствие, взаимное внуше­ние и требования, складывается определенный уровень притязаний и другие механизмы развития психики человека. Общение и деятель­ность человека выступают в качестве основных исходных условий взаи­модействия с обществом и формирования сознания и личности. В обще­нии, взаимодействии проявляются и формируются особенности личнос­ти. Человек обретает социальные качества и становится личностью в деятельности и общении, в которых удовлетворяются потребности и осуществляются действия и поступки. Они, как правило, связаны с оценкой и самооценкой индивида как личности, которые развивают волю человека, оттачивают его ум и моторную сферу, формируют харак­тер, развивают способности. В деятельности и общении проявляются все стороны личности.

§ 3. О структуре сознания

Структура сознания — это единство элементов целого и их связей. Для структурного анализа сознания поэтому необходимо выявить все его элементы, их взаимообусловленность между собой и связь с целым, которым и является сознание.

Сознание (как уже было сказано) — это высшая форма психического отражения действительности, развивающаяся на основе более простых форм и включающая их в себя. Все формы психического отражения являются частями целого, которое входит в структуру сознания челове­ка. Значит, три категории психических явлений (психические процессы, состояния и свойства личности) также входят в структуру индивидуаль­ного сознания. Этот факт и обуславливает общие качества сознания, которые называют его динамичностью и константностью, взаимодействие которых и определяет диалектику сознания личности.

Константность сознания — это относительная его неизменчивость, устойчивость и, главное, преемственность, определенная памятью. Как правило, «мое сознание» сегодня — это во многом то же сознание, что и вчера. Константность сознания обусловливается психическими состояниями и особенно свойствами личности. Динамичность же сознания — это его изменяемость, развиваемость, обусловливаемая кратков­ременными и быстро сменяющимися психическими процессами, которые могут закрепляться в состояниях и в изменении свойств личности.

Следует, однако, отметить, что каждый акт сознания как целостный, константный и ограниченный в течение этого длительного и динамичного потока сознания всегда содержит в себе три компонента: познание, переживание и отношение. Каждый из этих элементов в различных актах сознания может играть определенную роль. Однако сущность сознания в том и заключается, что все эти три момента всегда сплавлены в любом психическом акте в их неразрывном единстве. Так, познание — это процесс приобретения в ходе общественно-практической деятель­ности истинных знаний об объективном мире. Познание есть отражение человеком природы. Элементарной формой познания является ощуще­ние, высшей — творческое мышление. Уже сами слова «познание» и «сознание» показывают их связь между собой и со знанием.

Знания — это целостная и систематизированная совокупность понятий, усвоенных человеком. Их физиологическими механизмами является де­ятельность второй сигнальной системы. Психологически в основе знаний лежат мышление и память. Но знания человека включают в себя и первосигнальные ощущения, свойственные и животным. Последние лежат в основе процесса узнавания, свойственного и человеку, хотя и приобретающего у него более сложную форму и тесную связь с усвоением.

Отметим, что усвоение — это психическое явление, в структуру которого входят понимание, запоминание и возможность активного использования определенных сведений, включаемых в систему понятий. Переживание — это одна из форм, один из компонентов сознания, не содержащий образа отражаемого или мыслей о нем, а отражающий реальный мир в форме удовольствия или неудовольствия (сострадания), напряжения или разрешения, возбуждения или успокоения. Эти три пары переживаний обычно рассматривают как простейшие эмоции, которые входят в более сложные эмоции и чувства.

Отношение — (последний) компонент акта сознания; в нем проявля­ется активность последнего и его обратная связь с отражаемым миром. Сознание — это не только отражение, но и отношение человека к ок­ружающему; при этом отражение и отношение не внеположны. Само отражение включает отношение к отражаемым явлениям*. Теснее всего отношения связаны с эмоциями и чувствами; наиболее отчетливо они проявляются в волевых актах.

____________________________________________________________________________

* Рубинштейн C.Л. Принципы и пути развития психологии. М., 1959. с. 158.

Следует отметить, однако, что отношения еще бывают и объективно существующими. Отражением этих реальных объективных отношений являются субъективные, психические отношения людей, изучаемые психологией. Никаких субъективных психических отношений, которые не являлись бы отражением объективных отношений, нет. Но личность в силу избирательности общения всегда в соответствии со своими особенностями несколько видоизменяет отражаемые отношения. Следовательно, необходимо четко различать две формы отношений, называя первую объективными отношениями, а вторую — психическими отно­шениями, являющимися отражением первых.

Сознательные, личностные отношения представляют высшую форму психических отношений и начинаются с противопоставления «Я» и не-«Я», то есть с появления сознания и личности. Для человека личностные и психические отражения совпадают, поскольку субъективный компо­нент человеческой психики — это и есть сознание, а личность — чело­век как носитель сознания. Поскольку сознание может быть разной степени ясности и различного уровня, постольку по этим же критериям многообразны и личностные отношения.

Появляясь на свет как индивид, человек становится личностью, и этот процесс имеет исторический характер. Процесс усвоения личнос­тью социального опыта осуществляется через посредство внутреннего мира личности, в котором выражается отношение человека к тому, что он делает и что совершается с ним. Активность личности проявляется в характерных для нее мотивах поведения, установках, отношениях, способах действия, то есть в многообразной деятельности, направлен­ной на преобразование объективной реальности. Она находит выраже­ние в жизненной позиции, которую человек занимает. Все внешние воздействия на человека в свою очередь оказываются преломленными социально обусловленной системой или совокупностью внутренних ус­ловий деятельности, которые в целом образуют то, что мы называем личностью. Личностные отношения — это отражение тех объективных отношений, в которых предметы и явления реального мира находятся в определенной связи с данной личностью — субъектом познания.

Нам следует сказать и о том, что объективные отношения и свя­зи неизбежно и закономерно возникают в любой реальной группе (отношения зависимости, подчинения, сотрудничества, взаимопомощи и др.). Отражением этих объективных взаимоотношений между членами группы являются субъективные межличностные отношения, которые предстают одним из важнейших объектов изучения социальной психо­логии, в том числе и юридической.

Основной путь исследования межличностных отношений внутри группы — это углубленное изучение различных социальных фактов, а также конкретных поступков и действий людей, входящих в состав данной группы. Задача изучения межличностных отношений возникает при работе с каждым коллективом, в том числе и коллективом работников юридического труда, где повседневно совершаются «социальные факты» (явления взаимопомощи, дружбы и т.д.). В каждой группе, коллективе существуют личности с отчетливо выраженными личностными отношениями; нередко ряд личностей выявляют более или менее одинаковые отношения. Они-то и определяют отношения группы в целом. Правильное понимание и использование личностных и межличностных отношений важно как для психологической теории, так и для юридической деятельности.

Уровень ясности сознания — еще одна сторона структуры сознания. Она играет весьма существенную роль для юридической психологии, поскольку юридическая деятельность часто выполняется в экстремальных условиях, заметно влияющих не только на отдельные психические функции, но и на сознание в целом.

Одним из низших уровней ясности сознания является спутанное сознание. Отметим, что его каждый может наблюдать у себя и других лиц в просоночном состоянии, в период перехода от сна к бодрствова­нию. Оно отмечается и у юристов в состоянии тяжелого утомления. Во время обморока сознание совсем отсутствует. Высшим уровнем созна­ния является самосознание.

Самосознание — это осознание человеком своего «Я», роли в общест­ве и активное их регулирование. Высшей формой самосознания является коллективизм как самосознание личности, осознавшей себя членом коллектива. Иногда личность связывают не с сознанием в целом, а толь­ко с самосознанием. Такая точка зрения сужает понятие личности. Однако чем выше и яснее самосознание личности, тем больше ее ценность для общества.

Такова структура сознания, которая определяет и ряд его общих качеств: активность, константность, целостность, преемственность и ясность.

Сознание всегда проявляется в деятельности, и его структура в каж­дый определенный отрезок времени соответствует психологической структуре деятельности, совершаемой человеком в этот отрезок време­ни. Однако эти структуры только соответствуют друг другу, но не тождественны, как едины, но не равнозначны сознание и деятельность. Понимание структуры сознания имеет не только общее, но и специфи­ческое значение для юридической психологии.

§ 4. Формы сознания

Кроме индивидуального сознания существует групповое и общественное сознание и как вид последнего коллективное сознание.

Общественное сознание является обобщенным сознанием большого числа личностей. Это обобщение осуществляется не только в один исторический период, но и в историческом процессе классовой борьбы. Общественное сознание формируется и проявляется через индивидуаль­ное сознание конкретных личностей. Если же общественное сознание обобщено в религии, искусстве, науке, идеологии и материализовано в соответствующих произведениях, уже теряющих, на современном уровне культуры человечества «индивидуальное авторство», оно бывает оторвано от личности до тех пор, пока материализованные продукты общественного сознания потребляются и оно остается потенциальной силой. Потребителем, приводящим эту силу в действие, всегда является личность конкретного человека, группа или коллектив.

Известно, что проблемы индивидуального и общественного сознания в психологии давно уже разрабатывались и продолжают разрабатываться в настоящее время.

Коллективное сознание определяется прежде всего общественной идеей как проявлением общественного сознания, которая регулирует деятельность отдельных личностей этого коллектива к всего его в целом. Поэтому коллективное сознание — это всегда групповое сознание, но групповое сознание — не всегда коллективное сознание. Групповое сознание, не ставшее коллективным, следовательно, не выходит по целям деятельности за рамки группы. В этом и есть их различие.

Понятно, что обозначенные особенности соотношения индивидуаль­ного сознания и личности проявляются и в соотношении группового сознания и личности, состоящей в группе, а последние проявления в особенностях коллективного сознания и личности, входящей в кол­лектив.

§ 5. Состояние сознания

Мы уже отмечали, что существование человека состоит из непрерыв­ного взаимодействия с окружающим миром, что позволяет индивидууму обеспечивать свою адаптацию, а тем самым и выживание. Человек ежеминутно сталкивается с ситуациями, значение которых варьируется в зависимости от его потребности или намеченных целей.

Нам важно отличать понимание активации человека психофизиологами от ее понимания в психологии.

Физиологическая активация связана с функцией центров, находящихся у основания головного мозга. В этих центрах заключены меха­низмы пробуждения. Происходящая в результате этого активация выс­ших центров позволяет организму бодрствовать и внимательно следить за сигналами от окружающего мира, что обеспечивает ему сохранение как физиологического, так и психологического равновесия.

Психологическая активация представляет собой продолжение физио­логической активации. Она связана с расшифровкой внешних сигналов, которая зависит от уровня бодрствования и от состояния сознания человека, а также от его потребностей, вкусов, интересов и планов.

Уровень и характер активации человека зависит от ряда взаимосвя­занных факторов. Уровень активации в основном определяется соответствующими естественными циклами бодрствования и сна, но он, безус­ловно, может видоизменяться и при медитации или под воздействием лекарственных веществ. Восприятие всего окружающего — это резуль­тат истолкования сигналов, улавливаемых нашими рецепторами — гла­зами, ушами, носом и ртом, настроенными на внешний мир. Чувст­вительны также мы и к сигналим из нашего внутреннего мира, к мыс­ленным образам и к воспоминаниям, хранящимся в памяти на более или менее сознательном уровне.

Следует отметить, что поиск и выбор сигналов будет зависеть от другого источника активации, которой постоянно направляет и поддер­живает эти процессы. Это уровень конкретных врожденных потребнос­тей и приобретенных в течение жизни мотиваций, а также аффективных компонентов — эмоций и чувств. Активация всего частично включает предварительную обработку информации, позволяющую расшифровывать сигналы из внешнего и внутреннего мира.

Как отмечает канадский психолог Ж. Годфруа, традиционно западная психология признает два состояния сознания, присущих всем инди­видуумам: с одной стороны, крепкий сон, рассматриваемый как период отдыха, а с другой — состояние бодрствования, или активное состояние. Бодрствование — это состояние, в котором мы можем приспосабливать­ся к внешней действительности*.

_____________________________________________________________________________

* Годфруа Ж. Что такое психология. Т. 1. Пер. с фр. М., 1992, с. 135—137.

Осознание внешнего мира и одновременно нашего внутреннего мира меняется на протяжении всего дня. Восприятие событий в большой степени зависит от нашего состояния, от того, напряжены мы или нет, возбуждены или находимся в полудремоте. Поэтому обработка инфор­мации меняется подчас очень существенно в зависимости как от уровня бодрствования, так и от готовности к восприятию сигналов.

Отметим, что в среднем наш человеческий организм функционирует так: 16 часов бодрствования и 8 часов сна. Проведенные экспериментальные опыты ученых показали неожиданные результаты относительно биоритмов сна и бодрствования человеческого организма. Оказалось, что суточное время циркадных ритмов соответствует не 24 часам, а 36. При этом, как правило, 12 часов отводится сну, а 24 — бодрствованию. В связи с этим неуклонно растет показатель неиспользованного для сна времени любого человека. Из-за этого в течение активного бодрствования сознание вынуждено отключаться на доли секунд. Следует сказать, что повышенное напряжение психических сил в деятельности юриста приводит к накопле­нию утомляемости, что, безусловно, сказывается на концентрации внима­ния. Во избежание таких нарушений необходимо осуществлять комплекс профилактических мер, чередуя время отдыха и время работы. Долгое время полагали, что сон — это просто полный отдых организма, позволя­ющий ему восстанавливать силы, израсходованные в период бодрствова­ния. В настоящее время точно установлено, что сон — это не просто восстановительный период для организма, а то, что это вовсе не однород­ное состояние. Сон проходит различные стадии: за медленноволновым сном следует сон другого типа — парадоксальный. Эта последовательность повторяется в каждом из пяти циклов длительностью примерно по 90 минут, обычных во время нормального ночного сна.

Отметим, что медленноволновый сон составляет около 80% общего сна. Ученые смогли выделить четыре стадии, в течение которых моз­говая активность проявляется в форме все более и более медленных волн, вплоть до четвертой стадии, соответствующей глубокому сну. После того как человек погружается в сон, ритмы сердца и дыхания замедляются, становясь все более равномерными. Даже если вначале сохраняется некоторый тонус мышц, в момент достижения голубого сна тело расслабляется и организм в максимальной степени восстанавливает физические силы. Следует сказать, что некоторая реактивность сохраня­ется и во время сна: в частности, многие люди способны просыпаться в намеченный час или при произнесении их имени.

Вторая стадия сна — сон с быстрыми движениями глаз, называемый «парадоксальным» сном из-за наблюдаемого, казалось бы, несоответствия между состоянием тела и активностью мозга. Во время протекания этой стадии разбудить спящего очень трудно, но если все же это удастся, то богатство и точность деталей этого сновидения контрастируют с тем, что бывает во время медленноволнового сна. Поскольку сновидения тесно связаны с парадоксальным сном, отмечает канадский психолог Ж. Годфруа, можно сделать вывод, что их продолжительность, вероятно, сравнима с продолжительностью периодов такого сна, то есть составляет примерно 20% общего времени сна*. Уже давно установлено, что если глубокий сон необходим организму, то нужен ему и парадоксальный сон.

_____________________________________________________________________________

* Гоафруа Ж. Что такое психология- Т.1. ,с. 141.

Теперь кратко остановился на феномене медитации. Это особое сос­тояние сознания, вызываемое по желанию субъекта. Установлено, что все виды медитации преследуют одну цель — сосредоточить внимание, чтобы ограничить поле экстравертированного сознания настолько, что­бы мозг ритмически реагировал на тот стимул, на котором сосредото­чился субъект. Существует несколько способов достижения этой цели: можно сконцентрировать внимание на мыслях или физических ощуще­ниях, можно использовать ритмические танцы или же практиковать йогу, которая делает акцент на владение телесными позами и дыханием. Во всех случаях мозг начинает все больше и больше синхронизировать свою электрическую активность. Отдельные люди достигают во время медитации даже такого уровня контроля, что могут по собственному желанию замедлять сокращения сердца или уменьшать потребление кислорода.

Работнику юридического труда, однако, совсем не обязательно стано­виться мастером медитации или погружаться в состояние транса, чтобы почувствовать измененное состояние сознания, отличное от сна, оно обеспечивается, как правило, спецификой и стрессогенной деятельнос­тью юриста.

Практика показывает, что существует множество различных наруше­ний сна. Касаются они, безусловно, как засыпания, так и стадии глубо­кого или парадоксального сна. Так, в частности, кошмары — это мучи­тельные сновидения во время парадоксального сна. Благодаря своей эмоциональной окраске они запоминаются гораздо лучше, чем другие сновидения, и поэтому субъект при пробуждении рассказывает о них чаще. Учитывая связь, которая существует между кошмарами и пробле­мами, с которыми мы сталкиваемся наяву, необходимо чаще рассказы­вать об этих эпизодах, чтобы понять, а иногда и разрешить трудности, приводящие к таким сновидениям.

Обычно ночные ужасы появляются во время медленноволнового сна и приводят к внезапному пробуждению в состоянии испуга. В отличие от того, что происходит в случае кошмаров, у субъекта сохраняется очень мало воспоминаний об этих моментах ужаса, после которых он, впрочем, почти сразу же засыпает.

Известно, что у отдельных людей может наблюдаться в период медленноволнового сна явление сомнамбулизма. Такие лица встают не просыпаясь с постели и разгуливают по спальне или дому. В большинстве случаев на всем протяжении этой «прогулки», которая иногда может длиться часами, субъект способен отвечать на вопросы, которые ему задают. Тем не менее по пробуждении у него не остается никаких воспоминаний о его ночном приключении. Даже если он и помнит что-нибудь, то это обычно не имеет никакого отношения к тому, что могло бы с ним произойти, например, во время его экскурсии.

Следует нам остановиться и на проблемах нарколепсии и каталепсии. Нарколепсия — это особое расстройство сна, которым страдает один человек из тысячи. Для этого расстройства характерно то, что субъект в период бодрствования может внезапно заснуть где угодно и когда угодно. Это может случиться как во время важного разговора, так и в момент сексуального контакта. Сон длится обычно минут пятнад­цать—двадцать, и в этот период человек может продолжать какие-то действия, как лунатик. После пробуждения у него не сохраняется ника­ких воспоминаний о том, что он в то время делал.

Разновидностью нарколепсии является каталепсия, для которой ха­рактерно внезапное расслабление. Как правило, это обусловлено достаточно резким падением тонуса всей мускулатуры и потерей контроля над положением тела. Здесь, видимо, имеет место пропуск всех четырех стадий медленноволнового сна, и человек переходит сразу из состояния бодрствования в состояние парадоксального сна, который, безусловно, сопровождается мышечной атонией.

Нам следует остановиться и на таком явлении, как бессонница. Большинство людей могут сами решить, в какое время они заснут. Но в реальной жизни это не так примерно у каждого десятого — у тех, кто страдает бессонницей, которая тесно связана с тревожностью. Она часто наблюдается у людей, обеспокоенных реальными или воображаемыми проблемами, связанными со здоровьем или повседневными неприятнос­тями, которые в конце концов начинают занимать всю их жизнь, захва­тывая достаточно часто и время сна. Что нужно такому человеку для того, чтобы заснуть, — это, конечно, не сопротивляться, а просто отдаться сну. Но у человека, страдающего бессонницей происходит как раз обратное. Страх перед тем, что он не сможет заснуть, повышает напряжение организма, а это поддерживает и усиливает боязнь бессонницы.

В реальной жизни человек, как правило, пытается разорвать порочный круг, прибегая к успокаивающим средствам. Но это часто оказывается опаснее, чем само отсутствие сна, из-за привыкания к этим лекарствам и появления зависимости от них у тех, кто ими постоянно пользуется.

Встречается у людей и такое явление, как апноэ, то есть люди не могут нормально дышать во время сна. Такое расстройство может быть обусловлено тучностью, а также аномальным строением трахеи или недостаточностью функции дыхательного центра, расположенного в стволе мозга. Как правило, человеку, страдающему апноэ, чтобы остаться в живых, нужно просыпаться иногда около сотни раз в течение ночи — четко возобновлять дыхание и удалять углекислый газ, накопив­шийся в его легких.

Нарушением сна не является кома. Она представляет собой род патологического глубокого сна, от которого человек, хотя и остается живым, самопроизвольно не просыпается. Возникает кома в основном в результате повреждения или разрушения ретикулярной формации вследствие болезни, мозговой травмы или же приема некоторых нарко­тиков или ядов. Мозг продолжает получать активно сигналы, но без активирующего воздействия ретикулярной формации он не в состоянии их расшифровать. Как правило, поэтому больной находится в бессозна­тельном состоянии, он нечувствителен к внешним раздражителям и не­способен к двигательным реакциям. В таких случаях для поддержания жизни необходимо, чтобы окружающие могли полностью удовлетворять все физиологические потребности организма.

Безусловно, такие нарушения сна являются серьезным препятствием в работе любого юриста.

Глава IV
Психологическая подготовка к юридической деятельности

§ 1. Система психических процессов

Известно, что личность реализуется в деятельности, которая возможна благодаря познанию окружающей среды. В этом случае кибернетики самого человека характеризует как сложную, саморегулирующую сис­тему, поддерживающую динамическое равновесие с окружающей средой. В обеспечении взаимодействия человека с внешним миром ведущую роль играют свойства личности, ее мотивы, установки. Однако всякое психи­ческое явление - это и отражение действительности, и звено в регуляции деятельности*. Регуляция деятельности начинается уже на уровне ощу­щений и восприятий — с психических познавательных процессов. С них и логично начинать рассмотрение психических явлений.

_____________________________________________________________________________

* Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание, М., 1957, с. 264.

Познавательная деятельность включает в себя следующие процессы:

Сенсорные (от лат. sensus - ощущение) познавательные процессы отражают отдельные свойства предметов и явлений. Психический ре­зультат этого действия называется ощущением.

Перцептивные (от лат. percipere — воспринимать) познавательные процессы отражают предметы и явления в их целостном виде. Психи­ческие образы этих предметов и явлений называются восприятием.

Мнемические (от греч. mneme — память) процессы создают образы памяти. Преобразование представлений памяти в новые образы — это процессы воображения.

Интеллектуальные (от лат. intellectus - разум), или мыслительные, процессы отражают существенные связи между явлениями.

Ощущения, восприятия, представления, память относятся к чувствен­ным формам познания.

Чувственное отражение у человека всегда связано с логическим по­знанием, мышлением. Единичное в чувственном познании человека отражается как проявление общего. В чувственном познании сущест­венную роль играет язык, слово, которое всегда выполняет функцию обобщения. В свою очередь логическое познание (мышление) осно­вывается на данных чувственного опыта, на ощущениях, восприятии и представлениях памяти. В едином процессе познания осуществляется непрерывное взаимодействие всех познавательных процессов.

На ощущениях основаны более сложные познавательные процессы: восприятия, представления, память, мышление, воображение. Иначе как через ощущения мы ни о каких формах движения ничего узнать не можем. Ощущением называется простейший, далее уже не разложимый психический процесс.

В ощущениях отражаются объективные качества предмета (запах, цвет, вкус, температура и др.) и интенсивность воздействующих на нас раздра­жителей (например, более высокая или более низкая температура).

Как правило, накопление и обработка информации начинаются с ощущения и восприятия, физиологическую основу которых составляет деятельность органов чувств, называемых в физиологии анализаторами. Но воспринимают не анализаторы, а конкретная личность со своими потребностями, интересами, стремлениями, способностями, собствен­ным отношением к тому, что воспринимается. Поэтому восприятие зависит как от объекта восприятия, так и от индивидуальных особеннос­тей воспринимающего человека,

В жизни восприятие окружающих предметов представляет собой ди­намический процесс. Человек производит множество перцептивных действий для того, чтобы сформировать адекватный образ объекта вос­приятия. Эти действия состоят в движении глаза в зрительном воспри­ятии, движении руки при осязании, движении гортани, воспроизводя­щей слышимый звук, и т. п.

Связаны акты человеческого восприятия также с анализом и син­тезированием впечатлений, получаемых от объекта, воспринимаемого при различной освещенности, удалении, под разными углами зрения, в различных положениях и условиях (туман, дождь, снег и т. д.). Наблю­датель получает при этом более правильное представление о его форме, цвете, размере, соотношении частей. На основе различных представле­ний от разных ракурсов восприятия все более ясным и точным делается синтетическое впечатление лучшего свидетеля, потерпевшего, подо­зреваемого и обвиняемого о наблюдаемом предмете.

Отметим, что, несмотря на то что физическое существование внеш­них объектов никак не связано с мозгом, свойства и отношения внеш­них объектов трансформируются в процессе восприятия благодаря тому, что в них участвуют основные психические процессы, содержанием которых являются эти свойства и отношения. Так, мысль раскрывается в признаках тех объектов, отношения между которыми она отражает, а эмоция — в терминах, обозначающих отношения к тем событиям, предметам или лицам, которые ее вызывают. Цвет, звуки, запахи, фор­мы предметов и явлений выступают в восприятии то с большей, то с меньшей силой — в зависимости от установок, внимания личности.

Внимание может быть специально направлено на восприятие отдельной стороны вещей и явлений и этим содействовать их тонкому различению, установка же облегчает восприятие объектов. Сложность формирования материалов показаний заключается и в том, что в акт восприятия включаются имеющиеся у субъектов ранее сложившиеся представления о предметах такого рода и накопленные знания о них.

Так, предметом допроса обычно являются обстоятельства, которые имели какое-либо отношение к событию преступления. Но из этого не следует, что материал будущих показаний воспринимается изолирован­но от тех предметов и событий, которые не относятся к предмету допроса. Если бы человек каждый раз пользовался только теми сиг­налами из внешнего мира, которые в данный момент получают его органы чувств, то вряд ли была бы возможна сознательная деятельность. Умение ориентироваться в том, что происходит вокруг, понимать назна­чение воспринимаемых объектов дает человеку его жизненный опыт, в основе которого лежит память. Восприятие человеком любого пред­мета представляет собой не просто приобретение чувственных данных зрительного, слухового или иного характера, а всегда связано с осмыс­ливанием, истолкованием увиденного, будет ли восприятие длительным или мгновенным. Проявление единства этих процессов П.М. Якобсон описывает так: «В ходе первичного и повторяющегося всматривания в предмет происходит истолковывание увиденного. Оно основывается на вычленении определенных частей предмета, на таком сопоставлении этих частей и элементов, которое позволяет увидеть, «что» является главным и определяющим в предмете. В ходе такого сопоставления частей между собой отдельно или в группе, сопоставления их с целым происходит выяснение соотношений между ними, усмотрение назначе­ния предмета, раскрытие его существенных свойств. При таком рас­смотрении некоторые отдельные стороны или качества предмета дела­ются для нас «ориентирами», которые позволяют лучше всего понять и поэтому по-настоящему увидеть, что такое находится перед нами»*. Как правило, такими ориентирами могут выступать, характер движения, особенности звука, контур предмета и т. д. Обычно люди не осознают все звенья процесса восприятия, например, характер сопоставления частей воспринимаемого объекта, оценку продолжительности процесса восприятия, взвешивание тех или иных соображений, которые приходят в голову в ходе сопоставления, и т. д. Вследствие того что они тысячи раз видели подобные явления и предметы, их различные формы, цвета, контуры, размеры, длительности, процесс восприятия и истолкования может быть сокращенным и даже мгновенным. Осмысливание и истолкование происходит более развернуто и осознанно, как бы «выходит» наружу лишь в тех случаях, когда появляются затруднения и сомнения при восприятии. В этом случае воспринимающий мысленно, иногда даже вслух рассуждает о том, что видит. На практике такое отражение действительности делает формирование показаний более продуктивным.

_____________________________________________________________________________

* Якобсон П. М. Психология художественного восприятия. М., 1964, с. 11—12.

В настоящее время психология уделяет большое внимание изучению скорости и точности восприятия человеком показаний различных прибо­ров и сигналов современных средств связи. При анализе наблюдательных качеств следователя, при исследовании процесса формирования показа­ний свидетелей, потерпевших о быстротечных событиях юридическая психология может использовать положения инженерной психологии. В условиях нынешнего научно-техничного прогресса нередко приходит­ся допрашивать свидетелей, потерпевших, подозреваемого и обвиняемо­го об информации, полученной через новейшие средства связи. В послед­ние годы в производстве следственных органов возникают новые кате­гории уголовных дел, связанных с авиационными и железнодорожными катастрофами, работой скоростных машин и аппаратуры. В связи с этим следственным работникам необходимо знать, какие ошибки возможны в восприятии, переработке сигналов от приборов и технических устано­вок свидетелями, потерпевшими, подозреваемыми, обвиняемыми.

Важное значение для успешного исследования показаний потерпев­ших и свидетелей имеет знание основных вопросов психологии этих показаний. Дача показаний органам дознания и расследования связана с различными сторонами психической деятельности человека. Чтобы человек мог дать показания, он, конечно, должен ранее наблюдать события, интересующие органы расследования. Воспринятое им должно оформиться, сложиться в его сознании, должно быть удержано им в памяти в течение более или менее длительного промежутка времени и, наконец, должно быть изложено следователю. В каждом из этих момен­тов процесса формирования показаний свидетелей и потерпевших в си­лу самых различных причин объективного и субъективного свойства возможны ошибки, которые, безусловно, могут отразиться на достовер­ности показаний в целом. Поэтому для лучшего изучения факторов, могущих оказать влияние на достоверность показаний, остановимся на них более детально.

Один из важнейших вопросов психологии — это проблема внимания, под которым понимается направленность и сосредоточенность сознания на чем-либо определенном. Известно, что на каждого из нас в каждый данный момент действуют тысячи самых разнообразных раздражителей, вызывая зрительные, слуховые, осязательные и другие ощущения. Од­нако не все внешние раздражения, которые действуют на наши органы чувств, доходят до нашего сознания, запечатлеваются с одинаковой яркостью. В каждый данный момент мы отчетливо воспринимаем лишь сравнительно небольшое количество предметов. В связи с этим от­метим, что внимание к одному или нескольким предметам всегда есть вместе с тем, однако, невнимание ко всем остальным. В этом смысле психологи говорят, что в явлениях внимания обнаруживается избира­тельный характер сознания. Именно потому, что человек обращает внимание на одни объекты, он тем самым отвлекается от других. В прак­тической деятельности те внешние раздражения, которые не сосредота­чивают нашего внимания, или вовсе не доходят до нашего сознания, или доходят до него очень слабо, оставляют в нем совсем незначитель­ный и легко забывающийся след.

Отметим, что направленность внимания определяется и интересом, значением определенных, конкретных фактов для данного человека. Такую личность прежде всего интересует все то, что близко связано с деятельностью, к которой он в данный момент имеет отношение, работой, которую он выполняет. Следует отметить и зависимость качес­тва восприятия от состояния органов чувств человека. У разных людей различны острота и сила зрения или слуха, впечатлительность обоня­ния, вкуса и осязания, неодинакова способность различать цвета, лока­лизовать звук, определять время и пространство.

Естественно, что известного рода физические недостатки, в частности неполноценность зрения, слуха и т. п., могут препятствовать воспри­ятию тех или иных фактов либо существенно влиять на достоверность восприятия. Однако следует заметить, что лица, обладающие тем или иным недостатком органов чувств, весьма часто и не подозревают о сво­ем недостатке.

Восприятие всякого конкретного предмета — явление сложное. Дос­таточно сложным является восприятие человека: будущий участник следствия охватывает и осмысливает не только его целостный облик и отдельные «физические» качества. Здесь в этот процесс включается также истолкование присущих ему качеств: по особенностям речи, про­изношения, по облику и поведению делается суждение о национальнос­ти, возрасте, роде занятий, характере, свойственном ему эмоциональ­ном отношении к людям. Точность восприятия социальных качеств у каждого человека может быть различной и опять-таки зависит от жизненного опыта.

Содержащиеся в устной речи людей сведения воспринимаются также благодаря взаимодействию двигательных, слуховых и зрительных ощу­щений, но в отличие от ощущений простых физических звуков они в большей степени определяются деятельностью мышления и носят смысловой характер. На практике одним из непременных условий пра­вильного формирования показаний свидетеля, потерпевшего, подо­зреваемого и обвиняемого является понимание слова. Полное понима­ние достигается тогда, когда обе стороны: и тот, кто говорит, и тот, кто слушает, имеют в виду одно и то же. Непонимание одним человеком другого может происходить по многим причинам. Это зависит не толь­ко от языкового барьера, но и от индивидуальных особенностей лица, как произносящего, так и воспринимающего речь. Первый может про­износить слова невнятно, не выговаривать некоторые звуки. Второй же может иметь пониженную слуховую восприимчивость или плохо вла­деть языком, на котором идет речь. Большое внимание на восприятие могут оказывать «предвзятые мысли», например заранее сложившееся представление о том, какой смысл имеют слова и поступки говоряще­го. Безусловно, сказанное относится не только к восприятию свиде­теля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого, но и к деятельнос­ти следователя, когда он слушает рассказ последних во время допроса.

Следует отметить, что в допроцессуальной стадии формирования по­казаний фактическое восприятие предметов, людей, явлений обуслав­ливается не только наличными периферическими раздражениями ор­ганов чувств, но и всем прошлым опытом воспринимаюшего. Конечно, это существенно, так как помогает разобраться в том, какие важные моменты «накладываются» на самый обычный процесс восприятия, которые могут не осознаваться самим свидетелем, потерпевшим, подо­зреваемым и обвиняемым. Мы считаем, что полноценное восприятие предполагает, что будущий участник его правильно охватывает объект в его частях и в целом, верно отражает его смысл и назначение. Это обстоятельство связано с единст­вом ощущений и мышления. Чтобы правильно оценить показания до­прашиваемого, допрашивающему нужно вычленить в них чувственные данные, которые явились «материалом» восприятия, и проанализиро­вать интерпретацию его самим свидетелем, потерпевшим, подозрева­емым и обвиняемым.

В заключении этого параграфа следует отметить, что психика челове­ка развивается как результат его практического взаимодействия с внеш­ним миром. Только деятельность и определяет дальнейший прогресс всех психических процессов. Согласно принятой в отечественной пси­хологии теории деятельности, высшие психические процессы —ощуще­ние, восприятие, внимание, память, мышление, эмоции — рассмат­риваются как особые формы действий.

§ 2. Память человека

В деятельности юриста, где ведущим является коммуникативный процесс, получение информации и ее запоминание являются той осно­вой, на которой строятся все практические действия. В связи с этим тренировка умений и навыков запоминания является одной из основ­ных в системе психологической подготовки к юридической деятельности. Эта тренировка должна организовываться и проводиться с учетом главных закономерностей памяти.

Память представляет собой сложный психический процесс, включаю­щий в себя: 1) запоминание предметов, явлений, лиц, действий, мыс­лей, информации и т. д.; 2) сохранение в памяти того, что было запом­нено; 3) узнавание при повторном восприятии и воспроизведение за­помненного. Физической основой памяти являются следы нервных процессов, сохраняющихся в коре больших полушарий головного мозга.

Воздействие среды на мозг человека осуществляется или путем непо­средственного воздействия предметов и явлений на органы его чувств, или же опосредованно через слово: рассказ, описание и т. д. Эти воздей­ствия оставляют в коре головного мозга соответствующие следы, которые потом могут быть оживлены повторным восприятием (узнавание) или же путем припоминания. Память — это интегративный психический про­цесс, охватывающий результаты ощущений, восприятия и мышления.

В психологии различают четыре типа памяти.

Наглядно-образная память проявляется в запоминании, сохранении и воспроизведении зрительных, слуховых, вкусовых, температурных и т.п. образов. Это может быть зрительное представление объекта наблюдения, собеседника, участка местности, знания, процесса обще­ния и т. д. Наглядно-образная память имеет большое значение в учеб­ной и творческой деятельности человека.

Словесно-логическая память выражается в запоминании и воспроиз­ведении мыслей. Этот тип памяти тесно связан с речью, так как любая мысль обязательно выражается словами. Особенности этого типа па­мяти учитываются в процессе обучения. Чтобы запоминание было более эффективным, используются образная речь и интонация.

Двигательная память зависит от мышечных ощущений, от возбужде­ния и торможения соответствующих проводящих путей и нервных кле­ток. Например, следователь может очень четко представить свои дей­ствия, которые он совершал при наблюдении за преступником. Если по истечении некоторого времени ему придется словесно описывать эту процедуру, то он незаметно для себя может воспроизводить совершен­ные им движения.

Эмоциональная память — это память на эмоциональные состояния, имевшие место в прошлом. Как правило, яркие эмоциональные образы быстро запоминаются и легко воспроизводятся. Отличительной особен­ностью эмоциональной памяти являются широта общения и глубина проникновения в сущность пережитого когда-то чувства. Свойства эмоциональной памяти зависят от особенностей работы органов чувств.

Необходимо учитывать, что одни люди при запоминании материала пользуются преимущественно зрительными представлениями, другие — слуховыми, третьи — двигательными. Однако не следует думать, что для человека, у которого преобладают определенного вида представления, недоступны другие виды,

Различают следующие виды памяти: зрительную, слуховую, двига­тельную и смешанную. В соответствии с этим работник юриспруденции должен представлять, какой вид памяти присущ ему самому, а также людям, с которыми ему придется работать. Это необходимо для того, чтобы при восприятии и описании событий вносить соответствующие коррективы для принятия правильного решения.

Различают также долговременную и кратковременную память. Крат­ковременная память удерживает информацию в неполном виде. Долго­временная память служит для запоминания информации надолго, не­редко на всю жизнь. Этот вид памяти наиболее важен и наиболее сложен. Сведения о кратковременной и долговременной памяти весьма значимы для следственной работы.

Протекание процессов запоминания, сохранения и последующего воспроизведения определяется тем, какое место занимает данная ин­формация в деятельности субъекта, какова ее значимость, что он делает с этой информацией. Наиболее продуктивно запоминается материал, связанный с целью деятельности, с ее основным содержанием. В этих случаях даже непроизвольное запоминание может быть более продук­тивным, чем произвольное.

Следует учитывать влияние эмоций на процесс запоминания. Оно будет более продуктивным, если восприятие осуществляется на фоне повышенных эмоциональных состояний. Когда явление и событие за­трагивают чувства, то мыслительная деятельность свидетеля, потерпев­шего, подозреваемого и обвиняемого будет более активна, заставляя неоднократно возвращаться к пережитому.

Забывание представляет собой процесс, противоположный запечатлению и сохранению. Забывание — явление физиологически вполне нор­мальное. Если бы вся информация, накапливаемая в памяти, одновре­менно всплывала в сознании человека, то практически было бы не­возможно продуктивное мышление. Только усилием воли люди каждый раз извлекают из долговременной памяти лишь ту часть информации, которая необходима для выполнения данного вида деятельности. «Дви­жение мысли, — пишет А.Н. Лук, — та нить, которая переводит необ­ходимую информацию длительной памяти в оперативную»*. Таков и ме­ханизм воспроизведения показаний свидетелем, потерпевшим, подо­зреваемым, обвиняемым.

_____________________________________________________________________________

* Лук А.Н. Память и кибернетика. М., 1966, с. 80.

Большую роль при запоминании материала играет установка на запо­минание. Как показывает практика и экспериментальные исследования, люди, которые воспринимают материал лишь для того, чтобы записать его, намного быстрее забывают этот материал, в отличие от тех, кто этот же материал запоминает с установкой «запомнить надолго». Особое значение здесь имеет важность материала. Если человек явно осознает, что запоминаемый материал решает успех важной операции, то установ­ка на прочное запоминание формулируется легко. Отсюда следует вы­вод: запоминаемый материал должен быть классифицирован по степени важности,

В юридической деятельности целесообразно запоминать воспринима­емую информацию по плану: 1) основная мысль (осмысливание запо­минаемого): 2) факты и события (что, когда и где происходит); 3) при­чины происходящих событий; 4) выводы и источник информации.

Для правильной оценки показаний свидетеля, потерпевшего, подо­зреваемого. обвиняемого работникам правоохранительных органов и су­дьям важно знать закономерности процесса развития памяти человека, Память развивается и совершенствуется в течение всей жизни человека. На нее влияют развитие нервной системы человека, условия воспитания и обучения, выполняемая деятельность. При этом развитие происходит как количественно, так и качественно. В зависимости от подъемов и спадов уровней интеллектуальных функций происходят подъемы и спады в памяти человека.

Исследованиями установлено, что в возрасте от 18 до 25 лет память обычно улучшается, до 45 лет сохраняется на одном и том же уровне, затем постепенно начинает ослабевать*. Однако если люди вовлечены в активную деятельность, то этот спад может быть малозаметен. Если по роду деятельности человеку приходится постоянно что-то запоминать, то память не только не деградирует, а, наоборот, развивается.

_____________________________________________________________________________

* Воронин Л.Г. Физиология и биохимия памяти. М., 1965.

Бывают случаи провалов памяти (амнезии), когда из сознания выпадают события, заполняющие определенный отрезок времени. Провалы памяти могут наступить, в частности, у потерпевшего после полученной травмы или обморочного состояния. Нередко следователю или прокурору, умело пользующемуся ассоциациями, удается добиться того, что провал памяти устраняется.

Следователю и судье необходимо учитывать индивидуальные харак­терологические особенности свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого: при прочих равных условиях одни люди склонны к запо­минанию приятного, другие — неприятного, в зависимости от жизнера­достного, бодрого, оптимистического или пессимистического склада личности. На запоминание материала, воспринятого свидетелем, потер­певшим, подозреваемым, обвиняемым, обычно оказывает влияние их последующая деятельность. Впечатления могут забываться полностью или частично.

Отметим, что воспоминание и припоминание не являются процес­сами, изолированными друг от друга. Между ними существует двухсторонняя взаимная связь. Припоминание является, с одной стороны, предпосылкой воспроизведения, а с другой — оно оказывается его ре­зультатом*. Припоминание совершается в процессе воспроизведения, в ходе рассказа свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого на допросе. Поэтому не случайно рекомендуется начинать допрос со свободного рассказа, так как это способствует активизации латентного слоя, запечатленного в памяти. Поэтому не следует без крайней надоб­ности прерывать свободное повествование допрашиваемого. Заданный в ходе свободного рассказа вопрос часто рассеивает внимание допра­шиваемого, нарушает ход его мыслей, мешает припоминанию фактов.

_____________________________________________________________________________

* Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. Изд. 2 , с. 326.

Известно, что люди легко и быстро забывают сведения, которыми они в повседневной жизни редко пользуются, не освежают в памяти, не воспроизводят часто. В практике наблюдаются случаи, когда и много­кратно воспроизводившиеся материалы вдруг забываются и, несмотря на усилия человека, не припоминаются сразу. Подобные «осечки» па­мяти не являются отклонением от нормы, ибо они довольно часто, а иногда и быстро проходят. Здесь в необходимых случаях следователь может попросить допрошенного свидетеля, потерпевшего, подозрева­емого, обвиняемого сообщить дополнительно то, что он вспомнит после допроса, или провести через определенное время повторный допрос. Безусловно, следователь не должен терять надежду и в том случае, если даже какое-то обстоятельство допрашиваемому покажется безвозвратно забытым, ибо это психологически демобилизующе действует на послед­него. Побуждая его к активной мыслительной работе и мобилизации волевых усилий, можно добиться припоминания забытого.

При воспроизведении какого-либо события всегда имеют место уз­навания. Здесь мы имеем в виду не узнавание человека или предмета при повторном восприятии во время следствия, а узнавание допрашива­емым воспроизводимого им материала на допросе. Воспроизведение явления, факта, которые не сопровождается чувством узнавания, не будет осознаваться как воспоминание. От того, какова степень узнава­ния сообщаемых сведений, будет зависеть и точность, правильность показаний*. Как правило, узнавание бывает различной степени — от слабого чувства знакомства с воспроизводимым материалом до пол­ной уверенности в его точности. Следует поэтому помнить, что самооценка свидетелем, потерпевшим, подозреваемым и обвиняемым пока­заний не всегда может соответствовать действительности. В юридичес­кой практике известны случаи, когда показания, точность которых казалась несомненной, впоследствии оказывались ошибочными. Необ­ходимо учитывать, что узнавание иногда создает иллюзию достоверного знания, вызывает ложную уверенность в прочном запоминании матери­ала, внешности человека, приводя к добросовестному заблуждению.

_____________________________________________________________________________

* Корнеева Л.М., Ордынский С.С., Розенблит С.Я. Тактика допроса на предварительном следствии. М., 1958,с. 33.

При проведении допроса следователю и судье нужно уметь разбирать­ся в индивидуальных различиях памяти свидетеля, потерпевшего, подо­зреваемого, обвиняемого. Индивидуальность памяти личности проявля­ется, с одной стороны, в особенностях ее процесса, то есть в том, как осуществляются запоминание, сохранение и воспроизведение, а с дру­гой — в особенностях содержания памяти, то есть в том, что запомина­ется. Указанные две стороны памяти, по-разному сочетаясь, делают память каждого человека индивидуальной в смысле ее продуктивности. В процессах памяти индивидуальные различия выражаются в скорости, объеме, точности, прочности запоминания и готовности к воспроиз­ведению, которые определяются биологическими особенностями, ус­ловиями жизни, воспитания и профессиональной деятельности. Готов­ность памяти допрашиваемого к воспроизведению также будет зависеть от знаний и жизненного опыта.

В зависимости от цели деятельности запоминание может носить непроизвольный или произвольный характер. При произвольном запо­минании происходит осмысливание образа, отбор и обобщение главно­го в нем, а если это необходимо, информация заучивается. При непро­извольном же запоминании закрепление впечатления происходит как бы само собой, без усилия со стороны воспринимающего. Юридическая деятельность показывает, что непроизвольное, как и произвольное, за­поминание в большинстве случаев обеспечивает правильное воспроиз­ведение нужной информации на допросе.

Индивидуальные различия памяти могут проявляться и в том, что один человек хорошо запоминает даты, цифры, другой — имена людей, третий — цвета красок и т. д.

Следует, однако, отметить, что существует люди, память которых всегда работает безотказно, без срывов, промахов и искажений, В таких случаях, для того чтобы добиться максимальной полноты воспроизведе­ния, следователю важно сделать правильный выбор времени допроса свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого. Практика по­казывает, что чем ближе по времени допрос свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого к тому факту, который он освещает, тем больше вероятность полноты и достоверности в показаниях.

На основании исследований психологов можно сделать вывод, что укрепление памяти связано с воспитанием воли, внимания, наблюдательности, применения осмысленных приемов заучивания. Можно рекомендовать следующие приемы развития памяти:

1. Повторение заученного. Известно, что К. Маркс постоянно зани­мался повторением даже того, что им было хорошо усвоено. «У него была привычка после продолжительных перерывов перечитывать свои записные тетради и отмеченные в книгах места для того, чтобы закре­пить их в своей памяти. Он изощрял свою память с юных лет, выучивая по совету Гегеля наизусть статьи на незнакомом языке»*. Работник юридической профессии должен периодически освежать в памяти все, что было им усвоено в процессе деятельности (перечитывать и перелистывать источники, продумывать полученную информацию и т. д.).

_____________________________________________________________________________

* Цит. по кн.: Пекелис В. Твои возможности, человек. М., 1973, с. 90.

2. Целенаправленные упражнения. Все виды памяти можно развить путем специальных упражнений: а) заучивание цифрового материала; б) заучивание прозы и стихов; в) запоминание образов. В последнем случае можно рекомендовать метод известного художника Айвазовского. К примеру, на прогулке вы залюбовались поразившим вас пейзажем. Чтобы запечатлеть его в памяти, надо взглянуть на пейзаж внимательно несколько раз подряд, закрывая и открывая глаза и сравнивая при этом то, что вы видите, с тем, что вы представляете, когда ваши глаза закрыты. Постепенно зрительное впечатление будет становиться все полнее и ярче. Если вам понадобится в считанные секунды оценить обстановку или запомнить большой объем зрительной информации, навыки запоминания, приобретенные с помощью этого метода, вам очень пригодятся.

3. Тренировка наблюдательности. Чтобы запомнить увиденное, надо развивать наблюдательность. Она способствует улучшению непроиз­вольного запоминания. Для этой цели можно рекомендовать регуляр­ные упражнения по обдумыванию и запоминанию того, что имело место за день, неделю, месяц и т. д.

Гигиена памяти. Память является важнейшей функцией интеллекта. Поэтому каждый человек, особенно работник юридического труда, дол­жен соблюдать гигиену памяти. В этом отношении можно рекомендо­вать следующее:

1) при утомлении нельзя постоянно «взбадривать» себя тонизирую­щими напитками (чай, кофе, алкоголь). Вред этих «взбадриваний» заключается в том, что, избавляя себя от чувства усталости, человек не снимает утомления, а длительное «взбадривание» приводит к нервным расстройствам;

2) при интенсивной умственной работе (чтение, составление до­кументов, подготовка к важным совещаниям, мероприятиям) целесообразно через 40—45 минут делать небольшие перерывы в работе на 10—12 минут. Необходимы также продуманная организация рабочего дня и полноценный сон;

3) существенное значение для памяти имеет правильное питание не реже трех раз в день при обязательном употреблении жиров и углеводов.

Память — это та основа, на которой базируется любая профессиональная деятельность. Юрист должен обладать хорошей памятью.

§ 3. Мышление, интуиция, воображение в решении задач

Юридическая работа постоянно связана с решением самых разнооб­разных задач. Для этого надо мыслить. Мышление как психический процесс всегда направлено на вскрытие глубинных связей, коренящихся в объективной реальности.

Мышлением называется процесс отражения в сознании человека сущности, закономерных связей и отношений между вещами и явлени­ями природы и общества. Мышление возникает на основе практической деятельности из чувственного познания и далеко выходит за его пре­делы. Оно дает возможность юристу познать такие стороны объектив­ной действительности, которые скрыты от его глаз.

Мышление протекает на языковой основе. Слова создают необхо­димую материальную оболочку мысли. Чем лучше продумана какая-либо мысль, тем яснее она выражается в словах, и, наоборот, чем четче словесная формулировка, тем глубже мысль. «Мышление, — писал И.П. Павлов, — ничего другого не представляет, как ассоциации, спер­ва элементарные, стоящие в связи с внешними предметами, а потом цепи ассоциаций. Значит, каждая маленькая первая ассоциация — это есть момент рождения мысли»*. Мысль человека формулируется в об­разах, понятиях и суждениях. Суждения бывают общими, частными и единичными. Они образуются двумя основными способами: 1) непо­средственно, когда в них выражают то, что воспринимается; 2) опос­редованно — путем умозаключений или рассуждений**.

_____________________________________________________________________________

*Павлов И.П. Полн. собр. соч. Изд. 2, т. 3. М.,1951, с. 232.

**См.: Общая психология (под ред. Петровского А.В.). М., 1986, с. 327.

Процесс мышления — это прежде всего анализ, синтез и обобщение. Анализ — это выделение в объекте тех или иных его сторон, элементов, свойств, связей, отношений и т.д. Например, анализируя поведение обвиняемого по уголовному делу, следователь мысленно делит это пове­дение по каким-то критериям на отдельные части.

Объединение выделенных анализом компонентов целого есть синтез. В процессе синтеза происходит соединение, соотнесение тех элементов, на которые был расчленен познаваемый объект. Анализ и синтез всегда взаимосвязаны. Неразрывное единство между ними отчетливо выступа­ет уже в познавательном процессе.

Сравнение состоит в сопоставлении между собой предметов, явлений, их свойств и отношений. Так, чтобы решить вопрос о том, является или не является конкретное лицо подозреваемым по конкретному уголовно­му делу, нужно расчленить поведение данного индивида на отдельные признаки — действия и сличить их по возможности с эталонными признаками этого преступления. Выявленное совпадение или несов­падение признаков служит основой для принятия решения.

В ходе обобщения в сравниваемых предметах — в результате их ана­лиза — выделяется нечто общее. Эти общие для различных объектов свойства бывают двух видов: 1) общие как сходные признаки и 2) общие как существенные признаки. Следовательно, всякое существенное свой­ство является между тем и общим для данной группы однородных предметов, но не наоборот: не всякое общее (сходное) свойство является существенным для данной группы объектов. Общие существенные при­знаки выделяются в ходе и в результате углубленного анализа и синтеза. Отметим, что закономерности анализа, синтеза и обобщения суть ос­новные внутренние специфические закономерности мышления.

В современной психологии выделяют в основном три вида мышле­ния: 1)наглядно-действенное; 2)наглядно-образное; 3)отвлеченное (теоретическое) мышление*.

_____________________________________________________________________________

* См. подробнее.: Развитие психологических функций взрослых людей. М., 1972, с- 189; Общая психология. Под ред. академика Петровского А.В. М., 1986, с. 342 - 343.

Наглядно-действенное (предметное) мышление проявляется в прак­тической жизни человека. Оно сопутствует ему на всех ступенях раз­вития: человек как бы физически «руками» анализирует и синтезирует объекты своей деятельности, свое поведение. Обращение к собеседнику, следование примеру, показ действий или рассказ о них всегда связаны с наглядно-действенным мышлением. Развитие такого вида мышления очень важно для исполнения двигательной или операторской деятель­ности юриста-практика.

Наглядно-образное мышление выступает в ситуациях, когда человек начинает мыслить наглядными образами, возникшими раньше. Напри­мер, при проведении следственных действий, обдумывая маршрут дви­жения к цели по городу, следователь в наглядных образах представляет себе все возможные пути движения. Он анализирует каждый из них и, сравнивая протяженность, напряженность движения транспорта и пе­шеходов в определенные часы, мысленно решает проблемную задачу. Чем больше и подробнее сведения о данном городе, микрорайоне, улице, доме, квартире, где совершено преступление, тем ярче перед следователем будут проявляться образы ситуаций, тем более правильное он сможет принять решение.

Образное мышление способствует прогнозированию поведения подо­зреваемых по уголовному делу лиц, помогает обучению с помощью наглядных пособий, облегчает составление аналитических документов, обзоров, научных докладов. Развитое образное мышление способствует реализации задач коммуникативной, управленческой и познавательной деятельности юриста-практика.

Отвлеченное (теоретическое) мышление выступает наиболее ярко там, где для совершения мысленных операций требуется использовать абстрактные понятия, теоретические знания. Такое мышление осущест­вляется главным образом на основе логических рассуждений. Это мыш­ление помогает юристу уяснить сложные категории общественных наук и оперировать ими в процессе общения.

В практической деятельности ни один человек, естественно, не поль­зуется каким-то видом мышления в «чистой форме», работник юриди­ческого труда в этом не является исключением.

Практическое мышление осуществляется и достигает определенного результата путем общих мыслительных операций (анализа, синтеза, обобщения, сравнения, абстрагирования и конкретизации) еще и клас­сификации,систематизации, структурирования*. При все этом прак­тическое мышление имеет творческий характер.

_____________________________________________________________________________

См. подробнее: Военная психология. М., 1972, с. 131–132; Психология.Под ред. Рудика А.П. М., 1974, с. 171–175.

Кратко остановимся на качествах творческого мышления.

1. Проблемный характер подхода к изучаемым явлениям — это качес­тво творческого мышления проявляется в умении найти вопросы, под­лежащие выяснению, исследованию, найти проблемную ситуацию там, где многим кажется, что ее нет, что все в расследуемом деле очень просто. Проблемный характер мышления следователь, например, ис­пользует на стыке реконструктивной и поисковой деятельности.

2. Динамичность мышления — способность быстро, творчески ори­ентироваться в расследуемом деле, выделить, на что именно нужно обратить больше внимания и от чего следует отвлечься, быстрота охватывания расследуемой ситуации и определение оснований, которыми нужно руководствоваться в последующем развитии версии. Это качество мышления помогает и в таком следственном действии, как допрос.

3. Оперативность мышления — включение умственных операций (на­блюдательности, воображения), которые в исследовании вещественных доказательств и различных юридических фактов наиболее значимы; оперативность мышления относится и к поисковой деятельности следо­вателя, обеспечивая разумное сочетание наблюдательности, воображе­ния и интуиции.

4. Широта мышления — это продуктивность творческой работы при решении многих проблем. Данное качество особенно необходимо сле­дователям и судья, расследующим или рассматривающим хозяйствен­ные преступления, где нужны большая разносторонность, рациональное применение знаний, умений и опыта в процессе познавательной де­ятельности.

5. Глубина мышления проявляется в выявлении существенных свойств, связей и отношений между предметами и явлениями. Конкрет­ным выражением глубины мышления является сочетание анализа и синтеза. Глубина мышления тесно связана с избирательностью. Чем уже проблема, явление, тем больше свойств, деталей можно рассмотреть при ее изучении.

6. Обоснованность в выдвижении версий по расследуемому делу — в их решении, смелость, оригинальность и обоснованность отличны от дискурсивного мышления тем, что эти качества в процессе познания предшествуют логике, особенно на первых этапах расследования. Так, следователь, обладая этими качествами, гораздо скорее составит вероят­ную версию при переборе вариантов, чем другой, который не обладает этими качествами.

7. Логичность мышления — это развитие последовательности мыс­лительного процесса, строгость и «проницательность» доказательства, умение сделать обобщающие выводы из обширных и разнообразных юридических фактов.

8. Критичность и непредвзятость (объективность) мышления — стер­жень мыслительного процесса работника юридического труда, без кото­рого он не может установить истину.

Специфической особенностью творческих процессов решения задач является присутствие в них интуиции. Интуицию обычно рассматрива­ют как специфический метод познания, при котором возникает ил­люзия прямого усмотрения искомого вывода. С помощью интуиции истина открывается разуму человека путем прямого усмотрения без использования логических определений и доказательств как промежу­точных звеньев познания. Эффективность принятии интуитивных ре­шений зависит от многих факторов. Здесь особенно важен опыт судьи и следователя, их знания, умения, навыки. Большую роль играет также их психическое состояние. Состояние бодрости, подъема сказывается положительно на генерировании интуитивных решений, и, наоборот, страх, подавленность, растерянность низводят интуицию до уровня бес­предметного гадания. Интуиция, кроме того, связана с индивидуально-психологическими особенностями человека: одни люди склонны действовать во многих случаях из логики фактов, другие очень часто по­лагаются на интуицию. Однако во всех случаях основой интуиции является опыт, и ее силы и слабость коренятся в прошлом опыте.

Характерологические свойства личности и структура ее мотивов зави­сят также от степени объективности ее отношений к действительности, опыта познания мира и общего развития интеллекта*. На практике в большинстве случаев следователь не учитывает какого-то одного факта во всех версиях, так как в деле имеются многочисленные признаки явлений, которых он в данный момент не осознает.

_____________________________________________________________________________

* Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977, с. 360.

Следует отметить, однако, что рациональные, сознательно организован­ные действия следователя на этом этапе играют существенную роль для интуиции. С помощью их можно определить и очертить район поиска, сконцентрировать творческое мышление. Оказывается здесь и неосознан­ное решение проблемной ситуации, и признаки элементов, из которых строится ее решение. Именно эти, первоначально не осознаваемые при­знаки элементов проблемной ситуации направляют процесс по правиль­ному пути, а «неожиданное» для следователя нахождение правильного пути является внешним проявлением, интеллектуальной интуицией*. На практике действительно незамеченное свойство вещи или явления при подробном анализе оказывается «подсказанным» из другой ситуации, яв­ления, увиденных следователем. Чаще всего следователь не осознает эту подсказку — решение задачи для него кажется неожиданным. Большинст­во психологов не отрицает, что решение творческой задачи интуитивным путем проходит бессознательно или подсознательно**.

_____________________________________________________________________________

* См.: Психология мышления. Под ред. Матюшкина А.М. М., 1965.

**Пономарев Я.А. Психика и интуиция. М., 1967, с. 240.

Следует согласиться с В.Л. Васильевым, который считает, что в сфере сознания интуитивное решение проявляется при определенных услови­ях. В частности, если налицо ситуация напряженной поисковой де­ятельности следователя, которая выражается в двух сферах: эмоциональ­ной и мыслительной. Следователь стремится снять свое возбуждение, вызванное поисковой доминантой, путем целеустремленного мысли­тельного процесса, направленного на решение проблемной ситуации. Именно поисковая деятельность следователя и определяет особенность последующей ориентировки в ситуации, когда наступает ситуация «под­сказки» и выдвигается правильная версия по конкретному уголовному делу. В практической деятельности наиболее благоприятные условия для верного решения дела складываются в тот момент, когда следователь перебрал все возможные варианты по делу, но еще не достиг стадии, на которой гаснет поисковая доминанта, то есть основным условием здесь является целеустремленность и настойчивость, увлеченность делом.

Чем больше насыщать содержание прямого продукта действия в ситуации подсказки, чем больше этим заинтересовывать испытуемого, тем менее возможно решение задачи*. В условиях творчества следователя это означает, что интуитивное решение тем вероятнее, чем менее содер­жательна прямая цель действия, в котором следователь наталкивается на неосознанное явление, объективно содержащее ключ к решению задачи.

_____________________________________________________________________________

* Пономарев А.Я. Психика и интуиция. с. 246.

Успех решения задачи зависит «от степени автоматизации того спо­соба действия, которым осуществлялось выполнение подсказки. Чем менее автоматизирован был этот способ, тем лучше решалась задача»*

_____________________________________________________________________________

* Пономарев А.Я. Психика и интуиция. с. 246.

Натолкнуться на интуитивное решение в реальном творчестве больше шансов, если делать что-либо малопривычное.

Еще одно условие возникновения интуиции — предварительное уп­рощение проблемы. Для следователя большое значение имеет мастерст­во в самонаблюдении, в самопознании, являющемся одновременно опосредствованным объективным знанием.

Как часть творческого мышления интуиция не включает, а предполага­ет сознательное дискурсивное мышление, способное развернуть догадку в системе доказательств, отыскать ее фактические основания, объяснить процесс ее формирования и в конце концов обнаружить ее правильность или ошибочность. Основное назначение интуиции в процессе расследо­вания дела состоит в том, что она создает гипотезы. Важную вспомога­тельную роль она играет в процессе доказывания, но совершенно безраз­лична с точки зрения конечных результатов этого процесса для принятия процессуальных решений. Интуиция является эвристическим, а не дока­зательственным процессом, и ее заключение носит вероятностный харак­тер. Интуицию обычно рассматривают как специфический метод позна­ния, при котором возникает иллюзия прямого усмотрения искомого вывода. С помощью интуиции истина открывается разуму человека путем прямого усмотрения без использования логических определений и дока­зательств как промежуточных звеньев познания. В настоящее время считается, что переход от одной логической системы к другой при рассуждении возможен лишь с помощью интуиции.

Ранее мы уже отмечали, что мышление, как и воображение, нужно на всем протяжении расследования уголовного дела. Воображение нераз­рывно связано с памятью и мышлением, оно является специфически человеческим видом психической деятельности, возникшим в резуль­тате труда. Заранее предвосхищая цель своей деятельности, человек непрерывно развивает свое воображение. Воображением называется психический процесс построения нового образа на основе имеющегося опыта. Построение образов воображения, то есть таких образов, ко­торые мы не находим в окружающей действительности, возможно лишь при высоком уровне интеллектуального развития человека. Без раз­витого воображения следователя невозможно ни выдвижение версий, ни осуществление мысленного эксперимента, ни оценка прошедших событий. Воображение обслуживает вероятностное мышление — основ­ной механизм творческого решения нестандартных задач. В практи­ческой деятельности следователя постоянно возникает необходимость реконструкции, мысленного воссоздания прошедших событий по от­дельным сохранившимся их следам, последствиям. Это воссоздающее воображение возможно лишь на основе знаний всеобщих связей соот­ветствующих явлений. Лишь на этой базе можно выдвинуть обоснован­ную следственную версию и воссоздать событие преступления.

Практика предварительного расследования показывает, что изыскание необходимого и возможного способа, приема расследования конкретного типа следственной ситуации зависит от профессиональных знаний следо­вателя, гибкости его мышления и развитого воссоздающего воображения.

Экспериментальные исследования процесса мышления показали на­личие устойчивой корреляции между мышлением, памятью, вниманием и восприятием. Наиболее показательны корреляции между мышлением и различными сторонами памяти. Для развития мышления важны также процессы чтения, говорения, обобщения, сравнения, анализа, синтеза и т. д. Таким образом, для того чтобы формировать и развивать мышле­ние, нужно как можно активнее тренировать все структурные компо­ненты интеллекта.

Особое значение для развития творческого мышления имеет решение проблемных задач. Проблемная задача — это начало мысли. Она харак­теризуется тем, что создает определенное противоречие между знани­ями, которыми обладает человек, и явлениями, которые он не может объяснить в рамках имеющихся у него знаний. Появление этого затруд­нения порождает активизацию мышления, воли, эмоций. Человек ищет решение задачи, и в процессе поиска формируются профессиональные качества мышления.

§ 4. Речь в юридической работе

Мышление и речь человека развиваются и проявляются в единстве, В любом виде мышления обнаруживается роль речи, которая есть непо­средственная действительность мысли. Слова являются средством об­разования и выражения понятий, суждений, отражения предметов, яв­лений в сознании.

Содержание и форма речи человека зависят от его профессии, опыта, темперамента, характера, способностей, интересов, состояний и т. д.

С помощью речи люди общаются между собой, передают знания, влияют друг на друга и воздействуют на себя. Для выяснения сути и механиз­мов всех этих явлений, их роли в условиях юридической деятельности целесообразно провести различие между языком и речью.

Язык — система знаков, необходимых для человеческого общения, мышления и выражения. С помощью языка осуществляются познание мира, управление человеческим поведением и т. д.

Развитие языка связано прежде всего с коллективным трудом, необ­ходимостью общения и взаимодействия. Возникновение членораздель­ной речи явилось мощным средством дальнейшего развития человека, общества, сознания. Благодаря языку осуществляется специфически человеческая форма передачи социального опыта, культурных норм и традиций, через язык реализуется преемственность различных поколе­ний. Язык участвует в осуществлении практически всех высших психи­ческих функций, будучи наиболее тесно связанным с мышлением. Жес­ты — вспомогательное средство общения, хотя с их помощью может быть передано многое.

Основными единицами языка являются слово и предложение. Они имеют значение и смысл. Значение — это содержание закрепленной за словами информации. С помощью слов обозначают объекты, обобщают их признаки. Смысл слов выражается в индивидуальном, субъективном восприятии и понимании явлений и предметов — объективной реаль­ности. Сближение значения и смысла слов у личности проходит в нес­колько этапов: от диффузного понимания и нечеткого различения от других близких слов к схватыванию сущности обозначаемого и установ­лению отношений между словами.

Каждый человек, рождаясь, встречается с готовым языком, овладение которым необходимо не только для развития мышления, но и всех других психических процессов.

Речь — это процесс индивидуального использования языка в целях прежде всего общения с другими людьми. Речь обеспечивается перифе­рическими (двигательные, голосовые, артикуляционные) и централь­ными (кора мозга) аппаратами, органами восприятия и понимания слов и их сочетаний, воспроизведения и использования их в жизни. Человеку свойственно употреблять знаки для обозначения предметов и осмыс­ливания действительности. Человеческая речь является знаковым от­ражением действительности в мозгу, одним из способов кодирования и передачи информации. Для понимания речи других людей необхо­димо ее перекодирование, перевод во внутренний смысл, на основе которого устанавливаются содержательные элементы. Это результат аналитико-синтетической деятельности мозга.

В процессе восприятия речи выделяется наиболее информативная ее часть, выбирается из всех смыслов нужный в данной ситуации. Слово как раздражитель выступает в трех формах: слуховой, зрительной и дви­гательной. Соответственно в мозгу развиты три речевые области: слу­ховая, зрительная и двигательная. Они связаны условно-рефлекторно со всем мозгом, что объясняет механизм разностороннего воздействия речи одного человека на другого, а также возможность самовнушения, самоободрения, самоприказа и т. д.

Физиологический механизм человеческой речи раскрывается в учении И.П.Павлова о второй сигнальной системе. «Слово, благодаря всей предшествующей жизни взрослого человека, связано со всеми внешними и внутренними раздражениями, приходящими в большие полушария, все им сигнализирует, все их заменяет и потому может вызвать все те действия, реакции организма, которые обуславливают те раздражения»*.

_____________________________________________________________________________

* Павлов И.П. Полн. собр. соч., Т. 4, с. 429

Речевые центры возбуждаются не только в момент проговаривания, а и во внутренней речи, произносимой мысленно. Например, при реше­нии работником юридического труда конкретной задачи отмечается, как правило, сильное возбуждение речевых центров и речедвигательного аппарата. Под влиянием слова образуется система временных связей в коре мозга - вторая сигнальная система, которая позволяет человеку сознательно управлять своими психологическими процессами (произ­вольное внимание, произвольная память и т. д.).

Слова способны активизировать кору мозга, многие временные связи, включить прежний опыт в деятельность. Они воздействуют не только на вторую сигнальную систему, но через нее и на первую сигнальную систему и даже подкорку. С помощью словесных воздействий можно вызвать активное состояние коры мозга, всей нервной системы, влиять в нужном направлении на психику и деятельность человека.

Речь в деятельности юриста выступает как носитель информации и как средство воздействия. Воздействие при помощи речи бывает разных типов: воздействие человека на человека, человека на группу лиц, человека на аудиторию и др. Речевая деятельность работника юридического труда — это главным образом воздействие человека на человека и человека на группу.

Изучение практики показывает, что, во-первых, звучание речевого голоса не может рассматриваться вне связи с общим поведением чело­века, во-вторых, развитие речевого голоса неотделимо от индивиду­альности личности, в-третьих, воспитание речевого голоса нельзя рас­сматривать только как работу над голосовым аппаратом и, в-четвертых. голосовой аппарат необходимо тренировать не только специальными упражнениями, но и в обыденной речи*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Большакова С.Е. Основы речевой культуры сотрудников органов внутренних дел. М.,1992, с.5

Речевую деятельность юриста можно классифицировать как речь устную и письменную, внутреннюю и внешнюю, диалогическую и монологическую, обыденную и профессиональную, подготовленную и неподготовленную*.

_____________________________________________________________________________

* Артемов В.А. Курс лекций по психологии. Харьков, 1958, с. 236—264; Леонтьев А.А. и др. Речь в криминалистике и судебной психологии. М., 1977; Бодалев А.А. Личность и общение, М., 1983; Большакова С.Е. Основы речевой культуры сотрудников органов внутренних дел. М., 1992.

Устная речь является главным инструментом общения. С ее помощью непосредственно осуществляется коммуникативная и управленческая деятельность. Для устной речи важно, чтобы собеседники слышали и видели друг друга. Исследования показывают, что у человека, который слушает собеседника, не видя его, восприятие резко снижается.

Письменная речь характеризуется отсутствием собеседника и не зависит от реальной обстановки. Работник юридического труда, приступая к составлению различных документов (справок, отчетов, протоколов и т. п.) ищет и находит языковые средства для выражения результатов своего мышления. Письменная речь должна быть грамматически пра­вильно сформулирована. Для деловых бумаг письменная речь должна быть обусловлена лаконичными фразами, точными понятиями и соот­ветствующей терминологией. Юрист должен хорошо владеть различны­ми стилями русского языка.

Внутренняя речь служит для воспроизведения в сознании людей различных образов, отражающихся в поведении человека (в мимике, походке и т. д.). Бесконтрольное возникновение образов у одного из собеседников дает другому (а тем более внимательному наблюдателю) объективные данные для определенных рассуждений. Работник юриди­ческого труда должен обязательно научиться управлять своей внутрен­ней речью.

Внешняя речь — это по существу обычная устная или письменная речь. Она генерируется спонтанно, однако в ряде случаев ей предшест­вует этап внутренней речи.

Разновидностью устной речи является диалогическая речь. Семанти­ка ее зависит от того, как воспринимается сказанное собеседником. Одно и то же слово, фраза могут произноситься по-разному и означать приказ, просьбу, дружеское замечание, порицание, выговор и т. п.

В самых разнообразных формах: выступления перед аудиторией, чте­ние вслух, устный отчет и т. д. — может быть представлена работником юридического труда монологическая речь. Этот вид речевой деятельнос­ти получил в юридической практике большое распространение. Овладе­ние техникой монологической речи предполагает усвоение основ ора­торского искусства.

Живое общение людей осуществляет обыденная речь. Она очень выразительна, понятна. Большое значение здесь имеют интонация и акцент. На людей большое влияние оказывают нормы речевой коммуникации, поэтому, овладевая искусством обыденной речи, нужно внима­тельно отнестись к грамматике и стилистике языка. Особенно это важно при работе с представителями интеллигенции.

Американский психолог Т.Шибутани отмечает, что большинство американцев стараются не нарушать норм лингвистического поведения. Отклонения от этих норм вызывают почти такие же негативные соци­альные санкции, как и нарушение других обычаев. «Люди теряют уваже­ние к тем, — замечает Шибутани, — кто не может говорить как следует, и они часто проникаются уважением к другим, кто манипулирует сло­вами с необычайной легкостью. Неправильное произношение слов — это прежде всего общее оскорбление, и, если оно не вызывает более сурового наказания, обидчик часто становится объектом насмешек. Когда хорошо образованный человек употребляет неверные обороты, он вызывает открытое презрение»*.

_____________________________________________________________________________

* Шибутани Т. Социальная психология. Пер. с англ. М., 1969, с. 129.

Профессиональная речь требует определенного образования. Этот вид речи характерен для общения специалистов, в том числе и юристов. Большую роль в этом деле играют различные аспекты профессиональ­ной речи: лексикон, произношение терминов и специальных фраз, логика высказывания и т.д.

В деятельности юриста-практика подготовленная речь употребляется повсеместно; заготовленные ответы на вопросы, выступления на про­цессах, заранее продуманный монолог в беседе, на допросе и т.д. Предварительная работа над содержанием и формой предстоящей рече­вой коммуникации важна и необходима. Вместе с тем постоянная приверженность к заранее разработанному тексту сковывает творческое мышление работника юриспруденции, делает его догматичным. Поэ­тому юристу наряду с тщательной подготовкой высказываний нужно предусматривать и импровизацию.

К импровизации очень близка неподготовленная речь. В сущности импровизация представляет собой один из сложных процессов творчес­кого использования опыта. Без предварительной кропотливой работы над темой выступления, например в суде, или при проведении дискус­сии импровизация невозможна. В связи с этим импровизацию можно считать определенным этапом в развитии речевой деятельности, кото­рому предшествует этап подготовленной речи.

Речь юриста, как правило, должна передавать знания, содействовать переходу их в убеждения. Она должна учить, воспитывать, иметь цель повлиять на личность и коллектив, на их настроение, мнения, интересы, поведения и чувства. Для достижения целей устного выступления работнику юридического труда нужна высокая речевая и умственная культура. Его речь по содержанию должна быть научной, соответствовать правовым нормам, а по форме — логичной, яркой, образной. Юристу нужно умело связывать содержание своего выступления с жизнью, учитывать состояние и запросы слушающих его людей, пользо­ваться различными языковыми средствами выразительности (паузы, интонации, ударения и т. п.). Успех такого вступления зависит и от его знаний, профессионального опыта, искренности, свободного владения материалом, самообладания, выдержки, правильного внешнего выра­жения своих чувств.

§ 5. Эмоции и чувства в юридической деятельности

Эмоции и чувства, как и другие психические явления, представляют собой различные формы отражения реального мира. В отличие от по­знавательных процессов, отражающих окружающую действительность в ощущениях, образах, представлениях понятиях, мыслях, эмоции и чувства отражают объективную реальность в переживаниях. В них выражается субъективное отношение человека к предметам и явлениям окружающей действительности. Одни предметы, явления, вещи радуют человека, он восхищается ими, другие — огорчают или вызывают от­вращение, третьи — оставляют равнодушным. Таким образом, отраже­ние в мозгу человека его реальных переживаний, то есть отношение субъекта потребностей к значимым для него объектам, принято назы­вать эмоциями и чувствами.

Деятельность работников юридического труда нередко протекает в ус­ловиях высокого нервного напряжения. Поэтому юристу необходимо уметь управлять своими эмоциями и чувствами в целях сохранения работоспособности в любых условиях.

Эмоция (от лат. «волновать», «возбуждать») — это переживание чело­веком своего личного отношения к реальной деятельности. Следует отметить, что некоторые эмоции человека совпадают с эмоциями жи­вотных, например ярость и страх. Однако ввиду наличия разума, а также особенных потребностей на базе эмоций у человека сформировались более сложные переживания, то есть чувства.

Термин «эмоция» обозначает конкретную, относительно элементар­ную форму переживания чувств. Источники эмоций и чувств следует искать в объективной действительности, в соответствии или несоответ­ствии предметов, явлений, вещей реального мира потребностям и целям личности. Многообразные положительные эмоции и чувства (радость, удовольствие и т. п.) возникают при удовлетворении потребностей человека, и, наоборот, препятствующие отрицательные эмоции и чувства вызываются при неудовлетворении потребностей личности. Если пред­меты и явления окружающего мира не связаны с целями и удовлетворе­нием потребностей человека, то они не вызывают его эмоционального отношения, являются безразличными для него,

Несмотря на то, что эмоции и чувства как переживания тесно взаи­мосвязаны, они имеют существенные различия. Переживания, связан­ные с удовлетворением (или неудовлетворением) потребностей орга­низма в пище, защите от холода, во сне, в самосохранении, относятся к эмоциям. Эмоции, как мы уже отмечали, присущи людям и живот­ным. Однако эмоции человека существенно отличаются от эмоций животных: они в известной степени перестроены под влиянием соци­ального опыта. От условий общественной жизни зависят как формы проявления эмоций у человека, так и способы достижения целей и удовлетворения тех потребностей, с которыми связана та или иная эмоция.

В процессе общественно-исторического развития социальной жизни людей в сфере их переживаний появляется особая форма и отражения и отношения к окружающему миру — чувства, специфически человечес­кие переживания, возникающие на основе удовлетворения или неудов­летворения потребностей человека как личности (таких, как потребнос­ти в общении, в познании, эстетические и т, п.). Чувства, например, товарищества, стыда и совести, долга и ответственности и т. д. присуши только человеку как общественному существу. Своеобразие эмоций и чувств проявляется в особой субъективности, зависящей от личност­ной значимости воздействующих на человека предметов и явлений окружающей действительности. Один и тот же предмет, ситуация, слу­чай, преступление в разное время могут вызывать у человека различные переживания, эмоции, чувства. Это свидетельствует о сложной взаимо­связи эмоций и чувств с потребностями и целями человека и объясняет источник субъективности эмоций и чувств.

В чувствах и эмоциях более рельефно, чем в познавательных процес­сах, проявляются наиболее существенные особенности личности. В от­личие от познавательных процессов эмоции и чувства нередко прояв­ляются и во внешнем поведении: в выразительных движениях лица (мимике), тела (пантомиме), в жестах, интонациях и тембре голоса.

Эмоции и чувства характеризуются полярностью и пластичностью. Каждой эмоции и любому чувству противостоят противоположные пе­реживания, между которыми существует множество переходов. Так, радости противостоит горе, любви — ненависть, коллективизму — эго­изм и т. п. Вместе с тем одни и те же эмоции и чувства могут пережи­ваться человеком с различной глубиной, в зависимости от вызвавших их причин и особенности деятельности, совершаемой личностью.

Для эмоций и чувств характерно и то, что личностная и общественная оценки испытываемых человеком переживаний могут при определенных условиях не совпадать.

Физиологической основой эмоций и чувств являются сложные взаимодействия процессов, протекающих как в организме в целом, так и в мозгу (подкорке, вегетативной нервной системе и в коре головного мозга). При этом соотношение деятельности коры и подкорки в эмоциях и чувствах различно. И.П. Павлов говорил по этому поводу: ".. эмоция — это есть работа инстинкта, а чувство — горечь, печаль и т. д. — это уже статья другая, это связано с затруднением деятельности больших полушарий, чувства связаны с самым верхним отделом, и все они привязаны ко второй сигнальной системе"*.

_____________________________________________________________________________

* Павлов И.П. Полн. собр. соч. Т. 3, кн. 2, с. 403.

Изменения, происходящие в организме при тех или иных эмоциях и чувствах, передаются в кору и другие отделы головного мозга, влияют на протекание нервных процессов, положивших начало эмоции и чувст­ву. Особо важную роль в управлении эмоциями и чувствами и их внешним выражением играет вторая сигнальная система, то есть образу­ющиеся в коре головного мозга нервные связи под влиянием слова.

В данном случае сфера человеческих переживаний значительно рас­ширяется, эмоции и чувства начинают развиваться под влиянием об­щественных условий, приобретают социальный характер. Слово позво­ляет человеку усваивать эмоциональный опыт других людей, содержа­ние и форму выражения эмоций и чувств. С его помощью человек может осознавать и регулировать свои переживания, подчинять их требовани­ям долга, оказывать влияние на эмоции и чувства других людей и т. д.

Эмоции и чувства отличаются большим разнообразием. Все они под­разделяются на две группы: активизирующие деятельность — стенические и подавляющие, угнетающие жизнедеятельность — астенические. Однако одно и то же чувство или эмоция могут в зависимости от обстоятельств активизировать или подавлять деятельность человека. На­пример, радость, вызванная поощрением руководителя, у одного со­трудника юридического труда является стимулом к дальнейшей доб­росовестной работе, а на другого действует демобилизующе, мешает сосредоточиться на расследовании конкретного уголовного дела. Влия­ние эмоций и чувств на жизнедеятельность человека нельзя не учиты­вать в воспитательной работе с сотрудниками правоприменительных и правоохранительных органов.

В процессе развития человека на практике сложились системы поло­жительных и отрицательных эмоций*.

_____________________________________________________________________________

* Лук А.Н. Эмоции и чувства, М„ 1972. с. 18—20.

Положительные эмоции: удовлетворение, радость, восторг, ликова­ние, гордость, восхищение, самодовольство, уверенность, удовлетворен­ность собой, уважение, доверие, симпатия, нежность, любовь, благодар­ность, спокойная совесть, облегчение, безопасность, злорадство и др.

Отрицательные эмоции: горе (скорбь), неудовольствие, тоска, печаль, скука, отчаяние, огорчение, тревога, испуг, страх, ужас, жалость, со­страдание, разочарование, обида, гнев, презрение, негодование, непри­язнь, зависть, ненависть, злость, ревность, сомнение, растерянность, смущение, стыд, раскаяние, угрызение совести, отвращение и т.д.

Как видно, разделение эмоций на положительные и отрицательные проведено исключительно по принципу удовольствия и неудовольствия, Положительные эмоции, воздействуя на нервную систему, содействуют оздоровлению организма, а отрицательные — его разрушению, ведут к различным заболеваниям*.

_____________________________________________________________________________

* Общая психология. Под ред. Петровского А.В. и др. М., 1986, с. 371.

В жизни человека названные выше эмоции создают у личности различ­ные формы эмоциональных состояний: настроение, страсть и аффект.

Настроение — это самое распространенное эмоциональное состояние, характеризующееся слабой интенсивностью, значительной дли­тельностью, неясностью и «безотчетностью» переживаний. Юрист-практик должен уметь управлять своим настроением и, если нужно, создавать определенное настроение у объекта воздействия. Для этого ему надо знать причину и обстоятельства, которые вызывают настрое­ние. Их складывается в основном четыре:

1) органические процессы (болезнь, утомление создают пониженное настроение; здоровье, полноценный сон, физическая активность под­нимают настроение);

2) внешняя среда (грязь, шум, спертый воздух, раздражающие звуки, неприятная окраска помещения ухудшают настроение; чистота, умерен­ная тишина, свежий воздух, приятная музыка, соответствующая окраска помещения улучшают настроение);

3) взаимоотношения между людьми (приветливость, доверие и такт со стороны окружающих делают человека бодрым и жизнерадостным; гру­бость, безразличие, недоверие и бестактность угнетают настроение);

4) мыслительные процессы (образные представления, в которых от­ражаются положительные эмоции, создают подъем в настроении; об­разы, связанные с отрицательными эмоциями, угнетают настроение).

Страсть — сильное и глубокое длительное эмоциональное состояние. «Страсть — это энергично стремящаяся к своему предмету сущностная сила человека»*. Она активизирует это деятельность, подчиняет себе все его мысли и поступки, мобилизует его на преодоление трудностей, на достижение поставленных целей: страсть к любимому делу позволяет достичь исключительных успехов, страсть к борьбе порождает мужество, бесстрашие. Однако страсть может как формировать личность, так и разрушать ее.

_____________________________________________________________________________

* Цит. по кн : Никифорова А.С. Эмоции в нашей жизни. М., 1974, с. 25.

Аффект — эмоциональное переживание, протекающее с большой и резко выраженной интенсивностью. Особенности аффекта: а) бурное внешнее проявление; б) кратковременность; в) безотчетность поведе­ния человека во время эффекта; г) диффузность переживания (аффект захватывает личность целиком, ее ум, чувства и волю).

Работник юридического труда должен знать, что в принципе любые эмоции могут в зависимости от обстоятельств усиливаться и доходить до аффекта.

Чувства в отличие от эмоций характеризуются осознанностью и пред­метностью. Выделяют низшие чувства-переживания и высшие чувства-переживания. Различают три группы чувств: нравственные, эстетичес­кие и интеллектуальные (познавательные)*.

____________________________________________________________________________

* Психология. Под. ред. Рудика П.А. М., 1974, с. 201—204; Общая психология. Под ред. Петровского А.В. М., 1986, с. 366—377.

Нравственные чувства отражают отношение человека к требованиям морали. Система нравственных чувств российского человека состоит из чувства справедливости, чести, долга, ответственности, патриотизма, солидарности. Нравственные чувства тесно связаны с мировоззрением человека, его убеждениями, помыслами, принципами поведения.

Эстетические чувства возникают у людей в результате переживания красоты или безобразия воспринимаемых объектов, будь то явления природы, произведения искусства или люди, а также их поступки и дей­ствия. В основе эстетических чувств лежит врожденная потребность человека в эстетическом переживании. Постоянно сопровождая человеческую деятельность, эстетические чувства становятся активными дви­гателями человеческого поведения.

В деятельности юриста эстетические чувства играют своеобразную роль катализаторов поведения. Особенно большое значение они приоб­ретают для коммуникативной деятельности: человек, способный от­кликнуться на эстетические переживания собеседника, как правило, приобретает авторитет и уважение.

Интеллектуальные чувства связаны с познавательной деятельностью человека. Они возникают в процессе осуществления гностической и ис­следовательской деятельности. Из всего многообразия интеллектуаль­ных чувств основными считаются чувство ясности или нечеткости мыс­ли, удивления, недоумения, догадки, уверенности в знании, сомнения.

Интеллектуальные чувства, обладая движущей силой человеческого познания, усиливают породившие их потребности к познанию, стиму­лируют эмоции человека*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Общая психология. Под ред. Петровского А.В. М., 1986, с. 381—383.

Если профессиональная деятельность протекает успешно, в эмоци­ональной сфере работника юридического труда создается состояние эйфории (повышенная оживленность, разговорчивость), начинают пре­обладать положительные эмоции. И наоборот, в случае неудачи у него появляются неуверенность, боязнь, тревога и иногда даже страх. Все это дезорганизует поведение молодого специалиста-юриста. У опытных ра­ботников юридического труда, в совершенстве владеющих своей про­фессией, такого, как правило, не происходит.

Необычайные и достаточно сложные ситуации, острые конфликты, в ходе которых совершаются правонарушения, в ряде случаев способ­ствуют развитию у человека таких психических состояний (гнев, аффект, страх и др.), которые в юридической психологии достаточно чаще становятся предметом научного, чем в других областях психологии. Однако эти состояния так же, как и устойчивые особенности характера и личности правонарушителя, развиваются и протекают не иначе как подчиняясь общепсихологическим и психофизическим законам. Спе­цифика предмета юридической психологии заключается в своеобразии видения этих состояний, в исследовании их правового значения, в оценке их криминогенности, в поисках научно обоснованных методов сни­жения возможности нарушений правовых норм путем психологической корреляции этих состояний, равно как и свойств личности правонарушителей.

В практической деятельности эмоциональная активация возникает, как правило, в критические моменты процесса решения тактических задач и связана с выявлением правильного направления поисков. В та­кие моменты деятельность обычно характеризуется очень быстрой реак­цией в принятии решений. Общая ориентировка в целом, предваритель­ная оценка и являются функцией эмоций как специфического знания. В эмоциональной оценке возникает первый, еще не совсем ясный образ будущего единства ощущений и восприятия.

В общении следователя и судьи с участниками уголовного процесса эмоции и чувства играют особую роль. В частности, без них было бы невозможно достижение контакта с допрашиваемыми, в особенности в конфликтных ситуациях. Однако, являясь необходимыми и неизбеж­ными, эмоции и чувства в расследовании и рассмотрении уголовного дела играют не только положительную роль. Отрицательные эмоци­ональные состояния следователя и судьи могут нарушать, а иногда и разрушать их деятельность. Эмоции и чувства способны вызывать представления, не соответствующие действительности. Под влиянием чрезмерных чувств следователь или судья могут иногда прийти к резуль­татам, лишь желаемым, но далеким от истинного положения дел.

Следует отметить, что качество восприятия также зависит не только то состояния органов чувств человека, но и от его общего физического и психического состояния в момент восприятия. Известно, что болез­ненное состояние может не только влиять на достоверность получаемых ощущений, но и быть причиной неполноты восприятия. Равным об­разом на качестве восприятия сказывается и состояние усталости, раз­дражения, опьянения, взволнованности и т. д. Усталость и болезненное состояние притупляют интерес к окружающему. Безусловно, воспри­ятие во многим зависит от настроения и особенностей характера челове­ка, его привычек, предопределяющих его отношение к окружающей действительности, его наклонности и интересы. В бодром, хорошем настроении человек склонен больше подмечать положительные стороны действительности. В мрачном, угнетенном, подавленном настроении он видит скорее отрицательные ее черты, нередко преувеличивая, переоце­нивая их.

Чувства и эмоции могут влиять на процесс приема и переработки информации. Человека одни события волнуют, другие оставляют без­различным, одних людей он любит, других ненавидит, а к третьим не имеет определенного отношения. Человек переживает радость и горе, удовольствие и неудовольствие. Испытываемые чувства в зависимости от индивидуальных особенностей человека и конкретной ситуации восприятия могут быть глубокими. Профессиональная деятельность сле­дователя, прокурора, судьи, да и вся жизнь современного человека на­сыщены событиями и ситуациями, вызывающими самые различные эмоциональные отклики. Эти чувства пронизывают, окрашивают в оп­ределенный тон всю деятельность человека, включая его ощущения, восприятия, мысли, воображение.

Воздействие ситуации способно вызвать в организме интенсивное стрессовое состояние, которое может или усилить работоспособность юриста, поднять его или стать причиной болезни. В этих случаях гово­рят об эмоциональном стрессе. Чаще всего эмоциональный стресс про­исходит в результате воздействия отрицательных эмоций. Стрессу не­редко предшествуют неприятные процессы, конфликтные ситуации в семье и на работе, мнительность, необоснованные опасения и тревоги.

Стресс характеризуется наличием трех фаз: фазы тревоги, фазы со­противляемости, фазы истощения. Люди с устойчивой эмоциональной сферой, как правило, преодолевают фазу тревоги и включаются в актив­ную борьбу со стрессовыми факторами: берут себя в руки, разумно взвешивают все «за» и «против». Эмоционально неустойчивых людей охватывает тревога, которая затем переходит в страх, и за фазой тревоги сразу наступает фаза истощения.

Человек, оказавшийся очевидцем страшного преступления (например, убийства) или ставший жертвой преступления, испытывает состояние напряженности. При этом все его психические процессы как бы притор­можены: человек плохо слышит, мало видит, медленно соображает, плохо ощущает свои движения. У одних картина напряженности может быть ярко выраженной, длительной, у других — менее заметной и корот­кой. Растерянность, или фрустрация (англ. frusration буквально означает расстройство планов), указывает на ситуацию, при которой терпится неудача. Психолог Н.Д. Левитов определяет фрустрацию как психичес­кое состояние, выражающееся в характерных особенностях переживаний и поведения и вызываемое объективно непреодолимыми трудностями, возникающими на пути к достижению цели или к решению задачи*. В состоянии растерянности может находиться потерпевший, не сумев­ший отразить нападение преступника, и человек, оказавшийся не в сос­тоянии реализовать до конца свой преступный замысел из-за возникших непредвиденных преград. Отличие растерянности от напряженности состоит в их происхождении. Если при напряженности нарушения во внимании и мышлении производны от эмоционального состояния, то при растерянности они первичны, а эмоции — производны**.

______________________________________________________________

* Левитов Н.Д. Фрустрация - один из видов психических состояний. Вопросы психологии. М., 1967, № 6, с. 120.

** Луков Г.Д., Платонов К.К. Психология М., 1964,с.192

Устойчивость любого человека, как юридического работника, так и клиента, к стрессовым ситуациям может быть обеспечена двумя пу­тями: системой его эмоциональной тренировки и тщательным его об­учением, то есть подробнейшим информированием по интересующим клиента фактам, проигрыванием возможных сложных ситуаций и т, д.

В методологическом плане эмоциональная тренировка опирается на принцип психологической науки о связи психики и деятельности: пси­хика, сознание формируются в деятельности. Содержание тренировки базируется на положении психологии о взаимосвязи чувств и физичес­ких действий. Воспитание эмоциональной сферы человека возможно только через действие. Для этой цели применяется специально раз­работанный тренинг — «гимнастика чувств»*.

_____________________________________________________________________________

* Гиппиус С. Гимнастика чувств. М.-Л., 1967.

Применяется и аутогенная тренировка, которая представляет собой процесс самовнушения. Главным орудием тренировки является слово, обращенное к самому себе.

Человек путем систематических и упорных занятий может научиться расслаблять свою мускулатуру. Овладев навыками аутотренинга, работник юридического труда в различных ситуациях сможет по своему желанию замедлять дыхание, работу сердца, расширять кровеносные сосуды, вызывать тепло в любой части тела, засыпать где и когда захочет, оставаться хладнокровным в напряженных ситуациях.

Это достигается потому, что почти половина клеток головного мозга регулирует двигательный аппарат человека. Поэтому при самовнуше­нии, например о расслаблении мускулатуры, эти клетки посылают в мышечную структуру соответствующие импульсы. И если мус­кулатура расслабляется, в мозг поступают слабые сигналы, что успокаивающе действует на человека. Особенно важно в этом отноше­нии расслабление мышц лица: мышцы лица посылают в головной мозг гораздо больше импульсов, чем мышцы всего туловища. Вот почему, научившись управлять хотя бы мышцами лица, человек может овладеть умениями и навыками воздействия на свою нервную систему*.

_____________________________________________________________________________

* Руководство по психотерапии.М.,1974; Гиссен Л. Психология и психогигиена в спорте. М.,1973; Алесеев А. О самовнушении. Наука и жизнь, 1973, №1, 2, 3; Гримак Л.П. Общение с самим собой. М., 1991.

Юрист-практик, овладевший навыками аутогенной тренировки, при­обретает уверенность в своих силах, а это благотворно сказывается на его эмоционально-волевой устойчивости, способствует более быстрой адаптации к постоянно меняющейся обстановке и повышает работоспо­собность.

§ 6. Воля и ее воспитание

Для выполнения разнообразных служебных задач, особенно в экс­тремальных условиях, юристу-практику часто требуется напряжение всей психики. При этом достижение любой цели требует от него целеус­тремленности, инициативы, настойчивости, выдержки, самообладания, мужества, смелости и стойкости. Все эти качества неразрывно связаны с проявлением воли.

Воля — это одна из сторон человеческой психики, обеспечивающая человеку возможность сознательно регулировать свои действия и по­ступки в соответствии с поставленной целью при учете конкретно складывающихся обстоятельств.

Чтобы удержать себя в рамках, обусловленных проводимой прак­тической деятельностью, работник юридического труда в большинстве случаев должен проявить свою волю, сдерживая эмоциональное возбуж­дение. При этом он неизменно включает в действие свою вторую сиг­нальную систему (слово). «…В нормально развитом человеке. — отмеча­ет И.П. Павлов, — вторая сигнальная система есть высший регулятор человеческого поведения»*. И поскольку слово является сигналом сигналов, оно может повлиять на деятельность первой сигнальной системы (впечатлительность, эмоциональность) и подчинить ее. При помощи слова, обращенного к самому себе, юрист может по своему усмотрению регулировать свою деятельность.

_____________________________________________________________________________

* Павлов И.П. Полн. собр. соч. Т. 3, кн. 2, с. 346.

В практической деятельности юристов имеют место случаи, когда внутреннее состояние их не отвечает требуемой внешней активности (поведение в условиях кризисной ситуации). Например, практическая деятельность требует решительных действий, а внутреннее состояние работника юридического труда, подчиняясь воздействию отрицатель­ных эмоций, тормозит требуемую от него активность. И ему приходится усилием воли заставить себя подавить тормозящие эмоции и начать соответствующую практической цели активную деятельность.

Отсутствие сильной воли может толкнуть даже стойкого человека на нежелательные, совершенно не свойственные ему поступки. Проявле­ния здесь большой воли очень много значит.

«Большая воля, — пишет А.С.Макаренко, — это не только умение чего-то пожелать и добиться, но и умение заставить себя отказаться от чего-то, когда нужно. Воля — это не просто желание и его удовлетворе­ние, а это желание и обстановка, и желание и отказ одновременно»*.

_____________________________________________________________________________

* Макаренко А.С. Собр.соч. в 7 томах. Т. 4., М., 1958, с. 463

Из сказанного выше следует, что поведение по своей сущности является сознательным и целенаправленным, а не стихийным и неорганизован­ным. Такое поведение называется волевым поведением и предполагает наличие у работника юридическою труда определенных волевых качеств.

Волевые качества юриста-практика в своей основе аккумулируют в себе структурные компоненты его эмоционально-волевой устойчивос­ти, связывают интеллект и моральные структуры личности. И.М.Сеченов пишет: «Ни обыденная жизнь, ни история народов не представляют ни единого случая, где одна холодная, безликая воля могла бы совер­шить какой-нибудь нравственный подвиг. Рядом с ней всегда стоит, определяя ее, какой-нибудь нравственный мотив, в форме ли страстной мысли или чувства»*.

_____________________________________________________________________________

* Сеченов И.М. Избранные произведения. М., 1958. с 218.

Высокие нравственные мотивы пронизывают все волевые качества работника юридического труда*. К волевым качествам относятся: целе­устремленность, инициативность, настойчивость, выдержка и самообла­дание, мужество, смелость, решительность, стойкость. Названным по­ложительным волевым качеством противостоят их антиподы — отрицательные качества: нецелеустремленность, безынициативность, отсутст­вие настойчивости, невыдержанность, трусость, нерешительность, нес­тойкость. Человек, наделенный такими качествами, безволен, не способен к выполнению даже самой элементарной задачи.

_____________________________________________________________________________

* См.подробнее о волевых качествах личности: Военная психология. М., 1972, с. 187—192; Зимин И.И., Чуфаровский Ю.В. Воспитание воли. Ташкент. 1985.

По мнению известного психолога А.Г. Ковалева, волевая недостаточ­ность может проявляться в чрезвычайно многообразных формах, под­разделяемых на пассивные и активные формы волевой недостаточности. К пассивным формам относятся: легкая внушаемость и несамостоятель­ность, апатия, нерешительность, отсутствие настойчивости. К активным формам следует отнести импульсивность, упрямство.

Изучение общих форм проявления волевой недостаточности важно для того, чтобы отличить подлинные волевые качества от пародии на них, а также чтобы избрать правильные пути и средства для волевого воспитания и самовоспитания.

Сотрудник правоохранительных и правоприменительных органов должен хорошо осознать, что целеустремленным самовоспитанием можно развить у себя все положительные волевые качества. Многие люди думают, что для таких тренировок необходимо специальное время. Такое мнение ошибочно. Воспитывать волю можно в любой обстановке. Повседневная жизнь, учебные занятия предоставляют для такого воспи­тания немало возможностей: воля воспитывается в преодолении любых трудностей. Для этого можно применять и специальные упражнении.

Глава V
Личность и юридическая деятельность

Проблема личности является центральной среди всех проблем юридической психологии. В системе «человек — право» реализуют­ся личностные аспекты человека как общественного существа, включенного в социальные отношения, как носителя сознания, и в частности правосознания. В связи с этим юридическая пси­хология анализирует личность в двух аспектах: во-первых, в пла­не изучения и оказания воздействия на личность преступника; во-вторых, в плане определения профессиональной пригодности кандидатов для работы в правоохранительных и судебных органах и их психологической подготовки.

§ 1. Социально-психологическая характеристика личности

Личность, как мы уже отмечали, понятие многообразное. Исследова­тели в это понятие вкладывают самое различное содержание. Однако можно выделить два основных подхода: одни из них рассматривают личность как конкретного человека, носителя сознания*, другие делают упор на социальное свойство индивида как на «совокупность интег­рированных в нем социально значимых черт, образовавшихся в процес­се прямого и косвенного взаимодействия данного лица с другими людь­ми и делающих его, в свою очередь, субъектом труда, познания и обще­ния»**. Оба подхода акцентируют внимание на содержательной стороне понятия «личность», представляющей собой единство индивидуально-значимых и социально-типических черт и качеств. «Для психологии, — отмечает Е.В. Шорохова, — личность — это человек как носитель сово­купности психических свойств и качеств, определяющих социально значимые формы деятельности и поведения»***.

_____________________________________________________________________________

* См.: Платонов К.К. Личность и труд. М., 1965. с. 19.

** Кон И.С. Социология личности. М., 1967, с. 7.

*** Шорохова Е.В. Теоретические проблемы психологии личности. М., 1974, с. 17

Каждый конкретный человек — это не просто индивид со своими особенностями, а личность, интегрирующая социально-типические чер­ты класса, этнической общности, группы. Чтобы понять конкретного индивида, надо изучить его как личность. В Древней Греции слово «личность» (persona) обозначало маску (русское «личина»), которую надевал актер в театре, а затем самого актера и его роль. У римлян это слово употреблялось с указанием социальной функции или роли: лич­ность отца, личность обвинителя, личность судьи и т. д. При употребле­нии слова «личность» повсеместно стали подразумевать «роль», которую играет в обществе тот или иной человек.

Различают две разновидности ролей: конвенциальные и межлич­ностные*.

_____________________________________________________________________________

* См. подробнее по данной проблеме: Ананьев Б.Г. Общие вопросы социологической и психоло­гической теории личности. В кн.: О проблемах современного человекознания. М., 1977,с. 229-252.

Конвенциальные роли представляют собой стандартизированные права и обязанности — отец, мать, сын, начальник, руководитель и т. п. Отношения между людьми, заключенные в этих ролях, лежат на поверх­ности, и нет ничего легче, чем ошибиться, истолковывая по ним истин­ное содержание интересующей нас личности. Казалось бы, раз перед тобой начальник, которому подчиняются другие, то, следовательно, он наделен какими-то качествами, которые делают его лидером. Однако это далеко не всегда так. Если мы, например, знакомимся с какой-нибудь семьей, то автоматически обращаемся к отцу как к главе семей­ства, и здесь мы также часто ошибаемся. Жизненные наблюдения и ис­следования показывают, что отец может играть очень много ролей: пользующийся доверием, честолюбец, трудяга, безответственный и т. д. Здесь мы наблюдаем наличие другого вида ролей. Это межличностные роли.

В отличие от конвенциальных межличностные роли выступают в виде прав и обязанностей, выполнение которых зависит от индивидуальных особенностей членов группы. Несмотря на свое «официальное» положе­ние, отец, например, может не быть главой семьи. Здесь дает о себе знать социальный статус личности, то есть социальное положение человека в обществе. Другой, наиболее важной его составляющей является субъективная оценка людьми члена своего круга.

Важность названного феномена заключается в том, что на его основе формируется самооценка личности, лежащая в основе чувства собствен­ного достоинства.

Люди с развитым чувством собственного достоинства отличаются последовательностью действий. Они справляются со своими внутрен­ними конфликтами, подавляют склонности, которые доставляют им неудобство, проявляют высокий самоконтроль. Это уравновешенные, тактичные, спокойные и независимые люди. Люди с низким уровнем чувства собственного достоинства обладают противоположными качествам. У тех и у других в связи с этим формируются специфические качества самосознания.

Самосознание — это прежде всего осознание себя в качестве устойчи­вой, более или менее определенной единицы, сохраняющей свою неза­висимость и целостность в различных ситуациях. Самосознание — это образ «Я», установка по отношению к самому себе. Каждый человек, если у него нормально функционирует самознание, в какой-то степени осознает свои достоинства и недостатки, признает свои ошибки. Если же он отказывается от этого полностью или хотя бы частично, то, чтобы поддержать свой уровень самосознания, вводит в действие механизмы психологической защиты. «Идея «психологической защиты», — пишет В.Ф. Бассин, — отразила совершенно реальную и важную сторону пси­хической деятельности... Психологическая защита является нормаль­ным, постоянно применяемым психологическим механизмом...»*.

_______________________________________________________________________

* Бассин В.Ф. О силе «Я» и психологической защите. Вопросы психологии, 1969, №2, с. 124.

На формирование личности оказывают влияние как деловые, так и личные отношения.

Конкретная социальная общность, в пределах которой люди непо­средственно контактируют между собой (семья, сотрудники кафедры и т.п.), называется малой группой. Наиболее развитая социальная группа — коллектив.

Основное назначение социальной группы — целенаправленное регу­лирование межличностных отношений для реализации интересов группы. В социальной группе индивид находится в отношениях не только с другим индивидом, но и с множеством членов группы.

Положение человека в группе, его права и обязанности определяют статус личности. Поведение личности в соответствии с его обществен­ным статусом называется социальной ролью.

Группа своими требованиями может усиливать или ослаблять отдель­ные свойства личности.

В своей микросреде человек вступает в непосредственные личные контакты, возникают межличностные отношения, которые зависят не только от нравственно-психологических особенностей людей, но и от их социального статуса. Люди часто тормозят в себе те проявления, ко­торые противоречат групповому мнению. Это явление называется конформностью (от лат. слова con-formis — подобный). Чем выше степень единства в группе, тем выше требования конформности, тем меньше вероятность отклонений.

Человек усваивает ту линию поведения, которая поддерживается, одобряется тем ближайшим к нему окружением, с которым он контактирует. И если в нем преобладают мнения, позиции и представления, противоречащие нормам морали и права, то, разделяя их, индивид вступает в конфликт с обществом и законом. Так, совместная преступ­ная деятельность подростков оказывает на соучастников значительно большее разлагающее влияние, чем преступление, совершенное в оди­ночку. Подросток, приобщаясь к атмосфере преступной группы, под­вергается быстрой десоциализации.

Социальные нормы являются важнейшими средствами социального воздействия на индивида, они используются обществом и группами для формирования необходимых им типа поведения и свойств личности.

В процессе деятельности, общения и взаимодействий в обществе и группах у личности вырабатывается нормативно-ценностная систе­ма — особое психологическое образование — важнейший компонент внутреннего мира личности, интегративная система внутренних регуля­торов поведения человека. Формирование этой системы — основное направление социального развития личности как специфического в психологическом плане процесса становления гражданина.

Полнота и степень реализации прав и свобод во многом зависят от самой личности, от ее социальных установок, ценностных ориентации и других психологических свойств и качеств. Социально-правовая ак­тивность проявляется как способ самоактуализации личности, реали­зации ее внутреннего социально-политического и нравственного потенциала*.

________________________________________________________________________

* Новик. Ю.И. Психологические проблемы правового регулирования. Минск, 1989, с. 87-89.

§ 2. Психологическая структура личности

Психологию личности составляют подсознание, сознание и самосоз­нание. Для человека, отмечает С.Л. Рубинштейн, «фундаментальное значение имеет сознание... Без сознания, без способности сознательно занять определенную позицию, нет личности»*. Сознание, и мы уже это отметили, является тем структурным компонентом, который цементиру­ет всю структуру личности.

________________________________________________________________________

* Рубинштейн С.Л. Принципы и пути развития психологии. М. , 1959, с. 122.

К.К. Платонов считает, что структура личности складывается из че­тырех подструктур:

1) биологически обусловленных особенностей; 2) особенностей отдельных психических процессов; 3) опыта личности; 4) социально-обусловленных качеств. Однако точка зрения К.К. Платонова оспаривается отдельными учеными-психологами.

Структура личности, полагает другой психолог А.Г. Ковалев, образу­ется путем соотношении психических процессов, психических состояний и психических свойств личности, то есть в виде единства направ­ленности характера, темперамента и способностей*. В учебнике «Общая психология» под редакцией А.В. Петровского основными структурными компонентами признается также темперамент, характер и способности.

________________________________________________________________________

* Ковалев А.Г. Психология личности. М., 1970.

Если мы проанализируем все известные точки зрения на психологи­ческую структуру личности, то придем к выводу о том, что в этой структуре следует выделять прежде всего темперамент, характер и способности*.

________________________________________________________________________

* См.: Платонов К.К., Голубев Г.Г. Психология. М., 1977, с. 38—42, 86—97; Платонов К.К. Структура и развитие личности. М. , 1986; Асмолов А.Г. Психология личности. М., 1990.

Темперамент характеризует тип нервной системы человека. Представ­ляет собой индивидуально-психологические особенности личности, в которых проявляется сила, уравновешенность и подвижность нервных процессов. Слово "темперамент" произошло от латинского слова «темпераментум», означающего «надлежащее соотношение частей» — четы­рех жидкостей в теле человека. Отсюда и происходит название тем­пераментов: кровь (сангвие) — сангвиник; слизь (флегма) — флегматик; желтая желчь (холе) — холерик; черная желчь (мелано холе) - мелан­холик. Эту систему темпераментов предложил в V веке до н.э. греческий врач и исследователь Гиппократ.

Учение о темпераментах было создано И.П. Павловым. «Темпера­мент, — писал Павлов, — есть самая общая характеристика каждого отдельного человека, самая основная характеристика его нервной сис­темы, а эта последняя кладет ту или иную печать на всю деятельность каждого индивидуума»*. Складывается тип темперамента на основе со­отношений силы, уравновешенности и подвижности основных нервных процессов — возбуждения и торможения. Как отмечает К.К. Платонов**, в обычных условиях каждый темперамент имеет свои преимущества и недостатки. Обычно сангвинику свойственна общительность; флег­матику выдержка и самообладание; холерику— страстность, актив­ность, увлеченность в работе; меланхолику — глубокие переживания, впечатлительность. К негативным сторонам темперамента относятся: у сангвиника — поверхностность, непостоянство, разбросанность; у флегматика — «толстокожесть», безразличие к людям, сухость; у холе­рика — взрывчатость, стремление к незавершению начатых действий; у меланхолика — замкнутость и застенчивость*.

________________________________________________________________________

* Павлов И.П. Полн. собр. соч. Т. 3, кн. 2., М.-Л., 1951, с. 85,

** См. подробнее: Платонов К.К., Голубев Г.Г. Психология. М., 1977, с. 18—39.

Характер можно представить в виде общего качества личности, про­являющегося через отношения к людям, к делу, к вещам и себе. В харак­тере отражаются все основные особенности личности.

Слово "характер" в переводе с греческого означает «особенность, черта». Выделяют первичные черты, вторичные черты и доминирующие черты. Вторичные черты описывают человека в общем плане. Для этого используются специфические эпитеты (активный, волевой, общитель­ный, деловой, коммуникабельный и т. д.). В процессе анализа совокуп­ности вторичных черт выбирают основу для первичных черт. Синтез первичных черт дает по отношению к конкретному лицу одну-две до­минирующие черты личности: общительный, замкнутый, эмоциональ­ный, инертный и т. д.

Существует три составляющих характера. Одна составляющая включает систему нравственных качеств человека. Ко второй относятся волевые качества. К третьей — эмоциональные качества. Все три состав­ляющих образуют систему отношений к людям, делу, себе, вещам.

Способности — это психические свойства личности, обеспечиваю­щие успешное овладение какой-либо деятельностью*. Изучение способ­ностей необходимо для познания интеллекта человека и определения его пригодности к какому-либо определенному виду деятельности. Обычно выделяют общие и специальные способности. К общим способ­ностям относят общую склонность человека к труду, работоспособность, богатство воображения, легкость запоминания. Сюда же включают ши­роту, глубину, логичность и гибкость ума и т. д. Общие способности необходимы для достижения успеха в любой деятельности.

________________________________________________________________________

* См. подробнее: Платонов К.К. Проблемы способностей. М., 1977.

Специальные способности нужны для успешной работы в каком-то определенном виде деятельности. Среди них следует выделить педагоги­ческие, управленческие, лингвистические, организаторские способнос­ти и т. д. К специальным способностям относятся также познаватель­ные, творческие, диагностические способности.

При оценке людей важно определить наличие и уровень развития у них способностей. Высший уровень развития способностей называет­ся талантом.

§ 3. Мотивация поведения личности

Под мотивацией понимается система побуждений человека, направ­ленных на достижение конкретных целей. Мотивация поведения дает ответы на вопросы: "Чего хочет человек?», "К чему он стремится?» и т.п. Побуждения человека всегда связаны с реализацией доминирую­щих потребностей.

В основе поведения людей лежат потребности. Потребность — это переживаемая человеком нужда, удовлетворение которой жизненно важно для его существования, сохранения целостности его личности или развития индивидуальности. Человек для своего существования, развития и совершенствования нуждается в активности и средствах для удовлетворения своих потребностей.

Потребности человека разнообразны. В настоящее время выделяют материальные потребности (в пище, одежде, жилище, тепле и т. д.) и духовные потребности (в общественной жизни, труде, общении, при­обретении знаний, творчестве и т. п.)*.

Любая классификация потребностей условна. Все человеческие по­требности социально обусловлены. Потребности являются главным фундаментом, на котором строится вся психическая деятельность чело­века, его ум, чувства и воля. К потребностям непосредственно примыка­ет система таких побудительных факторов, как убеждения, взгляды, стремления, интересы, идеалы. Эта система соотнесенная с потребнос­тями и становится мотивацией поведения. Мотивации, не исходящей из потребностей, не существует. Вместе с тем потребность, не ставшая мотивацией, вполне возможна, она нередко формируется в организме и в психике индивида. Так, например, потребность организма в витами­нах, не осознаваемая человеком, не становится мотивацией.

________________________________________________________________________

*См.: Психология. Под ред. Рудика П.А. М.,1974.

Потребность, прошедшая через систему побудительных факторов и осознанная человеком, становится мотивом поведения. «Мотив — это осознанное побуждение для определенного действия собственно и фор­мируется по мере того, как человек учитывает, оценивает, взвешивает обстоятельства, в которых он находится, и осознает цель, которая перед ним встает; из отношения к ним и рождается мотив его конкретной содержательности, необходимой для реального жизненного действия»*.

В целях дифференцирования побудительных сил человека следует выделять его осознанные и неосознанные побуждения, то есть мотивы. Это имеет большое значение для оценки изучаемого лица. Осознанные побуждения реализуются после длительного обдумывания. Неосознан­ные побуждения реализуются автоматически на основе усвоенного лич­ностью прошлого опыта. Такие побуждения представляют собой сис­тему установок.

________________________________________________________________________

*Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1950, с.564.

§ 4. Психологические установки

В психологии под установкой понимают психическое состояние чело­века как субъекта деятельности, определяющее готовность и конкретные особенности его поведения в ответ на воздействия внешней среды*.

________________________________________________________________________

*См.: Психология. Под.ред. Рудика П.А. М.,1974, с. 271.

Само слово «установка» происходит от латинского «аптус», имеющего значение: 1) физическое или умственное состояние подготовленности к действию; 2) поза человека в смысле моторного или умственного предрасположения.

В советской психологии теоретические положения установки создал грузинский психолог Д.Н. Узнадзе. В своем обобщающем труде «Экспе­риментальные основы психологии установки" он определяет установку как особое состояние психики, которое предваряет появление отдель­ных фактов сознания или предшествует им. Установка формируется в психике субъекта в результате предварительных опытов в виде изна­чальной реакции на воздействие ситуации, в которой ему приходится ставить и решать задачи. Характерной чертой установки, согласно Уз­надзе, является ее внесознательный психический процесс, оказываю­щий... решающее влияние на содержание и течение сознательной пси­хики»*.

________________________________________________________________________

* Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М., 1966, с. 149.

Установка направляет всю деятельность человека, мобилизуя необхо­димые для этого его психические силы. Знание закономерностей прояв­ления установки — необходимое условие для оценки личности преступ­ника, потерпевшего и т.д. В установке в структурном плане выделяют три компонента: эмоции, убеждения и мнения, реакции и навыки. Эти компоненты эмоциональных, интеллектуальных и поведенческих под­структур определяют активность человека в окружающей его обстанов­ке. Установка во многом определяет все поведение человека. Она управ­ляет нашими реакциями в ответ на реакции собеседника: наше выраже­ние лица зависит от того, как в данный момент собеседник, с которым мы находимся в контакте, принимает нас. Содержательной стороной установки являются ценностные ориентации личности.

§ 5. Ценностные ориентации, интересы, идеалы

Поведение человека людьми разных возрастов соотносится с опреде­ленными ценностями, которыми могут выступать свойства материаль­ных объектов и явлений общественной жизни, определяющие их значе­ние для общества, группы и отдельного человека. В ценностях все люди в идеальной форме выражают свои пели и устремления. Как отмечает Б.Г. Ананьев, «без познания ценностных представлений человека невоз­можно понять его поведение»*.

________________________________________________________________________

* См.: Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л., 1969, с.300.

Выделяют несколько категорий ценностей: а) личностные; б) общест­венные; в) материальные; г) политические; д) идейные.

Личностные ценности представляют собой моральную основу харак­тера личности. Эти ценности проявляются в отношении к людям, к де­ду, к себе, к вещам. Общественные ценности усваиваются в процессе социализации, проявляются в отношении личности к принятым в об­ществе моральным нормам, обычаям, правопорядку, закону. Они фор­мируют такие черты характера человека, как ответственность, требова­тельность к себе, бережливость и т. п.

Материальные ценности проявляются в отношениях к материаль­ным объектам, вещам, деньгам, собственности. Ориентация на эти объекты воспитывает у человека соответствующие черты характера: ак­куратность или неряшливость, практичность или непрактичность, жад­ность и т. д. Политические ценности включают отношения к наци­ональному благосостоянию государства, утверждающейся демократии, политическим организациям, образу жизни. Идейные ценности охва­тывают широкий спектр мировоззренческих взглядов, моральных запо­ведей.

Ценности детерминируют характер поведении и образа мыслей лю­дей. Они очерчивают круг его интересов, под которыми понимается побуждение, действующее либо в силу своей осознанной необходимос­ти, либо в силу эмоциональной привлекательности. Интерес выражает стремление человека ознакомиться с предметом (идеей, человеком), познать его. Интерес у человека может возбудить любой объект, кото­рый привлечет его внимание.

Идеал — это представление человека о том, каким он хочет себя видеть. Идеал часто выступает в виде совокупности норм повеления. Формируются идеалы под влиянием окружающей среды. Наличие иде­алов вносит четкость в мотивацию поведения человека.

§ 6. Направленность личности

Одна из существенных сторон мотивации поведения человека — на­правленность личности. Одни ученые-психологи считают направлен­ность свойством личности и ставят ее в один ряд с характером, тем­пераментом и способностями, другие относят ее к системе доминирую­щих мотивов (Божович Л.И., Москвичев С.Г.)*. Мы будем понимать под направленностью систему доминирующих личностных ориентаций че­ловека, подчиняющую себе всю его мотивационную сферу. Общая на­правленность личности включает в себя трехуровневую (желания, необ­ходимость, установки) систему побуждений,

________________________________________________________________________

* См. подробнее: Ковалев А.Г. Психология личности. М., 1971; Луков Г. Д., Платонов К.К. Психология. М., 1964; Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968; Москвичев С.Г. Проблемы мотивации в психологических исследованиях. Киев, 1975.

Человек в каждом конкретном случае действует или по собственному желанию, или по необходимости, или в силу прошлого опыта (согласно установке).

Направленность — сложное свойство личности, которое включает систему побуждений, определяющую активность человека, избиратель­ность его отношений.

Совершая действия и поступки, люди исходят из разных побуждений. В процессе своей деятельности они выдвигают перед собой разные пели и перспективы, избирательно относятся к окружающим их социальным ценностям (образованию, общественной деятельности, требованиям дисциплины, коллективным обязанностям и т. д.). Сознание и чувство долга, потребности и убеждения, установки и привычки, цели и пер­спективы — все это разные элементы направленности. В социальной и моральной практике каждого человека есть нечто ведущее, что оп­ределяет основную линию его поведения, цель всей жизни, моральный облик.

Как правило, качествами направленности личности являются: уро­вень ее духовной и интеллектуальной зрелости, широта, интенсивность, нравственная устойчивость и действенность. Под уровнем зрелости направленности понимается общественная значимость основного стремления личности, его морально-политический облик, степень его идейности. Важное значение при этом имеет широта направленности личности, ее творческий диапазон. Здесь необозримое множество вари­антов: у одних он узкий, у других — широкий и т. д. Интенсивность направленности личности может колебаться от смутных влечений, осоз­нанных желаний и активных стремлений до полной убежденности.

Даже самая интенсивная и устойчивая направленность личности мо­жет не проявиться в действиях и поступках личности, если слаба ее действенность. Действенность направленности личности — это актуали­зация идейных побуждений такой личности. Она проявляется в степени волевой активности личности по осуществлению своих целей и намере­ний. Действенность направленности зависит от устойчивых мотивов, которыми личность руководствуется в своей деятельности. Направлен­ность личности всегда тесно связана с другими ее свойствами и состоя­ниями, влияет на них и в определенной степени зависит от них.

Глава VI
Социально-психологические аспекты юридической деятельности

§ 1. Оценка интересующей личности

Юридическая работа — это непрерывный процесс общения. В этом процесс постоянно оценивает людей: свидетелей, подозреваемых, обвиня­емых, подсудимых, собеседников, прохожих и т. д. При этом он вводит в действие как формальные, так и неформальные приемы и методы оценки.

К формальным методам обычно относят целенаправленное наблюде­ние и беседу, анализ документов, изучение биографии, различные тесты.

К неформальным — сложившиеся в ходе исторического развития общества различные интуитивные способы. Если в первом случае работ­ник юридического труда ставит процесс опенки под свой контроль, поскольку он протекает на уровне сознания, то во втором — этот процесс осуществляется на уровне подсознания.

Первые шаги в научном изучении человека как личности сделал две с половиной тысячи лет назад гениальный греческий врач и исследова­тель Гиппократ. Результатом его исследований явились данные о четы­рех темпераментах. На протяжении многих столетий предпринимались многочисленные попытки критики полученных результатов Гиппок­рата, однако они в основном сохранились до наших дней, Мы уже отметили, что темперамент, характер и способности составляют психо­логическую основу личности. Именно поэтому эти структурные ком­поненты являются центральными во всех схемах изучения личности. Данное утверждение относится к схемам А.Г. Ковалева. К.К. Платонова и многих других исследователей. Однако эти схемы нацеливают исследователей на изучение личности только как социального феномена и слабо учитывают специфику деятельности, которой занята эта лич­ность. Использование этих схем в условиях профессиональной деятель­ности (в том числе юридической) дает очень мало результатов. Изучение практики внедрения научных методов в систему оценки руководящих кадров показало, что такого типа схемы должны прежде всего базиро­ваться на системе профессиональных действий и операций*

________________________________________________________________________

* См.: Труд руководителя. М., 1976; Оценка работников управления. Под ред. Попова Г.Х. М., 1976.

Исходя из учета особенностей составления оценочных схем личности, предлагаем специальную «схему изучения личности», которую, по на­шему мнению, должны знать работники юридического труда.

Схема изучения личности.

1. Общие данные: время и место рождения, национальность, образо­вание, специальность, место и характер работы, должность, семейное положение, место жительства, отношение к политическим партиям.

2. Внешние признаки:

- лицо (краткий словесный портрет, по возможности особенности строения лица);

- рост (низкий, средний, высокий, аномалии в росте);

- вес и телосложение (очень худой, худощавый, стройный, полный, тучный);

- одежда (опрятен — неопрятен, за модой следит — не следит);

- манеры (производит приятное впечатление - неприятное впечат­ление);

- голос (приятный — неприятный, сильный, гнусавый и т. д.).

3. Жизненный путь;

- родители (время и место рождения, национальность, место житель­ства, социальное положение, образование, профессия, отношение к по­литическим партиям, их увлечения, постоянное занятие и т. д.);

- детство (жизнь в семье, какой ребенок по счету, жизнь вне семьи, братья и сестры, их взаимоотношения, события в жизни и т. д.);

- школа (специализация школы, любимые предметы, взаимоотно­шения со сверстниками, нарушения школьной дисциплины, успехи, оценка учебной деятельности);

- учебные заведения (причины поступления, успехи, полученные знания, умения, навыки, характерные события в 16—19 лет);

- трудовая деятельность и служба в армии (характер труда и службы, отношение к труду и службе, положение среди других людей, удовлетво­ренность, влияние трудовой деятельности на личность);

- семейная жизнь (рождение детей, с кем живет в настоящее время).

4. Жизненные сферы:

- семья (отношения между супругами, отношение к детям/отноше­ние к родителям и т. д.);

- профессия и специальность (мотивы выбора профессии и работы, удовлетворенность работой, продвижение по работе, социальный статус на работе и т. д.);

- политическая и общественная активность (активен — неактивен; сколько тратит времени на общественную деятельность и т. д.);

- проведение свободного времени (спорт, азартные игры, кино, те­атр, выпивки с друзьями и т. д.);

- материальные условия жизни (какая квартира, особенности об­становки, бюджет семьи и др.);

- здоровье (общее состояние здоровья, отношение к своему здо­ровью, наличие заболеваний).

5. Поведение:

- преобладающее настроение: ровное, приподнятое, угнетенное; реакция на трудности (растерянность, энергичность, безразличие);

- особенности проявления эмоций и чувств (легко возбуждается, средне, трудно возбудим; подавляет раздражение легко, с трудом; пере­живает неудачи заметно — незаметно, долго — недолго; помнит обиды долго — недолго; расстраивается по мелочам — по мелочам не расстра­ивается и т. п.);

- проявление воли (самостоятельный — несамостоятельный, дис­циплинированный — недисциплинированный, решительный — нере­шительный, смелый — трусливый и т. д.);

- поведение в сложной ситуации (сохраняет спокойствие — теряется, сохраняет логичность и рассудительность речи и поступков — теряет их и т. д.);

- поведение в состоянии опьянения (спокоен, агрессивен, теряет контроль, замыкается в себе, становится общительным, уединяется; пьет много, средне, пьет много и не пьянеет);

- нравственное поведение (соблюдение моральных норм, отношение к женщине, честность и правдивость, проявление мужества в сложных отношениях со старшими и равными).

6. Темперамент и характер:

а) темперамент:

- общительность (общительный, необщительный, малообщительный, замкнутый; застенчивый — не застенчивый; осторожный — решительный; проявляет склонность к лидерству — склонности к лидерству не проявляет);

- эмоциональность (спокойный — раздражительный, невозмути­мый — ранимый, сдержанный — возбудимый, пессимистический — оп­тимистический);

б) характер:

- свойства характера, выражающие отношение: к людям (доброта, отзывчивость, требовательность, заносчивость и т.д.), к труду (трудо­любие, добросовестность, лень, ответственность и т.д.); к вещам (ак­куратность, неряшливость и т. д.); к самому себе (тщеславие, често­любие, самолюбие, гордость, самомнение, скромность и т. д.);

- доминирующие черты характера (кардинальные черты, первичные черты, вторичные черты).

7. Мотивация поведения:

- доминирующие потребности (физиологические потребности, по­требность в самосохранении, потребность в принадлежности к социальной группе, потребность в уважении своей личности, потребность в са­мовыражении);

- ценности и установки:

а) личностные ценности (ориентация на самосовершенствование, на помощь другим людям, на определенную деятельность, на удовлетворе­ние своих потребностей);

б) социальные ценности (ориентация на принятые в обществе мо­ральные нормы, обычаи, нравы, уважение правопорядка);

в) материальные ценности (деньги, вещи, собственность);

г) политические ценности (отношение к демократии, политическим партиям, образу жизни в стране, политической жизни в стране, личные политические взгляды);

д) идейные ценности (мировоззрение, вера в бога, отношение к дру­гим религиям и верующим и т. д.);

- интересы (увлечения и хобби, широта интересов, степень устой­чивости интересов);

- идеалы (наличие идеала: человек, идея, поступок человека, литера­турный герой и т. д.).

8. Социальная адаптация:

- социальное окружение (взаимоотношения со знакомыми и друзьями, степень признания со стороны окружающих, степень связи с родственниками);

- восприятие социальной ситуации (исходит из реальной обстанов­ки; в действиях преобладает логичность — нелогичность, адаптируется к ситуации быстро — медленно);

- самооценка (реальная или нереальная оценка своей социальной роли, отношение к мнению других о своих возможностях, уровень притязаний, уверенность или неуверенность в себе),

9. Способности:

—общие способности (плавность и беглость речи, уровень опериро­вания цифрами, легкость запоминания, богатство воображения, полнота обобщений и т. д.);

— специальные способности (организаторские, педагогические и т. д.; способность знакомиться, сближаться, влиять на людей, способ­ность разбираться в людях).

Сбор информации и оценка личности на базе данной «Схемы» осу­ществляются в процессе общения. Поэтому рассмотрим некоторые осо­бенности этого процесса.

В процессе общения люди обмениваются знаниями, опытом, переда­ют друг другу различную информацию, добиваются взаимопонимания, общности переживаний, достигают общности действий и намерений, определенного единства в отношениях к фактам, событиям, идеям, к другим людям и самим себе. Оценка личности при общении обычно производится на основе экспектации и эмпатии, которые функциониру­ют в основном на подсознательном уровне*.

________________________________________________________________________

* См.: Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение и нашей жизни. М., МГТУ, 1992, с. 16; Ладанов И.Д. Мастерство делового взаимодействия. М., 1989, с. 5.

Экспектация (ожидание) заключается в подсознательном формирова­нии оценочного суждения о человеке. Наблюдающему нередко правиль­но представляется, что наблюдаемый что-то хочет предпринять. Проис­ходит как бы предвосхищение поведения наблюдаемого лица. Такая способность появляется у людей в результате длительного общения друг с другом. Практикой установлено, что лица, постоянно находящиеся в общении, безошибочно предвосхищают поведение друг друга.

Эмпатия — это способность прочувствовать переживания другого че­ловека. Процесс такого вчувствования обычно не осознается. Эмпатия дает людям возможность познавать у других людей многие невысказан­ные или скрываемые намерения. Способность людей к эмпатии, как и любая другая общая способность, зависит от специфических задатков и соответствующего воспитания.

Косвенно эмпатия позволяет судить, насколько собеседник мягок или суров, спокоен или постоянно напряжен, уверен или не уверен в себе и т. д. Все это дает возможность сделать предположение о том, как наш собеседник воспринимает жизнь, каково его физическое состояние, интеллект и т. п. Наличие в психике человека явления эмпатии должно нацеливать работника юридического труда на внимательное отношение к нему, а также на развитие и совершенствование своих способностей в этом плане. Эмпатия оказывает воздействие на другого человека с помощью движения, внешней и внутренней речи. Так, если увлечься смыслом того, что рассказывает нам собеседник, то можно понять искренен или неискренен рассказчик. Некоторые натуры бывают очень чувствительны к подтексту речи других в определенные периоды. Такой способностью, например, обладают шизоиды перед обострением болез­ни (предшизофренический период). Это также характерно для чувст­вительных и творческих натур. Как и любую другую способность, эмпатию можно развивать специальными упражнениями.

Процесс оценки личности начинается с первого впечатления. Первое впечатление в своей основе представляет собой общее восприятие объ­екта. Люди в условиях первоначального контакта занимаются классифи­каций, пытаясь отнести собеседника к одному из знакомых им типов людей; другие составляют общее эмоциональное впечатление; третьи обосновывают свое представление о внутреннем мире другого по внеш­ним проявлениям личности, причем уделяют внимание то содержанию речи партнера, то вглядываясь в его непроизвольные реакции; четвертые настолько верят своему первому впечатлению, что потом ни за что не желают от него отказаться; иные, кажется, абсолютно терпимы к лю­бому изменению собственных представлений об окружающих; пятые верят исключительно собственному «прочтению» личности, в отличие от иных, которые допускают, что другие также что-то в человеке могут понять; шестые... седьмые... и т. д.* Таким образом, первое впечатление практически не дифференцируется, оно обычно не выражено вербально и протекает на чувственном уровне. Естественно, первое впечатление таит в себе возможность ошибки, которая связана с рядом факторов.

_____________________________________________________________________________

*См.: Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение и нашей жизни. М., МГТУ, 1992, с. 49.

Источниками ошибок являются: мнение других лиц, галлоэффект, эффект снисходительности, стереотипы, психическое состояние наблю­дателя, доминирующие потребности, защитные механизмы и упроще­ния, Кратко остановимся на этих источниках ошибок.

1. Мнение других лиц. Иногда даже самого общего и отрывочного мнения об интересующем нас лице достаточно, чтобы оно подейство­вало на нашу оценку этого лица. Например, если нам дали характерис­тику объекта нашего интереса или высказали самое поверхностное суждение о нем, то при встрече мы стараемся уложить поведение объек­та в рамки шаблона, сформированного под влиянием чужого, возможно не совсем объективного, мнения.

2. Галлоэффект. Вам понравился воспринимаемый, вы оцениваете его в терминах «приятного», если же не понравился — в терминах «неприят­ного». Эта общая оценка распространяется практически на любую черту личности.

Как правило, галлоэффект имеет тенденцию размывать детали впе­чатления и формировать общую оценку объекта. Это явление наталки­вает наблюдателя на формирование какого-то устойчивого образа*.

________________________________________________________________________

*См.: Ладанов И.Д. Мастерство делового взаимодействия. М., 1989, с. 7.

3. Эффект снисходительности. Большинство людей благожелательно подходят к оценке незнакомого человека, многие склонны не замечать его явных недостатков. Однако есть люди, которые предпочитают со­мневаться в положительных качествах объекта наблюдения. Иногда это выливается в стратегию: пока человек не докажет своей порядочности, его нельзя считать таковым. Когда мы встречаемся с чрезмерно выра­женным эффектом снисходительности, то это вполне обоснованно мо­жем предполагать, что ошибки в оценке объекта — следствие психичес­ких отклонений у наблюдателя.

4. Стереотипы. Если наблюдаемый отличается от наблюдающего по какому-либо характерному признаку, то отличие, бросаясь в глаза, вы­зывает у последнего строго определенные стандартные образы — стереотипы. Во-первых, это будут этнические и групповые стереотипы, затем стереотипы, связанные с внешним видом (высокий - низкий, толстый — тощий; орлиный нос, сократовский лоб и т. д.), а также стереотипы, касающиеся физической ущербности, особенностей голоса и речи, экспрессивных движений (походка, мимика, жесты). Знание стереотипов восприятия и учет их при общении с представителями различных культур в значительной степени способствуют избавлению от ошибок в интерпретации поведения.

Каждый стереотип имеет свою логическую структуру и присущие ему закономерности проявления. Считается, например, что негры любят ритмическую музыку и яркие краски, рыжие темпераментны и т. д. Подметивший горячность рыжего и не заметивший еще большую горячность брюнета утверждает, что это закономерность. Поэтому один из источников ошибки заключается в том, что мы ожидаем от определенного лица (группы лиц) вполне определенного поведения.

5. Психическое состояние. Человек в хорошем настроении всех ок­ружающих оценивает в основном в светлых тонах и сам вызывает у них симпатию. Человек, пребывающий в депрессии, наоборот, не только сам видит все в сером цвете, но и к себе вызывает неприязненное отношение. Поэтому психическое состояние наблюдателя (наблюдае­мого) может являться источником ошибок в оценке личности.

6. Доминирующая потребность. Доминирующая потребность делает че­ловека особенно чувствительным к предмету этой потребности; охотник лучше видит зверя, сборщик ягод — ягоды. Следует, однако, отметить, что чем сильнее эта потребность, тем чаще в этих случаях может иметь место переигрывание: охотник может за зверя принять какой-либо предмет, сборщик ягод — сорвать несъедобную ягоду, поэтому доми­нирующие в данный момент у наблюдателя потребности могут явиться источником ошибок.

7. Защитные механизмы. Одним из защитных механизмов, искажаю­щих восприятие, является проекция. Суть ее состоит в искажении реальности. Проекция имеет место в поведении практически всех лю­дей, однако она наиболее сильно проявляется у людей с "расшатанными нервами". Иногда человеку кажется, что он в чем-то подозревается, иногда ему представляется, что его обвиняют в наличии намерений, которые он сам считает несовместимыми с его "Я"-концепцией, и т. д.

По своей сути проекция — это явление, обратное эмпатии. Это две формы процесса восприятия и оценки людей, однако проекция искажа­ет и ослабляет этот процесс, а эмпатия упорядочивает и усиливает.

Наблюдатель неизменно сравнивает наблюдаемого с самим собой. Ему кажется, что он себя хорошо знает, поэтому на фоне своего "Я" ему лучше представляется другой. Однако в связи с определенным искажением восприятия защитными механизмами это совсем не значит, что наблюдающий объективно прав.

8. Упрощение. Первое впечатление, как правило, всегда неполно. Это связано с тем, что объект восприятия, человек, очень сложен. В связи с этим все мы склонны к упрощению при восприятии людей. Поскольку тенденция к упрощению присуща большинству, то многие люди прак­тически бессильны объективно воспринять другого человека. Они сразу же по какому-то одному факту делают выводы, закрепляют эти выводы своем сознании и потом с трудом меняют их. Это свойство зависит от индивидуальных особенностей людей*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Чуфаровский Ю.В. Общение, наука и культура. Ташкент. 1986, с. 30—34.

Поскольку все перечисленные источники ошибок имеют место в дей­ствительности, по нашему мнению, надо рассмотреть, хотя бы кратко, причины этих ошибок.

Причины ошибок восприятия и оценки личности связаны, во-пер­вых, с особенностями личности воспринимаемых, во-вторых, с не­преднамеренным или преднамеренным влиянием воспринимаемых на воспринимающего и, в-третьих, с особенностями личности воспри­нимающего. Здесь следует отметить как индивидуально-психологичес­кие особенности людей, которые мы воспринимаем, так и их действия с целью предвосхищения своей оценки и обмана наблюдателя.

Индивидуально-психологические особенности воспринимаемых. Люди воспринимаются по-разному. Одни как бы открыты для воспри­ятия, о них всегда легко составить первое впечатление. Другие закрыты, о них часто трудно сказать что-либо определенное. Условно выделяют несколько типов людей.

Есть категория людей, которая плотно скрыта под своим «панцирем» личности, и очень трудно догадаться об их внутренних переживаниях, Они могут быть интеллектуалами, застенчивыми, недалекими и т. д., но догадаться об этом нелегко. Другие что-то всегда подозревают, чем-то встревожены. Они отовсюду ждут неприятностей, от этого постоянно напряжены и враждебно ко всему настроены. Третьи постоянно в дви­жении, их внутренний мир скрыт за цепью действий и операций. Они субъективно ощущают свое превосходство над другими и гордятся им. Есть люди, которые хорошо умеют приспосабливаться к обстоятельст­вам. Так, где нужно они могут возмутиться, польстить и т. д. Их настро­ение меняется в зависимости от ситуации. Встречаются также люди, не поддающиеся никакой характеристике. Они растворяются в толпе, не оставляя в памяти наблюдателя следов о своем образе. О них очень трудно сказать что-либо определенное. Все это сказывается на первом впечатлении.

Известно также: когда человек осознает, что за ним наблюдают, он незамедлительно старается применить различные уловки с целью выгля­деть так, как ему хочется, чтобы его восприняли. Психологически это выражается в искажении или подмене экспрессивных движений (мими­ки, жестов и т. д.). Следует отметить, что обман может быть пред­намеренным и непреднамеренным.

Ранее мы отметили, что объект оценки воспринимается нами в виде целостного образа, формируется впечатление об объекте без учета со­держательных факторов. Лицо, тело, руки, голос и речь объекта, явля­ющиеся показателями его внешних реакций, как бы ускользают от нашего внимания. Между тем лицо генерирует мимические движения, ослабляя или усиливая их соответствующим взглядом глаз. Тело, имея соответствующие формы, принимая характерные позы, производит благоприятное или неблагоприятное впечатление. Определенная жес­тикуляция рук вызывает у нас чувство симпатии или антипатии к чело­веку. Голос с присущим ему диапазоном звуковых частот, резонансом, темпом и другими факторами создает у нас ощущение приятного или неприятного. И наконец, речь, отражающая внутренний интеллект, заставляет нас восхищаться, удивляться или разочаровываться в изучае­мом лице.

Таким образом, при оценке личности по внешним признакам юрист-практик должен понимать реакции лица, тела, рук, голоса и речи. Исследования советских психологов* нацеливают нас на изучение в этом плане: экспрессивных реакций лица, движения глаз, телосложе­ния, позы, походки, жестов, голоса, речи.

_____________________________________________________________________________

*См.: Бодалев А.А. Формирование понятия о другом человеке, как личности. Л., 1970; Бодалев АА. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1982; Теоретические и приклад­ные проблемы психологии познания людьми друг друга. Краснодар, 1975, Криминалистическое описание внешности человека. Под ред. Снеткова В.А. М., 1984; Филонов Л.Б. Психологические аспекты установления контактов между людьми. М., 1952; Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение в нашей жизни. М., 1992; и др.

Методы оценки личности. Здесь мы проанализируем объективные методы оценки личности: наблюдение, беседа, анализ документов, изу­чение биографии, тесты, анализ письма.

Одно из первых мест в системе приемов и способов оценки личности занимает наблюдение. В профессиональной деятельности под наблюде­нием как методом оценки личности понимают научное наблюдение. Оно способно давать наблюдателю богатые конкретные данные, наи­более эффективно оно в сочетании с другими методами.

На практике применяются включенное и дистантное наблюдение. Включенное предполагает наблюдение «изнутри» социальной группы, когда наблюдатель становится полноправным ее членом. Такое наблюдение уже давно применяется в социологических исследованиях, оно широко используется как иностранными, так и российскими учеными*.

_____________________________________________________________________________

*См.:. Лекции по методике конкретных социальных исследований. М., 1973; Шепаньский Я. Элементарные понятия социологии. Пер. с польского. М., 1969; Чуфаровский Ю.В. Социально-психологические проблемы адаптации студентов и молодых специалистов. М.,1976.

Включенное наблюдение обладает большими достоинствами. Оно дает возможность вскрывать многие сокровенные стороны жизни изу­чаемого человека, социального явления и т. п. Однако включенное наблюдение не всегда возможно и уместно, поэтому наряду с ним активно используется и дистантное наблюдение, т.е. наблюдение со стороны.

При наблюдении со стороны главное, что требуется от наблюда­теля, — это оставаться незамеченным как изучаемым лицом, так и ок­ружающими. Дистантное наблюдение активно используется в юридической деятельности.

Наблюдение за объектом — это восприятие его состояния и действий. В процессе наблюдения наблюдатель каждую секунду воспринимает обширную информацию, однако фиксирует он лишь незначительную ее часть. Из всей поступившей информации наблюдатель неизменно про­изводит отбор, который зависит от направленности и особенностей личности наблюдателя.

Считается, что мужчины лучше оценивают мужчин, женщины — женщин, люди, принадлежащие к одной нации, лучше оценивают свое­го соплеменника и т. д. Однако это правило имеет свои границы: объективнее оценивает человек, обладающий высоким уровнем эмпатии. Поскольку наблюдение способно регистрировать лишь отдель­ные акты поведения, то в каждом конкретном случае юрист-практик должен знать, за какими актами поведения, реакциями скрывается истинный смысл изучаемого свойства, явления и т. п.

Наблюдения показывают, что чем менее образован и чем более непосредственен человек, тем рельефнее у него будут внешние движения и тем самым мы можем с большей достоверностью судить по ним о его истинных переживаниях. Наблюдая за объектом изучения, работник юридического труда должен уметь отделять притворство от искренности, видеть за экспрессивными движениями временные состояния и устойчивые характерологические свойства личности объекта.

Беседа. С ее помощью восполняется недостаток информации, полученной наблюдением. Беседа позволяет получить сведения о мотивационных аспектах личности.

Оценка личности в беседе предполагает предварительное планирование этой беседы с целью скрытого получения необходимой информации. Для этого тщательно составляется перечень вопросов по всем аспектам личности. Сюда входят вопросы относительно психологических, соци­ально-психологических особенностей личности, мотивации ее поведе­ния и т. д. Беседа, предпринимаемая для изучения личности, представляет собой диалектическое единство пяти этапов, пяти специфических звеньев общения.

Психологи выделяют: 1) подготовку к беседе; 2) начало беседы; 3) этап получения данных; 4) завершение беседы; 5) оценку результатов беседы.

Подготовка к беседе предусматривает составление плана, базируемо­го, как отмечалось выше, на основе "Схемы изучения личности". Основ­ным содержанием плана должны быть вопросы, которые не удалось выяснить путем наблюдения. Вопросы в плане располагаются так, чтобы обеспечить ведение естественного разговора с собеседником, причем желательно, чтобы вопросы одного раздела «Схемы» не шли друг за другом, а перемежались с вопросами других разделов.

При организации оценочной беседы следует учитывать следующее:

- участники беседы должны иметь время, достаточное для проведе­ния обстоятельного разговора;

- необходимо предусмотреть обстоятельства, которые могут поме­шать беседе, и исключить их (громкая музыка, шум; вмешательство других лиц и т. д.);

- еще до начала беседы нужно четко продумать предлог для беседы;

- необходимо оптимально настроиться на беседу, как бы отгородив­шись от переживаний, которые могли бы отрицательно повлиять на готовность к общению;

- необходимо подавить в себе чувства, отрицательно влияющие на правильность восприятия и оценки личности;

- старайтесь заразнее предвидеть возможные вопросы, которые мо­жет задать объект, и будьте готовы на них ответить.

Непременным условием начала беседы является создание атмосферы непринужденности и доверия. Началом беседы, как правило, является обсуждение какого-либо нейтрального вопроса, которое может легко быть поддержано собеседником. В качестве примерных вводных тем могут быть использованы вопросы о погоде, последних новостях в спор­те, искусстве, живописи, других областях жизни. Однако следует ис­пользовать эти вопросы не как самоцель, а как средство втягивания собеседника в дальнейшую беседу для получения о нем необходимой информации. Задавать, конечно, нужно только те вопросы, на которые он сможет легко и охотно ответить. Захваченная в самом начале беседы инициатива обычно обеспечивает успех дела.

В зависимости от ситуации беседы и поведения собеседника данные о нем можно получить с помощью побуждения его к монологическому высказыванию или путем втягивания его в обсуждение каких-либо вопросов.

В первом случае слушают собеседника, проявляя заинтересованность и внимание к тому, что он излагает. При этой форме ведения беседы активно вступать в разговор следует только тогда, когда объект отклоня­ется от темы. С помощью наводящих вопросов необходимо вернуть объект в «русло» беседы. Положительной стороной такой формы ведения беседы является то, что она дает возможность сосредоточиться на оценке фактов и мнений, высказываемых собеседником. Недостатком ее являет­ся известная пассивность работника юридического труда. Эта пассив­ность снимается, если прибегнуть к диалогической форме беседы.

В беседе могут быть использованы самые различные вопросы. Если с объектом налажен хороший личный контакт, то можно ставить прямые вопросы. В случае когда это делать нецелесообразно, прибегают к косвенному побуждению высказывания. Для уточнения уже имею­щихся данных могут быть использованы вопросы, требующие ответа «да» или «нет».

Для проверки искренности высказываний собеседника иногда можно ставить уточняющие вопросы, используя специфические термины. Здесь оказывает большую помощь предварительная подготовка вопро­сов. Во всех случаях наиболее информационными оказываются воп­росы: "Кто?", «Где?», «Что?», «Почему?», «Когда?», «Как?» Однако час­тое употребление этих вопросов порождает у собеседника нежелатель­ные реакции.

Во-первых, падает активность объекта в непринужденной речи, и он вынуждается вами к конкретному высказыванию. Но поскольку вопрос задается с целью получения каких-то данных окольным путем, то может случиться так, что при ответе на поставленный вопрос собеседник отойдет в сторону от нужной темы.

Во-вторых, конкретные вопросы всегда побуждают защитные меха­низмы человека, и собеседник подсознательно, если его часто спраши­вают «Как?», «Почему?», может замкнуться.

В-третьих, появление в беседе большого числа подобного вида воп­росов обостряет бдительность и подозрительность людей.

В-четвертых, задавая эти вопросы, работник юридического труда мо­жет выдать свои намерения. Тренированный собеседник быстро поймет, в чем тут дело, и предпримет контрмеры: уклонение или обман. В связи с этим, чтобы вопросы звучали естественнее, можно дополнить их междометиями и паузами.

Результаты беседы не следует переоценивать. В процессе непосред­ственного общения трудно получить всю необходимую информацию. Оценить личность можно лишь путем сопоставления результатов беседы с результатами других методов оценки личности. При анализе содержания беседы следует оценить отношение собеседника к тем событиям, людям, фактам, о которых он говорил, вспомнить выразительные сред­ства, которыми он пользовался.

Анализ документов. Информацию об изучаемом человеке получают при анализе документов (письма, деловые отчеты, дневники, доклады, записки, конспекты, литературные произведения и т.п.).

Существует несколько различных классификаций документов, которые можно классифицировать по трем основаниям: 1) по способу фиксации информации (рукописные и печатные документы, кинопленки, маг­нитофонные ленты); 2) по статусу документа (личные документы: пись­ма, дневники; произведения творчества: книги, брошюры, статьи); 3) по характеру документа. В каждом конкретном случае тот или иной до­кумент имеет различный информативный вес.

При оценке личности по документам важно учитывать не столько то, о чем в них говорится, сколько то, как это говорится. Необходимо иметь ввиду, что, оценивая личность, мы интересуемся не событийной инфор­мацией, а психологическим аспектом информации.

Все методы анализа документов делят на традиционные и формализо­ванные. К первым относится анализ смысла текста, ко вторым — ана­лиз, выделение и обработка единиц информации. Довольно эффектив­ным здесь считается контент-анализ. Сущность его состоят в выделении в тексте некоторых ключевых единиц содержания (понятий, суждений, слов), подсчете частоты их употребления, определении их сочетаемости друг с другом, а также с общим содержанием текста*. Техника контент-анализа сводится к ряду операций, главными из которых являются 1) выделение единиц анализа; 2) отбор единиц анализа в тексте; 3) ста­тистическая обработка.

________________________________________________________________________

*См.: Методы социальной психологии. Л. 1977, с. 43—60; Лекции по методике конкретных социальных исследований. М., 1972.

Наиболее ответственная часть процедуры — выделение единиц ана­лиза. От нее зависит успех всей дальнейшей оценочной работы. Начина­ется работа с определения категорий, то есть ключевых понятий, ко­торые соответствуют задачам конкретной оценки. Так, если необходимо по имеющимся высказываниям выявить ценностные ориентации изу­чаемого лица, то рабочими категориями здесь могут быть социальные нормы, лояльность, политические и экономические взгляды, мировоз­зрение. Этим категориям необходимо найти адекватные выражения в языке исследуемого текста, они и будут единицами анализа. В практи­ке контент-анализа употребляют стандартные единицы: слово, термин, символ, суждение. Наиболее употребительными единицами являются слово и символ.

Отбор в тексте единиц анализа. Процедура отбора заключается в отыскании в тексте всех выражений, отражающих смысл единицы анализа, В тексте это могут быть термины, имена собственные, устой­чивые словосочетания.

Статистическая обработка. В настоящее время разработаны много­численные методики обработки данных контент-анализа. Широко ис­пользуются частотные и процентные распределения, разнообразные корреляции и индексы, таблицы, графики и т. д.* В юридической прак­тике при обработке информации на первых порах можно ограничиться более общим подходом. Весьма полезная информация может быть полу­чена на основе данных о частоте употребления единиц анализа, установ­ления пропорций между их отдельными группировками, их взаимной встречаемости и зависимости.

_____________________________________________________________________________

*См.: Методологические и методические проблемы контент-анализа. М.-Л., 1973.

Процедура контент-анализа требует много времени и определенных условий, поэтому она оправдывает себя лишь при проведении научных исследований.

Биографический метод. Изучение объекта юридического интереса является исследованием процесса формирования личности в условиях определенной эпохи, нации, класса, социального слоя. Смысл биографического метода в юридической психологии состоит в изучении жиз­ненного пути личности. Это, с одной стороны, история жизни человека, а с другой — социальная форма его индивидуального развития*. Жиз­ненный путь человека пролегает в условиях микросреды, которая явля­ется сферой межличностных отношений. Из комплекса взаимодейству­ющих в микросреде обстоятельств складывается образ жизни непосред­ственного окружения, который отражается в индивидуальном опыте изучаемой личности.

_____________________________________________________________________________

*Логинова Н.А. Биографический метод в психологии и смежных дисциплинах. Автореф. канд. диссертации. Л., 1975.

Структура жизненного пути имеет свои фазы и генетические пере­ходы между ними. Именно на стыках фаз и переходах происходят важнейшие жизненные перемены. Установление времени переходов от фазы и фазе в жизни изучаемого лица и наложение этих периодов на события жизни нации (группы) могут дать ключ к пониманию особен­ностей психологии этого лица, к объяснению его поведения*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Ладанов И.Д. Мастерство делового взаимодействия. М., 1989, с. 24.

Теория и практика позабывают, что изучение жизненного пути чело­века целесообразно начинать с трехлетнего возраста. Личность человека, как известно, формируется в основном на протяжении трех—пяти лет жизни. Трехлетний возраст связан с наиболее ранними переживаниями детства, с началом осознания своего «Я». В этот период человек впервые встречается с самим собой, у него начинает складываться отношение к себе.

Здесь большую роль играют родители, которые, находясь в условиях не зависимой от ребенка социальной ситуации, закладывают в него определенные идеальные программы, являющиеся для ребенка "мос­том" от прошлого к будущему. Эти программы, преломляясь через эмоциональный мир детей, оказывают большее влияние на восприятие личностью мира в детском саду, школе, вузе, в повседневной жизни.

Метод тестов. Психология в своем прикладном значении широко использует различные тесты для оценки внимания, сенсомоторных ре­акций, памяти, мышления, речи. Эти тесты дают возможность в системе профессионального отбора оценить развитие психических функций личности и определить кандидатов для обучения по определенной специальности. С помощью тестов каждый индивидуально может оце­нить свои способности и наметить систему упражнений для развития нужного ему качества характера. Тесты позволяют также оценить и не­которые параметры личности.

В последние годы появилось много различных тестов, направленных на оценку личности. Обилие тестов, справедливо отмечает В.М. Блейхер, объясняется различием подхода к самому изучению личности, свое­образием интереса исследователей и направленностью на различные личностные проявления*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Блейхер В.М. Клиническая патопсихологии. Ташкент, 1976, с. 134.

В современной психологии наибольшее распространение получили тесты оценивания, прожективные тесты и личностные опросники.

Многие из оценочных и прожективных тестов могут с успехом ис­пользоваться для оценки личности в юридической деятельности, нужно только внести в процедуру их применения лишь одно изменение: ин­формацию для оценки по тесту собирать не прямым, а косвенным путем. Проще всего это делать при оценке личности с помощью лич­ностных опросников.

Личностные опросники построены с учетом стремления человека к самооценке. Среди опросников наибольшую популярность приобрел тест "ММРУ" в который включено 384 утверждения. По ответам об­следуемого о приемлемости или неприемлемости для его личности предъявленных утверждений составляется профиль личности, делаются выводы о ее психологии. Аналогично построены опросники Тейлора и Айзенка. Опросник Тейлора определяет уровень тревожности личнос­ти, а Айзенка — замкнутость, общительность и эмоциональную неурав­новешенность. Опросник Айзенка также дает возможность определить тип темперамента и некоторые личностные типические черты.

Опросник состоит из 57 утверждений: из них 24 относятся к шкале экстраверсии, 24 — к шкале нейротизма и 9 — к шкале лжи. Испыту­емый должен без раздумья решать, относятся ли к нему предлагаемые утверждения. На вопросы следует отвечать только «да» или «нет». Мак­симальный показатель общительности (экстраверсии) — 24 балла, пока­затель ниже 12 баллов свидетельствует о замкнутости (интроверсии). Максимальный показатель эмоциональной неустойчивости — 24 балла, показатель в 13 баллов свидетельствует об эмоциональной уравновешен­ности, Показатель в 7—9 баллов по шкале лжи свидетельствует о неиск­ренности испытуемого.

Анализ письма. Письмо является одним из информативных элемен­тов при изучении личности. По письму можно определить уровень образования писавшего, эмоциональное состояние, нарушения в речи и психике, некоторые особенности характера.

Для анализа необходим графический материал. Оптимальная его ве­личина — половина стандартного листа. Характерологические признаки наиболее ярко проявляются в образцах, исполненных произвольно: в личных записях, дневниках, письмах и т. д.

Важной характеристикой письма является выработанность почерка. У каждого человека имеется свой определенный и характерный для него уровень выработанности, который складывается постепенно и опре­деляется образованием и письменной практикой. Письмо, как зеркало, отражает многие черты и качества человека. Например, для людей с психическими расстройствами характерна плохая организация почер­ка, наличие украшений, отрывочность, разная величина букв и т. д.

Оценка данных о личности. В основу систематизации данных о лич­ности, интересующей работника юридического труда, должны быть положены: 1) принцип изучения личности в деятельности; 2) принцип цельности личности и 3) принцип конкретно-исторического подхода.

Принцип изучения личности в деятельности нацеливает нас на анализ деятельности изучаемого человека и на сопоставление этой деятельности с его высказываниями, а также на исследование формы деятельности.

Принцип цельности при изучении и оценке личности требует учиты­вать не какую-нибудь отдельную черту или реакцию изучаемого челове­ка, а совокупность черт, реакций, качеств, свойств и отношений. Н.Г. Чернышевский считал, что надо «рассматривать каждую сторону деятельности человека как деятельность... всего его организма от головы до ног включительно»*.

________________________________________________________________________

* Чернышевский Н.Г. Антропологический принцип в философии. М., 1944. с. 83.

Такая система действий по добыванию необходимой информации заложена в "Схеме изучения личности".

Принцип конкретно-исторического подхода к оценке интересующей нас личности предполагает изучение истории жизни оцениваемого, его роста и развития, а также условий, в которых он социализировался.

§ 2. Установление и развитие психологических контактов

Психологический контакт — это процесс установления, развития и поддержания взаимного тяготения общающихся. Успешность установ­ления и развития психологического контакта во многом обусловлена гармоний человеческих отношений, развитием психологических связей между общающимися. Если люди проникаются интересом или доверием друг к другу, можно говорить, что между ними установился психологи­ческий контакт.

Развитие контакта между людьми в психологическом плане проходит три стадии: 1) взаимное оценивание; 2) взаимная заинтересованность; 3) обособление в диаду. Прослеживается это очень хорошо на каком-нибудь вечере, коллективном выходе в театр и т. п.

При оценивании имеет место внешнее восприятие друг друга и фор­мирование первого впечатления. Встретившись друг с другом, люди подсознательно прогнозируют исход контакта. Результатом взаимного оценивания является вступление в общение либо отказ от него. Далее участники общения делают осторожные шаги к сближению. Возникает заинтересованность друг другом, сокращается обмен информацией с другими лицами. Все это ведет к выбору общей тематики для бесед и в конечном счете к обособлению. Важными показателями этой стадии являются частый обмен взглядами, улыбками, сокращение дистанции между партнерами.

Для успешно установления и развития контакта юристу-практику целесообразно подготовить план, в котором отражались бы личностные особенности заинтересованного объекта. Формирование у него интереса к контакту осуществляется путем обеспечения заинтересованности объ­екта в личности работника юридического труда и общении с ним.

На пути установления и развития психологических контактов между людьми возникают психологические барьеры. В зависимости от особен­ностей личности эти барьеры могут выступать в виде равнодушия, недоверия, вражды, несовместимости и пресыщения.

Мы уже отметили, что процесс общения начинается со знакомства, которое обеспечивается тщательным планированием этого процесса. От результатов взаимовосприятия зависит, быть или не быть совместной деятельности, а если быть, то насколько успешной и продолжительной*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение в нашей жизни. М., 1992, с. 48.

Большое значение имеет выбор предлога для знакомства. Практика юридической работы показывает, что прямое "заговаривание" вызывает у людей состояние психологического дискомфорта и накладывает от­рицательный оттенок на первое впечатление. Поэтому если предлог знакомства оказывается естественным и объяснимым, то общение нала­живается и развивается довольно легко. Если же предлог непонятен и не соответствует обстановке, то развитие контакта затрудняется и его пер­спектива остается далеко не ясной. Предлог должен не только оправды­вать обращение к человеку, но и дать возможность продолжить разговор. Особенно важными здесь являются находчивость, остроумие, ориги­нальность юриста, благодаря которым объект естественно и незаметно втягивается в беседу.

Первое впечатление о работнике юридического труда играет большую роль в установлении и развитии контакта с заинтересованным челове­ком. Поэтому юристу нужно научиться создавать о себе благоприятное впечатление.

Исследования показывают, что первое впечатление складывается на основе восприятия: 1) внешнего вида человека; 2) его экспрессивных реакций (мимики, жестов, походки и т. д.); 3) голоса и речи*.

_____________________________________________________________________________

*См. подробнее: Бодалев А.А. Формирование понятия о другом человеке как личности. Л., 1970.

Особенность познания юристом-практиком человека в ходе общения заключается в том, что воспринимающий субъект стремится понять не только обусловленность внешних признаков партнера, но также его намерения, планы, его субъективный мир. Можно утверждать, что и сам процесс формирования первого впечатления логически распадается на несколько этапов. Первый — это восприятие объективных характери­стик. Здесь партнер по предстоящему общению воспринимается скорее как физический индивид с внешнее понятными особенностями (пол, рост, мимика, одежда, походка, ролевые признаки и т. д.). Это — качес­тва, как бы говорящие сами за себя. В этой связи их и называют невербальными компонентами общения. Психолог В.А. Лабунская вы­деляет по меньшей мере 15 функций невербального поведения (созда­ние образа партнера, маскировка нежелательных черт и т. д.)*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Лабунская В.А. Невербальное поведение (социально-перцептивный подход). Ростов, 1986.

Второй этап — это восприятие эмоциональных и поведенческих про­явлений, общего психического состояния партнера по общению.

Третий этап — это синтез наших рациональных умозаключений, эмоциональных впечатлений, увязки прошлого опыта и наших соб­ственных намерений по отношению к партнеру и создание так называ­емого динамического образа, который включает оценочные представления о другом как обладателе социально-ролевых и индивидуально-личностных черт, делающих его пригодным или непригодным для об­щения в данных условиях*.

________________________________________________________________________

*Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение в нашей жизни, С. 50—51.

В процессе общения между людьми возникает симпатия или анти­патия, которые складываются обычно на подсознательном уровне. Раз­витие контакта продолжается, естественно, только при наличии поло­жительного отношения друг к другу, то есть когда имеет место взаимная симпатия. Вполне понятно, что для развития контакта работнику юри­дического труда необходимо вызвать к себе чувство симпатии со сто­роны заинтересованного лица. Симпатия его к работнику юридического труда будет иметь место в том случае, если заинтересованный человек предвосхищает приятное при сносных усилиях. Другими словами, сим­патия возникает тогда, когда "выигрыш" превышает "цену".

Психологические наблюдения показывают, что люди со сходными ценностными ориентациями имеют тенденцию сближаться, они вызы­вают симпатии друг у друга. Особенно важны для многих людей лич­ностные ценности: отношение к добру и злу, общечеловеческим нормам морали, обогащению, познанию и т. д. Большую значимость также имеют социальные ценности и установки, регулирующие жизнь боль­шинства людей. Человек ищет сближения с теми, кто его поддерживает. Чтобы возбудить симпатию к себе, нужно иногда искусно играть роль единомышленника. Люди тяготеют к тому, кто рассматривает их как личность, наделенную определенными положительными качествами. Одним из проявлений заботы является стремление понять внутренние переживания интересующего нас человека. Доказано, что, когда один человек искренне хочет понять другого, последний как бы допускает этого человека в мир своих переживаний, симпатизирует ему.

Работник юридического труда должен учитывать, что наибольший интерес к своей личности, а также к общению он может вызвать в про­цессе самой беседы. Даже в том случае, если объект будет первоначаль­но испытывать к юристу определенное чувство неприязни, беседа может исправить положение.

Следует учитывать, что общий разговор будет поддержан далеко не каждым собеседником. Неуместная тема разговора также чревата сво­ими последствиями: она создает неловкость между общающимися и по­рождает барьер несовместимости.

Планируя построение проблемной ситуации в беседе, надо прини­мать во внимание характерологические особенности объекта, его эру­дицию, социально-психологические данные. Основное внимание надо обратить и на асоциальную роль объекта в обществе.

Работник юридического труда должен показать своему объекту, что он внимательно его слушает: периодически смотреть говорящему в гла­за, кивать головой и делать соответствующие жесты, как бы подкрепляя слова и выводы объекта.

Теперь, оставив «манипулятивную» сторону воздействия, обратимся к качествам личности и тем приемам, которые реально необходимы.

В одной из своих книг «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей» Д. Карнеги описывает шесть способов понравиться людям*:

_______________________________________________________________________

*Карнеги Д. Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей. Пер. с англ. М., 1989, с. 28.

1. В разговоре всегда проявляйте искренний интерес к собеседнику.

2. Чаще улыбайтесь. «Человек, не имеющий улыбки на лице, не должен открывать своей лавки», — гласит древнекитайская пословица.

3. В разговоре с человеком чаще употребляйте его имя. Если вы сразу запомните имя человека и будете называть его без затруднения, это будет для него приятным моментом. Но если вы забудете имя или неправильно произнесете его, то себя поставите в неудобное положение.

4. Заводите разговор на тему, которая интересует вашего собеседника.

5. Старайтесь дать человеку его превосходство над собой и делайте это искренне. При этом всегда помните одно из основных правил общения: "Делайте для других то, что вам хотелось бы, чтобы другие делали для вас".

6. Умейте внимательно слушать и побуждать собеседника рассказы­вать о себе. Умение слушать собеседника - это искусство. Овладеть этим искусством должен всякий, кто хочет добиться успеха в общении с людьми».

Следует отметить, что по манере слушания собеседника люди делятся на три группы: внимательные слушатели, пассивные слушатели и агрес­сивные слушатели. Внимательные слушатели создают благоприятную атмосферу беседы, стимулируют говорящего к активности. Пассивные — вызывают у говорящего апатию и тем самым гасят его речевую активность. Агрессивные слушатели вызывают у говорящего негативные эмоции.

Нередко многие неурядицы, связанные с межличностными конфлик­тами, возникают из-за того, что мы не умеем слушать. Иногда слушающий может быть искренне заинтересован в том, что говорит собеседник, однако в силу своих индивидуально-психологических особенностей пло­хо сигнализирует ему об этом. Дело заключается в том, что в таких случаях вслушиваются только в слова собеседника, а самого говорящего выпуска­ют из поля зрения. Говорящий, не чувствуя на себе взгляда слушателя, начинает нервничать и искать повод прервать разговор и удалиться.

Схема слушания должна строиться по принципу обратной связи: объект произносит слова, направленные к субъекту, который слушает, сосредотачивая свое внимание на собеседнике и на его словах и стараясь уловить основную идею высказывания.

Если вам предстоит деловое общение, то первое и основное правило заключается в том, что надо производить впечатление делового челове­ка т. е. чтобы таковым вас воспринимали (это компетентность, демо­кратизм, расположенность к человеку, последовательность и т. д.). На это и надо себя настраивать. В дружеском общении важны открытость, отзывчивость, разделение ценностей, сочувствие, способность дать во­время совет и оказать поддержку.

А как быть, если предстоит заведомо неприятный разговор, часто встречающийся у работников юридического труда? Здесь такие качества, как открытость и искренность, могут быть восприняты (с иной позиции партнера) как проявление слабости и капитуляция. В этом случае на вас будет оказываться прямое давление, чтобы вы уступили или подчини­лись. Здесь наиболее важное качество — уметь показать при всем раз­личии позиций и расхождении точек зрения готовность понять собесед­ника и обсудить его аргументы, продемонстрировать непредвзятость. Худший способ спора — это демонстрировать силу собственного «Я»*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение в нашей жизни. М., 1992, с. 48.

Познание человека и понимание его — длительный процесс, который протекает и в ходе начавшегося общения и не завершается, когда обще­ние закончилось.

§ 3. Получение необходимой информации от свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемых

Практика получения информации методом выведывания свидетель­ствует о том, что в этом процессе решающая роль отводится факторам психологического порядка. В большинстве случаев успех здесь зависит от умения человека устанавливать с собеседником психологический контакт и в процессе общения воздействовать на его сознательные и бессознательные сферы психики. Такое воздействие оказывается с разными целями. Одна из них — побудить собеседника сообщить сведения, которыми он не хотел бы ни с кем делиться.

Общепсихологической основой, на базе которой возможно получение интересующей нас информации, является теория бессознательного. Смысл выведывания информации заключается в том, чтобы, опираясь на общие закономерности психической деятельности субъекта нашего интереса, побудить его к передаче в той или иной форме работнику юридического труда информации. Поскольку этот субъект, как правило, сознательно передать эту информацию не хочет, его необходимо побу­дить к неосознанной ее передаче.

Бессознательные психические явления для нормальной жизнедея­тельности организма являются прямой необходимостью. В этом прояв­ляется новая функция бессознательного: оно обеспечивает своеобраз­ную «разгрузку» сознания, что находит свое отражение в выработке так называемых защитных механизмов сознания. Смысл защитных меха­низмов заключается в том, что, они вытесняют или подавляют всю ту информацию, хранившуюся в сознании, которая мешает или проти­воречит деятельности и поведению человека в конкретной ситуации.

Грань между сознательным и бессознательным весьма условна. И.С. Кон отмечает, что «защитные механизмы призваны поддерживать известную целостность, устойчивость, идентичность индивидуального самосознания в условиях, когда конфликт различных установок ставит его под угрозу».

____________________________________________________________________________

*Кон И.С. Социология личности. М., 1967, с. 62.

Если обратиться к психологической структуре личности, то в ее различных подструктурах можно найти немало элементов, являющихся бессознательными психическими явлениями. Скажем, основные эле­менты биологически обусловленных качеств — свойства темперамента, задатки, врожденные влечения и т. п., обычно не осознаются субъектом. Многим психическим процессам присуши элементы бессознательного. Устойчивые элементы профессионального и жизненного опыта, как правило, не осознаются субъектом. Это — автоматизированные навыки, умения и особенно привычки. Многие действия, совершаемые челове­ком многократно и имеющие жизненное значение, также остаются вне его сознания. Например, мы ежедневно по нескольку раз пользуемся ключом от квартиры, но осознаем лишь его прямое назначение, что же касается геометрической конфигурации ключа, то она не отражается в сознании, и мы обычно испытываем затруднение, когда просят нари­совать ключ.

Наконец, определенные черты характера, свойственные человеку, присущие ему способности также не всегда осознаются. Нередко для осознания этих черт субъекту нужны чрезвычайные обстоятельства (военное время, например), которые раскроют эти черты как элементы структуры личности. Иногда человек не осознает своих способностей, и они раскрываются по мере развития его самосознания, в процессе деятельности. Следовательно, бессознательные явления не есть область чего-то загадочного и таинственного; это обычные психические явле­ния, но не достигающие уровня сознания или самосознания.

Исходя из общих теоретических положений и практического опыта можно выделить два основных пути получения необходимой нам ин­формации. Первый — это побуждение субъекта к непроизвольной рече­вой репродукции (непроизвольным высказываниям) фактов, представ­ляющих интерес для работников юридического труда. Второй — побуж­дение интересующего нас лица к непроизвольным физическим или экспрессивным действиям, содержащим соответствующую информа­цию. Первый способ можно условно назвать словесно-репродуктивным, а второй — моторно-репродуктивным.

Внутри названных способов можно выделить ряд конкретных при­емов, с помощью которых и осуществляется побуждение свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого к передаче информации работнику юридического труда.

1. Демонстрация конкретных предметов, «оживляющих» в памяти за­интересованного субъекта соответствующие образы и побуждающих его к непроизвольным высказываниям. Например, чтобы выяснить, зна­комо ли подозреваемое лицо с фотографией, юрист-практик или его доверенное лицо берет с собой какие-либо фотопринадлежности (фото­аппарат, пленку, фотобумагу и т, п.), которые объективно могут послу­жить поводом к соответствующим высказываниям, разговору в целом. Вообще, следует сказать, что в качестве конкретных предметов, побуж­дающих потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого к непроиз­вольным высказываниям, могут быть использованы предметы, принад­лежащие связям проверяемого, потерпевшего и т. д., иные предметы, доступные для восприятия (экспонаты выставок и музеев, плакаты, объявления и т. д.).

Предмет, избранный для демонстрации, должен быть известен субъ­екту нашей заинтересованности. Демонстрация предмета должна быть естественной и оправдываться конкретной ситуацией. Действия и по­ступки сотрудника правоохранительных органов, демонстрирующего предмет, должны быть логически последовательными и экспрессивно обоснованными. Указанные условия направлены на то, чтобы скрыть сознательный характер демонстрации предмета и побудить субъекта нашей заинтересованности к соответствующим высказываниям.

Демонстрация предметов является простым приемом получения ин­формации.

2. Использование смежной темы разговора. Этот прием разговора дает возможность вести беседу целенаправленно, не прибегая к постановке прямых вопросов, в голове нужно держать не перечень возможностей, а самый способ ставить тему, то есть умение боковыми вопросами задавать главный вопрос и получать на него ответ.

Возможность репродукции образов под влиянием речевых воздей­ствий основывается на психофизиологическом явлении семантической генерализации. Сущность этого явления заключается в том, что прак­тически одинаковые реакции возникают у человека на все слова, ко­торые сходны по смыслу, то есть относятся к одной логической группе, и почти не зависят от их звучания или написания*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Чуприкова Н.И. Слово как фактор управления в высшей нервной деятельности человека. М., 1967, с. 278—281.

Тема разговора, используемая в качестве смежной, должна быть из­вестна субъекту нашей заинтересованности и иметь для него определен­ную личностную значимость. Она должна логически вытекать из кон­кретной ситуации. Действия и поступки сотрудника правоохранитель­ных органов, осуществляющего получение информации, должны быть психологически обоснованными и экспрессивно подтвержденными. Смежная тема не должна быть слишком близка к основному вопросу, подлежащему выведыванию, так как в противном случае она приобрета­ет характер плохо замаскированного прямого вопроса.

3. Постановка прямых, но достаточно мотивированных вопросов. Диа­пазон прямых вопросов, которые можно ставить перед субъектом нашей заинтересованности, весьма органичен.

Для успешного применения в юридической деятельности приема постановки прямых мотивированных вопросов необходимо соблюдать условия: 1) прямой вопрос должен относиться к теме, хорошо известной субъекту нашей заинтересованности; 2) работник юридической профес­сии и источник информации должны доверять друг другу; 3) прямой вопрос должен быть психологически обоснован и подтвержден опреде­ленными речевыми интонациями.

4. «Вызов» субъекта заинтересованности на соответствующую беседу путем формирования у него определенного психического состояния в процессе общения. Психофизиологически такие явления объясняются присущей людям так называемой эмоциональной реактивностью. Она характеризуется «инстинктивным реагированием на змоциогенный раз­дражитель. Возникающие подкорковые доминанты возбуждения по за­конам иррадиации охватывают почти весь организм и объективно меша­ют целенаправленной деятельности*.

____________________________________________________________________________

*См.: Зильберман П.Б. К вопросу о методе исследования эмоциональной устойчивости. Материалы III Всесоюзного съезда общества психологов СССР. Т. III. М., 1968, с. 210.

«Вызову» на беседу должно предшествовать формирование у субъекта определенной заинтересованности в общении. Он должен осущест­вляться с учетом профессиональных и индивидуальных особенностей источника информации, исходить из конкретной ситуации общения и формировать определенное психическое состояние у субъекта заин­тересованности. Методически очень важно, чтобы действия, вызываю­щие субъекта на беседу, были личностно для него значимыми.

5. Демонстрация конкретных предметов , связанных с преступной де­ятельностью субъекта нашей заинтересованности. Данный прием успеш­но применяется в оперативной и следственной практике.

Условиями успешного практического использования этого приема являются: 1) демонстрируемые конкретные предметы должны быть действительно или вероятно связаны с преступной деятельностью субъекта;

2) субъект должен воспринять эти предметы в соответствующей ситуации; 3) наличие демонстрируемых предметов должно быть оправдано определенной жизненной ситуацией; 4) действия и поступки сотруд­ника правоохранительных органов, демонстрирующего предмет, долж­ны выражать его нейтральное отношение к этим предметам и быть соответствующим образом мотивированы; 5) необходимо тщательно фиксировать психические состояния субъекта и его выразительные дви­жения.

6. Создание кратковременных, неожиданных или психологически острых жизненных ситуаций . Такими ситуациями могут быть как естественно сложившиеся, так и искусственно созданные.

Условия успешного применения этого приема следующие: 1) создава­емые ситуации должны иметь для субъекта личностную значимость;

2) нужно выбрать такой момент для создания ситуации, чтобы субъект обязательно на нее среагировал; 3) поступки и действия лица, использу­ющего ситуацию, должны логически вытекать из нее и получать соот­ветствующее экспрессивное подтверждение; 4) необходимо тщательно фиксировать психические состояния и выразительные движения субъ­екта в ответ на созданную ситуацию.

7. Создание обстановки привычной деятельности. Условия, обеспечива­ющие успешность применения данного приема, состоят в следующем:

1) создаваемая обстановка привычной деятельности должна быть дей­ствительно привычной; 2) в этой обстановке субъект должен действо­вать; 3) поведение лица, использующего обстановку привычной дея­тельности, должно быть нейтральным и экспрессивно подтвержденным; 4) необходима фиксация результатов деятельности субъекта, его психи­ческих состояний и выразительных движений.

Важно подчеркнуть, что на практике использование тех или иных способов и приемов получения информации осуществляется, как пра­вило, комплексно: один прием дополняет другой и создает условие для применения третьего и т. д. Следует, однако, отметить, что психологи­ческие способы и приемы получения информации, равно как и любые другие способы и приемы, не являются универсальными, готовыми для всех случаев жизни. Эти приемы обычно не дают практического резуль­тата, когда нарушаются, не соблюдаются условия их применения, в ре­зультате чего субъект осознает, что у него выведывают определенную информацию.

Психологические приемы получения информации составляют один из элементов деятельности (в частности, ролевой) и базируются на закономерностях психической деятельности людей,

§ 4. Психологические аспекты ведения переговоров с преступниками

«Переговоры с преступниками». Непривычное сочетание слов. В са­мом деле, возможен ли диалог и достижение каких-либо соглашений с лицами, преступившими уголовный закон, подлежащими преследова­нию силой государственной власти, юридическому и нравственному осуждению?

В нашей стране и за рубежом, кроме захвата заложников, все более многочисленными становятся факты похищения людей, в том числе детей, произведений культуры и искусства для получения выкупа, угроз осуществить вооруженные нападения, убийства, взрывы, поджоги, мас­совые отравления, чтобы добиться выполнения выдвинутых условий. Практически во всех подобных случаях силы правопорядка и общест­венной безопасности вынуждены вести переговоры, чтобы спасти выс­шее благо земного бытия — жизнь, среду обитания людей, достижения человеческой цивилизации.

Приходится констатировать, что переговоры с преступниками полу­чили значительное распространение во всем мире. О них чаще говорят средства массовой информации, газеты, радио, телевидение, сводки происшествий. Можно сказать, что они стали привычным явлением социальной и правовой деятельности, характерной чертой современного образа жизни, одним из направлений правоохранительной деятельности*.

____________________________________________________________________________

*См.: Илларионов В.П. Переговоры с преступниками. М., 1993, с. 4—5.

За рубежом еще в начале 70-х годов осознали, что переговоры с пре­ступниками относятся к «новым подходам, новым мерам», позволяю­щим во многих ситуациях обеспечить устранение опасности, предупре­дить совершение тяжких преступлений, избежать применения силы. Причем нередко единственным реальным средством. Отсюда их соци­альная, правовая и моральная ценность, в этом их смысл и предназначе­ние. Когда без них обойтись нельзя — их надо применять; смело идти на диалог с преступником.

Русский язык придал слову переговоры два значения. Просто «перего­вариваться», беседовать с кем-то, передавать друг другу сведения, ин­формацию. И «переговариваться», чтобы «договариваться», как говорит далевский словарь, приходить к соглашению. Эту понятийную двой­ственность слова нельзя не учитывать в теории и практике.

Умение вести переговоры, т. е. дипломатия, испокон веков рассмат­ривалось как сложный вид интеллектуальной деятельности, заключа­ющейся в способности достигать соглашения в целях предотвращения или урегулирования конфликтов, поиска компромиссов и взаимоприем­лемых решений. А явно выраженные соглашения (договоры) означают принятие сторонами взаимных обязанностей и прав, регулирующих их отношения*.

____________________________________________________________________________

*См.: Дипломатический словарь. М., 1980, Т. 1. с. 327—340; Фишер Р., Юри У. Путь к согласию, или Переговоры без поражения. М., 1990.

Переговоры начинаются тогда, когда хотя бы одна из сторон «проявит волю», чтобы изменить сложившееся положение, выраженную в кон­кретном предложении, будь то просьба, требование, условие, пожелание начать дискуссию, обсуждение, в котором обязательно должен быть выражен интерес, позиция, занимаемая сторонами.

Переговоры — универсальное средство человеческого общения, изу­мительный инструмент, изобретенный людьми в незапамятные времена. Они позволяют находить согласие там, где интересы не совпадают, мнения расходятся.

Несомненно, есть нечто общее, что объединяет все виды переговоров, «переговорный процесс». В основе его лежит свойство человеческой психики, выработанное в ходе эволюции, умение находить путем об­мена информации с другими людьми, а возможно, и с другими мыс­лящими субъектами, взаимоприемлемые решения*. В каждом акте пере­говоров должен быть интерес, который преследуют стороны, чтобы взаимно решить какой-либо вопрос, достичь соглашения. Коэффициент полезного действия этого двигателя зависит от степени заинтересован­ности сторон, стремления разрешить конфликт путем урегулирования: было бы желание, остальное приложится.

____________________________________________________________________________

*См.: Ушакова Т.Н. Речь как когнитивный процесс и как средство общения. В сб. Когнитивная психология. М., 1986, с. 131—141.

Переговоры — не только наука, но и искусство. Такое утверждение не случайно. Оно связано с наблюдением за тем, как ведутся переговоры. Переговоры — искусство потому, что они сюжетны. конфликтны в сво­ей основе, на них накладываются человеческие страсти, надежды на исполнение желаний, участникам свойственные эстетические удоволь­ствия, связанные с их успешным исходом, то, что обычно саязыаается с проявлением творчества, главного начала любого искусства. Перего­воры — это творчество в общении людей, пытающихся достичь своей цели в ходе диалога. Соглашения, достигнутые в ходе переговоров, оказываются более действенными с точки зрения практического результата, чем приказы, указания, предписания. Они более точно оценивают сложившуюся ситуацию и отношение к ней людей, лишены формально-бюрократи­ческих черт, когда одна сторона "предписывает", а другая - "исполняет".

При всех недостатках переговорного процесса, каким мы его на­блюдаем сегодня, он доказал свою незаменимость при решении спор­ных вопросов. В сущности говоря, он является естественной социально полезной реакцией на любое осложнение во взаимоотношениях: кон­фликт, несогласие, выражение другой точки зрения.

Ведение переговоров — тяжелый, напряженный труд, связанный с большими нервными перегрузками. Поэтому в случаях длительных переговоров необходимо проводить периодическую смену переговор­щиков (иметь дублеров), создать им условия для отдыха, питания, оказания медицинской помощи. В помещении штаба переговоров долж­ны находиться только те, кто задействован в этом мероприятии, чтобы не мешать спокойному ведению диалога.

В современных условиях все большее значение приобретает роль средств массовой информации в освещении случаев переговоров с пре­ступниками. В распоряжение представителей газет, радио, телевидения должны систематически представляться необходимые данные, которые целесообразно предать гласности в зависимости от ситуации, складыва­ющейся в ходе операции, чтобы они помогали, а не затрудняли разреше­ние конфликта, не вызывали панических и иных негативных настро­ений. В то же время они должны быть тщательно взвешены, чтобы не создавалось искаженное представление о целях и намерениях правоох­ранительных органов.

Главное же в организации ведения переговоров с преступниками — это подбор и подготовка переговорщиков. Они должны строиться на добровольной основе, с учетом индивидуальных особенностей кандидатов, их способности дебатировать в стрессовых ситуациях, наблюдатель­ности, быстроты реакции, самообладания, эмоциональной устойчи­вости, необходимых интеллектуальных, коммуникативных, характеро­логических задатков, гуманных побуждений. Они должны обладать необходимыми знаниями в области психологии и педагогики, пройти специальную подготовку. Основной метод обучения — ролевая игра, в которой моделируется конкретная обстановка переговоров с преступ­никами, закрепляются навыки психологической борьбы, воздействия на преступников с целью склонения их к отказу от противоправного пове­дения, достижения приемлемого соглашения.

Глава VII
Психология юридического труда

§ 1. Психологическая характеристика труда юриста

Юридический труд весьма разнообразен и сложен и имеет в себе ряд черт, которые отличают его от труда большинства других профессий. Правоприменительная деятельность большинства юридических профес­сий протекает в области общественных отношений и отличается чрез­вычайным разнообразием решаемых задач. Каждое новое дело для сле­дователя, судьи, прокурора, адвоката представляет собой новую задачу, и чем меньше шаблона будет допущено этими лицами, тем более веро­ятен правильный исход в поисках истины.

Следует отметить, что правовое регулирование всей профессиональ­ной деятельности отличает юридический труд от других профессий и постепенно накладывает свой отпечаток на личность каждого юриста. Вся деятельность следователя, прокурора, судьи, адвоката, нотариуса и т. д. при всей ее сложности и разнообразии всегда протекает в рамках правового регулирования. Уже при планировании своей деятельности каждый юрист мысленно производит сопоставление своих будущих действий с нормами действующего законодательства, регламентирую­щими эти действия. Для большинства юридических профессий характерна высокая эмоциональность труда. При этом в ряде случаев деятельность сопро­вождается отрицательными эмоциями, необходимостью их подавлять, а эмоциональная разрядка бывает отсрочена на сравнительно большой период времени.

Профессиональная юридическая деятельность в основном деятель­ность государственная. Государство ставит перед правоохранительными органами определенные цели и задачи, направленные на ликвидацию преступности в стране. Государство создает специальную систему подготовки, переподготовки и усовершенствования правоохранительных и судебных органов. Эти требования по мере роста юридической культуры всего общества повышаются по отношению как ко всей правоохранительной системе, так и к каждому ее звену, к каждому ее работнику.

Труд многих юридических профессий (прокурора, судьи, следователя, оперативного работника и других) предполагает наличие у субъекта труда особых властных полномочий, наличие права и обязанности применять власть от имени закона. Наряду с этим правом у большинства перечисленных выше лиц развивается профессиональное чувство повы­шенной ответственности за последствия своих действий.

Основная задача психологии юридического труда — выявление раци­ональных соотношений между требованиями, которые ей предъявляют­ся профессией. В познании этих закономерностей психология юриди­ческого труда опирается на методы, теоретические положения и экспе­риментальные данные различных наук: общей и дифференциальной психологии, психологии труда, юридической социологии, уголовного права и т. д. Системный подход предполагает центральным аспектом исследования процесс деятельности и позволяет дать достаточно точное описание этого процесса с учетом всех участвующих в нем элементов.

Ответственный и сложный труд работников юридических профессий предъявляет к ним повышенные требования. Большинство этих профес­сий в настоящее время считаются престижными, хотя многие молодые люди, выбирая для себя эти профессии, не имеют ясного представления о всей сложности этой деятельности и, главное, не предполагают, какие требования будут предъявляться к ним.

Юридическая деятельность — это деятельность, связанная с нормами права, и отдельные ее виды в самом названии содержат это основное понятие: правоприменительная деятельность, правоохранительная де­ятельность, правозащитная деятельность и т. д. Юридическая деятель­ность представляет собой требующий большого напряжения, терпения, знаний и высокой ответственности труд, основанный на строжайшем соблюдении закона.

Для большинства юридических профессий характерной чертой явля­ется организационная сторона деятельности, имеющая два основных аспекта: 1) организация собственной работы в течение рабочего дня, недели, организация работы по уголовному делу в условиях ненор­мированного рабочего дня; 2) организация совместной работы с други­ми должностными лицами, правоохранительными органами и т. д.*

____________________________________________________________________________

* См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 137.

В уголовном судопроизводстве поиск истины — процесс творческий, поэтому следователю, прокурору, судье, адвокату необходимы чуткость, внимание, человечность, умение проникнуть во внутренний мир чело­века и т. д.

Психологический анализ профессиональной юридической деятель­ности позволяет выделить ряд этапов, через которые происходило дви­жение к конечной цели — установлению истины. В этой деятельности отмечаются следующие стороны: познавательная, коммуникативная, конструктивная, организационная, удостоверительная, воспитательная.

При осуществлении следствия или правосудия каждая сторона юри­дической деятельности может выступать самостоятельно, в тесной взаи­мосвязи с другими видами, наконец, в качестве вспомогательного, обес­печивающего другой вид деятельности.

При изучении системы видов деятельности можно выделить две груп­пы их: основные и вспомогательные. Основные виды деятельности прямо направлены на достижение целей следствия и правосудия. К ним относятся: познавательная, конструктивная, воспитательная. Вспомога­тельные виды (коммуникативная, организаторская, удостоверительная) призваны обеспечивать оптимальное осуществление целей основных*.

____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975. с. 54.

Ниже мы кратко дадим описание юридических профессий под углом зрения задач, которые возложены на те или иные органы, обслуживаю­щие правовую систему.

§ 2. Профессиограммы юридических профессий

Психологическое изучение профессий является необходимым услови­ем научной организации труда. Юридическая психология, изучая зако­номерности психической деятельности в следственной, судебной и иной юридической деятельности, призвана раскрыть психологическое свое­образие этой деятельности, охарактеризовать психологическую сторону профессиональных качеств, необходимых для следователя, судьи, опе­ративного работника и других работников юридического труда, указать пути их приобретения и совершенствования.

Повышение качества труда юриста невозможно без учета индивиду­альных особенностей его личности и соответствия личностных качеств объективным требованиям данной профессии.

Одним из главных результатов психологического анализа юридичес­кой деятельности должно явиться создание юридической профессиограммы, представляющей собой комплексное отражение основных сто­рон этой деятельности, а также качеств, которые в ней реализуются*.

____________________________________________________________________________

* См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 137.

Деятельность каждой юридической специальности в той или иной мере включает в себя следующие стороны: социальную, поисковую, реконструктивную, коммуникативную, организационную и удостоверительную.

1. Социальная деятельность. Она охватывает политический аспект в деятельности следователя, прокурора, оперативного работника, вос­питателя ИТУ и т. д. как организаторов борьбы с преступностью на Порученном им участке. Деятельность эта включает профилактические мероприятия, правовую пропаганду, участие в перевоспитании преступ­ника для возвращения его к социальной норме поведения.

2. Поисковая деятельность заключается в собирании исходной инфор­мации, необходимой для решения профессиональных задач. Удельный вес этой деятельности наиболее высок в профессиограммах следователя, оперативного работника, судьи.

3. Реконструктивная деятельность. Это текущий и завершающий ана­лиз всей собранной информации по делу и выдвижение на базе ее синтеза, анализа и специальных знаний рабочих версий (гипотез). Пла­нирование работы есть также результат реконструктивной деятельности.

4. Коммуникативная деятельность заключается в получении необходи­мой информации в процессе общения*. Особенно большой удельный вес эта деятельность имеет при допросах, а также в деятельности ад­вокатов. оперативных работников, воспитателей ИТУ.

____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.В. Судебная психология. С. 88.

5. Организационная деятельность заключается в волевых действиях по реализации и проверке рабочих версий и планов. Она подразделяется на два аспекта: самоорганизованность и организация людей в коллектив­ном решении профессиональной задачи.

6. Удостоверительная деятельность — приведение всей полученной информации по делу в специальную, законом предусмотренную форму (постановление, протокол, приговор и т. д.).

В различных юридических профессиях с разной интенсивностью про­являются те или иные стороны деятельности. У каждой конкретной личности, занятой юридическим трудом, та или иная сторона может доминировать на базе развития личностных качеств.

Автор согласен с В.Л. Васильевым и А.Р. Ратиновым, что анализ профессиограммы работника юридического труда следует начать с про­фессии следователя, поскольку деятельность следователя дает возмож­ность выявить психические закономерности, в той или иной мере харак­терные для юридической деятельности вообще*.

____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 138—158; Ратинов А.Р. Судебная психо­логия для следователей. М., 1967; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волго­град, 1983.

Цель следственной деятельности — это правовая охрана основных социальных ценностей личности, общества и государства, установление истины при расследовании правонарушений, предание виновных в на­рушении закона суду.

Профессионально-психологические особенности личности следова­теля обусловлены социально-политическими, нравственными и психо­логическими особенностями следственной деятельности.

Наличие властных полномочий является одним из самых существен­ных психологических факторов межличностного взаимодействия следо­вателя с другими участниками уголовного процесса. Эти полномочия иногда могут создавать иллюзию обвинительной направленности де­ятельности следователя, а в отдельных случаях вызвать соответствую­щую профессиональную деформацию. Следует отметить, однако, что функция следователя не обвинение и не защита, а поиск истины в про­цессе расследования посредством полного, объективного и всесторон­него исследования обстоятельств дела.

Раскрытие и расследование преступлений осуществляются путем отыскания, собирания, закрепления, проверки, оценки, доказательств и обоснования ими выводов и решений по делу. Как считает В.Л. Васильев, в основе профессиограммы следователя лежит поисковая сторона деятельности, которая реализует стремление к раскрытию пре­ступления и заключается в собирании исходной информации для реше­ния профессиональных задач. Поисковая сторона деятельности следова­теля имеет особое значение на первом этапе расследования и заключает­ся в вычленении из окружающей среды криминалистически значимой информации (следов, оставленных преступлением, орудий преступле­ния и т. п.), которая дает следователю возможность с достоверностью представить событие преступления с такой степенью точности, как этого требует закон. В решении этих задач, безусловно, велика роль личност­ных факторов следователя, его профессиональный и жизненный опыт.

Язык и речь, т. е. коммуникативная сторона деятельности — главные инструменты в следственной работе, которая представляет собой сис­тему сложных взаимоотношений и взаимодействий следователя с участ­вующими в деле лицами, чтобы получить необходимую для раскрытия преступления информацию от людей путем общения с ними. На до­просах нередко решается судьба допрашиваемого, а также судьбы других людей. Победить в этой борьбе следователю помогают специальные научные знания в области психологии и тактики допроса, его професси­ональное мастерство.

Формула «чтобы уметь — надо знать» точно передает соотношение знаний и умений следователя. Умения - это знания в их практическом применении. Под умением понимается приобретенная человеком спо­собность целеустремленно и творчески пользоваться своими специаль­ными знаниями в процессе практической деятельности. Доведенное до известной степени совершенства умение становится свойством челове­ка - умелостью.

Следователю постоянно приходится испытывать на себе массу посто­ронних влияний, противостоять различным, в том числе и неправомер­ным, воздействиям, преодолевать противодействие заинтересованных лиц, действовать иногда в неблагоприятной обстановке, в условиях перегрузки и крайнего напряжения нервных и физических сил. Поэтому следователь должен уметь организовать свое психическое состояние. Он должен стремиться обладать навыками управления своей волевой и эмоциональной сферой. Настойчивость — стержневое качество во­ли — выражается в постоянной готовности преодолевать препятствия, способности длительное время удерживать в сознании определенную цель, мобилизуя все силы для ее достижения.

Полученная следователем в результате поисковой и коммуникатив­ной деятельности информация в процессе удостоверительной деятель­ности преобразуется в специальные предусмотренные законом формы: постановления, протоколы и т. д. Для этого следователь должен хорошо владеть письменной речью.

Следователь выступает и как организатор расследования: принимая ответственные решения, он добивается их реализации и при этом вы­ступает в качестве организатора деятельности многих людей. Практи­ческая работа постоянно требует от него собранности, точности и ор­ганизованности.

Реконструктивная сторона деятельности следователя проявляется в переработке информации и принятии решений. Следователь в настоящее время должен очень много знать: уголовное право, уголовный процесс, криминалистику и психологию, бухгалтерский учет, судебную баллистику и т. д. От следователя требуется разносторонняя образован­ность, но прежде всего ему необходима общая культура.

В структуре профессиограммы следователя имеется еще социальная сторона, в которой он предстает как организатор борьбы с преступлени­ями на своем участке или в своем районе. В борьбе с преступностью его действия направляются на выяснение причин и условий и принятия мер к их ликвидации.

Работа следователя требует разностороннего развития его внимания. Он должен воспитывать в себе целенаправленное, произвольное внима­ние. Это связано с интересом к своей работе. При отсутствии же такого интереса все усилия, направленные на развитие внимания, могут ока­заться безрезультатными.

Криминалистическая наблюдательность — при осмотре места проис­шествия — это планомерное, целенаправленное, продуманное воспри­ятие обстановки. Такое восприятие в психологии называется наблюде­нием. Оно предполагает активную работу всех органов чувств. Чтобы наблюдение было максимально эффективным, до начала осмотра важно получить общее представление о случившемся. Первоначальная инфор­мация нередко весьма противоречива и впоследствии может не подтвер­диться, однако она тем не менее дает возможность следователю наме­тить план осмотра, приступить к построению мысленной модели слу­чившегося.

Поисковая деятельность в значительной степени зависит от ряда личностных качеств и навыков следователя, обеспечивающих выделе­ние именно тех объектов, которые являются носителями криминалистически значимой информации: выделение картины прошлого (преступ­ного события) по следам, оставленным в настоящем. Поисковая дея­тельность реализует стремление следователя к раскрытию преступления.

Для следователя должно быть характерно умение организовать по­ступление нужной информации, правильно систематизировать и анали­зировать нее, отбрасывая ненужное.

Наблюдательность необходима при любом следственном действии. С помощью нее отыскивается дополнительная информация, она помо­гает в исследовании проблемной ситуации, будь то осмотр места про­исшествия или допрос свидетеля. Как отмечает К.К. Платонов, наблю­дательность является свойством личности, как способность замечать в воспринимаемом малозаметные, но существенные для определенной цели детали как «фигуры» на малозначимом фоне*. Наблюдательность проявляется не только при изучении внешности людей, но и при взаимо­действии следователя с изучаемым человеком. Для следователя важны прежде всего такие компоненты изучаемого человека, которые говорят о его облике, поведении, внутреннем мире и наиболее значимы для следствия по делу. Кроме того, наблюдательность выражается в умении подмечать и внешние проявления внутреннего мира людей, в особеннос­ти проникать в их чувства, переживания, побуждения, мотивы и цели, распознавать психические свойства личности, угадывать психологичес­кие мотивы действий и поступков. Психологическая наблюдательность в сочетании с практическим опытом следователя и его знаниями являет­ся тем ключом, который открывает «душу» подозреваемого, свидетеля.

____________________________________________________________________________

*См.: Платонов К.К. Краткий словарь системы психологических понятий. М., 1981, с.74

Предопределяет успех наблюдения в конечном счете интеллект, кото­рый организует этот процесс по определенному плану, устанавливает нужную очередность отдельных этапов наблюдения и использует его результаты. Наблюдение как психический процесс и форма деятельнос­ти вырабатывает интеллектуальное качество — профессиональную на­блюдательность, которая становится чертой личности следователя*.

____________________________________________________________________________

*См.: Ратинов А.Р. Судебная психологии для следователей., С. 90

Для раскрытия преступления и установления истины недостаточно простой регистрации фактов. Чтобы использовать факты в качестве доказательств, нужно найти им правильное объяснение, установить их причину, выявить все связи с расследуемым событием. Правильное доказательство есть не что иное, как правильное установление связей между явлениями; неправильное доказательство измышляет мнимые связи, а неспособность к доказательству обычно есть результат незнания этих связей и неумения их распознать*.

_____________________________________________________________________________ * См.: Блонский П.П. Психология доказывания и ее особенности у детей. Вопросы психологии, 1964, № 3, с. 53.

Таким образом, наблюдательность следователя имеет по преимущест­ву объяснительный характер. Именно это обеспечивает проникновение в сущность наблюдаемого явления, познание его всех юридически зна­чимых свойств. Такую наблюдательность можно назвать проницатель­ностью — качеством, которое очень важно для следователя.

Психологическая наблюдательность — необходимая предпосылка предвидения человеческого поведения и управления им в нужных для следователя целях. Она бывает особенно важна при производстве тех следственных действий, где источником доказательственной инфор­мации выступают люди и выбор оптимальных тактических приемов целиком обусловлен их психическими особенностями. Психологическая наблюдательность необходима следователю и при проведении других мероприятий для правильного взаимодействия с участниками расследу­емого дела. Например, умение диагносцировать психическое состояние обыскиваемого облегчает поиски спрятанных им предметов*.

_____________________________________________________________________________ * Ратинов А.Р. Судебная психология дли следователей. С. 92.

Следует учитывать и еще один аспект психологической наблюдатель­ности, очень важный для следственного работника. Нужно уметь наблю­дать за самим собой, обеспечивая самоконтроль, управление собствен­ным поведением и своевременное исправление допущенных ошибок.

Наблюдательность — не природный дар, она формируется жизненной практикой, совершенствуется в профессиональной деятельности и нуж­дается в повседневной тренировке.

При анализе различных уровней следственной деятельности, образу­ющих ее структуру, выделяется коммуникативная сторона. Исследова­ние ее структуры, познание психологических закономерностей общения в особых условиях уголовно-процессуального регулирования дает воз­можность разработать рекомендации, направленные на повышение эф­фективности труда следователя на этом уровне. Коммуникативный ас­пект в деятельности следователя является одним из доминирующих, так как он, пожалуй, в первую очередь должен иметь незаурядные способ­ности собеседника, который ведет беседу в особо трудных условиях.

Рассматривая допрос как беседу и взаимодействие двух людей, в силу правового регулирования их деятельности можно определить особен­ности ролевой позиции каждого собеседника. Успешное взаимодей­ствие следователя и допрашиваемого зависит от психологического кон­такта между ними. Опытные следователи интуитивно и осознанно меня­ют различные параметры беседы, применяют те или иные тактические приемы в зависимости от индивидуальных особенностей личности до­прашиваемого.

Важнейшая проблема психологии допроса — проблема регулирова­ния отношений, которые в ходе допроса возникают между допрашива­емым и допрашивающим и в определенной мере влияют на разрешение последним целей допроса. Здесь правильное решение зависит во многом от уровня знаний, профессионального опыта и навыков следователя. Каждый задаваемый следователем вопрос должен быть предельно яс­ным. В то же время следователь обязан уточнить услышанное, устраняя недомолвки и двусмысленности.

Участие защитника в следственных действиях может не только помогать, но и создать для следователя затруднения, например, помешать установле­нию психологического контакта следователя с допрашиваемым. Однако в любом случае успех работы как следователя, так и защитника во многом определяется правильными, нормальными их взаимоотношениями*.

_____________________________________________________________________________ *

См.: Батищева Л., Леви А. Тактика следственных действий при участии защитника. Законность. М., 1993, № 12. с. 6.

Сущность удостоверительной деятельности заключается в переводе добытой следователем информации в новую, преимущественно пись­менную форму. Следователь получает исходную информацию в виде конкретных образов (обыск, осмотр и др.), устной человеческой речи (допрос, очная ставка и др.), а также в виде письменной речи (докумен­ты, протоколы и т. д.). Всю полученную информацию следователь после ее анализа и отбора в результате удостоверительной деятельности фик­сирует в специальных, предусмотренных законом формах: постановле­ниях, протоколах и т. п. В последнее время в следствии активно при­меняются средства фиксации показаний: машинопись, магнитофонная запись, иногда - стенография. Эти средства, повышая культуру следо­вателя, одновременно требуют от него более высокого мастерства и специальных технических навыков при проведении допроса. При осмотре местности в плохих погодных условиях (дождь, ветер, мороз) удобно применять диктофон. Показатель культуры в работе следователя — умение организовать рабочий день так, чтобы ни один час своего и чужого времени не пропал даром. Специфика следственной работы создает своеобразные аспекты утомления и отдыха. Следователь должен отдыхать активно, совершать прогулки на свежем воздухе, в лесу, работать в саду и огороде, увлекать­ся туризмом, охотой, рыбной ловлей и т. п.

Следователь должен уметь быстро сплотить и организовать в коллек­тив всех людей, которые ввиду стечения обстоятельств попали в орбиту следствия, определить каждому свое место, подчинив их всех своей воле.

Мало следователей обладают такими организаторскими способностями и их необходимо приобретать в процессе практической работы.

В соответствии с нормами уголовно-процессуального закона лидером при взаимодействии задействованных в следствии лиц является следо­ватель. Он наделен правом давать поручения, обязательные для испол­нения органами дознания; следователь определяет потребность во взаи­модействии, цели и направления расследования преступления. Часто следователю приходится выступать как руководителю сложных коллек­тивов, осуществляющих действия в трудных, а иногда экстремальных условиях: обыск и задержание нескольких лиц, осмотр сложного транс­портного происшествия (крушение поезда), осмотр места пожара и т. д.

Следователь должен развивать у себя умение управлять всеми участ­никами осмотра, координировать их действия, оценивать исходную обстановку, принимать решения.

Основа организаторской деятельности — способность точно ориен­тироваться в действительности, в частности в начальной ситуации, качествах людей и их возможностях. На основе хорошей ориентировки в обстановке и людях следователь вначале мысленно, а затем и реально расставит людей в соответствии с их возможностями, учтет наличные материалы и средства, наметит перспективы работы, воодушевит людей на выполнение долга перед обществом*.

_____________________________________________________________________________ * Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 150

Организаторские качества и умения в значительной степени можно воспитать и развить в условиях профессиональной деятельности следо­вателя.

По нашему мнению, для следственной работы необходимы следую­щие организационные качества:

1. Самоорганизованность, энергичность, настойчивость, обеспечива­ющие целенаправленное расследование уголовного дела, систематичес­кую работу по нему.

2. Ответственность, требовательность, находчивость, умение хранить тайну при руководстве коллективами людей в ходе расследования уго­ловного дела.

3. Выдержка, самокритичность, дисциплинированность, чувство соб­ственного достоинства в отношениях с коллегами и руководством*.

_____________________________________________________________________________ *

См.: Мангутов М.С., Уманский Л.И. Организатор и организаторская деятельность. Л., 1975, с.216, 238

Остановимся и на реконструктивной деятельности следователя, рас­сматривая ее связи с другими сторонами.

В реконструктивной деятельности реализуются такие интеллектуаль­ные качества следователя, как воображение, память, мышление, общий и специальный интеллект, интуиция.

В создании мысленных проб и последующей разработке следст­венных версий, особенно на первоначальных этапах расследования, большое значение имеют интуиция и воображение следователя. Во­ображение на основе синтеза полученной информации и профес­сионального опыта создает версии прошлого события, которые со­поставляются со всеми собранными по делу доказательствами. Ин­туитивный процесс выражается в комплексном подходе при анализе информативных ориентиров поиска. Интуиция как часть творческого мышления не исключает, а предполагает сознательное дискурсивное мышление, способное развернуть догадку в системе доказательств, обнаружить ее фактические основания, объяснить процесс ее фор­мирования и в конце концов обнаружить ее правильность или оши­бочность.

Основное назначение интуиции в процессе расследования состоит в том, что она способствует созданию гипотезы. Она играет важную вспомогательную роль в процессе доказывания, но не может учитывать­ся при принятии процессуальных решений.

Искусство расследования — это в значительной степени умение ви­деть и понимать все до мелочи. Следует отметить, однако, что видение отдельных деталей ничего не дает без обобщения и перехода к событию в целом. А это требует конкретного и абстрактного в следственном мышлении, которое позволяет воссоздать картину в целом и увидеть отдельные ее штрихи. Мышление, как и воображение, участвует на всем протяжении расследования, ибо «мышление человека, в отличие от чувственного познания, начинается в связи с возникновением у него задачи, вопроса и даже удивления»*. Следователю постоянно приходит­ся разрешать те или иные задачи, которые ставит перед ним расследова­ние уголовного дела.

_____________________________________________________________________________ *

См.: Лукин Г.Л., Платонов К.К. Психология. М., 1964, с. 142.

Дискурсивное мышление само по себе, без включения других ком­понентов. является вполне достаточным средством исследования и до­казывания в случаях: 1) когда даны все необходимые условия и пред­посылки для решения задачи и ответ достигается в результате выведения одного положения из другого и 2) когда связь между искомым ответом, доказываемым положением и предпосылками однозначна или ограни­чена небольшим числом и строго определенными формами. Тогда дей­ствительно ход рассуждения идет от одного довода к другому, пока искомое не станет вполне ясным и доказанным.

Дискурсивное мышление хорошо работает в достаточно очерченной сфере, пробегая отдельные этапы между заранее намеченными пунк­тами и известными положениями, при ясном различении того, что дано и что требуется доказать, то есть на заключительных этапах расследова­ния. При этом движение мысли происходит от известных фактов к ис­комому, доказываемому положению, которое уже намечено заранее, оформилось гипотетически. Но рождение гипотезы (версии) и подбор соответствующих фактических данных происходит на основе более ши­рокого и содержательного процесса, чем тот, который мы имеем в логи­ческом мышлении. Как установлено психологией, здесь вступает в свои права творческое мышление.

Всякое мышление включает в себя два необходимых компонента: знание и действие. Наши знания, то есть представления о чем-либо, еще не мышление, а лишь его предпосылка либо его результат. Можно хорошо знать закон и не уметь его применять, можно знать криминалис­тику и не уметь расследовать преступления. Мышление выражается в применении знаний для решения определенных задач. Этот процесс слагается из мыслительных действий, каждое из которых решает кон­кретно одну элементарную задачу. Совокупность действий и образует мыслительную деятельность.

Участие образных компонентов в мышлении следователя укрупняет информационные элементы, которыми оперирует он в процессе мыш­ления, способствует стимулированию мыслительного процесса, влечет за собой увеличение количества правильных суждений и уменьшение ошибочных по мере появления образных компонентов в процессе мыш­ления.

Путь от образного мышления к понятийному ведет от конкретного образа через формирование образа все более высокого уровня обобще­ния к образным схемам. В образных схемах закрепляются уже не все черты отражаемого предмета, а фиксируются только главные компонен­ты, существенные в практической деятельности. Чем дальше продвига­ется образ от восприятия к схеме, тем он абстрактнее, то есть упрощает­ся, утрачивает некоторые из своих элементов.

Проверка криминалистической версии психологически трудна при работе следователя. Важную роль в этой проверке играет «механизм самоподтверждения»*, благодаря которому субъект считает правильной лишь информацию, подтверждающую выдвинутую им версию, в то время как противоречащие этой гипотезе сведения принимаются за ложные. Эту особенность отмечают и другие психологи.

_____________________________________________________________________________ * См.: Дункер К. Психология продуктивного мышления. Психология мышлении. М., 1965, с. 86; Розов А.И. Экспериментальные исследовании эвристической деятельности. Вопросы психологии. 1968, № 6.

На выбор и оценку версий по делу наряду с «механизмом самоподтверждения» оказывает влияние психологическая инерция, в силу кото­рой следователь отдает предпочтение одной версии. «Психологическая инерция — предрасположенность к какому-то конкретному методу или образу мышления при решении задачи»*.

_____________________________________________________________________________ * См.: Диксон Дж. Проектирование систем: изобретательство, анализ и принятие решений. Наука и жизнь. 1969. № 3, с. 68.

Обязательным компонентом реконструктивной деятельности являет­ся проверка надежности ее результатов. На окончательной стадии таким контролем для следователя является суд, но хороший следователь до суда на различных этапах своей работы проверяет созданную им кон­струкцию различными способами, убеждаясь в ее надежности.

Социальная сторона охватывает политический аспект деятельности следователя как организатора борьбы с преступностью на вверенном ему участке. Эта деятельность включает анализ преступности, профилакти­ческие мероприятия, правовую пропаганду и начальную стадию пере­воспитания преступника для возвращения его к социальной норме поведения. Социальная сторона отражает профессиональную направ­ленность, то есть интерес к профессии, мотивы, побуждающие к следст­венной деятельности, и эмоциональное к ней отношение. Речь идет о следователях, относящихся к своей работе как к творческому поиску истины по каждому уголовному делу. Расследование — это итог его раздумий, жизненного и профессионального опыта, интуиции и таланта.

Личность следователя отличается сложностью и многогранностью. Большое значение в формировании личности следователя имеют учеб­ная подготовка и профессиональная деятельность, которая предъявляет комплекс требований к его личностным качествам и профессиональным навыкам, развивая и закрепляя их в структуре личности. Один из главных аспектов статуса личности следователя — овладение им своей социальной ролью во всем ее разнообразии и динамике.

Следователь в своей работе постоянно испытывает эмоциональные перегрузки. На него действует большое количество отрицательных эмо­ций: страх, жалость, отвращение, гнев, которые он должен в силу выполнения своего служебного долга подавлять, а в иных случаях скры­вать. Для снятия нервного напряжения, возникающего под действием указанных эмоций, необходима положительная разрядка. В ее основе лежит чувство удовлетворения результатами своего труда.

Почти по каждому делу следователь выступает в функции кримино­лога и социолога, выясняющего причины и условия совершения дан­ного преступления, а также в качестве педагога, оказывающего вос­питательное воздействие на лицо, совершившее это преступление.

Деятельность судьи исключительно сложна и многообразна и реа­лизует значительное количество специальных качеств и навыков лич­ности, которые, будучи приведены в систему, органически входят в структуру личности судьи и определяют его творческий потенциал и индивидуальный стиль деятельности.

Профессиональная деятельность судьи детально и четко регламентиро­вана законом. Судья наделен властными полномочиями, применяет власть от имени государства, а это развивает профессиональное чувство повы­шенной ответственности за последствия своих действий. Вырабатывается это на основе высоких моральных качеств, правосознания, в результате постоянного понимания важности своей деятельности для общества.

В своей деятельности судья обязан руководствоваться наряду с Кон­ституцией и другими законодательными актами, действующими на тер­ритории Российской Федерации, общепринятыми нормами нравствен­ности и правилами поведения, способствовать утверждению в обществе уверенности в справедливости, беспристрастности и независимости суда. Он должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судеб­ной власти. Судья не должен причинять ущерб престижу своей профес­сии в угоду личным интересам или интересам других лиц*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Кодекс чести судьи Российской Федерации. Законность. 1994. № 2, с. 36—37.

Постоянная ответственность судьи перед обществом предельно сти­мулирует его познавательные способности, анализ всей получаемой информации, требует от него четкости и ясности в принятии решений. «Судьей должен быть человек, который своим личным поведением, своим отношением к работе заслужил доверие и авторитет, человек, который имеет большой общественно-политический опыт, умеет раз­бираться в людях...»*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Калинин М.И. О социалистической законности. М., 1959, с. 177.

Особенность деятельности судьи заключается в том, что она не может рассматриваться только как служба, она всегда должна быть призвани­ем. Как хорошо подметил Г. Медынский, «главное — в самой психо­логии судьи, в его философском осмыслении отношения к человеку и обществу... Суд не служба, суд — высокое общественное служение и слепой судья народу не слуга»*.

_____________________________________________________________________________ *Медынский Г. Трудная книга. М., 1966, с. 333.

Судебные дела чрезвычайно разнообразны как по объему, так и по характеру. Разноплановость работы судьи предполагает немалую общую и юридическую эрудицию, умение принимать решения в самых разно­образных ситуациях.

Основная задача суда — вынесение справедливого приговора или решения по делу на основании глубокого и всестороннего исследования доказательств и в соответствии с действующим законодательством. Су­дебный процесс оказывает воспитательное воздействие на всех, кто участвует или присутствует на нем, а также на более или менее значи­тельные группы населения, находящиеся за пределами суда.

Суды оказывают влияние на следующие аспекты общественного мнения:

1. Формируют у граждан правосознание.

2. Уголовные процессы создают социально-психологическую атмо­сферу неотвратимости наказания.

3. При высокой культуре судебного процесса создают вокруг преступ­ника и его пособников атмосферу морального осуждения.

4. Судебный процесс стимулирует общественное мнение к выявле­нию причин и условий, способствовавших совершению преступления*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 159.

Поведение, облик судьи должны быть такими, чтобы он сразу внушал к себе уважение, чтобы у всех присутствующих создавалось убеждение в его праве, способности, умении решать сложные дела, решать судьбы людей. В умении проявлять эти качества заключается одна из специфи­ческих особенностей коммуникативных свойств личности судьи.

Главное в коммуникативных свойствах личности судьи — не стремле­ние быть приятным в общении, а умение своим видом показать способ­ность, желание досконально разобраться во всех обстоятельствах дан­ного дела. Именно это внушает уважение к судье и к правосудию в целом, является стимулом для всех участников процесса тщательно, подробно излагать факты, свою оценку, свое понимание тех или иных фактов. В коммуникативных качествах судьи должны отсутствовать по­вышенная жестикуляция, раздражительность, грубость, насмешка, из­лишняя назидательность. Судья обязательно должен обладать такими качествами, как тактичность, вежливость, сдержанность в манерах пове­дения, эмоциях, речи.

Судья никогда не должен в ходе судебного следствия своим внешним видом, поведением, отношением к кому-либо из участников показать, что он уже имеет мнение по данному вопросу. Окончательное разреше­ние конструктивной деятельности происходит лишь в совещательной комнате. Строгое соблюдение этого правила помогает не только пра­вильному вынесению приговора, но и правильному осуществлению познавательной деятельности.

Особенность деятельности судьи заключается и в том, что он не может и не должен навязывать свое мнение как другим судьям, так и иным участникам процесса. Это чувство вырабатывается на основании глубокого убеждения судьи в том, что только свободно выраженное мнение каждого участника процесса даст возможность в конечном итоге правильно познать истину, принять правильное решение.

Судье важно развивать в себе воспроизводящее воображение, так как только при помощи него он сможет на основании главным образом словесной информации мысленно воссоздать модель прошедшего события, обстоятельства которого рассматриваются в судебном заседании.

Ошибочно думать, что роль судьи сводится только к внимательному выслушиванию объяснений, ответов на задаваемые вопросы. Ему необ­ходимо обладать и умением активно воздействовать на подсудимых, свидетелей, дающих ложные показания. Судья должен уметь подсказать норму поведения, показать противоречивость, логическую неоправдан­ность поведения того или иного лица в суде. Опытного судью в процессе всегда отличают беспристрастность и выдержка.

Реконструктивная сторона деятельности судьи — это текущий и за­вершающий анализ всей собранной по делу информации, окончатель­ной целью которого является вынесение справедливого в соответствии с действующим законодательством приговора или решения. В реконст­руктивной деятельности реализуются общий и специальный интеллект, память, воображение, мышление, интуиция судьи. Следует отметить, что мышление судьи должно отличаться объективностью, всестороннос­тью, конкретностью и определенностью.

Курс подготовки судей должен способствовать развитию судейского мышления. Для того чтобы обучение достигло цели, судьи должны получать психологическую поддержку от других судей, включая судей из зарубежных стран*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Судебная реформа в Российской Федерации. Российская юстиция. 1994, № 1. с. 15.

Необходимость осуществления функций организации судебного про­цесса, деятельности многих участников процесса требует развития у судьи определенных качеств организатора — дисциплинированности, собранности, целеустремленности, настойчивости, организации всех своих поступков, всей своей деятельности. Многообразные функции судьи могут быть выполнены только в том случае, если он воспитал в себе аккуратность в выполнении каждого отдельного действия, каж­дого элемента общей структуры судебной деятельности.

Удостоверительная деятельность завершает профессиограмму судьи и представляет собой приведение всей добытой в ходе процесса инфор­мации в специальные, предусмотренные законом формы: приговор, протокол, определение, решение и др. В этой деятельности реализуется общая и специальная культура письменной речи судьи, его професси­ональные навыки в составлении письменных документов.

Наличие психологических знаний дает возможность судье правильно определять отношение к источнику сообщаемых сведений, выяснить возможные причины искажения из имевших место в действительности фактов, все психические особенности данной личности, понять мотивы его деятельности как в исследуемом событии, так и в настоящее время, воздействовать на личность.

Деятельность работников прокуратуры многогранна и ответственна, она связана с защитой законных прав и интересов граждан. Ни одно нарушение закона не должно оставаться без реагирования со стороны прокуратуры, которая призвана обеспечивать соблюдение законов на порученных им участках работы.

В Российской Федерации существуют следующие отрасли прокурор­ского надзора:

1) надзор за исполнением законов органами государственного управ­ления, предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами (общий надзор);

2) надзор за исполнением законов органами дознания и предвари­тельного следствия;

3) надзор за исполнением законов при рассмотрении дел в судах;

4) надзор за соблюдением законов в местах содержания задержанных, в местах предварительного заключения, при исполнении наказаний и иных мер принудительного характера, назначаемых судом.

В своей практической деятельности, для достижения успеха прокурор и его помощники должны обладать определенными личностными ка­чествами и, в частности, мышлением.

Мышление, вскрывающее причины каких-либо явлений, называют причинно-следственным. Именно такой характер носит мышление про­курора, так как основным содержанием его умственной работы является выведение следствий. Следственное мышление требует гармонического сочетания анализа и синтеза. Обостренная чуткость, тонкость различе­ния правды и лжи, истины и заблуждения служат залогом предусмот­рительности прокурора, условием предвидения дальнейшего хода собы­тий и поведения участников в конкретном деле.

Отмеченные особенности мышления предполагают наличие у проку­рора следующих качеств ума*:

- глубины — способности проникнуть за поверхность видимого, в сущ­ность фактов, понять смысл происходящего, предвидеть ближайшие и отдаленные, прямые и побочные результаты явлений и поступков;

- широты — умения охватить широкий круг вопросов и фактов, при­влекая знания из различных областей науки и практики;

- мобильности — способности к продуктивности мышления, мобили­зации и использованию знаний в сложных условиях, в критической обстановке;

- быстроты — умения решать задачи в минимальное время, ускоренно оценивая обстановку и принимая неотложные меры;

- самостоятельности — способности к постановке целей и задач, умения находить их решение и пути к их достижению без посторонней помощи;

- целеустремленности — волевой направленности мышления на реше­ния определенной задачи, способности длительное время удерживать ее в сознании и организованно, последовательно, планомерно думать над ее разрешением;

- критичности — умения взвешивать сообщения, факты, предположе­ния, отыскивая ошибки и искажения, раскрывая причины их возник­новения;

- гибкости — умения подойти к явлению с различных точек зрения, устанавливать зависимости и связи в порядке, обратном тому, который уже был усвоен, варьировать способы действия, перестраивать свою деятельность и изменять принятые решения в соответствии с новой обстановкой.

_____________________________________________________________________________

*См.: Ратинов А.Р. Судебная психологии для следователей. М., 1967, с.112-113; Васильев В.Л. Юридическая психология. С.162–163.

Прокурор должен обладать незаурядными волевыми качествами. Профессиональная деятельность его требует большой личной иници­ативы, целеустремленности, упорства, настойчивости, хороших органи­заторских способностей.

Коммуникативная и удостоверительная стороны деятельности проку­рора связаны с использованием речи в ее основных формах — устной и письменной. Умение донести свои мысли для прокурора так же важно, как умение мыслить, а умение слушать не менее важно, чем умение говорить.

Как государственный обвинитель выступающий в суде прокурор об­виняет от имени государства, представляя собой, таким образом, огромное социальное большинство. Это требует от прокурора тщательного анализа доказательств по делу, объективных выводов в результате этого анализа и умения высказывать требования справедливого приговора словами, по­нятными народу, от имени которого прокурор произносит речь.

Формирование мнения прокурора о наказании при рассмотрении в суде уголовного дела — сложный процесс, где учитываются данные правового характера, предусмотренные законом, а также сказывается множество иных факторов. Прокурор участвует в деле практически с момента возбуждения и до вынесения приговора. Поэтому мнению государственного обвинителя принадлежит особая роль. В процессе он первым высказывает свое мнение. Потому очень важно, чтобы оно было четко сформулировано и убедительно аргументировано*.

_____________________________________________________________________________ * См.: Чертков А. Предложения прокурора о мере наказании. Законность. М., 1993, № 12,

Определенное мастерство требуется от прокурора при ведении допросов в зале судебного заседания, в особенности допросов членов преступной группы, занимавших в этой группе различное иерархическое положение. Политическая зрелость, нравственная чистота, понимание значимос­ти своего труда умножают силы и способности прокурора, помогают ему правильно ориентироваться в сложной обстановке, предохраняют от узкопрофессионального отношения к своим обязанностям.

Деятельность адвоката в значительной степени обуславливается спе­цификой его социально-психологической роли. Адвокаты — это люди, профессиональный долг которых оказывать юридическую помощь гражданам и организациям. Законом на него возложена защита всех прав и интересов подсудимого.

Деятельность адвоката в большинстве случаев зависит от умелого установления психологических контактов с людьми, от правильного подхода к подзащитному как к личности, от надлежащего взаимодей­ствия его с судом, следователем, прокурором. Большую роль в этом играет организаторская деятельность адвоката: составление плана при подготовке для участия в процессе, осуществление методов и приемов, выработанных практикой и профессиональным опытом. Это дает ему возможность правильно ориентироваться в различных ситуациях, по возможности своевременно устранять недоразумения и неточности, вно­сить поправки при выявлении новых обстоятельств в составленный им план. Адвокат должен тщательно продумать все те вопросы, которые ему необходимо выяснить как в подготовительной части судебного заседа­ния, так и в ходе судебного следствия. Только изучив, проанализировав и сделав выводы о личности подзащитного, логически продумав свою линию защиты, адвокат может достигнуть положительных результатов в процессе. Правильная и квалифицированная защита является гаранти­ей того, что ни один невиновный не будет предан суду или осужден.

По ходу рассмотрения дела адвокат должен не только отстоять инте­ресы подзащитного, но и воспитывать, укреплять чувство законности. Успех его деятельности во многом зависит от умения находить и актив­но использовать среди большого числа доказательств такие, которые бы оправдывали его подзащитного или смягчали вину. Для этого требуется поиск, творческое мышление, четкая ориентация в обстоятельствах де­ла. Выступая в процессе, адвокат придерживается выработанной им линии защиты и четко обозначенной цели, для достижения которой ему необходимо осуществлять какие-то действия, принимать своевремен­ные решения. Здесь для адвоката очень важны самостоятельность, принципиальность, умение противостоять другим участникам процесса, волевые качества, настойчивость и решительность.

Участвуя в решении вопросов правосудия, оценивая поступки и дей­ствия людей, вскрывая их психологическое содержание, защитник должен иметь на это нравственное право. Он должен быть принципиален, честен, непримирим к нарушению прав и законных интересов своего подзащитного. Адвокат должен иметь свое собственное мнение, не поддаваться внушаемости, уметь отстаивать свои убеждения и позиции.

Как правило, все материалы уголовного дела адвокат рассматривает под углом зрения своего подзащитного. В лице защитника общество как бы протягивает обвиняемому руку помощи. В умении видеть в совер­шившем преступление человеке положительные черты, планировать его будущее заключается социальный аспект деятельности адвоката.

В деятельности адвоката кроме социального аспекта присутствуют также реконструктивный и коммуникативный аспекты.

Доминирующее положение занимает реконструктивная деятельность защитника. Здесь реализуются такие качества, как память, аналитичес­кое и синтетическое мышление, воображение. В коммуникативной де­ятельности адвоката выделяются два аспекта: 1) психологический кон­такт с подзащитным; 2) психологический контакт с составом суда и ос­тальными участниками процесса. В этом аспекте реализуются качества адвоката как судебного оратора.

В процессе как адвокат, так и прокурор должны представить свои доводы суду в обоснованной и убедительной форме, внимательно разо­бравшись в личности подсудимого, в психологических причинах и мотивах совершенного им преступления. Как оправдание подсудимого за счет умаления социальной опасности преступления, так и преждевременная сдача позиций без борьбы являются одинаково вредными как для самого подсудимого, так и для общества в целом. Умение соединить в защите интересы подзащитного и общества, умение поднять социальное значение защиты при отстаивании, в сущности, частного интереса — это, несомнен­но, одно из важных проявлений профессиональной культуры адвоката*.

_____________________________________________________________________________ * См.: Бойков А.Д. Этика профессиональной защиты по уголовным делам. М., 1978, с. 10—11.

В своей деятельности адвокат не должен разглашать сведения, ко­торые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи. Поскольку деятельность адвоката носит публично-правовой характер, ее содержание на всех этапах защиты интересов лиц, обратившихся за юридической помощью, определяется осознанием адвокатом своей пра­вовой и нравственной обязанности содействовать охране правопорядка и укреплению законности.

Положение адвоката как члена общественной организации, честь и достоинство которой он должен всемерно ограждать и укреплять, предъявляет особые, повышенные нравственные требования к его по­ведению не только во время непосредственно исполнения своих профессиональных обязанностей, но также и вне рамок его специальных знаний (в семейных отношениях, в быту, в общественной жизни и т. п.).

Адвокаты играют значительную роль в правовоспитательной работе среди населения. Разъясняя каждодневно те или иные положения зако­нодательства, они вносят свой вклад в формирование правосознания граждан, способствуют предупреждению правонарушений.

Деятельность инспектора уголовного розыска, находящегося на пе­реднем крае борьбы с преступностью, состоит в раскрытии, расследова­нии и предупреждении уголовных преступлений: убийств, грабежей, разбоев, бандитизма, краж и т. д. Его деятельность протекает часто в условиях экстремальности и отличается высокой эмоциональной на­пряженностью. Поэтому работа в уголовном розыске требует от сотруд­ника большой находчивости, смелости, инициативы, хорошей образной памяти, умения владеть собой, быстро и хладнокровно принимать реше­ния, высокого уровня самоорганизованности и настойчивости.

Эта многообразная и сложная работа, в большинстве случаев связан­ная с определенным риском, регулируется законом, в рамках которого и действует сотрудник уголовного розыска.

Разносторонняя деятельность работников уголовного розыска осу­ществляется в основном в двух формах.

Во-первых, вместе со следователем инспектор уголовного розыска выезжает на место происшествия, участвует в осмотре, обыске и других следственных действиях.

Во-вторых, сотрудники уголовного розыска, используя профессио­нальные методы и приемы, ставят своей задачей разгадать замысел преступников и предупредить реализацию этих замыслов. Работникам уголовного розыска в этих случаях приходится с помощью специальных приемов получать необходимую информацию об опасных преступниках, их связях, местах нахождения, намерениях. В большинстве случаев результатом этой деятельности является неожиданное для преступника, задержание его с поличным.

Как и в структуре профессиограммы следователя, в деятельности инспектора уголовного розыска активно проявляется поисковая сто­рона, заключающаяся в выявлении следов преступника и создании его психологического портрета, которые дают возможность вести розыск и последующую идентификацию личности. Вычленяя необходимую ин­формацию на месте происшествия, инспектор уголовного розыска кон­центрирует внимание на «критических фигурах» (место взлома, взрыва, труп и т. д.) и «критических полях» (пути проникновения и пути ухода преступника и т. д.).

У инспектора уголовного розыска наблюдение как психический про­цесс и форма деятельности вырабатывает интеллектуальное качество — профессиональную наблюдательность, которая становится чертой личности инспектора и очень важна для него. Эту наблюдательность можно назвать проницательностью — качеством, которое необходимо для инспектора уголовного розыска.

Важным аспектом психологической наблюдательности является умение наблюдать за собой, анализировать свои поступки и действия, учитывать свои ошибки и вовремя их исправлять.

В организации получения информации от различных людей о личнос­ти преступника, его приметах, связях, возможном месте нахождения заключается коммуникативная сторона деятельности инспектора уго­ловного розыска.

Сущность удостоверительной стороны деятельности инспектора за­ключается в фиксации добытой информации в специальной письмен­ной форме.

Важна для инспектора уголовного розыска организационная сторона его деятельности. Ему неоднократно в течение рабочего дня приходится выезжать на место происшествия, нередко встречаться с большим коли­чеством людей, посещать различные учреждения и организации и всюду надо успевать. Для этого инспектор должен обладать высоким уровнем самодисциплины, умением планировать время, организовать труд добро­вольных помощников и общественности, активно используя их помощь.

Реконструктивная сторона деятельности инспектора заключается в мысленном воссоздании картины события преступления, разработке основных версий по делу и подготовке плана, направленного на успеш­ное раскрытие преступления.

Качество ума инспектора, практическое мышление в процессе его трудовой деятельности именуется «оперативным». Анализ и синтез в его мышлении имеют равное значение и требуют гармонического сочетания.

Остановимся и на социальной стороне деятельности инспектора уго­ловного розыска. В первую очередь он должен стремиться предупредить преступления, создать на своем участке обстановку, которая пре­пятствовала бы осуществлению преступных намерений со стороны подучетного контингента лиц. Для этого инспектору необходимо легко вступать в контакт с людьми, уметь учитывать быстроменяющуюся обстановку, проявлять находчивость и выдержку, сочетать убеждение и принуждение в условиях соблюдения правовых предписаний.

На практике часто сложные ситуации возникают в момент задержа­ния. Здесь инспектору следует четко определить способ задержания в данной ситуации, учитывать при этом личность человека, которого необходимо задержать. Взгляд, специфический оборот речи, малейшее движение не должны остаться незамеченными. Любая мелочь может характеризовать человека.

Деятельность сотрудников по борьбе с экономическими преступлени­ями кропотливая, внешне неэффективная. Однако никто другой не возвращает народу и государству такого большого количества матери­альных ценностей, как работники этого отдела. Преступники, с кото­рыми им приходится иметь дело, как правило, грамотные, квалифици­рованные и изворотливые люди. Результаты своей преступной деятель­ности они хорошо умеют скрывать.

Работа сотрудника по борьбе с экономическими преступлениями отличается от работы уголовного розыска задачами и методами и самим подходом их постановке. В уголовном розыске в основном работу ведут «от преступления» (убийства, изнасилования, кражи и т. д.), а в этих подразделениях инспекторам приходится "идти к преступлению", отыскивая его по малозаметным признакам. Сотруд­никам этой службы приходится проверять заявления и жалобы граждан о нарушениях и злоупотреблениях в системе торговли, об обмане покупателей, пересортице, завышении цен, о жизни отдельных должностных материально ответственных лиц «не по средствам» и т. п. Эти разрозненные факты представляют в большинстве своем фрагмен­ты целой картины, и необходимо обладать большим запасом раз­носторонних знаний, опытом и терпением, чтобы из перечисленных признаков была воссоздана картина замаскированного хищения соб­ственности.

Сотрудники по борьбе с экономическими преступлениями для ус­пешной борьбы с преступниками должны превосходить их в общей культуре и профессиональной квалификации. Они должны хорошо знать бухгалтерский учет, товароведение, технологию изготовления про­дукции, особенности переработки, транспортировки и хранения потре­бительских товаров с тем, чтобы использовать эти знания для раскрытия сложных, замаскированных хищений. Немало хищений совершается скрыто от окружающих, с использованием ошибок и недостатков в учете и охране материальных ценностей.

В профессиограмме работника этой профессии выделяются социаль­ная, коммуникативная, поисковая, организационная и удостоверительная стороны деятельности, в которых реализуются личностные качества, умения и навыки, обеспечивающие успех в его сложной работе. Главное для инспектора ОБХСС — умение разбираться в людях, находить пути к их сердцам, отличить честного человека от стяжателя, ориентировать­ся в сложной иерархии группы расхитителей и безошибочно выделить в ней слабое звено, через которое можно было бы раскрыть сложное, замаскированное хищение. Важно при расследовании этой категории дел выявить мотивы и условия, которые способствовали совершению конкретных хищений в различных областях промышленности, город­ского и сельского хозяйства, в торговле и т. д.

В.Л. Васильев в своей работе дал психологические описания всех основных юридических профессий под углом зрения задач, которые возложены на те или иные органы, обслуживающие правовую систему*, поэтому мы в работе на других кратких юридических профессиограммах останавливаться не будем.

_____________________________________________________________________________

*См. подробнее: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 166—183.

§ 3. Формирование личности правоведа в вузе

С усложнением различных сторон юридической деятельности посто­янно растут требования, предъявляемые к личности человека, который избрал профессию юриста в качестве своей основной жизненной цели. Все большее значение при этом приобретают психологические факторы: наличие у абитуриентов соответствующих личностных качеств и задат­ков, которые в ходе обучения в юридическом вузе должны быть приве­дены в системы навыков, умений и знаний, обеспечивающих их успех в практической работе.

Процесс подготовки человека к юридической деятельности состоит из следующих последовательных этапов: профориентации, профотбора, профессионального воспитания, обучения и усовершенствования. Крат­ко остановимся на характеристике этих этапов.

Профориентация — это знание особенностей профессии юриста, а также профессионально необходимых и противопоказанных для нее качеств и свойств личности специалиста. Умело поставленная работа по профессиональной ориентации школьников приводит к тому, что моло­дежь начинает свое обучение в вузе с интересом к своему будущему труду, с пониманием его общественной значимости, что является важ­ной предпосылкой к будущей высокой активности специалиста. В профориентационной работе с молодежью должны использоваться все формы: лекции, беседы, экскурсии, встречи с ведущими юристами и т. п. Существенную роль может сыграть профессиональная консуль­тация абитуриента прокурором, следователем, судьей,

Профессиональный отбор предполагает целенаправленную деятель­ность вузов, органов прокуратуры и МВД по отбору абитуриентов и рас­пределению студентов по специализации на основе и с учетом необходи­мых и противопоказанных для определенной юридической профессии качеств и свойств личности. На завершающем этапе профотбора с аби­туриентами рекомендуется проводить собеседование, в процессе кото­рого анализируются и оцениваются различные стороны личности аби­туриента и оказывается помощь вправильном выборе специальности.

При проведении собеседования изучаются склонности, способности и направленность личности поступающего, его готовность к овладению юридической профессией.

Способности поступающего в юридический вуз к будущей професси­ональной деятельности целесообразно изучать, руководствуясь систе­мой профессионально значимых качеств личности юриста (см. подроб­нее параграфы 1 и 2 настоящей главы).

В области социальной деятельности от будущего юриста требуется стремление к истине, торжеству справедливости, гуманизм, честность, принципиальность.

В поисковой деятельности необходимо обращать внимание на наблю­дательность и концентрацию внимания на профессионально значимых объектах, на устойчивости наблюдения.

В коммуникативной деятельности следует обратить внимание на об­щительность, эмоциональную устойчивость, выдержку, такт, умение отстаивать свою точку зрения, способность ясно излагать свои мысли.

В области удостоверительной деятельности наряду с развитой пись­менной речью необходимо отметить способность быстрого обобщения информации, навыки перевода устной речи в письменную, умение дать письменное описание события преступления.

В организаторской деятельности требуется обращать внимание на настойчивость, целеустремленность, организованность и т. п.

В области конструктивной и реконструктивной деятельности необ­ходимо обращать внимание на способность анализировать получаемую информацию, формирование гипотез, творческий, оригинальный под­ход к решению задач, проницательность.

Одной из важных задач органов прокуратуры, юстиции и вузов явля­ется координация своих действий по отбору абитуриентов, а также организация их обучения и воспитания.

Потребность в самовоспитании органически входит в общую струк­туру отношений личности к окружающему миру, людям, к себе, своей деятельности и является одним из внутренних мотивов, побуждающих человека к высоконравственному поведению. Стремление к знаниям, к трудовой и общественной деятельности побуждает человека к дальней­шему совершенствованию своих способностей, к активным действиям во имя долга как осознанной необходимости выполнения своих обязан­ностей перед обществом, коллективом, самим собой.

Велика и ответственна в процессе обучения и воспитания роль юри­дического вуза, который должен в ходе отбора абитуриента его задатки развить в систему качеств, навыков и умений, необходимых личности будущего следователя или прокурора. Качество профессиональной под­готовки юристов в большей степени определяет эффективность деятель­ности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, поэтому организация системы подготовки кадров нуждаемся в самом пристальном внимании и постоянном совершенствовании.

ЧАСТЬ ОСОБЕННАЯ
СУДЕБНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Глава VIII Криминальная психология.

§ 1. Предмет и задачи криминальной психологии

Криминальная психология изучает психические закономерности, связанные с формированием преступной установки личности, образова­нием преступного умысла, подготовкой и совершением преступления, а также созданием преступного стереотипа поведения. Она исследует личность преступника, а также пути и способы воспитательного воздей­ствия на эту личность и группу в психологическом аспекте. Диктуется необходимость изучения личности преступника прежде всего потреб­ностями практики борьбы с преступностью. В рамках криминальной психологии исследуются психологические особенности личности не только насильственных, но и корыстных преступников, структура и психологические особенности преступных групп.

Научные дисциплины по-разному подходят к генезису правонарушений. Так, для криминологии, социологии и психологии более продуктивен динамический подход, позволяющий изучить поведение человека в раз­витии. Здесь конкретное правонарушение есть процесс, развертывающийся как в пространстве, так и во времени. Поскольку нас интересуют причины правонарушений, необходимо, учитывать не только сами действия, образующие запрещенный законом поступок, но и отдельные предшествующие им события. Процесс формирования личности хотя и интересует право и криминологию, но, строго говоря, не является предметом их изучения: это дело педагогики, психологии, социологии и других наук о человеке*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Кудрявцев В.И. Причины правонарушений. М., 1976, с. 90.

Успешная социализация в процессе развития и становления личности предопределяется наличием достаточно прочных социальных тормозов и внутреннего контроля. Умысел, как правило, возникает в процессе мышления. На его формирование оказывают воздействие понятия и представления, не соответствующие общественному правосознанию. Насколько лицо заражено антиобщественными взглядами, какую имеет социальную направленность, удается выяснить, лишь рассмотрев ком­плекс его потребностей, интересов, мотивов действия. На образование противоправного умысла влияют и тип нервной системы, темперамент, характер. Постулирование факта, что преступность обусловлена прежде всего социально, вовсе не означает, что игнорируются индивидуальные свойства личности при изучении преступного поведения.

Анализ социального и биологического в личности предполагает преж­де всего рассмотрение соотношения этих факторов в процессе социального развития, формирования личности. Попытку сопоставить соотношение биологического и социального в структуре личности в процессе ее онтогенеза предпринял К.К. Платонов, показав, что соотношение этих факторов неодинаково в различных подструктурах*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Платонов К.К. Структура и развитие личности. М., 1986; Платонов К.К., Голубев Г.Г. Психология. М., 1977, с.38—42; 86—97.

Косвенное, опосредствованное влияние социального фактора на осо­бенности биологической подструктуры не менее очевидно, как и влия­ние биологического на подструктуру направленности личности, хотя пол, тип и структуру нервной системы, патологии и задатки человек получает при рождении. Даже биологическая подструктура, где речь идет о сугубо врожденных и наследственных свойствах индивида, не свободна полностью от влияния среды, воздействующей на него опос­редованно, через организм матери.

Достаточно сложным оказывается взаимодействие биологического и социального фактора на высшей подструктуре направленности, про­являющейся в личностных качествах и поведении человека, в характере его социальной активности. Известно, что героями и преступниками не рождаются, а становятся, следовательно, в формировании этих качеств ведущее место отводится социальным, прижизненным факторам, вос­питанию, обучению, влиянию окружающей среды.

Общество может и должно предупреждать преступное поведение индивидов, которые имеют неблагоприятную органическую отягощенность, но при этом социально-воспитательные профилактические программы должны строиться с учетом этих имеющих неблагоприятный характер психобиологических особенностей части правонарушителей. Поэтому понятен тот интерес, который проявляют к данному вопросу представи­тели различных отраслей психологии, криминологии, медицины, ис­следующие проблему отклоняющегося поведения и преступности.

Так, в своем исследовании Г.А. Аванесов выделяет биологические предпосылки, играющие отрицательную роль в поведении человека:

1) патология биологических потребностей, что часто становится при­чиной сексуальных извращении и половых преступлений;

2) нервно-психические заболевания (неврастении, психопатии, раз­личные пограничные состояния), повышающие возбудимость нервной системы и обусловливающие неадекватную реакцию, затрудняющие социальный контроль за действиями;

3) наследственные заболевания, особенно отягощенные алкоголиз­мом, которыми страдают 40% умственно отсталых детей;

4) психофизиологические нагрузки, конфликтные ситуации, измене­ние химического окружения среды, использование новых видов энер­гии, которые как приводят к различным психопатическим, аллергичес­ким, токсическим заболеваниям, так и служат дополнительным крими­нальным фактором*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980, с. 226—230.

Один из существенных компонентов причинного комплекса преступ­ности — это неудовлетворенность запросов людей в сфере потребления, разрыв между потребностями в материально-товарных ценностях или услугах и возможностями их реализации.

§ 2. Психологический анализ личности преступника

Проблема личности преступника все более привлекает к себе внима­ние отечественных юристов. В этой связи мы считаем необходимым провести психологический анализ личности преступника.

Деятельность, в том числе преступная, во многом обусловлена пси­хологическими особенностями самого человека. Уголовно-процес­суальный закон, определяя предмет доказывания, требует выяснения обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности об­виняемого, а также иных обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого. Однако до настоящего времени на практике обстоятельст­ва, которые характеризуют личность обвиняемого с достаточной полно­той, не устанавливаются*. Лишь в отношении несовершеннолетних за­кон указывает несколько более подробный круг обстоятельств, которые необходимо выяснить. Поэтому разработка признаков личности пре­ступника, подлежащих установлению, является важной задачей юриди­ческой психологии.

_____________________________________________________________________________

*См.: Больше внимания исследованию личности обвиняемого. Бюллетень Верховного Суда СССР, 1969, № 2; Батищева Л., Леви А. Тактика следственных действий при участии защитника. Законность. М. , 1993, № 12; Чертков А. Предложения прокурора о мере наказа­ния. Законность. М., 1993, № 12 и т. д.

При криминологическом изучении на практике важен анализ личнос­ти во взаимодействии с социальной средой, поскольку преступное пове­дение рождает не сама по себе личность или среда, а именно их взаимодействие. Влияние социальной среды на преступное поведение носит сложный характер. Другими словами, социально-экономические, политические и культурные аспекты жизни общества оказывают внеш­нее воздействие на формирование моделируемого механизма преступле­ния тогда как психологические и психические особенности моделируе­мого преступника формируют его изнутри, составляя как бы внутреннее содержание. Такая градация факторов, конечно, весьма условна, и тем не менее это говорит о необходимости их комплексного использования.

Личность преступника представляет для криминологии и самосто­ятельный интерес, ибо она не просто отражает определенные внешние условия, но является активной стороной взаимодействия. Для нее ха­рактерна сознательная, целенаправленная деятельность. Связь социаль­ных условий с преступным поведением является сложной, причем всег­да социальные условия проявляются в преступлении, преломляясь через личность. В ряде случаев они в процессе длительного социального взаимодействия накладывают относительно стойкий отпечаток на лич­ность и порождают не отдельные преступные акты, а устойчивую проти­воправную ориентацию, которая проявляется в комплексе конкретных правонарушений.

Отличие преступного поведения от правомерного, по нашему мне­нию, коренится в системе ценностных ориентации, взглядов и соци­альных установок, то есть в содержательной стороне сознания. Общепризнано, что именно в координатах ценностно-нормативной системы личности и социальной среды, их взаимодействии надо искать непо­средственные причины преступного поведения*.

_____________________________________________________________________________

*См. подробнее: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 222—224.

Анализ криминалистической литературы показывает, что вопросу изучения психологии преступника уделялось и уделяется большое вни­мание (Ратинов А.Р., Игошев К.Е., Глазырин В.В., Дулов А.В., Ва­сильев В.Л. и др.). Практически каждая работа по криминалистической тактике и методике включает в себя те или иные психологические аспекты. Тем не менее, как свидетельствует практика, теоретические исследования психологических особенностей правонарушителей не со­всем полно освещают картину преступной деятельности. Многие воп­росы остаются за кадром в силу узких рамок предметов общей и юриди­ческой психологии. Так, например, выбор способа совершения преступ­ления нередко осуществляется не только с учетом психологических особенностей преступника, но и его психической специфики. Послед­нее, как известно, не является предметом психологии*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Горшенин Л.Г. Анализ поведения людей и методика моделирования предполагаемой ситуации. М., 1993, с. 3.

Психологическая типизация личности есть один из методов познания рассматриваемого явления, но необходимо изучать личности конкретных преступников с соответствующим теоретическим обобщением по­лученных данных.

Механизм социальной детерминации преступности требует сочетания двух подходов при изучении личности: социально-типологического и социально-ролевого. При социально-типологическом подходе анали­зируются прежде всего социальная позиция личности, соответствующие ей социальные нормы, их восприятие и исполнение. Во втором случае личность рассматривается как активный деятель, субъект общественных отношений. Социально-ролевой подход позволяет увидеть позиции и функции, которые объективно криминогенны, так как они налагают на личность обязанности, противоречащие действующему праву, и она может их выполнить только ценой правонарушения; предъявляют к ней взаимоисключающие требования, что ведет к социально-правовым кон­фликтам, выводят личность из необходимой для нее совокупности поло­жительных воздействий и т. п.

В криминальной психологии один из основных вопросов — выделе­ние внутренних личностных предпосылок, которые во взаимодействии прежде всего мотивационной сферы личности с определенными факто­рами внешней среды могут создать для данной личности криминоген­ную ситуацию.

Психологическая зависимость преступников отличается по своему характеру от аналогичной особенности, которая присуща большинству людей. Уже в силу социального характера его развития и воспитания каждому человеку свойственно стремление к объединению с другими людьми для удовлетворения своих потребностей, достижения личных и совместных целей. В этих объединениях человек неизбежно занимает определенную позицию, в том числе и зависимую, подчиненную. Однако в отличие от убийц правопослушные люди при неблагоприятно складывающихся обстоятельствах способны выйти из группы, уйти от неудовлетворяющего их контакта либо постараются изменить внутрен­нюю позицию к таким обстоятельствам.

Практика показывает, что для различных видов преступлений (ко­рыстных, насильственных, неосторожных) характерны различные ис­кажения в мотивационной сфере правонарушителя. Совершение имен­но данного поступка субъектом обуславливается как внешней ситуацией (объективный фактор), так и установками субъекта, одна из которых на уровне сознания превращается в умысел (субъективный фактор). Эти установки аккумулируют прошлый жизненный опыт субъекта, являются результатом его воспитания, влияния семьи, определенной социальной группы и т. д.

Одним из существенных компонентов причинного комплекса пре­ступности является неудовлетворение запросов людей как участников сферы потребления, обусловленное отставанием производства от платежеспособного спроса населения. На сегодняшний день общепризнано, что разрыв между потребностями в материально-товарных ценностях и услугах и возможностями их реализации приводит к возникновению социально негативных последствий. Следует различать здесь по мень­шей мере два варианта формирования преступного поведения.

Оно происходит аналогично уже рассмотренному нами воздействию социального противоречия в сферах труда и распределения, то есть дефицит предметов потребления и услуг влияет на психологию населе­ния, порождая негативные социальные установки, что сказывается на уровне преступной активности населения. Дефицит услуг сказывается на состоянии насильственной преступности: слабое развитие бытового обслуживания ведет к повышению напряженности в отношениях между людьми, формированию конфликтного социально-психологического климата. По результатам исследований в регионе с менее развиты­ми бытовыми услугами число конфликтов в этой сфере больше, чем в других*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Алимов С.Б., Антонов-Романовский Г.Л. Криминологическое значение изучения кон­фликтности в основных сферах жизнедеятельности. Актуальные проблемы уголовного права и криминологии. М., 1981, с. 61—67

Отметим, что дефицит, является одним из условий для занятия пре­ступной деятельностью. Дисбаланс между спросом и предложением активно используется различного рода дельцами, повышающими по­средством незаконных операций собственную платежеспособность. По­требительский дефицит способствует распространению спекуляции, мо­шенничества, взяточничества, частнопредпринимательской деятельнос­ти, коммерческого посредничества.

Личность насильственного преступника характеризуется, как пра­вило, низким уровнем социализации, отражающим пробелы и недостат­ки основных сфер воспитания: семьи, школы, профессионально-тех­нического училища, производственного коллектива. Мотивационная сфера этой личности характеризуется эгоцентризмом, стойким кон­фликтом с частью представителей окружающей среды, оправданием себя. Алкоголь здесь является в большинстве случаев катализатором, активизирующим преступную установку.

При выяснении механизма образования преступного умысла необ­ходимо сочетать знание общих закономерностей преступности с глубо­ким изучением личности преступника. Последнему во многом способ­ствует знакомство с социальными группами, членом которых является данный индивидуум. Изучение структур взаимоотношений, бытующих в ближайшей среде этого лица, знание психологии социальных групп, членом которых является эта личность, необходимы для раскрытия связи личности и общества, связи индивидуального и общественного сознания. Общественное лицо любого человека во многом обусловлено содержанием его микромира, психологическая структура которого слу­жит мощным катализатором индивидуального поведения. Очень часто характер поведения зависит от содержания соответствующих норм пове­дения окружающей среды.

Преступление можно рассматривать как отклонение от нормы во взаимодействии личности с окружающей социальной средой. При совер­шении насильственных преступлений нарушение нормального взаимо­действия с социальной средой связано с острой конфликтной ситуацией. Часто происходит «заражение» конфликтной ситуацией и участие в груп­повых хулиганских действиях и массовых беспорядках больших групп лиц. Подобный вид конфликтов характерен для лиц с неустойчивой психикой, низким правосознанием, слабым уровнем общей культуры, легко возбудимых, склонных к конформизму с лицами, находящимися в толпе. Хулиганские проявления одного человека могут служить эмоци­ональным сигналом и примером для подражания другим лицам.

Психология лиц, совершивших убийства, выявляет у них сильную зависимость от другого лица. Убийцы в целом относятся к такой кате­гории людей, для которых свободная и самостоятельная адаптация к жизни — всегда трудная проблема. Факт преступления показывает, что выход из контакта с жертвой для иных — практически невозможный способ поведения. Следует иметь в виду, что эта зависимость может реализовываться не только в контакте с жертвой, но и с кем-либо иным, тогда преступление оказывается опосредованным зависимостью от тре­тьего лица.

Убийство возникает как действие, направленное на сохранение авто­номной жизнеспособности преступника, как бы разрывающее связь с жизнеобеспечивающим фактором, который перестал выполнять эту приписанную ему функцию. Основным в происхождении убийств явля­ется онтогенетический фактор — блокирование способности к авто­номии в результате отвержения потенциального преступника другими лицами*. Подавляющее большинство убийств совершается с прямым умыслом, треть из них, как показывает практика, обдумывается заранее.

_____________________________________________________________________________

*См.: Сановичев Е.Г. Убийство: психологические аспекты преступления и наказания. М., 1988.

Изучение лиц, осужденных за убийства (500 чел.), показывает, что около половины осужденных за убийство начали употреблять спиртные напитки с раннего возраста. Алкоголь в несколько раз усиливал прояв­ление агрессии и утяжелял ее. Агрессивные действия в основном про­являлись в угрозах, избиениях, оскорблениях и драках, то есть были направлены против личности и общественного порядка. Если среди лиц преобладали мужчины, то, как правило, более половины жертв были женщины.

В трети случаев убийца и жертва были незнакомыми друг другу или познакомились непосредственно перед преступлением. В 30% они яв­лялись родственниками, причем в 8,6% — супругами; в остальных случаях — знакомыми, сослуживцами, соседями. Чаше всего убийства совершаются от 20 до 30 лет.

Всей группе осужденных за особо тяжкие убийства была присуща жестокость, проявлявшаяся в обращении с животными, детьми, преста­релыми, женщинами,

Анализ условий воспитания показал, что осужденные за убийство в полтора раза чаще воспитывались в неблагополучных условиях, чем в благополучных. В детском возрасте около 20% росли без обоих роди­телей. Третья часть воспитывалась в неполной семье, при этом 9% — без матери, 75% — без отца. В каждом пятом случае неполнота семьи была связана с судимостью родителей. Наиболее криминогенный фактор — судимость матери.

При анализе материалов обнаружилось перерастание агрессивного поведения в детском возрасте в противоправное и преступное в подрост­ковом и юношеском возрасте. Треть обследованных была впервые осуж­дена в возрасте 16—17 лет. Эти лица недобросовестно относились к ра­боте, злостно нарушали трудовую дисциплину, пьянствовали, постоян­но создавали конфликтные ситуации,

Из 500 осужденных за особо тяжкие убийства 380 была проведена судебно-психиатрическая экспертиза. В 180 случаях почти у каждого второго, прошедшего экспертизу, были отмечены различные аномалии, не исключающие вменяемости: хронический алкоголизм, психопатия, органические заболевания головного мозга, олигофрения и т. д.

Отметим, что в Особом разделе юридическая психология рассматри­вает психологические аспекты неосторожной преступности, исследуя при этом бытовую и профессиональную неосторожность.

В связи с бурным развитием техники и проникновением во многие сферы жизни мощных энергетических источников резко возросла об­щественная опасность неосторожных преступлений. Поэтому важней­шую задачу составляет раскрытие психологического механизма неосто­рожного преступления, позволяющего связать неосторожное поведение с индивидуальными особенностями личности.

Хотя при описании психологического источника неосторожности часто используются такие выражения, как «пренебрежительность», «лег­комыслие», «беспечность», «расхлябанность» и прочее, однако по­добные выражения предполагают скорее социально-этическую, чем психологическую, характеристику процессов, механизм возникновения которых остается нераспознанным. Поэтому важнейшая задача — раскрыть психологический механизм неосторожного преступления, связать неосторожное поведение с внутренним миром субъекта и системой ценностей, на которую он ориентирован.

Полное и глубокое изучение следователем и судом психологических особенностей личности обвиняемого способствует решению ряда акту­альных задач.

1. Правильная квалификация совершенного преступления.

2. Выбор тактических приемов, которые в наибольшей степени спо­собствуют успешности при производстве следственных действий, осо­бенно при допросе подследственного.

3. Воспитательное воздействие на личность правонарушителя с целью его ресоциализации должно начинаться на первом допросе и опираться на достаточно глубокие знания следователем и судьей индивидуальных особенностей и динамики развития данной личности.

4. Работа по выявлению причин и условий преступления проводится более глубоко и всесторонне, если следователь изучил психологические особенности личности обвиняемого.

В криминальной психологии большое значение имеет программа изучения личности преступника, в которой следует выделить следующие группы признаков.

1. Социально-демографические. В эту группу входят: пол, возраст, об­разование, партийность, социальное положение, специальность, шкала ролей и т. п.

2. Социально-психологические. В эту группу входят: интеллектуаль­ные, волевые, нравственные качества, черты характера и т. п.

3. Психофизиологические. В эту группу входят: темперамент (сила, подвижность и уравновешенность нервной деятельности), специальный тип высшей нервной деятельности, а также сведения о патологических отклонениях личности*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. Л., 1974, с, 36.

Психологическое изучение личности обвиняемого, а затем подсуди­мого включает в себя исследование его внутреннего мира, потребностей, побуждений, лежащих в основе поступков, эмоционально-волевой сферы, способностей, индивидуальных особенностей интеллектуальной деятельности (мышления, восприятия, памяти и других познавательных процессов).

Следует отметить, что в рамках уголовного процесса могут изучаться не все психологические особенности подследственного, а только имею­щие принципиальное значение для уголовного дела. Изучение психоло­гических особенностей обвиняемого должно быть составной частью расследования преступления, и в каждом конкретном случае диапазон этих сведений должен конкретизироваться в зависимости от категории и характера уголовного дела и от особенностей личности обвиняемого. Психологию личности обвиняемого следует изучать так, чтобы следова­тель мог обеспечить решение уголовно-правовых, уголовно-процессу­альных, криминологических и исправительно-трудовых проблем по конкретному делу. Широкий диапазон сведений о личности предпо­лагает использование большого числа источников информации о психо­логии обвиняемого процессуального и непроцессуального характера.

§ 3. Психология организованной преступности

Рассмотрев психологический анализ личности преступника, кратко остановимся на психологии организованной преступности, так как эта проблема, являясь не только опаснейшей, составляющей криминаль­ную реальность, требует безусловно отдельного исследования и изуче­ния.

Организованная преступность — исключительно общественно опас­ное социальное явление, «пик» преступности. Она существует в виде преступных сообществ, то есть качественно иного явления, чем обычное соучастие. В основе внутренней сплоченности подобных организаций могут лежать корыстно-стяжательские, идеологические и даже полити­ческие концепции, идеи, платформы*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Организованная преступность. Круглый стол. Под ред. Долговой А.И., Дьякова С.В. М., 1989. с. 16.

Характерной особенностью организованной преступности является создание основного преступного сообщества, глубоко законспириро­ванного, имеющего высокий уровень саморегуляции и иерархическую структуру, в большинстве случаев пирамидальную, на вершине которой находится основной лидер, а в непосредственном его окружении не­большая группа лиц, принимающих основные решения.

Создаются структуры, в которых многие их участники выполняют различные функции, объединенные единым замыслом и определенны­ми принципами общности. Условиями планируемой в качестве долго­временной преступной деятельности являются целесообразное распре­деление ролей, наличие определенной структуры группировки и иерар­хии, правил поведения для ее участников с определением санкций за отступление от них. Эти условия, по существу, являются признаками такой общности, как организация.

Организованная преступность — устойчивое явление, трудно подда­ющееся предупредительно-профилактическому воздействию, поскольку внутренняя криминогенная зараженность участников преступного сообщества постоянно подогревается их взаимовлиянием, а самовольный отход кого-либо из них от преступной среды нередко карается жесто­кими мерами воздействия.

Организованная преступность отличается пространственным разма­хом. Она охватывает нередко целые регионы либо отрасли народного хозяйства, парализуя нормальное развитие общества коррумпиро­ванными связями преступников с правоохранительными органами, взяточничеством, должностными злоупотреблениями, хищениями в особо крупных размерах, незаконными контрабандно-валютными операциями.

Психология преступного сообщества в качестве специального раздела криминальной психологии исследует генезис образования, структуру, распределение ролей, а также психологические механизмы управления. Став членами преступного сообщества, многие преступники действуют активнее, поскольку такая деятельность подкрепляется групповым авто­ритетом. Создание преступного сообщества — это не только количе­ственный, но и качественный сдвиг социальной опасности.

На активизацию организованной преступности влияют такие яв­ления, как снижение жизненного уровня населения, дальнейшая его имущественная дифференциация, распространение частнособственни­ческой психологии, ослабление властных и управленческих структур, резкая политизация общественной жизни, снижение доверия к офици­альным институтам государства. Непосредственно на организованную преступность воздействует и «война законов», отсутствие демократичес­ких механизмов контроля за властными и управленческими структу­рами, определенная либерализация ответственности за деяния, посяга­ющие на общественные интересы, отсутствие действенной системы финансового контроля за доходами и расходами граждан и должностных лиц и связанная с этим неэффективная борьба с коррупцией.

На основании изучения и анализа большого количества уголовных дел психологи и криминологи пришли к выводу, что организованную преступность характеризуют три имманентно присущих ей признака.

Во-первых, четкая, устойчивая организационная структура, установ­ленная на длительное время и рассчитанная на проведение системати­ческой преступной деятельности; прочные иерархические связи между членами преступного сообщества; жесткая система непререкаемого под­чинения, при которой «низший» беспрекословно выполняет приказ «высшего» в иерархии; разделение ролей и функций, выполняемых каждым сообщником, то есть своеобразное «разделение труда», опреде­ленная преступная специализация; некое подобие более или менее стабильного «штатного расписания»: главарь (иногда группа главарей) из числа «авторитетов», держатель преступной кассы («общаков) — казначей, связники, рядовые боевики, выполняющие всю черновую работу.

Многие организованные преступные кланы создают свою разведку и контрразведку, а иногда и свои особые суды. Участники преступного сообщества связаны круговой порукой, ино­гда скрепленной кровью, в том числе и своих жертв. Во многих бан­дформированиях культивируется так называемая «омерта», то есть обет молчания, клятва ни при каких условиях не раскрывать сообщников и совершенные ими преступления. Таков у них «кодекс чести».

Во-вторых, преступная организация преследует цель совершения не одного-единственного, хотя бы и исключительно дерзкого и сложного по подготовке, преступления, например ограбление банка, а создается для преступной деятельности, продолжающейся, как показывает прак­тика, нередко многие годы.

По сравнению с традиционной преступностью здесь меняется от­ношение к преступлению: из отдельного акта поведения оно превраща­ется в составную часть и неотъемлемый элемент осуществляемой на основе его воспроизводства антисоциальной деятельности. Преступле­ние становится ремеслом. Преступность становится образом жизни, формирующим соответствующую идеологию, психологию, субкультуру. Устойчивая антиобщественная установка в сознании участников ор­ганизованной преступности подчиняет себе все основные их социаль­ные связи, преимущественная ориентация личности на криминальную среду ограничивает возможности для ее ресоциализации, для идейного, психологического, какого-либо позитивного воздействия на нее.

Преступное поведение здесь связано с выработкой своеобразной сис­темы самозащиты, что требует от сотрудников правоохранительных органов высокого профессионализма и значительно больших усилий, нежели те, которые направляются на борьбу со спонтанной преступ­ностью.

Третий определяющий признак организованной преступности — это коррупция, сращивание уголовного элемента с представителями госу­дарственного аппарата и правоохранительными органами.*

_____________________________________________________________________________

*См.: Лапунов Ю.И. Организованная преступность — самая опасная форма социального паразитизма. В кн. Корыстные правонарушения нетерпимы. М., 1989, с. 115—117.

При анализе преступного сообщества имеют значение следующие факторы.

1. Причины объединения в данную группу:

а) невозможность совершить преступление без «объединения»;

б) общность преступных интересов;

в) личные симпатии;

г) общие нормы поведения, общие убеждения, аналогичные дефекты правосознания и т. д.

2. Распределение ролей в группе:

а) волевые качества;

б) организаторские способности;

в) авторитетность и инициативность лидеров;

г) конформизм, безволие, склонность к пьянству второстепенных членов.

3. Внутригрупповые конфликты и противоречия*.

Организованная преступность — это система связей, ведущая к кон­центрации отдельных видов преступной деятельности. Организованную преступность можно рассматривать и как сложную систему с разноха­рактерными связями между группами, которые осуществляют преступ­ную деятельность в виде промысла и стремятся обеспечить свою без­опасность с помощью подкупа государственных чиновников.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 258.

В нашем обществе паразитируют организованные преступные струк­туры, фундаментом которых является финансовый потенциал теневой экономики. Она выступает как самовоспроизводящая экономическая система, порождает теневое право, теневую мораль, теневую органи­зацию. Здесь налицо и неуплата налогов, и неконтролируемое качество продукции, «букет» правонарушений и, наконец, организованная пре­ступность.

Отчетливым лейтмотивом преступности является корыстная моти­вация — она характерна для 75% преступных посягательств. Так, почти сплошь корыстными являются контрабанда, фальшивомонетничество, нарушения правил о валютных операциях. В последнее время, в отличие от прошлых лет, корыстная мотивация стала характерна для таких преступлений, как торговля государственными и служебными секре­тами, убийства и истязания, незаконные операции с оружием и боепри­пасами. Получило распространение и такое доселе нам неизвестное преступление, как киднэпинг — похищение людей (чаще детей), с целью шантажа, получения выкупа. Развитие сильной и устойчивой корыстной мотивации на определенном этапе развития преступной деятельности и накопления материальных ценностей закономерно при­водит к появлению организованной преступности*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Предпринимательство и безопасность. Под ред. Долгополова Ю.Б. Ч. 1 и 2. М., 1991, с. 40—41.

Общее обострение обстановки с преступностью несовершеннолетних в большинстве регионов связано с формированием группировок несо­вершеннолетних и молодежи исключительно криминальной направлен­ности.

Одним из источников формирования организованных преступных объединений (особенно в области рэкета) являются бывшие спортсмены. Для этого имеются соответствующие социально-психологические поедпосылки: большинство участников «большого спорта», как пра­вило не имеют ни склонности, ни возможности для резервной под­готовки, приобретения специальности. С другой стороны, все они в период спортивной карьеры приобрели завышенные социальные при­тязания. Большинство из них инфантильны. Эти обстоятельства в соче­тании с материальной необеспеченностью к моменту «выхода в отстав­ку» делают этих людей легкой добычей организаторов преступных груп­пировок: рэкет, бандитские группы, разбойные нападения и др.

По интенсивности насилия рэкет является одним из наиболее агрес­сивных видов организованной преступности. Здесь делается ставка на устрашение, жестокость является своего рода ценностью. Поэтому он нередко связан с физическим насилием, истязаниями, пытками, похи­щением заложников, уничтожением имущества, погромами. И хотя внешне рэкет может выглядеть вполне мирно, часто как деловой визит прилично одетых и вежливых молодых людей, у которых нет с собой даже перочинного ножа, именно психическое и физическое насилие является основным средством совершения этого преступления,

Организованная преступность стимулирует общую эскалацию пре­ступности, расширяет и активизирует криминальную среду. В преступ­ность вовлекаются все новые контингенты, особенно молодежь. Уже стали привычными суммы в десятки и сотни миллионов рублей, кото­рыми измеряются доходы и сделки мафиозных групп и их лидеров. Это — материальная основа распространения преступного образа жиз­ни, противостоящего законопослушному поведению. Растет число граж­дан, не заинтересованных в правопорядке, снижается критичность оце­нок антиобщественной деятельности.

«Успешно» функционирующее преступное сообщество формирует, как уже было отмечено, у большинства своих членов чувство безнака­занности, корпоративной принадлежности и защищенности. Удачное расследование уголовного дела на группирование вызывает у многих преступников чувство страха перед разоблачением и стремлением со­хранить себя. Психологический анализ преступного сообщества необ­ходимо начинать с установления и изучения его структуры, всех его основных участников, исследования ролей, которые выполняет каждый из них, и их иерархической зависимости друг от друга, исследования личностных особенностей каждого участника преступного сообщества.

Глава IX

Психология правонарушения

В настоящее время исследование личности психологии идет в трех направлениях: 1) психология личности выявляется путем анализа ре­зультатов и продуктов ее деятельности (этим занимаются все от­расли психологии, в том числе и юридическая психология); 2) путем изучения формирования психики личности в процессе ее воспитания и обучения (педагогическая и отчасти криминальная психология); 3) исследование патологических изменений психологической деятель­ности (это предмет судебной психиатрии). Изучение психики личнос­ти через ее деятельность, в том числе преступную, является основ­ным способом психологической информации по любому делу в период дознания предварительного следствия и судебного разбирательства.

Нам, начиная изучение психологического аспекта преступной де­ятельности, следует сразу же поставить вопрос: что такое психо­логия правонарушения? Отметим, что психология правонарушения — это характеристика внутренней непосредственно ненаблюдаемой стороны преступного поведения. Любое преступное событие как пове­дение личности имеет две стороны: внешнюю (предметно-физичес­кую) и внутреннюю (психологическую). Иначе говоря, любое правона­рушение включает в себя две группы обстоятельств: объективные обстоятельства, которые почти всегда поддаются непосредствен­ному восприятию и наблюдению, и психологические (субъективные) обстоятельства, которые не могут быть непосредственно восприня­ты и увидены человеком.

Отметим, что к объективным обстоятельствам любого дела от­носятся: место, время, способ, предмет посягательства, орудия совер­шения преступления, сами действия лица, а также наступивший преступный результат. К психологическим обстоятельствам дела относятся мотивы и цели совершения преступления, психическое от­ношение лица к преступному действию и наступившему результату в форме умысла или неосторожности, иные психологические факты поведения. Чтобы получать и разобраться в психологической информа­ции, необходимой для установления истины по конкретному делу, каждому дознавателю и следователю надо овладеть основами психо­логического анализа преступного поведения. Этим вопросам и посвя­щена настоящая глава.

§1. Преступное поведение и его отражение в уголовном законе

Своеобразие индивидуального преступного поведения состоит в том, что наряду с факторами внешней среды, а именно причин и условий, его обуславливают и внутренние факторы, в частности форма вины, мотивы и цели. Факторы внешней среды становятся побуждающими силами поведения, только преломившись в сознании личности. Для более чет­кого установления и понимания психологического содержания необ­ходимо вскрыть внутренние пружины, которые привели в действие конкретную личность. При проведении оперативно-розыскной деятель­ности, предварительном расследовании и судебном рассмотрении уго­ловных дел оперативный работник, следователь или суд постоянно сталкиваются с этими вопросами и обязаны установить, какова была форма вины, мотивы и цели совершенного конкретного преступления.

По нашему мнению, вина, мотив и цель всегда входят в структуру преступного действия лица. Под структурой преступного поведения понимается внутреннее (психологическое) строение этих форм преступ­ного поведения и взаимосвязь их составных частей. Это положение необходимо особенно подчеркнуть, так как вина, мотив и цель нередко рассматриваются сами по себе, в качестве самостоятельных явлений, вне структуры преступного поведения, элементами которого они явля­ются. Так, например, одними авторами они рассматриваются только с точки зрения их выражения в норме закона*, другими же они рассмат­риваются лишь как признаки личности обвиняемого**.

_____________________________________________________________________________

*См.: Викторов Б.А. Цель и мотив в тяжких преступлениях. М., 1963; Волков Б.С. Проблема воли и уголовная ответственность, Казань, 1965; Наумов Д.Д. Мотивы убийства. Волгоград, 1970.

**Коршик М.Г., Стеничев С.С. Изучение личности обвиняемого на предварительном следствии. М., 1969; Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968.

Между тем определяющим положением при характеристике назван­ных психологических фактов является их рассмотрение как структурных элементов преступного поведения. Подобный подход позволяет анали­зировать их как элементы деятельности лица, выяснить место вины, мотива и цели в структуре различных форм преступного поведения и функции, осуществляемые ими в период подготовки (мотивации) и осуществления преступления.

Психологическая сущность преступного поведения состоит в актив­ном стремлении лица добиться осуществления поставленной цели. Оно находит свое выражение в сознательно мотивированных действиях, на­правленных на достижение определенной цели, независимо от того, совпадает она или не совпадает с наступившими общественно опас­ными последствиями. Таким образом, психика всегда включена в пре­ступную деятельность. Как правило, она выступает как центральное связующее звено отдельных действий этого конкретного лица. Через нее достигается единство в регуляции этих действий и поведения в целом.

Будучи по своему содержанию антиобщественным, преступное пове­дение с точки зрения его строения отвечает всем признакам волевой деятельности в общепсихологическом ее значении. С субъективной сто­роны оно характеризуется волей, мотивированностью и целенаправлен­ностью, а с объективной — физическими действиями или воздержанием от них*. Если в совершенном преступлении воля лица не нашла своего выражения в силу внутренних причин (расстройство сознания, психи­ческая болезнь и т. п.), то лицо не подлежит уголовной ответственности. Если же в преступлении воля лица не нашла своего выражения в силу внешних причин (принуждение, насилие и т. п.), то это является обсто­ятельством, смягчающим уголовную ответственность**.

*Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969, с. 49.

**См. соответствующие статьи Общей части УК РФ.

Учет волевого характера преступного поведения находит свое выраже­ние в уголовном законодательстве. Так, законодательное понятие пре­ступления непосредственно исходит из волевого характера преступного поведения; «...преступлением признается предусмотренное законом об­щественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный и государственный строй, систему хозяйства, собствен­ность, личность, политические, трудовые, имущественные и другие пра­ва граждан, а равно иное посягающее на правопорядок общественно опасное деяние, предусмотренное уголовным законом»*. Это положение подчеркивается и в теории уголовного права, в частности, то, что волевое действие человека, лежащее в основе построения понятия пре­ступления, можно определить как сознательное целенаправленное воз­действие человека на окружающий мир**. Таким образом, когда речь идет о психологии правонарушения, это означает, что речь идет только об одном виде человеческого поведения, а именно о волевом поведении. Между тем наряду с волевым человеку свойственны и другие виды действий, на которых хотя бы кратко следует остановиться.

_____________________________________________________________________________ *Понятие «деяние» дословно означает в переводе со старославянского некое «действие», «поступок», «дело». Оно является существительным от глагола "делать" (деять) и означает уже совершенное действие, совершившийся факт. См.: Горшакова К.В., Шенский Н.М. Современ­ный русский язык. М., 1957, с. 238

** Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1963, с. 13—14.

§ 2. Виды человеческих действий

В зависимости от наличия или отсутствия психологического механиз­ма различают рефлекторные, импульсивные, инстинктивные и волевые действия. Рефлекторные действия являются действиями-реакциями. Они не требуют цели и регуляции в соответствии с ней, а совершаются автоматически. Инстинктивные действия исходят из органических им­пульсов, в них отсутствует осознание лица и предвидение результата действия. Импульсивное действие — это, как правило, действие-вспышка, действие-разрядка, когда исходное побуждение (раздражение, недовольство и т. п.), созданное ситуацией, без взвешивания и оценки его в качестве мотива непосредственно переходит в действие. Импуль­сивные действия чаще всего наблюдаются в патологических случаях, когда лицо в силу душевной болезни неспособно совершить волевые действия.

Что же такое волевое действие? Волевое действие — это действие, отличающееся сознательным актом поведения человека. От рефлектор­ных, инстинктивных и импульсивных действий оно отличается по со­держанию и структуре. Волевое действие является разумным; оно имеет свое смысловое содержание, которое определяется целью и мотивом. Совершению волевого действия предшествует внутренний процесс его мотивации и выработки цели. При этом побуждение, прежде чем перей­ти в действие, осознается лицом как мотив действия, а исполнение волевого действия регулируется лицом в соответствии с его целью. Таким образом, психологический механизм имеет место в волевых дей­ствиях и отсутствует в рефлекторных, инстинктивных и импульсивных действиях*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. М., 1995. с. 50—52.

Когда речь идет о психологии правонарушения, то это значит, что речь идет только о сознательных волевых действиях психически здоро­вого лица. Разрушение психической деятельности под влиянием болез­ни прежде всего изменяет психологические компоненты поведения. Мотивация личности становится патологической в силу того, что она формируется в условиях нарушенной нейродинамики мозга. У психи­чески больной личности нарушаются социальные установки и мотивы поведения, внешние (социальные) раздражители попадают в больной мозг, в силу чего происходит нарушение смысловой регуляции поведе­ния личности.

Поэтому сотруднику правоохранительных органов при проведении оперативно-розыскной деятельности во всех случаях следует обращать внимание на поведение лица (правильное ли оно или неправильное), на его высказывания и интересы. Обычно внешняя форма поведения у психически больных лиц бывает неправильной, однако в отдельных случаях может быть правильной, сохраняется даже профессиональная пригодность. Но объяснения своего поведения, в частности своих моти­вов, иногда уже вызывают сомнение в психическом здоровье лица. Так, например, инженер-кибернетик, совершивший убийство своей жены (труп ее нашли в шкафу квартиры), был удивлен тем, что органы дознания и следствия вмешиваются в его взаимоотношения с женой. При допросе он был совершенно спокоен, тактичен и заявил, что уничтожил жену как «второстепенную личность».

В другом случае сотрудник, занимавший достаточно видное положе­ние в учреждении, дома постоянно расхаживал в голом виде и работал над темой об уничтожении фабрик, производящих одежду, ибо это дает, по его словам, большую экономию.

На практике, кроме личного значения, действие может иметь оп­ределенное социальное значение. Действие лица становится социально значимым и приобретает характер общественного действия всегда, когда оно затрагивает интересы личности, определенных общественных групп, общества в целом. В зависимости от своего социально-психоло­гического значения действие при этом выступает в форме поступка или проступка. Поступком называется социально полезное действие, т. е. действие, имеющее положительное моральное, юридическое и общест­венное значение. Проступком является социально вредное действие, т. е. действие, которое имеет отрицательное моральное, юридическое или общественное значение.

Для сотрудника правоохранительных органов в оперативно-розыск­ной деятельности всегда важно понять поступок лица, его социально-психологическое значение. Обдумывая человеческие поступки, следует всегда их осмыслить и понять.

На основании изложенного можно сделать следующие выводы:

1) в каждом преступном поведении наряду с физическими и наблюда­емыми имеются и психологические (ненаблюдаемые) элементы;

2) ког­да мы говорим о психологии правонарушения, то мы подразумеваем только один вид человеческого поведения — волевое поведение;

3) во­левое действие лица может иметь положительное или отрицательное социально-психологическое значение. Правонарушение всегда является социально вредным проступком.

§ 3. Понятие конкретного правонарушения и анализ преступного поведения

Конкретные преступления как волевые акты по своей структуре могут быть простыми и сложными. Простым волевым актом, имеющим пси­хологический механизм, является преступное действие. Сложным воле­вым актом является преступная деятельность, которая складывается из совокупности ряда действий, т. е. эпизодов состава преступления.

Понятия «преступное действие» и «преступная деятельность» как единицы психологического анализа не следует смешивать с соответствующими уголовно-правовыми понятиями. С психологической точки зре­ния преступным действием считается только одноразовый волевой акт, которым достигается цель, не разлагаемая на более простые. В уголов­ном праве под преступным действием понимается как одноразовый волевой акт, так и совокупность нескольких волевых актов.

К одноразовым преступным действиями, как правило, относятся не­осторожные преступления, совершенные при превышении пределов необходимой обороны, а также в состоянии сильного душевного волне­ния. Примерами одноразового преступного действия могут служить единичные акты хищения, изнасилования, хулиганства и т. д.

Ряд статей УК РФ говорит только о преступной деятельности. Приме­ром преступной деятельности, т. е. формы волевого акта, являются продолжаемые хищения, рэкет и т. д., складывающиеся из ряда тож­дественных преступных действий, которые охватываются единым умыс­лом виновного и составляют в своей совокупности одно преступление. Характер действий, входящих в деятельность, зависит от вида пре­ступления. Так, преступная деятельность при умышленном убийстве и умышленном причинении тяжких телесных повреждений, как пра­вило, состоит из четырех и более эпизодов: 1) непреступных действий; 2) конфликтных ситуаций и действий; 3) подготовительных (не всегда); 4) исполнительных действий. Самовольное оставление воинской части (как длящееся преступление) проявляется только в форме преступной деятельности, состоящей, однако, из ряда действий, колебание которых может быть от трех до восьми.

Из изложенного нами выше видно, что при установлении психологи­ческого содержания правонарушения необходимо всегда проводить пси­хологический анализ поведения, чтобы установить, к какому виду пре­ступного поведения, действия или деятельности оно относится.

Значение психологического анализа можно проиллюстрировать на следующем примере. Некто Ильинский В.А., обвиняемый в совершении убийства из хулиганских побуждений, показал, что убил гр-на Евреинова И.Н. не из хулиганских побуждений, а по мотивам самообороны, потому что Евреиновым И.Н, было якобы совершено на него нападе­ние. Версия Ильинского В.А. в ходе дознания, следствия и суда была опровергнута. При этом был применен метод рассмотрения противо­правных действий обвиняемого «в их единстве», т. е. в структуре его общей деятельности. Оказалось, что в день убийства Ильинский, нахо­дясь в служебной командировке и имея при себе пистолет, неоднократ­но из хулиганских побуждений угрожал им гражданам. В вестибюле кафе «Европа» около 19.00 часов он оскорбил работника кафе Аста­хову Т.Н., демонстративно вынул пистолет и угрожал ей. Познакомив­шись с гражданами Ведевым Ф.И. и Фешенко Т.Г. около 17.00 часов, Ильинский распил с ними 3 бутылки вина. Затем достал заряженный пистолет и, направив его на Ведева и Фещенко, заявил: «Ну что! Сделать вам что-нибудь?» Испугавшись угроз, последние убежали от него. Около 21.00 часов Ильинский зашел в буфет гостиницы «Медведь», где продол­жил распитие спиртных напитков. По предложению сотрудников гости­ницы гр-н Замазкин В.В. вывел его на улицу, чтобы проводить домой. По пути они зашли в спортивный тир «Динамо», где Ильинский вновь вынул пистолет и направил его в сторону мишеней. Однако работнику тира и Замазкину удалось предотвратить стрельбу из боевого оружия. По их требованию Ильинский убрал пистолет и ушел из тира.

Зайдя в вестибюль ресторана «Ярославль», Ильинский поссорился там с неустановленным гражданином. При этом он пытался достать пистолет и заявлял: «Я ему сейчас покажу «салаге». Однако Замазкин увел его из ресторана. На улице Ильинский вновь достал пистолет и пытался произвести стрельбу по уличным фонарям. Замазкину и в этом случае удалось уговорить Ильинского и предотвратить стрельбу, после чего он оставил последнего и ушел в гостиницу. Через несколько минут Ильинский встретил шедшую по улице гр-ку Успенскую и пошел вместе с ней. Когда Успенская потребовала, чтобы Ильинский оставил ее, последний вынул пистолет и стал держать его в руках. Испугавшись, Успенская убежала от Ильинского.

Продолжая свои хулиганские действия, в 23 часа 20 минут Ильинский подошел к направлявшемуся домой гр-ну Евреинову И.Н., достал из кармана заряженный пистолет и направил его на него. Увидев это, Евреинов пытался защищаться и схватил Ильинского за предплечье правой руки. В это время последний нажал на спусковой крючок и про­извел выстрел в лицо Евреинову, от чего он скончался на месте проис­шествия. Рассматривая 7 эпизодов описанных действий Ильинского, дознание и следствие, а затем и суд обоснованно пришли к выводу о совершении им убийства из хулиганских побуждений.

Однако следует учитывать, что несоблюдение правил психологичес­кого анализа преступного поведения нередко приводит к серьезным ошибкам. Так, Абросимов за умышленное причинение тяжкого теле­сного повреждения, повлекшего смерть гр-на Лапикова, был осужден к 5 годам лишения свободы. По протесту прокурора судом второй инстанции приговор в отношении Абросимова был отменен за мягкос­тью наказания. При новом судебном разбирательстве было установлено, что Абросимов применил перочинный нож для отражения нападения, т. е. действовал в состоянии необходимой обороны, ввиду чего суд оправдал его. Кассационной инстанцией оправдательный приговор оставлен в силе.

В чем же причина судебной ошибки? Причина состоит в том, что органами дознания и следствия, а затем и судом был нарушен вышеука­занный принцип психического анализа преступного поведения, ввиду чего разные по своему характеру действия Абросимова в фойе кинотеат­ра и при нанесении ранения Лапикову рассматривались как единая деятельность, что нашло свое отражение в обвинительном заключении и приговоре. Фактически же действия Абросимова представляли два достаточно самостоятельных эпизода. Первый эпизод произошел в фойе кинотеатра, когда между Абросимовым и гр-ном Ивановым возникла ссора из-за знакомой им девушки, во время которой Абросимов рукой ударил Иванова по лицу. Второй эпизод произошел спустя некоторое время, когда Иванов с целью мести Абросимову, подговорил своих друзей избить последнего. Вызвав Абросимова из кинотеатра, он пред­ложил ему «поговорить» за углом дома, где на Абросимова напали Лапиков, Филизнов и Новиков, стали его избивать, повалили на землю, пинали ногами и не давали возможности подняться с земли. В этих условиях, опасаясь за свою жизнь, Абросимов вынул из кармана имев­шийся у него перочинный нож, которым стал наносить улары избивав­шим его лицам, в результате чего ранил Лапикова, который впослед­ствии скончался. Из этого примера следует, что четкий психологичес­кий анализ, проведенный при вторичном судебном разбирательстве, помог выявить смысловую самостоятельность каждого из эпизодов дей­ствий Абросимова и на этом основании вскрыть подлинные мотивы его поведения и психического отношения к содеянному.

§ 4. Психологическая структура преступного действия

Следует сразу же отметить, что преступное действие — это мотивиро­ванный, целенаправленный, сознательный и управляемый акт противо­правного поведения, которым достигается определенная цель, и этот акт не разлагается на более простые. Каждое действие имеет смысловое содержание и направлено на достижение относительно близких целей, которыми оно регулируется в период его осуществления. Мотивы, побуж­дающие определенное лицо к действию, удовлетворяются при осущест­влении поставленной цели. В силу этого преступное действие приобрета­ет определенный смысл и носит характер законченного волевого акта.

Кроме содержания, преступное действие имеет внутреннюю струк­туру, главными компонентами которой являются:

1) мотив, цель действия и форма вины лица (психологические ком­поненты);

2) предмет действия, способ, средства и условия его реализации (фи­зические и вещественные компоненты):

3) результат действия, т.е. те последствия, которые наступили от действия.

Цель как компонент преступного действия выполняет в нем опреде­ленные функции. Первая ее функция состоит в осознании действующим лицом объекта, предмета или лица, на которое направляется его дей­ствие. Вторая функция выражается в желании достигнуть определенного результата этого действия. Благодаря цели лицо регулирует свои дей­ствия и направляет их на достижение того результата, который содер­жится в ней.

Прямой результат — это тот, который входит в субъективную цель лица. Он является реализацией и непосредственным выражением цели*. При вмешательстве объективных, не зависящих от воли действующего лица сил прямой результат может не совпадать по своему объему с целью лица. При этом цель реализуется не до конца и результат оказывается меньше, чем намечавшаяся цель действия. Несовпадение цели и результата выступает в этом случае в форме «невыполнения цели». Примером «невыполнения» цели является покушение на совер­шение преступления, когда цель преступления не осуществляется до конца по причинам, не зависящим от воли виновного.

_____________________________________________________________________________ *Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946, с. 508.

Отношения между результатом и целью могут выступать в форме «перевыполнения» цели. В этом случае результат действия превосходит предполагаемую цель и содержит сверх ожидаемого неожиданный ре­зультат, что не входило в субъективную цель данного лица. Примером перевыполнении цели является умышленное причинение тяжких теле­сных повреждений, которые повлекли за собой смерть потерпевшего, хотя это и не входило в субъективную цель действовавшего лица.

На практике, в частности в процессе оперативно-розыскной деятель­ности, для смысловой характеристики преступного действия недоста­точно знать только его цель. Кроме цели, каждое действие имеет свой мотив. Совершая конкретное действие, лицо может руководствоваться различными побуждениями. Для правильного понимания волевого дей­ствия очень важно уяснить себе истинное соотношение между побужде­ниями и целью волевого действия. Осознанная цель, несомненно, игра­ет очень существенную роль в волевом действии, она должна определять весь его ход. Но цель, которая детерминирует волевой процесс, сама причинно детерминируется побуждениями, мотивами, которые являют­ся отражением в психике потребностей, интересов и т. п. Всеми по­ступками людей руководят их побуждения, т. е. определенные мотивы.

В оперативно-розыскной деятельности сотрудников правоохрани­тельных органов важно всегда своевременно выявить и понять действен­ные мотивы лица и на этой базе постараться убедить и переубедить его. Установление мотива действия ведет к раскрытию смыслового содержа­ния действия и является основой для установления психологического контакта и соответствующего воздействия на личность.

Следует отметить, что преступное действие имеет свою динамику, свое начало и свой конец. Изучение оперативно-розыскной и следст­венной практики показывает, что, как правило, преступное действие имеет два этапа: мотивационный (подготовительный) и этап его прак­тического осуществления. Здесь нам следует, однако, отличать этапы преступного действия от стадий совершения преступления в виде приго­товления и покушения. Стадии совершения преступления имеют место на этапе его практического осуществления, в то время как подготови­тельный этап предшествует практическому осуществлению преступного поведения и происходит только в сознании данного лица.

Как правило, приступая к действию, лицо мысленно создает его модель в своем уме. Подготовка преступного действия в сознании лица (его мотивация) составляет первый подготовительный этап, который состоит из осознания мотива и цели действия, борьбы мотивов и при­нятия решения действовать. Побуждения сами по себе не могут явиться источником действия. Чтобы стать таким источником, они должны быть осознаны лицом в качестве мотива. Лишь став мотивом, психическая энергия побуждения превращается в волевую энергию и порождает определенные действия. В этом смысле мотив является «двигателем» поведения и активно стимулирует волевую активность лица*.

_____________________________________________________________________________ *Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология, с. 34—35.

На стадии мотивации преступного действия может обнаружиться расхождение между целью действия и его нежелательными последстви­ями, между намеченной целью и трудностями ее осуществления в дан­ных условиях и т. д. На этом основании нередко возникает внутренний контакт противоречивых побуждений, называемый борьбой мотивов, который состоит в столкновении нескольких, достаточно не совмести­мых между собой побуждений лица. Как правило, конкурирующие мотивы являются побуждениями разного психологического и социаль­ного уровня. Ими могут быть, например, низменные чувства и доводы разума, чувство мести и интересы дела, органическая потребность и слу­жебный долг, корыстный интерес и должностная обязанность и т. д.

В содержание борьбы мотивов входит не просто борьба двух несов­местимых побудителей к действию, а борьба мотивов должного социаль­но полезного поведения и мотива, противоречащего праву, мотива анти­общественного, преступного поведения. Иногда борьба мотивов идет довольно длительное время, вызывая у лица определенные психические состояния (замкнутость, подавленность, неразговорчивость, скрытность и т.д.). Так, подозреваемый Моргунов показал: «С конца августа и до 18 сентября я все никак не мог окончательно на что-нибудь решиться. Мне нужны были деньги, чтобы расплатиться с долгами, которые я имел. Деньги я решил украсть. С другой стороны, я боялся, что попадусь. Я не спал ночами, обдумывая, как быть. Надо было отдавать долги. И это все же пересилило меня. Я понимал, что иду на преступле­ние. 18 сентября в 12.00 меня направили делать уборку в учебных классах. Воспользовавшись, что в помещении классов в это время никого не было, я обшарил всю висевшую там одежду, из которой похитил около ста тысяч рублей денег. Кроме того, из комнаты № 13 (дверь в нее была открыта) я похитил фотоаппарат...» На этом примере достаточно хорошо видно, как в результате борьбы мотивов рождается мотив преступного действия. Победивший мотив формирует волю лица, а также характер предстоящего действия.

Роль мотива в подготовке действия и формировании воли лица под­черкивал знаменитый русский ученый И.М. Сеченов. В частности, он писал, что не может быть воли, которая бы действовала «сама по себе». Рядом с ней всегда стоит, определяя ее, какой-нибудь нравственный мотив в форме ли страстной мысли или чувства. Значит, даже в самых сильных нравственных кризисах, когда, по учению обыденной психо­логии, воле следовало бы выступить всего ярче, она одна, сама по себе действовать не может, а действует лишь во имя разума или чувства*.

_____________________________________________________________________________ *Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. М., 1947, с. 308.

Этап мотивации завершается принятием лицом решения о соверше­нии преступления или воздержании от него. Лицо кладет конец своим сомнениям и колебаниям и решает: буду действовать вот так или воздер­жусь от действия. Принятие решения о совершении преступления мо­жет осуществляться в различных формах. Оно может выделяться в со­знании действующего лица как особая фаза и сводится в этом случае к осознанию цели преступления. Оно может наступить в стадии борьбы мотивов само по себе, как ее разрешение. Как особый этап в подготовке преступления принятие решения выступает тогда, когда каждый из мотивов сохраняет для лица свою силу и значимость. Решение в пользу одного мотива принимается потому, что остальные мотивы подавляются и лишаются роли побудителей действия. Мотив-победитель становится доминирующим и определяет содержание предстоящего действия.

Лицу, совершающему преступление, приходится принимать решение в различных психологических условиях: 1) это могут быть простые ус­ловия без стрессов* и возбужденного состояния, при достаточности времени на его обдумывание, что характерно, например, для принятия решений расхитителями собственности, совершения актов терроризма и т. д. Оно порождает, как правило, расчетливое преступное поведение;

2) сложные психологические условия: в виде сильного возбуждения, недостатка времени на продумывание решения, наличия конфликтной ситуации, когда одному лицу противостоит воля другого лица, - ведут к принятию недостаточно продуманных решений, вызывающих т. н. нетрензитивное преступное поведение, т.е. поведение, основанное не столько на строгом расчете, сколько на порыве, что характерно для принятия решений, например, при совершении преступлений против личности (в частности, при совершении убийств на эмоциональной основе, причинении умышленных телесных повреждений, изнасилова­ний и т. п.).

_____________________________________________________________________________ *

Стресс (от англ. слова stress) — состояние напряжения, специфическая психофизиологическая реакция организма в ответ на воздействие различных неблагоприятных факторов внешней или внутренней среды.

Как правило, после принятия решения наступает главный этап: реали­зация сформированной мотивом и целью воли лица в действиях. Практи­чески же на стадии мотивации осуществляется, образно говоря, проекти­рование преступного поведения. На стадии исполнительной этот проект воплощается в реальные действия и их результаты. Исполнение преступ­ления требует волевых усилий, которые «питаются» силой мотива и цели действующего лица. На этой стадии психическая деятельность лица проявляется в регулировании осуществляемого действия в соответствии с его целью. Затраченная лицом психическая и физическая энергия воплощается в результате действия. Поэтому содержание преступного действия должно рассматриваться прежде всего с результативной сторо­ны, т. е. как процесс реализации цели в результатах действия. Достиже­ние цели означает окончание действия как волевого акта. Лицо оценива­ет достигнутый результат, сопоставляя его с намеченной целью. При этом оно констатирует его удачу или неудачу, успех или неуспех.

Таким образом, следует различать функции, выполняемые мотивом и целью на стадиях подготовки (мотивации) и исполнения преступного действия. На подготовительной стадии мотив и цель формируют реше­ние и порождают волю лица. В стадии исполнения преступления они определяют содержание уже сформированной воли лица, выступая ее смысловой стороной. Свою функцию мотив и цель в дальнейшем вы­полняют путем корректировки направленности совершаемых действий. Благодаря этому обеспечивается их претворение в действие и через него в реальных фактах действительности.

В ходе деятельности мотив может остаться 1) неизменным и стать действующим мотивом. Иногда мотив, сформировавший действие, в ходе исполнения исчезает, 2) заменяется другими или осложняется добавлением нового, дополнительного мотива. Изменение мотива мо­жет происходить путем его отпадения и прекращения преступной де­ятельности лица. В стадии исполнения может произойти также 3) переосмысливание мотива путем замены его социально-положительным мо­тивом поведения. Примером подобного переосмысливания мотива может служить добровольный отказ от дальнейшего совершения преступления, явка с повинной (когда преступление уже окончено), способствование предупреждению наступления вредных последствий, а также самооценка преступления в ходе расследования, чистосердечное раская­ние в содеянном и активное способствование его раскрытию.

Важно понять, что между мотивом и целью лица и его преступным поведением существуют два вида связей — прямая и обратная. Прямая связь выражается в том, что мотив и цель преступления порождают преступное поведение. Обратная связь между ними заключается в том, что преступное поведение в соответствии с конкретными ситуациями и условиями оказывает обратное влияние на мотив и цель как путем корректировки их самих в ходе совершения преступления, так и путем применения лицом определенной тактики и отдельных приемов по их реализации.

Хочется проиллюстрировать это следующим примером. Вор с целью совершения хищения идет в ночное время в магазин, чтобы проникнуть туда путем взлома висячего замка на двери служебного входа. Прибыв к магазину, он видит, что дверь служебного входа закрыта не на висячий замок, а изнутри. Тогда преступник изменяет свое решение, корректируя его в соответствии с поставленной целью, и решает проникнуть в магазин с центрального входа. Здесь он видит спящего сторожа. Поскольку цель его может быть достигнута лишь осложнен­ным путем, т.е. путем убийства сторожа, лицо вновь в соответствии с поставленной целью корректирует свое преступное поведение и реша­ет проникнуть в магазин с чердака. Реализуя свой план, он проникает в магазин с чердака, сделав пролом в потолке, и совершает хищение товаров.

Заметное место в мотивации преступных действий может принад­лежать состоянию опьянения лица. Роль алкоголя в мотивации преступ­ления состоит в том, что он снимает процессы торможения. Под влия­нием алкоголя человек перестает смотреть на себя глазами других. Вначале создается иллюзия внутренней легкости и желания общения, потом возникает нарушение обычной мотивации поведения. Пьяному человеку кажется, что он ведет себя весьма логично. Фактически же у него нарушается привычная мотивация и организация поступков и поведения.

Следует отметить, что роль мотива и цели как структурных и функци­ональных компонентов преступного поведения наглядно выступает в патологических случаях, когда один из них или они оба бывают нарушены. При патологических аффектах и импульсивных состояниях, когда побуждение непосредственно дает стремительную, неосознанную разрядку в преступном действии, последнее теряет характер волевого поведения и выступает как акт поведения душевнобольного человека, что имеет место при клептомании (импульсивное воровство), пиромании (импульсивное поджигательство), дромомании (импульсивное бро­дяжничество) и т. д.*

_____________________________________________________________________________ *Судебная психиатрия. М., 1987, с. 162—164.

Существенным звеном исполнения действия являются его предмет­но-вещественные компоненты, т. е. орудия, средства и условия, благо­даря которым достигается цель действия. Внешние условия могут благо­приятствовать или препятствовать достижению цели. В качестве средств совершения преступления выступают предметы, вещи, орудия, инст­рументы, механизмы, приборы, устройства и т. п., потому что они могут «служить цели лица». Предметно-вещественные элементы преступного поведения выбираются лицом в соответствии с их субъективной значи­мостью. Их назначение в том, что они используются и управляются субъектом как средства достижения своей цели. Средства есть способ­ность предмета служить цели*.

____________________________________________________________________________

* Трубников Н.Н. О категориях "цель", "средство","результат". М., 1968, с. 84.

Особо следует указать на документы как средства совершения пре­ступлений. Сюда относятся фиктивные, поддельные и разорванные служебные документы и другие записи о преступных комбинациях. Являясь средством совершения или «прикрытия» преступления, они выступают объективными показателями мотивационной стороны пре­ступления. Обнаружение подобных документов, а также выявление по­вода, назначения, автора и обстоятельств их изготовления проливают свет на мотив и цель совершения преступления.

§5. Психологическая характеристика и анализ преступной деятельности

При совершении преступления отдельное действие может выступать в качестве самостоятельного, автономного акта поведения или являться частью более обширного целого, т.е. преступной деятельности. Пре­ступная деятельность как структурная форма преступного поведения представляет собой совокупность действий, объединенных единством мотивов и целей. В преступной деятельности проявляется характерная для человека способность к действиям дальнего прицела, далекой моти­вации и целенаправленности, характерной для преступного действия. Как деятельности, так и входящим в ее состав отдельным действиям присущи свои мотивы и цели. При анализе преступной деятельности следует, таким образом, различать мотивы и цели отдельного действия и преступной деятельности в целом. Указанные виды мотивов и целей не могут заменяться один другим: мотивы отдельных действий, входя­щих в деятельность, не равнозначны мотивам деятельности в целом, и наоборот, т. к. они являются структурными элементами различных актов преступного поведения.

По своему содержанию мотивы и цели действия и деятельности могут совпадать. Лишь при этом условии можно говорить о единой преступ­ной деятельности лица. Однако мотивы и цели действия и деятельности по своему содержанию могут и не совпадать. В этом случае единой преступной деятельности не будет, т. к. нарушается смысловое единство деятельности и действия, в силу чего действие выпадает из структуры данной деятельности и становится самостоятельным актом поведения. Между конечной целью преступной деятельности и целью каждого входящего в нее действия складываются отношения зависимости и под­чиненности последней первой. Результат каждого действия по отноше­нию к конечной цели преступной деятельности выступает в качестве средства ее достижения и вместе с тем является целью данного действия. Общая цель определяет направленность, ход и построение всей преступ­ной деятельности и подчиняет себе цели входящих в нее отдельных действий. В соответствии с ней происходит прогнозирование действую­щим лицом конечных результатов преступной деятельности и резуль­татов каждого действия, входящего в него.

Мотивы отдельных действий также находятся в подчинении в зависи­мости от общего мотива преступной деятельности. По отношению к от­дельному действию общий мотив выступает в качестве силы, детер­минирующей их на осуществление конечной цели деятельности.

При осуществлении дознания и расследовании преступной деятель­ности по данным поведения, как правило, можно собрать достаточно сведений о психологии правонарушения, т. к. в ней мотивы и цели выявляются во всей своей полноте и определенности. При расследова­нии преступлений в виде отдельных действий часто бывает недостаточно материала, чтобы по данным поведения достоверно установить пси­хологический механизм его совершения. На этом основании иногда делается вывод о невозможности установления психологии правонару­шения по данным поведения. И основной упор переносится на получе­ние данных о нем от подозреваемого или обвиняемого. Между тем структурно любое фактически совершенное действие всегда выступает в качестве эпизода единой смысловой деятельности данного лица.

Структурно-психологический анализ, т. е. рассмотрение совершен­ного преступного акта поведения в единстве с предшествующей деятель­ностью этого лица (как правило, до преступления), дает возможность выявить всю деятельность в целом и входящие в нее непреступные действия, в которых в большинстве случаев четко выражены мотивы и цели их совершения. Это помогает в оперативно-розыскной деятель­ности выявить весь психологический механизм деятельности лица, в ко­торой преступный акт поведения выступает в качестве последнего завершающего действия, являясь по закону самостоятельным актом поведе­ния. В качестве примера в этом отношении можно привести дело об убийстве мужем гр-ки Каичевой. Сам Каичев, будучи в нетрезвом состо­янии, в квартире своих знакомых нанес своей жене — Каичевой ножом длиной 15 см ранение в область правого бока, в результате чего она на следующий день скончалась. Сам по себе факт причинения Каичевой ножевого ранения жене не давал достаточного материала, чтобы по данным поведения установить его мотив и цель. Каичев же, ко всему признавая факт ножевого ранения и свою вину в этом, показал, что цели убить жену у нею не было, а ножевое ранение он наносил ей с целью «попугать», «пошутить» или, как он стал показывать в дальнейшем, «уколоть» ее. И вот здесь от установления мотива и цели зависела квалификация преступления: как умышленного или неосторожного убийства, или как умышленного причинения тяжкого телесного по­вреждения, повлекшего смерть потерпевшей.

В процессе дознания и следствия выяснялись предшествующие взаимоотношения Каичева с женой, в частности, не было ли случаев поку­шения на ее убийство и по каким именно мотивам. Выехав по месту постоянного жительства Каичевых, путем проведения допросов и очных ставок между свидетелями, близко знавшими Каичевых, а также в ре­зультате обнаружения и исследования переписки Каичева было установ­лено, что совершенное преступление не является изолированным актом поведения, а входит в имевшую двухлетнюю историю деятельность, в ходе которой Каичев не раз угрожал жене убийством по определенным мотивам. Так, родители Каичевой показали, что в ответ на их нежела­ние, чтобы дочь выходила замуж за Каичева, последний пришел к ним и заявил, что, если они не разрешат дочери выйти за него замуж, он убьет ее, чтобы она «не досталась больше никому».

В процессе изучения переписки Каичева выяснилось, что его роди­тели сообщили ему, что жена гуляет с парнем по кличке Борзый. На почве ревности Каичев в письмах неоднократно угрожал жене и обещал «разделаться» с ней. При допросах сослуживцев, родных, осмотре меди­цинской документации и личной переписки было выявлено, что Каичев в последнее время стал считать себя импотентом. На этой почве у него вновь обострились отношения с женой, и он в переписке снова угрожал ей убийством, чтобы она «не досталась никому».

В результате собранных данных стало очевидным, что совершенное Каичевым ранение жены является преднамеренным убийством, мотивы к которому давно уже созрели у него и неоднократно проявлялись в других (непреступных самих по себе) действиях. Следственные органы квалифицировали действия Каичева как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, т.к. его жена была беременна. Суд осудил Каичева по статье закона об умышленном убийстве. Вышестоящая судебная инстанция согласилась с правильностью установления моти­вов преступления и его квалификацией, несмотря на то, что Каичев продолжал и в дальнейшем давать свои первоначальные показания.

Следует отметить, что преступление во всех случаях есть сознательное действие лица. Эти действия в большинстве случаев прогнозируются, планируются, подготавливаются, наконец, для их совершения использу­ются знания, опыт, навыки и т. д. Даже в том случае, если совершено преступление без заранее обдуманного плана, когда преступное реше­ние действовать возникло под влиянием создавшейся ситуации, полнос­тью проявляются эти сложившиеся психические изменения личности*.

_____________________________________________________________________________ *Игошев К.Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М., 1971, с. 21.

Социально-психологические дефекты всегда входят элементом даже в психологическую структуру преступлений, совершенных по небреж­ности, самонадеянности. Элементами психологической структуры пре­ступления, как уже нами отмечалось, выступают также наличие цели на удовлетворение противоправной потребности (или способа для ее удов­летворения), знания, мыслительная деятельность по прогнозированию, подготовке, совершению преступных действий, сокрытию следов пре­ступления и т. д.*

*См.: Кдрявцев В.Н. Причинность в криминологии. М., 1968, с.42-56.

Выявление психологической структуры преступления позволяет пол­нее устанавливать истину, определять пути перевоспитания лиц, совер­шивших преступления.

Только в том случае, если досконально изучены психологическая структура преступления, элементы каждого преступного действия, пред­ставится возможность более целенаправленно осуществлять деятель­ность по ликвидации этой структуры.

Каждое преступление оказывает определенное психическое воздей­ствие не только на потерпевших или очевидцев, но и на само лицо, совершившее это преступление. Это воздействие бывает различным в зависимости от степени изменения психических качеств личности, совершившей преступление, от особенностей психологической струк­туры конкретного преступления. Нельзя подвергать психологическому анализу преступную деятельность в ее развитии, не исследуя и этот обязательный этап развития и изменения психологии лица, совершив­шего преступление.

Разработка достаточно эффективных мероприятий по изменению психики лиц, совершивших преступления, по перевоспитанию и ис­правлению их может быть осуществлена только на основе выявленных закономерностей преступного поведения. С другой стороны, психологи­ческий анализ преступного поведения обязательно должен завершаться выявлением закономерностей и средств ликвидации социально-психо­логических причин преступлений, психологической структуры преступ­ного действия, нахождением более оптимальных путей перевоспитания лиц совершивших преступления.

Все изложенное нами и определяет содержание психологического анализа преступной деятельности. Этот анализ включает в себя: ис­следование причин появления социально-психологических дефектов личности, психологической структуры преступления, психологических последствий совершения преступления и, наконец, выявление основ­ных путей ликвидации психологических причин, структуры преступле­ния, определение закономерностей в исправлении и перевоспитании преступников.

Глава Х

Психология потерпевшего

§ 1. Психологическая характеристика потерпевшего

Автор целиком и полностью согласен с В.Л. Васильевым, который выделяет в своей работе психологию потерпевшего в отдельную главу в отличие от других авторов*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 269—288, Ратинов А.Р. Су­дебная психология для следователей. М., 1967, с. 172—196; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград, 1983, с. 47—68; и др.

Психология потерпевшего изучает факторы формирования его лич­ности, поведение до совершения преступления, в момент совершения и после совершения преступления, а также разрабатывает практические рекомендации, касающиеся допроса потерпевшего. Психология потер­певшего связана с уголовным правом, криминологией, уголовным про­цессом, психологией личности.

Следует отметить, что чем значительнее роль поведения потерпевше­го в происхождении преступления, тем менее интенсивна антисоциальная ориентация личности преступника. В преступлениях против лич­ности такая зависимость выступает наиболее ярко, потому что в психо­логическом механизме совершения преступления большое значение приобретают эмоции преступника, возрастающие иногда до степени аффекта, так как воздействие потерпевшего воспринимается им сквозь призму личной значимости. Надо иметь в виду, что около 75—80% преступлений против личности совершается лицами, которые связаны с потерпевшим родственными, служебными, интимными и другими близкими отношениями, и преступление, как правило, является конеч­ной фазой конфликта, возникшего в результате этих отношений. Глубо­кие психологические исследования личности потерпевшего и преступ­ника дают возможность выявить причины и условия возникновения конфликтной ситуации и наметить пути их преодоления.

Потерпевший — это одна из центральных фигур предварительного следствия и рассмотрения дела в суде, особенно если речь идет о пре­ступлении против личности. Конкретные обстоятельства, причины и ус­ловия преступления не могут быть раскрыты полностью, если во внима­ние не принимается личность потерпевшего, так как очень часто пре­ступные действия обвиняемого вызываются неправомерными, неосмотрительными или просто легкомысленными действиями потерпевшего. Его поведение, относящееся к объективным признакам состава преступ­ления, может влиять на вину обвиняемою, а иногда (необходимая оборона) и исключать ее. От структуры личности потерпевшего и от его поведения, которое тесно связано с личностью и является ее функцией, зависит осуществление преступных намерений, активная оборона от преступных посягательств, оборона общественных интересов и т. д.

Психологическое исследование личности потерпевшего и его деятель­ности в стадии предварительного следствия и суда представляется весь­ма актуальным, потому что способствует решению целого ряда воп­росов: более правильной квалификации преступления, глубокому исследованию причин и условий, более всестороннему и полному рас­следованию уголовных дел, обнаружению новых доказательств и т. д.

Исследование личности потерпевшего можно рассматривать в двух аспектах:

1) «статическая область» — это возраст, пол, национальность, служеб­ное положение и т.д.; ряд этих признаков требуется выяснить по непосредственному требованию закона, причем некоторые из них могут прямо влиять на квалификацию преступления (например, возраст при половых преступлениях) и т. д.;

2) «динамическая область» , т. е. поведение потерпевшего в период, непосредственно предшествовавший событию преступления, и в период события преступления, и связь этого поведения с поведением преступника*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 271.

К специальным методам исследования личности и поведения потер­певшего относятся анализ следственной и судебной статистики, изуче­ние материалов судебно-психологической и судебно-психиатрической экспертиз, социально-психологические и судебно-психологические ис­следования конфликтных ситуаций.

Поведение потерпевшего в момент совершения преступления зависит от:

1) влияния внешней среды, вданном случае преступного нападения или иного воздействия, и

2) индивидуальных особенностей личности.

Эти особенности личности характеризуются типом высшей нервной деятельности потерпевшего, чертами его характера и т. д. Жизненный опыт имеет большое значение в поведении потерпевшего по делам о половых преступлениях, преступлениях на транспорте, в области нарушений правил техники безопасности. На поведение потерпевшего оказывает существенное влияние правосознание: знание закона, своих прав дает дополнительные возможности при отражении преступного нападения, создает убежденность в правоте действий, препятствующих преступному посягательству.

При изучении преступления на уровне индивидуального преступного поведения потерпевший представляет интерес в той мере, в которой его поведение вписывается в событие преступления и несет в себе заряд криминогенности. Таким свойством обладает отрицательно оцениваемое обществом причинно связанное с преступлением поведение потерпевшего.

§ 2. Исследование личности потерпевшего

В последнее время важное место в криминалистических исследовани­ях отводится роли жертвы в генезисе самого преступления, ее межлич­ностным связям и отношениям с преступником. Более 65% жертв в мо­мент убийства находились в нетрезвом состоянии, а более половины из них употребляли спиртные напитки совместно с осужденными непо­средственно перед совершением преступления.

Исследования показывают, что каждый восьмой потерпевший не работал, более 10% вели паразитический образ жизни, в 40% случаев поведение потерпевших перед преступлением было аморальным или противоправным, в том числе и провокационным. Такие особенности личности и поведения потерпевших могли способствовать увеличению риска совершения в отношении них тяжких противоправных действий.

Взаимосвязь и взаимообусловленность личности и отрицательного поведения потерпевшего до преступления и динамику психологического механизма их развития можно в известной мере проследить на примере проявления некоторых установленных исследованиями нравственно-психологических черт у части потерпевших от убийств, причинения телесных повреждений и изнасилований, совершение которых провоци­ровало поведение потерпевших. Доминирующими по устойчивости и значимости в структуре нравственно-психологического облика потер­певших были такие качества, как агрессивность, деспотизм в отношении близких, неуживчивость, склонность к употреблению алкоголя, половая распущенность, неразборчивость в выборе знакомых, в частности вслед­ствие склонности к веселому времяпрепровождению при не оправдан­ной обстоятельствами доверчивости. Многие из них обусловливают совершение различных по характеру преступлений.

Важным регулятором поведения личности является уровень развития ее самооценки. В исследованиях отечественных и зарубежных психоло­гов подчеркивается, что в подростковый период формируется умение оценивать себя не только через требование авторитетных взрослых, но и через собственные требования. Главным критерием в оценке себя становятся нравственно-психологические аспекты взаимоотношений подростка с другими людьми.

В процессе психологического анализа жертвы важным является ана­лиз ее ценностных ориентаций, одного из основных структурных об­разований зрелой личности. Ценностные ориентации обуславливают направленность личности, определяют позицию человека.

Как правило, показания потерпевшего являются одним из источ­ников доказательств и занимают самостоятельное место в системе до­казательств. Они имеют много общих черт со свидетельскими показани­ями, однако не могут ни отождествляться с ними, ни рассматриваться как их разновидность. От свидетельских показаний показания потерпев­шего отличаются как по своему субъекту, так и по процессуальной природе и содержанию. Эти показания даются лицом, которому причи­нен моральный, физический или материальный вред и которое по своему процессуальному положению является участником процесса. Потерпевший наделен правами, обеспечивающими ему возможность добиваться удовлетворения своих законных интересов, нарушенных конкретным преступлением.

Показания потерпевшего отличаются от свидетельских и по про­цессуальной природе: они не только источник доказательств, но и средство защиты его интересов. В них может быть выражено и отношение потерпевшего к совершенному преступлению, могут содержаться его объяснения тех или иных фактов, выдвигаемые им версии, аргументы и их обоснование. Интересы потерпевшего пол­ностью соответствуют задаче установления истины в случаях, когда потерпевший заинтересован в раскрытии преступления и изобличении его подлинного виновника. Специфические черты показаний потер­певшего должны учитываться при исследовании и оценке их. По­терпевший обязательно должен быть допрошен, ибо дача показаний является его гарантированными законным правом как участника про­цесса.

Показания потерпевшего являются важным процессуальным до­кументом, который нужно оценить с точки зрения его доказатель­ственного значения, зная особенности личности потерпевшего. Очень важный фактор в расследовании преступления - правосознание потер­певшего. От того, насколько нетерпимо относится потерпевший к пра­вонарушениям, хочет помочь следствию и правосудию, часто зависит достоверность и точность его показаний.

Следователю очень важно установить психологический контакт с по­терпевшим, учитывая его психическое состояние и индивидуальные особенности, и таким образом обеспечить полноту и точность показа­ний. Изучение психофизиологических свойств потерпевшего, силы, по­движности нервных процессов, типа высшей нервной деятельности, темперамента помогает определить возможность совершения потерпевшим тех или иных действий, а в целом — создать правильную картину события. Эти качества необходимо учитывать и при установлении кон­такта с потерпевшим, организации следственных действий.

Действия преступника, последствия преступного деяния нередко приводят потерпевшего в состояние сильнейшего душевного потрясе­ния, возбуждения, страха, тяжелой депрессии, гнева, возмущения, отча­яния, растерянности. Без учета этих особенностей, их правильного психологического анализа, снятия стрессового состояния потерпевшего трудно рассчитывать на полноту и правильность его показаний*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград. 1983, с. 55.

С целью исключения ошибок в показаниях потерпевшего важно учи­тывать особенности восприятия им в момент совершения преступления обстоятельств дела, личности преступника. Экспериментально доказа­но, что испытываемые им чувства страха, гнева, стыда, обиды и т. п. могут способствовать искажению восприятия, суживая его объем, при­водя к неправильной оценке ряда фактов, признаков, деталей. При физиологическом аффекте, который встречается нередко в результате преступного посягательства на личность, у потерпевшего затрудняется самоконтроль, правильная оценка своих действий, ухудшается воспри­ятие реальной обстановки*. В подобных состояниях потерпевший может ошибиться, оценивая физические данные преступника, количество пра­вонарушителей, характер действий нападавших и т. п. Однако сильные переживания, испытываемые потерпевшими в момент совершения пре­ступления, зачастую делают их восприятие более глубоким, ярким, дают возможность надолго запомнить многие, даже незначительные детали, события, признаки внешности преступника.

_____________________________________________________________________________ * Закатов А.А. Тактика допроса потерпевшего. Волгоград. 1976, с. 25.

Поскольку преступление наносит душевную травму потерпевшему, он мысленно многократно возвращается к случившемуся, вспоминая раз­личные обстоятельства преступного события. При этом потерпевшему нередко удается вспомнить какие-либо существенные обстоятельства, о которых он не сообщил при первом допросе. Вот почему с учетом физического и психического состояния потерпевшего, стараясь не при­чинять ему излишних психологических травм, целесообразно в случае необходимости провести повторный допрос. Следует иметь в виду, что частые воспоминания случившегося и связанных с этим переживаний активизируют мыслительные процессы потерпевшего, усиливают его стремление найти виновных. Вот почему потерпевшие зачастую склон­ны сами выдвигать многочисленные предположения о том, кто и почему совершил преступление. Допуская, что многие из таких предположений не основаны на каких-либо фактических данных, следователь не должен отметать их с порога. Во-первых, это помогает установлению психологического контакта. Во-вторых, в версиях потерпевшего вполне может быть здоровое зерно. Следственной практике известно немало случаев, когда предположения потерпевшего подтверждались в ходе рассле­дования.

Исходя из того, что потерпевшим причиняется непосредственный ущерб действиями преступника, многие криминалисты, ссылаясь на личную заинтересованность потерпевших, приходят к мысли о необ­ходимости особенно тщательной проверки их показаний*. Дело в том, что показания потерпевших далеко не всегда объективны. Причин мо­жет быть много. Потерпевший, например, стремится отомстить пре­ступнику за причиненные страдания, боль, лишения, оскорбления и т. п.; желает получить максимальную материальную компенсацию в случае осуждения правонарушителя. При этом потерпевший может преследовать и корыстные цели, преувеличивая размеры причиненного ему ущерба; намеревается смягчить участь обвиняемого под влиянием уговоров родственников и друзей преступника, жалости к нему и т. д.; хочет скрыть собственное неблаговидное поведение.

_____________________________________________________________________________

*См.: Ларин А.М. Работа следователя с доказательствами. М., 1966, с. 52, Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных действий. Минск. 1971, с. 79.

Следователь должен постоянно иметь в виду возможность такого виктимологического аспекта в показаниях потерпевшего.

Анализ следственной практики показывает, что нередко потерпевши­ми оказываются лица, ведущие аморальный образ жизни, злоупотребля­ющие спиртными напитками, склонные к конфликтам, ссорам.

Необъективность показаний потерпевшего может объясняться также и тем, что он, получив ту или иную информацию следователя о матери­алах дела, подпадает под ее влияние. В таких случаях показания потер­певшего содержат сведения не лично им воспринятые, а сообщенные другими лицами. Несоответствие показаний потерпевшего подлинным обстоятельством дела иногда является следствием стыдливости, смущения, неловкости при необходимости рассказать о действиях преступ­ника либо о собственных действиях в момент совершения преступления. Такие ситуации возникают, в частности, при допросе потерпевших по делам о половых преступлениях. Показания потерпевшего могут не соответствовать действительности и потому, что он опасается мести со стороны преступника, его соучастников, родственников и друзей*.

_____________________________________________________________________________ *Закатов А.А. Тактика допроса потерпевшего. Волгоград. 1976, с. 22.

Фактором, влияющим на показания потерпевшего, может оказаться внушение преднамеренное или непреднамеренное. В большей степени это характерно для несовершеннолетних потерпевших, но внушению могут быть подвержены и взрослые.

Потерпевшие вообще внушаемы больше, чем свидетели, особенно тогда, когда внушаемые сведения соответствуют их интересам. Непол­нота, неточность данных потерпевшего также способствует внушению. Для того чтобы избежать вредного действия внушения, на допросе предусмотрены определенные процессуальные меры, в частности запре­щены наводящие вопросы, которые могут подсказать потерпевшему желаемый ответ.

В заключение можно сказать, что личность потерпевшего играет большую роль для работы органов правосудия.

Один из важные вопросов — изучение личности потерпевшего на предварительном следствии в целях получения от него достоверных показаний. Такое изучение проводится как традиционными методами (наблюдение, беседа, анализ документов, обобщение независимых ха­рактеристик), так и специфическими (психологическая экспертиза).

Показания потерпевшего зависят от многих субъективных и объек­тивных факторов. Знание психологических закономерностей процесса формирования показаний и их особенностей у потерпевшего, изучение мотивации последнего помогают следователю избрать нужные тактичес­кие приемы для получения достоверных сведений. Данные о потерпев­шем используются не только на допросе, но и при проведении других следственных действий.

Глава XI

Психология несовершеннолетних

§ 1. Проблемы несовершеннолетних в юридической психологии

Как показывает изучение правонарушений несовершеннолетних, подросток чаще всего может совершить преступление под непосред­ственным воздействием сверстников или взрослых лиц, подчиняясь давлению толпы*. У большинства таких подростков в структуре личнос­ти доминируют отрицательные качества: лень, безволие, безответствен­ность, конформизм, агрессивность и т. п. Важнейшим условием фор­мирования личности трудного подростка в большинстве случаев явля­ются отрицательные семейные условия, алкоголизм родителей или род­ственников, их аморальное поведение и т. д. Однако нередки случаи, когда искаженную нравственную атмосферу вокруг несовершеннолетне­го создают любящие его и желающие ему всякого добра, но не обладаю­щие достаточной педагогической культурой родители.

_____________________________________________________________________________

*См.: Бочкарева Г.Г. Зависимость преступного поведения несовершеннолетних правонарушителей от их податливости групповому влиянию. "Вопросы судебной психологии". М., 1971, с. 58—59.

Для трудновоспитуемых подростков, как правило, характерно отрица­тельное отношение к учебе, которое в конечном счете противопоставля­ет их коллективу класса, школы, училища и т. п. В подавляющем боль­шинстве случаев в число подростков-правонарушителей попадают те, которые не нашли себя в школьном коллективе в связи с отрицатель­ными отношениями с ними.

Антисоциальное поведение несовершеннолетнего, таким образом взаимообусловлено влиянием факторов в первую очередь внешней со­циальной среды (в особенности микросреды), а также индивидуаль­ными особенностями личности подростка, которые обуславливают его индивидуальное реагирование на различные жизненные неудачи.

Подростковый возраст (11—15 лет) является переходным главным образом в биологическом смысле, поскольку это возраст полового со­зревания, параллельно которому достигают в основном зрелости и другие биологические системы организма. В плане социальном под­ростковая фаза — это продолжение первичной социализации. Как пра­вило, все подростки этого возраста — школьники. Социальный статус подростка мало чем отличается от детского. Психологически этот воз­раст крайне противоречив. Отсюда — типичные возрастные конфликты и их преломление в самосознании подростка.

Юношеский возраст (14—18 лет) представляет собой как бы «третий мир», существующий между детством и взрослостью. В биологическом плане этот этап — период полного физического созревания. Юность - это завершающий этап первичной социализации. Промежуточность об­щественного положения и статуса юношества определяет и особенности его психики.

Перед ними стоит задача социального и личностного самоопределе­ния, которая означает отнюдь не автономию от взрослых, а четкую ориентировку и определение своею места во взрослом мире*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Кон И.С. Психология старшеклассника. М., 1980.

Процессе усвоения моральных и правовых норм поведения закан­чивается в подростковом возрасте к 14—16 годам. Это обстоятельство учитывается законодателем, который установил частичную уголовную ответственность с 14 лет и полную уголовную ответственность за все преступления, предусмотренные уголовными законами, — с 16 лет.

Личность трудного подростка, как правило, характеризуется низким уровнем социализации и отражает пробелы и недостатки в трех основных сферах его воспитания: в семье, в школе (профессионально-техническом училище) и на производстве. С другой стороны, на личность трудного подростка излишне большое влияние оказывает особая сфера — улица, двор, уличные группы, склонные к совершению правонарушений.

Под трудновоспитуемостью прежде всего понимают негативизм и со­противление педагогическим воздействиям, которое может быть обус­ловлено самыми разнообразными причинами, выходящими за рамки педагогической и социальной запущенности.

Конфликтность в отношениях со взрослыми, родителями и учителями очень часто проявляется в подростковом возрасте и объясняется не только органическими изменениями, но и тем, что меняется вся система отношений подростка и со взрослыми, и со сверстниками. Стремясь избавиться, отстраниться от оценки и влияния взрослых, подросток становится весьма критичным по отношению к родителям и учителям, начинает обостренно чувствовать и замечать их недостатки, подвергать сомнению советы и мнения, высказывания старших. Кризисность под­росткового возраста с более или менее выраженной тенденцией к криминализации проявляется и в том, что у подростка существенно перестра­иваются отношения со сверстниками. Для него в этот период характерна повышенная потребность общения со сверстниками, стремление к само­утверждению в их среде, чуткое реагирование на мнение сверстников.

Следует отметить, что в подростковом возрасте закладываются самосознание, самооценка, основа и фундамент личности, играющие решающую роль в процессе личностного самоопределения и саморегу­лирования. Формирование самооценки, самосознания происходит прежде всего в общении в процессе активного взаимодействия с себе подобными. «Личность становится для себя тем, что она есть в себе, через то, что она предъявляет для других. Это и есть процесс становления личности»*. Потребность общения и самоутверждения подростка должна быть реализована в благоприятных условиях, на основе социально-значимой полезной деятельности. Если этого по каким-то причинам не происходит и самоутверждение осуществляется в неформальных подростковых группах, уличных компаниях в форме асоциальных проявлений (выпивка, употребление наркотиков, хули­ганство и т. п.), оно может стать опасным криминализирующим фактором.

_____________________________________________________________________________ *Выготский Л.С. Развитие высших психических функций. С. 196.

Социальную адаптацию детей и подростков могут затруднять различ­ные нервно-психические заболевания и отклонения. Поэтому в данном случае недостаточно мер педагогической коррекции, необходимы вме­шательство и помощь психиатров, невропатологов, психотерапевтов, наряду с мерами воспитательного характера осуществляющих медицин­скую коррекцию, а также проводящих специальные консультации для педагогов и родителей.

Как правило, на практике неучет биологического фактора приводит к бесполезности воспитательных мероприятий в отношении психически неполноценных, совершивших преступления, поскольку шаблонными методами воспитательного воздействия пытаются исправить того, кто прежде всего нуждается в медицинском вмешательстве и чье поведение в значительной степени детерминировано аномалией психики*. Однако вмешательство врача далеко не всегда способно привести к желаемым результатам, поскольку оно не может устранить всех причин, вызываю­щих нервно-психические расстройства. Первое место занимают все-таки причины социального характера, различные психотравмирующие ситуации, которые переживает трудный подросток в семье и школе, а также наследственная алкогольная отягощенность, приводящая к па­тологическому отставанию в интеллектуальном и психофизиологичес­ком развитии детей.

_____________________________________________________________________________

*См.: Емельянов В.П. Преступность несовершеннолетних с психическими аномалиями. Саратов, 1980, с. 52.

Наряду с отклонениями нервно-психического характера особую про­блему представляет социальная адаптация умственно отсталых детей, имбецилов и дебилов. Исследования показывают, что у олигофренов отсутствует фатальная предрасположенность к преступлениям*. Однако же умственная неполноценность этих детей, безусловно, затрудняет их социальную адаптацию, при особых неблагоприятных условиях в силу своей повышенной внушаемости они могут легко попадать под влияние более взрослых, опытных преступников и быть слепым орудием в их руках. Эти обстоятельства нельзя не учитывать в деятельности органов профилактики и специальных учебно-воспитательных учреждений, за­нимающихся проблемами социальной адаптации олигофренов.

_____________________________________________________________________________

*См.: Дубинин Н.П., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Генетика. Поведение. Ответственность. М.,1980.

Важнейшим условием формирования личности трудного подростка в большинстве случаев являются отрицательные семейные условия. Скандалы родителей, физические наказания подростков, естественно приводят к разрушению тормозных процессов, к воспитанию вспыльчи­вости, повышенной возбудимости, несдержанности. Тепличные ус­ловия, создаваемые детям в некоторых семьях, отстранение их от любой активной деятельности приводят к инфантильности и неспособности преодолеть жизненные трудности в критической ситуации, которые порой бывают довольно банальны: не прошел в вуз по конкурсу и другие.

Конфликтные ситуации, в которых оказывается подросток, его не­уживчивость очень часто являются следствием его неправильной само­оценки. Препятствием для нормального развития личности подростков с завышенной самооценкой является их пониженная критичность к се­бе. Как считают некоторые исследователи, дети с заниженной само­оценкой не могут нормально развиваться из-за повышенной самокритичности*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Липкина А.И. Самооценка школьника. М., 1976, с. 29.

Для несовершеннолетних правонарушителей характерно совершение преступлений в группе, так как многие преступления технически невы­полнимы для одиночного подростка; кроме того, некоторые подростки, участвуя в действиях группы, смелеют и даже наглеют, поскольку это одобряется групповым авторитетом.

В.Л. Васильев считает, что криминальную направленность группы характеризуют следующие количественные и качественные характерис­тики: участие в группе ранее судимых, которые не работают и не учатся, злоупотребляют алкоголем или наркотиками, занимаются азартными играми, а также наличие в группе осознанного лидера, авторитарный стиль управления группой, преимущественно криминальная направлен­ность группы, формирование субкультуры группы (жаргон, специаль­ные клятвы, особый ритуал поведения и т. д.). В дальнейшем при систематической преступной деятельности в группе происходит рас­пределение ролей и функций при совершении преступлений*.

_____________________________________________________________________________ *Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 301.

В центре внимания внутренней картины преступления подростка находится его личность, в процессе изучения которой необходимо выделение психологических детерминант антиобщественного поведения на различных этапах его формирования.

При анализе преступного поведения несовершеннолетних выделено четыре типа нарушителей, для которых общественно опасное деяние явля­ется: а) случайным, противоречит общей направленности личности; б) возможным с учетом общей неустойчивости личностной направленнос­ти но ситуативным с точки зрения повода и ситуации: в) результатом общей отрицательной ориентации личности, обуславливающей выбор сре­ды, времяпрепровождения и непосредственного варианта действий при наличии подстрекательства, примера преступного поведения и т. п.; г) результатом преступной установки личности, включающей активный поиск, организацию повода и ситуации для преступных деяний, соответ­ственно относительно устойчивой системы антисоциальных оценок и отношений. Предложенная типология не только фиксирует основные варианты возможной направленности личности несовершеннолетних правонаруши­телей, но и отражает процесс постоянного формирования социально нега­тивных черт личности, переход от единичных деформаций к их цепочке.

В результате взаимодействия неблагоприятных внешних условий с определенными пробелами или искажениями в психике подростка возникает трудновоспитуемость. Неблагоприятными условиями могут быть аморальное поведение родителей, кризис в семейных отношениях, ошибки в школьном и семейном воспитании. Однако ни в коем случае не следует считать, что у плохих родителей плохие дети, что типичные неблагоприятные условия порождают типичные недостатки любого подростка. Часто у пьющих родителей и взрослые дети не притрагива­ются к вину, у отцов-грубиянов вырастают очень тактичные сыновья и т. д. Подросток, как правило, непросто воспринимает и усваивает неблагоприятные внешние воздействия. Он может их и не восприни­мать, отвергнуть, а может с ними бороться. И тогда в борьбе с неблагоп­риятными условиями формируются положительные качества личности.

§ 2. Психологические особенности следствия по делам несовершеннолетних

Практика показывает, что знание психологических особенностей подростков способствует правильному решению задач расследования преступлений и перевоспитания несовершеннолетних преступников. Работники правоохранительных органов, используя эти знания, обес­печивают правильную диагностику личности несовершеннолетнего, ин­дивидуальный подход к нему, выбор и применение наиболее соответ­ствующих ситуации тактических приемов и т. д.

Изучение личности несовершеннолетнего правонарушителя на пред­варительном следствии, как правило, проводится по схеме:

1) наследственно-биологические факторы: предрасположение к нерв­ным или психическим заболеваниям одного из родителей, патологичес­кая беременность, ненормальные роды, отрицательное влияние алкого­лизма, употребления наркотиков и др.;

2) ближайшее социальное окружение подростка : семья, социально-эко­номический статус родителей, отношения в семье, ценностные ориента­ции родителей, братьев, сестер, особенности воспитания подростков, школа, отношение к учебе, отношения с учителями, положение под­ростка в классе, ценностные ориентации одноклассников, друзья, их социальное положение, статус подростка в группе друзей;

3) личностные характеристики подростка : особенности характера и темперамента, ценностно-мотивационный блок, ценностные ориента­ции подростка, уровень притязаний, самооценка и возможные кон­фликты в области самооценки, отношение к профессии: сознательность выбора, место профессии в системе ценностей подростка, планы на будущее;

4) правосознание подростка *.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 313.

Для познания условий жизни и воспитания несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого необходимо также изучать и другие сферы — семью, место работы и учебы. Необходимо выяснить условия жизни несовершеннолетнего до и после совершения преступления, сос­тав семьи, выяснить, интересовались ли родители или другие взрослые члены семьи учебой, досугом, кругом знакомых, друзей, среди которых несовершеннолетний проводил свободное время, замечали ли негатив­ное поведение несовершеннолетнего и как реагировали на это, какие применялись меры наказания к нему за нарушения требований морали, например в случаях распития спиртных напитков, драк и т. д. Важно установить, посещал ли этот подросток занятия во время совершения преступления, чем он увлекался, учась в школе, каково было его от­ношение к общественной работе, как он учился, с кем дружил, каков этот подросток в общении с другими школьниками (агрессивен, раз­дражителен, напорист, избивает младших и т. д.); общителен, замкнут, правдив, жаден или щедр, считается ли с мнением коллектива, в котором он учится, его непосредственное отношение к родителям и учи­телям. Важно установить и знать, как он воспринимал меры наказания за совершенные проступки и каково его отношение к принятым ме­рам и т. д.

Если подросток уже работает, то надо выяснить, с какого времени и какую работу он выполняет, работал ли он раньше, сколько классов окончил, как он относился к работе, размер заработной платы, его жилищные условия, а также круг друзей на работе, интересовался ли искусством, спортом, книгами, техникой; имелись ли случаи нарушения трудовой дисциплины, принимал ли какое-либо участие в обществен­ной жизни, если нарушал дисциплину, то как он относился к применя­емым мерам наказаний, и т. п.

Следует помнить, что в подростковом возрасте отмечаются снижение порога возбудимости центральной нервной системы, ослабление в ней процессов торможения и преобладание процессов возбуждения, неадек­ватность и дезинтегрированность реакций подростка на воздействие внешних раздражителей, повышенный интерес к событиям жизни, стремление к участию в них, различная самооценка своих сил и возмож­ностей. Все это имеет место на фоне повышенной эмоциональности. Естественно, что без участия психолога следователь и суд не в состоянии определить, насколько сказались те или иные возрастные особенности на имеющей уголовно-правовое значение деятельности несовершенно­летнего.

При этом важна психологическая экспертиза по делам несовершен­нолетних, когда у следователя возникает сомнение в умственном раз­витии несовершеннолетнего, в степени развития его интеллекта и т. п. Психолог при анализе причин антиобщественной ориентации личности подростка исследует особенности формирования его правосознания, реальных жизненных ценностей, нравственно-нормативных установок и соотносит их с выделенными индивидуально-типологическими и ха­рактерологическими особенностями. Безусловно, что при специфике принятия решений, которая в подавляющем своем большинстве учтена в уголовно-процессуальном законодательстве, изучаются индивидуаль­ные свойства личности несовершеннолетнего подростка. Поэтому сле­дователь должен хорошо знать психологические особенности личности несовершеннолетних и учитывать их при выборе тактических приемов проведения с ними того или иного следственного действия.

При допросе несовершеннолетних наряду с общими закономерностя­ми, характерными для этого следственного действия, следует учитывать ряд особенностей, связанных с возрастом несовершеннолетних. В част­ности, допросы маленьких детей в ряде случаев целесообразно заменить беседой или опросом малолетнего с целью быстрого получения инфор­мации о личности преступника и т. п. Следует учитывать, что дети при восприятии действительности плохо разбираются в причинных связях, сложное событие воспринимают не целиком, а фрагментарно. Однако у детей вместо жизненного опыта есть воображение, помогающее им хорошо воспринимать предметы и события, близкие их интересам.

У большинства детей от 11 до 15 лет отмечаются широкие познава­тельные процессы, рост самосознания, стремление общаться с людьми, проявление чувства долга и ответственности. Эти качества в целом способствуют запечатлеванию и воспроизведению информации. У несо­вершеннолетних в возрасте от 15 до 18 лет в целом действуют психичес­кие закономерности, характерные уже для взрослого человека, однако у отдельных юношей и девушек этого возраста отмечаются неправиль­ные нравственные оценки наряду с повышенным стремлением к незави­симости.

Практика показывает, что каждому допросу несовершеннолетнего должна предшествовать тщательная подготовка. Здесь важно выяснить, какие люди окружают несовершеннолетнего, в каких условиях он живет, с кем дружит, как он работает или учится. Важно определить уровень его развития, способности, круг его интересов, а также особенности характера.

Автор придерживается позиции В.Л. Васильева, который выделяет 5 этапов допроса несовершеннолетнего*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991, с. 321.

В частности, на первоначальном этапе допроса следователь в устной форме получает от несовершеннолетнего допрашиваемого его анкетные данные. Здесь главная задача следователя — правильно диагностировать личность допрашиваемого. Вступление в психологический контакт меж­ду допрашиваемым и допрашивающим — сущность второго этапа до­проса. На этой стадии темой беседы являются обычные для существа дела вопросы, они, как правило, касаются биографии допрашиваемого, его учебы, досуга, увлечений и т. д. При этом оба собеседника оконча­тельно вырабатывают в отношении друг друга общую линию поведения, а также определяются такие общие параметры беседы, как ее темп, ритм, основные состояния собеседников, позы, мимика и в отдельных случаях основная аргументация. В главной части допроса следователю необходимо получить от допрашиваемого основную информацию по делу, и это, как правило, удается при хорошо организованном допросе. Затем следователь сопоставляет полученную на допросе с уже имеющейся у него по делу информацией и пытается устранить противоречия, неясность, неточности и т. д. И уже на заключительном этапе допроса следователь различными способами заносит в протокол полученную в результате допроса информацию и представляет эту информацию уже в письменном виде допрашиваемому, который, подтвердив правиль­ность записанного в протокол, его подписывает. На этой стадии важно сохранить лексические особенности речи несовершеннолетнего.

Подготовленный со знанием всех материалов дела и проведенный с учетом всех личностных особенностей допрос, несомненно, убеждает допрашиваемого не только в бесперспективности запирательства, но и наглядно показывает истинную цену его преступного поведения, неизбежность разоблачения и последующего наказания со всеми вытека­ющими последствиями как для самого виновного, так и для его близких.

Следователь в процессе подготовки к допросу должен не только планировать последовательность и формулировку вопросов, но и про­гнозировать возможные варианты ответов и в зависимости от этого, основываясь на имеющейся у него информации и анализе всех обсто­ятельств, заранее подготовить необходимые материалы дела. В зависи­мости от материалов дела следователь должен определить линию взаи­моотношений с допрашиваемым. На допросе следователь должен из­брать такую тактику общения с допрашиваемым, чтобы тот убедился в объективности и беспристрастности следователя. Добытая на допросе информация о личностных особенностях несовершеннолетнего (жес­токость, агрессивность, доброта, правдивость, лживость и т. д.), несом­ненно, поможет следователю выбрать правильную тактику допроса. Изучая личность несовершеннолетнего, следователь должен установить в первую очередь его положительные качества, время, когда его поведе­ние стало меняться в худшую сторону, выяснить, какие причины спо­собствовали этим изменениям. Все собранные данные позволят следо­вателю создать правильное представление о положительных и отрица­тельных качествах личности несовершеннолетнего, об условиях жизни, учебы, работы и т, д. Это необходимо следователю не только для получе­ния правдивых показаний, но в первую очередь для надлежащего воз­действия на несовершеннолетнего в плане критического осмысливания как совершенного преступления, так и негативного поведения в целом.

Наибольшую общественную опасность по делам несовершеннолетних представляют групповые и многоэпизодные преступления. Следователю при расследовании данных преступлений важно выделить организато­ра — «главаря» преступной группировки. Мы должны знать, что несовер­шеннолетние по самым разным причинам стараются скрыть действитель­ных организаторов таких группировок и нередко их вину берут на себя.

Известно, что организаторами преступных групп несовершеннолетних, как правило, выступают ранее судимые взрослые или близкие к совершеннолетию юноши, которые уже привлекались к уголовной и административной ответственности, будучи опытнее и физически сильнее остальных. Бравируя своим «уголовным прошлым», превосход­ством в физической силе, «главари» подчиняют других несовершеннолетних членов группы своей воле, нередко терроризируют их. Поэтому следователю необходимо добыть не только доказательства, изобличаю­щие лидера в совершении преступления, но и факты, показывающие истинное лицо вожака, разрушающие ореол героя. Готовясь к допросу такого лидера, следователь должен, безусловно, продумать последова­тельность и формулировку вопросов, порядок предъявления изобличаю­щих вещественных доказательств, документов, показаний свидете­лей и т. д.

От выбора места и обстановки во многом зависит успешность прово­димого допроса. С допрашиваемым недопустимо панибратское поведе­ние, необходимо дать понять несовершеннолетнему, что он попал в очень серьезную жизненную ситуацию и что от его правдивости и честности зависит его будущее. Обстановка допроса не должна быть и запугивающей: между допрашиваемым и следователем должны быть серьезные, подчеркивающие важность происходящего отношения.

Расспрашивая несовершеннолетнего об условиях жизни семьи, об учебе в школе, ПТУ, о работе, об отношении членов семьи и друзей к нему и т. д., следователю нужно вести допрос тактично, помня, что несовершеннолетние, особенно из неблагополучных семей, стыдятся поведения в семье близких и не всегда в связи с этим дают правдивые показания. Нарушение этого требования может привести к потере пси­хологического контакта, а соответственно и к затруднению при допросе. В случае признания вины несовершеннолетним должны выясняться обстоятельства, объективно свидетельствующие о совершенном допра­шиваемым преступлении. Определяя в групповом преступлении роль каждого из соучастников, следует позаботиться о доказательствах, ко­торые могли бы объективно осветить поведение всех членов группы. Важно знать судьбу добытых преступным путем предметов и орудий преступления, если они применялись, а также рассказывал ли кому-нибудь о случившемся допрашиваемый.

Проведение очной ставки с участием несовершеннолетнего без учета возрастных особенностей его личности может отрицательно сказаться на результатах. В связи с этим следователю необходимо изучить индивиду­альные особенности несовершеннолетнего, его умственное развитие, волевые качества, правдивость, отношение к совершенному преступле­нию, к соучастникам, потерпевшим, свидетелям. Знание этих качеств дает возможность предвидеть поведение несовершеннолетнего на очной ставке и поможет следователю в выборе тактики ее проведения.

Глава XII

Психологические основы предварительного расследования

§1. Общая характеристика психологических особенностей следственной деятельности

Предварительное следствие — это процесс, целью которого является восстановление прошлого события преступления по следам, обнаружен­ным следователем в настоящем. Основным определяющим компонентом психологической структуры деятельности следователя является его по­знавательная деятельность по собиранию и исследованию самых разно­образных фактов, на основании которых им полностью восстанавливает­ся прошлое событие, все взаимоотношения различных лиц, связанных с этим событием, познается личность субъекта, совершившего преступле­ние. Именно на предварительном следствии производится процесс созда­ния модели прошлого события преступления.

Начиная процесс собирания фактов, следователь часто заранее не знает конечного результата сбора этих сведений, не может представить полную мысленную модель имеющегося в прошлом события. Эта осо­бенность познавательной деятельности приводит к существенным труд­ностям при сборе, отборе, оценке получаемой информации, к необ­ходимости выдвижения и проверки большого количества самых разно­образных версий по поводу природы, действительной ценности тех или иных фактов, взаимосвязи между отдельными фактами.

В деятельности следователя существенное значение приобретают кри­миналистические знания и опыт, которые создают условия для понима­ния имеющейся информации, ее поиска, правильного выбора необ­ходимой информации. Эти знания и опыт являются необходимой пред­посылкой и для активизации воссоздающего воображения.

Познавательная деятельность следователя проявляется в решении им системы простых и сложных мыслительных задач, в стратегиях решения проблем, в творческом подходе к ситуациям, требующим познаватель­ной активности. Простые задачи решаются алгоритмически — путем выполнения определенного круга известных следователю правил. На­пример, обнаружение и изъятие материальных следов, процессуальная их фиксация - пример простой алгоритмической задачи. Решение же сложных задач связано с творческим, эвристическим поиском ответа в проблемных ситуациях. Познание прошлого события всегда основывается на фактах настоя­щего. В связи с этим возникает необходимость построения мысленных моделей взаимосвязей фактов, явлений настоящего с прошедшим со­бытием. Познание включает в себя и практическую деятельность, на­правленную на проверку, оценку познаваемых фактов, явлений. В про­цессе этой деятельности широко применяются эксперименты с объекта­ми, выявленными в процессе познавательной деятельности*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Селиванов Н.А. Критерии допустимости применения тактических приемов при расследовании. Законность. М., 1994, № 3, с. 23—28.

На предварительном следствии процесс познания отличается опреде­ленной неупорядоченностью поступления информации. Поступление информации здесь не всегда зависит от желания и не поддается полнос­тью регулированию лицом, осуществляющим познание. Объем инфор­мации, скорость, время ее поступления во многом зависят от обсто­ятельств, при которых осуществляется познание.

Преступление как предмет исследования — сложное и многосторон­нее явление, и ни один очевидец не может созерцать всех элементов: 1) приготовительных действий, 2) сговора участников, 3) субъективной стороны, 4) причинной связи между действием и результатом, 5) при­чин и условий, способствовавших совершению преступления, и т. д. Все это в совокупности устанавливается (доказывается) при посредстве дру­гих фактов*. Предварительное расследование в целом — это не тео­ретически познавательная, а прежде всего практическая деятельность, регламентируемая уголовным процессом. Закон не только предусматри­вает отдельные следственные действия, но и устанавливает определен­ный порядок всего расследования. Он регулирует отношения следова­теля с участниками уголовного процесса, гражданами, должностными лицами, учреждениями и организациями, определяет последователь­ность выполнения различных действий, очередность решения промежу­точных задач расследования, обязывает к соответствующему комплексу действий на том или ином его этапе и ограничивает деятельность следователя определенными сроками. Это придает работе следователя ярко выраженный нормативный характер, не свойственный подавляю­щему большинству других профессий.

_____________________________________________________________________________

*См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967, с. 46.

Деятельность следователя характеризует чрезвычайное разнообразие задач, правильное решение которых требует применение различных качеств, навыков и знаний. Нужны специальные познания в области медицины и педагогики, товароведения и бухгалтерии, транспорта и психологии и т. д. Для того чтобы применить эти знания в сложных ситуациях расследования, необходимо, чтобы они были систематизиро­ваны. Для эффективного использования объективных психологических закономерностей, проявляющихся в период того или иного следствен­ного действия, следователь должен иметь еще и психологическую про­грамму, которая вооружит следователя методами диагностики личности и организации психологического воздействия на личность с целью по­лучения информации и перевоспитания*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 331; Селиванов Н.А. Этико-тактические вопросы расследовании. Вопросы борьбы с преступностью. М., 1983, вып. 38, с 55—56.

Для следственной деятельности характерно преодоление сопротивле­ния со стороны не заинтересованных в успешном расследовании дела лиц. Пожалуй, нет другого вида человеческой деятельности, успешному проведению которой так активно противоборствовали бы заинтересо­ванные люди и группы людей. Следует учесть, что организованное сопротивление виновных деятельности следователя, направленной на расследование и раскрытие преступления, может значительно ее за­труднить.

Наиболее заинтересован в этом сам преступник, который, как пра­вило, всеми силами активно противодействует следователю. На какие только ухищрения ни пускается он: хитрость, шантаж, ложь, обман, клевета, фальсификация, подкуп — арсенал его средств фактически не ограничен ничем. Следователь же вправе действовать только законными и безупречными в нравственном отношении средствами.

Следователь имеет право использовать тактические приемы, в том числе основанные на применении психологических реагентов, которые могут быть определенным образом систематизированы по признаку действительной или мнимой цели их использования (например, ос­нованные на неразглашении подлинной цели действия следователя с использованием фактора внезапности; основанные на создании впе­чатления у подозреваемого, что его соучастник разоблачен; основанные на внушении мысли о «целесообразных» действиях подозреваемого и т. д.). Однако успешное применение психологического реагента не должно переоцениваться, это не снимает со следователя обязанности самым тщательным образом проверить любые показания обвиняемого, принять все меры к установлению истины по уголовному делу, строго согласовывать свои действия с правовыми и этическими нормами*.

____________________________________________________________________________

*См.: Селиванов Н.А. Критерии допустимости применения тактических приемов при рас­следовании, С. 26—28.

Неравенство в положении следователя и заинтересованных лиц свя­зано еще с тем, что последние знают, какие обстоятельства желательно скрыть, тогда как следователь сплошь и рядом имеет весьма неполное представление о том, что именно должно и может быть установлено по делу. Лицо, производящее расследование, двигаясь по следам преступ­ления, всегда оказывается «в хвосте событий». Преступник же имеет неизбежный выигрыш во времени и инициативе, вынуждая следователя действовать в максимально затрудненной обстановке.

Все это придает расследованию характер борьбы, принимающей ино­гда очень острые формы. Необходимость преодоления опасных ситуаций, устранения препятствий, которые специально создаются на пути следова­теля, вызывает у него различные эмоциональные реакции, требует посто­янных волевых напряжений и активной умственной деятельности.

Одна из задач следователя заключается в трезвой оценке создавшейся конфликтной ситуации, чему может способствовать ее системный ана­лиз. Следователь должен учитывать противодействие, цель которого помешать объективному расследованию. Выбирая определенный путь, следователь должен иметь обоснование того, что стратегия его поведе­ния является в данной ситуации лучшей, стремиться подкрепить свой выбор, обосновать его количественными данными.

Следует отметить, что для следствия характерна не только борьба. Еще в большей степени для настоящего следователя характерно тонкое психологическое воздействие на личность допрашиваемого с тем, чтобы изменить состояние и даже направленность этой личности с целью раскрытия преступления и предупреждения преступности.

В литературе указано на допустимость тактических приемов с исполь­зованием «психологического реагента», роль которого могут играть предмет, человек, факт, явление, сообщение. Суть приема заключается в том, что подозреваемому предъявляется реагений, то есть потенциаль­ный психологический раздражитель в условиях, исключающих какие-либо ложные утверждения. При этом для невиновного он безразличен, тогда как в сознании виновного ассоциируется с преступлением и вызы­вает соответствующую психологическую реакцию, нередко проявляемую вовне*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Селиванов Н.А. Этико-тактические вопросы расследования. С. 55.

Поскольку следователь почти никогда не располагает всеми сведени­ями в начале расследования, ему приходится принимать решения в ус­ловиях, характеризующихся той или иной степенью неопределенности. Следователь работает в ситуации острого недостатка информации. От­сюда высокая эмоциональная напряженность его труда, а также законо­мерность эвристических методов в разработке гипотез и принятии реше­ний и, следовательно, умение использовать такое творческое качество, как интуиция.

Мысль следователя в процессе работы должна не только отражать и направлять его собственные действия, но и постоянно соотноситься с интеллектуальной деятельностью всех участников дела и причастных к делу лиц. Он обязан думать за себя и за других, понимать ход психических процессов, предвидеть решения и поступки участвующих в деле лиц и направлять их и с учетом этого корректировать свое собственное поведение. В этом взаимодействии сходятся представители различных интересов, далеко не всегда совпадающих, а иногда и вовсе противоположных: следователь и подследственный, допрашивающий и допрашиваемый и т. д. Несовпадение, противоречие и столкновение человеческих интересов в процессе расследования и обуславливает не­обходимость следственной тактики, которая с психологической стороны в значительной части представляет собой борьбу психологии: интеллек­та, воли, характера, нравственных принципов следователя и участвую­щих в деле лиц.

Следователю приходится получать информацию от людей самых раз­личных специальностей, использующих часто такие термины, формули­ровки для характеристики процессов, состояний, свойств, которые по­нятны только с учетом знаний по их специальности. Необходимо прове­рять правильность восприятия тех или иных понятий выяснением их сущности, изменением словесных формулировок графическим или иным моделированием, раскрывающим это понятие. Только в этом случае следователь не допустит ошибки в своих собственных представ­лениях, в фиксации изложения фактов и сообщений. Особенности познавательной деятельности следователя постепенно формируют у не­го и специфический, профессиональный склад мышления*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975. с. 259.

В деятельности следователя важное значение имеет процесс полу­чения информации путем общения. В следственной деятельности про­блемы общения приобретают свою специфику. Общение носит кон­фликтный, рефлексивный характер. Коммуникация выступает как отдельный аспект общения. В процессе человеческой коммуникации происходит активный обмен информацией, при помощи которого про­текают процессы рефлексии.

Для того чтобы не допустить ошибки в процессе логической обработ­ки поступающих данных, следователю необходимо хорошо знать и строго соблюдать логические законы и формы мышления, диалекти­чески подходить к рассмотрению известных фактов в их взаимосвязи и взаимообусловленности, постоянно контролировать, имеются ли в его распоряжении достаточные доказательства для того, чтобы сделать тот или иной вывод.

Процесс расследования уголовного дела можно рассматривать как ряд следственных ситуаций, которые должен решить следователь. Психоло­гические аспекты следственной ситуации — это частный случай психо­логии деятельности субъекта вообще. Следственная ситуация — это динамическая информационная система, элементами которой являются существенные признаки и свойства обстоятельств, имеющих значение по уголовному делу, связи и отношения между ними, а также между участниками процесса расследования, наступившие или предполагаемые результаты сторон. Построение модели следственной ситуации — это не только получение информации, но ее всесторонняя оценка включающая как логические аспекты, так и элементы волевого действия на заключительном этапе процесса. Поэтому модель следственной ситу­ации является не только вероятностным логическим выводом, но и сво­еобразным информационным решением о том, что произошло, что происходит по расследуемому уголовному делу или может произойти*. Успешность разрешения следственной ситуации в значительной степени детерминирована профессиональным опытом следователя.

_____________________________________________________________________________

*Драпкин Н.Я. Понятие и классификация следственных ситуаций. Следственные ситуации и раскрытие преступлений. Свердловск,1975, с. 28—29.

Психологически сложной для следователя является ситуация, когда в одном производстве сосредотачивается большое количество уголовных дел, каждое из которых требует немедленного принятия решений и про­изводства следственных действий. Наиболее сложной можно считать ситуацию, когда по делам нарушены сроки производства следствия и содержания под стражей лиц. Успешное разрешение подобных ситу­аций обеспечивается за счет целого комплекса качеств и умений, эф­фективного планирования по делам, эмоциональной устойчивости, самоорганизованности, целеустремленности, умения организовать людей. Большое значение имеет способность следователя стать лидером, воз­главить группу, работающую над раскрытием преступлений, для того чтобы установить виновных в них лиц в течение определенного срока.

Практика показывает, что данное обстоятельство нередко весьма существенно «давит» на психику следователя, особенно тогда, когда речь идет о расследовании уголовных дел о тяжких преступлениях (убийство, разбой, изнасилование, массовые беспорядки и т. п.), а преступление длительное время раскрыть не удается. Здесь может возникнуть ряд опасностей, которые необходимо учитывать. Одной из них является поспешность при производстве расследования, чего не следует допус­кать. Для того чтобы успешно решить стоящие задачи, быстрее раскрыть преступление и изобличить виновных в нем лиц, необходимо вдумчиво и творчески подходить к определению направления расследования, пу­тей и средств решения стоящих перед следователем задач. Стремясь к оперативности осуществления намеченных мероприятий, нельзя до­пускать нарушения принципа объективности, полноты и всестороннос­ти расследования. Следует постоянно напоминать себе, что пробелы и упущения на ранних этапах расследования в дальнейшем, как пра­вило, восполнить бывает очень трудно.

Другой опасностью может явиться тенденция к решению стоящей перед следователем задачи по принципу «цель оправдывает средства». Здесь необходимо всегда помнить, что задачи, стоящие перед следова­телем при расследовании преступлений, могут решаться с использова­нием лишь таких средств, которые указаны в уголовно-процессуальном законе.

Знающего, хорошего следователя характеризует объективность в оценке и анализе собранного им самим и полученного из различных инстанций материала. Опытные в практическом отношении следовате­ли подчеркивают, что умение вовремя отказаться от внешне заманчивой версии, которая находится в противоречии с другими объективными материалами дела, часто является залогом успеха в работе следователя. Эти ситуации имеют важное значение при расследовании дел, где может иметь место самооговор, о преступлениях по делам несовершеннолет­них, а также по делам об убийствах, когда собранных доказательств бывает явно недостаточно для принятия однозначного решения.

Наличие властных полномочий ставит следователя в особое положе­ние среди представителей других профессий. Основанные на законе постановления и распоряжения следователя обязательны к исполнению всеми гражданами, должностными лицами, государственными и общес­твенными учреждениями и организациями. Следователь действует от имени государства, его поддерживают авторитет и принудительная сила власти, в его руках возможность применения различных санкций. Уме­ние разумно, законно пользоваться этой властью — важнейшее профес­сиональное требование, предъявляемое к следователю.

Следователь должен избегать не вызываемых необходимостью втор­жения в личную жизнь и служебную деятельность граждан, отвлечения их от обычных занятий, применения мер принуждения. Вместе с тем опасность противодействия заинтересованных лиц и иные трудности следственной работы постоянно требуют умения выполнять свой долг, невзирая ни на какие помехи, неуклонно проводить в жизнь свои замыслы по расследованию уголовного дела.

Сталкиваясь ежедневно с жизненными трагедиями, следователь дол­жен обладать стойкостью и твердостью характера, чтобы вид человечес­ких страданий, хотя и неизбежных, не привел к надлому его личности. Только сознание справедливости своих действий и собственной правоты способно дать силы для такой работы.

Своеобразной чертой расследования дел является необходимость со­хранения следственной тайны. Стремясь уклониться от ответственности и воспрепятствовать расследованию, лицо, совершившее преступление, и его пособники всегда заинтересованы в получении максимально полной информации о положении дела, направлении расследования, наме­рениях следователя. Преждевременная огласка доказательственного ма­териала и замыслов следователя может помешать расследованию и по­ставить под удар лиц, которые содействовали раскрытию преступления.

Разглашение данных предварительного следствия чревато и другой опасностью. Решения и выводы, которые носят предварительный харак­тер и правильность которых еще должна быть проверена в дальнейшем ходом уголовного процесса, могут быть восприняты как бесспорно установленные факты. При этом возникает риск их внушающего влия­ния на формирование свидетельских показаний и общественного мне­ния, может быть нанесен незаслуженный ущерб репутации людей.

Расследование дел неизбежно связано с проникновением в личную жизнь людей, изучением их прошлого, бытовой обстановки, уклада жизни, семейных отношений и сугубо интимных обстоятельств. Ог­лашение этих данных способно причинить огромный вред, привести к компрометации людей и личным трагедиям. Поэтому не случайно закон предписывает следователю избегать не вызываемой необходимос­тью огласки известных ему обстоятельств личной жизни людей.

Кроме того, следователь в силу своего положения имеет доступ к лю­бым данным, связанным с расследуемым событием. Отдельные из них составляют государственную тайну или имеют определенную степень секретности. Следователь обязан хранить в секрете не только конкрет­ные данные, относящиеся к расследуемому событию, но и сведения более общего порядка, характеризующие борьбу с преступностью.

Имеются свои психологические трудности и при сохранении сведе­ний, не подлежащих оглашению. Умение молчать является не природ­ным даром, а продуктом воспитания и самовоспитания, зависит от стойкости и дисциплинированности. Известно, что человек, узнавший какую-либо новость, получивший важные сведения и интересные дан­ные, переживающий успех, неудачу или иные захватывающие его чувст­ва, всегда испытывает потребность поделиться своими мыслями с дру­гими людьми. Удержаться от искушения рассказать занимательную историю, показать значительность своей работы, прихвастнуть осведом­ленностью, поделиться успехом, особенно для молодого человека, быва­ет нелегко.

Однако дело не только в умении хранить тайну. Необходимо соблю­дать специальные требования конспирации, чтобы не выдать служебных секретов, предотвратить их просачивание за пределы круга лиц, которые занимаются работой по данному уголовному делу. Не случайно поэтому среди следователей считается неэтичным проявлять любопытство и ин­тересоваться ходом расследования, производимого товарищем по рабо­те, если тот сам не обращается за консультацией. Выполнение всех этих требований должно стать профессиональной привычкой следователя.

Постоянное пребывание в центре различных общественных интере­сов, воздействие различных влияний налагают на следователя особую ответственность, Каждое заметное уголовное дело создает вокруг себя сложную общественно-политическую ситуацию, которая оказывает ощутимое влияние на ход расследования. Подчас внушению обществен­ного мнения в отношении того или иного лица поддаются и лица, производящие расследование, укрепляя тем самым общую уверенность в правильности выдвинутых против этого человека обвинений. В этом свете истолковываются его поведение и высказывания.

Особую осторожность должен проявлять следователь при освещении того или иного дела в печати. Очень опасны поспешные выступления прессы, когда расследование дела еще не закончено, а предварительные данные преподносятся в печати как бесспорно установленные факты. Газета в этих случаях как бы выносит свой приговор, создавая преждев­ременную уверенность в том или ином положении у читателей. Обязан­ный противостоять этой уверенности, следователь подвергается здесь очень тяжкому испытанию. Над ним неизбежно будут тяготеть ранее высказанные мнения и созданная вокруг расследуемого дела обществен­ная атмосфера.

§ 2. Психология осмотра места происшествия

Каждое преступление приводит к определенным изменениям матери­альной обстановки, отражается в сознании людей. Изменения в об­становке места происшествия могут быть обнаружены, зафиксированы, исследованы и использованы в качестве доказательств.

Осмотр места происшествия, как правило, относится к первоначаль­ным следственным действиям, а по большинству дел об особо опасных преступлениях против личности расследование начинается с осмотра места происшествия. Успех или неуспех при этом в значительной степе­ни предрешает выдвижение правильной версии, раскрытие преступле­ния, изобличение виновных. С другой стороны, ошибки, допущенные следователем при производстве осмотра, нередко отрицательно ска­зываются на дальнейшем ходе расследования, толкают следствие на ложный путь или заводят его в тупик.

Осмотр является самостоятельным следственным действием, имею­щим целью обнаружение следов преступления и других вещественных доказательств, выяснение обстановки происшествия, а равно иных обсто­ятельств, имеющих значение для дела. Вместе с тем осмотр может быть и составной частью других следственных действий: задержания, обыска, съемки, следственного эксперимента, проверки показаний на месте.

Осмотр места происшествия является незаменимым следственным действием, поскольку информацию, получаемую при осмотре, в большинстве случаев невозможно обнаружить в любом другом месте, добыть путем проведения иных следственных действий. Такова, например, ин­формация, заключенная в следах ног и рук преступника, следах при­менения им орудий взлома. Непосредственно в процессе изучения объ­ектов места происшествия следователь использует самые различные формы и методы познания, направленные на установление фактов и обстоятельств, которые дают возможность определить направление расследования и выяснить истинный характер события*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Шмидт А.П. Сущность и понятие осмотра места происшествия. Следственные дей­ствия (криминалистические и процессуальные аспекты). Свердловск, 1983, с. 89.

Восприятие обстановки места происшествия позволяет следователю представить картину события, дает необходимую эмпирическую базу для выдвижения версий, проведения других следственных действий. Ясно, что никакой анализ документов, протоколов, схем, фотографий не сможет заменить непосредственно увиденного. Вот почему даже при принятии к производству нераскрытых преступлений прошлых лет, когда обстановка претерпела значительные изменения, все же бывает целесообразно побывать на месте происшествия и ознакомиться с ним.

Очень часто осмотр места происшествия проводится в условиях неоп­ределенной следственной ситуации, которая столь характерна для пер­воначального этапа расследования. Что произошло: преступление, не­счастный случай, инсценировка? Если совершено преступление, то ка­кое? Кто мог его совершить и почему?

Особенностью следственного осмотра является также его неотложный характер. В отличие от многих других первоначальных следственных действии осмотр места происшествия должен быть проведен немедлен­но. Всякая отсрочка может привести к изменениям обстановки, утрате следов и улик, забыванию очевидцами и свидетелями важных для дела обстоятельств. В таких условиях у следователя нет достаточного времени для подготовки к осмотру, обдумывания его тактики, получения кон­сультаций. Он вынужден действовать очень быстро, в то же время понимая, что любая его ошибка трудноисправима, может привести к невосполнимой утрате доказательств. Все это порождает у следователя повышенное чувство ответственности, а у молодых, недостаточно опыт­ных работников нередко возникает своеобразное состояние, которое можно назвать как «страх ошибки». Он выражается в излишнем волне­нии, растерянности, поспешности, снижении разумной активности, це­ленаправленности, приводит к неспособности осуществлять четкую мыслительную деятельность, правильно руководить действиями участ­ников осмотра. В то же время хорошо известно, что квалифицирован­ные следователи в такой же сложной ситуации действуют не только быстро, но и целеустремленно, сосредоточенно. Активизируется их на­блюдательность, мыслительная деятельность, они умело руководит хо­дом осмотра. В целом у таких следователей мобилизуются все духовные и физические силы*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград, 1983, с. 7.

Началу осмотра места происшествия должна предшествовать органи­зационная работа следователя (подбор оперативной группы, подготовка и проверка научно-технических средств, приглашение специалистов, охрана места происшествия и т. п.). Большое значение имеют относи­тельное постоянство оперативных групп, хорошее знание всеми их участниками своих функций, четкое взаимодействие. Организуя опера­тивную группу, необходимо помнить о целесообразности сочетания профессионального и жизненного опыта ее участников, их психологи­ческой совместимости (готовности вместе работать, помогать друг другу, сохранять в любых ситуациях выдержку, благожелательность, самооб­ладание, взаимное уважение, умение быстро преодолевать возникающие конфликты).

Осмотр места происшествия относится к тем немногим следственным действиям, при проведении которых следователь действует публично, в присутствии других людей. Это также требует определенной психоло­гической подготовки, в частности умения сосредоточиться, сохранять устойчивость, концентрированность и переключаемость внимания и в то же время руководить действиями участников осмотра, поддержи­вать необходимую дисциплину, атмосферу сотрудничества.

Осмотр места происшествия — это вид сложной комплексной де­ятельности, состоящей из действий следователя, сотрудников органа дознания, специалистов и понятых при руководящей роли следователя. Деятельность следователя складывается из ряда операций и реализуется в познавательном, поисковом, организационном и удостоверительном элементах*. Кратко их обозначим.

_____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975. с, 50—135.

Познавательный элемент деятельности составляют: восприятие об­становки, фактов, явлений; установление между ними причинной свя­зи; выдвижение предположений, версий. Поисковый элемент деятель­ности — это поиск, обнаружение изменений, вызванных действиями преступника; изъятие следов, вещественных доказательств. Организаци­онный элемент включает в себя действия по руководству оперативной группой в ходе осмотра (организация охраны места происшествия, по­мощь потерпевшему, распределение функций между участниками ос­мотра и т. д.). Удостоверительный элемент деятельности следователя — это закрепление, удостоверение и фиксация выявленных в ходе осмотра следов, вещественных доказательств, установленных фактов. Следова­тель составляет протокол осмотра места происшествия, чертежи, схемы и т.п.; сам или с помощью специалистов производит фотографирование, киносъемку, видеозапись. Нередко встречаются протоколы, подо­бные инвентарной описи, где перечислены, казалось бы, все предметы, находящиеся на месте происшествия. Действуя подобным образом, сле­дователь не задумывается о значении отдельных обстоятельств, стремит­ся «объять необъятное», и эта заведомо обреченная на неудачу попытка мешает определить рамки осмотра, сосредоточить внимание на сущест­венных признаках.

Перечисленное нами выше выделение сторон деятельности следова­теля при проведении осмотра места происшествия носит в известной степени условный характер. На практике деятельность следователя в процессе осмотра места происшествия представляет единое целое.

В оперативной группе между участниками необходимо четкое рас­пределение функций в зависимости от характера выполняемых дей­ствий. Успешность осмотра места происшествия во многом зависит от коллективных действий всех его участников, их согласованности. Ос­новной организационно-тактической формой взаимодействия следова­теля, работника органа дознания, специалиста, эксперта на первона­чальном этапе расследования является совместный выезд на место пре­ступления в составе оперативно-следственной группы. Их взаимодей­ствие при осмотре места происшествия предполагает не дублирование работы, а обязательное и четкое распределение функций. Если следова­тель производит непосредственно осмотр места происшествия, отыс­кивает и закрепляет доказательства, фиксирует результаты осмотра в протоколе, то оперативный работник по указанию следователя прово­дит комплекс оперативно-розыскных мероприятий, направленных на раскрытие преступления, а специалист или эксперт оказывают помощь следователю в обнаружении, закреплении, изъятии следов и т. д. Эти мероприятия должны проводиться одновременно с осмотром места про­исшествия и обеспечивать условия, необходимые следователю для более качественного осмотра и расследования в целом.

Событие преступления оставляет во внешнем мире систему следов. Эти следы обладают специфическими особенностями и в целом образу­ют систему, существующую в пространстве и времени. Успешные ос­мотры предопределяются выделением следователем системы следов. Одной из главных причин неудачных осмотров является неумение выде­лить эту систему следов из окружающей действительности. Эффектив­ность осмотра места происшествия в значительной степени обусловлена наличием у следователя глубоких криминалистических знаний. Так, зная основные закономерности образования следов, характер наиболее типичных из них для различных видов преступлений (убийств, изнасилований, разбойных нападений, краж и т. д.), следователь строит мысленные модели преступного события*. Пользуясь такими моделями, он ведет поиск следов преступления не путем сплошного восприятия и об­щей оценки всего того, что он увидел на месте, не случайно, а продуман­но и целенаправленно.

_____________________________________________________________________________

*См.: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. Т. 1. М., 1977, с. 36.

В восприятии обстановки места происшествия важная роль принад­лежит также профессиональному и жизненному опыту следователя. Опытный, имеющий большой стаж работы следователь быстрее ориен­тируется на месте происшествия, строит типичные модели случившего­ся, ведет осмотр в определенной последовательности, неоднократно мысленно возвращается к своему опыту, ищет возможные аналогии, совпадения. Профессиональные знания должны дополняться личным жизненным опытом следователя, позволяющим вернее осмыслить слу­чившееся, разобраться в возможных мотивах, прогнозировать дальней­шие события. В связи со значительным удельным весом молодых следо­вателей, приходящих в последнее время на работу, возникает вопрос о способах скорейшего приобретения ими необходимого профессио­нального опыта. Представляется, что этого можно достигнуть постоянной учебой, работой над собой, наставничеством опытных следователей, обменом опытом на совещаниях, конференциях, семинарах, на стра­ницах научных и учебно-методических изданий.

Успешность осмотра места происшествия в подавляющем большин­стве зависит также от криминалистической наблюдательности следова­теля, в основе которой лежит умение планомерно, целенаправленно воспринимать все, что имеет или может иметь отношение к событию преступления (наблюдение). До начала осмотра важно получить общее представление о случившемся. «Весьма полезно до приступа к произ­водству осмотра ознакомление с главнейшими обстоятельствами дела, чтобы предшествующий большому и длительному осмотру обзор, т.е. предварительное ознакомление в основном с фактической стороной преступления, дал правильную ориентировку для производства деталь­ного осмотра»*. Обзор здесь понимается как общее вводное обозрение, способствующее лучшему пониманию деталей обстановки и всего со­бытия при дальнейшем изучении.

____________________________________________________________________________

*Якимов И.Н. Осмотр. М., 1935, с. 2.

Для получения необходимого общего представления о предполага­емом событии преступления следователь внимательно анализирует по­ступившую информацию, заслушивает краткие сообщения о случив­шемся от работников милиции, должностных лиц, очевидцев, свиде­телей, потерпевших, других людей, которые первыми обнаружили преступление. В этих же целях целесообразно обойти все место проис­шествия, определить его границы, основные центры и узлы, наметить план, последовательность осмотра, проведения неотложных действий.

Многие следователи при осмотре места происшествия ограничивают его пространство плоскостью (пола осматриваемой комнаты или квар­тиры, асфальтового покрытия, на котором остались следы транспортно­го происшествия, и т. д.), при этом нередко забывают, что всякое пространство имеет три измерения и, в частности, при осмотре места происшествия, кроме поисков следов в определенной плоскости, их следует еще искать выше и ниже ее уровня и в этом направлении активизировать свое внимание. Например, следователь, осматривая по­мещение краеведческого музея, из которого были похищены ценные экспонаты, сосредоточил свое внимание на поисках следов проникнове­ния и ухода преступника через дверь и окна. Однако окна были заде­ланы прочными решетками и не имели повреждений, а двери были заперты изнутри. На основании этих фактов была выдвинута версия о симуляции кражи работниками музея (расположенного в помещении бывшей церкви) с целью сокрытия совершенных ими же хищений. Однако другой следователь, который позднее принял это дело к своему производству, при повторном осмотре поднялся на купол здания и там обнаружил выдавленное стекло из рамы окна и кусок веревки, укреп­ленной на арматуре купола. Возникло предположение, что преступник проник в музей через верхнюю часть купола, спустился вниз по закреп­ленной веревке, похитил экспонаты и вместе с ними поднялся по веревке обратно, затем, используя эту веревку для страховки, спустился по внешней стороне купола, отрезал часть веревки и, перебравшись на ветки росшего рядом дерева, спустился по нему на землю и скрылся. Эта версия давала возможность построить некоторый гипотетический порт­рет преступника: ловкого, обладающего спортивными навыками, дерз­кого человека. Эти предположения полностью подтвердились в ходе дальнейшего расследования*.

_____________________________________________________________________________ *Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 344—345.

Успех осмотра места происшествия в решающей степени зависит от мыслительной деятельности следователя. Необходимость всесторонней, объективной фиксации обстановки не исключает, а, напротив, пред­полагает в процессе осмотра места происшествия множество мысли­тельных задач, выдвижение и оценку версий, построение мысленных моделей случившегося. Именно сложная мыслительная деятельность следователя делает осмотр места происшествия рациональным и аффек­тивным, позволяет определить связь обнаруженных объектов с рас­следуемым событием, выявить различные причинные зависимости между обнаруженными явлениями, негативные обстоятельства, распознать возможные инсценировки.

Следователь выехал на осмотр места обнаружения трупа. Жена по­терпевшего, сама позвонившая в милицию, сообщила следователю, что ее муж тяжело болел туберкулезом легких и во время очередного ухуд­шения состояния, сопровождающегося кровотечением из горла, скон­чался. Внешняя картина события, вид трупа, казалось, полностью под­тверждали сообщение заявительницы. Ввиду того что событие произо­шло в сельской местности и судебно-медицинского эксперта или врача поблизости не оказалось, наружного осмотра трупа с участием специ­алиста на месте происшествия не было произведено. Оказавшись во власти одной версии, молодой следователь не рискнул сам осмотреть труп, испугавшись, как он сказал, «вида окровавленного тела», и поэ­тому не заметил имеющихся на голове повреждений. Более того, сам осмотр дома был проведен им поверхностно и поспешно. Он не об­ратил внимания на молоток, лежащий в соседней комнате на столе, не описал и не изъял его. Между тем проведенная впоследствии судебно-медицинская экспертиза установила, что потерпевший умер от удара по голове тупым орудием типа молотка. При повторном осмотре моло­ток обнаружить не удалось. Его выбросила жена потерпевшего — со­участница убийцы*.

_____________________________________________________________________________ *Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 14.

Специфика следственного воображения и мышления заключается в выдвижении одновременно целого ряда взаимно исключающих друг друга версий. Следственная версия складывается из разрозненных фак­тов, представляет собой образ для проверки его в действительности. Все воображаемые версии соотносятся с реальной ситуацией и реальным результатом. Таким образом, следственное воображение постоянно ре­гулируется пространственно-временными рамками прошлого со­бытия — преступления.

В ходе осмотра места происшествия многие мыслительные задачи приходится решать в условиях дефицита информации, при этом следо­ватель опирается на обнаруженные факты, явления, признаки, исполь­зует свои знания, профессиональный, жизненный опыт нередко на уровне интуитивных догадок и предположений. Особенно высок удель­ный вес воображения и интуиции в творческой работе следователя над раскрытием убийств — преступлений, совершенных очень часто без очевидцев, которые могли бы дать связную картину события. Чем под­робнее «видит» следователь внутренним зрением картину убийства, тем более правильными будут выдвинутые им на основании этого «внутрен­него видения» версии.

О роли интуиции в процессе мыслительной деятельности следователя Н.Л. Гранат и А.Р. Ратинов пишут: «Следственная интуиция — это ос­нованная на опыте и знаниях интеллектуальная способность быстро непосредственно находить решение творческой задачи при ограничен­ном исходном материале. Она играет положительную роль в отыскании истины, собирании доказательств, наиболее эффективных приемов рас­следования»*.

_____________________________________________________________________________

*Гранат Н.Л., Ратинов А.Р. Решение следственных задач. Волгоград, 1978, с. 24

При осмотре места происшествия нельзя ограничиваться поиском следов, соответствующих версии следователя, поскольку она может быть неверной. Нужно исследователь любой обнаруженный факт, явление с разных точек зрения, подвергать сомнению наблюдаемые признаки. Все это необходимо не только потому, что первая выдвинутая следова­телем версия, его модель события могут оказаться ошибочными. Нельзя сбрасывать со счетов возможность инсценировки, подготовленной пре­ступником на месте происшествия. А.Р. Ратинов в связи с этим отмеча­ет: «Значение места происшествия как источника сведений о событии и его участниках понимают многие преступники, и потому нередко в следственной практике приходится иметь дело с различными инс­ценировками на месте происшествия. Искажая картину события, со­здавая фиктивную обстановку и фабрикуя отдельные доказательства, преступник стремится направить следствие по ложному пути»*.

_____________________________________________________________________________ *Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 250.

В ходе проверки версии может обнаружиться несостоятельность пер­воначальной версии. Это приводит к двум существенным с психологи­ческой точки зрения последствиям. Прежде всего ведутся поиски недо­стающих данных. Бывают случаи, когда новой информации не поступа­ет и вместе с тем есть основание думать, что решение задачи находится внутри данной совокупности фактов. В таких случаях созданную ранее систему обстоятельств необходимо «расчленить» снова на отдельные элементы и еще раз пересмотреть каждый из этих элементов по другим, не отраженным ранее признакам и связям. В этом проявляется основное свойство мышления — открывать новые признаки объекта через вклю­чение его в новые связи. В новых связях те же предметы, как известно, выступают в новом качестве. На основе этого анализа возникает новая система обстоятельств, а вместе с нею и новые версии.

Проанализируем сказанное на следующем примере.

Следователь осматривал полотно узкоколейной железной дороги — место происшествия. С одной стороны полотна был густой лес, с дру­гой — болото. Ближайший населенный пункт находился в четырех ки­лометрах. Вдоль полотна железной дороги были разбросаны части человеческого тела и одежды со следами от колес поезда. Местные жители опознали в погибшем рабочего леспромхоза С.

Еще до приезда следователя оперативные работники, осмотрев место происшествия, пришли к выводу, что пьяный С. по собственной неосто­рожности попал под поезд. Присутствовавший здесь врач местной боль­ницы заявил, что останки С. можно предать земле, не производя в даль­нейшем вскрытия, поскольку труп расчленен на несколько частей, а причина смерти не вызывает сомнения. Администрация леспромхоза настаивала "поскорее закончить осмотр", поскольку стоит сильная жара и, кроме того, необходимо открывать движение поездов на дороге. Следователь не видел оснований для окончания осмотра, поскольку собрано слишком мало информации. Он обратил внимание присутству­ющих на нечеткие следы ног человека, ведущие от болота на железнодо­рожную насыпь в трех метрах от того места, где были замечены первые капли крови. Оперативные работники заявили, что, очевидно, это и есть следы ног потерпевшего С., который в нетрезвом состоянии вышел из болота на железную дорогу. Вообразив эту картину и сопоставив ее с имеющимися данными, следователь отметил два противоречия: если С. находился в таком состоянии опьянения, что упал под поезд, он не мог бы пройти от поселка по лесу и болоту ночью. А если бы он даже и прошел этот путь, то на сапогах остались бы следы болотной грязи.

У следователя возникли две версии: первая, что С. сам прошел от поселка по шпалам около одного километра навстречу поезду и при загадочных обстоятельствах погиб под его колесами, и вторая, что тело С. кто-то принес и бросил под колеса поезда и этот человек оставил свои следы.

Следователь предложил проверить каждую версию. Стал тщательно осматривать части тела С., при этом очищая марлевым тампоном ма­шинную смазку, он обратил внимание на веретенообразное отверстие в грудной клетке. Осмотрев отверстие, врач предположил, что это но­жевое ранение.

Так возникла новая версия. Прошлой ночью кто-то ударом ножа в грудь убил С., вынес труп через лес и болото на железную дорогу и бросил его под колеса проходившего поезда. Убийца является мест­ным жителем, потому что ночью смог найти дорогу через густой лес и труднопроходимое болото, к тому же он очень сильный человек, так как нес на себе труп С. (около 70 кг).

В ходе обсуждения этой версии участковый инспектор высказал пред­положение, что это убийство мог совершить лесник К., который от­носился к С. неприязненно, угрожал ему расправой. Кроме того, лесник был чрезвычайно сильным человеком. Нашлись также в поселке лю­ди, которым К. хвастался, что он единственный, кто может выйти на железную дорогу через болото, не завязнув в нем. При обыске в доме К. в тайнике был обнаружен нож со следами крови. К. сознался в убийстве С.

В.Л. Васильев пишет, что для успешного осмотра места происшествия рекомендуется решать следующие три задачи именно в той последова­тельности, в которой они будут изложены.

Задача первая — собрать всю информацию, которая может иметь отношение к расследуемому событию. На этом этапе не следует ог­раничиваться сбором сведений под влиянием только одной версии.

Вторая задача — проанализировать собранную информацию и на этой основе попытаться создать версии, которые бы объясняли проис­шедшее событие.

Задача третья заключается в сопоставлении каждой выдвинутой вер­сии со всей обстановкой места происшествия. В ходе такого сопоставле­ния должны быть объективно отмечены все противоречия.

Если при решении второй задачи нет возможности выдвинуть хотя бы одну достаточно обоснованную версию, следует признать, что следователь поторопился, и вернуться к решению первой задачи (сбору информации).

Если же при проверке каждой выдвинутой версии выявляются проти­воречия, необходимо вернуться вновь к решению сначала первой, а за­тем второй задачи*.

_____________________________________________________________________________ *Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 352—354.

Осмотр места происшествия позволяет получить сведения не только о событиях преступления, но и о многих особенностях личности пре­ступника (физических, биологических, психологических). Преступле­ние как один из видов сознательной целенаправленной деятельности человека отражает многие особенности личности правонарушителя, поэтому при совершении преступления «доказательства возникают не­избежно, а сам процесс их возникновения носит закономерный харак­тер»* . Между результатом преступных действий и личностью правонару­шителя прослеживается объективно существующая связь. Она может проявляться в виде и способе совершенного преступления, в определен­ных материальных изменениях обстановки места происшествия.

_____________________________________________________________________________

*Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. Т. I, с. 36.

Группа преступников в составе восьми человек совершила более 20 опасных преступлений, из них значительное количество краж личного и государственного имущества. Чтобы не оставлять следов, преступники надевали перчатки на руки, носки на обувь, засыпали следы веществами с сильным запахом. По окончании преступлений орудия взлома уничто­жали, одежду и обувь сжигали. Однако во всех случаях следы все-таки оставались (повторяемость действий, своеобразие следов обуви и пер­чаток, преступный «почерк», наличие микрочастиц и т. д.). Все это позволило собрать достаточное количество доказательств и изобличить преступную группу.

На основе анализа обстановки места происшествия рассмотрим воз­можности определения особенностей личности преступника. Так, ин­формация, получаемая при осмотре места происшествия, во многих случаях позволяет с большой долей вероятности судить о поле преступ­ника. Известно, что некоторые виды преступлений являются в боль­шинстве случаев «мужскими» (например, изнасилование, убийство с из­насилованием) либо «женскими» (убийство новорожденных, некоторые виды мошенничества).

На пол преступника при проведении осмотра может ориентировать и способ совершения преступления. Так, взлом дверей, сейфа, его перемещение, проломы стен, потолков, полов в жилых помещениях требуют мужской силы. Установление при осмотре места происшествия таких обстоятельств дает основание полагать, что преступник — муж­чина. Если же преступник не отличался физической силой, не применял инструментов и орудий, используемых преимущественно в мужских профессиях (слесарь, механик, электрик и т. д.), это дает в определен­ной степени возможность предположить, что преступление совершено женщиной. На пол преступника могут указывать и характерные следы и предметы, оставленные на месте происшествия: следы губной помады на окурках, одежде, посуде, шпильки, заколки и другие предметы жен­ского туалета; портсигар, трубка, зажигалка, мундштук для сигарет и про­чие вещи, обычно принадлежащие мужчинам.

Место происшествия может содержать и отдельные данные о возрасте преступника. Чаще всего они позволяют определить, взрослыми или несовершеннолетними правонарушителями совершено преступление. Психологические особенности личности взрослого человека и несовер­шеннолетнего зачастую различны. Анализ следственной практики пока­зывает, что если взрослые преступники при кражах похищают обычно в первую очередь деньги, самые дорогие и дефицитные веши (драгоцен­ности, хрусталь, ковры и т. п.), то интересы несовершеннолетних в пер­вую очередь направлены на сладости, спиртные напитки, спортивные и фототовары, часы и т. д. При этом их действия не являются в дос­таточной степени целенаправленными, иногда сопровождаются элемен­тами озорства. По некоторым следам и предметам можно судить о воз­расте преступника и более однозначно (следы рук, ног небольшого размера, следы зубов на продуктах, личные вещи подростков, обнару­женные на месте происшествия: одежда, обувь, учебники, письменно-школьные принадлежности и т. п.).

Осмотр места происшествия может дать определенную информацию о профессии, профессиональных навыках, знаниях и умениях преступ­ников, так как последние часто реализуются в способе совершения преступления (например, слесарь может взломать сейф, электромон­тер — отключить охранную сигнализацию и т. п.).

Проводимый в процессе осмотра места происшествия психологичес­кий анализ позволяет сделать вывод о мотиве совершенного преступле­ния. В большинстве случае мотив определяется характером преступле­ния (например, совершение лицом хищения, кражи, как правило, сви­детельствует о наличии корыстного мотива и т. д.).

В преступлении могут найти отражение черты характера (жадность, злобность, агрессивность, жестокость и пр.), волевые качества преступ­ника (осторожность, смелость, трусость, решительность и т. п.). К при­меру, дерзкие, смелые, решительные преступники чаще всего рассчи­тывают на неожиданность, внезапность, применение физического на­силия. Обстановка места происшествия иногда способна отразить и определенные психологические, в частности эмоциональные, состоя­ния, испытываемые субъектом в момент совершения им преступления. Если преступник точно выбрал время кражи, действовал продуманно и последовательно, взял наиболее ценные вещи, позаботился об уничто­жении следов, от начала до конца преступления вел себя предусмот­рительно (не нарушил обстановки квартиры, погасил свет, запер за собой дверь и т. п.), то это позволяет предположить, что он человек хладнокровный, расчетливый, осмотрительный.

§ 3. Психология обыска и задержания

В психологическом аспекте обыск является сложным и специфичес­ким следственным действием, одним из доминирующих элементов ко­торого является принуждение по отношению к обыскиваемому. В ходе обыска следователь и другие участвующие в нем должностные лица осматривают и исследуют жилище, различные постройки, участки мест­ности, одежду и даже тело человека с целью обнаружения информации, необходимой для расследования преступления.

Для обыска характерна противоположность целей следователя и дру­гих участников обыска, с одной стороны, и обыскиваемого — с другой. Принудительный характер обыска и противоречие целей у лиц, при­нимающих в нем участие, обусловливают конфликтную ситуацию.

Обыск как следственное действие носит ярко выраженный поиско­вый характер. Следователю, работникам милиции необходимо найти орудия преступления, предметы и ценности, как правило спрятанные, укрытые обвиняемым. Следователь при проведении обыска располагает обычно весьма ограниченными, неполными данными об условиях его производства, объектах, подлежащих изъятию, местах их нахождения. Эти факторы оказывают отрицательное воздействие на получение сле­дователем информации о местонахождении спрятанных предметов.

Проведение обыска предполагает проявление следователем разнообраз­ных психологических качеств, свойств, профессиональных знаний, уме­ний и навыков. Он может и должен использовать факторы, которые способствуют успеху обыска. К ним относятся: подготовка к производству обыска; целенаправленное наблюдение и правильный анализ обстановки на месте производства обыска, наблюдение за поведением обыскиваемого и т. д. Положительные или отрицательные результаты обыска очень часто зависят от надлежащей подготовки к этому следственному действию. Хорошая подготовка обыска обеспечивает своевременное начало этого действия, планомерность его проведения, уверенность в успехе, которая возникает у его участников. Плохая подготовка может привести к случай­ным, бессистемным поискам, нескоординированности действий обыс­кивающих и в конечном счете к чувству неуверенности в успехе.

В.Л. Васильев пишет, что в ходе подготовки к обыску следователю рекомендуется получить ответы на следующие вопросы.

1. Что следует искать. Как выглядят разыскиваемые предметы (фор­ма, цвет, запах и т. д.).

2. Что представляет собой объект, подлежащий обыску: площадь объ­екта, рельеф объекта, его планировка, количество помещений, количес­тво дверей и окон и их расположение, мебель и ее расположение и т. д.

3. Кто, кроме обыскиваемого, может находиться на объекте в момент обыска.

4. Каково освещение объекта обыска: искусственное и естественное.

5. Имеется ли на объекте телефон или другие средства связи (рация, звонок, селектор и т. п.).

6. Где могут находиться искомые предметы.

7. Кто будет производить обыск.

8. Какие технические средства и другие материалы следует взять с собой.

9. Когда наиболее удобно начать обыск.

10. Сколько времени может он продлиться.

11. Следует составить планы обыскиваемого объекта и порядка про­изводства обыска в нем с четким распределением функций для каждого должностного лица.

12. Заранее подумать о выборе понятых.

13. Предусмотреть способы связи со следственным подразделением (телефон, радио, селектор).

Чем подробнее следователь ответит на указанные выше вопросы до обыска, тем меньше неожиданностей будет его подстерегать в момент производства обыска и тем больше шансов на успех при его проведении*.

_____________________________________________________________________________ *Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 352-354.

Успешное осуществление обыска в значительной мере зависит от проявления следователем организаторских качеств. В организационном аспекте обыск представляет сложное многоэтапное действие требующее, как уже было сказано, подготовки и планирования, согласованных действий между всеми его участниками. Вся организаци­онная работа обычно ложится на следователя. Он должен обеспечить четкость, последовательность и эффективность как своих действий, так и действий других участников обыска. Следователь, в частности выбирает время обыска, подбирает участников следственного дей­ствия, готовит необходимые научно-технические средства, приглашает в случае необходимости специалистов, организует предварительное изучение личности обыскиваемых, определяет более рациональную тактику обыска и т. д.

Одним из основных способов получения информации при обыске является наблюдение и анализ его результатов. По одному из дел о круп­ном хищении в момент производства обыска следователь, предваритель­но изучивший обстановку в квартире обвиняемого, заметил, что кроват­ка его пятилетней дочки переставлена в другую комнату. Он обратил на это внимание матери ребенка, вызвав у нее сильное замешательство. В это время слышавшая разговор девочка сообщила, что ее кроватка стоит теперь как раз на том месте, где под полом папа спрятал много денег. Это сообщение ребенка помогло обнаружить тайник с добытыми преступным путем ценностями.

Особенно много информации может дать наблюдение за поведением обыскиваемого. Для получения наиболее полных и достоверных резуль­татов такого наблюдения надо знать основные психологические законо­мерности поведения в конфликтной ситуации обыска. Во-первых, находясь в такой ситуации, обыскиваемый прогнозирует свое будущее в за­висимости от результатов обыска. Это обстоятельство, как правило, приводит обыскиваемого в состояние сильного эмоционального воз­буждения, которое он обычно стремится скрыть. Во-вторых, приближе­ние обыскивающего к месту хранения искомых предметов приводит к акцентированию в мозгу обыскиваемого тех очагов, которые связаны с событием преступления и его последствиями, и это обстоятельство не может не сказаться на поведении обыскиваемого, так же как и удаление обыскивающего от «опасного места». Наблюдать при этом рекомендует­ся за микродвижением рук и ног, мимикой лица, изменением голоса, цветом кожных покровов, потоотделением и т. д. лица, которое подвер­гается обыску.

Помимо обыскиваемых предметов и объектов, наблюдение может охватывать поведение животных и птиц, которые нередко указывают на присутствие скрывающегося человека или местонахождение спрятан­ных вещей. Известно, что многие из домашних животных проявляют беспокойство в близком соседстве от трупа, собаки возбужденно ведут себя, когда на их территории находится посторонний человек и т. д.

Касаясь лиц, производящих обыск, следует иметь в виду, что со стороны заметней многие промахи и упущения человека, увлеченного определенной работой. Это объясняется тем, что самоконтроль как психическое действие является задачей более трудной, чем контроль за деятельностью другого лица. Поэтому очень желательно при обыске иметь стороннего наблюдателя, который фиксировал бы промахи ищу­щего и незаметно указывал на них, например, подойдя к обыскивающе­му, незаметно, заранее обусловленным способом, обратил бы внимание на предмет, который нуждается в дополнительной проверке (выдвинуть ящик, открыть дверцу и т. п.).

Эффективность обыска связана с наличием у следователя целена­правленности и устойчивости внимания. Под вниманием в психологии понимается направленность сознания на определенные объекты, имею­щие для личности значимость. Внимание в ходе обыска носит произ­вольный, волевой характер, поскольку следователь использует его для достижения намеченных целей, предпринимает определенные усилия для его сохранения, сосредоточения, чтобы не отвлекаться на иные посторонние раздражители.

Существуют известные трудности длительного сохранения устойчи­вости внимания. Однообразный характер поисковой работы, наличие отвлекающих факторов приводят к постепенному накоплению усталости, к рассредоточению внимания. Поэтому в случае длительности и трудоем­кости обыска целесообразно через определенные периоды времени устра­ивать короткие перерывы. Важно, однако, в процессе обыска не отвле­каться, следовать намеченному плану. Желательно, чтобы участники обыска время от времени меняли характер поисковой работы (например, следователь после осмотра личной переписки обвиняемого переходил к поискам возможных тайников среди предметов мебели и т. п.).

Лица, производящие обыск, должны учитывать, что при изготовлении тайников и различных хранилищ преступники в некоторых случаях учитывают целый ряд факторов психологического характера. К ним можно отнести следующие:

1) расчет на появление фактора утомления и автоматизма. Так, ис­комый документ часто кладут в книгу, находящуюся в середине книж­ной полки. Расчет при этом основывается на том, что книги будут осматриваться с того или другого края полки, а к середине полки уже появятся определенный автоматизм, утомление, при которых следова­тель не будет перелистывать каждую страницу;

2) расчет на брезгливость (закапывают предметы в навоз, спускают в отхожее место и т.д.);

3) расчет на проявление такта и других благородных побуждений со стороны следователя (сокрытие объектов в кровати тяжелобольного, в кровати маленького ребенка, в могиле близких родственников и т. д.);

4) нарочитая небрежность сокрытия предмета (оставление его на виду);

5) отвлечение внимания изготовлением тайников-двойников. Расчет на то, что при обнаружении первого пустого тайника остальные такие же тайники осматриваться не будут;

6) расчет на организацию конфликта во время обыска с целью от­влечения внимания для перепрятывания искомого объекта.

Предварительный сбор всей перечисленной информации, тщательный анализ ее позволяют следователю успешно решить первую часть задачи по производству обыска — мысленно разгадать действия обыскиваемого*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Дулов А.Л. Судебная психология. С. 347.

Для осуществления обыска необходимо привлекать и специалистов, которые лучше знают сущность каждой вещи, ее назначение, могут уловить имеющиеся отклонения от предназначения вещи, выявить ее особенности. Так, в литературе приводится пример обыска, когда уда­лось обнаружить тайник благодаря тому, что для участия в обыске были приглашены столяр, строитель и сантехник. Восприятие объектов сле­дователем дополнялось восприятием этих объектов специалистами, ко­торые помогали восстанавливать, как давно и с какой целью произ­водился тот или иной ремонт, устанавливали действительное соотноше­ние частей объектов и т. д.

Для проведения обыска желательно устанавливать освещение, созда­ющее лучшие условия для восприятия обстановки, чем то, каким обыч­но пользуется лицо, в квартире которого производится обыск. Это позволяет обнаружить признаки и следы, которых при обычном освеще­нии, пряча объект, не видел обыскиваемый.

Мы уже отмечали, что на внимании следователя отрицательно ска­зывается его утомление. Когда обыск носит длительный характер и со­пряжен со значительной физической нагрузкой, необходимо устраивать перерывы для отдыха. Следует иметь в виду, что преступники нередко специально строят расчеты на утомление следователя.

В практике был случай, когда по одному делу производился обыск в комнате, все стены которой были от пола до потолка устланы стел­лажами с книгами. Следователь искал могущие изобличить хозяина квартиры документы. После длительных поисков, проверки каждой из нескольких тысяч книг документы были найдены. Они оказались закле­енными в переплеты двух книг, стоящих посредине третьей полки сверху и второй полки снизу. На допросе обыскиваемый объяснил, что, предвидя возможность обыска, он полагал, что следователь будет про­сматривать книги в определенному порядке: либо сверху вниз, либо снизу вверх, либо начнет с тех полок, которые находятся на уровне протянутой руки, и каждая полка будет проверяться от левого или правого края. Исходя из этих соображении, он спрятал бумаги в книги, которые расположил так, что дойдя до них, следователь (по мысли прячущего) не мог сохранить должного внимания или вообще отказался бы от поисков.

При проведении обыска профессионально необходимыми качествами для следователя являются выдержка, самообладание, эмоциональная устойчивость. Обыск в квартире, личный обыск, а тем более задержание затрагивают существенные права и интересы обыскиваемого, членов его семьи. Возможность обнаружения в результате обыска орудий преступ­ления, предметов и ценностей, добытых преступным путем, чревата для обвиняемого задержанием, арестом, суровым наказанием, увольнением от должности, а для его семьи — возможной конфискацией имущества, ухудшением материального положения, формированием отрицательно­го общественного мнения. Успешное проведение обыска означает для виновного и его семьи крушение многих жизненно важных планов, вызывает у обыскиваемых в этой связи значительные переживания. Все это свидетельствует о том, что обыск во многих случаях происходит в довольно острой конфликтной ситуации, может сопровождаться на­пряженностью, сложной психологической атмосферой, проявлением неприязни, гнева, раздражения, попыток оскорбления и т. д.

Следователь и работники дознания, участвующие в обыске, также не в состоянии оставаться эмоционально безразличными, испытывают самые разнообразные чувства и переживания. К ним, в частности, относятся гнев, возмущение, стремление найти изобличающие винов­ного предметы, решимость преодолеть возникающие трудности и т.д.

Конфликтные отношения в результате воздействия следователя и включения обыскиваемых в деятельность по осмотру отдельных объек­тов (открытие ящиков и шкафов, перенос по просьбе следователя белья и т. д.) частично снимаются. В ряде случаев снятие конфликтных отно­шений достигается разъяснением цели и необходимости обыска в связи с определенными прошлыми действиями самого обыскиваемого.

В случае возникновения остроконфликтных ситуаций в процессе обыска может применяться метод воздействия как внушение в форме приказа, что даст возможность резко изменить поведение обыскивае­мого, вывести психическое отношение из состояния резкого конфликта.

Вторая задача в деятельности следователя — это установление речево­го контакта с обыскиваемым в процессе обыска. Речевой контакт позво­ляет решать несколько задач: осуществлять убеждение, наблюдать за реакциями обыскиваемого, выяснять взаимосвязь обнаруженных объек­тов с другими, их значение для обыскиваемого и т. д.

При производстве обыска надо как можно шире включать обыскива­емого в беседу, практиковать постановку вопросов о назначении тех или иных предметов и т. д. Его речь свидетельствует о его внутреннем состоянии, о его отношении к действиям следователя или к отдельным предметам. Тембр голоса, манера говорить могут скорее выдать дей­ствительное отношение человека, чем другая внешняя реакция.

Речевое общение в процессе производства обыска использовано для разработки специфического приема воздействия, который был назван словесной разведкой. Суть его в том, что следователь спрашивает обыскиваемого о расположении помещений, назначении тех или иных предметов, принадлежности определенных вещей и т. п. и при этом наблюдает за его состоянием, психофизиологическими реакциями. При этом в действие вступает новый дополнительный раздражитель — сло­весный, который еще более усиливает процессы эмоционального воз­буждения обыскиваемого, усложняет возможности контроля за собствен­ным поведением и реакциями. Словесный раздражитель усиливается, если задаваемые вопросы исходят из ситуации обыска. Еще большее значение имеет наблюдение за поведенческими актами обыскиваемого.

Такого рода поведенческие акты можно классифицировать как по­пытки, во-первых, отвлечь внимание участников обыска от осмотра определенных участков и предметов; во-вторых, сорвать обыск или приостановить его; в-третьих, замаскировать или закрыть доступ к ка­ким-либо участкам помещения, определенным предметам; в-четвертых внушить представление о нецелесообразности поисков на определенных участках помещения, о несущественности, незначительности каких-ли­бо объектов (например, на вопрос следователя: «Что находится в чу­лане?» — жена обвиняемого отвечает, что там всякий хлам, что участ­ники обыска зря потеряют время на осмотр и т. п.).

Целеустремленность и волевое поведение следователя при производ­стве обыска могут оказаться решающими для достижения успеха. Здесь нельзя рассчитывать на легкий успех. Не следует опускать руки при первых неудачах.

Нередко искомые предметы удается обнаружить в самый последний момент. Поэтому важно сохранить «творческий подъем» до конца обыс­ка. Неверие в успех крайне отрицательно сказывается на поисковой деятельности. Потеряв надежду, следователь ищет поверхностно, без энергии, формально.

Существенное значение для обеспечения эффективности обыска име­ет и проявление следователем такого волевого качества, как настой­чивость, которая предполагает способность в течение длительного вре­мени стремиться к достижению поставленной цели, преодолевая воз­никшие трудности.

Для успешного осуществления обыска важным условием является проявление следователем бдительности. Сложная психологическая ат­мосфера обыска, серьезные неблагоприятные последствия, могущие наступить для обвиняемого в случае обнаружения у него орудий пре­ступления, предметов и ценностей, добытых преступным путем, могут подтолкнуть обыскиваемого, членов его семьи к противодействию, при­менению различного рода хитростей, уловок, к провокациям. Отсутст­вие у следователя необходимой бдительности, ослабление контроля за поведением обвиняемого, членов его семьи могут привести к весьма нежелательным последствиям.

Не должен следователь в течение всего времени обыска забывать и о нравственно-этических принципах. С начала и до конца обыска следователь обязан проявлять вежливость, корректность, не допуская грубости, оскорблений, каких-либо угроз. Следователь может испыты­вать чувства гнева, возмущения, осуждения по отношению к лицу, у которого производится обыск, однако все это не избавляет его от необходимости быть сдержанным, особенно к членам семьи обыскива­емого. Большое чувство такта требуется от следователя при изучении во время обыска документов, свидетельств личной, интимной жизни обыс­киваемых, переписки, фотографий, дневников.

Длительность и трудоемкость обыска делают также весьма жела­тельным наличие у следователя психологической и физической вы­носливости.

Вопросы психологического характера, как правило, возникают уже в самом начале производства обыска, когда нужно решить вопрос о спо­собе проникновения в квартиру обвиняемого таким образом, чтобы исключить с его стороны возможность сопротивления, уничтожения или перепрятывания орудий преступления, ценностей, важнейших до­казательств по делу. Можно, например, организовать какое-либо «про­исшествие» на лестничной площадке: воспользоваться приходом к об­виняемому знакомых; зная распорядок жизни членов семьи обвиня­емого, войти в квартиру в момент возвращении с работы одного из них и т. д. Обыскиваемый, его соучастники, члены их семей и посторонние лица не должны знать о предстоящем обыске.

При проведении обыска нужно учитывать образование, культурный уровень, профессию, знания, интеллектуальные способности обыскива­емого, что имеет немалое значение при выборе места и способа укрытия. Так, например, анализ уголовных дел о хищениях промышленного золота, нарушениях правил разработки недр и сдачи золота государству, спекуляции валютными ценностями показал, что расхитители, валютчики, используя знание физико-химических свойств драгоценно­го металла, для укрытия золота рассыпают его на определенном участ­ке земли. Обнаружить таким образом спрятанное золото при обыске довольно трудно. Преступники же в случае необходимости могут легко извлечь его путем промывания земли водой. Ориентируясь в основных психологических закономерностях, преступник понимает, что у следо­вателя выработана психологическая установка на обязательный поиск, притуплено внимание к тому, что лежит на виду, и этим старается воспользоваться.

Культурный и образовательный уровень человека, его профессия, интересы в значительной степени определяют условия жизни, характер обстановки в квартире и тем самым объективно обусловливают специ­фику объектов, предметов, подлежащих изучению при обыске. Поэтому все эти социально-психологические особенности личности обвиняемого требуют своего анализа при производстве обыска.

Обыск в помещении, как правило, сопровождается проведением личного обыска, так как искомые предметы могут находиться не­посредственно при обвиняемом, у отдельных членов его семьи. Следу­ет отметить, что личный обыск с целью изъятия оружия является одним из необходимых средств обеспечения безопасности участников обыска и всех присутствующих, а потому его следует провести бе­зотлагательно перед началом следственного действия. Что же касается более тщательного личного обыска обвиняемого, членов его семьи с целью обнаружения предметов и документов, могущих иметь зна­чение для дела, то его целесообразнее провести на заключительном этапе. При этом продолжают оставаться в силе уже рассмотренные ранее основные нравственно-этические принципы, призванные га­рантировать безопасность, здоровье и личное достоинство обыски­ваемых.

Обнаружение в ходе обыска изобличающих обвиняемого предметов ставит его в трудное психологическое положение, приводя к дезорга­низации многих психических процессов, ослаблению волевых устано­вок, направленных на сокрытие причастности к совершению преступле­ния- Учитывая это, целесообразно сразу после обыска произвести до­прос и очную ставку, чтобы закрепить при обыске сведения новыми данными.

На месте обыска должна быть установлена строгая дисциплина, за­прещены посторонние разговоры, ненужное хождение и иные отвлекаю­щие внимание действия , которые не вызываются необходимостью. По­лезно предусмотреть порядок решения текущих вопросов и обмена информацией между участниками обыска.

В этом же параграфе мы остановимся на проблеме задержание подо­зреваемого. Рассмотрение психологии двух таких самостоятельных следственных действий, как обыск и задержание, в одном месте обусловлено следую­щими обстоятельствами.

В большинстве случаев обыск и задержание — одновременно осу­ществляемые следственные действия, поскольку обыск в помещении преследует и цель обнаружения и задержания разыскиваемых лиц, а за­держание обязательно сопровождается личным обыском.

В психологическом плане обыск и задержание, несмотря на ряд различий, имеют немало сходных особенностей.

По сравнению с другими следственными действиями задержание в наибольшей степени носит стрессовый характер. Он выражается в ре­альной опасности для жизни и здоровья участников данного следствен­ного действия, окружающих, во внезапно меняющихся ситуациях задер­жания, необходимости глубокого и всестороннего анализа обстановки и т. д. В связи с этим при наличии названных выше факторов совсем иначе протекают многие психические процессы у сотрудников, задей­ствованных в задержании. Определенная их дезорганизованность, нару­шение последовательности мышления, чувство страха, тревоги, опас­ности, уменьшение объема внимания — все это требует учета, системы психической и физической подготовки, определенных тренировок. Поэ­тому далеко не каждый следователь или работник дознания может успешно провести задержание.

В процессе планирования и осуществления задержания большая роль принадлежит рефлексивному управлению следователя, которое за­ключается в умении провести это мероприятие с учетом особенностей личности подозреваемого, сложившейся ситуации, вероятного повеле­ния лица, чтобы лишить его возможности скрыться, вынудить доб­ровольно сдаться и т. д.

Мы уже отмечали, что психологические аспекты подготовки к за­держанию и обыску во многом схожи. Они включают в себя изучение личности подозреваемого, обстановки предполагаемого места задер­жания. Данная информация необходима для решения вопроса о вре­мени, месте и способе задержания. Всегда следует иметь в виду, что даже при наличии данных, положительно характеризующих по­дозреваемого, нельзя исключить вероятность сопротивления, в том числе и вооруженного. Вот почему столь необходимо в каждом случае сделать все для обеспечения безопасности всех участников задержания.

Вероятность сопротивления при задержании особенно часто встреча­ется у рецидивистов, которых характеризуют стойкая антиобщественная направленность, злобность, агрессивность, стремление к насилию, психопатические черты характера; крайние формы эгоизма, враждебное отношение к работникам органов внутренних дел*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Яковлев А.М. Борьба с рецидивной преступностью. М., 1964; Ковалев А.Г. Психологические основы исправления правонарушителя. М., 1968.

В стрессовых ситуациях задержания поведение подозреваемого в зна­чительной степени определяется его эмоционально-волевыми особен­ностями. Агрессивность, злобность, несдержанность, неумение владеть собой, развязность, истеричность, склонность к аффектным вспыш­кам — все эти качества подозреваемого увеличивают возможность ока­зания им сопротивления.

Психологического анализа требует и выбор момента задержания. В практике встречаются ситуации, когда задержание приходится прово­дить без какой-либо предварительной подготовки, к этому вынуждают обстоятельства. Однако во многих случаях есть возможность выбора оптимального варианта задержания, к чему и следует стремиться. В ситуациях, когда преступник лишен возможности скрыться, причи­нить вред окружающим, но при этом находится в состоянии сильного возбуждения, вызванного страхом, отчаянием, ненавистью, алкоголь­ным опьянением, наркотическими веществами, утратил способность к самоконтролю, — не следует спешить с захватом. Разумнее дать пре­ступнику возможность прийти в себя.

Эффективным средством психологического воздействия является убеждение преступника в целесообразности добровольной сдачи. Здесь переговоры, однако, могут принести пользу только при условии знания психологических особенностей личности задерживаемого и умелого их использования. Для участия в таких переговорах имеет смысл пригла­сить людей, к которым задерживаемый питает добрые чувства, мнением которых он дорожит: его родителей, детей, родственников, друзей.

Большие психологические сложности возникают в тех редких случа­ях, когда окруженный преступник (или группа) отказывается сдаться, угрожая расправой с заложниками. В подобных случаях задача опера­тивно-следственной группы в значительной мере осложняется необ­ходимостью обеспечить безопасность заложников.

§ 4. Психология допроса свидетелей и потерпевших

Психологические аспекты подготовки к допросу свидетелей и потер­певших складываются из следующих основных компонентов: 1) анализ материалов дела и круга вопросов, подлежащих выяснению; 2) изучение личности допрашиваемого; 3) обеспечение необходимых условий для успешного допроса; 4) поведение самого следователя.

Каким бы несложным ни казался на первый взгляд предстоящий допрос свидетеля или потерпевшего, он все равно требует серьезной подготовки. Основой допроса является план, в котором определяется круг вопросов, требующих выяснения, их содержание и последователь­ность. Перед допросом необходимо изучить материалы дела, проанали­зировать доказательства, связанные с кругом вопросов, подлежащих установлению при допросе свидетеля, потерпевшего. Если следователь плохо подготовился к допросу, то почти наверняка он проведет его неуверенно и нецелеустремленно. Неподготовленность следователя к допросу вряд ли останется не замеченной допрашиваемым, усилит его волнение, затруднит процесс припоминания необходимых данных, что отрицательно отразится на результатах допроса. А если это будет касать­ся свидетелей и потерпевших, дающих заведомо ложные показания, неподготовленность следователя лишь усилит их позиции.

Задолго до допроса необходимо начинать изучение личности свиде­телей и потерпевших. Сюда относятся данные биографического харак­тера, о профессии, образовании, условиях работы, образе жизни, уровне развития, интересах, наиболее значимых личностных психологических качествах, условиях восприятия события преступления, отношении к факту преступного деяния, к преступнику.

В непосредственном общении, предшествующем официальной части допроса, следователь путем наблюдения получает информацию о внеш­нем облике свидетеля, потерпевшего, уровне их культуры, особенностях речи, мимики, жестов, видимых психофизиологических реакциях и сос­тояниях (растерянность, волнение, страх, спокойствие, безразличие, враждебность и т. д.), желании оказать помощь следствию или, напро­тив, стремлении ограничиться минимумом несущественных сведений. Данные о личности свидетеля, потерпевшего окажут следователю боль­шую помощь при установлении психологического контакта, выборе наиболее рациональной тактики допроса.

Психологическое значение имеют время и способ вызова свидетелей и потерпевших, а также обстановка и место проведения следственного действия. По общему правилу, свидетели и потерпевшие должны быть допрошены как можно скорее. Однако и здесь есть исключения. Если потерпевший, а порой и свидетели в результате совершенного преступ­ления находятся в состоянии душевного волнения, напряженности, растерянности, допрос следует отложить.

Расследуя дела о хулиганстве, разбойном нападении, изнасиловании, после получения при безотлагательном допросе необходимых для ро­зыска и задержания преступника сведений целесообразно повторно подробно допросить потерпевших и свидетелей.

С психологической точки зрения, определяя время вызова свидетеля, потерпевшего, нужно стараться сочетать интересы дела с возможностями и интересами вызываемых. Вызов не должен причинять допрашиваемым излишних трудностей и неприятных переживаний, ко­торые могут осложнить отношения со следователем. Не следует, например, вызывать так, чтобы вызываемый не в состоянии был спланировать свое время, не следует заставлять долго ждать в прием­ной, переносить допрос на другое время и т. д*. Свидетеля, потерпев­шего лучше допросить в нерабочее время, а учащихся до или после занятий.

_____________________________________________________________________________ *Васильев А.Н., Корнеева Л.М. Тактика допроса. М., 1970. с. 72.

Если показания вызываемых лиц очень значимы для дела, то для вызова их лучше воспользоваться телефоном. Телефонный звонок будет способствовать установлению психологического контакта, позволит снять излишнее волнение, свойственное людям, вызываемым на до­прос, и препятствующее припоминанию нужных фактов. К вызову по телефону следователь может прибегнуть и для сокрытия факта пригла­шения свидетеля или потерпевшего в милицию от родственников, сосе­дей, посторонних лиц. Можно их на допрос вызвать и повестками, которые целесообразно направлять по домашнему адресу потерпевших, свидетелей, обязательно в запечатанном конверте, чтобы исключить ознакомление с ними посторонних лиц.

В психологическом плане важно решить вопрос и о месте допроса свидетеля, потерпевшего. И хотя этот вопрос решен законом, где гово­рится, что свидетель допрашивается в месте производства следствия, к нему следует подойти дифференцированно. Если, например, свиде­тели, потерпевшие забыли важные для дела обстоятельства события преступления, не могут вспомнить их механизм, последовательность, отдельные детали, есть основания допросить их на месте происшествия. Психологически оправдан также допрос в домоуправлении, в общественном пункте охраны порядка и т. п., когда по оперативно-тактичес­ким соображениям нежелательна преждевременная огласка факта вы­зова потерпевшего, свидетеля.

Нельзя забывать и о нравственно-этических соображениях при вы­боре места допроса. Вызывать к следователю людей преклонного воз­раста или больных не рекомендуется. Он сам в этом случае должен выехать к месту нахождения этих лиц и допросить их. Если же сделать это невозможно, необходимо направить отдельное поручение соответ­ствующему следователю или органу дознания о производстве допроса этого лица по месту жительства*. Больного потерпевшего, свидетеля можно допросить только с разрешения врача и в том месте, где больной находится (квартира или больница).

_____________________________________________________________________________

*См.: Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Минск, 1973. с. 101

В значительной степени успешность допроса зависит и от обстановки его проведения. Психологические основы порядка допроса свидетелей заложены в норме закона, в частности, «свидетели, вызванные по одно­му и тому же делу, допрашиваются порознь и в отсутствие других свидетелей. При этом следователь принимает меры к тому, чтобы свиде­тели по одному и тому же делу не могли общаться между собой»*.

_____________________________________________________________________________

* См.: ст. 158 УПК РСФСР.

Важнейшим психологическим правилом является допрос «с глазу на глаз», без посторонних лиц. Как правило, допрос свидетелей, потерпев­ших проходит в служебном кабинете следователя. Обстановка кабинета здесь имеет значение: от простого, делового и строгого стиля в боль­шинстве случаев зависит доверительный и серьезный разговор. Важно, чтобы на протяжении всего допроса ничто не отвлекало внимания следователя, потерпевшего, свидетеля, чтобы следователю не мешали телефонные звонки, беседы с заходящими в кабинет сотрудниками.

Допрос — это длительное, содержательное, непосредственное обще­ние следователя с допрашиваемым. Это диалог, в процессе которого происходят поиски и установление истины. На допросе сталкиваются два различных мировоззрения, две воли, две тактики борьбы, различные интересы. На допросе нередко решаются судьба допрашиваемого и судь­бы многих людей. Победить в этой борьбе следователю помогают специ­альные научные знания в области психологии и тактики допроса и мас­терство, проявляющееся в профессиональных навыках ведения диалога. Поэтому результат допроса в значительной степени будет зависеть от личностных качеств его участников, а в решающей мере — от професси­онально необходимых психологических качеств следователя. Прин­ципиальный, справедливый, честный, доброжелательный следователь вызывает уважение у допрашиваемого, желание дать правдивые показа­ния, помочь следствию.

Эффективность допроса обеспечивают и другие социально-психоло­гические качества следователя, такие, как выдержка, самообладание, эмоциональная устойчивость, жизненный опыт, профессиональные знания, способность логически правильно вести допрос. Умение найти нужный индивидуально-психологический подход к допрашиваемому — одна из основных задач следователя. Этот подход предусматривает учет возраста, пола, образования, профессии, жизненного опыта допрашива­емого, уровня культуры, интересов, взглядов, испытываемых в момент допроса психических состояний.

К внешним коммуникативным качествам следователя относятся внешний вид, физические данные, манера поведения, стиль одежды и т. п. Подтянутость, аккуратность, простота, общительность следователя, скромный, деловой стиль одежды, внимательность, доброжела­тельность — все это способствует появлению доверия, готовности к общению со стороны допрашиваемых,

Необходимо учитывать и психологическое состояние свидетеля, пришедшего на допрос, так как для большинства людей вызов к сле­дователю является необычным событием, вызывающим волнение и рас­терянность. Помехой на пути установления надлежащей психологи­ческой обстановки допроса становятся и отдельные психологические качества свидетеля, в частности недоверчивость, замкнутость, чрезмер­ная стеснительность, необщительность*.

*См.: Соловьев А.Б. Допрос свидетеля и потерпевшего. М., 1974, с. 44.

Во всех случаях допросу должна предшествовать беседа следователя со свидетелем. Беседа с учетом его взглядов, интересов, настроения, психологических особенностей способствует снятию психического на­пряжения, устранению недоверия, появлению готовности дать прав­дивые показания.

Еще большей психологической подготовки требует допрос потерпев­ших, о чем изложено нами в главе 7 данной работы.

Опытный следователь на допросе, целенаправленно воздействуя на личность допрашиваемого в рамках закона, умеет выбрать тот единст­венный катализатор, который открывает интимный мир человека, его душу. Одной из ведущих характеристик этого процесса является законо­мерность его динамики, установление последовательных этапов, рас­крытие психологических факторов, которые определяют особенности каждого из этапов.

Первая, внешняя сторона — это вводная часть допроса, в ходе кото­рой следователь получает от допрашиваемого анкетные данные: фа­милию, имя, отчество, год рождения семейное положение и т. д. Ее внутренним содержанием является определение обоими собеседниками пути своего дальнейшего поведения по отношению друг к другу.

Вторая стадия допроса — стадия перехода к психологическому кон­такту, под которым понимается готовность допрашиваемого к общению со следователем, к даче правдивых показаний. На этой стадии определя­ются такие общие параметры беседы, как ее темп, ритм, уровень напря­женности, основные состояния собеседников и главные аргументы, которыми они будут убеждать друг друга в своей правоте.

Способы установления психологического контакта весьма разнооб­разны и многочисленны. Их выбор зависит от сложившейся следствен­ной ситуации, особенностей личности, психологического состояния допрашиваемого и самого следователя. Психологический контакт может быть установлен путем воздействия на социально-психологические качества потерпевших, свидетелей. Иногда следователь добивается психо­логического контакта, пробуждая доверие к себе, интерес у потерпевших, свидетелей к общению стремлением найти общие склонности, увлечения.

Объяснив свидетелю, потерпевшему, в связи с чем они вызваны на допрос, следователь должен выслушать их свободный рассказ, что дает допрашиваемому возможность сосредоточиться, вспомнить обстоятель­ства, а следователю — избежать постановки наводящих вопросов, внушающего воздействия. Уважительность и доверие к показаниям сви­детелей и потерпевших должны быть обязательными для следователя. С его стороны недопустимы грубость, насмешки, подчеркнутая недовер­чивость, невнимательность, торопливость и т. п*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Проблемы судебной этики. Под ред. Строговича М.С. М., 1974, с. 134.

В ходе свободного рассказа или после его окончания, если следо­ватель увидит, что допрашиваеммый значительно отклоняется от интере­сующих следствие обстоятельств, он может задавать дополняющие, уточняющие, контрольные вопросы. Следователь должен при этом вни­мательно следить за формой их постановки, за своей интонацией, кон­тролировать свою мимику и жесты, так как и они могут оказывать внушающее воздействие. Установив мотивы дачи ложных показаний, следователь должен стараться убедить недобросовестного потерпевшего, свидетеля в необходимости изменить позицию.

При расследовании преступлений очень часто возникает необходи­мость, допрашивая свидетелей, потерпевших, установить точное время воспринимаемого ими события. В частности, это позволяет, определить момент совершения преступления, время нахождения подозреваемого в определенном месте, другие существенные для дела обстоятельства. При расследовании преступлений, для которых характерна быстротеч­ность преступного события и кратковременность восприятия, нужно стремиться к установлению возможно большего числа свидетелей, по­терпевших, тщательно сопоставлять их показания с другими собран­ными по делу доказательствами. Следователь может оказать помощь допрашиваемому в припоминании времени события. С этой целью возможно применение метода хронометража. В качестве точки отсчета избирается какое-либо памятное потерпевшему, свидетелю событие, время которого известно. Затем следователь предлагает допрашивае­мому вспомнить, что он еще делал в этот день, последовательность его действий, их длительность и тем самым хронометрирует день до интере­сующего следствие момента.

В ходе заключительной части допроса следователь различными спосо­бами (рукопись, машинопись, магнитофонная запись) фиксирует полученную в результате допроса информацию и представляет эту информацию уже в письменном виде допрашиваемому, который, подтвердив правильность записанного в протокол, его подписывает.

В ходе допроса между следователем и допрашиваемым происходит обмен информацией, в которой выделяются два аспекта: это словесный обмен информацией между допрашиваемым и допрашивающим и полу­чение информации о состоянии допрашиваемого и даже направление его мыслей путем наблюдения за его поведением (жесты, мимика, цвет кожных покровов и т. д.).

В ходе допроса всегда должно быть обеспечено тщательное наблюде­ние за допрашиваемым для установления его состояния, которое оп­ределяется по его внешнему виду, поведению, реакции на передаваемую ему информацию, на основании анализа его речи (темп, связность, повторения, отрывистость и т. д.). Так, например, неожиданные спаз­мы, изменения скорости и ритма звука или хохот, быстрое или поверх­ностное дыхание и постоянное прерывание других... рассматриваются как симптомы напряжения*.

_____________________________________________________________________________ *Шибутани Т. Социальная психология. М., 1969, с. 134.

Допрос потерпевших, свидетелей требует глубокого изучения их лич­ности, ее психологического содержания, что позволит оказать воспи­тательное воздействие на потерпевших и свидетелей с антиобщест­венными взглядами, частнособственической психологией, ведущих паразитический образ жизни, алчных, жестоких, трусливых, грубо на­рушающих нормы морали, тем более если эти социально-психологичес­кие отклонения вошли в число причин, условий, способствовавших совершению преступления.

§ 5. Психология допроса подозреваемого и обвиняемого

Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Стремясь уклониться от ответственности и скрыгь свое участие в пре­ступлении, виновный старается утаить от окружающих и связанные с этим переживания. Он оберегает свои воспоминания от внешнего проявления и тем самым постоянно оживляет их, а подавляя пережива­ния, еще более их обостряет. В конце концов тенденция скрыть свои чувства и мысли вносит сильнейшую дезорганизацию в его психические процессы.

Если процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого име­ет существенные различия, то в психологическом аспекте эти различия представляются значительно менее важными. В частности, у подозрева­емого происходит частая смена состояний, сопровождаемая то появле­нием уверенности в себе, стремлением к активному противодействию, недооценкой возможностей следствия, самоуверенностью, то, напротив, возникновением подавленного, депрессивного состоянии, растеряннос­ти, безволия.

В отличие от подозреваемого обвиняемый чаще всего имеет больше сведений о положении дел, о содержании имеющихся доказательств у следствия. Однако на предварительном следствии, у подозреваемого и обвиняемого наблюдаются многие сходные психологические состоя­ния, мотивы, побуждения, а отсюда и особенности поведения*.

_____________________________________________________________________________

*Все,что здесь и далее будет говориться об обвиняемом, в равной степени можно отнести к подозреваемому.

Психические состояния, мотивы действий, личностные качества до­прашиваемых определяют их поведение на предварительном следствии и тем самым обуславливают психологический подход к ним, избрание наиболее эффективных, тактических и психологических приемов. На допросе обвиняемый может испытывать самые разнообразные чувства.

Совершивший преступление боится изобличении и, конечно же, на­казания. Это обычно действует на психику угнетающе, может в значи­тельной степени подавить волю допрашиваемого, снизить возможности правильной оценки сложившихся обстоятельств, ухудшить самоконт­роль, привести обвиняемого в угнетенное, депрессивное состояние. Страх обычно возникает у лица, совершившего преступление, задолго до привлечения его к уголовной ответственности. Такие психологичес­кие состояния затрудняют установление с допрашиваемым психологи­ческого контакта, снижают эффективность тактических приемов до­проса.

На допросе обвиняемый может быть в состоянии душевного потрясе­ния, стыда, опасаясь, что о случившемся узнают родные и близкие, друзья, сослуживцы, соседи. Моральные оценки и суждения окружаю­щих небезразличны даже для людей с устоявшимися антиобществен­ными взглядами. Нежелание огласки является весьма сильным моти­вом, во многом определяющим поведение обвиняемого. При выявлении такого мотива задача следователя — убедить допрашиваемого в необ­ходимости дать правдивые и полные показания. Только это хоть в ка­кой-то степени поможет сохранить понимание близких ему людей.

Следователю иногда приходится встречаться и с обвиняемыми (чаще рецидивистами) для которых мнение других людей ничего не значит. Они руководствуются принципами «не пойман — не вор», «деньги не пахнут» и т. д.

Для отдельных обвиняемых типична боязнь утраты достигнутого им социального, служебного и материального положения. Поэтому на до­просе такой обвиняемый чаще всего уклоняется от дачи правдивых показаний. Здесь следователь, чтобы преодолеть указанное психологи­ческое состояние обвиняемого, должен убедить его в возможности чест­ным и добросовестным трудом восстановить социальное положение стать полноправным членом общества.

Сильным психологическим состоянием, формирующим мотивы пове­дения обвиняемого, является страх лишения свободы, привычного образа жизни, оказаться среди преступников. Такое чувство, особенно присущее лицам, впервые совершившим преступление и привлеченным к уголов­ной ответственности, обычно приводит их в состояние глубокой депрес­сии. В такой ситуации обвиняемый полагает, что избежать задержания, ареста, содержания под стражей, приговора, связанного с лишением свободы, можно, только отрицая свою вину, давая ложные показания у него возникает соответствующее психологическое состояние, формиру­ется позиция, которую следователю необходимо преодолеть. Для этого требуется убедить обвиняемого, что доказывание вины мало зависит от его признания, а в решающей мере — от всей совокупности доказа­тельств. Здесь требуется разъяснить обвиняемому, что чистосердечное раскаяние... а также активное способствование раскрытию преступления является для суда обстоятельством, смягчающим ответственность.

Практика показывает, что в преступлениях, совершаемых группой, обвиняемый по-разному относится к соучастникам. Если кому-то он многим обязан, то старается скрыть причастность к преступлению этого человека, надеясь на его помощь и поддержку. Гораздо чаше система психологических отношений в преступной группе построена на под­чинении силе, страхе, иных низменных побуждениях и инстинктах. Поэтому в процессе расследования, когда участники преступной группы изолированы друг от друга, построенные на такой основе отношения распадаются. У обвиняемого крепнет неприязнь к лицам, втянувшим его в преступную группу, по чьей вине он оказался привлеченным к уголовной ответственности. Следователь вправе использовать подо­бное психологическое состояние обвиняемого, раскрыть перед ним сис­тему отношений, существовавших в преступной группе, показать, на чем построено ложное чувство товарищества среди преступников, ис­пользовать эти знания для выбора наиболее эффективных тактических приемов допроса. Однако следует помнить о необходимости очень осто­рожного их выбора с учетом психологических взаимоотношений участ­ников преступной группы, поскольку недопустимы приемы, основан­ные на использовании, разжигании низменных чувств и побуждений.

Для обвиняемого на предварительном следствии очень характерно психологическое состояние тревоги, неопределенности, невозможности правильного предвидения сложившейся ситуации и управления ею. Часто подозреваемому неизвестно, какими доказательствами располага­ет следователь, какая мера пресечения может быть избрана, какие след­ственные действия, в том числе и носящие принудительный характер, будут проведены и т. д. Такое психологическое состояние является основой для разработки и применения тактических и психологических приемов. Однако при этом недопустимы нарушения законности, нрав­ственных, этических норм и принципов уголовного законодательства.

Хочется отметить, что допрашиваемые могут испытывать одновре­менно целый комплекс чувств, тесно связанных между собой.

Особое место занимают психологические состояния, переживаемые невинным человеком, который в силу стечения обстоятельств оказался в положении подозреваемого или даже обвиняемого. Безусловно, он испытывает чувства возмущения, гнева, обиды, стремится скорее изба­виться от необоснованных, с его точки зрения, подозрений, доказать свою невиновность; он также может ощущать беспомощность, невоз­можность опровергнуть имеющиеся против него улики, преодолеть пре­дубеждение окружающих.

Эффективность допроса во многом зависит от того, в каком психоло­гическом состоянии находится допрашиваемый, от осознания обвиня­емым своей вины, от готовности дать правдивые показания. Следова­тель должен тактически умело ослабить или нейтрализовать отрицатель­ные психологические состояния и усилить, поддержать положительные.

Поведение человека в значительной степени определяется воздей­ствием на него доминанты* — господствующего в данный момент очага возбуждения в коре больших полушарий головного мозга, который обладает повышенной чувствительностью к раздражению и способен оказывать тормозящее влияние на работу других нервных центров. В очаге при этом происходит концентрация возбуждения. Доминанта, как правило, возникает у человека в связи с более или менее серьезными событиями в его жизни, за исход которых он переживает, в связи с которыми испытывает чувство страха, неуверенности, беспокойства. Зачастую доминанта воздействует и на преступника. Испытывая чувства тревоги, сожаления, страха, раскаяния и т. д., правонарушитель мысленно многократно возвращается к событию преступления, обдумывает возможные неблагоприятные последствия. Этот процесс приводит к еще большему усилению переживаний, к постоянному подкреплению очага возбуждения — доминанты. Заме­чено, что чем тяжелее преступление, тем ярче изменения в поведении преступника.

_____________________________________________________________________________

*См.: Ухтомский А.А. Доминанта. М.-Л., 1966.

Родственники К., подозреваемого в убийстве, сообщили на допросе, что начиная с весны (времени совершения преступления) он постоянно находится в очень подавленном состоянии, кричит во сне, вскакивает по ночам. Товарищи по службе на допросе показали, что К. пытался повеситься, заявляя, что он недостоин быть среди них.

Среди юристов и психологов в последнее время проявляется интерес к исследованию защитной доминанты правонарушителя*. Под воздей­ствие доминанты преступник стремится к совершению поступков, ко­торые, как он думает, обеспечат ему безопасность, помогут избежать изобличения и последующего наказания. Его действия носят своеобраз­ный защитительный характер. В то же время именно эти действия преступника зачастую привлекают к себе внимание органов следствия, дают основания для предположений о его причастности к совершенному преступлению. Такие действия получили название «улики поведения».

_____________________________________________________________________________

*См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 196—198; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий, С. 74—75.

Улики поведения бывают самых различных видов. Наиболее распро­страненными являются: подготовка инсценировок, создание ложного алиби, немотивированный и внезапный отъезд, попытки направить следствие по ложному пути; проявление повышенного интереса к про­цессу расследования преступления; распространение заведомо вымыш­ленных слухов о личности преступника, мотивах преступного деяния; нарочитость, демонстративность поведения, призванного всячески убе­дить окружающих в полной непричастности к преступлению, отрицание даже точно установленных фактов («не видел», «ничего не слышал» и т. д.); попытки уговорить, подкупить потерпевших, свидетелей; поис­ки лиц, которые бы дали ложные показания; изменение привычных стереотипов поведения после совершения преступления; осведомлен­ность о таких деталях, которые мог знать только виновный, возвраще­ние, порой неоднократное, на место совершения преступления*.

_____________________________________________________________________________ *Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 76.

В различных следственных ситуациях улики поведения проявляются по-разному.

На пустыре был обнаружен труп изнасилованной девочки. За этим местом установили тайное наблюдение, поскольку не исключалась воз­можность появления там преступника. Вскоре на пустыре был замечен С. По работе он характеризовался отрицательно, за появление в нетрез­вом виде был уволен и длительное время вел паразитический образ жизни, беспробудно пьянствовал, проявлял нездоровую сексуальность. Версия о виновности С. подтвердилась.

Среди лиц, возможно причастных к преступлению, внимание следо­вателя привлек Н. Он проявлял в связи с расследованием заметное беспокойство, расспрашивал свидетелей о допросах, интересовался, за­чем следователь и работники милиции осматривают у подозреваемых одежду, можно ли по следам рук обнаружить преступника. Именно Н. и оказался разыскиваемым преступником.

Умение разбираться в психофизиологической природе улик поведе­ния, их сущности, видов, особенностей проявления помогает следова­телю и работникам дознания успешно решать оперативно-тактические задачи: выдвигать обоснованные версии и вести их продуманную раз­работку, осуществлять целенаправленный, всесторонний поиск доказа­тельств, избирать правильную тактику допроса подозреваемых (обвиня­емых), проведение других следственных действий и т. д.

Однако этим значение доминанты не исчерпывается. Давно замечено, что человек, совершивший тяжкое преступление, испытывает сильное психологическое напряжение. Стремление скрыть причастность к пре­ступлению, необходимость маскироваться, чтобы выглядеть спокойным, приводят к усилению торможения в клетках коры головного мозга. После этого начинает преобладать процесс возбуждения. Оно становится все более устойчивым, а потом и постоянным. Безусловно, преступник испы­тывает острое желание снизить напряженность, снять с себя бремя тайны преступления, посоветоваться, как быть дальше, какую линию поведения избрать, просто выговориться хотя бы и постороннему человеку. Выявле­ние таких состояний, «поддержание» указанных процессов на допросе, проведенном в строгих рамках правовых и этических норм, способствуют получению правдивых показаний, скорейшему раскрытию преступлений.

На предварительном следствии допрос обвиняемого нередко проходит в условиях конфликтной ситуации. Причины конфликта возникают от принудительного характера общения, так как обвиняемый понимает, что каждый проведенный следователем допрос приводит к изобличению в совершении преступления, но не считает возможным отказаться отдачи показаний, не может избежать общения со следователем. Обвиняемый понимает сложность положения, в котором уже находится, и зачастую связывает с деятельностью следователя избрание меры пресечения, изме­нение привычного образа жизни, нравственные переживания, лишение возможности общаться с близкими людьми и т. д. Следователь в ходе допроса стремится установить истину, наделен значительными властны­ми полномочиями, а обвиняемый старается скрыть истину, но обязан подчиняться требованиям закона. Данный конфликт не должен носить личностного характера, взаимоотношения надо строить в строгом соот­ветствии с нормами уголовного судопроизводства и морали. При допросе необходим индивидуально-психологический подход к обвиняемому.

В сложной ситуации следователю нужно знать все основные социальные роли, которые исполнял допрашиваемый в жизни, и научиться направлять допрашиваемого к занятию такой ролевой позиции, которая бы наиболее соответствовала ситуации данного допроса. Для следова­теля далеко не безразлично, какую из всего арсенала ролей будет играть допрашиваемый. Например, изучая личность обвиняемого, следователь установил, что юноша увлекается радиотехникой. Будучи сам страстным любителем радиотехники, следователь достиг полного психологическо­го контакта, заговорив с допрашиваемым на любую тему. По другому делу обвиняемый, отказавшийся давать показания, стал разговаривать со следователем после того, как узнал, что в период Великой Отече­ственной войны он и следователь сражались на одном фронте.

Исследуя личность допрашиваемого, следователь должен планировать обращение к ее лучшим сторонам, т. е. к социально положительным ролевым позициям данной личности. Этически и тактически недопу­стимо, чтобы следователь для установления контакта с допрашиваемым использовал отрицательные стороны его личности, даже если следова­тель хорошо знает их. Возникновение в ходе допроса психологической общности показывает обвиняемому, что его допрашивает компетент­ный, внимательный и чуткий человек, и является первой ступенькой перестройки допрашиваемого в социально правильном направлении.

Отношение обвиняемого к совершенному преступлению, предъяв­ленному обвинению, возможному наказанию зависит от мотивов, кото­рыми обвиняемый руководствуется в период расследования уголовного дела. Изучению и анализу должны подвергаться не только мотивы, обусловленные ситуацией расследования, но и сформировавшиеся в те­чение жизни обвиняемого направленность личности, нравственно-эти­ческие представления, сохраняющие и в условиях расследования свою мотивирующую роль.

Ранее мы уже рассмотрели конфликтные ситуации допроса. Кратко остановимся на бесконфликтных ситуациях допроса, которые харак­теризуются признанием объективно установленных фактов и готовнос­тью давать правдивые показания. Бесконфликтность ситуации, разуме­ется, не гарантирует полной откровенности обвиняемого. Он может добросовестно заблуждаться, ошибаться, неправильно понимать сущ­ность тех или иных событий, наконец, обвиняемый, чистосердечно признавая свою вину, может подсознательно стремиться к ее преуменьшению. Поэтому подготовка к допросу даже в бесконфликтной ситу­ации в некоторых случаях должна включать элементы основанного на знании психологии обвиняемого прогнозирования ошибок. Учет таких особенностей обвиняемого, как завышенная самооценка, некритич­ность к собственной личности, недоброжелательное отношение к ок­ружающим, позволяет предвидеть вольное или невольное стремление обвиняемого к смягчению своей вины.

На практике мнимая бесконфликтность ситуации допроса часто воз­никает в случае самооговора обвиняемого. Вероятность самооговора повышается, если обвиняемый отличается повышенной внушаемостью, податливостью к внешнему воздействию, неумением отстаивать свою позицию, слабоволием, недостаточной выносливостью к психическому напряжению. Наиболее типичным мотивом самооговора является стремление избавить от наказания действительного виновника (под влиянием родственных или дружеских чувств), либо самооговор про­диктован определенными групповыми интересами или же достигается угрозами и воздействием заинтересованных лиц в отношении тех, кто находится в какой-либо зависимости от них).

Допускаемое со стороны обвиняемого ложное признание может быть продиктовано его стремлением уклониться от ответственности за более тяжкое преступление. Таким путем он рассчитывает усыпить бдитель­ность, создать себе алиби по другому делу, доказать наличие обсто­ятельств, смягчающих или исключающих его ответственность, и т. п. Полный вымысел сравнительно легко опровергается. Детализация и по­следующая проверка места, времени и других обстоятельств вымышлен­ного события неминуемо ведут к разоблачению лжи.

Если допрашиваемый упорно скрывает достоверно известные ему сведения по делу либо сообщает заведомую ложь, то в отношении него следователь вправе применить метод изобличения. Изобличать допра­шиваемого в сокрытии каких-то фактов или заведомой лжи — значит опровергнуть его утверждения, показать их несостоятельность, несоот­ветствие установленным по делу фактам. Достигается это путем предъ­явления доказательств, вскрытия противоречий, использования логи­ческой аргументации.

Все доступные следователю и допустимые приемы воздействия на обвиняемого невозможно перечислить*. Важно только отметить, что следователь не должен прибегать к запугиванию, унижению человечес­кого достоинства, необоснованным обещаниям и т. д. Задача юридичес­кой психологии как науки заключается в подведении теоретической базы к творческим находкам следователей.

_____________________________________________________________________________ *Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 68 - 90.

§ 6. Психология очной ставки

Очная ставка — следственное действие по одновременному допросу двух лиц, ранее допрошенных, с целью устранения противоречий, ко­торые имеются в их показаниях. Обладая всеми чертами допроса, очная ставка весьма специфична не только в процессуально-тактическом, но и в психологическом отношении. С точки зрения психологии очная ставка — это специфическое психическое общение, которое развивается между тремя лицами. Именно это и служит основанием для самосто­ятельного рассмотрения данного следственного действия в юридичес­кой психологии*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Гаврилов А.К., Закатов А.А. Очная ставка. Волгоград, 1978; Комарков В.С. Психологические основы очной ставки. Харьков, 1976; Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград, 1983; Васильев В.Л. Юридическая псхология. М., 1991.

Характерной особенностью этого психического общения является то, что в большинстве случаев в начале очной ставки по крайней мере между двумя ее участниками имеют место конфликтное отношение и высокая эмоциональная напряженность. Это обуславливается наличием проти­воречий в их показаниях, которые зачастую носят весьма острый харак­тер. Объективно-конфликтным психическое отношение является в тех случаях, когда участники (чаще всего один из них) совершенно созна­тельно дают показания, не соответствующие истине. Субъективно-кон­фликтным можно назвать такое отношение, где конфликт обусловлен ошибочным пониманием позиции другого человека, ошибочным вос­приятием фактов, свидетельствующих об отношении этого человека.

Целью очной ставки является установление истины, а для этого часто возникает необходимость оказывать воздействие на лицо, дающее лож­ные показания, чтобы изобличить его. Здесь второй ее участник являет­ся специфическим средством воздействия. Непременным условием оч­ной ставки является активное психическое воздействие на дающего ложные показания со стороны другого участника очной ставки. В про­тивном случае очная ставка только усугубит противоречивость показа­ний: недобросовестный участник, применив угрозы, запугивание, уго­воры, поколеблет установку другого участника следственного действия на дачу правдивых показаний.

Весьма сложной и важной является роль следователя на очной ставке. С одной стороны, он обязан объективно отразить в протоколе все основное содержание очной ставки, с другой стороны, для следователя как организатора раскрытия преступления не бывает безразличной по­беда той или иной точки зрения. Он должен уметь подготовить и про­вести очную ставку таким образом, чтобы это в конечном счете привело к торжеству правды над ложью.

Очная ставка осуществляется в условиях значительной эмоциональной напряженности, испытываемой всеми ее участниками (хотя и в неодина­ковой мере). Допрашиваемые волнуются, поскольку дают противоре­чивые показания, и каждый отстаивает свои. Следователь находится в состоянии эмоциональной напряженности потому, что он проводит сложнейшее следственное действие, взаимодействует одновременно с двумя его участниками, стараясь не утратить контроля за их поведением.

Характерной психологической особенностью очной ставки является необходимость постоянного, неотрывного наблюдения следователя за допрашиваемыми. Наблюдение осуществляется и при проведении дру­гих следственных действий, но во время очной ставки оно должно вестись непрерывно, на всем протяжении этого действия, чтобы ис­ключить всякий бесконтрольный контакт между допрашиваемыми (в том числе обмен информацией).

На результаты очной ставки оказывают влияние две группы факторов. К первой относятся факторы, определяющие причину противоречий в показаниях присутствующих на очной ставке лиц с учетом их социаль­но-психологической характеристики. Далеко не всегда лица на очной ставке дают заведомо ложные показания. Причиной противоречия в по­казаниях может быть заблуждение, и в этом случае главная задача следователя — ликвидировать это заблуждение на очной ставке, а не усугублять ею. С другой стороны, причиной могут быть заведомо лож­ные показания одного или обоих участников очной ставки. В этом случае следователю необходимо знать мотивы заведомо ложных показа­ний, а они могут быть самыми разнообразными: стремление избежать уголовной ответственности или смягчить ее; нежелание выдавать со­участников; родственные чувства, боязнь мести, подкуп, стыд, ложно понятое чувство товарищества и т. п.

На очной ставке противоречия могут быть связаны и с прежним преступным опытом допрашиваемого. Следователю в этом случае следу­ет подробно изучить старые уголовные дела и оперативные материалы для установления причины противоречий. Нередки случаи, когда одной из главных причин противоречий на очной ставке являются неприяз­ненные отношения между ее участниками. В этом случае конфликт на очной ставке является продолжением конфликтной ситуации. К прове­дению очной ставки в таких случаях следует подходить очень осторожно и при этом глубоко изучить конфликт и его причины.

Противоречия на очной ставке могут вызываться ролевыми позици­ями ее участников и в этом случае объясняются в значительной степени конфликтом, который связан со статусом той или иной роли (милици­онер и квартирный хулиган, инспектор ГАИ и шофер и т. п.). Проти­воречия в показаниях могут быть вызваны, наконец, темпераментом и состоянием того или иного допрашиваемого.

Ко второй группе факторов, с которыми также связаны противоречия на очной ставке, относятся действия самого следователя.

Немаловажное значение имеет выбор времени проведения очной ставки. С проведением ее можно поспешить и можно безнадежно опоздать. В ряде случаев правильный выбор времени очной ставки может оказаться фактором, определяющим ее успех. Если следователь, изучив особенности личности допрашиваемых, пришел к выводу, что в ходе очной ставки недобросовестный участник вероятнее всего окажет пси­хологическое воздействие на лицо, дающее правдивые показания, про­водить это следственное действие в данный момент нецелесообразно. Преждевременное проведение очной ставки может привести к тому, что допрашиваемые раньше времени узнают об имеющихся у следо­вателя доказательствах, смогут лучше определить линию своего по­ведения.

Если потерпевший пережил сильное душевное потрясение, вызван­ное преступным деянием, не нужно спешить с проведением очной ставки между ним и правонарушителем. С другой стороны, промедление с очной ставкой ведет к опасности забывания ими обстоятельств про­шедшего события, утраты части доказательственного материала. Поэ­тому можно, используя растерянность, замешательство, сильное волне­ние подозреваемого, провести очную ставку не откладывая. Существен­ное значение имеет и уровень подготовки к очной ставке. В подготовку входит техническая готовность следователя и психическая готовность всех ее участников. Так, психологическая подготовка добросовестного (с точки зрения следователя) участника заключается в разъяснении целей, задач очной ставки, порядка ее проведения, сложностей, которые могут при этом возникнуть. Следователь должен, в случае необходимос­ти, успокоить добросовестного участника очной ставки, обещать ему поддержку, дать гарантии исключения каких-либо угроз, других форм неправомерного воздействия со стороны обвиняемого. Нужна психоло­гическая подготовка и участника очной ставки, предположительно даю­щего ложные показания. Ему также должны быть разъяснены цели очной ставки, хотя можно умолчать о некоторых частных задачах этого следственного действия. Дающего ложные показания надо предупре­дить о недопустимости какого-либо психологического воздействия на второго допрашиваемого, о решительном пресечении следователем лю­бых попыток угроз, уговоров с целью заставить другого участника очной ставки отказаться от ранее данных показаний.

Деление участников очной ставки на добросовестных и недобросо­вестных (дающих ложные показания), хотя и основывается на анализе совокупности собранных к данному моменту доказательств, изучении психологических особенностей личности участников очной ставки, про­фессиональном опыте, знаниях следователя, является условным. В свя­зи с тем что к моменту проведения очной ставки следователем обычно собраны еще не все доказательства, его мнение о том, что один из участников дает правдивые показания, а второй — ложные, носит веро­ятностный характер. Поэтому следователь обязан внимательно выслушивать и фиксировать все доводы и объяснения допрашиваемых. У них не должно создаваться впечатления какой-либо необъективности следо­вателя.

Анализ следственной практики показывает, что очная ставка наи­более эффективна, если проводится внезапно для лица, дающего лож­ные показания. Недобросовестный участник, догадываясь о проведении очной ставки, не должен знать о дне и часе ее проведения. В этом случае фактор внезапности усиливает психологическое воздействие на лицо, давшее ложные показания.

При проведении очной ставки по многоэпизодным делам большое значение имеет подготовка для немедленного предъявления всех необ­ходимых материалов: бухгалтерские документы, фотографии, выдержки из протоколов, вещественные доказательства и т. д. Эти материалы должны быть систематизированы таким образом, чтобы в нужный мо­мент следователь мог мгновенно предъявить эти материалы участникам очной ставки, не тратя времени на их поиски. Нужно заранее продумать и решить вопрос о фиксации результатов очной ставки. Лучше если она будет записана па магнитофон или диктофон. При невозможности сделать магнитофонную запись рекомендуется поручить протоколиро­вание очной ставки другому лицу, чтобы эта обязанность не отвлекала следователя от решения основных вопросов.

Следователю необходимо контролировать свое собственное состоя­ние. Острая конфликтная ситуация, высокая эмоциональная напряжен­ность очной ставки требуют от него как ее организатора прекрасного волевого состояния и хорошей эмоциональной устойчивости. Перед очной ставкой у следователя должна быть ясная голова, спокойное настроение и полная уверенность в результатах проводимого меропри­ятия. Если такое состояние отсутствует — очную ставку следует от­ложить, ибо в противном случае сам следователь может ее провалить.

К факторам, влияющим на устранение противоречий, относится пла­нирование очной ставки. В плане следует предусмотреть различные позиции ее участников и различные варианты ее проведения в зависи­мости от этих позиций. Нужно решить вопрос о порядке постановки первых вопросов участникам, в частности кого первым и по каким эпизодам следует выслушать. Необходимо также предусмотреть допол­нительные вопросы, их формулировку, вопросы участникам очной ставки друг другу, предъявление им дополнительных материалов и т. д. Планирование очной ставки производится с учетом анализа всех факто­ров, всех материалов, имеющихся у следователя.

Подход следователя к участникам в течение всей очной ставки должен быть глубоко индивидуальным, основанным на всестороннем анализе личности каждого из них, занимаемой им позиции, анализе причин такой позиции с учетом всех материалов уголовного дела.

По одному из уголовных дел свидетель — очевидец убийства в драке К. дал показания, которые имели существенные противоречия с по­казаниями двух других очевидцев, с материалами дела. Не проанализи­ровав глубоко личность этих свидетелей и причины противоречий следователь приступил к производству очных ставок. В ходе первой из них свидетель Н. вначале высказал сомнение в правильности своих ранее данных показаний, затем полностью подтвердил показания К., которые противоречили другим материалам дела. Прежде чем проводить очную ставку с третьим свидетелем М., следователь, правда с опоздани­ем, занялся исследованием личностей К., Н., М. Оказалось, что К. — человек чрезвычайно самоуверенный, болезненно самолюбивый, с большим самомнением, он страдает некоторыми дефектами зрения, которые особенно обостряются в сумерки (время совершения данного преступления), но очень не любит, когда другие обращают внимание на эти недостатки. К. - авторитарная личность, легко подчиняющая свое­му влиянию внушаемых людей, Н., с которым проводилась очная став­ка, был человеком робким, мнительным, легко подпадающим под чужое влияние, так как постоянно сомневался в правильности своих собствен­ных наблюдений и выводов из них, хотя никаких дефектов органов чувств у него нет. М. — человек спокойный, уравновешенный, наблюда­тельный. Обычно он совершает обдуманные поступки и с чужим мнени­ем считается только тогда, когда считает его правильным.

С учетом изложенных данных следователь таким образом спланиро­вал очную ставку между К. и М., что в ходе ее К. вынужден был аргументировать все свои утверждения, правильность которых раньше подкреплялась лишь высоким эмоциональным накалом. Никаких до­водов у К. не было. Затем последовал подробный и аргументированный рассказ М., после чего К. были заданы вопросы о состоянии здоровья. К. вынужден был признать, что в сумерках он действительно плохо видит, однако продолжал настаивать на ранее данных показаниях, заяв­ляя, что «так говорит не он один». Но в голосе К., в его мимике уже не было того апломба, той уверенности в себе, которые отмечались вна­чале. После этого был проведен следственный эксперимент с участием К., М. и Н. В ходе этого эксперимента было установлено, что К. не был в состоянии воспринять и запечатлеть ту картину происшествия, ко­торую он воспроизводил на допросах и очных ставках. Показания М. и первичные показания Н. с точки зрении результатов следственного эксперимента сомнений в своей достоверности не вызывали.

На другой день к следователю явился Н. и заявил, что он дал непра­вильные показания на очной ставке с К. под влиянием последнего. На вопрос, в чем выразилось это «влияние», Н. ответил, что К. «говорил очень громким и уверенным голосом и это сбило его с толку». После этого Н. была дана очная ставка с К., на которой Н. полностью подтвердил свои первоначальные показания, а К. в общих чертах подтвердил показания Н. Анализируя свои ошибки, К. заявил, что у него "такой характер, что он везде желает быть первым и не любит, чтобы ему противоречили". После драки и убийства К. дождался приезда работ­ников милиции и потребовал, чтобы они его допросили. Поскольку происшествие из-за плохого зрения видел смутно, он говорил на до­просе не только о том, что видел, но и о том, что должно было, по его мнению, происходить с дерущимися.

Наконец К. заявил, что ему «неудобно было признаться работникам милиции, что он чего-то не разглядел или не понял».

Так возникла в следственных материалах ошибка, корни которой связаны с качествами личности свидетеля К. и с поверхностной под­готовкой проведения первой очной ставки между К. и Н. Следователь сам исправил эту ошибку, но лучше было бы избежать ее вообще. Очевидно, что с учетом анализа личности К., Н. и М. первую очную ставку следовало делать между К. и М., соответствующим образом спланировав ее и подготовив*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 375—376.

Очень важно заранее предусмотреть возможное воздействие со сто­роны обвиняемого на очной ставке, предугадать направление этого воздействия, суметь так психологически подготовить лицо, идущее на очную ставку, чтобы оно могло противостоять попыткам отрицатель­ного воздействия со стороны обвиняемого.

В качестве примера необходимости и сущности психологической подготовки участника перед проведением очной ставки можно привести уголовное дело по обвинению С. и П. в совершении ограблений. Пос­ледние совершили несколько ограблений, причем все они осуществля­лись однотипно. Поздно вечером С. и П. на безлюдной улице подкара­уливали одинокого прохожего и, угрожая ему избиением, убийством, отбирали портфели, кошельки, верхние носильные веши. Одной из жертв явилась гражданка К., которая была соседкой по дому С. и хо­рошо знала его в лицо. Опасаясь разоблачения, С. после ограбления особенно изощренно угрожал К. В частности, им было заявлено, что если она попытается заявить в милицию, то будут выколоты глаза ее малолетнего сына. На этом угрозы не прекратились. П. через несколько дней специально встретился еще раз с К. и вторично угрожал ей рас­правой. Только после ареста С. и П. у одного из них при обыске были найдены документы и письма К., находившиеся в сумочке, отобранной грабителями. К. с большим трудом дала показания, но категорически настаивала, чтобы ее показания не были известны обвиняемым, так как продолжала бояться мести с их стороны. Отказывалась она и от очных ставок с обвиняемыми, которые отрицали этот эпизод. Следователь провел несколько бесед с К., разъясняя необходимость очной ставки, важность выполнения гражданского долга по изобличению преступ­ников, совершенную несостоятельность ее страхов перед местью изоли­рованных преступников. К. была ознакомлена следователем с другими случаями, где преступники также пытались запугивать своих жертв, следователь рассказывал, как вели себя на следствии зависимые по работе, по семейным обстоятельствам граждане, пришедшие к выводу о необходимости разоблачить преступников. Все эти беседы постепенно привели К. к твердой убежденности в необходимости решительно и уве­ренно действовать в целях окончательного изобличения преступников. На очных ставках К. четко изложила все обстоятельства, напомнила обо всех подробностях действий и разговоров обвиняемых, своим решитель­ным поведением способствовала тому, что С., а затем и П. признали все обстоятельства и этого совершенного ими ограбления.

Если даже по обстоятельствам дела, с учетом личности обвиняемого, следователь считает, что очная ставка не может воздействовать на него, ее все же во многих случаях целесообразно провести - это помогает укрепить морально-волевые качества признавшегося обвиняемого, ук­репить позицию последнего в ходе расследования, а затем и в суде.

При производстве очной ставки между двумя преступниками для следователя имеется определенная степень риска. В конечном счете этот риск сводится к тому, что преступники используют очную ставку или для углубления противоречий, или для еще большего запутывания хода следствия. Этот риск может быть уменьшен благодаря всесторонней подготовке к очной ставке и активной роли следователя в период ее проведения.

Большую сложность и ответственность для следователя представляет проведение очной ставки между двумя преступниками, каждый из кото­рых дает ложные показания. Но и в этом случае не следует на основании одного только риска отказываться от проведения очной ставки, тем более, что если следователь откажется от использования этой сложной конфликтной ситуации в интересах раскрытия преступления, то пре­ступники рано или поздно встретятся и поговорят без следователя.

Очная ставка обладает большой силой воздействия на лиц, в чьих показаниях содержатся преднамеренные искажения истины. Она часто играет роль переломного момента в их дальнейшем поведении на следствии. Очная ставка обычно проводится в служебном кабинете следователя. Допрашиваемых надо разместить таким образом, чтобы они находились постоянно в поле зрения следователя. Нецелесообразно проведение очной ставки между потерпевшими и свидетелями, с одной стороны, и обвиняемыми — с другой, в условиях исправительного учреждения. Сильное психологическое воздействие на добросовестных участников оказывает обстановка следственного изолятора. При проведении очных ставок в условиях тюремного режима свидетели и потерпевшие ставятся в заведомо невыгодные условия, предрасполагающие к смягчению нака­заний, Часто под влиянием обстановки следственного изолятора у сви­детелей и потерпевших непроизвольно возникает чувство жалости к преступникам, которые это прекрасно знают и стремятся использовать в своих целях: они стараются подчеркнуть тягость своего положения и вызвать к себе сочувствие*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Соловьев А.Б. Очная ставка на предварительном следствии. М., 1970, с. 37.

Изобличительная сила очной ставки выражается в непосредственном впечатлении, которое оказывает живая речь одного ее участника на другого. Кроме того, устный рассказ на очной ставке обычно дополняет­ся деталями и нюансами, интонационными и экспрессивными оттен­ками, которые придают ему убедительность и жизненную достовер­ность. Впечатление живой речи тем выше, чем последовательнее и ло­гичнее она, чем решительнее и увереннее лицо, которое ее произносит.

Сила воздействия очной ставки кроется также в «эффекте присут­ствия». Во время очной ставки показания даются не только в присут­ствии следователя, но и другого человека, с которым допрашиваемый, как правило, знаком.

При подготовке и проведении очной ставки с участием обвиняемого целесообразно изучать психологические особенности, характеризующие обычные для него приемы и способы общения с людьми. Большое значение имеет выяснение позиций обвиняемого в межличностных отношениях в семье, на работе, в кругу друзей, характера прежних отношений со вторым участником очной ставки, нет ли моральной зависимости обвиняемого от него, не испытывает ли последний слепого доверия, страха и т. п.

Правильное понимание сущности очной ставки, тщательный психо­логический анализ лиц, принимающих в ней участие, психологическая подготовка их, продуманное и направленное воздействие следователя — все это способно значительно повысить результативность данного след­ственного действия.

§ 7. Психология опознания

В ходе опознания в специально регламентированном процессуальным законом порядке определенное лицо, ранее допрошенное по данным фактам следователем, опознает живого человека, труп, предмет или их фотографическое изображение. За редким исключением объект, интере­сующий следствие, должен быть предъявлен для опознания в группе с другими однородными объектами в количестве не менее трех. О результатах опознания составляется специальный протокол.

С психологической точки зрения опознание представляет собой след­ственное действие, при котором лицо сравнивает предъявляемые ему объекты, сопоставляет их с мысленными образами объектов, восприня­тых им ранее — в момент совершения преступления, и на этой основе приходит к выводу об их тождестве, сходстве или различии. Опознание, если иметь в виду его психологическое содержание, состоит из двух стадий: 1) подготовительной (предварительный допрос об обстоятельст­вах, при которых опознающие ранее воспринимали определенное лицо либо предмет, и об особенностях, предметах, по которым они могут их опознать) и 2) основной (само опознание). В связи с тем, что психологи­ческие закономерности опознания начинают действовать уже в подгото­вительной стадии, целесообразно начать рассмотрение именно с нее.

В процессе допроса, предшествующего опознанию следует учитывать психофизиологические особенности опознающего, психологическую ха­рактеристику его состояния в момент восприятия, а также физические особенности и признаки воспринятых им объектов. Человек воспринимает какие-либо объекты (других людей, животных, вещи, предметы), сохраня­ет в памяти их мысленные образы, а затем при предъявлении аналогичных объектов сопоставляет их с имеющимися у него образами. В конечном счете процесс сводится к сравнению образа объекта, хранящегося в памяти опознающего, с объектами, предъявляемыми следствием. Вывод, который получается в результате такого сравнения, сообщается следователю.

При подготовке и проведении опознания нужно учитывать ряд объек­тивных и субъективных факторов. К объективным относятся условия, при которых происходило восприятие, характеристика воспринимаемых объектов. Очевидно, что расстояние, условие освещения, продолжи­тельность наблюдения, время, прошедшее с момента восприятия до предъявления на опознание, могут оказать значительное воздействие на его результаты. Так, восприятие свидетелем преступника, находившего­ся от него на значительном удалении, ночью, на плохо освещенной улице, в течение очень непродолжительного времени уменьшает воз­можность его последующего опознания. Вот почему на допросе, пред­шествующем опознанию, необходимо выяснить, при каких условиях происходило восприятие.

Значительное влияние на опознание оказывает длительность первич­ного восприятия: видел преступника один раз в течение короткого отрезка времени, общался с ним более продолжительное время, видел его неоднократно. Если потерпевшие, свидетели хорошо знают преступ­ника, опознание не нужно вовсе.

В немалой степени психология опознания определяется особенностя­ми личности опознающего, его отношением к событию преступления и правонарушителю, психологическим состоянием, в котором он нахо­дится. Это может быть потрясение, гнев, отвращение, стыд, растерян­ность, ненависть и т. п. Эмоциональные переживания нередко сочета­ются с готовностью помочь следствию, в частности изобличить преступ­ника. Бывает, что опознающий боится мести преступника, его соучаст­ников, родственников, друзей.

Опознающий может испытывать жалость к преступнику (особенно несовершеннолетнему, престарелому) в связи с его арестом, осуждени­ем, суровым наказанием в случае изобличения. Возможно и опасение ошибки при опознании.

Сам процесс восприятия и последующие результаты опознания оп­ределяются и особенностями воспринимаемых объектов. Анализ следст­венной практики показывает, что чаще всего объектом опознания явля­ется человек. При этом он может восприниматься непосредственно или опосредованно, в целом или по отдельным признакам (например, сви­детель не видел преступника, а только слышал его голос). В ситуациях, связанных с совершением преступления, свидетели, потерпевшие вос­принимают обычно внешность преступника, его физические, возраст­ные, национальные особенности. При необходимости вспомнить и опи­сать воспринятое за основу берутся далеко не все, а лишь отдельные, так называемые опорные признаки: возраст, рост, телосложение, черты лица, движения, речь. На практике наблюдатель чаще всего запоминает форму лица, носа, величину и форму лба, бровей, рта, губ, подбородка, цвет глаз*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. Л., 1965, с. 63.

Нередко потерпевшие, свидетели воспринимают и запоминают пре­ступника по таким признакам его внешнего облика, как особенности одежды, прическа, украшения, которые, строго говоря, не относятся к физическим признакам человека.

При восприятии и последующем опознании наибольшую ценность имеет восприятие индивидуальных признаков человека, его особых при­мет. Так, сообщение на допросе о том, что преступник имеет на лице характерный шрам, будет способствовать его розыску и опознанию.

Психологическая характеристика предъявления для опознания осно­вана на анализе двух основных процессов: усвоение отличительных признаков определенного объекта и использование данных признаков для выделения этого объекта из других, ему подобных. Первый процесс психологи называют формирующим и относят его к стадии усвоения, второй — опознавательный — они относят к стадии распознавания*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Шехтер М.С. Некоторые теоретические вопросы психологии узнавания. Вопросы психологии. 1963, № 4.

Первая стадия в основном доследственная. Усвоение отличительных признаков завершается созданием мысленного образа человека или предмета, который лишь позднее будет представлять интерес для следст­вия. Вторая целиком входит в содержание рассматриваемого следствен­ного действия, но не исчерпывает его.

Действие указанных выше объективных и субъективных факторов весьма желательно выявлять еще перед допросом лица, которому впо­следствии предстоит участвовать в опознании, с тем чтобы все нежела­тельные воздействия указанных факторов были своевременно учтены следователем.

Восприятие, на основе которого строится в последующем опознание, зависит от самых различных личностных качеств. Так, возраст потерпев­шего, свидетеля способен оказать влияние на восприятие и оценку ими признаков другого лица. Несовершеннолетние и особенно малолетние вследствие недостаточного жизненного опыта многие признаки взрослого человека оценивают неверно. Например, ребенок любого взрослого чело­века считает высоким; молодые люди нередко людей, которые значитель­но старше их (на 20—25 лет), называют старыми. Напротив, пожилые люди зачастую преуменьшают возраст людей, которые их моложе. В пока­заниях пожилых лица 30—40 лет именуются «молодыми людьми»*.

_____________________________________________________________________________ *Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 102.

Говоря о возрасте, следует иметь в виду, что он по сравнению с дру­гими признаками внешности человека труднее поддается точному уста­новлению. Чем моложе человек, тем выше точность определения его возраста. Наибольшая точность достигается в тех случаях, когда опоз­наваемый не старше 25 лет. Впечатление о возрасте зависит от различ­ных обстоятельств. Так, ношение старомодных очков и одежды, бо­лезнь, усталость, плохое настроение как бы увеличивают возраст. На правильное определение возраста человека могут оказывать влияние такие психологические иллюзии, как контраст и подравнивание. Если очевидец воспринимает двух людей разного возраста, то в показаниях они, как правило, фигурируют как «старый» и "молодой", хотя дей­ствительная разница в возрасте может быть и незначительной. При восприятии группы лиц примерно одного возраста отдельные члены группы как бы подравниваются под средний возраст группы. Может происходить подравнивание возраста под оформление внешности. Од­нако действие иллюзии подравнивания имеет свои пределы, после кото­рых снова начинает действовать иллюзия контраста. Человек средних лет в группе пожилых людей будет восприниматься значительно моложе своего возраста. Ношение пожилым человеком одежды, характерной для молодых людей, будет еще больше подчеркивать его возраст*.

_____________________________________________________________________________ *Бурданова В.С., Быховский И.Е. Предъявление для опознания на предварительном следст­вии. М., 1975,с. 27.

Описание и оценка признаков другого человека обусловлены и ины­ми индивидуальными особенностями опознающих. Замечено, напри­мер, что люди невысокого роста обычно склонны преувеличивать рост других людей, и наоборот. Следственной практике известно много случаев, когда потерпевший или свидетель называли преступника высо­ким, в то время как он был среднего роста.

По этой же причине возникают отклонения при описании роста и телосложения нескольких участников расследуемого события. Если, предположим, грабителей было двое, из которых один худой, а другой средней комплекции, то второго зачастую называют толстым. Причем это происходит не только в силу стремления более ярко обозначить каждого, но и в силу известного явления контраста.

Одежда (расцветка, фасон) меняет впечатление о фигуре. Что же касается цветов, то обилие неточностей в этой части показаний давно уже привлекло внимание психологов.

Немаловажное значение при восприятии и опознании предмета име­ют возраст, жизненный и профессиональный опыт, интересы, знания опознающего. Дети обычно путано, с ошибками рассказывают о при­знаках одежды, не разбираются в названиях цветных тонов, не умеют определить размера, расстояния. Портной, как правило, сможет дать обстоятельную характеристику особенностей одежды наблюдаемого че­ловека; фотограф, художник — определить черты внешности; механик, водитель — марку, модель, другие данные автомашины и т. д.

Психологическими исследованиями установлено, что на качество и количество воспринимаемых, а затем используемых при опознании признаков существенное влияние оказывает общая социальная актив­ность личности, ее социальный опыт. Опознание, как и все мыслитель­ные задачи, зависит от интереса, проявляемой при этом психической активности. Однако возможность его реализации зависит, кроме того, от типа памяти, времени, прошедшего с момента восприятия объекта до момента его опознания.

В восприятии облика человека на первый план выступают те особенности его внешности, которые приобретают для воспринимающего наибольшее значение в данной ситуации, либо несут наиболее значимую информацию о свойствах, намерениях и действиях этого человека, либо по объективным причинам доминируют в его облике. В психологической литературе имеют­ся данные, подтверждающие, что наибольшую информативную нагрузку несут признаки внешности и их-то чаше всего выделяют, воссоздавая образ воспринятого человека. При словесном описании они выполняют роль ведущих признаков, с которыми связываются другие элементы внешности*.

_____________________________________________________________________________ *См.:Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. Л., 1965, с. 101 - 104.

Кроме статических признаков внешности, существуют динамические признаки, проявляющиеся в процессе жизнедеятельности людей, — особенности походки и речи. Они основаны на динамическом стереоти­пе и весьма индивидуальны. Тем не менее практика подтверждает воз­можность опознания людей по динамическим признакам.

Только при этом должна быть учтена и нейтрализована возможность сознательного изменения в момент опознания особенностей походки или речи. Опознаваемым нельзя сообщать, что их в этот момент на­блюдают или прослушивают.

В последние годы все большее значение криминалисты и психологи придают проблеме идентификации людей по речи. К числу индивиду­альных особенностей речи относятся характерная для данного человека ее скорость, длина фраз, типичные конструкции предложений, исполь­зование прилагательных, наклонений, глаголов, употребление жаргон­ных словечек, метафор, грамматические ошибки и оговорки, расстанов­ка ударений и т.д.

Поскольку характеризующая человека манера речи, а также его голос играют роль опознавательного признака, криминалисты с активным привлечением психологов, когда другие способы не эффективны, ис­пользуя технику, находят нужных людей «по голосу» и по «особенностям речи».

В Германии преступник, похитив семилетнего мальчика, позвонил его отцу и предложил выкупить сына. Отец поставил об этом в извест­ность полицию. Все его последующие телефонные разговоры с вымога­телем были записаны на магнитную пленку. Большая группа специ­алистов по научной фонетике и диалектам, ознакомившись с этими записями, единодушно пришла к выводу, что преступнику около 40 лет, что он не принадлежит к образованным слоям населения, что в его речи преобладает диалект Рейнско-Рурской области. По радио несколько раз передали магнитную запись речи преступника и обратились с призывом к населению помочь установить его личность. Чтобы внимание слуша­телей не отвлекалось содержанием разговора, а было приковано ис­ключительно к особенностям речи, криминалисты сделали монтаж, включивший в себя повторение одних и тех же фраз и оборотов. Шесть радиослушателей узнали голос и назвали имя человека, которому он принадлежит. Указанный человек действительно оказался искомым преступником*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Дело Тильмана. Вопросы криминалистики. 1963, № 6—7.

В изложенном примере внимание обращено на те или иные признаки голоса и речи. Поэтому незаменимой может оказаться фонотека голоса и речи, где должны быть также отражены особые приметы речи, голоса (картавость, заикание, шепелявость, акцент, употребление диалекти­змов, жаргонизмов и т. п.).

При описании не менее сложны жесты, мимика, походка. Отражая многие психологические особенности личности и прежде всего ее эмоционально-волевую сферу, род занятий, привычки, перенесенные болезни, они воспринимаются в комплексе со всеми другими призна­ками. На них нужно акцентировать внимание, объяснить их значение и разновидности. Например, походка может быть быстрой, подпрыгива­ющей, семенящей, с покачиванием туловища, с резким взмахом рук и пр.; поза выдает привычку держать руки за спиной, скрещивать их перед грудью, закладывать одну руку за борт пиджака и т. п.; при жестикуляции человек прижимает руку к груди при заверениях и обеща­ниях, разводит руки в стороны при удивлении и т. д.

В основе опознания лежит способность человека узнать в предъявлен­ном ему объекте тот объект, который воспринимался им ранее и запом­нился. Следовательно, для правильной оценки опознания важно знать психологический механизм процесса узнавания. Психологи различают два основных вида узнавания: симультанное (синтетическое) и сукцессивное (аналитическое)*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Шехтер М.С. Психологические проблемы узнавания. М., 1967, с. 47.

Симультанное узнавание — это узнавание сразу, в результате мгно­венного совпадения образа человека (предмета), находящегося в памяти узнающего, и объекта, наблюдаемого им в момент предъявления для опознания. Сукцессивное узнавание происходит постепенно, путем мысленного сравнения, отбора, сопоставления признаков объекта, запе­чатленных в памяти и воспринимаемых при опознании.

Имеются экспериментальные данные о том, что более надежным является первый вид. Если быстрого и автоматического узнавания не происходит, включается сознательное, осмысленное, припоминание и развернутое сопоставление примет, в итоге которого наступает сан­кция узнавания или неузнавания.

Интересно, что по некоторым данным при симультанном узнавании даже хорошо знакомого предмета опознающие в своих отчетах указыва­ют на те признаки, по которым фактически произведено опознание. Видимо, справедливо предположение Сеченова, что интересующий нас процесс подчас происходит в тайниках памяти, вне сознания, следова­тельно, без всякого участия ума и воли*.

_____________________________________________________________________________

* Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. С. 355—356.

Как правило, опознание проводится в служебном кабинете, достаточ­но просторном для размещения всех его участников. В случае если восприятие события преступления и личности преступника происходило в особых условиях, нужно для опознания создать такие условия. При этом следователь не имеет права допускать действий, унижающих честь и достоинство опознающего, опознаваемого, а также предъявляемых лиц, либо создавать ситуацию, угрожающую здоровью или жизни граж­дан*. Опознание надо проводить при хорошем освещении, чтобы опозна­ющий мог рассмотреть все признаки и детали предъявляемых объектов.

_____________________________________________________________________________

* Гинзбург А.Я. Тактика предъявления для опознания. М., 1971. С. 22.

Существенное значение имеет правильный подбор лиц, которые бу­дут предъявляться вместе с опознаваемым объектом. Объекты не долж­ны резко отличаться друг от друга внешними признаками. Вот как В.Л. Васильев говорит о деталях восприятия: «Среди них могут быть детали, бросающиеся в глаза каждому, например наголо остриженная голова у одного из лиц, предъявленных на опознание, могут быть и менее заметные: двухдневная щетина на щеках, отсутствие шнурков в ботинках, помятая одежда, отсутствие пояса в брюках и т. п. Указан­ные детали, как правило, свидетельствующие о нахождении лица в КИЗ, могут привести к тенденциозному восприятию образа и повлечь ошибки в опознании*.

_____________________________________________________________________________

* Васильев В.Л. Юридическая психология. Л., 1974, с. 66.

Психологические особенности имеет опознание трупа. Опознающи­ми в таких случаях являются родственники, близкие погибшего. Поэ­тому следователь должен проявлять необходимый такт. Следует иметь в виду, что под воздействием обстановки морга значительно ухудшаются условия восприятия, психофизиологические возможности опознающе­го, совершаются ошибки, особенно при совпадении некоторых общих признаков объекта опознания. Учитывая все это, желательно до начала следственного действия психологически подготовить опознающих, разъяснить им, как будет проходить опознание, постараться успокоить, помочь преодолеть страх.

При опознании следователь должен не только наблюдать за поведени­ем его участников, но и контролировать собственное поведение, чтобы соблюсти процессуальные и тактические правила опознания, исключить возможность оказания какого-либо недозволенного психологического воздействия на участников этого следственного действия. Для этого следователь тщательно отбирает слова, контролирует интонацию, жес­ты, мимику.

Проверка правильности опознания осуществляется путем сопоставле­ния словесного описания объекта опознающим при допросе и при опознании, путем анализа поведения опознающего в ходе опознания. При оценке результатов этого следственного действия важно учитывать, что словесная реакция участников может расходиться с их поведением. Сопоставление этих элементов, анализ их является обязательным в про­цессе оценки.

§ 8. Психология следственного эксперимента

Следственный эксперимент — это самостоятельное процессуальное действие, направленное на проверку имеющихся и получение новых доказательств. Содержанием его является производство различных опы­тов с целью установления возможности какого-либо события, действия или явления в определенной обстановке и при известных условиях.

Сущностью следственного эксперимента является производство опытных действий, с помощью которых проверяется возможность суще­ствования в прошлом каких-либо событий, явлений, имеющих значение для установления истины по делу.

Следственный эксперимент является сильным средством психологи­ческого воздействия на его участников, поскольку его результаты неред­ко наглядно свидетельствуют о возможности или невозможности оп­ределенного явления, события, а опровергнуть их подозреваемому, об­виняемому бывает довольно трудно. Так, обвиняемый в краже из мага­зина путем проникновения в помещение через форточку заявил на допросе, что совершил это преступление в одиночку, без соучастников. Был проведен следственный эксперимент. Все попытки обвиняемого проникнуть таким способом в помещение оказались безуспешными, причем это было очевидно для всех участников следственного экспери­мента. Обвиняемый вынужден был признаться, что у него имелся со­участник — несовершеннолетний, который по его просьбе проник через форточку в магазин и изнутри открыл ему дверь.

Важен подбор участников следственного эксперимента. К проведе­нию экспериментов обычно привлекается значительный круг лиц. Кро­ме следователя и понятых, в экспериментах могут принять участие: обвиняемый, потерпевший, свидетель, специалисты различных отрас­лей знания, а также технический персонал, помогающий практически выполнить те или иные опытные действия.

Недопустимо в ходе эксперимента воспроизводить само событие пре­ступления. Также нельзя при подготовке следственного эксперимента и его проведении допускать действия, унижающие честь и достоинство его участников, назначать следственный эксперимент с участием потер­певшей по делу об изнасиловании.

По своему содержанию большинство видов следственного экспери­мента представляют исследование и оценку тех или иных возможностей человека: восприятие какого-либо события, факта при определенных условиях (увидеть объекты, услышать голос человека, почувствовать запах и т. п.); совершение тех или иных действий (проникновение через отверстие и т. п.). Проверяются также умения, навыки (изготовить клише, поддельную печать, открыть замок определенным способом и т. д.). При определении условий следственного эксперимента и оцен­ке полученных результатов надо исходить из знания психофизиологи­ческих особенностей человека.

Немаловажен вопрос о возможности проведения следственного экс­перимента. Следователю необходимо обеспечить; 1) воссоздание мате­риальной обстановки, максимально сходной с той, в которой проис­ходили проверяемые действия или события; 2) воспроизведение субъек­тивных психофизиологических факторов; 3) моделирование самих опытных действий.

Если в обычной жизни человек действует, как правило, непроизволь­но, то в условиях следственного эксперимента у него появляется состоя­ние психологической готовности, которое также мобилизует его психи­ческие процессы, увеличивает сосредоточенность; он предпринимает волевые усилия, чтобы лучше увидеть, услышать, запомнить. В обычной ситуации человек, погруженный в свои мысли, переживания, может не слышать какой-либо звук, разговор, не обратить внимания на проис­ходящие события, не заметить каких-либо изменений в обстановке.

С другой стороны, в необычной ситуации преступления, испытывая сильное душевное волнение, потрясение, страх, человек в состоянии действовать так, как он не сможет в обстановке следственного экспери­мента. Так, убегая с места происшествия, преступник может перепрыг­нуть через широкий ров, преодолеть высокий забор, но не сумеет повторить эти действия в процессе следственного эксперимента.

Обвиняемый, а иногда и потерпевший при наличии у них определен­ной заинтересованности могут дать согласие на участие в следственном эксперименте, однако постараются не проявить свои знания, навыки, умения; скрыть возможность правильного восприятия каких-либо явле­ний. Полученный в ходе таких опытов результат не будет способствовать установлению истины по делу. Нужно очень осторожно подходить к оценке результатов следственного эксперимента. Это, однако, не означает, что в ходе следственного эксперимента не могут быть получе­ны данные, правильно отражающие реально существовавшие явления.

Следственным экспериментом руководит следователь. Именно он принимает решение о проведении следственного эксперимента, вы­двигает версии, гипотезы, определяет условия проведения, круг участ­ников, содержание, последовательность опытов, оценивает полученные результаты и т. д. Однако это не означает, что следователь должен принимать непосредственное участие в опытных действиях, находиться на всех участках.

При наборе понятых следователь исходит из сложности опытов, оцен­ки получаемых результатов. В случае необходимости могут приглашаться понятые, обладающие определенными профессиональными знани­ями, физическими данными. Психологического подхода требует реше­ние вопроса о приглашении для участия в следственном эксперименте подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля.

Следователь по прибытии на место эксперимента выполняет органи­зационную работу: размешает участников, распределяет между ними функции, задания, создает условия, максимально сходные с теми, в ко­торых происходили проверяемые события, и т. п. Проведение экспери­мента на том же месте позволяет смоделировать ситуацию с большей степенью достоверности. Кроме того, проведение следственного экспе­римента на том же самом месте способствует оживлению ассоциатив­ных связей, лучшему припоминанию существенных обстоятельств со­бытия преступления*.

_____________________________________________________________________________

* Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 118.

Эксперимент проводят иногда и вне места события (например, если надо проверить профессиональные знания и умения обвиняемого). Мо­делирование материальных факторов допускает использование как под­линных, так и сходных с ними орудий, предметов, материалов. Следует учитывать, что использование подлинных объектов оказывает более сильное психологическое воздействие на участников эксперимента, делает полученные результаты более убедительными. Важны и условия, при которых проводится эксперимент (время года, суток, освещенность, наличие осадков и т. д.).

В самом начале эксперимента надо еще раз проверить меры безопас­ности. а затем напомнить всем участникам следственного эксперимента их задачи, последовательность и содержание опытных действий.

В условиях эксперимента участники этого следственного действия находятся в сложном психологическом состоянии, что существенно влияет на характер их действий, речь, голос. Обстановка следственного действия, особая значимость ситуации, присутствие кроме следователя еще и ряда других лиц вызывает порой у участника эксперимента напряженное состояние, весьма отличное от того, в котором находился тот же человек в момент происшествия. Подъем, испытанный во время действительного события, может смениться подавленным состоянием, или, наоборот, вместо растерянности наступит нервное возбуждение*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 268.

Главным в следственном эксперименте является проведение опытов и правильная оценка полученных результатов. Задача следователя — организовать производство опытов, осуществлять контроль за ними, фиксировать ход эксперимента, оценивать получаемые результаты. Сле­дователь определяет количество опытов, их содержание, при необходимости повторяет опыты. Опыты, как правило, проводятся многократно. Неоднократное повторение одних и тех же опытов в процессе одного следственного эксперимента позволяет более тщательно изучить ис­следуемое явление, убедиться в том, что полученные результаты не являются случайными и что они достоверны*. Дублирующие опытные действия должны быть повторены столько раз, сколько необходимо, чтобы исключить возможность случайных результатов, доказать их зако­номерность. Многократность — первый принцип следственного экспе­римента.

_____________________________________________________________________________

* Белкин Р.С. Теория и практика следственного эксперимента. М., 1959. с. 99.

Второй принцип — вариативность, т. е. осуществление каждого по­следующего опыта в несколько измененных условиях. Так, при проверке возможности свидетеля услышать и понять содержание разговора, про­исходящего в соседней комнате, обвиняемому предлагают говорить обычным голосом, громко, тихо, при плотно закрытой двери между комнатами, полузакрытой, открытой, расположив свидетеля близко к двери, посредине комнаты, в ее противоположной части и т. п. Такая смена вариантов опытных действий позволит выяснить объективно су­ществующую возможность свидетеля услышать разговор.

Вариативность может быть связана и с изменением психологического состояния испытуемых. Различные варианты опытов могут быть следст­вием изменения темпа, скорости выполнения опытных действий или их отдельных элементов*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 269.

Диагностические эксперименты целесообразно проводить с участием и при консультации психолога, который поможет следователю учесть все многообразие психических явлений, способных оказать влияние на результаты опытов.

§ 9. Психологические основы назначения судебных экспертиз.
Судебно-психологическая экспертиза

Закон определяет, что проведение экспертизы обязательно: 1) для установления причин смерти и характера телесных повреждений; 2) для определения психического состояния обвиняемого или подозреваемого в тех случаях, когда возникает сомнение по поводу их вменяемости или способности к моменту производства по делу отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими: 3) для определения психического или физического состояния свидетеля или потерпевшего в случаях, когда возникает сомнение в их способности правильно воспринимать обсто­ятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания; 4) для установления возраста обвиняемого, подозреваемого и потерпевшего в тех случаях, когда это имеет значение для дела, а документы о возрасте отсутствуют.

В законе говорится об обязанности назначения следующих видов судебной экспертизы: судебно-медицинской, судебно-психиатричес­кой, судебно-психологической или комплексной экспертизы с привле­чением соответствующих специалистов: медика, психолога, психиатра.

В основе деятельности следователя по назначению экспертизы лежит организаторская работа (подбор объектов для исследования, выбор экс­пертного учреждения и т. д.). Решение вопроса о назначении экспер­тизы в большинстве случаев зависит от усмотрения самого следователя, относится к его компетенции. Отказ от проведения судебной экспер­тизы, в то время когда она объективно необходима, может привести к невосполнимой утрате доказательств, к тому, что преступление не будет раскрыто, виновные лица уйдут от наказания.

Следователь не должен во всех ситуациях предварительного расследо­вания ограничиваться назначением традиционных, всем известных экс­пертиз. Знание возможностей современной науки, техники, творческий подход позволяют следователю использовать все новые области специ­альных знаний. Так, следователь обнаружил на месте происшествия палку, а во дворе дома, где жил подозреваемый, — дерево, у которого обломана ветка. Эксперт-дендрохронолог установил, что палка с места происшествия была когда-то этой самой веткой.

Специальные знания необходимы следователю и для понимания за­ключения эксперта, сделанных им выводов, оценки методов исследова­ния. По наиболее сложным уголовным делам целесообразно предвари­тельно проконсультироваться с экспертом, обсудив, какие материалы, объекты требуется представить для исследования, как лучше сформули­ровать вопросы в постановлении о назначении экспертизы.

В ходе назначения и производства судебной экспертизы сущест­венную роль играют психологические взаимоотношения между следо­вателем и экспертом. Во взаимоотношениях следователя и эксперта должны царить уважение, деловое сотрудничество, доверие. В случае необходимости следователь может указать эксперту на его ошибки, например попытки решать вопросы правового характера, выходить за пределы своей компетенции.

Если нет возможности провести экспертизу в стенах государственного экспертного учреждения, следователь сам ведет поиск как учреждения, так и эксперта. Решающими критериями выбора являются компетент­ность, объективность, незаинтересованность в исходе дела.

Недопустимо какое бы то ни было психологическое воздействие на эксперта. Анализ следственной практики, интервьюирование следова­телей и экспертов показывают, что формами воздействия следователя могут быть: 1) навязывание эксперту собственного мнения; 2) психоло­гическое давление с использованием служебного положения; 3) требо­вание ради сокращения сроков экспертного исследования применить более простой метод и т. п.

Назначение судебной экспертизы, ее результаты оказывают сильное психологическое воздействие на обвиняемого. Вследствие этого он не­редко начинает давать правдивые показания. У И., обвиняемого в убий­стве, была изъята одежда со следами крови. И. стал проявлять лихора­дочный интерес к вопросу, может ли экспертиза отличить кровь челове­ка от крови животного. Узнав об этом, следователь при ознакомлении обвиняемого с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы подробно рассказал И. о ее возможностях. Не дожидаясь заключения эксперта, обвиняемый сознался в убийстве.

Для обеспечения процессуальных прав обвиняемого, поддержания оптимальной психологической атмосферы следователь должен растол­ковать обвиняемому причину назначения экспертизы, содержание экс­пертного исследования, доказательственную силу заключения. Все обо­снованные ходатайства обвиняемого, связанные с назначением экспер­тизы, нужно удовлетворить.

Познавательную сложность представляет оценка следователем заклю­чения экспертизы. Для того чтобы судить о достоверности, обоснован­ности и убедительности выводов эксперта, следователь должен хорошо представлять возможности соответствующих отраслей науки, техники, искусства, ремесла, знать сущность специальных методик и т. д.

Судебно-психологическая экспертиза . Применение психологических знаний способствует правильному решению задач раскрытия и рас­следования преступлений и перевоспитания лиц, совершивших пре­ступления. Судебно-психологические знания в правоохранительной де­ятельности применяются по-разному, в первую очередь непосредст­венно работниками органов предварительного следствия, обеспечивая правильную диагностику личности, индивидуальный подход к человеку, выбор и применение наиболее соответствующих ситуациям тактических приемов и решений.

Анализ следственной практики свидетельствует, что необходимость проведения судебно-психологической экспертизы чаще всего возникает при расследовании преступлений против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, против личной собственности граждан, против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населе­ния, а также преступлений несовершеннолетних.

Предметом психологической экспертизы является не установление достоверности показаний обвиняемых, подсудимых, свидетелей и по­терпевших, а выяснение возможности допрашиваемого липа в силу индивидуальных особенностей протекания психических процессов адекватно воспринять, сохранить в памяти и воспроизвести сведения о фактах, подлежащих доказыванию. Необходимость применения пси­хологических знаний возникает в процессе предварительного следствия довольно часто, и проведения судебно-психологической экспертизы становятся все более актуальными*, а следственные работники все чаще используют этот вид экспертных исследований.

_____________________________________________________________________________

* См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей; Миньковский Г.М. Особенности расследования и судебного разбирательства дел о несовершеннолетних. М., 1959; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград, 1983; Коченов М.М. Комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. Вопросы борьбы с преступностью. Вып.29. М. 1978.

При появлении у следователя сомнений в возможности свидетеля, потерпевшего, обвиняемого правильно воспринять определенные обсто­ятельства и дать об этом показания и назначается судебно-психологи­ческая экспертиза. Объектом экспертизы в таких случаях обычно бывает несовершеннолетнее лицо. На содержание их показаний могли повлиять фантазия, воображение, внушающее воздействие со стороны других лиц.

Естественно, что без участия психолога следователь и суд не в состоя­нии определить, насколько сказались те или иные возрастные особен­ности на имеющей уголовно-правовое значение деятельности несовер­шеннолетнего или подростка.

К компетенции эксперта-психолога относится определение аффек­тивных состояний, которые, если они вызваны неправомерными дей­ствиями потерпевшего, либо являются смягчающим ответственность обстоятельством, либо обусловливают привилегированную квалифи­кацию отдельных составов преступлений. Исследования интенсивнос­ти, длительности и механизма экспертизы обеспечивают научную обо­снованность и достоверность выводов предварительного следствия.

К компетенции судебно-психологической экспертизы относится ис­следование и других состояний, которые обусловили особый характер поведения человека в момент совершения преступления. К числу их кроме аффекта может быть отнесено состояние переутомления, силь­ного страха, большого горя, депрессии и т. п. В частности, у следователя могут возникнуть сомнения в уровне умственного развития человека и в том, может ли он сознавать значение своих действий.

Наибольшая потребность в помощи эксперта-психолога возникает при расследовании таких опасных преступлений, как убийства, изнаси­лования. Так, например, одним из признаков изнасилования, предус­мотренных законом, является использование преступником беспомощ­ного состояния потерпевшей. Следственной практике известно немало случаев, когда в действиях потерпевшей не было явных признаков сопротивления, потерпевшая вела себя пассивно. В подобного рода ситуациях и назначается судебно-психологическая экспертиза.

Поздно вечером на улице Н., находившийся в нетрезвом состоянии встретил 15-летнюю И., достал из кармана нож и, угрожая им, заставил ее следовать за собой. По дороге, когда появлялись встречные прохожие, Н. вновь доставал нож и угрожал потерпевшей убийством, если она по­пробует позвать на помощь. Обвиняемый привел И. к себе домой, где находились его отец и мать. Он пригрозил И., что любая попытка с ее стороны обратиться к ним «кончится для нее плохо». Он провел И. в свою комнату, усадил на диван, пошел на кухню, приготовил чай и напоил им потерпевшую. Только после этого он совершил с И. насильственный половой акт. И. в течение нескольких часов находилась в доме обвиняе­мого, никакого активного сопротивления ему не оказывала, за помощью не обращалась. Следователь назначил судебно-психологическую экспер­тизу, поставив на ее разрешение следующий вопрос: «Если учесть инди­видуально-психологические особенности И., эмоциональное состояние во время совершения с ней указанных действий, содержание сложившей­ся ситуации, могла ли она оказать сопротивление обвиняемому?» В рас­поряжение эксперта-психолога были предоставлены материалы уголов­ного дела, содержащие, в частности, показания родителей, учителей, школьных подруг потерпевшей, характеристики. Он также беседовал с ее родителями, учителями. В экспертном заключении говорилось, что сло­жившуюся ситуацию несовершеннолетняя потерпевшая воспринимала как реальную угрозу для своей жизни. Недостаток жизненного опыта, несложившийся характер, пассивность, ослабленность волевых процес­сов, недостаточно развитые самостоятельность и активность мышления, состояние очень сильного испуга и растерянности — все это еще более усугубляло для потерпевшей сложившуюся ситуацию, делало для нее невозможным активное сопротивление. С учетом индивидуально-психо­логических особенностей И., ее эмоционального состояния во время совершаемых с нею действий и сложившейся ситуации эксперты дали ответ: она не могла оказать сопротивления.

В постановлении о судебно-психологической экспертизе по делам об изнасилованиях обычно ставятся следующие вопросы: способность по­терпевшей понимать характер и значение совершаемых с ней действий, способность оказывать сопротивление; психологический механизм сек­суального общения, приводящего к изнасилованию. Эксперт-психолог выявляет устойчивость виктимной деформации личности потерпевшей, особенности ее ценностно-личностных ориентации и установок.

При назначении судебно-психологической экспертизы в большинст­ве мест следователи сталкиваются со значительными организационны­ми трудностями. В настоящее время у нас нет экспертных учреждений, которые могли бы проводить судебно-психологические экспертизы. В крупных научных центрах (Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, Екатеринбург, Ярославль и др.) производство экспертизы можно поручать научно-исследовательским лабораториям психологических факультетов университетов, психологическим отделам и лабораториям некоторых научно-исследовательских институтов. В других областных центрах производство психологической экспертизы целесообразно поручать наиболее квалифицированным сотрудникам кафедр психологии и педа­гогики педагогических вузов. Эти люди должны быть хорошо знакомы с методами экспериментально-психологических исследований.

Экспертное разрешение психологических вопросов, возникающих в следственной и судебной практике, предъявляет к эксперту-психологу много дополнительных требований: он должен знать процессуальный за­кон в части проведения процедуры экспертного исследования, специфи­ческие условия предварительного следствия и судебного разбирательства.

Результаты судебно-психологической экспертизы оформляются в соот­ветствии с существующими правилами в виде письменного заключения.

§ 10. Психология проверки показаний на месте

За последние годы особенно в следственной практике утвердилось специфическое следственное действие — проверка показаний выходом на место. Анализ практики свидетельствует о распространенности и в целом высокой эффективности этого следственного действия. Про­верка показаний на месте является сложноструктурным следственным действием, включающим в себя элементы ряда других: осмотра места происшествия, допроса, следственного эксперимента и в основном со­четает в себе психологические особенности этих следственных дей­ствий.

Главная цель воспроизведения показаний на месте — получить до­полнительную информацию по отношению к той, которая уже была получена в ходе допроса лица, показания которого подлежат воспроиз­ведению. При проверке показания на месте у допрашиваемого лица путем ассоциативных связей улучшается память. На месте прошествия, находясь среди вещей и предметов, о которых во время допроса говори­лось лишь по памяти, человек может вспомнить такие факты, о которых в кабинете следователя он просто забыл сказать.

Следователь в ходе воспроизведения показаний на месте может полу­чить информацию значительно большую, нежели при допросе, потому что он не только слушает, но видит и сравнивает. От восприятия информации на уровне символа-слова следователь в ходе проверки показаний на месте переходит к восприятию информации на уровне конкретных образов. Это позволяет ему более глубоко и всесторонне воспринимать и осмысливать исследуемое событие.

Целями воспроизведения показаний на месте могут быть: 1) получе­ние новых доказательств по делу (например, обвиняемый покажет место захоронения трупа, тайник с похищенными ценностями и т. д.); 2) про­верка уже существующих доказательств, установление конкретных при­чин и условий, способствующих совершению преступления. Лицами, чьи показания проверяются на месте, могут быть потерпевшие, свиде­тели, подозреваемые и обвиняемые.

Чаще всего встречаются следующие основания для проведения про­верки показаний на месте.

1. Необходимость обнаружения места происшествия.

К следователю обратилась гражданка, которая заявила, что, гуляя по лесу, случайно обнаружила труп человека с признаками насиль­ственной смерти. Она не в состоянии объяснить, как найти это место, но с уверенностью заявила, что может показать, где оно находится.

2. Необходимость установления пути следования.

Шофер Успенский, экспедитор Ильинский и грузчик Хрущев, похи­тив значительное количество фруктов, продавали их гражданам прямо с машины. Для установления свидетелей — покупателей фруктов необ­ходимо узнать, по каким улицам проезжала автомашина и где останав­ливалась. Шофер Успенский, признавшись в совершении преступле­ния, согласился показать тот маршрут, по которому они ехали с похи­щенными фруктами.

3. Установление местонахождения имеющих значение для следствия предметов.

Обвиняемый согласился показать то место, куда выбросил нож после нанесения телесного повреждения, другой обвиняемый высказал наме­рение показать место, где он спрятал похищенные ценности.

4. Установление неизвестных следствию лиц.

Взяткодатель К., плотник по профессии, признал, что за получение жилья передал должностному лицу взятку. По словам К., деньги он передал не непосредственно должностному лицу, а через посредника «дядю Петю», фамилии и адреса которого он не знает. На вопрос следователя: каким образом можно установить дядю Петю — К. заявил, что может показать одноэтажный дом, в котором он проживает. Знает он этот дом потому, что перестилал в нем полы.

5. Установление и уточнение отдельных обстоятельств происшествия.

Здесь речь идет о различных обстоятельствах, деталях, которые могут быть установлены при проверке показаний на месте в ходе сопоставле­ния показаний обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего или свиде­теля с объективной обстановкой на местности или в помещении.

6. Установление обстоятельств, способствующих совершению преступ­ления.

Следователем был задан вопрос обвиняемому: «Каким образом удава­лось выносить с территории завода дефицитные детали?», на который он ответил, что перед ал их через плохо прибитую в заборе доску, которая легко отходит в сторону. Следователь предложил обвиняемому показать это место в заборе, и обвиняемый согласился.

7. Установление осведомленности лица, чьи показания проверяются, относительно

места происшествия, отдельных объектов или маршрута.

Здесь возможны различные варианты. Лицо, чьи показания проверя­ются, указывает, где спрятаны похищенные ценности, где находятся выброшенные орудия преступления, расположены следы - результаты его действий.

Четверо рыбаков заявили, что дали взятку инспектору рыбоохраны. По их словам, передача денег имела место на углу Тверской и Красной улиц. Следователь провел проверку показаний на месте с каждым из заявителей в отдельности, предложив каждому точно указать то место, где были переданы деньги. В результате оказалось, что заявители ука­зали различные углы, образующиеся при пересечении Тверской и Крас­ной улиц. Так был разоблачен сговор, преследовавший целью оклеве­тать честного работника рыбоохраны*.

_____________________________________________________________________________

* См.: Васильев В. Л. Юридическая психологии. С. 380—382.

Известны случаи, когда обвиняемые ложно соглашаются показать место, где ими было совершено преступление, где спрятаны ценности и т. д. В действительности же они выводят следователя и других лиц в такие места, где заведомо ничего нет и не было. Цель подобного согласия на участие в выходе на место заключается в том, что обвиня­емый стремится создать основу для отказа в суде от своих показаний на предварительном следствии. Будучи вынужденным в процессе предва­рительного следствия признать определенные факты под воздействием собранных доказательств, обвиняемый иногда стремится активно про­тиводействовать процессу дальнейшего собирания доказательств, что, по его мнению, может привести к еще большему разоблачению его преступной деятельности. Его признание части преступной деятельнос­ти и направлено на прекращение дальнейших поисков доказательств. Выход на место в подобных случаях рассматривается им как такое действие, которое одновременно подтверждает его признание и этим самым содействует прекращению процесса активных поисков доказа­тельств и в то же время, поскольку выход на место был осуществлен в соответствии с его ложными показаниями, создает ему базу для последующего отказа от показаний в суде.

Изменение цели может произойти и в ходе самого следственного действия. Обвиняемый по тем или иным причинам уже на месте может отказаться от имеющегося у него желания показать место сокрытия ценностей, трупа и т. д., и в связи с этим он будет указывать место, где заведомо ничего не спрятано. Для своевременного разоблачения подо­бных попыток у обвиняемого надо все время внимательно следить за его поведением. Это поможет следователю выявить изменение в отношении обвиняемого к данному следственному действию, принять соответству­ющие меры для изменения его отношения, а в некоторых случаях позволяет даже разгадать, где действительно находится место сокрытия ценностей, которое обвиняемый уже в ходе следственного действия решил скрыть.

Так, например, Н., обвиняемый в убийстве жены, на допросе признал себя виновным в совершении преступления, будучи убежденным, что труп уже найден следователем. После полученного признания с обвиня­емым решено было провести следственное действие по выходу на место преступления, для того чтобы он показал место, где зарыл труп. Далее события описываются следующим образом: «Яков уверенно шел по лесу и, выведя нас прямо к полузасыпанной траншее, вдруг остановился и удивленно посмотрел на меня: траншея была завалена льдом и снегом, и было видно, что никто здесь труп не отыскивал. Яков понял, что труп его жены не найден и признался он преждевременно. Надо отдать должное, что он мгновенно оценил ситуацию и двинулся дальше по траншее. Но его остановка и замешательство не ускользнули от нашего внимания...»* Труп был найден в том месте, где обвиняемый сделал невольную остановку.

_____________________________________________________________________________

* См.: Следственная практика. М., 1964, вып. 68, с. 120.

Успешное воспроизведение показаний на месте требует от следова­теля организаторских способностей. Он должен руководить одновре­менно большой группой людей (специалисты, понятые, конвой и др.), воспринимать значительное количество информации, анализировать ее, направлять ход следственного действия, а также достаточно полно за­фиксировать всю собранную информацию.

При подготовке к проверке показаний на месте следует учитывать ряд организационных моментов, имеющих психологический аспект. В пер­вую очередь нужно правильно выбрать время воспроизведения показа­ний. Обвиняемого после дачи им правдивых показаний следует готовить к выезду на место происшествия, промедление в несколько дней, а тем более недель может привести к утрате психологического контакта с об­виняемым, к изменению им своей позиции. Следователю нужно хорошо изучить психологию центральной фигуры этого следственного действия — лица, чьи показания проверяются. Это поможет в налаживании необходимого психологического контакта, даст возможность избежать ненужных конфликтов и получить в ходе проверки максимум необ­ходимых доказательств.

Существенное значение при проверке показаний на месте имеет надлежащий психологический контакт с обвиняемым и подозревае­мым, которым нужно разъяснить, что участие в проверке направлено не на ухудшение его положения, а на то, чтобы все обстоятельства дела были установлены с максимальной точностью, что даст возможность по справедливости разрешить уголовное дело. В разговорах с подо­зреваемым или обвиняемым следует подчеркнуть, что проверка даст возможность отмести ложные обвинения, которые кто-либо возводит на него.

Не должен забывать следователь и об отрицательном влиянии, ко­торое оказывают подчас на позицию лица, чьи показания подлежат проверке, окружающие лица.

Неразумно конфликтовать с обвиняемым по мелким несущественным деталям, с которыми можно разобраться потом, в ходе очередного допроса.

В ходе самой проверки необходимо сократить до минимума отвлека­ющие моменты (наличие посторонних лиц, возможно, знакомых или родственников, ненужная для данного действия аппаратура и т. д.).

Проверка показаний на месте требует также серьезной подготовки всех остальных участников (понятых, специалистов, работников орга­нов дознания). Они должны не только хорошо знать свои процессуаль­ные права и обязанности, но и быть готовы к любым ситуациям. Если речь идет о подозреваемом, обвиняемом, участники проверки должны быть предупреждены о недопустимости проявления вовне чувств пре­зрения, негодования, жалости и т. д., ибо одно неосторожно брошенное слово может моментально разрушить атмосферу доверия к следователю и сделать невозможным дальнейшее проведение следственного дей­ствия.

После совершения преступления на данном участке местности могли произойти существенные изменения (снесен старый или построен но­вый дом, вырублен участок леса, проведена шоссейная дорога и т. п.). Эти обстоятельства, если их не учитывать, могут привести к проти­воречиям между прежними и теперешними показаниями обвиняемого и затруднить узнавание обвиняемым искомых объектов. В этом случае очень важно, не торопясь, принять все возможные меры для того, чтобы оживить у допрашиваемого ассоциативные связи, помочь ему вспом­нить те или иные обстоятельства, детали, которые дадут возможность правильно оценить результаты проверки.

Существенное психологическое значение имеют объяснения обвиня­емого с так называемым «упреждением»; обвиняемый до прихода на место происшествия должен рассказать участникам проверки показа­ний, как оно выглядит; до входа в помещение, где происходили интере­сующие следствие события, описать запомнившуюся ему обстановку этого помещения и т.д.*. Такой показ с «упреждением» оказывает в случае его подтверждения очень сильное психологическое воздействие как на понятых, так и на самого обвиняемого, препятствуя отказу впоследствии от правдивых показаний.

_____________________________________________________________________________

* См.: Закатов А.А., Оропай Ю.Н. Использование научно-технических средств и специальных знаний в расследовании преступлений. Киев, 1960, с. 71.

Психологическое значение имеет и фиксация хода и результатов проверки показаний на месте. Важно, чтобы протокол ясно, логично последовательно отражал весь путь следования обвиняемого, характер его действий, содержание высказываний и объяснений. Не менее важ­ный психологический аспект имеют изобразительные средства фик­сации - фотосъемка, киносъемка, видеозапись. Они должны отражать основные этапы проверки показаний на месте, действия обвиняемого в пути следования, при поиске, обнаружении, показе, демонстрации искомых объектов.

Глава XIII

Психология судебной деятельности (при рассмотрении уголовных дел)

§ 1. Психологическая структура судебной деятельности

Психологическая структура судебной деятельности складывается из 1) познавательной, 2) конструктивной и 3) воспитательной деятельнос­ти суда. Однако если на предварительном следствии основной является познавательная деятельность, то в суде основной, определяющей стано­вится конструктивная деятельность. Именно суд призван решить дело по существу — это его основная и исключительная функция.

Но так как конструктивная деятельность может реализоваться только после осуществления познания, на базе собранной, всесторонне оце­ненной и проверенной информации, изложение психологической структуры в суде целесообразно также начать с рассмотрения особен­ностей познавательной деятельности. Основная цель ее в суде — это накопление необходимой информации для осуществления конструктив­ной деятельности — вынесения приговора.

Особенность познавательной деятельности в суде прежде всего за­ключается в том, что материалы предварительного расследования всегда дают ему уже готовую модель подлежащего исследованию события, действий и взаимоотношений в том виде, в каком представляются они в результате завершения расследования. Предварительное следствие бе­рет на себя всю поисковую часть познавательной деятельности, произ­водит отбор и систематизацию информации, что существенно облегчает познание судом обстоятельств дела.

Вся необходимая информация уже предварительно собрана, упорядо­чена и сконцентрирована таким образом, чтобы существенно облегчить деятельность суда первоначально по восприятию уже собранной инфор­мации, а затем и по ее исследованию. Наличие уже восстановленной модели события в материалах предварительного следствия существенно облегчает познание всех фактов, их всестороннее исследование. Однако эта модель всегда должна восприниматься судом только как вероятная истина, которая обязательно подлежит проверке и исследованию ее судом в каждом отдельной элементе. Судебное исследование обсто­ятельств дела является самостоятельным важнейшим элементом осу­ществления правосудия, производится с полным соблюдением принципов гласности, устности, непосредственности судебного разбира­тельства.

То же самое следует сказать и о поисковом элементе познавательной деятельности. Хотя эта часть работы и должна быть выполнена на предварительном следствии, суд не лишается права и даже обязан в со­ответствии с процессуальным законом в необходимых случаях истребо­вать новые документы, вызвать ранее не допрошенных свидетелей и т. д.

Особенность познавательной деятельности суда заключается в том, что процесс опосредованного познания фактов здесь занимает еще большее место, чем в деятельности следователя. Это определяется еще большим удалением суда по времени от совершения преступления, особыми процессуальными условиями его деятельности, восприятием многих фактов через восприятие следователя. Это приводит к необ­ходимости еще на предварительном следствии принимать меры к тому, чтобы полнее закрепить воспринятое и тем самым существенно облег­чить познание фактов судом, построение мысленных моделей исследу­емого события. Если в работе следователя при установлении и выявле­нии фактов возможна (а иногда даже необходима) исключительная эмоциональная психическая напряженность, то в работе судьи такая эмоциональная напряженность является только отрицательным момен­том и может помешать объективному и спокойному разбору.

Краткость времени восприятия информации в суде приводит к необ­ходимости особой дисциплины мыслительной деятельности. Это дос­тигается строгим контролем за воспринимаемой информацией. Этой же цели служит и процессуальный принцип непрерывности судебного раз­бирательства. В случае отсутствия надлежащего контроля поток инфор­мации может стать таким, что судьи не будут успевать ее переработать, а это приводит к тому, что какие-то факты они вообще не воспримут, воспримут не полностью или ошибочно. Особенно это будет касаться рассмотрения уголовных дел судом присяжных. В соответствии с этим познавательная деятельность судьи и членов суда присяжных должна быть более равномерной в распределении психических и физических сил. При наличии значительно меньшего времени для восприятия всей необходимой информации в суде все же создаются условия, при кото­рых имеется большая возможность регулировать порядок ее поступле­ния, скорость. Суд сам определяет порядок восприятия информации (последовательность допроса свидетелей и обвиняемых), скорость по­ступления этой информации, наконец условия, восприятия информа­ции (через определенные периоды объявляется перерыв в ходе судеб­ного заседания).

В ходе судебного заседания процесс познания включает в себя и срав­нительное исследование модели события и конкретного закона, В ма­териалах следствия уже имеется указание на определенную норму уголовного закона, которой, по мнению следователя, соответствует данное событие, деятельность, поведение. Однако суд имеет возможность тща­тельно проверить правильность проведенного предварительного рассле­дования. В уголовном процессе суд обязан вновь воспроизвести и сопо­ставить события преступления со всеми иными сходными нормами закона. Мысленное сравнение обстоятельств дела с различными норма­ми закона обязательно на всем протяжении деятельности суда при рассмотрении дела, но этот процесс окончательно должен быть завер­шен в совещательной комнате.

Следует отметить, что сложность познания в суде обуславливается и тем обстоятельством, что в одно и то же время суду в заседании необходимо воспринимать факты и источники, доказанные на следст­вии, получать новые факты, оценивать факты и источники фактов, сопоставлять факты по времени и месту совершения преступления, внутренне подготавливать себя к предстоящей основной конструктив­ной деятельности — вынесению приговора. Эта мыслительная деятель­ность постоянно еще усложняется необходимостью принятия частных определений по той или иной совокупности фактов. Так, суду бывает необходимо выносить определения по поводу заявленных ходатайств о вызове дополнительных свидетелей, истребовании документов, прове­дении экспертиз и т. п.

Многообразие психических отношений, их острота приводят в заседа­нии суда по рассмотрению уголовного дела к тому, что здесь в значи­тельно большей степени воссоздается вся картина прошлого преступ­ного события. Это в свою очередь приводит к сильному переживанию прошлого свидетелями, потерпевшими, обвиняемыми. В связи с этим русский дореволюционный юрист Л.Е. Владимиров отмечает: «...драма­тичность производства в уголовном деле ставит и подсудимых и свиде­телей в разные положения, обнаруживающие психологические призна­ки, раскрывающие характеры, чувства, думы участвующих лиц. В суде как бы опять переживается драма, и в этом новом переживании исторга­ются у людей секреты, глубоко запрятанные, проявляющиеся, если не в признаниях, то в невольном выражении ощущений, над которыми не властны самые испытанные лицемеры и лицедеи»*.

_____________________________________________________________________________

* Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. СПб., 1910, с. 333.

Такая особенность судопроизводства всегда создает условия для выяв­ления действительных психических качеств каждой личности, действи­тельного отношения к событию, фактам, другим лицам.

Познавательную деятельность в уголовном процессе, кроме самого состава суда, осуществляют прокурор, адвокат, гражданский истец, гражданский ответчик, эксперты, подсудимый и т. д. Каждый из них в зависимости от личных интересов, своего процессуального положе­ния, своих субъективных прав воспринимает, объясняет, анализирует события, факты по-разному. В познавательной деятельности суда принимают участие лица с самыми различными интересами, что предопределяет различную оценку и объяснение фактов, их значимос­ти и т. д. Суд, заслушивая их объяснения, речи, тем самым вос­принимает результаты познания этими лицами обстоятельств дела, а это в свою очередь создает условия для познания фактов судом в судебном заседании во всех возможных противоречиях. Результаты познавательной деятельности находятся в прямой зависимости от степени активности каждого участника судебного процесса, от полноты использования коллегиальности при решении всех вопросов по уголов­ному делу.

Сущность конструктивной деятельности в суде — это вынесение при­говора по рассматриваемому уголовному делу. Все остальные виды деятельности подчинены этой задаче.

К специальным условиям конструктивной деятельности следует от­нести:

1. Вынесение приговора коллегиально, членами суда.

2. Обеспечение невмешательства в его принятии.

3. Законодательное гарантирование свободы личного убеждения судьи, лежащее в основе каждого вынесенного приговора.

4. Требование непрерывности рассмотрения уголовного дела.

Специфическая особенность деятельности суда состоит в том, что конструктивная деятельность вначале осуществляется каждым судьей в отдельности, а завершается всегда коллегиально при вынесении при­говора. Суду необходимо завершить свою конструктивную деятельность определением меры наказания виновному, а также решением вопросов, связанных с порядком отбытия наказания.

Конструктивной деятельности суда подчиняются все остальные ком­поненты его деятельности. Познавательная, коммуникативная, органи­заторская деятельность развиваются постольку, поскольку они могут облегчить, обеспечить выполнение этой основной функции суда. Чем полнее собраны факты на предварительном следствии, тем больше создано условий для реализации основной направленности конструк­тивной деятельности суда — вынесения приговора по уголовному делу.

В некоторых случаях суду приходится принимать решения о произ­водстве таких действий, которые на предварительном следствии не проводились (вызов новых свидетелей, экспертов и т. д.). И здесь кон­структивная деятельность суда получает еще одно направление: обес­печение процесса познания, оценки всех фактов, как собранных в пери­од следствия, так и тех, необходимость которых выявилась уже при рассмотрении уголовного дела.

Конструктивная деятельность суда должна быть направлена и на реализацию, обеспечение и проверку выполнения вынесенного этим судом приговора в отношении подсудимого. Конструктивная деятель­ность — это не только обеспечение процесса познания и вынесения приговора по уголовному делу, но и обеспечение реальности исполне­ния вынесенного приговора по делу.

Хочется сказать и о воспитательном воздействии суда, которое уже заложено в специфической форме его деятельности: полном, объектив­ном рассмотрении в судебном заседании всех обстоятельств дела. Имен­но поэтому сам процесс судопроизводства оказывает огромное воспита­тельное воздействие на всех присутствующих в зале судебного заседа­ния, в том числе и на подсудимого.

Эффективность воспитательного воздействия процесса судебного за­седания заключается в предельной наглядности, конкретности при вос­приятии фактов всеми присутствующими независимо от того, поло­жительные или отрицательные эмоции возбуждает каждый отдельно взятый факт. Судебное заседание оказывает более целенаправленное воспитательное воздействие на коллектив, где было совершено преступ­ление. Огромное воспитательное воздействие имеет и оглашение приго­вора. Здесь следует учитывать, чтобы приговор был справедливым, от­вечал требованиям закона о соразмерности наказания тяжести совер­шенного преступления к личности подсудимого, был предельно четким, ясным, конкретным и доходчивым для всех присутствующих в зале судебного заседания.

Воспитательное воздействие суда может продолжаться и после выне­сения приговора, а также при стадии его исполнения. Суд реализует воспитательную функцию и в деятельности по наиболее полному соби­ранию, анализу и направлению в исправительно-трудовое учреждение сведений о личности осужденного.

Важное значение для воспитательного воздействия на обвиняемого имеет и соблюдение нравственных начал предварительного расследова­ния. На этическое значение и нравственную сторону отправления пра­восудия неоднократно указывали в свое время видные русские юристы. Так, А.Ф. Кони писал: «Можно также настойчиво желать, чтобы в вы­полнение формы и обрядов, которыми сопровождается отправление правосудия, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа»*.

_____________________________________________________________________________

* Кони А.Ф. Избранные произведения. Т. 1, с. 47.

Каждый судья является воспитателем значительного количества лю­дей. Опытного судью отличает высокая ответственность за свою де­ятельность, за принятые решения, принципиальность. Судья постоянно находится в центре внимания всех участников судебного процесса. Все его замечания и даже жесты подвергаются постоянному контролю и оценке присутствующих, поэтому опытного судью отличает бесприст­растность и выдержка.

§.2. Общая психологическая характеристика судебного процесса при рассмотрении уголовных дел

Стадийность является существенной особенностью психологической структуры судебной деятельности. Судебная деятельность развивается в определенной, строго регламентируемой процессуальным законом последовательности, которая создает соответствующие стадии развития общей судебной деятельности, что призвано обеспечить наиболее целе­сообразные условия исследования доказательств, способствовать уста­новлению истины и осуществлению правосудия.

Наличие стадий, четкое различие задач, условий деятельности на каждой стадии — все это создает наиболее оптимальные психологичес­кие предпосылки для правильного и полного осуществления правосудия судом. Усиление этих предпосылок достигается практической возмож­ностью внутри регламентированных процессуальным законодательст­вом стадий провести дополнительное их деление на определенные эта­пы, что также обосновывается выявлением различий в психологической структуре, в задачах деятельности.

Уголовный процесс определяет следующие стадии развития судебной деятельности: предание суду, судебное рассмотрение, вынесение и ис­полнение приговора и другие.

1. В стадии предания суду решаются вопросы познания предваритель­ного расследования и планирование собственной деятельности.

2. Непосредственное восприятие всех источников доказательств и по­знание обстоятельств дела осуществляется при проведении судебного следствия.

3. Заслушивание словесных сообщений о результатах познавательной деятельности, проведенной участниками судопроизводства (прокуро­ром, адвокатом и т. д.).

4. Реализация основной конструктивной деятельности (вынесение приговора).

5. Осуществление действий, связанных с принятым конструктивным решением (исполнение приговора).

На каждой из перечисленных стадий суд не только решает самосто­ятельные задачи; деятельность суда проходит в различных внешних условиях, по-разному складываются психические отношения, различно осуществляются компоненты общей психологической структуры судеб­ной деятельности.

Психология рассмотрения уголовного дела в суде исследует зако­номерности, связанные с психической деятельностью всех лиц, участ­вующих в рассмотрении дела, а также воспитательное воздействие су­дебного процесса и приговора на подсудимого и других лиц, роль общественного мнения как фактора, влияющего на судебный процесс. Судебное следствие и вынесение приговора по делу являются логически неизбежной стадией, следующей за событием преступления и пред­варительным следствием. Деятельность суда, участников судебного про­цесса весьма многообразна.

Правосудие, которое в большей степени, чем многие другие виды деятельности, выступает как сфера общения между людьми, связано с целым рядом социально-психологических явлений, например эффек­тивностью деятельности социальных групп, особенностями оценочных суждений в группе, восприятием и пониманием людьми друг друга, внушением, авторитетностью, с социально-психологической ролью личности и т. д. При этом в сфере судопроизводства закономерности социальной психологии могут служить и улучшению и ухудшению ре­зультатов деятельности. Коллегиальное и состязательное начала при осуществлении правосудия отвечают закономерностям социальной пси­хологии. Согласно этим закономерностям, решению сложных задач, к таким относится большинство уголовных дел, благоприятствует взаи­модействие при принятии решения группой лиц. В ходе совместной деятельности смягчаются крайности показателей психических процес­сов всех членов группы, повышается эффективность мышления, ско­вывается действие тех субъективных факторов, которые могут привести к ошибочному результату. Коллективная оценка доказательств является максимально объективной, особенно в суде присяжных.

Довольно редко в судебной практике встречаются случаи разногласия в судейской коллегии. Вынесение приговора по единогласному мнению состава суда можно рассматривать как дополнительную гарантию закон­ности и обоснованности приговора, поскольку внутреннее убеждение всех членов судейской коллегии совпадает, что делает его несомненным. Такое единогласие, однако, встречается и при вынесении приговора, отмененного впоследствии вышестоящим судом, что может свидетель­ствовать о давлении неправильного мнения большинства в судейской коллегии на формирование собственного убеждения каждого члена су­да. Поэтому все члены суда должны постоянно помнить о тех опаснос­тях, которые подстерегают их при формировании коллективного мне­ния при разрешении уголовных дел. Они должны подвергать внутрен­нему самоконтролю свои выводы по данному уголовному делу, чтобы лишний раз проверить, не формируют ли они их таким образом под влиянием большинства. Следует учитывать и то, что состав суда дей­ствует при такой внутренней обстановке, которая может усилить проявление конформизма. Эта обстановка характеризуется тем, что судья среди членов судейской коллегии находится в особом положении. Он более всех членов суда владеет информацией, связанной с рассмотрени­ем дела, являясь как бы лидером в группе совместно действующих лиц. В судейской коллегии, кроме того, существует неравный социальный статус взаимодействующих лиц. Такой неравный социальный, а не правовой статус выражается в том, что судья выполняет свою професси­ональную деятельность, остальные члены суда являются непрофесси­ональными судьями.

Согласно закону председательствующий судья подает свой голос в процессе совещания судей последним, имеет своей целью ограничить возможность влияния мнения судьи на мнение других членов суда*.

_____________________________________________________________________________

*См.: УПК Российской Федерации.

Для судьи в его реконструктивной деятельности важны следующие моменты: предварительное изучение и оценка всех обстоятельств дела и квалификации, сопоставление полученной в ходе судебного процесса информации с материалами предварительного следствия, нормами за­кона, окончательный синтез всей информации при вынесении приго­вора.

Наличие исходной модели прошлого события в материалах дела со­здает возможность познавательной деятельности суда по четкому за­ранее определенному плану. Собранные следствием данные вновь изу­чаются, планируется анализ и синтез отдельных фактов, выдвигаются и разрабатываются возможные версии, другие модели того же события, действия. Важно при этом построение версий о личности подсудимых, об их участии в событии, о причинах определенного поведения, об условиях действий и т. д. Состояние готовности предполагает предель­ную концентрацию мыслительных процессов судей именно на всех обстоятельствах данного уголовного дела.

§ 3. Формирование убеждения и вынесение приговора судом

Этот этап деятельности имеет особенность в психических общениях, которые здесь возникают только между составом судей, рассматриваю­щих уголовное дело. Закон прямо и категорически запрещает судьям вступление на данной стадии в какие-либо общения со всеми другими лицами без исключения. С учетом повышенной ответственности этой стадии вынесение приговора всегда осуществляется коллегиально, при­чем в строго определенном составе. Совещание судей является специ­фической совокупностью элементов формализованного и неформализо­ванного общения. Формализованность призвана обеспечить полноту решения необходимых вопросов в формировании убеждения, актив­ность деятельности каждого судьи. Элементы неформализованности обеспечивают свободу высказывания мнений по любому вопросу.

Строгое ограничение коллегиальности способствует повышению чув­ства ответственности судей за ход и результаты их деятельности в сове­щательной комнате, предельной активизации их психических процес­сов, гарантирует от посторонних влияний. Успех действий коллегии судей находится в прямой зависимости от деятельности каждого из них. У всех членов коллегии должно быть четкое понимание целей их дея­тельности, сознание высокой ответственности, что в свою очередь долж­но обеспечить повышенную психическую активность каждого судьи.

Формирование судейского убеждения не просто результат воздей­ствия на сознание судей определенной совокупностью доказательств, установленной и проверенной в ходе судебного разбирательства. Оно всегда складывается на основе рационального познания причинно-следственных и иных связей между фактами объективной действитель­ности, ценностного к ним подхода, их соотношения с запретами уголов­ного права, чувственного переживания полученных по уголовному делу результатов познания, сделанных из них правовых выводов. На фор­мирование судейского убеждения влияют социально-психологические и внесудебные факторы (поведение подсудимого в суде, оценка средств массовой информации и т. д.).

В соответствии с нормами закона коллегия присяжных заседателей в совещательной комнате на основании итогов судебного следствия должна вынести вердикт, то есть решение по поставленным перед ней вопросам, включая основной — о виновности подсудимого. Исходя из контекста представлений о суде присяжных, последние руководствуют­ся при этом своим разумом, совестью, житейским опытом, чувствами справедливости, долга, ответственности и т. д. В сложном мыслитель­ном и психологическом процессе по оценке результатов судебного след­ствия существенное значение может иметь «правовое мировоззрение» присяжных заседателей, особенно познания их в области уголовного и уголовно-процессуального права. Непреходящее значение в этом от­ношении имеет и напутственное слово, с которым председательствую­щий обращается к присяжным заседателям перед удалением их в сове­щательную комнату*.

_____________________________________________________________________________

*См : Зажицкий В. Напутственное слово председательствующего. Российская юстиция. М., 1994, № 3, с. 5.

В гносеологическом аспекте процесс формирования судейского убеж­дения развертывается в системе «незнание — знание», от вероятностно­го знания к знанию истинному и достоверному на основе исследования совокупности доказательств. Осознание судьей своей роли в осущест­влении правосудия способствует появлению психологической установ­ки несвязанности своего вывода по существу уголовного дела с вывода­ми органов предварительного расследования. Такая психологическая установка способствует критическому отношению к результатам пред­варительного расследования, помогает вскрыть допущенные при рас­следовании ошибки или нарушения закона.

В психологическом аспекте существенным для процесса формирова­ния судейского убеждения является перерастание сомнения как следст­вия вероятного знания в убежденность судьи, характеризующую дос­товерность полученных знаний и готовность действовать в соответствии с ними.

Изложенное выше позволяет нам наметить следующие этапы форми­рования убеждения судей; 1) предварительное изучение материалов уго­ловного дела с целью решения вопроса о предании обвиняемого суду; 2) планирование судебного разбирательства и выдвижение судебных версий; 3) проверка материалов предварительного следствия в судебном разбирательстве; 4) судебные прения и сопоставление своих оценок с оценками обвинения и защиты и, наконец, 5) окончательное формиро­вание убеждения судьи в совещательной комнате при выработке коллек­тивного убеждения. Первые два этапа характеризует убеждение в гносео­логическом аспекте как знание вероятностное, а в психологическом — наличие сомнений. Судья в ходе судебного следствия, изучая доказатель­ства, направляет свою деятельность на устранение возникших сомнений, вероятные предположения подтверждает или приходит к выводу, что они были необоснованными. На двух последних этапах происходит оконча­тельное формирование судейского убеждения. И хотя это деление схематично, важно подчеркнуть, что процесс формирования убеждения осно­вывается не только на исследовании собранных доказательств, но и явля­ется выражением личностной позиции судьи, его этических взглядов, профессионального правосознания, требования закона*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Грошевой Ю.М. Проблемы формирования судейского убеждения в уголовном судопроизводстве. Харьков, 1975.

Следует отметить, что судья как организатор процесса должен об­ладать высоким уровнем самоорганизованности, целеустремленностью, настойчивостью и другими волевыми качествами. Председательствую­щему в процессе, кроме того, необходимо иметь незаурядные организа­торские способности, которые реализуются в сложных условиях сос­тязаний между сторонами уголовного процесса.

Остановимся кратко на специфике допроса в судебном заседании, который определяется самой процедурой судебного допроса. Председательствуюший предлагает подсудимому дать показания по поводу предъявленного обвинения и известных ему обстоятельств дела. Суд выслушивает показания подсудимого, не перебивая его. В ходе изложе­ния подсудимым показаний суд вправе лишь обращать его внимание на необходимость сообщать факты, имеющие отношение к делу и пред­ставляющие для суда интерес. После того как подсудимый закончит изложение своих показаний, его допрашивают по закону - судьи, об­винитель, потерпевший, гражданский истец и гражданский ответчик, защитник. Затем подсудимому вправе задавать вопросы другие под­судимые и их защитники. Независимо от принятого процессуальным законом порядка суд вправе в любой момент допроса подсудимого участниками судебного разбирательства задавать ему уточняющие и до­полнительные вопросы*.

_____________________________________________________________________________

*См.: ст. 280 УПК РСФСР.

В общих чертах такой же является процедура допроса в суде потерпев­ших и свидетелей. Перед допросом эти лица предупреждаются об ответ­ственности за дачу заведомо ложных показаний и им разъясняется обязанность рассказать правдиво все известное по делу. По общему правилу, потерпевшие допрашиваются раньше свидетелей.

Следует исключительно осторожно относиться к формированию об­щественного мнения до рассмотрения дела в суде, так как оно может оказать сильное воздействие на весь ход ведения судебного процесса и вынесение приговора. По общему правилу, никто не может и не должен через средства массовой информации утверждать о виновности того или иного лица и тем более требовать для него сурового наказания, прежде чем виновность этого лица будет доказана в судебном порядке.

На стадии вынесения приговора выполняется воспитательная функ­ция. Каждый приговор должен воспитывать, и его воспитательное воз­действие будет достигнуто в том случае, если он будет понят всеми присутствующими, если он отвечает их нравственному убеждению, ос­нованному на правосознании, воспринятым обстоятельствам дела.

Глава XIV

Исправительная (пенитенциарная) психология

§ 1. Психология осужденного, задачи и факторы ресоциализацни

Что же изучает исправительная психология? Исправительная (пенитенциарная — от лат- poenitentiarius — исправ­ляемый, покаянный) психология изучает психологические основы ресоциализации — восстановления ранее нарушенных качеств личности, необходимых для полноценной ее жизнедеятельности в обществе. Пени­тенциарная психология исследует проблемы эффективности наказания, динамику личности осужденного в процессе исполнения наказания, формирование ее поведенческих особенностей в различных условиях лагерного и тюремного режима, особенности ценностных ориентации и стереотипов поведения малой группы в условиях социальной изо­ляции, соответствие текущего исправительного законодательства зада­чам исправления и перевоспитания осужденных. Тесно взаимодействуя с исправительным правом, исправительная психология призвана выра­ботать практические рекомендации по ресоциализации осужденных, также разрабатывать средства и приемы психологической коррекции личности правонарушителей. Подробно об этом можно узнать из работы А.Д. Глоточкина и В.Ф. Пирожкова*. Поясним, однако, что исправи­тельная психология должна исследовать психологические стороны пере­воспитания лиц, совершивших преступления, приобщения их к трудо­вой деятельности и адаптации к нормальному существованию в обычной социальной среде, динамику личности осужденного и факторы, влияю­щие на его перевоспитание, структуру коллектива осужденных, а также должна разрабатывать практические рекомендации по перевоспитанию и ресоциализации осужденных. Исправительная психология тесно свя­зана с исправительно-трудовым правом, психологией труда, педагоги­кой и социальной психологией. Перед исправительно-трудовыми уч­реждениями стоят чрезвычайно сложные задачи по перевоспитанию лиц, совершивших преступления, приобщению их к трудовой деятель­ности и адаптации к нормальному существованию в обществе.

_____________________________________________________________________________ *Глоточкин А.Д., Пирожков В.Ф. Исправительно-трудовая психология. М., 1974.

Каждый осужденный, попадая в исправительно-трудовое учреждение, планирует для себя только окончание срока наказания. Перед воспитателями исправительно-трудовых учреждений стоит гораздо более сложная задача, а именно воспитать человека, добиться, чтобы осужденный сам стремился к перевоспитанию, к переделке своей собственной личности.

У преступника (бандита, грабителя, вора и т. д.) при длительном занятии преступной деятельностью вырабатываются своеобразные при­вычки и навыки, то есть вырабатывается своеобразный динамический преступный стереотип. Человек привыкает к отсутствию постоянного жилья, перестает самостоятельно трудиться и теряет свои трудовые навыки, зато приобретает преступные и впоследствии каждую окружаю­щую его ситуацию рассматривает только под одним углом зрения — можно ли в данных обстоятельствах безнаказанно совершить преступ­ление?

Исправительная психология должна исследовать динамику личности осужденного, факторы, влияющие положительно на осужденного и спо­собствующие активной перестройке его личности, а это режим, труд, коллектив, воспитательное воздействие, также и факультативные факто­ры — семья, дружеские связи с лицами, находящимися на воле, учеба, увлечение самодеятельностью и т. д.

Нахождение в местах лишения свободы, безусловно, не может не отразиться на психологии человека. Однако общие условия, которые имеются в местах лишения свободы и постоянно нарушаются со сторо­ны администрации, по-разному воздействуют на осужденных и влияют на изменение их психологии. Знание особенностей психологии осуж­денных является необходимой и важной предпосылкой для правильной организации взаимоотношений с ними, для достижения целей перевос­питания. Основными факторами, влияющими на формирование осо­бенностей у лишенных свободы, являются: наличие режима места лише­ния свободы, ограничение потребностей, изменение сложившегося сте­реотипа жизни, переживания, связанные с осуждением к лишению свободы. Психология осужденного во многом должна определяться его отношением к самому факту лишения свободы.

Особенности психологии осужденных проявляются в определенном комплексе психических состояний, которые развиваются в местах лише­ния свободы. К наиболее типичным из них следует отнести: состояние ожидания изменений (пересмотра дела, расконвоирования, освобожде­ния); состояние нетерпения. Как то, так и другое состояние может характеризоваться повышенной напряженностью, что часто приводит к резким срывам в поведении. Может развиваться и состояние безна­дежности, обреченности, что влечет за собой апатию, пассивность во всех действиях, проявлениях.

Лишение свободы часто усиливает угнетенное состояние в тех случа­ях, когда оно имелось и ранее. Угнетенное состояние является следстви­ем полного неверия в свои силы, неверия в возможность снова обрести нормальную жизнь. К моменту прибытия в исправительно-трудовую колонию у некоторых осужденных уже имеется развитое состояние угнетенности от сознания своей вины перед обществом, семьей. Эти осужденные не нарушают режима, даже по возможности выполняют норму и все требования воспитателей. Однако постоянная угнетенность не благоприятствует созданию полноценной личности и обязательно должна быть снята. Личность должна активно, творчески относиться к труду, к воспитательному воздействию. Угнетенность снимается в про­цессе воспитательной работы. Для этого необходимо выяснить и лик­видировать ее причины, создавать условия для переключения целена­правленного внимания на другие процессы, объекты, не связанные с теми процессами и объектами, которые создали угнетенное состояние у данного осужденного. Должна возбуждаться активная деятельность, направленная на ликвидацию данным осужденным последствий совер­шенного им преступления, на его самовоспитание.

Типичным состоянием в месте лишения свободы является тоска по дому, по свободе, по любимым людям, что внешне выражается в от­решенности и оцепенении. Под влиянием тоски может развиваться раздражительность и повышенная возбудимость.

Изменение психических состояний связано с определенными периода­ми нахождения в месте лишения свободы. Выделим следующие основные периоды, связанные с изменением психических состояний осужденного.

1. Период адаптации, привыкания к новым условиям жизни , который длится первые

три-четыре месяца, а иногда и больше. В этот период особенно остро ощущается ограничение потребностей, изменение при­вычного стереотипа. Всегда имеет место сужение возможности удовле­творения сложившихся потребностей, что вызывает состояние повы­шенной раздражительности. У отдельных лиц это, наоборот, выражается в состоянии подавленности и угнетенности.

Специфические психические состояния, вызванные фактом лишения свободы, особенно полно проявляются в первое время и вызываются процессом ломки ранее сложившегося стереотипа жизни, который всег­да имеет место под влиянием режима ИТУ. Осужденный вынужден изменять привычный стереотип жизни. Ломка старых динамических стереотипов приводит к возникновению разнообразных отрицательных эмоций, повышенной возбудимости, угнетенности. Это происходит до тех пор, пока у осужденного не вырабатываются качества, необходимые для новых условий жизни. Повышенная возбудимость может явиться причиной различных срывов, резких нарушений режима и т. д. Терпе­ние и такт воспитателя особенно необходимы в этой первой стадии отбывания наказания.

Психология осужденного в начальной стадии пребывания в ИТУ часто характеризуется отсутствием ясной перспективы жизни. Это приводит к снижению жизненной активности, к появлению раздражитель­ности по отношению к возникающим ситуациям.

2. Период появления, развития интересов в новых условиях жизни . Этот период

связан с появлением и развитием положительных эмоций, сос­тояний, вызывающих, повышающих психическую активность осужден­ного. Интересы, вызывающие такие состояния, могут быть самые раз­личные: создание микрогруппы, участие в жизни коллектива осужден­ных, выполняемая работа, культурный досуг, учеба, свидания с род­ственниками и т. д. Появление нового круга интересов, расширение структуры выполняемых социальных ролей способствуют изменению психологии осужденного.

3. Период сочетания внешнего воздействия с самовоспитанием . Процесс

перевоспитания немыслим без появления такого периода. Он харак­терен появлением целей в жизни, выработкой путей их достижения, В психологии осужденного в большей степени проявляются раскаяние в совершенном преступлении, переживание его в сочетании со стремле­нием возместить нанесенный вред. Для этого периода характерна пере­оценка ценностных характеристик в жизни, что связано с определенным комплексом психических состояний, связанных с подобным изменени­ем отношений, а часто и мировоззрения.

4. Период, предшествующий освобождению заключенного . Ожидание освобождения

часто переживается очень тяжело, оно связано с пережи­ванием трудностей, которые ожидают его в новых условиях (взаимоот­ношения в семье, на работе и т. д.). По этой причине возможно развитие психических состояний угнетенности, повышенной раздражительности и т. д.

У осужденных комплекс отрицательных психических состояний мо­жет периодически развиваться в связи с наличием постоянной внутрен­ней борьбы мотивов, стимулов, интересов. Изменение стереотипа, структуры, потребностей, интересов все время проходит через мысли­тельную деятельность осужденного, вызывает противоречивое отноше­ние, часто отражается и на его психических состояниях.

Нахождение в исправительном учреждении, наличие режима, измене­ние стереотипа, резкое ограничение и изменение потребностей в значи­тельной степени усиливают переживания осужденных, причем эти пере­живания имеют различную направленность. У отдельных осужденных в переживаниях доминирует категория прошлого, у других — категория будущего, у третьих —категория настоящего. Первая группа замыкается в воспоминаниях о прошлом образе жизни, идеализирует его, более длительное время привыкает и приспосабливается к настоящему образу жизни. Значительно легче приспосабливается к режиму и к условиям жизни в исправительных учреждениях осужденные, у которых доми­нируют переживания второго и третьего порядка. Когда начинает доминировать категория будущего, когда мысленно строят свою жизнь после отбытия наказания, трудности режима переживают значительно легче, поскольку рассматривают их как временные; этот период жизни являет­ся для них только переходным к тому, которого они ждут в будущем.

Как правило, в условиях лишения свободы и вследствие этого лише­ния многих благ, которыми повседневно и незаметно пользуются все граждане, происходит существенное переосмысливание осужденным многих прошлых отношений и интересов. Он начинает иначе ценить те отношения и блага, которые раньше им вообще не замечались или даже вызывали определенное раздражение. Совершенно иначе в настоящих условиях он вспоминает отношения товарищей по работе, взаимоотно­шения в своей семье. В связи с этим происходит переоценка своих прошлых интересов, своего отношения к людям.

Отметим и психологические особенности у особо опасных рецидиви­стов. У них часто проявляется крайняя недисциплинированность. В ос­нове ее лежит наличие отрицательной установки и целенаправленности деятельности, эмоциональный склад характера, расторможенность по­ведения и как следствие этого импульсивность, подчас переходящая в психопатичность и агрессивность.

Для процесса перевоспитания осужденных в исправительных учреж­дениях должны использоваться обучение, труд, общение. Однако здесь они обязательно сочетаются с режимом, особой организацией деятель­ности ИТУ, что создает специфику всей деятельности по исправлению и перевоспитанию осужденных.

Стратегическая задача исправительного учреждения — оторвать пре­ступника от условий его криминализации, разрушить его преступные связи и установки. В последнее время эта задача оказывается менее всего разрешаемой в местах лишения свободы. Развращающее влияние криминализированной среды здесь, как правило, не только не преодо­левается, но получает некоторые дополнительные стимулы, в частности бесконтрольность досуга, скученность, ничем не искоренимое господ­ство преступной идеологии, принуждение среды к асоциальному пове­дению и т. д. Лагерные обычаи и традиции в большинстве случаев превалируют над требованиями администрации. О трудовой мотивации администрация в подавляющем большинстве не задумывается. Автор полностью согласен с М.И. Еникеевым, который считает, что наша тюрьма (под этим собирательным понятием следует понимать все места лишения свободы, в том числе и те, которые называются лагерями) стала «академией» преступности*. Большинство сотрудников колоний и тюрем... попросту не знают, что такое перевоспитание, в чем оно заключается и как его осуществлять... По существу осужденных помеша­ют за колючую проволоку, и только**.

____________________________________________________________________________

*Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. М., 1996, с. 602.

**Антонян Ю.М. К чему приговаривает суд? Правители преступного мира. М., 1992.

Режимом обычно называют точно установленный распорядок труда, питания, отдыха и т. д. В то же время это и система необходимых правил и мероприятий. Режим выполняет функцию выработки тех или иных особенностей личности в связи с определенным ритмом деятель­ности. Соблюдение режима осужденными обеспечивается посредством: 1) охраны и надзора за ними; 2) использования мер поощрения и взы­скания; 3) применения в строго определенных случаях особых мер безопасности (оружия, наручников и смирительных рубашек). Ос­новной базой действий режима как фактора является его жесткость и неуклонность требований его выполнения. Человек в подавляющем большинстве смиряется с действием режима и, осознавая его неотв­ратимость, бывает вынужден принять его без внутренних протестов и конфликтов.

Как правило, режим — это организация жизни и деятельности осуж­денных в строгом соответствии с требованиями законов. Именно такая организация и должна оказывать воздействие на человека, формируя у него те или иные морально-психологические качества. Соблюдение осужденными установленного в исправительно-трудовом учреждении режима обеспечивается не только посредством охраны их и надзора за ними, использования мер поощрения и взыскания, применения в стро­го определенных случаях особых мер безопасности, но и мер воспита­тельных, основанных на глубоком учете особенностей психологии от­дельных осужденных и их коллективов, что, к сожалению, в настоящее время не выполняется.

Кара, заключающаяся в режиме, субъективно, по-разному, воспри­нимается и переживается осужденными. Прежде всего различны глуби­на, сила и длительность переживаний осужденными кары. «Мы далеки от мысли, — писал М.Н. Гернет, — что особенности того или иного режима в той или другой тюрьме проходят через каждого заточенного всегда и везде одинаково. Наоборот, мы признаем, что следы в психике от такого прохождения через нее тюремного режима очень различны: у одних они так же глубоки, как глубоки колеи от тяжело нагруженной телеги в грязной проселочной дороге. У других эти следы — лишь рябь на реке после прошедшего парохода, очень быстро совсем исчезаю­щая»*. Субъективное восприятие и переживание кары зависит от вида определенного режима, отношения осужденного к приговору, количест­ва судимостей, времени нахождения в ИТУ, индивидуальных особенностей осужденного, возраста, пола, семейного и социального положе­ния и т. д. Работникам ИТУ важно знать, как каждая группа осужден­ных и каждый осужденный воспринимают и переживают те или иные режимные ограничения.

_____________________________________________________________________________

* См.: Гернет М.Н. В тюрьме. Очерки тюремной психологии. М., 1925, с. 7—8.

Режим обеспечивает постоянное восприятие условий жизни в ИТУ как наказание за совершенное преступление, без чего не может быть обеспечен активный процесс перевоспитания. При осуществлении вос­питательного воздействия на осужденного часто приходится сталкивать­ся с первоначально отрицательным отношением его к этому воздей­ствию. Всякая попытка изменить взгляды и образ жизни взрослого встречает сопротивление, и столь значительное, сколь устойчивы уста­новки личности и инертен разум индивида*. Это и определяет необ­ходимость, особенно в ИТУ, системы мер принуждения и наказания, регламентированных режимом.

_____________________________________________________________________________

*Ковалев А.Г. Психологические основы исправления правонарушителя. М., 1968, с. 96.

Озлобленность осужденных нередко возникает как следствие воспри­ятия наказания только как мести. А это приводит к негативному по­ниманию мер воздействия — нежеланию искать в мерах воздействия какой-либо иной смысл, кроме кары, направленной против данного осужденного. При определении дисциплинарного воздействия всегда необходимо заранее учитывать воспитательное воздействия данного ви­да взыскания как на конкретного осужденного, так и на весь коллектив. Воспитательная цель наказания будет достигаться только в тех случаях, когда наказание не ломает воли осужденного, а способствует изменению ее направленности.

Требования, принуждение, наказание должны сочетаться и с сис­темой поощрений*. Правильно примененное поощрение способствует укреплению уверенности осужденного в своих силах, вызывает у него чувство удовлетворения, возбуждает энергию, способствует появлению желания к повторению положительных поступков. Поощрение усилива­ет начавшийся процесс исправления.

_____________________________________________________________________________

*Меры поощрения и взыскания осужденных перечислены в Исправительно-трудовом кодексе Российской Федерации.

Несмотря на большое воспитательное значение карательных элемен­тов режима, он обладает вполне самостоятельной воспитывающей функцией. Действительно, четкий распорядок дня, высокая организо­ванность жизни и быта непосредственно накладывают отпечаток на характер осужденного, его поведение, дисциплинируют его, вырабаты­вают качества, необходимые в жизни на свободе (точность, исполни­тельность, аккуратность и т. д.).

Режим есть средство воспитания дисциплины у осужденных. Одна из основ ликвидации социально-психологических дефектов в личности преступника — это внедрение в его сознание необходимости дисцип­лины, определенного поведения в обществе. Под влиянием дисцип­линарных требований у осужденных развиваются и укрепляются такие положительные качества, как собранность, подтянутость, ликвидируют­ся расхлябанность, безволие, вырабатывается привычка к определен­ному положительному образу жизни.

Установление правил режима должно быть всегда психологически обоснованным, соответствующим научным требованиям организации жизни и деятельности осужденных. В этом случае они окажут мак­симальное воздействие на психику осужденных, разовьют у них необ­ходимые морально-психологические качества. Использование данных психологии позволит так построить режим, чтобы нагрузки распределя­лись оптимально и, с одной стороны, создавали определенную напря­женность, благоприятную для развития личности, а с другой - не вели бы к срыву психической деятельности.

Следует отметить, что особенно жестко исправительные учреждения травмируют неокрепшую психику подростков. Как правило, здесь воз­можны тяжкие, необратимые психические деформации личности. Зна­чительная часть подростков становится правонарушителями уже в силу имеющихся у них психических аномалий и личностных акцентуаций. Эта психическая дезадаптация в условиях исправительного учреждения еще более усугубляется. Вписываясь в криминальную субкультуру в наи­более сензитивный к внешним воздействиям период своей жизни, под­ростки испытывают глубинные личностные перестройки — формируют­ся системообразующие механизмы антисоциальной личности. Для под­ростков особенно пагубна ограниченность поля возможностей для их развития и самореализации. Безусловно, пагубна для них и ранняя криминализация.

Труду как особому фактору воздействия всегда отводилось особое место. Причина этого заключается в том, что труд является специфичес­кой человеческой деятельностью, формирующей личность. Труд являет­ся тем мерилом, по отношению к которому измеряется общественная ценность человека.

Как правило, труд сам по себе не перевоспитывает, а предохраняет человека от личностного распада. В целом он организует психику человека, интегрирует его жизнедеятельность определенной целеус­тремленностью, создает условия для рационального межличностного общения, организует структурирование микросреды. Хорошо организо­ванный труд — это мостик связи человека с социальной действитель­ностью.

Правильно организованный полезный труд способствует гармоничес­кому развитию физических и умственных качеств осужденного и оказы­вает преобразующее воздействие на его личность. Широко известно выражение Ф. Энгельса, что труд создал человека*. Труд воспитывает в человеке сознательность, дисциплинированность, чувство товарищес­тва и коллективизма. Он формирует и закрепляет в человеке положительные моральные, этические, нравственные и правовые программы. Воздействие труда на личность осужденного огромно, однако это чрез­вычайно сложный процесс, так как многие осужденные не имеют трудо­вых навыков и в связи с извращением своих моральных и нравственных критериев отрицательно относятся к своему личному участию в трудо­вом процессе, а в настоящее время и администрация исправительных учреждений не всегда уделяет этому вопросу должное внимание.

_____________________________________________________________________________

*См.: Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Т. 20, с. 486.

Социально-психологические дефекты в личности осужденных в зна­чительной мере определяются их отрицательным отношением к труду, отсутствием соотношения между потребностями и мерой труда. Однако труд может и должен воздействовать на личность преступника с укоре­нившейся иждивенческой психологией, помочь такому человеку найти свое место в жизни, по возможности стать полноправным членом об­щества. Трудовой процесс должен быть основой для восприятия общест­венно полезных взглядов и навыков, мотивов и целей. Выработке трудо­вых навыков способствует общий ритм трудового процесса, его постоянство, развивающее стереотип определенных привычек, навыков и дея­тельности. В целях воздействия на преступника в ИТУ создаются такие условия, при которых от осужденного постоянно требуются трудовые усилия. Только постоянство трудовых усилий создает привычку, а затем и потребность в труде*. Интерес к работе, увлеченность трудовым про­цессом способствуют изменению комплекса психических состояний, что в свою очередь позволяет активизировать и деятельность по перевос­питанию такой личности. Трудовые процессы способствуют и накопле­нию опыта, формированию системы положительных связей и т. д.

_____________________________________________________________________________ *Ковалев А.Г. Психологические основы исправления правонарушителей. С. 113.

Труд должен способствовать изменению основной направленности личности. Отсюда процесс труда должен заинтересовывать осужден­ного, ставить перед ним определенные задачи, заставлять работать не только физически, но и умственно. Труд должен не отуплять тяжестью и бесцельностью, а вовлекать в свой процесс физические и умственные силы человека. Большое психологическое значение имеет внедрение в подразделения ИТУ методов экономической реформы. Доведение этих методов до сознания каждого осужденного пробуждает трудовую актив­ность, заставляет многих из них думать об улучшении трудового процес­са. Главная же цель воспитательного процесса — сделать так, чтобы труд становился необходимой потребностью осужденного. Когда это будет достигнуто, можно говорить о положительном моменте перевоспитания личности. Осужденный должен видеть результаты своего труда и кон­кретно осмысливать их. Он должен ощущать радость в процессе труда, и поэтому ни в коем случае не следует поручать выполнение трудовых операций осужденному, который заведомо с ними не может справиться. Огромной силой воспитательного воздействия обладают все формы производственной деятельности, соревнования, перенесенные с опреде­ленными изменениями в деятельность ИТУ. Это создает условия для полного восприятия осужденными опыта нормальных трудовых взаимо­отношений между людьми на свободе.

§ 2. Психологический анализ коллектива осужденных

Создание коллектива осужденных является важным фактором в пере­воспитании. В исправительном учреждении воздействие на личность всегда происходит через коллектив, и это воздействие бывает тем более полным, правильным и целенаправленным, чем скорее удается создать коллектив. В соответствии с этим деятельность воспитателя в значитель­ной мере и направлена на организацию коллектива осужденных. Кол­лектив осужденных не представляет однообразную массу. Он состоит из отдельных ячеек — индивидуальностей, личностей, которые в свою оче­редь образуют группы и другие категории. При создании групп должна учитываться интенсивность прошлой преступной деятельности, вид ее, отбывание наказания в прошлом, проявляющиеся отношения к мерам воздействия, труду, режиму и т. д.

Этот принцип должен соблюдаться применительно к различным группам осужденных, находящихся в колониях разного режима. Но и в колонии каждого типа продолжается процесс распределения осуж­денных на более мелкие группы, соответствующие индивидуальным особенностям личности. Здесь, как правило, учитываются личные сим­патии и антипатии, конкретные связи и общие интересы по професси­ональной деятельности, бригадные принципы и т. д. Существенную помощь в создании коллектива осужденных оказывает и сам режим ИТУ, который формирует одинаковые привычки в действиях, навыках, поведении: а это в свою очередь способствует возникновению традиций, скрепляющих коллектив*.

_____________________________________________________________________________ *Глоточкчн А.Д., Пирожков В.Ф. Исправительно-трудовая психология. М., 1974, с.9.

Процесс создания коллектива сопровождается постоянным изучени­ем каждого из членов, продолжением отбора и изменением этих групп. Значительный интерес в этом отношении представляет воспитательная деятельность А.С. Макаренко, который писал: «Я то и дело пересматривал их состав и раскладывал его на кучки, классифицируя с точки зрения социальной и человеческой ценности»*.

_____________________________________________________________________________ *Макаренко А.С. Соч. Т. 1, М., 1957. с. 241.

Для того чтобы правильно воздействовать на коллектив заключенных каждому воспитателю необходимо иметь ясное представление о его структуре, об удельном весе каждой входящей в него группировки и о месте личности в данном коллективе. Главное место в этой структуре занимает актив. Это группа осужденных, которые твердо встали на путь исправления, принимают активное участие в трудовом процессе и об­щественной жизни, и что самое главное, активными действиями спо­собствуют перевоспитанию других осужденных. Чем больше группа активистов, тем, естественно, легче вести воспитательную работу и тем, как правило, выше оценивается потенциал коллектива в целом.

Группа резерва — это осужденные, которые твердо встали на путь исправления, принимают активное участие в трудовой деятельности, но по собственной инициативе не оказывают помощи в перевоспитании других лиц.

Группа пассива — осужденные, колеблющиеся в выборе стратегии своего поведения. Поступки их в значительной степени зависят от создавшейся ситуации.

Последней является группа трудновоспитуемых, к которым относятся лица, не только не вставшие на путь исправления, но и уклоняющиеся от участия в трудовом процессе, стремящиеся активно противодейство­вать положительному воспитательному воздействию администрации и активной части осужденных. Эта группа в союзе с осужденными из группы пассива может разлагающе действовать на весь коллектив. Если нельзя положительно воздействовать на отдельных членов этой группы, целесообразно бывает прибегнуть к переводу их в другие, более сильные подразделения и коллективы.

Воспитатель и коллектив контактируют с осужденным не только прямо и непосредственно, но и через малую группу. И от того, на чьей стороне она находится, во многом зависит успех воздействия на кон­кретную личность. Малые группы возникают самостоятельно, незави­симо от администрации, как правило, стихийно. Практически в любом коллективе осужденных на любой стадии его развития имеются малые группы. В исправлении и перевоспитании осужденных они играют особую роль: в них создается тот «микроклимат», который оказывает нередко решающее влияние на поведение осужденных, со всей силой здесь действуют механизмы подражания, соперничества и самоутверж­дения. В малой группе воспитателю приходится иметь дело с групповой убежденностью, групповыми интересами, повседневными традициями.

Между воспитателем и осужденным, как и между коллективом и лич­ностью осужденного, всегда стоит малая группа. Возникнув, она про­ходит свой путь развития, внутри группы создается определенная структура, выражающаяся в установлении иерархии отношений членов группы. Любой член каждой из этих групп выполняет обязанности в соответствии с отведенной ему ролью. В такой группе всегда имеется лидер, вожак, вторые, третьи и т. д. В малой группе с положительной направленностью обычно складываются товарищеские, дружеские от­ношения, проявляются взаимные симпатии. В процессе организации и становления отрицательно направленной малой группы часто воз­никает нездоровое соперничество, а порой и борьба между отдельными лидерами. Побеждает тот, кто сумеет подчинить себе остальных осуж­денных. Захватив лидерство, вожак перестает сам лично творить суд и расправу. Всю черную работу он поручает другим осужденным, остав­ляя за собой функцию организатора. Ни о какой истинной дружбе между членами отрицательно направленной малой группы не может быть и речи.

Формы проявления конфликтов в ИТУ чрезвычайно многообразны: от скрытых состояний неудовлетворенности, которые могут быть очень длительными, до открытых столкновений интересов, до групповых аф­фективных действий.

Каждый конфликт в своем развитии проходит ряд стадий: 1) начало, характеризующееся возникновением отрицательных чувств, столкнове­нием интересов, противоречивостью мнений, вкусов; 2) формирование конфликтных отношений; 3) открытое столкновение конфликтных сто­рон; 4) разрешение возникших противоречий. Все это важно знать для профилактики, предупреждения и разрешения конфликтов. Правильное разрешение конфликтов всех индивидов, особенно психопрофилактика, имеет важное значение для исправления и перевоспитания осужденных.

Гуманизация исправительно-трудовой системы, очевидно, будет осу­ществляться через разработку и внедрение более мягких мер наказания, сокращение сроков наказания, введение альтернативных лишению сво­боды мер по отношению к лицам, совершившим преступление. Все это потребует более серьезных и всесторонних психологических исследо­ваний по разработке и внедрению широкого спектра психолого-педа­гогических методов воздействия на личность, группу, коллектив осуж­денных. Перспективным является исправление правонарушителя через исповедь, покаяние, примирение с потерпевшим, что создает предпо­сылки для подлинной перестройки личности, ее ресоциализации и со­здания перспективы для социальной адаптации.

В ряде ИТУ достигаются заметные успехи в ресоциализирующей деятельности, особенно там, где администрация и персонал приобща­ются к опыту и теоретическому наследию известных педагогов и психологов, где образуется сплоченный коллектив квалифицированных со­трудников, формируются механизмы социально адаптированной груп­повой интеграции в среде заключенных, создаются перспективы лич­ностного самоутверждения, определяются перспективы исправления, сопровождающиеся получением определенных льгот, создается пер­спектива будущего.

§ 3. Методы психологического воздействия на осужденных в процессе их перевоспитания

Процесс создания коллектива в колонии во всех случаях проходит при активном участии воспитателя. Воспитатель должен стремиться к укреп­лению самосознания коллектива, чувства коллективизма, взаимозави­симости и взаимоответственности. Его деятельность направляется на оказание воздействия на каждую конкретную личность, на коллектив осужденных в целом. Это определяет развитую систему и специфич­ность тех методов воздействия, которые должны применяться в ИТУ. Все методы по возможности должны обеспечивать определенное вос­питательное воздействие одновременно и на конкретную личность, и на создаваемый коллектив; должны переплетаться и дополнять друг друга. Меры воздействия со стороны воспитателя направлены на коллектив, а в условиях коллектива эти меры уже оказывают свое действие на каждого осужденного. А.С. Макаренско писал: «Мы имеем дело только с отрядом. Мы с личностью не имеем дела. Такова официальная фор­мулировка. В сущности это есть форма воздействия именно на лич­ность, но формулировка идет параллельно сущности. На самом деле мы имеем дело с личностью, не утверждая, что до личности нам нет ника­кого дела»*.

_____________________________________________________________________________

* Макаренко А.С. Соч. Т. 5, с. 169.

Воздействие на коллектив, использование коллектива для воздей­ствия на отдельную личность не исключает и целенаправленного лич­ностного воздействия воспитателя на каждого отдельного осужденного. Для этого применяются следующие основные методы.

Метод убеждения. Он чаще всего реализуется в ходе проведения индивидуальных бесед. Как и любое психическое общение, беседа со­четает в себе цели изучения и воздействия на личность.

Во время бесед разъясняются сущность и конечная цель действий администрации исправительного учреждения, чтобы осужденные поня­ли, что цели действий администрации полностью совпадают с их соб­ственными интересами. Осужденные должны знать, какими путями они могут облегчать себе переходный период к жизни и деятельности в общем коллективе российских граждан. Эти знания будут способствовать направленности их деятельности, волевых и интеллектуальных способ­ностей на достижение таких промежуточных целей. Создается отрица­тельное отношение осужденного к своему прошлому поведению, которое в конечном итоге и привело его к совершению преступления. Без подобного изменения отношения к своему прошлому поведению не может создаться новое отношение к труду, к жизни, новое мировоззрение.

Убеждение направлено и на пробуждение у осужденного чувства совести и т. п.

Метод регулирования психических общений. Воспитатель имеет большую возможность влиять на психические общения, регулировать те из них, которые складываются у осужденного с работниками колоний, с другими осужденными, с родными, близкими ему людьми.

Воспитательное воздействие представителей общественных организа­ций и коллективов существенно дополняется встречами с лицами, ранее отбывавшими наказание в данной колонии и ставшими полноценными гражданами российского общества.

Особое значение имеет осуществление контакта осужденного с семьей, который во многом способствует выработке у него положи­тельных качеств, изменению его отрицательных психических состояний. В этом немаловажная роль принадлежит и воспитателям колонии, ко­торые должны обеспечить в необходимых случаях связи с семьей, соот­ветствующее отношение членов семьи к осужденному. Особенно важно правильно использовать в целях воспитательного воздействия свидания с родственниками, которые надо тщательно подготавливать. Перед сви­данием воспитатель информирует их о тех изменениях, которые произо­шли в психологии данного осужденного, о возможных путях укрепления в нем положительных интересов, качеств, тактично подсказать наиболее целесообразную линию их поведения при свидании и т. д. Для достиже­ния целей перевоспитания воспитатель должен использовать все психи­ческие общения, в которые вступает осужденный.

Метод передачи информации. Специально и целенаправленно от­бираемая информация, поступающая к осужденному, должна способ­ствовать восполнению его социального опыта, получению и переработ­ке им сведений, которых он раньше не получал, и т. д. Опыт многих воспитателей показывает, что очень важно собирать сведения о том, как живет семья осужденного в настоящее время, как ей оказывают помощь государство, коллектив, где он раньше работал. На наглядных примерах он видит, что, хотя он и причинил вред государству, коллективу, они оказывают помощь его семье, делают все, чтобы его дети росли нор­мальными гражданами. Такие факты существенно влияют на выработку твердого решения перевоспитываться, повысить активность в труде, скорее вернуться к нормальной жизни.

Метод внушения. Как метод воспитания и перевоспитания он всегда должен основываться на авторитете лица, которое применяет данный метод (воспитателя).

При определенных условиях в качестве воздействия применяется и метод «взрыва», под которым А.С. Макаренко понимал "мгновенное воздействие, переворачивающее все желания человека, все его стремле­ния"*. Однако или этому методу должна предшествовать длительная работа по накоплению определенных предпосылок для достижения ре­зультатов "взрыва", или непосредственно за "взрывом" должна следо­вать длительная работа по закреплению возникшего при «взрыве» чувст­ва. Сам по себе отдельно примененный метод «взрыва» не может достиг­нуть целей перевоспитания.

_____________________________________________________________________________ *Макаренко А.С. Соч. Т. 5, с. 253.

Для того чтобы определить наиболее правильные пути воздействия на конкретного осужденного, рекомендуется широко применять в отноше­нии него психолого-педагогический эксперимент. Такой эксперимент позволяет наиболее полно вскрыть все свойства личности осужденного, помогает формировать его интеллектуальные и волевые качества. Тща­тельно организованные психолого-педагогические эксперименты, на­блюдения позволяют создать правильное представление об отношении данного осужденного к мерам воспитательного воздействия.

Воздействие воспитателя в сочетании со всеми другими мерами имеет целью и возбуждение у осужденного стремления к самовоспитанию. Возбуждение самовоспитания у осужденного — процесс очень сложный. Для этого воспитательное воздействие предполагает создание таких условий, при которых у осужденного возникает желание добиться каких-либо конкретных навыков и знаний. Перед осужденным надо открывать какие-то цели, которых он реально может достигнуть. В процессе работы осужденного по достижению поставленной перед ним цели надо акцен­тировать его внимание на уже достигнутых результатах, поощрять его, что укрепляет его желание добиться еще больших результатов. Укрепление и воспитание положительных качеств личности возможно только в том случае, если у осужденного постепенно создаются новые перспективы, идеалы, возможности, если у него вырабатывается понимание путей и целей достижения этих перспектив. Наряду с общими перспективами и планами надо создавать и вырабатывать и частные, но близкие перспек­тивы, например перевод на другую работу, овладение определенной специальностью, возможность перевода в колонию иного типа, наконец, даже такие перспективы, как получение свидания с женой и т. д.

В процессе самовоспитания у осужденного надо развивать привычку и умение анализировать свое поведение. Это достигается путем разбора его действий и поведения, присутствия его, а затем и участия в разборе поведения других осужденных. Так постепенно создается привычка анализировать, корректировать свое поведение, привычка к внутрен­нему контролю.

Процесс перевоспитания может быть правильно организован только в том случае, если воспитатель знает и полностью учитывает внутренние переживания осужденного. Отбывание наказания всегда связано со вспоминанием и разбором своей прошлой жизни, своих действий и вза­имоотношений. От того, по какому пути пойдут эти процессы вспоми­нания и оценки, во многом зависит вся деятельность по перевоспита­нию данного осужденного, зависит быстрота появления у него стремле­ния к самовоспитанию: к изменению своих привычек и черт характера.

Осужденный должен постоянно обучаться принимать самостоятель­ные решения, управлять собственными поступками. Существенно по­могает воспитанию качеств личности создание ситуаций, при которых осужденный ставится перед необходимостью принимать решения за группу лиц, чувствовать ответственность за труд, поведение других. Практика ИТУ показывает, что именно в подобных ситуациях осужден­ные начинают активнее трудиться, их труд становится более произ­водительным, сознательным.

Применение совокупности методов воздействия, условий режима, труда, обучения должно учитывать и конкретные особенности личности осужденного, что обеспечивает действенность процесса перевоспитания.

В заключении этого параграфа следует отметить, что традиционно сложившаяся воспитательная работа в исправительных учреждениях, содержащая в себе зачастую формальные средства воздействия, в целом не принесла успеха пенитенциарной деятельности. В настоящее время, как считает М.И. Еникеев, необходимо концептуальное переоснащение всей системы ИТУ новыми, принципиально иными подходами к про­блеме «исправления» преступников. Суровость, ненависть и жестокость могут дать лишь аналогичные всходы. Человеческое в человеке фор­мируется по другим законам — по законам сострадания, сочувствия, всемерного укрепления хотя бы слабых положительных проявлений индивида, созданием человеческих условий быта*.

_____________________________________________________________________________ *Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. С. 617.

§ 4. Проблемы адаптации освобожденного к условиям жизни на свободе

Как считает В.Л. Васильев, изучение личности осужденного к момен­ту его освобождения из ИТУ имеет большое значение для решения вопросов борьбы с рецидивной преступностью*. С ним нельзя не со­гласиться. С этой проблемой тесно связана проблема адаптации осво­божденного к условиям нормального существования в обычной соци­альной среде на свободе. К сожалению, еще нередки случаи, когда лица, вышедшие из ИТУ, вновь совершают преступления. И здесь встает проблема доказательства исправления человека, которая не менее акту­альна, чем проблема доказательства виновности.

_____________________________________________________________________________

*См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 452.

Обобщение опыта деятельности ИТУ убеждает в необходимости про­ведения специальной работы по психологической подготовке осужден­ных к жизни в новых условиях. Психологическая подготовка выступает начальным и завершающим звеном в процессе исправления и пере­воспитания осужденных. Эта подготовка осужденных заключается в ак­тивизации их психики, настрое их чувств, привычек, психических состоя­ний, в формировании установки вести себя подобающим образом в новых условиях. С помощью таких целенаправленных психических воздействий у осужденного складывается психологическая готовность жить в новых условиях, которая обеспечивает быстрое включение его в новую социаль­ную среду и деятельность в ней без дополнительной затраты энергии на преодоление внутреннего сопротивления и напряжения.

Вызвана психологическая подготовка и тем, что человек, попадая в новые условия жизни и социальную среду, встречается со специфичес­кими трудностями, к преодолению которых он не всегда готов. Для осужденных такая встреча часто бывает неожиданной и вызывает реак­ции, неадекватные условиям ситуации и требованиям норм морали. Это часто усугубляется неправильным отношением окружающих к осужден­ным, что ведет к чрезмерному возбуждению или торможению нервных процессов и к нервным срывам. Осужденный начинает неверно оцени­вать свое поведение и поступки других людей и как следствие непра­вильно действовать. Психологическая подготовка помогает преодолеть инертность человеческой психики, ускоряет ее перестройку в связи с изменением обстоятельств.

Следует прежде всего активизировать положительные качества лич­ности в процессе психологической подготовки осужденных к жизни в новых условиях. Можно сделать это обращением к лучшим сторонам личности, напоминанием ее былых заслуг, активизацией позитивных установок, морально-политических и правовых чувств, выражением уве­ренности, что осужденный оправдает доверие воспитателей и т. п. Пси­хологическое воздействие, при котором осужденный получает информа­цию непосредственно, называется прямым. Примером этого вида воз­действия могут служить психотерапевтические беседы с осужденным и совместный с ним анализ причин его прошлых действий и поступков. Психологическое воздействие называется косвенным, когда в процессе психопрофилактической беседы осужденный делает вывод о том, как ему поступать в том или ином случае на основе опыта других людей.

Освобождающихся из мест заключения лиц можно разделить условно на три категории: 1) лица, вполне исправившиеся в период отбытия наказания; 2) лица с дефектами воспитания; 3) лица, не исправившиеся в процессе отбытия наказания.

Процесс адаптации к условиям нормального существования в нор­мальной социальной среде после длительного срока лишения свобо­ды — сложное явление, требующее активных волевых усилий, высоких нравственных и моральных качеств, хорошо развитого правосознания. Успех адаптации зависит от трех групп факторов. К первой группе относится личность самого освобожденного: его мировоззрение, черты характера, темперамент, интеллект, правосознание, мораль, нравствен­ность, этика, специальность, трудовые навыки и т. д. Ко второй — условия внешней среды, окружающей личность освобожденного: на­личие жилья, прописки, семья и взаимоотношения с ней, работа, удов­летворенность ею и взаимоотношения с трудовым коллективом, тактика работников милиции, которые осуществляют надзор. К третьей группе относятся условия, в которых осужденный ИТУ находился и которые сказываются на его поведении в первые месяцы свободы: организация трудового процесса, структура коллектива осужденных, срок пребыва­ния в ИТУ, учеба, воспитательное воздействие администрации и т. п.

Процесс адаптации освобожденных из ИТУ завершается обычно к трем годам, а преобладающей их части — к одному году. Самое трудное время для адаптации период от 3 до 6 месяцев. Именно в это время требуется наиболее интенсивная работа по управлению процес­сом социальной адаптации освобожденных, строгий контроль за их поведением в быту, в общественных местах, за сферой их общения. Если освобожденные из мест лишения свободы не устраиваются на работу или после трудоустройства оставляют ее, не имеют постоянного места жительства или систематически меняют его, нарушают общественный порядок и правила общежития, это свидетельствует о том, что процесс социальной адаптации протекает неудовлетворительно и есть реальная почва для рецидива.

Социальная адаптация считается успешной, когда социально полез­ные связи освобожденного от наказания в основных сферах жизнеде­ятельности установлены и не имеют существенных отклонений. Нор­мально адаптированный освобожденный порывает связи с преступной средой и другими лицами, чье поведение характеризуется как анти­общественное, не злоупотребляет алкоголем, не допускает право­нарушений.

Общественными являются миротворческие усилия церкви, ее вклад в восстановление и учреждение общечеловеческих норм и ценностей. Речь здесь идет не о религиозных объединениях как коллективном субъекте центра верующих и религиозных деятелей в качестве отдель­ных лиц*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Требников В.М. Социальная адаптация освобожденных от отбывания наказания. Харьков, 1990.

Сложный процесс ресоциализации, перевоспитания и возвращения в общество лица, совершившего преступление, начавшийся на первом его допросе у следователя, заканчивается после его полной адаптации к условиям нормального существования в нормальной социальной среде.

* * *

Отметим, что, завершая обзор достаточно сложных и неординарных проблем юридической психологии, мы приходим к вполне определен­ному выводу, что юридическая психология, являясь прикладной отрас­лью психологии, исследует психологические аспекты эффективности правовой деятельности.

Практика показывает, что профессиональная компетенция юриста находится в прямой зависимости от его знания не только юридических дисциплин, но и проблем юридической психологии. Курс юридической психологии в вузе направлен как на повышение профессиональной компетентности юриста, так и на формирование его психологического образования.

Литература

1. Абульханова-Славская К.А. Стратегия жизни. М., 1991.

2. Алексеев С.С. Введение в юридическую специальность. М., 1980.

3. Антонян Ю.М. Роль конкретной жизненной ситуации в со­вершении преступления. М., 1973.

4. Антонян Ю.М., Гульдан В.В. Криминальная патопсихо­логия. М., 1991.

5. Асмолов Г.А. Психология личности. М., 1990.

6. Бодалев А.А. Психология личности. М., 1988.

7. Васильев В.Л. Судебная психология. Психологический прак­тикум для следователей. М., 1979

8. Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1974.

9. Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991.

10. Глоточкин А.Д., Пирожков В.Ф. Исправительно-трудовая психология. М., 1992.

11. Горшенин Л.Г. Анализ поведения людей и методика модели­рования предполагаемой ситуации. М., 1993.

12. Губин А.В., Чуфаровский Ю.В. Общение в нашей жизни. М., 1992.

13. Дубинин Н.П., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Генетика. Поведение. Ответственность. М., 1982.

14. Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975.

15. Жванков В.А. Человек как носитель криминалистически значимой информации. М., 1993.

16. Зимин П.П., Чуфаровский Ю.В. Воспитание воли. Ташкент, 1990.

17. Илларионов В.П. Переговоры с преступниками. М., 1993.

18. Использование специальных познаний при расследовании преступлений. Учебное пособие. Свердловск, 1978.

19. Кертэс И. Тактика и психологические основы допроса. М., 1965.

20. Костицкий М.В. Введение в юридическую психологию: ме­тодологические и теоретические проблемы. Киев, 1990.

21. Коченов М.М. Введение в судебно-психологическую экс­пертизу. М., 1980.

22. Лакосина Н.Д., Ушаков Г.К. Медицинская психология. М., 1984.

23. Личность преступника. Под ред. Кудрявцева В.Н. М., 1975.

24. Методика криминологического изучения личности несовер­шеннолетнего преступника. М., 1977.

25. Общая психология. Под ред. Петровского А.В. М., 1977.

26. Орзих М.Ф. Личность и право. М., 1975.

27. Пирожков В.Ф. Законы преступного мира молодежи. М., 1992.

28. Ратинов А.Р. Психологическое изучение личности преступ­ника. М.,1982.

29. Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1977.

30. Ситковская О.Д. Судебно-психологическая экспертиза. М., 1980.

31. Сотонин К. Очерки криминальной психологии. Казань. 1925.

32. Типология личности преступника и индивидуальное преду­преждение. М., 1979.

33. Тарарухин С.А. Преступное поведение. М., 1974.

34. Фатеев Н.М. Как провести социально-психологическое ис­следование в коллективе органа внутренних дел. М., 1993.

35. Филонов Л.Б. Психологические способы изучения личности обвиняемого. М., 1983.

36. Филонов Л.Б. Тренинги делового общения сотрудников ор­ганов внутренних дел с различными категориями граждан. М., 1992.

37. Франк Л.М. Виктимология и виктимность. Душанбе, 1972.

38. Чуфаровский Ю.В. Общение: наука, культура. Ташкент, 1986.

39. Шахриманьян И.К. Психологические основы отдельных следственных действий. М., 1972.

40. Шепель В.М. Управленческая психология. М., 1984.

41. Яковлев А.М. Преступность и социальная психология. М., 1971.

42. Якунин В.А. Обучение как процесс управления. Л., 1988.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений08:11:23 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
11:07:37 29 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Юридическая психология 7

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151146)
Комментарии (1843)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru