Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Эмоционально-оценочное отношение матери с подростком, страдающим детским церебральным параличем

Название: Эмоционально-оценочное отношение матери с подростком, страдающим детским церебральным параличем
Раздел: Рефераты по психологии
Тип: реферат Добавлен 10:06:03 24 февраля 2011 Похожие работы
Просмотров: 590 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Содержание

1 ОСОБЕННОСТИ САМОПРИНЯТИЯ МАТЕРЕЙ, ВОСПИТЫВАЮЩИХ ДЕТЕЙ С ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

2 ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ МАТЕРИНСКОЙ ПОЗИЦИИ ЖЕНЩИН, ДЕТИ КОТОРЫХ СТРАДАЮТ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

3 ЭМОЦИОНАЛЬНО-ОЦЕНОЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ МАТЕРИ С ПОДРОСТКОМ, СТРАДАЮЩИМ ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

Библиографический список

1 ОСОБЕННОСТИ САМОПРИНЯТИЯ МАТЕРЕЙ, ВОСПИТЫВАЮЩИХ ДЕТЕЙ С ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

Среди отечественных психологов в последние годы изучение психологических особенностей родителей аномального ребенка и взаимоотношений в таких семьях занимались И.С. Багдасарьян, Е.И. Морозова, В.В. Ткачева и др. В.В. Ткачевой сделаны первые шаги в изучении личности родителей детей с различными отклонениями и в создании комплексной помощи семьям. Но тема самооценки и самопринятия родителей детей с таким сложным и заметным дефектом, как церебральный паралич, в этих работах лишь упоминалась, но не была предметом пристального внимания.

В работах же, выполненных в русле биографического подхода и посвященных изучению воздействия отдельных жизненных факторов на самооценку и самопринятие, такой значимый фактор, как болезнь ребенка, не изучался исследователями. Тем не менее, для построения более эффективных программ психологической помощи матерям, которые подвергаются длительному психопатогенному воздействию, необходимы экспериментальные данные, подтверждающие необходимость создания таких программ.

Изучение характеристик личности этих матерей и, в частности, их самопринятия поможет найти путь к более глубокому осмыслению психологических проблем родителей аномального ребенка. Поэтому исследование посвящено изучению особенностей самопринятия матерей детей с ДЦП, а также поиску путей, с помощью которых психолог сумел бы помочь им справиться с волнующими их трудностями.

Гипотеза нашего исследования была такова: наличие ребенка с ДЦП в семье снижает уровень самопринятия их матерей.

В связи с выдвинутой гипотезой мы ставили следующие задачи: выявить уровень самопринятия матерей, воспитывающих детей с ДЦП дошкольного и школьного возраста; выявить уровень самопринятия матерей, воспитывающих здоровых детей дошкольного и школьного возраста; сравнить уровень самопринятия матерей, воспитывающих детей с ДЦП, и матерей, воспитывающих здоровых детей дошкольного и школьного возраста.

Для достижения поставленных задач использовали тест-опросник самоотношения В. В. Столина, проективную методику КИСС (косвенное измерение системы самооценок), созданную Е. О. Федотовой, и качественный анализ интервью матерей, воспитывающих ребенка с ДЦП, которые в комплексе позволили определить уровень их самопринятия (на осознаваемом, вербальном и неосознаваемом, невербальном уровнях).

В качестве испытуемых выступали матери детей, посещающих Центр медицинской и социально-педагогической реабилитации «Радость» г. Нижнего Новгорода; матери, являющиеся членами Нижегородской общественной организации «Преодоление», и матери детей, посещающих массовых детские сады и общеобразовательные школы г. Нижнего Новгорода. Общее число матерей детей-инвалидов составило 20 человек, матерей здоровых детей — 20 человек.

Сравнительный анализ самопринятия матерей, воспитывающих детей с ДЦП, и матерей, воспитывающих здоровых детей, по итогам теста-опросника самоотношения выявил, что показатели интегрального чувства «за» или «против» собственного «Я», самоуважения, аутосимпатии, самопринятия и самоинтереса матерей, воспитывающих детей с ДЦП, значительно ниже, чем у матерей, воспитывающих здоровых детей (причем различия достоверны при < 0,01 кр < 0,05). Показатели самообвинения в экспериментальной группе значительно выше, чем в контрольной, что еще раз доказывает то, что чаще всего матери больных детей чувствуют себя виноватыми в случившемся с их ребенком. Это чувство вины чаще всего переносится на различные жизненные ситуации и заставляет их постоянно контролировать себя, проверять свои действия, что ведет к постоянному напряжению и в конце концов к истощению. Поэтому они меньше уважают себя, относятся к себе с меньшей симпатией и их интерес к себе снижен.

Презентируемые низкое самоуважение и аутосимпатию можно объяснить тем, что матери, воспитывающие детей-инвалидов, предъявляют такие требования к себе и к своему ребенку, которые задаются обществом, но в силу особенностей детей результаты предпринимаемых действий в отношении себя и их ребенка чаще всего оказываются не такими заметными, какими они могли бы быть в со здоровым ребенком.

Эти данные подтверждают довольно распространенное мнение о том, что родители детей-инвалидов низко оценивают себя.

Рассмотрим теперь те показатели, по которым у матерей, воспитывающих детей с ДЦП, и у матерей, воспитывающих здоровых детей, нет статистически значимых различий.

И в экспериментальной, и в контрольной группах матери ждут положительного к себе отношения, они уверены в себе, самопоследовательны и у них одинаковый уровень самопонимания. Можно предположить, что воспитание в семье ребенка с ДЦП не влияет на эти характеристики самоотношения матерей. Но различные величины дисперсий по шкалам ожидания положительного отношения других и самоуверенности в двух группах позволяют судить о больших отклонениях от среднего показателя в экспериментальной группе.

Обратимся теперь к данным, которые мы получили с помощью методики КИСС.

Сравнение показателей свидетельствует, что самопринятие матерей детей, больных ДЦП не отличается от самопринятия матерей здоровых детей. В обеих группах показатели достигают уровня, описанного в литературе как «Достаточно».

Я считаю, что тест-опросник самоотношения и методика КИСС в совокупности позволили выявить не только вербальную, осознаваемую самооценку и самопринятие, но и неосознаваемую, подлинно переживаемую самооценку, то есть с помощью выбранных диагностических инструментов представилось возможным рассмотреть две различные стороны самопринятия.

Данные, полученные с помощью теста-опросника самоотношения, подтверждают предположение о том, что у матерей, воспитывающих детей с ДЦП, уровень самопринятия ниже, чем у матерей, воспитывающих здоровых детей. Опросник позволил выявить вербальное, осознаваемое самопринятие.

Данные, полученные с помощью методики КИСС, могут показаться отличными от распространенного мнения о том, что родители детей-инвалидов низко оценивают себя, но методика выявила реально переживаемое самопринятие, и видно, что оно на достаточно высоком уровне, и матери детей с ДЦП находятся в гармоничных с собой отношениях.

Рассмотрим теперь данные, полученные в ходе интервью, для того чтобы попытаться найти объяснение этому факту.

Анализ интервью матерей, воспитывающих детей с ДЦП, был проведен с целью определить их вербальную, осознаваемую оценку себя, своих взаимоотношений с ребенком, семьей и окружающим миром.

Отношения респонденток к себе делятся на «положительные», «отрицательные» и «неоднозначные». Положительное самопринятие отмечено у 40% матерей, «отрицательное» — у 45%, отношение, которое можно назвать «неоднозначным», — у 15%. Мы видим, что матерей, которые осознанно характеризуют себя негативно, больше.

Рассмотрим две подгруппы матерей, которые дают себе высокие и низкие оценки по результатам интервью.

У восьми матерей (100%), оценивающих себя положительно, были выявлены «положительные» отношения с ребенком (87,5%) и близкими (87,5%). Об отношениях с «улицей» упоминают негативно 50%, а остальные 50% не упоминают о них вообще. Об отношениях с государством не говорится в 75% случаев, в 25% — отношения негативные.

У девяти матерей (100%), оценивающих себя отрицательно, наблюдаются положительные отношения с ребенком в 88,9% случаев, такое же отношение членов семьи к ребенку мы видим лишь в 44,4% случаев, остальные 55,5% оценивают отношение семьи к больному ребенку как «отрицательное», «неоднозначное» или не упоминают о нем. Отношения с близкими являются «положительными» у 55,5% матерей, у остальных 44,4% — негативными или «неоднозначными». В этой группе матерей отмечаются как «положительные» отношения с «улицей» (22,2%), так и «отрицательные» (44,4%) и «неоднозначные» (33,3%). Отношения с государством преобладают «отрицательные» — 55,6%, а 44,4% матерей не упоминают о них.

Рассмотрев количественные данные, мы можем теперь нарисовать картину мира тех матерей, которые позитивно оценивают себя, и картину мира тех, которые оценивают себя негативно.

«Положительно» оценивающие себя матери имеют теплые взаимоотношения со своими детьми и с близкими людьми, их семья положительно относится к ребенку, они нечасто вступают в конфликт с «улицей» или мало задумываются над тем, как «улица» их оценит, а также они не перекладывают всю вину за случившееся с их детьми на государство, что говорит об их зрелости, умении справляться с трудностями своими силами.

Те матери, которые «отрицательно» оценивают себя, также имеют теплые отношения со своими детьми, но их отношения с близкими нельзя назвать однозначно позитивными, их семья чаще относится к ребенку или неоднозначно, или негативно. Отношения с «улицей» важны для них, поскольку упоминаются во всех случаях, чаще негативно или неоднозначно. Этих матерей можно назвать более инфантильными по сравнению с матерями, относящимися к себе положительно, так как они ждут помощи и поддержки государства в решении своих проблем.

Итак, мы можем сделать следующие выводы по итогам анализа интервью: матери детей больных ДЦП оценивают себя как положительно, так и отрицательно; матери, оценивающие себя положительно, имеют в целом и более позитивную картину мира (взаимоотношения с близкими людьми, отношения семьи к ребенку, взаимоотношения с государством); у матерей, оценивающих себя негативно, мы наблюдаем и более негативную картину мира, но это не касается взаимоотношений с ребенком.

Следует отметить тот факт, что мы обнаружили расхождение в принятии себя матерями, воспитывающими детей с ДЦП, по результатам методики КИСС и интервью. Получается, что глубоко внутри эти испытуемые находятся с собой в гармоничных отношениях, а их вербальная самооценка является низкой. Все эти случаи заслуживают особого внимания, поэтому попытаемся на основе анализа интервью реконструировать систему ценностей 12 человек с высоким самопринятием (по результатам КИСС), чтобы понять, что помогает им поддерживать внутреннюю стабильность и справляться с трудностями, связанными с тем, что их ребенок «не такой, как у всех».

Для этих матерей особую ценность представляет доброта, себя они видят добрыми и умными. Им важен ребенок и теплые взаимоотношения с ним. Матери полностью принимают ребенка и его диагноз, пытаясь помочь ребенку адаптироваться к жизни в обществе. Положительное отношение их семей к ребенку и поддержка членов семьи и родственников имеют для них огромное значение. Эти матери — зрелые люди, которые рассчитывают на себя самих, не обвиняя никого в случившемся. Они зрелые люди еще и потому, что понимают: нельзя останавливаться на достигнутом, надо двигаться дальше. Их будущее им нравится, и в будущем они ждут поддержки своих здоровых детей и близких людей.

Таким образом, проведенное исследование частично подтвердило нашу гипотезу о том, что у матерей детей, воспитывающих детей с ДЦП, низкий уровень самопринятия. Действительно, на вербальном, осознанном уровне они оценивают себя ниже по сравнению с теми матерями, которые воспитывают здоровых детей.

Поданным методики КИСС, мы не выявили значимых различий между двумя группами испытуемых, более того, мы выделили группу матерей детей-инвалидов, которые имеют высокое самопринятие.

Рассмотрев оценки экспертов относительно интервью, мы показали картины мира тех матерей, которые оценивают себя положительно, и тех, которые оценивают себя отрицательно, выделив существенные аспекты мировосприятия каждой из подгрупп.

И наконец, проанализируем систему ценностей и картину мира испытуемых, которые по результатам методики КИСС имеют высокое самопринятие, и выделили особенности, позволяющие поддерживать внутреннее ощущение приятного для себя человека.

2 ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ МАТЕРИНСКОЙ ПОЗИЦИИ ЖЕНЩИН, ДЕТИ КОТОРЫХ СТРАДАЮТ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

психологический семья ребенок церебральный паралич

Широко известно, что отношения между детьми и родителями, в частности отношения ребенка с матерью, являются чрезвычайно важными для становления ребенка как социального существа, ибо они оказывают решающее влияние на развитие его самосознания и личность в целом. Материнская позиция или система отношений матери к ребенку представляет собой комплекс, включающий когнитивную, эмоциональную и поведенческую составляющие. Ее характеристиками являются адекватность, гибкость, прогностичность. Родительское отношение к ребенку принято анализировать по двум направлениям, или осям; приятие—отвержение и автономия—контроль. Приятие — это понимание внутреннего мира ребенка, терпимость к его индивидуальным психофизиологическим проявлениям, уважение самостоятельности, поощрение инициативы. Неприятие — отношение к ребенку как «не к тому», невнимательность, пренебрежение. Ось автономия—контроль описывает использующиеся в семейном воспитании типы дисциплинарной регуляции поведения ребенка.

Отклонения от оптимальной родительской позиции порождают различные нарушения в развитии личности ребенка, вплоть до болезненных. Так, известно, что нарушения материнской позиции, связанные с психологическим неблагополучием матери, являются основным патогенетическим футором неврозов у детей. В случае, когда у ребенка с момента рождения имеется неустранимый полностью физический дефект, как это наблюдается у больных детским церебральным параличом, у матери реакция на его болезнь может выражаться в виде психогенных, главным образом депрессивных, расстройств, формирования неправильных взглядов на воспитание, выливающихся, в частности, в гиперопеку. Эти особенности воспитания с раннего возраста искажают социальную позицию ребенка, являются одним из важнейших механизмов формирования личности дефицитарного типа.

Психологическое изучение специфики материнской позиции по отношению к больному, страдающему детским церебральным параличом, имеет большое практическое значение. Знание закономерностей формирования материнской позиции важно для оказания психологической помощи матери при решении ею проблем лечения, обучения, воспитания ребенка, управлении собственным эмоциональным состоянием, при выработке рационального отношения к своей профессиональной и семейной жизни. Профилактические меры по отношению к формирующейся личности ребенка осуществляются посредством влияния на мать с учетом ее позиции. Кроме того, изучение динамики отношения матери к больному ребенку, особенностей восприятия его болезненных проявлений, перспектива развития и социальной адаптации — важное дополнение к клиническим наблюдениям при решении повседневных проблем медицинской этики.

Целью настоящей работы явилось психологическое исследование материнской позиции женщин, дети которых страдают церебральным параличом. Как известно, слабые способности, физические недостатки детей могут вызывать у родителей чувство неприятия по отношению к «разочаровавшим» и «неоправ-давшим» надежду детям. Именно поэтому материнская позиция изучалась по оси приятие—отвержение. Конкретными показателями здесь явились восприятие матерью больного ребенка и непосредственное эмоциональное отношение к нему.

Работа осуществлялась на базе Московской городской детской клинической психоневрологической больницы № 18. Были обследованы 62 женщины, средний возраст которых составлял 32 года. Возраст детей (а следовательно, и продолжительность психологической травмы у матери) колебался в пределах 1-18 лет. У всех детей обследованных женщин отмечались тяжелая патология движений, нарушение познавательной деятельности и речи, патология личности. Не могли ходить 83% больных. Из детей, достигших школьного возраста, обучались по программе массовой школы 30%, по программе вспомогательной школы — 54%. Остальные в связи с тяжестью двигательных нарушений не обучались вообще. Обследованные женщины были разделены на три группы в зависимости от возраста ребенка. В первую вошли 22 матери детей раннего возраста, во вторую — 20 матерей дошкольников, в третью — 20 матерей школьников. Контрольную группу составили 28 матерей здоровых детей разного возраста.

В качестве метода исследования восприятия матерью больного ребенка использовалась индивидуальная беседа на основе заранее составленных вопросов. Ее задачей было изучение представлений женщин, имеющих детей с разной давностью заболевания, о болезни, ее проявлениях и значении для отдаленных социальных перспектив в развитии ребенка.

Отвечая на вопросы, направленные на изучение представлений о структуре дефекта у детей, матери указывают на несформированность двигательных навыков и другую патологию движений, которые называются нарушениями качеств индивида (КИ): «У него больные ноги, до сих пор не умеет самостоятельно ходить, передвигается на четвереньках». Наряду с этим матерями отмечались и нарушения познавательной деятельности, а также речи, обозначенные как нарушения качеств субъекта (КС): «Разговаривает мало, не все понимает». Матери также указывали на нарушения поведения и личностные особенности своих детей, обозначенные как нарушения качеств личности (КЛ): «Его отличает необъяснимое упрямство, капризничает».

Анализ представлений о структуре дефекта по группам показал, нарушения КИ видят 100% матерей в каждой из групп. Нарушения КС отмечали только 10% опрошенных первой группы, 30% опрошенных второй и 50% опрошенных третьей группы. Нарушения КЛ отмечали у своих детей в первой группе только отдельные, наиболее внимательные матери, а во второй и третьей группах — приблизительно одного из пяти испытуемых.

Таким образом, представления матери о структуре дефекта ребенка меняются по мере его развития. Так, если нарушения движений становятся для матери очевидными, когда возраст ребенка около года, то несостоятельность в познавательной деятельности отчетливо осознается только с предъявлением учебных требований к его интеллектуальному развитию.

Представления о последствиях заболевания в настоящий момент у матерей первой группы, то есть имеющих детей раннего возраста, сравнительно оптимистические. Более трети женщин считают, что условия развития и воспитания их детей такие же, как и у здоровых сверстников. Другие замечают ограничения в движениях и познавательной активности: «Игрушки плохо берет, ест яблоко в манеже, как собачка, — ртом. Не ходит. Не слушает книг». Более половины матерей этой группы оптимистичны в отношении отдаленных прогнозов развития ребенка: «Мне кажется, что в будущем все будет нормально, все пройдет». И лишь часть матерей проявляют тревогу: «Хочу надеяться на лучшее, страшно об этом думать». Другие стремятся к защитному вытеснению размышлений о последствиях заболевания в будущем: «Не допускаю такой мысли и сделаю все возможное и невозможное». Те матери, которые все-таки пытаются прогнозировать отдаленные последствия заболевания, связывают их с возможной реакцией ребенка на физический дефект: «Будет переживать, что не такой, как все. Будет бояться насмешек здоровых детей».

Таким образом, представления о непосредственных последствиях заболевания у ребенка раннего возраста связываются в сознании матери с двигательными и познавательными нарушениями, а в будущем — с нарушениями поведения.

Представления матерей о последствиях заболевания в настоящий момент для ребенка-дошкольника (вторая группа) сравнительно более полные. Они отдают себе отчет в наличии у детей нарушений во всех сферах (двигательной, познавательной, личностной). В то же время 32,5% опрошенных надеются на относительно благополучное будущее своего ребенка: «Не будет никаких ограничений. Образование для него не закрыто, а вуз можно выбрать такой, что походка не будет мешать». Однако у большей части опрошенных матерей второй группы отмечены преувеличенные представления об ограничениях в жизни ребенка в связи с отдаленными последствиями заболевания. Мать отвергает саму возможность для сына или дочери таких жизненно необходимых факторов, как учеба, работа, общение с друзьями, создание семьи. Преувеличение бывает относительным («Всего нормального будет лишен, если двигательное состояние не улучшится»), но может быть и абсолютным («В будущем он сразу всего будет лишен: и работы, и семьи, и учебы»).

У матерей третьей группы преувеличенные представления об ограничениях ребенка прослеживаются уже при описании последствий заболевания в настоящем: «Всего лишен, всей радости жизни: ничего не знает, не видит, лишен общества». В описании отдаленных последствий заболевания это представления наблюдаются у абсолютного большинства матерей школьников: «Учеба, труд, семья навряд ли будут. У меня пропала надежда. Хочется верить, что хоть чего-то можно добиться. Во всем вижу ограничения и всего боюсь».

Несомненно, что выявленные особенности представлений отражают осознание матерью всех видов нарушении у ребенка и страх за его будущее. Как видно из сказанного, существует корреляция между полнотой представления о структуре дефекта и характером представлений о последствиях заболевания: чем отчетливее представление о дефекте, тем пессимистичнее смотрит мать на настоящее и будущее ребенка. Предположим, что преувеличенные представления об ограничениях отражают конвергенцию сравнительно полного представления о дефекте и изменении эмоционального отношения к ребенку, а временем изменения эмоционального отношения к больному является период дошкольного детства. Дальнейшее исследование было посвящено изучению эмоционального отношения матери к ребенку. В качестве показателя при этом использовалась оценка ею КИ, КС и КЛ ребенка, а также оценка его роли в ее жизни. Конкретными методическими приемами изучения явились опросник, посвященный оценке роли ребенка в жизни матери, и модифицированная методика самооценки, по С. Я. Рубинштейн. Мать оценивала ребенка по трем шкалам: здоровье, ум, характер, которые соответствуют качествам его как индивида, субъекта познавательной деятельности и личности. Оценка давалась дважды: сначала реальная (каким я вижу моего ребенка), а затем идеальная (каким я хотела бы видеть моего ребенка).

Проведенное исследование показало, что в контрольной группе реальная оценка позитивна по всем трем шкалам. Положительно оценили своего ребенка 43% матерей экспериментальных групп. Особенно высоко были оценены дети раннего возраста. Соответственно по трем использованным шкалам оценки были следующие: КИ — 57,8%, КС — 58,4%, КЛ — 84,2%. Во второй группе позитивных оценок было несколько меньше: соответственно 41,6,50,0 и 58,3%. В третьей группе количество положительных оценок было минимальным и составило, например, по 12,5% для первых двух шкал. Количество отрицательных оценок соответственно от группы к группе возрастало.

Хотя полученные данные соответствуют динамике представлений о структуре дефекта и последствиях заболевания, наличие столь значительного количества позитивных оценок требует пояснений. Анализ мотивировок таких оценок выявил их защитный характер. Возможно выделение нескольких механизмов защитного переживания матерями дефектов своих детей. Все они — различные варианты вытеснения и своего рода рационализации в применении к различным сторонам дефекта: «Я считаю, она нормальная, здоровая девочка. Я все для этого делаю, я в этом на сто процентов уверена». «Я много ездила (имеются в виду поездки по больницам и санаториям страны с целью лечения ребенка. — О. Р.) и после поездок всегда успокаиваюсь: есть дети намного физически более тяжелые».

Каков вклад защитного переживания в структуру отношения к ребенку как составляющего материнской позиции, показывает анализ удовлетворенности им. В качестве показателя использовалось соотношение реальной и идеальной оценок.

Удовлетворенность (у) подсчитывалась по формуле:

У= а-{хгх )

а

где а — длина шкалы; (х2 — х.) — длина отрезка шкалы, выражающего разность между идеальной и реальной оценкой соответствующего качества.

В контрольной группе реальная и идеальная оценки часто совпадали. В этом случае удовлетворенность максимально высока и равна единице. В среднем по группе она равнялась 0,86. Удовлетворенность различными качествами ребенка варьировала в пределах 0,83—0,90. Удовлетворенность в экспериментальных группах в среднем ниже и составляет 0,64. Самой низкой является удовлетворенность КИ ребенка. В раннем возрасте она составила 0,62, в дошкольном — 0,56, а в школьном — 0,48. Тенденция снижения удовлетворенности по мере взросления ребенка легко прослеживается и в отношении КС и КЛ.

Удовлетворенность матерей, позитивно оценивших ребенка, выше, чем удовлетворенность при негативной оценке, в первой группе составляет 0,67, во второй — 0,87, в третьей — 0,82. Приблизительно такая же, как в контрольной группе — 0,45, во второй— 0,48, в третьей — 0,45 (то есть почти в два раза ниже, чем в контрольной группе, и ниже, чем удовлетворенность при позитивной оценке в соответствующих экспериментальных группах).

Полученные данные объясняют психологическую необходимость позитивной оценки. Она отражает стремление матери сохранить, несмотря ни на что, эмоционально положительное отношение к ребенку. Это подтверждается и данными анализа суждений о роли ребенка в жизни матери.

По содержанию они были разделены на три вида. Положительные: «Стимулирует меня во всем. Ребенок у меня — это самое ценное»; противоречивые: «Мы сына очень любим, особенно муж. Он для нас — все. Мы все потеряли из-за этого ребенка, отрешились от мира»; отрицательные: «Рождение этого ребенка привело к постоянным страданиям, непроходящим. Вся моя жизнь поменялась в худшую сторону, все планы пропали». Одним из вариантов отрицательных суждений являются рациональные: «С одной стороны, могло быть и хуже, а с другой — ведь я тоже могу заболеть, и за мной надо будет ухаживать».

В целом в экспериментальных группах преобладают отрицательные высказывания, противоречивых сравнительно немного, положительных около 28%. В первой группе положительных утверждений 45,4%, во второй на первое место выходят отрицательные (63,6%) и возникает большое количество рациональных (20%), в третьей группе также преобладают отрицательные суждения (66,6%).

Следовательно, взросление ребенка меняет представление матери о его роли в ее жизни. Таким образом, у женщин, имеющих ребенка, страдающего церебральным параличом, по мере его взросления происходит изменение когнитивной и эмоциональной составляющих материнской позиции. Если в первые три года жизни ребенка за счет защитного переживания дефекта и неполного представления о нем материнская позиция представляет собой приятие, то с течением времени, чаще всего в период дошкольного детства больного, она перестраивается в сторону отвержения. Это связано с объективизацией представлений о структуре дефекта и перспективах социального развития больного, а также с изменением эмоционального отношения к нему. Приятие — явление само по себе позитивное. Однако и данном случае оно строится не на понимании психофизических особенностей ребенка, уважении к его личности, вопреки отчетливо осознаваемым дефектам, а есть следствие вытеснения переживаний, анозогностического отношения к болезни. Такая не учитывающая объективного положения вещей материнская позиция приводит к неправильным формам воспитания, обучения, отношения к ребенку в целом. Отвержение — всегда патогенный фактор для формирующейся личности ребенка. Поэтому спонтанная материнская позиция требует психологической коррекции. С целью повышения родительской компетентности необходимо тактично и осторожно формировать объективное представление о дефекте и возможных его результатах уже в период раннего детства ребенка. Нельзя поддерживать необоснованный оптимизм и защитное стремление избегать размышлений о последствиях заболевания для социальной адаптации, иными словами, необходимо корригировать свои ожидания и требования к ребенку. Нужно учить мать искать правильные пути воспитания и видеть в своем сыне или дочери не только болезнь, но и то положительное, что есть в каждом, даже больном, ребенке. Только в этом случае можно ожидать преодоления симбиотической связи мать—ребенок с физическим недостатком, формирования оптимальной родительской позиции, которая способствует адекватному формированию личности такого ребенка, с одной стороны, а с другой — не искажает активную социальную позицию матери.

3 ЭМОЦИОНАЛЬНО-ОЦЕНОЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ МАТЕРИ С ПОДРОСТКОМ, СТРАДАЮЩИМ ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

Нарушение в эмоционально-оценочной сфере приводит к тому, что человек начинает испытывать переживание эмоционального неблагополучия; оно распространяется на основные сферы его жизнедеятельности в виде эмоционально-негативной оценки себя, своих результатов и далее обусловливает нарушения всей системы его отношений. Наглядно эти нарушения проявляются в неадекватных способах поведенческого реагирования на жизненные ситуации матери, эмоциональная функция которой «программирует» базовые представления ребенка о себе, в дальнейшем определяя процесс его социализации и, что опасно, начинают выступать в качестве фактора, приводящего к психической травматизации личности, проявляясь в ипохондрических, неврастенических, психопатических, параноидных и прочих симптомах. Считается, что в психической деятельности человека в условиях повторяющейся обстановки возникает динамический стереотип, который запечатлевает определенный опыт и обеспечивает фиксацию определенных эмоционально-оценочных отношений.

Исходя из этого положения, под нашим руководством было проведено исследование эмоционально-оценочного отношения между матерью и подростком, страдающим детским церебральным параличом (ДЦП). Предполагалось, что взаимоотношения матери и подростка обусловлены эмоционально-оценочным отношением матери к себе и имеют определенное влияние на характер взаимодействия с ним. Основные методы, использованные для решения поставленных задач, были: сочинение «Мой ребенок — инвалид». Метод цветовых выборов (адаптированный вариант цветового теста Люшсра) опросник «Подростки о родителях». В исследовании принимали участие умственно сохранные дети-инвалиды с диагнозом ДЦП и их матери или лица, их заменяющие г. Казани и г. Ульяновска (109 человек). Возраст матерей варьировал от 20 до 60 лет. У более чем 50% матерей — рождение ребенка в возрасте от 18 до 25 лет. Четыре женщины родили своего ребенка в возрасте от 36 до 40 лет. Большинство матерей (70%) из полной семьи: абсолютное большинство (70%) имеют одного ребенка; 50% матерей после рождения ребенка-инвалида оставили свою профессиональную деятельность и стали домохозяйками; 60% матерей имеют среднее специальное или высшее образование.

Анализ результатов показал высокий уровень энергозатрат у большей части испытуемых (70%). Об этом говорит расположение «рабочей группы» цветов (красный, желтый, зеленый) в начале ряда предпочтений. Наличие чувства повышенной тревоги, страдания, страха свойственно 82,5% обследованных. Эти переживания обусловливаются подавленным состоянием, неудовлетворенностью субъективно значимых потребностей в активности, в успешности, в самовыражении. С одной стороны, проявляется компульсивность в плане энергичной защиты своих позиций, демонстрации оптимизма, инициативности и упорства в достижении целей — значения ВК > 1 в 64,5% случаев. С другой стороны, выраженное проявление различных компенсаций, таких как неучастие, социальная отгороженность, свобода от обязательств — ВК < 1, свидетельствующее об установке на минимизацию усилий, восстановление и самосохранение, — в 36% случаев.

Анализ сочинений и записей бесед с матерями показывает, что родительские позиции в семьях, воспитывающих ребенка-инвалида, имеют ряд специфических свойств, отражаемых в родительской позиции: преобладание негативного эмоционального фона, а также негативных оценок ребенка. В основном матери центрируются на прошлом и будущем, игнорируя настоящее. Характеристики ребенка несут факт приписывания ему качеств: «эгоизма с рождения», «несамостоятельности», «болезненности и зависимости». Распространены ошибочные оценки умственного развития, переоценка способностей или указания на мнимое отставание в интеллектуальном развитии, недооценка эмоциональных переживаний детей, специфическое игнорирование реальных и закономерных трудностей ребенка при подчеркивании странностей его поведения, что особенно выявляется в реакциях на детский страх. Контент-анализ высказываний матерей показал ригидность в способах воздействия на ребенка: 64% матерей не изменяют формы наказания без учета ситуаций и возраста ребенка. Воспитательные воздействия направлены главным образом на лечение ребенка, уход за его физическим состоянием и решение сиюминутных проблем, связанных с послушанием.

Анализ отношения подростков к матерям показал следующее: мальчики отмечают сверхопеку со стороны матери и воспринимают ее как авторитарную (73%). С одной стороны, мальчики стремятся к автономности, с другой — демонстрируют примиренческую позицию, склонны соглашаться с ней, испытывают необходимость в помощи и поддержке. Девочки фиксируют непринятие матерью их стремления к самостоятельности и независимости, отгороженность ее от проблем и интересов дочери, слабовольность и зависимость матери от мнения окружающих (68%). И девочки, и мальчики отмечают непоследовательность в проведении линии воспитания обоих родителей.

Таким образом, результаты исследования показали, что существует определенная степень зависимости между эмоционально-оценочными компонентами матери и подростка, страдающего ДЦП, особо проявляемая в неблагополучном эмоциональном фоне.


Библиографический список

1. Вишневский В. А. О динамике психогенных депрессивных расстройств, вызванных рождением в семье больного ребенка//Журнал невропатологии и психиатрии. 2010. № 4. С. 563-567.

2. Захаров А. И. Психотерапия неврозов у детей и подростков. Л., 2009.

3. Захаров А. И. Как предупредить отклонения в поведении ребенка. М., 2008.

4. Кириченко Е. И., Калижнюк Э. С. Роль биологических и социальных факторов в механизмах патологического формирования личности при детских церебральных параличах // Журнал невропатологии и психиатрии. 2010. № 9. С. 1390-1394.

5. Ковалев В, В. Психиатрия детского возраста. М., 2008.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений07:51:57 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
09:54:44 29 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Эмоционально-оценочное отношение матери с подростком, страдающим детским церебральным параличем

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151311)
Комментарии (1844)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru