Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Статья: Екатерина II и Тредиаковский

Название: Екатерина II и Тредиаковский
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: статья Добавлен 05:28:14 26 января 2011 Похожие работы
Просмотров: 69 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Ивинский А.Д.

А.С. Орлов сформулировал концепцию (Орлов 1935, 5-55), которую никто не ставил под сомнение: В.К. Тредиаковский, своим переводом «Приключений Телемака» Фенелона, вступил в неравный бой с Екатериной. Нападками на деспотию он испугал лицемерную императрицу, и в качестве отместки она подвергла смелого просветителя осмеянию и создала Тредиаковскому репутацию бездарного стихоплета[i].

Из работы в работу переходят одни и те же свидетельства, которые должны подтвердить эту теорию. Так, обычно цитируется тот пассаж из «Всякой Всячине», в котором «Тилемахида» объявляется лучшим средством от бессонницы. Приводят также анекдот, рассказанный еще Карамзиным и попавший в «Словарь» Евгения Болховитинова, о существовании шуточных правил, выставленных в Эрмитаже и написанных самой Екатериной: за проступок полагалось в виде наказания выучить наизусть несколько стихов «Тилемахиды» (Митрополит Евгений 1845, т. 2, 221; Пыляев 1991, 205-206).

При всей внешней убедительности данной концепции она допускает ряд уточнений. Мало того, что история отношений Екатерины и «просветителей» была слишком идеологизирована: многие факты вообще не попадали в поле зрения ученых.

В высшей степени показательна в этом смысле история со «Всякой Всячиной»: цитата из журнала обычно приводится не полностью. Оригинальный текст выглядит следующим образом: «<…> мы по довольном размышлении положили ей предписать нижеследующее от бессонницы лекарство: ложася спать, чтоб изволила прочесть рядом шесть страниц нашего сочинения. А потом шесть страниц Тилемахиды; и крепко надеемся, что сим способом уже она не услышит храпления своего мужа» (ВВ 1769, 15-16). Как видим, ирония здесь соседствует с самоиронией, и этот текст вряд ли может оцениваться как литературная декларация. Другое дело, что и дальше на страницах «Всякой Всячины» возникает образ Тредиаковского, однако и здесь речь, скорее, идет о скучном педанте, чем о «просветителе» и «борце»: «<…> для совершенного ж от бессонницы освобождения потребно было приобщить к Тилемахиде несколько стихов из Аргениды <…>» (Там же, 31). К тому же, на страницах журнала мы найдем и отзыв, в котором признаются, пусть и с оговорками, заслуги автора: «Он, конечно, долее моего писал и, с позволения, больше врал. Однако пускай ему худо: смело скажу, что нет ни одного Русского сочинения, из коего бы больше его мест наизусть помнили» (Там же, 59). Тем более странен для нас вывод В.М. Живова, обратившегося к этой проблеме и пришедшего к выводу о том, что против Тредиаковского императрицей была проведена «пропагандистская акция» (Живов 2002, 584).

Дело, однако, не сводится лишь к тем или иным высказываниям императрицы о Тредиаковском. Екатерининская «практика» свидетельствует о том, что литературные и научные труды «вечного труженика» были для нее актуальны, несмотря на «теоретические» декларации.

В.П. Степанов показал, что Екатерина в своем драматическом творчестве не раз обращалась к Тредиаковскому: «Императрица познакомилась с ранними сочинениями Тредиаковского, предшествовавшими «Тилемихиде», несколько позднее, в 1788 г., во время работы над оперой «Горе-богатырь Косометович». Храповицкий записал в своем «Дневнике»: «Для составления оперы о Фуфлыге поднес «Езду в остров любви», «Деидамию» и трагедии Ломоносова, из коих надобен «Мамай». Сказано: «Будет хорошо». Экземпляр московского издания «Деидамии» 1775 г. позднее был обнаружен среди подручных книг императрицы в ее рабочем кабинете; он упомянут в описи кабинета, составленной в 1795 г.» (Степанов 1976, 90).

Нас же интересует другой текст Тредиаковского, который еще не рассматривался в контексте литературной политики Екатерины II, – «Три рассуждения о трех главнейших древностях российских».

«Три рассуждения» обычно признавались научным курьезом и не становились предметом специального анализа: «Многочисленные оригинальные научные труды Тредиаковского чрезвычайно неравноценны. <…> Иные из них граничат с курьезом <…> в 1773 г. напечатаны были «Три рассуждения о трех главнейших древностях российских» (1757). В первом доказывается, что древнейшим языком всей Европы был язык славянский. Главный аргумент — насильственные этимологии <…> Надо помнить, однако, что нелепые этимологии были общей болезнью всего европейского языкознания XVII и XVIII вв. Западная наука, современная Тредиаковскому и даже позднейшая, полна таких же абсурдов» (Пумпянский 1941, 254). Это «странное, тяжело написанное сочинение, изобилующее фантастическими рассуждениями и этимологиями» (Альтшуллер 2007, 304), пытались, правда не слишком энергично, вписать в концепцию будущего «шишковизма». Однако это произведение настолько выпало из внимания исследователей, что доходило и до недоразумений: «В 1773 г. Тредиаковский издал книгу под названием «Три рассуждения <…>» (Там же, 303). Понятно, что 4 года как лежавший в могиле Тредиаковский не мог что-либо издавать…

Действительно, если искусственно вырвать «Три рассуждения» из научного контекста того времени, они действительно кажутся и абсурдными, и курьезными, и непонятными. Тем более важно ответить на вопрос, зачем в начале 70-х годов издается эта сомнительная книга осмеянного автора.

Как представляется, она должна была сильно заинтересовать императрицу, которая как раз в данное время искала исторического и филологического обоснования ее монархической идеи.

В своей лингвистической (этимологической) и исторической работе Екатерина отстаивала идею древности русского языка и русской цивилизации. Она стремилась доказать, что все современные европейские языки произошли именно от русского, и тем самым укрепить мнение о великой роли России в современном мире.

Естественно, что, обращаясь к истории Древней Руси, она не могла пройти мимо норманнского сюжета, поскольку не могла признать первенствующую роль иностранцев в создании российского государства. Екатерина полагала, что к IX в. Россия прошла уже долгий путь развития и не нуждалась в чье-либо помощи со стороны (Ивинский 2009; Ивинский 2009а).

Трактат Тредиаковского состоит из трех частей: «I. О первенстве словенского языка пред тевтоническим. II. О первоначалии россов. III. О варягах руссах, славенского звания, рода и языка». Именно эти проблемы были в центре идеологических исканий эпохи, а вместе с тем, как мы видели, и Екатерины.

Тредиаковский уверен, что европейским праязыком был скифский, или словенский, от которого позднее произошел современный русский: «<…> трудно <…> определить, были ль Скитфы и Целты един народ или разный, хотя и способно доказать можно, что с самого начала имели они един общий язык, названный писателями Скитфским, а от меня Словенским <…> Авторы всемирной истории, люди весьма ученые и благорассудительные, <…> не токмо началным быть Скитфский язык предают, но и утверждают, что от него произошли языки, именно, Московитский, Славенский, Польский, Датский, Шведский, Саксонский и других многих народов. <…> нет ни стязания, ни сомнения, чтоб Московитский, то есть нынешний наш Славенороссийский и Польский, не произошли от Скитфского <…> но Авторы сии утверждают то ж самое и о Датском, и о Шведском, и о Саксонском и о других многих <…>» (Тредиаковски й 1773, 12, 22-24).

Кроме того, по мысли Тредиаковского, два первых народа – Скифы и Целты – родственны и являются прямыми предками современных славян, что очевидным образом выводится из лингвистических данных: «И по истине, един был с самого начала у Иафетических племен Скитфский с Целтическим языком, то есть един был издревле, но по смешении Словенский. Доказывают сие самые первые имена Скитфов и Целтов. Что ж знаменует Скитф? Скитф есть СКИТ и, следовательно, Скитфы суть СКИТЫ от СКИТАНИЯ, то есть от свободного прехождения с места на место: а слова СКИТАНИЕ и СКИТАТЬСЯ суть точно Словенские. <…> Что ж суть и Целты? Ежели послушать греков, то они суть всадники или конники, от Келетаи или Келетои или Келтои. Но буде поверить Германцам, то Целт есть воин или муж храбрый от Гелт. Изрядно толко я толкую инако <…> Целт есть по-словенски Желт, а Целты, следственно, желты, то есть народ светлорусый. <…>» (Там же, 29-32).

От скифов произошли сарматы. Для обоснования этой идеи Тредиаковский прибегает к довольно смелым этимологическим сближениям: «Геродот повествует, что Сарматы произошли от Скифов и Амазонок. Но и другие авторы пишут, что Амазонки пребывали с супружниками своими чрез один токмо месяц, так что родившихся потом дщерей оставляли они у себя, а сынов отдавали отцам, что и по Геродоту. Полагаю, что сие было тогда, когда уже Скитфов довольно переправилось за Волгу, называемую ими Рас, и сокращенно Ра, а Амазонки жили по Дону. Может статься, что молодые Скитфченки, пребывая с переправившимися своими отцами, а метерей не видя, спрашивали отцов, где б их матери были? Но отцы им и сказывали: ЗА-РА-МАТИ, то есть матери их живут за Волгой; от чего те дети и прозваны Зараматами, или Скитфами, имеющими своих матерей за Волгою на запад. <…>» (Там же, 40).

Замечательно прояснено значение слова «амазонка»: «Но и сами оне все вообще разглашены от Греков Амазонами, то есть бессосечными, а в подтверждение сему знаменованию сплетена и баснь, по Греческому тогдашнему нраву, что будто б оне себе прижигали един сосец, дабы им способнее было из лука стрелять, но другий оставляли для воздоения своих порождений. <…> Были оне подлинно не Амазоны по-Гречески, но Омужоны по-Словенски, то есть были оне жены мужественные <…>» (Там же, 42).

«Доказав» древность русского языка, который восходит к словенскому и скитфскому, Тредиаковский старался показать зависимость от него языков романо-германской группы.

Так, названия стран восходят к славянскому источнику: «Мы находим все страны, Целтами с начала населяемые, Словенским языком прозванные. Доведено, что Гиспания есть Выспания. Но Луситания, ныне Португалия, будет Лишедания, или Лишедения по лишению дня, как страна самая последняя в западе. Галлия, Целтия, то есть Желтая, да и жили в ней народы, называемые Велокассы, от великих или многих кос из волосов на голове <…>. Гелвеция, или правее Голветиа, ныне Швейцария, есть Голветия или Головетия, от малого земли сея плодоносия. Что ж до Британии, то как она не от того, что будто жители ее были названы бриты от раскрашивания своих лиц, так и не от брюта или брита, Троянского князя, прибывшего в Британию по разорении Трои <…> Британия есть или бродания от больших бород, или братания от сего, что британскии Целты суть одного рода с Галлическими <…> и потому Британия названа от братства британских Целтов <…> Древнейший язык и на сих островах был Словенский: свидетельствует Хладония, то есть страна хладная. Нынешняя Шотландия <…> Германию Германцы производят от земли, населенной военными людьми, Гверре и Манн; да и говорят, что так ее прозвали Римляне. Но нам мнится, что что и ей должно происходить <…> от Словенского языка <…>. Итак, она есть и от Холмов Холмания, Халмания и Алмания <…> Саксония есть как Сажония и значит сажоную от многих в ней растущих насаждений. Излишно и упоминать о Поруссии и о Померании: обе издревле Словенское имеют имя; Порусь и Поморие. Но и Голсации или Голстинии нынешнее проименование также испорчено с древнего Словенского: от Колцатыя сделана Голсация, а от Колостении Голстиния; обое ж название изъявляет, что она есть круглый полуостров <…>» (Там же, 49-52).

Даже слово «Европа» - славянского происхождения: «Мне мнится, что имя Европы происходит от Словенского Яропа или Яроба по обитателям, убеленным, как Ярина, то есть хлеб яровой: итак, будет ее имя от людей белокурых. <…>» (Там же, 57).

Но и названия рекам дали тоже славяне: «Знатнейшие реки, при которых с первоначалия пребывали Целтоскитфы и до которых распространялись в Европе, имеют имена Словенские ж. Волга от Вологи, как многовлажная. Дон – от Тона, то есть от глубины и тишины <…> Бористен – от бори стены, как река, срывающая быстротою и низвергающая берега <…> Днестр, то есть днистый <…> Дунай – от Тонаи по глубине ж и тишине <…> Нева река <…> есть от новости, то есть Нова или Новая <…>» (Там же, 58-60).

Отсюда вывод ученого, что словенский язык – древнейший в Европе, именно от него произошли языки восточных и западных славян, а также языки германской группы: «Все сии произведения имен <…> единственное показание или и самое историческое доказательство <…> что древнейший всего запада и севера Европейского язык был один Словенский, отец по прямой черте Славенскому, Славенороссийскому, Польскому, Чешскому, Далматскому, Сербскому, Болгарскому, Хорватскому <…> и многим прочим; а вотчим, или лучше отец же, но с косвенной стороны, всем Тивтоническим и Цимбрическим. <…>» (Там же, 61-62).

Показав древность русского языка, Тредиаковский обратился к другой проблеме: он хотел опровергнуть выводы историков-западников и, в первую очередь, Байера и доказать древность россов. При этом эта, казалось бы, сугубо научная задача приобретала политическое значение. Ведь деятельность немца-академика воспринималась Тредиаковским как сознательная попытка принизить значение русской цивилизации: «Но часто поминаемый Байер в трепещущем подлинно сомнении <…> с великою охотою <…> внушает нам, что полно сей Кий <…> не Готфический ли король Книва. Что за повсюдное байерово тщание, приставшее от него, как прилипчивое нечто, к некоторым его ж языка здесь Академикам, чтоб нам быть или Шведами, или Норвежцами, или Датчанами, или Германцами, или Готфами, только б не быть Россианами <…>» (Там же, 124).

Тредиаковский во втором «Рассуждении» утверждает, что российский народ существует с ветхозаветных времен: «Время изъявить истину, содержимую мною. Читав писателей не Польских токмо, но и других разных стран и языков, всех же и великих по славе, и посредственных, равняющихся часто с первостепенными, а увидев, что они согласно пишут о Мосохе с нашим Синопсисом, объявляю вкратце: Первое, что Рос-Мосох есть Праотец как Россов, так и Мосхов. Второе, что Рос-Мосох есть едина особа; и, следовательно, Россы и Мосхи суть един народ, но разные поколения. Третие: что Росс есть собственное, а не нарицательное, и не Прилагательное имя, и есть предъимение Мосохово; так равно, как у Римлян Кней-Помпей, или у Иноземцов – Готлюб-Зигефрид. <…> для того что главные над поколениями <…> давали свои имена горам, рекам и местам, назначаем мы первое место Россам, по отдалении от Вавилонского столпа, потомкам Рос-Мосоховым, при реке Мидской. <…>» (Там же, 76, 87). Очень важно, что базисом истории как науки у Тредиаковского, как позднее и у Екатерины, выступает филология, этимология.

Находим и еще одну любопытную параллель между Тредиаковским и Екатериной. Императрица использовала историю для обоснования своих геополитических претензий (особенно к Польше – см. раздел об Истории в «Собеседнике»). У Тредиаковского мы тоже видим обращение к «политическим вопросам». Так, он много рассуждает о Крыме как о месте проживания далеких предков его современников: «<…> Россаны жили к северу между Доном и Днепром <…> В последующие времена часть из Россан зашла в Крым, а другая осталась вне Крыма, однако ж неподалеку от него <…> часть Россан или Россов были и жила в Таврическом Херсонесе, по свидетельству Византийских писателей. Довольно есть вероятно, что из Таврического Херсонеса Россияне пошли к западу. <…> Россияне при Черном море, называемом у Преподобного Нестора Русским, между Дунаем, Днестром, Бугом и Днепром свои селения имели. <…> в сии времена Россияне начали уже быть знатны, так что и на самый Константинополь нападать дерзали» (Там же, 92-93, 106-109).

В этой перспективе Крым оказался колыбелью русской государственности: «Россы переселились из Таврического Херсонеса в Европу на западный берег Черного моря, и оттуда в 852 лето Спасителево ходили на Константинополь в силах знаменитейшего ополчения <…> Во времена, в кои начало быть упоминаемо о крещении Россиан, пребывали они на разных местах. Первые жилища свои имели при Понте <…>» (Там же, 112, 116). А оттуда россы расселились по всей восточной Европе, особенно важно указание на польские территории: «Другие поселились в полуденнейших частях Польши близ городов Премышля и Львова. Сию Россию Моравские писатели <…> Полуденною называют. А географы и ландкарт издатели именуют Чермною или Красною. Есть и черная Россия: места ее суть Волынь и Полесие, а столичный ее город – Острог, в котором произведена самая первая Славенская библия. Третьи неподалеку от реки Днепра, на западный север клонясь, - Россия сия называется белая. Знатнейший в ней город – Полоцк, а столица ее есть Смоленск. Четвертые – на самом Днепре – называемые Малороссианами. Престольный город в малой России есть Киев. Пятая и последняя Россия, весьма славная в историях, именуется Великою <…>» (Там же, 116-117).

Таким образом, Тредиаковский формулирует принципиально новый взгляд на историю русской культуры. Россия более не является европейской провинцией или хоть и могучей, но азиатской империей. Россия – цивилизованная страна с богатейшей историей, восходящей к ветхозаветным временам, и древнейшим языком, оказавшим мощнейшее влияние на все остальные западные языки. И деятельность таких людей, как Байер, вызывает у Тредиаковского нескрываемое возмущение. Поэтому ему не так уж важна стройность научной аргументации: ему нужно если не доказать, то убедить читателя в своей правоте, опровергнуть клеветнические анти-русские работы немца, возводившего русских к шведам, а историю страны ведшего только с IX века: «Начала Российские от Байера <…> начаты <…> для того, чтоб Российскому имени не прежде девятого века, то есть Руриковых времен, быть ведому. Но мы <…> представили б здесь на среду полунощных Россиан, соседей Шведам, <…> ведомых прежде еще рождества Христова <…> Покойный муж поревался во всякий угол мест исторических, искав подтверждения, чтоб Россианами быть Шведам, а не нам, собственно так называемым ныне. <…> Горвид <…> Российский царь, бывший во время Рождества Христова, всю Швецию покорил своей державе <…>» (Там же, 134, 147).

Третье рассуждение посвящено доказательству славянского происхождения варягов. Тредиаковский не хотел мириться с мнениями зарубежных ученых, доказывавших чужеродность варягов россам: «Когда ж инославные Писатели изобрели за должное, по единому самолюбию токмо, как мнится, повествовать о высокославных Варягах и, водя своих читателей по степеням вероятности, потщились удостоверять их, что будто сии Варяги нам чужеродные и от нас разноязычные, то мы не ободримся ль изобресть за должнейшее, имея в том преискреннейшее участие, чтоб нам, утверждающимся на самой, поскольку возможно, достоверности, описать наших началобытных Самодержцев как единоязычными, так и тождеродными с нами?» (Там же, 201).

Свою задачу по реабилитации варягов Тредиаковский понимает как патриотическую миссию по восстановлению достоинства русской монархии: «Должно, должно было давно уже нам препоясаться силами, не токмо к воспрепятствованию не весьма удостоящихся, в рассуждении сего, заключений, но и к утверждению и как будто ко вкореняемому насаждению светозарной истины и непоколебимой правды. Непреоборимая Историков наших верность толь твердейшая всем явится, что оную и чужеславные деяний писатели, рачившие об ней или прилежнее, или праведнее. Нежели первые оные, в достопамятных своих писаниях, утвердить не усомнились» (Там же, 202).

По мнению Тредиаковского, варяги были славянами и говорили на славенском языке: «<…> дерзаю здесь предложить, и по мере ума моего и сил, всем повествованием ясно показать, что именовавшиеся Варяги и те Руссы, а следовательно Великие Князи, Самодержавствовавшие в России и пришедшие в Новгородскую державу сначала от Варяг, имели название сие Славенское, род их был Славянский, и вещали они языком всеконечно Славенским» (Там же, 202-203).

«Доказал» этот тезис Тредиаковский благодаря все тем же этимологическим процедурам: он нашел корень слова «варяг», очевидно славянского происхождения: «<…> самые первые шествия из Азии в Европский Восток, Север, Запад и Полдень не токмо Сарматских племен, но и Целтических были с одним Словенским языком от слова. Шествовали роды сии не все одной лавою, но станицами и частями. Следовательно, одни из них приходили к рекам, к горам и к другим урочищам прежде, а иные к тем же после. Пришедшие после могли ль не означить прежде пришедших туда каким свойственным и приличным обстоятельству именем? <…> А могло легко статься, что еще и в происходивший между первыми и последними спор для того, что прежде пришедшие не уступали пришедшим после мест, с которых последние сгоняли первых. Сгоняемые право свое должны были приводить и говорить, что они прежде заняли места и потому владеют ими и обитают на них по силе первейшего населения <…> Сие так положив, что и по разуму должно так полагать, какое ж будет оное Словенское имя? <…> Варяг есть имя глагольное, происходящее от славенского глагола ВАРЯЮ, значащего ПРЕДВАРЯЮ» (Там же, 211-212).

Отсюда искомый вывод: «Итак, Великие наши девятого века Князи не были ни от варягов Датчан, ни от Варягов Шведов, ни от Варягов Норвежцев, и ниже от Варягов скандинавцев, да и не от Германцев <…> но от Варягов и тех Руссов по собственному имени, а по всеобщему от Варягов Славян из Померании, населяемой тогда народами Славенского рода и языка. <…>» (Там же, 226).

Патриотический пафос Тредиаковского, историко-филологический метод исследования, даже некоторые конкретные сюжеты (названия европейских стран, рек) всего через 10 лет мы найдем в «Записках касательно российской истории» Екатерины. Вся вторая половина XVIII века прошла под знаком Истории, науки, бесконечно актуальной, потому что именно с ее помощью, как тогда полагали, можно построить по-настоящему сильное государство. Поэтому нет ничего удивительно в том, что идеи такого блестящего знатока отечественной культуры, как Тредиаковский, оказались востребованы в то время, когда императрица формулировала свою монархическую идею.

Список литературы

Альтшуллер 2007 – Альтшуллер М. Беседа любителей русского слова: У истоков русского славянофильства. М., 2007.

ВВ 1769 – Всякая Всячина. СПб., 1769-1770.

Живов 2002 - Ивинский 2009 – Ивинский А.Д. Екатерина II и Русский язык // Русская речь, №2, 2009. С. 77-81.

Ивинский 2009а – Ивинский А.Д. Языковая программа Екатерины II: к истории журнала «Собеседник любителей российского слова» // Вестник МГУ. Серия 9. Филология. №3, 2009. С. 47-54.

Митрополит Евгений 1845 – митрополит Евгений Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России. Т. I-II. М., 1845.

Орлов 1935 – Орлов А.С. «Тилемахида» В.К. Тредиаковского // XVIII век. Сборник статей и материалов. М.-Л.. 1935.

Пумпянский 1941 – Пумпянский Л.В. Тредиаковский // История русской литературы: В 10 т. Т. III. Литература XVIII века. Ч. 1. М.-Л., 1941.

Пыляев 1991 – Пыляев М.И. Старый Петербург. Рассказы из былой жизни столицы. М., 1991.

Степанов 1976 – Степанов В.П. Тредиаковский и Екатерина II // Венок Тредиаковскому. Волгоградский педагогический институт им. А.С. Серафимовича. Литературное краеведение. Вып. 12. Волгоград, 1976.

Тимофеев 1963 – Тимофеев Л.И. Вступительная статья // Тредиаковский В.К. Избранные произведения. М.-Л., 1963.

Тредиаковский 1773 – Тредиаковский В.К. Три рассуждения о трех главнейших древностях российских. СПб., 1773.

[i] Восходит эта идея, видимо, к Ю.Н. Тынянову: «Эту же мысль высказал Ю. Тынянов в письме к М. Горькому 14 декабря 1931 года, говоря о Тредиаковском, «неприемлемом в его время социально и отчасти политически и поэтому захаянном свыше меры Екатериной» (цит.по: Тимофеев 1963, 9).

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений08:02:09 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
09:23:26 29 ноября 2015

Работы, похожие на Статья: Екатерина II и Тредиаковский

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150350)
Комментарии (1830)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru