Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Мир чеховского рассказа

Название: Мир чеховского рассказа
Раздел: Рефераты по зарубежной литературе
Тип: реферат Добавлен 08:31:09 19 марта 2007 Похожие работы
Просмотров: 101 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Чехов вышел на дорогу творчества в 80-е годы XIX века; его предшественниками и старшими современниками были Тургенев, Гончаров, Достоевский, Толстой. С их именами связан быстрый рост русской прозы, расцвет русского романа. Высоты, достигнутые Писателями-романистами, служили тогда мерой достижений всей литературы.

Чехов тоже писал прозу; его талант развивался в русле ведущей литературной тенденции. Но среди написанного Чеховым нет рома­нов, нет крупных по объему произведений. Область его деятель­ности — нероманные жанры: повесть, рассказ. Автор «Палаты № 6» и «Дамы с собачкой» настойчиво стремился к краткости, к сжатому, плотному повествованию. Конечно, краткость сама по себе отнюдь не безусловное достоинство и не всегда «сестра таланта»; похвала краткости предполагает умение немногими словами сказать о мно­гом, насытить скупую речь богатым внутренним содержанием. Вот этим умением как раз и обладал Чехов. Потому его малая проза и встала в один ряд с большими романами, ознаменовала собой этап в истории повествовательного искусства.

Пробой сил для Чехова явилась юмористика; он дебютировал на страницах тогдашних юмористических журналов (от которых ведут свою родословную современные издания типа «Крокодила»). Таким журналам требовались, в первую очередь, рассказы-миниатюры, рассказы-«сценки», рассчитанные на мгновенный комический эффект. Чехов учится извлекать смех из хорошо знакомых вещей, ищет смешное в обыденном, в примелькавшемся. Его юморески подобны зарисовкам с натуры, его «сценки», говоря сегодняшним языком, будто сняты скрытой камерой. Случай в театре («Смерть чинов­ника»), встреча на вокзале («Толстый и тонкий»), беседа в вагоне поезда («Загадочная натура»), разговор за обеденным столом («Тор­жество победителя») — вот типичные для Чехова-юмориста ситуации. А типичный чеховский персонаж — это человек из толпы, один из многих. Смех он вызывает не какими-то странностями или причудами, а, наоборот, своими в общем-то заурядными поступками. Смешно, но, как правило, не анекдотично, заставляет смеяться, но не изумляет, не поражает. Тем существеннее вопрос: над чем смеемся?

Бывает так, что повод для смеха дает забавное происшествие, невинное недоразумение, как в рассказах «Налим», «Лошадиная фамилия», «Заблудшие». Юмор здесь близок к шутке, к веселому розыгрышу. Но подобное у Чехова наблюдается не слишком часто. Ядро юмористики образуют рассказы другого рода — не веселые, а насмешливые, и насмешка в них — колючая, ядовитая. Ей присуща острота злободневности.

Чехов жил в обществе, где существовала лестница чинов и званий, где повсеместно действовало правило «чин чина почитай»; на том - держались и общественный порядок, и общественные отношения, не только служебные, но и зачастую бытовые, семейные. Идея со­циального неравенства формировала обывательскую мораль: рос­сийскому обывателю с детства внушали необходимость слушаться, подчиняться, заискивать, льстить. В жилах обывателя текла, по словам Чехова, «рабская кровь». Это и служило едва ли не основным объектом чеховского смеха.

Чехов исходил из представления об абсолютной ценности человеческого достоинства, и ничто в его глазах не оправдывало «откло­нения от нормы», т. е. нравственно ущербного, недостойного пове­дения. Ничто — значит, ни положение человека, ни уровень его развития, ни давление обстоятельств. В мире Чехова ни для кого не делается исключений: со всех одинаковый спрос.

Герой многих рассказов писателя — неприметный, «тонкий» чиновник, принадлежащий, по своему образу жизни, к социальным низам. Его удел — быть в зависимости, в вечном подчинении. Чехов об этом помнит, но не об этом ведет речь. При встрече нижестоя­щего с вышестоящим, подчиненного с начальником («Смерть чинов­ника», «Толстый и тонкий», «Либерал») второй ведь не принуждает первого сгибать спину — первый сгибается добровольно. Вот глав­ное: добровольно. Истоки самоунижения остаются в стороне, мы видим только сам факт, сам поступок, заслуживающий осмеяния. И Чехов нисколько не смягчает своего смеха — не допускает скидки на положение «маленького человека».

Или: барин и гувернантка («Дочь Альбиона»). Социальная дис­танция между ними бесспорна. Нет, однако, нравственной разницы: он обнаруживает первобытное бесстыдство, она — чопорную терпимость, и в результате оба — одинаково смехотворны.

Не просто бесстыден, а откровенно агрессивен, власть имущий в рассказе «Маска»: он без стеснения хамит и оскорбляет. Но тем непригляднее оскорбленные, отвечающие на хамство лакейским угодничеством, опять же добровольным. Не ослабевает насмешка и тогда, когда хам пускает в ход кулаки — ибо его жертва не страдает, а блаженствует («Капитанский мундир»). Портной, получивший затрещину от заказчика, от «его благородия», удовлетворенно заключает: «Сейчас видать настоящих господ!» Здесь смех уже на грани издевки...

Привычка прислуживаться, доведенная до крайности, может принять и опасную форму; так возникает фигура добровольного надзирателя и доносчика («Унтер Пришибеев»). Унтер действует вопреки здравому смыслу, он выглядит посмешищем, ходячей кари­катурой, но от его тупого усердия исходит реальное зло. В Пришибееве, как в кривом зеркале, уродливо отразилась самая суть полицейско-бюрократического режима.

Явным порокам, дурным привычкам сопутствуют, как водится, мелкие грешки, и это тоже пища для чеховского юмора. Галерею комических лиц пополняют учитель гимназии, украсивший, по случаю званого обеда, свою грудь чужой наградой («Орден») и писарь, компенсирующий свою униженность посещением сомни­тельного заведения («Ворона»), и еще компания канцеляристов, заменивших игральные карты фотографиями сослуживцев и согла­совавших правила игры с табелью о рангах («Винт»). Убогие про­делки вполне удовлетворяют амбиции расхрабрившегося обывателя. Кстати, учителю дана значащая фамилия — Пустяков. Для своей эпохи пустяковы были не менее симптоматичны, чем пришибеевы.

Чехов вновь и вновь возвращается к занимающему его предмету, и каждый раз находит в нем новые черты и черточки. Писатель верен себе, но не повторяется; различное в едином — признак подлинного искусства.

Персонажи чеховских юморесок прочно запоминаются, а иные, вроде Червякова или Пришибеева, вошли в основной фонд нашего духовного опыта. При осмыслении жизни, жизненных процессов на «сценки» Чехова ссылаются не менее охотно, чем на романы Дос­тоевского, Толстого. И не случайно: в «сценке» перед нами — полно­кровный характер, завершенный образ. Внешне — зарисовка с натуры, а по сути — глубокое художественное обобщение. Тем, собственно, Чехов и отличается от своих многочисленных собратьев по перу — от тех, с кем он вместе выступал на страницах юморис­тических изданий. Имена Лейкина, Билибина, Мясницкого сегодня известны только узким специалистам, а ведь они были писателями небесталанными и некогда пользовались популярностью. Но, умея смешить, они не умели обобщать, не умели говорить с читателем на языке образов-характеров, и потому их сочинения не выдержали самого главного испытания — испытания временем.

Чехов начинал с юмора и вместе с тем не только с юмора. В состав его раннего творчества (1880—1887) входят и рассказы драмати­ческого плана, причем удельный вес этих рассказов год от года возрастает. Правда, резкой черты между драматическими и юмо­ристическими произведениями провести нельзя, поскольку первые норой не свободны от комизма, от комических моментов. И все же черта ощущается, и она существенна.

Быт и будни для Чехова не одноцветны, и будничные лица не однотипны. Смешна надменно-равнодушная «дочь Альбиона», но совсем другими глазами мы смотрим на гувернантку из рассказа «Переполох»— потому другими, что она остро реагирует на нане­сенное ей оскорбление, что она способна обидеться и возмутиться. О ней сказано: «чувствительная девица», и ее чувствительностьнесколько комична, однако преобладает в изображении «девизы» драматическое начало. Это тоже «маленький человек», только уже не. с «рабской кровью».

Рядом — рассказ о «хористке», стоящей на социальной лестнице еще ниже гувернантки. И впечатление она производит жалкое: в присутствии «благородно одетой» дамы —робеет, краснеет. Зна­комый нам по юмору тип поведения. Но есть разница: в минуту, когда жалкую Пашу хотят унизить, она распрямляется — она совершает поступок, возвышающий униженную над ее унижением. Пусть на одну минуту, но возвышает. И это дает Чехову право писать о ней в драматическом тоне.

У дамы «из порядочных» свое горе: муж растратил казенные деньги, семье угрожает «позор и нищета». Состояние ее можно понять. Но для Чехова понять — не значит простить. По отношению к «хористке» дама допускает бестактность, бесцеремонность, и это «отклонение» от нормы поведения так же нельзя извинить ее состоянием, как угодничество «тонкого» чиновника — его положением. Чехов определенно внушает нам неприязнь к человеку, достойному, казалось бы, сочувствия.

Еще сложнее ситуация в рассказе «Враги». Перед нами — двое мужчин, каждый из которых по-своему несчастен: у одного умер единственный сын, у другого жена сбежала с любовником. Несчастья, разные, и различны сами мужчины, различен их облик, их манеры. Один приятнее, симпатичнее другого. Но суть не в этом, а в том, что свое горе заслоняет для каждого из них чужую беду, и где, по мысли Чехова, должно было возникнуть взаимосближение, там. вспыхивает вражда. «Эгоизм несчастных»— все равно эгоизм, и сколь бы тяжелым ни было, это зрелище, авторская оценка его недвусмысленно отрицательна.

Вырабатывая свои ценностные ориентиры, Чехов на одно из главных мест поставил понятие воспитанности'. Понятие это вме­щало в себя многое. Одно из писем молодого Чехова, адресованное брату (Николаю), содержит развернутую характеристику «воспи­танных людей»: «Воспитанные люди... уважают человеческую личность», «боятся лжи, как огня», «не суетны», «болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом», они небезразличны к мело­чам — «не могут уснуть в одежде», «дышать дрянным воздухом, шагать по оплеванному полу». Малое тут неотделимо от большого, этика — от гигиены, принципиальность — от щепетильности. В письме-декларации, в котором Чехов со всей очевидностью форму­лирует нравственную норму, отчетливо вырисовывается и его авто­портрет. Из биографии Чехова явствует, что у него школе писательства, развитию художественного дара предшествует и сопут­ствует школа самовоспитания, процесс внутреннего, духовного самоопределения. Чеховская требовательность сполна оплачена его лич­ными испытаниями и обретениями. Строгий суд над своими героями молодой писатель вершил в опоре на собственный жизненный, человеческий опыт. Он требовал того, чего добился сам.

Чехов рос в семье лавочника, где царили грубые нравы, где душу ребенка отравляли пошлыми, ханжескими поучениями, и для него воспитать себя означало преодолеть воздействие среды, уже сделав­шейся регулятором повседневного поведения. Нелегкая задача! Понадобились неимоверные усилия, чтобы «выдавить из себя раба», чтобы всемерно и ежечасно поощряемое «сознание своего ничто­жества» вытеснить — и бесповоротно — «уважением к человеческой личности». Именно эта победа над самим собой явилась для Чехова налогом становления и роста его творческой индивидуальности и в немалой степени предопределила силу его смеха, весомость драма­тического повествования.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений08:08:55 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
23:00:58 28 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Мир чеховского рассказа

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151453)
Комментарии (1844)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru