Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Курсовая работа: Особенности переводов романа А.С. Пушкина "Евгений Онегин" (на примере Письма Татьяны к Онегину)

Название: Особенности переводов романа А.С. Пушкина "Евгений Онегин" (на примере Письма Татьяны к Онегину)
Раздел: Топики по английскому языку
Тип: курсовая работа Добавлен 11:51:07 14 мая 2008 Похожие работы
Просмотров: 1987 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

ДОНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Кафедра теории и практики перевода

КУРСОВАЯ РАБОТА

«Особенности переводов романа А.С.Пушкина «Евгений Онегин» (на примере Письма Татьяны к Онегину)»

Студентки 4 курса факультета иностранных языков

ШКОДКИНОЙ ЛИНЫ СЕРГЕЕВНЫ

Специальность «Перевод»

Научный руководитель:

к.ф.н., доц. Т.А. Шкурко

ДОНЕЦК

2008

Содержание

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I

ИСТОРИЯ ПЕРЕВОДОВ РОМАНА «ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»

ГЛАВА II

АНАЗИЗ ПЕРЕВОДА «ПИСЬМА ТАТЬЯНЫ К ОНЕГИНУ

ВЫВОДЫ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Темой нашей курсовой работы является «Перевод романа Пушкина «Евгений Онегин» на английский язык (на примере Письма Татьяны к Онегину) ».

Актуальность темы определяется всё большим обращением к текстам произведений А.С. Пушкина за рубежом в отличие от предшествующих периодов. Изучение произведений Пушкина важно как в плане выявления особенностей национального языка, так и в плане развития переводческой мысли на Западе во всей её противоречивости.

В современной науке все чаще исследуется такая важная и общезначимая тема как диалог культур. В открытом обществе, в эпоху развития гласности и демократии, внимание к данной теме глубоко закономерно. Невозможно изучение какого-либо литературного шедевра в рамках одной лишь национальной культуры – это вырывает произведение из общемирового литературного процесса и лишает данную культуру ее национальной специфики.

Творчество Пушкина изучалось на Западе, в основном, с точки зрения влияния Байрона и Шекспира на произведения русского поэта. В отечественном литературоведении влияние английской литературы на его произведения исследовалось в частных аспектах. Наиболее значимые работы по данным темам принадлежат М.П. Алексееву, Ю.М. Лотману и другим современным исследователям, благодаря которым можно отчетливо видеть преодоление Пушкиным влияния английских писателей.

Большое значение также приобретает изучение результатов и достижений зарубежных переводчиков на современном этапе.

Объектом исследования данной работы является лексика в отрывке произведения А.С. Пушкина «Евгений Онегин» - «Письмо Татьяны к Онегину» и его переводах на английский язык.

Выбор в качестве объекта сопоставления лексических единиц обусловлен тем, что появляется возможность выявить степень эквивалентности переводческих соответствий.

Предметом исследования является сопоставление лексических единиц, в том числе служащих для выражения эмоционально-экспрессивной оценки, изучение способов их перевода на английский язык. Как известно, весь мир познается в сравнении. Мир языка также немыслим без сопоставления языковых единиц, а особенности перевода раскрываются при использовании сопоставительного метода исследования.

Целью нашего исследования является анализ способов перевода «Письма Татьяны к Онегину» отечественными и зарубежными переводчиками, а также выявление степени эквивалентности переводов.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

- охарактеризовать степень изученности переводов произведения «Евгений Онегин» А.С. Пушкина на английский язык;

- проследить историю развития переводов данного произведения на Западе;

- провести сопоставительный анализ лексики в избранных переводах «Письма Татьяны к Онегину» на английский язык;

- определить сходства и расхождения в переводах лексических единиц, функционирующих в языке Пушкина;

- на основе сравнительно-сопоставительного, семантического и контекстуального методов определить эквивалентность переводов;

Материалом исследования является четыре текста переводов «Письма Татьяны к Онегину» разными авторами (Bonver, Leyvi, Litoshick и Johnston).

Научная новизна исследования заключается в том, что это тема практически никем не была раскрыта и проанализирована до настоящего времени. Насколько нам известно, среди ученых стран СНГ подобной работой занималась только LjubaTarvi (разрабатывала количественный метод для TranslationQualityAssessment (TQA), который помогал найти соответствия между переводами и оригиналом, и кандидат филологических наук Кукурян И.Л., преподаватель МГУ, которая также работала над темой перевода романа «Евгений Онегин» на английский язык, но с точки зрения лингво-поэтического анализа. Новым в нашей работе является сопоставительный анализ лексики в переводах «Письма Татьяны к Онегину» таких авторов как Bonver, Leyvi, Litoshick и Johnston.

Нами предпринята попытка сравнения переводов одного и того же отрывка произведения «Евгений Онегин», выполненных разными переводчиками. Исследуются так же особенности восприятия смысла текста этими переводчиками, приводятся отрывки из переводов на английский язык.

Значительное место в исследовании занял метод сопоставительного анализа. Для выявления особенностей функционирования лексем в анализируемых оригинальном и вторичных текстах был использован метод контекстуального анализа.

Били использованы данные одного- и двуязычных толковых словарей. Теоретической базой данной работы явились труды известного филолога В.В.Виноградова, пушкинистов М.Ю.Лотмана, П.Дебрецени, М.П.Алексеева; работы в области перевода В.Н. Комиссарова, Р.О. Якобсона, А.В. Федорова. Важным для данного исследования явилась переписка с одним из переводчиков «Евгения Онегина» - Дугласом Хофштадтером и исследователем в этой области Любой Тарви, которые оказали помощь в получении рабочих материалов и книг других переводчиков романа.

Работа состоит из введения, двух глав и библиографии.

Во введении обосновывается выбор темы, актуальность, состояние изученности проблемы. Определяется объект и предмет исследования, происходит постановка целей и задач, которые являются предпосылкой для выбора метода исследования. Раскрывается структура работы и практическая ценность полученных результатов.

В первой главе под названием «История переводов «Евгения Онегина» мы рассматриваем степень изученности произведений русского писателя на Западе, приводим мнения некоторых европейских и русских ученых, прослеживаем хронологию издания переводов произведения и некоторые критические замечания авторов.

Во второй главе «Перевод Письма Татьяны к Онегину» рассматриваем переводы на английский язык «Письма Татьяны к Онегину» четырьмя разными авторами. Проводим сопоставительный анализ лексики, прослеживаем смысловую эквивалентность переводимых единиц, а так же отталкиваясь от анализа русского текста, прослеживаем соответствие эмоциональности и экспрессивности в английских переводах.

В выводах подводятся итоги проведенного исследования и намечаются пути дальнейших научных разработок по данной теме.

Научно-практическая значимость заключается в том, что материалы курсовой работы могут найти применение в курсе теории и практики перевода, лексикологии и фразеологии английского и русского языков.

ГЛАВА I

ИСТОРИЯ ПЕРЕВОДОВ РОМАНА «ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»

В настоящее время вопрос об исторической роли Пушкина в мировой культуре нуждается, по нашему мнению, в пересмотре. Дореволюционное пушкиноведение явно преуменьшало значение великого поэта в отдельных литературах Западной Европы; вопрос о значении Пушкина во многих „малых“ литературах мира и вовсе не ставился; мы почти не знаем о том, как к Пушкину относились западные писатели, критики, читатели.

Между тем, материал для решения этой проблемы накопился большой и давно уже ждет своего исследователя: « существующие обзоры иностранной пушкинианы страдают неполнотой и явно ошибочными утверждениями или же сводятся к некритическому перечню переводов из Пушкина на различные языки, сумбурным статистическим исчислениям и библиографическим сводкам»[45]. Вся эта огромная работа, непосильная для единичных усилий, во многих своих разделах должна быть проделана заново. Необходимо продолжение библиографических поисков, как для начального периода, так и для последнего тридцатилетия, в которое иностранная пушкиниана значительно возросла, необходимо и критическое изучение огромного материала о Пушкине, разбросанного во множестве малодоступных изданий на самых разнообразных языках.

Пушкинистика становится одним из важных разделов современной русистики, исследования русской классической литературы, широко развернувшегося за рубежом за последние два с половиной десятилетия. В ряде стран уже сложились определенные традиции изучения Пушкина. В освещении его биографии и творчества проявляются различные методологические позиции ученых. Зачастую борьба вокруг тех или иных точек зрения принимает острый идеологический характер. Одновременно расширяется влияние советского пушкиноведения и растет знакомство с творчеством Пушкина не только специалистов, но и широких кругов читателей.

Переводы пушкинского стихотворного романа издаются не только в популярных, но и в научно подготовленных изданиях вместе с оригиналом и с развернутыми комментариями, предназначенными для специалистов по русской литературе.

Однако за рубежом Пушкин оказался понят и в должной мере оценен далеко не сразу. В отличие от быстрого успеха русского романа в конце позапрошлого века его путь к зарубежной славе растянулся на гораздо более долгий срок. К настоящему времени о нем уже существует большая научная литература на разных языках, и ее наличие убеждает в его признании одним из классиков мировой литературы.

Имя Пушкина стало известно за рубежом, особенно во Франции, Германии и Англии, еще при его жизни; еще большее внимание к нему привлекла его трагическая гибель. К сожалению, из-за недостатка и слабости переводов его произведений они долгое время оставались плохо понятыми и не получили широкой известности. Отрицательную роль сыграло и распространенное за рубежом ложное представление о подражательности Пушкина.

Уже в середине прошлого столетия во Франции, в Германии и в Англии появились обстоятельные статьи о Пушкине, авторы которых, опираясь на русские связи и источники, со знанием дела информировали о его творчестве. В ранней зарубежной критической литературе о Пушкине глубиной постановки вопроса о его вкладе в мировую литературу выделяется статья К. А. Фарнгагена фон Энзе (1838), в которой наследие поэта освещается с философско-исторической точки зрения. Признанием Пушкина в качестве одного из классиков мировой литературы эта статья опередила даже русскую критику. Со стороны Белинского она вызвала такой сочувственный отклик, что в обзоре «Русские журналы» за 1839 г. он с выражением полной солидарности привел из нее обширные цитаты.

Серьезным препятствием на пути Пушкина к мировой славе явилось несовершенство переводов его произведений на иностранные языки; этим объясняется тот факт, что за рубежом не раз были высказаны весьма скептические или даже целиком отрицательные суждения о пушкинской поэзии. В 1839 г. Сент-Бёв в рецензии на переводы Элима Мещерского предпочел Пушкину Бенедиктова. Флобер, не зная русского языка, нашел пушкинские стихи пошлыми. Оценить достоинство пушкинской поэзии его читателям и критикам было тем труднее, что из-за отсутствия хороших переводов она оставалась недоступной. В течение многих десятилетий единственным более или менее полным изданием сочинений Пушкина на французском языке были два тома (1847) в переводах Дюпона, лишенные всякой поэтической выразительности, а в Германии в середине прошлого столетия самый популярный переводчик Пушкина Ф. Боденштедт создал о нем впечатление как о второстепенном романтике, похожем на Уланда. На этом безотрадном фоне тонкостью и проницательностью суждений о пушкинском поэтическом мастерстве выделяется статья Проспера Мериме «Александр Пушкин» (1868), который, как и Фарнгаген фон Энзе, специально изучил русский язык, чтобы читать великого поэта в оригинале. Несмотря на отпечаток романтической эстетики в своих замечаниях о Пушкине, Мериме, как никто до него во Франции, сумел верно и высоко оценить художественную простоту пушкинского мастерства.

В результате роста интереса к Пушкину уже существует обширная зарубежная научная литература не только о его жизни и творчестве в целом, но и о его отдельных произведениях. Ни об одном из них не написано так много, как о «Евгении Онегине».

«Из иноязычных литературных шедевров немногие пострадали от перевода на английский язык больше, чем «Евгений Онегин». Переводчикам удалось сохранить в лучшем случае литературный смысл романа. В остальном он словно отделен от англоязычного читателя звуконепроницаемой стеной, за которой остается вся пушкинская магия: смесь трогательной прелести и циничной иронии, психологическая проницательность, лукавое мастерство повествования и вообще его вкус, его тон, его поза" [46].

Так определил судьбу "Евгения Онегина", "Юджина Онегина", как его называют в англоязычных странах, автор одного из последних переводов - сэр Чарльз Джонстон. В Америке Пушкин относится к тем авторам, чье имя знают, но произведения не читают. Его известность не идет ни в какое сравнение с известностью Чехова или Достоевского. Когда имя Пушкина поминают специалисты, литераторы, журналисты, критики, они никогда не напишут просто "Пушкин - великий поэт". А, скажем, так: "В России Пушкин считается величайшим поэтом". Или: "Для всех русских Пушкин - воплощение поэзии". То есть с непременной оговоркой, что так считают русские.

Что касается русских, то их объяснение того факта, что Пушкина и «Онегина» не оценили в Америке, часто сводится к двум причинам. Одни считают, что русская литература вообще провинциальна и вторична, что "Евгений Онегин" являет собой пусть гениальное, но эхо байроновской поэзии. Другие наоборот, считают, что это американцы - провинциалы и изоляционисты и что они просто поленились или не сумели перевести Пушкина как следует. Одно из доказательств этому история Марины Ефимовой, журналистки.

« Когда я, - говорит Марина Ефимова, - готовя свою передачу, заглянула в интернет, то увидела, что за последние 4 года в американской периодике появилось 196 статей о "Юджине Онегине". Из них самому произведению, его переводам и недавно вышедшему фильму посвящены статей 7-8. А 190 - опере. Году в 1987-м я видела эту оперу по телевидению в исполнении чикагской оперной труппы. Исполнитель партии был на вид чикагский гангстер. Когда он пел "Я, сколько ни любил бы вас, привыкнув, разлюблю тотчас" невозможно было удержаться от смеха. Интересно, что няня отчетливо изображала угнетенное крестьянство, особенно в трагической арии "Мой Ваня был меня моложе, а было мне 13 лет". Зарецкого играл черный актер, явно загримированный под Пушкина. Но в общем я была растрогана, как старательно и почти внятно американцы пели по-русски. В конце Онегин вдруг опустился на одно колено и спел тихо, проникновенно и совершенно без акцента: "Тоска, позор, о жалкий жребий мой". Фразу, - которой нет у Пушкина. И на экране появился перевод: стыд, горе, о моя жестокая судьба. Но вернемся к переводам»[46].

В различных теориях литературного перевода выделяются обычно два основных вида художественных переводов, имеющие различные наименования: иллюзионистский и антииллюзионистский (И.Левый), парафрастический и буквальный (Набоков), оригинальное произведение и путь к произведению (Ортега-и-Гассет); наконец, крайние "полюса" перевода взаимодополняют: лексический (пословный) и свободный. Это видовые пары друг друга, но в реальной практике переводчик выбирает, как правило, один из видов, формируя единство собственного стиля и переводческой концепции. Диалог двух разных видов перевода как раз и прослеживается на примере английских переводов "Евгения Онегина".

Существует, по меньшей мере, пятнадцать известных переводов романа Пушкина на английский язык (как американских и британских, так и российских переводчиков). С точки зрения теории перевода и переводческих концепций особый интерес представляют британские переводы, отражающие и эволюцию восприятия творчества Пушкина в Англии.

Первый перевод, выполненный Сполдингом (1881) и опубликованный в Лондоне, отличается большой точностью в передаче содержания, но отступает от поэтических задач оригинала: все рифмы - мужские, слог, скорее, прозаический. Не случайно английская критика сравнила "Евгения Онегина" с романами Джордж Элиот на основе перевода Сполдинга (Космо, Монкхаус; Academy, 1881).

Второй перевод Клайва Филипса Уолли (Wally) вышел в свет в тысяча девятьсот четвертом году.

В тысяча девятьсот тридцать шестом году в Нью-Йорке вышел перевод Бэббет Дейч (Deutsch).

Интерес к творчеству Пушкина в Англии по-настоящему пробудился во второй половине 1930-х годов, накануне 100-летнего юбилея поэта. Перевод Оливера Элтона (1938) появился почти одновременно с двумя американскими переводами. Э. Симмонс (США) провел сравнительный анализ перевода "Евгения Онегина", оценив перевод Элтона как самый поэтический.

Тогда же в Калифорнии роман вышел в университетском городе Беккли в переводе Даротеи Пралл Радин (Dorothea Prall Radin) и Джорджа Патрика(GeorgePatrick).

В Нью-Йорке в тысяча девятьсот шестьдесят третьем году Уолтер Арндт (Arndt) опубликовал собственный перевод романа .

Год следующий был для "Евгения Онегина" - как никогда на английском языке - удачным. Вышло сразу два "Евгения Онегина": В переводе Набокова (в Нью-Йорке) и в переводе Юджина М. Кейдена (Kayden).

Большим событием в англоязычной пушкиниане стало появлен перевода В.Набокова с двухтомным комментарием к "Евгению Онегину" (1964). Он перевел "Евгения Онегина", написанного четырехстопным ямбом, ритмизованной прозой.

Переводчик в данном случае руководствовался именно желанием, чтобы каждая строка перевода полностью соответствовала строке пушкинского романа (эквилинеарность). Он очень расстраивался, если приходилось жертвовать даже порядком слов в строке.

В конечном итоге, его "перевод" оказался годен разве на то, тобы ознакомиться с фабулой романа. О художественном же своеобразии этого произведения по его "переводу" судить нельзя.

И тем не менее сам Набоков считал такой способ "передачи смысла и духа подлинника" единственно правильным. Однако вот что говорил об этом переводе авторитетнейший специалист К.И. Чуковский: "Я получил недавно четырехтомник "Евгений Онегин" Набокова. Есть очень интересные замечания, кое-какие остроумные догадки, но перевод - плохой, хотя бы уже потому, что он прозаический"[45].

"Перевод "Евгения Онегина", сделанный Набоковым, разочаровал меня. Комментарий к переводу лучше самого перевода"[45].

Действительно, Набоков, собираясь сделать небольшой комментарий к роману, постепенно настолько расширил круг своих литературоведческих поисков, что комментарий разросся до 1100 (тысячи ста!) страниц. Писатель буквально построчно сопроводил роман своими примечаниями.

Здесь было бы очень уместно снова обратиться к словам К.И. Чуковского, который сказал: "…перед каждым переводчиком " Евгения Онегина" …дилемма: либо удовлетвориться точным воспроизведением сюжета и совершенно позабыть о художественной форме, либо создать имитацию формы и снабдить эту имитацию обрывками формы, убеждая и себя и читателей, что такое искажение смысла во имя сладкозвучия рифм дает переводчику возможность наиболее верно передать"дух""[45].

Совершенно очевидно, что перед этим же выбором стоял и В.Набоков. И совершенно ясно, что он пошел по второму пути: ему удалось передать лишь фабулу пушкинского повествования.

Сам же набоковский комментарий (который, несомненно заслуживает отдельной работы), по мнению некоторых ученых, есть отчасти попытка как-то компенсировать "зияющее" отсутствие формы и "духа"подлинника.

Как утверждает Пол Дебрецени, американский пушкинист профессор университета в Северной Каролине, широкая известность "Онегина" в образованных кругах американской публики произошла тогда, когда загоралась большая ссора между Арндтом и Набоковым на страницах литературных журналов.

Два перевода - Арндта и Набокова - считаются главными, фундаментальными переводами Онегина. Именно их соединение, по мнению многих американцев, и дает относительно полное представление о романе.

Вот как характеризует эти переводы Пол Дебрецени: «Это переводы, которые как бы исключают друг друга, они принципиально по-разному сделаны. Перевод Уолтера Арндта - это образцовый традиционный перевод, в котором переводчик пытается быть как можно ближе к оригиналу не только по смыслу текста, но так же и по всем остальным параметрам - рифмы, размер. Он старается даже, насколько это возможно, передать звукопись пушкинскую, структуру пушкинской строки. Это совершенно виртуозная работа.»

«Перевод Набокова, - по словам профессора Дартмутского университета, - другого рода - нетрадиционный. Набоков, который очень легко и хорошо мог писать стихи как по-русски, так и по-английски, после нескольких попыток сделать стихотворный перевод "Онегина" пришел к сознательному заключению, что создать адекватный поэтический текст по-английски невозможно. И он сделал тщательнейший подстрочный перевод, который он сопроводил двухтомным комментарием… Мне кажется, что когда читаешь подстрочник Набокова, то читаешь именно нечто вроде того, что "когда мой дядюшка, человек очень высоких принципов, тяжело заболел, он нас заставил всех относится к нему с уважением, и это было неплохим изобретением с его стороны"[46].

Первым начал "ссору", как назвал ее профессор Дебрецени, Владимир Набоков. 30 апреля 1964 года в журнале "Нью-йоркское книжное обозрение" он выступил с жестокой критикой перевода Уолтера Арндта. Статью он назвал "Колотя по клавишам". Cпустя время Уолтер Арндт назвал свой ответ Набокову "Настегивая лошадь". Здесь он обыграл слова Пушкина, называвшего переводчиков "почтовыми лошадьми просвещения".

Чарльз Джонстон в своем переводе (1977) опирался на перевод Набокова. При этом его концепция противоположна набоковской. Он доказывает возможность парафрастического перевода при сохранении смысловой точности. Сравним две переводческие концепции, отразившиеся на качестве переводов: О. Элтона и Ч.Джонстона. По мнению Элтона, одной из главных задач является передача точной рифмы. При этом не учитывается внутренняя инструментовка пушкинского стиха; у Элтона слишком много банальных рифм и тавтологических местоимений в конце составных. Другая задача - воспроизведение долгих интонационных периодов, что в английском стихе порой приводит к неупотребительному «enjambement».

«В переводе Ч.Джонстона учитывается звукопись внутри стиха, со множеством парономазий, аллитераций (связь звука со смыслом, естественно, во многом утрачивается. "Неверности" в переводе Джонстона - не столько в смысловых искажениях, сколько в изменении стиля и ритма: временами дается "гладкий парафраз" (другой крайний случай, противоположный enjambement). Строку "Волшебных звуков, чувств и дум" Джонстон переводит: "emotion, thought, and magic sound" - и смысл градации (от внешнего - к внутреннему) теряется. Необходимо учитывать множество формальных инверсий в пушкинской поэзии, придающих естественное звучание русской речи. (В английском языке существуют ограничения в порядке слов, что создает дополнительные трудности для переводчиков).[57]

Но тем не менее, по словам Льва Лосева, «Набоков, Арндт и Джонстон сделали максимум того, что может сделать высоко талантливый переводчик. Проблема тут в разной, что ли, структуре культур. Русская культура известна своей, как Достоевский говорил, "всемирной отзывчивостью" и, может быть, наверстывая то, что было упущено за столетия изоляции Москвы от Запада, русская культура послепетровской эпохи жадно впитывала все культурное творчество других западных народов. И отсюда такое восприятие шедевров мировой литературы как своих. А обратного такого явления нет. Существует такой невидимый клапан между русской и западной культурами, который в основном пропускает только в одну сторону - в русскую»[46].

В 1990 году вышел перевод Джеймас Фалена, а в 1999-м вышел перевод Дугласа Хофштадтера.

"Как ни отнестись к качеству этих переводов, нужно сказать, чтокаждый из них - результат многолетнего, большого труда. В два-три месяца "Онегина" стихами не переведешь: в нем 5540 рифмованных строк. Юджин Кейден сообщает в своем предисловии, что он работал над "Онегиным" двадцать лет. …И замечательно, что англо-американская критика (не то, что в былые годы!) встречает каждого нового "Онегина" несметным количеством статей и рецензий, обсуждая азартно и шумно его верность великому подлиннику…."[45].

Таким образом, можно проследить три основных этапа эволюции переводческого восприятия романа Пушкина в Англии: 1) точность в передаче сюжета (Сполдинг); 2) формальная точность: строфа, рифма (Элтон); 3) поэтичность и звуковая организация (Джонтсон) - перевод, опирающийся на контекстуальную точность "антииллюзионистского" перевода Набокова.

Следующим этапом может быть передача ритмико-интонационных структур, живой разговорной речи, звукообразов. Такого рода задачи пытались решить современные переводчики, живущие за пределами Англии: Дж.Фален (США, 1990). С.Н.Козлов (Россия, 1994).


ГЛАВА II

АНАЛИЗ ПЕРЕВОДОВ «ПИСЬМА ТАТЬЯНЫ К ОНЕГИНУ»

"Нет перевода … с языка на язык, но всегда - еще и с культуры на культуру

Если это обстоятельство недооценить,

перевод может вовсе не войти в чужой контекст,

либо остаться в нем незамеченным. …

при любом переводе что-то неизбежно остается непереведенным.

Что именно - приходится в каждом конкретном случае

сознательно и продуманно решать"

Наталии Автономова

На данном этапе своей работы, мы решили ограничиться переводами четырех авторов: DennisLitoshick, CharlesJohnston, YeugenyBonver и BorisLeyvi. Эти переводы являются первыми попытками зарубежных авторов перевести произведение русского классика на английский язык. Об авторах данных переводов практически нет никакой информации, критических статей. Мы ничего не знаем об их происхождении, национальности и причин, которые побудили их заняться переводом Пушкина. Более того, мы даже не знаем точно, существует ли полные версии перевода романа или это всего лишь попытки работы с русскими произведениями. Такие тексты и представляют собой особый интерес, так как мы имеем возможность анализировать просто текст, без оглядки на личности авторов, их статус или положение. Такой метод помогает дать более объективную оценку качеству перевода.

«Письмо Татьяны к Онегину» - удивительная исповедь русской любви. Само письмо написано по-французски, но дается в романе в русском переводе: при этом автор включает в письмо Татьяны цитаты и реминисценции из французской литературы, что неоднократно отмечалось исследователями и комментаторами «Евгения Онегина». Здесь дают о себе знать и Руссо «Юлия, или Новая Элиоза», и элегия М. Деборд-Вальмор. То есть здесь, в письме, звучат мотивы и европейской, и русской литератур. Но в нем говорит сердце пушкинской героини, «русской душою». Если культура чувства, форма его выражения были воспитаны прежде всего европейской литературой, то само чувство национально по тем нравственным ценностям, которые с ним связаны: милосердие («Когда я бедным помогала» - VI ,67), вера («Или молитвой услаждала / Тоску волнуемой души» - VI, 67), долг («Была бы верная супруга» - VI, 66), добродетель ( «И добродетельная мать» - VI, 66). Но эти же ценности носят общечеловеческий характер; поэтическое слово Пушкина вновь делает их достоянием не только русской, но и мировой культуры.

Казалось бы, что здесь такого - герои романа пишут друг другу письма? Кажется, обыкновенное дело. Но это только на первый взгляд. Письма эти, резко выделяясь из общего текста пушкинского романа в стихах "Евгений Онегин", дают некоторые черты характеров героев, и даже сам автор исподволь выделяет эти два письма: внимательный читатель сразу заметит, что здесь уже нет строго организованной "онегинской строфы", здесь - полная свобода пушкинского стиха. Письмо Татьяны к Онегину...

Его писала юная уездная барышня, переступая через огромные нравственные запреты, сама пугаясь неожиданной силы своих чувств:

Я к вам пишу - чего же боле ?

Что я могу еще сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать ...

Уже в этих строках - вся Татьяна. Гордость ее, ее понятие о приличиях страдают от одного - ей приходится первой признаваться в любви мужчине. Эти первые четыре строчки и задают тон всему письму. Здесь чувствуется и неимоверная сила духа («Я к вам пишу ») и покорность обстоятельствам («в вашей воле »), и отчаяние («Что я могу еще сказать ») и стыд («чего же боле »). И даже сама лексика указывает на воспитание и характер героини. Здесь мы видим и ее воспитанность – обращение на «вы », и высокая манера («в вашей воле », «презреньем наказать »), а так же преобладание устаревшей книжной лексики («боле »).

Первую фразу письма все переводчики перевели одинаково «Iwritetoyou», далее же смысловые и лексические оттенки несколько меняются. Русскому устаревшему книжному «Чего же боле » противопоставляется обычное «Whatcanbemore » (Litoshick), несколько грубоватый без эквивалентный перевод Leyvi«whatelse isthere», который на русском языке звучит как «что еще там». Воспользовались антонимичным переводом Johnston «Nomore confession» и Bonver «non to add » (нечего добавить), хотя в русском языке «чего же боле» и «нечего добавить» имеет несколько различную смысловую окраску.

Высокое «презреньем наказать » переводится достаточно близким «topunishwithcontempt» (Litoshick), «punishwithnon-respect» (Bonver), и достаточно творчески, стилистически трансформированное «withscorntomakemyworldahell» («презрением превратить мой мир в ад») (Johnston) и «Tokeepmypoorheartincontempt» («держать мое бедное сердце в презрении») (Leyvi). Здесь стоит обратить внимание на то, что Татьяна ни в коем случае не говорит о том, что она «примет» это презрение, или оно каким-либо образом отразится на ее жизни. Здесь делается акцент на том, что это письмо и ее чувства могут вызвать у Онегина презрение, но оно никак не «превратит мир в ад» или будет отражено в сердце героини, во всяком случае, в этих строчках о подобном не сказано. Скорее всего, это творческие домыслы Johnston и Leyvi.

Лексика следующих строк не менее разнообразна. Очень интересен перевод фразы:

Но вы к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня

Вы не оставите меня…

Слово «доля » в русском языке устаревшее. Johnston переводит это словосочетание как «for my wretched state » (к моему жалкому состоянию), где wretched (жалкий, некудышний) принадлежит к разговорной лексике. Leyviиспользует нейтральное выражение «despondentfate», тогда как Litoshick ограничился только существительным «fate», причем «к моей несчастной доле» перевел просто «T’ myfate», где «t’» сокращенный вариант от «to», что в принципе неприемлемо для стиля того времени. И только Bonver перевел фразу достаточно четко, но чопорно «formyunhappydole», где «dole » тоже относится к устаревшей лексике.

Словосочетание «капля жалости » авторами переводится достаточно близко: Bonverабсолютным эквивалентом «adropofpiety», «slightestpiety» (легкая жалость) Litoshick, «faintimpression» Johnston, дословно переводимое как «слабое впечатление» и «empathy’swarmtot» «тепло сочувствия» Leyvi. Кроме того, в последнем словосочетании Leyvi слово «tot» принадлежит к разговорной лексике и имеет значение «маленькая рюмка или глоток спиртного».

Еще один интересный момент - слово «оставить». Johnston и Bonover перевели его как «leave», Leyvi как «forsake» (отвергать), а Litoshick как «abandon» (покидать, самовольно уходить). Если рассматривать перевод Litoshick, то перевод слова «abandon» (покидать, самовольно уходить) и «оставлять» в русском языке имеют разные смысловые значения. «Покидать, самовольно уходить» скорее можно употребить в случае разрыва отношений, когда они (отношения) были, но теперь кто-то от кого-то уходит. А в данном случае русское слово «оставить» скорее обозначает «оставить без внимания», чем попросту «бросить». Следовательно, «forsake» Leyviв смысловом значении более уместно.

Фразу «…моего стыда вы б не узнали никогда » Bonver переводит с несколько другим смысловым оттенком, используя экспликацию «these my atrocious shame and sin » (мой отвратительный стыд и грех), где «atrocious» (противный, отвратительный) принадлежит к формальной лексике. Более того, сама Татьяна никак не характеризует свой стыд, здесь нет прилагательного. Другое слово «грех». Прочитав письмо целиком, можно заметить, что Татьяна ни разу не обмолвилась о том, что это чувство она считает грехом. В письме и намека нет на грех. В русском понимании «грех - это поступок, противный закону Божию; вина перед Господом» [37]. Здесь же – просто чувство, чувство молодой незамужней барышни к молодому неженатому человеку. Здесь нет ничего противоестественного или грешного. Другое дело, если бы Онегин или Татьяна были женатыми людьми, в таком случае существительное «грех» очень четко охарактеризовало бы положение Татьяны. Девушка чувствует стыд, причем стыд не за то, что она полюбила, а за то, что она набралась смелости и сама первая пишет письмо, что во времена Пушкина считалось непристойно для молодой особы. Но это уже особенность русского этикета того времени.

Зато в обычной, эмоционально неокрашенной фразе «в деревне нашей видеть вас » Bonver при переводе использует добавление «as a guest » и придает фразе поэтический оттенок за счет выражения «midst us » («to see you , as a guest , midst us »).

Leyvi эту же фразу перевел путем лексико-граматической трансформации, описательного перевода. Разговорное «geek» (чокнутый, помешанный) вофразе «stop by the house of a lonely geek» («If you would seldom one a week stop by the house of a lonely geek» ).

Следующие же две строчки представляют для нас интерес наличием в них книжной и устаревшей лексики:

Чтоб только слышать ваши речи ,

Вам слово молвить

Слово «речи » в русском языке является существительным множественного числа и принадлежит к книжной лексике. В английских переводах существительным его переводят только Bonver «speeches» и Leyvi « a familiar voice» (привычный голос) – здесь используется семантическая замена. Хотя «голос» и «речи» имеют разное лексическое значение. «Голос - звук, звон, тягучий шум разного рода; звук или язык из гортани человека или животного», «речь - что-либо выраженное словами, устно или на письме; предложенье, связные слова, в коих есть известный смысл» [37].

Татьяне не все равно, что слушать: пустую болтовню или содержательные беседы. Девушка из глубинки не влюбилась просто в красивого «лондонского Денди», она увидела в нем больше – умного, образованного и благородного человека. У нее не просто любовь с первого взгляда, страстная и бессознательная, у нее чувство, зрелое осознанное чувство, которое не покинет ее сердце даже через многие годы.

Johnston и Litoshick существительное «речи» заменили словосочетаниями «heardyouspeak» и «howyouspeak» (слушать как вы говорите). Здесь используется экспликация или описательный перевод, который тоже несколько искажает смысл оригинала. Опять-таки разница между тем «как вы говорите» и «словами…в коих есть известный смысл».

Следующее словосочетание «слово молвить », где глагол «молвить » принадлежит к устаревшей лексике, все переводчики, кроме Litoshick поняли буквально, вследствие чего и получился перевод с помощью эквивалента, имеющего иную (нейтральную) стилистическую окраску «sayaword» (сказать слово), Litoshick же употребил «acouplewords» - парой слов. Здесь смысл донесен верно (Татьяна не одно слово хочет сказать Онегину) и грамматическая форма множественного числа так же уместна. Но русское «слово молвить » подразумевает собой более общее значение, более широкий смысл. Здесь «слово молвить » - это беседа, разговор, а не привычный обмен несколькими фразами при встрече. Более того, «молвить » - это неторопливая содержательная беседа, сказ, если можно так сказать, по этому глагол «totweet» (чирикать), употребленный Litoshick, не то что искажает, а попросту не соответствует стилю письма и смыслу текста.

Татьяна не стесняется своего деревенского происхождения, более того, она любит свою деревню, но прекрасно понимает насколько другое отношение у Онегина: «…в глуши, в деревне все вам чуждо …». Эти строки не несут никакого негативного оттенка, мы не видим здесь ненависти Татьяны к «забытому селенью», кроме того, Татьяна в очень корректной форме выражает именно отношение Евгения к селу – «чуждо». Это русское наречие в английском языке передает причинно-следственные отношения с помощью глагола «you are bored » - вы скучаете (Litoshick, Bonver), и словосочетанием «you find the country godforsaken » - вы находите село захолустным – описательный перевод (Johnston). В тексте отражено отношение Онегина к деревне в целом. У Leyvi другая интерпретация этой фразы «our village you can t bare » (вы не выносите, ненавидите нашу деревню), а это несколько меняет смысл фразы. Можно подумать, что у Онегина есть веские причины на то, чтобы ненавидеть деревню, причем, именно эту деревню «ourvillage». Кроме того, «you can t bare » (стилистическая трансформация) звучит несколько пренебрежительно и укоризненно, такой оттенок в оригинале произведения не ощущается.

Еще одна фраза, которая представляет для нас интерес: «в глуши, в деревне ». «Глушь » на первый взгляд может показаться негативно окрашенной лексикой, но Татьяна тут же уточняет «в деревне». Здесь «глушь » является противопоставлением городу, в котором живет Онегин, но не подразумевает «захолустье, богом забытое место» и уж тем более «дыра», «сельская дыра», как это обозначил Leyviфразой «rustic hole ».

Далее следуют такие строки:

Зачем вы посетили нас

В глуши забытого селенья,

Я никогда б не знала вас,

Не знала б горького мученья .

Души неопытной волненья

Смирив со временем (как знать ?)

По сердцу я нашла бы друга,

Была бы верная супруга

И добродетельная мать.

В этом отрывке присутствует и книжная лексика «селенья », «горькое мученье », «смирив », «добродетельная мать», и просторечная «как знать », «по сердцу », и устаревшая (ныне официальная) – «супруга ».

К сожалению, не вся лексика отображается в переводе с той эмоционально-стилистической окраской, с какой мы имеем возможность ознакомиться в оригинале.

«Селенье » относится к книжной лексике. Наиболее близко к оригиналу с лексической точки зрения перевел Bonver– абсолютный эквивалент (village – деревня, селение - нейтральное), далее следует Johnston с непоэтичным синонимом «habitation » – жилище, обиталище, поселок, селение, Leyvi с описательным «acloister ofaforgottenplace» – монастырь забытого места и Litoshick, придавая русскому книжному селению негативную окраску, «part of land – часть земли и «settlement » – поселение, колония).

Книжному «горькое мученье» Litoshick, Johnston и Bonver противопоставляют нейтральное «bitter torment» (горькое мученье – абсолютный эквивалент), «laceration» (мука, терзание - синоним) и «tortures» (пытки, муки - синоним). Leyvi же понимает эту фразу как укор Татьяны самой себе и называет его «foolish fuss» (глупая суета, беспокойство – семантическая трансформация), хотя в русском варианте и намека нет на то, что Татьяна каким-то образом сетует на свою судьбу или корит себя за подобное чувство. Более того, забегая вперед, в следующих же двух строчках мы видим, что она дает другое, очень поэтичное определение как «души неопытной волненья…», которое Litoshick перевел достаточно чопорно: нейтральным «unrest» - беспокойство, тревога и «verdantsoul» - «зеленая душа» (то есть «не зрелая»), тогда как Leyvi употребил очень подходящее «naivesoul» (наивная, простодушная душа).

Еще одно книжное слово «смирив » (смирять) - смирить кого-либо, усмирять, укрощать или обуздывать, отвадив от дикости; сделать кротким, покорным, послушным; приводить в покорность, лишать природной дикости, зверства, своеволия, самонадеянности [37]. В переводе же «смирив» имеет другую, более жесткую эмоциональную нагрузку. Bonver – «suppressed» (подавлять, угнетать), Leyvi – «arrest» (арестовывать, тормозить), Litoshick – «pacified» (успокаивать, усмирять) и Johnston – «passed» - проходить (пройдет), перевод последнего в некоторой мере искажает русское «смирение» - «делать покорным» и английское «passed» -«проходить вообще».

Русское просторечье «как знать ?» в переводах Leyvi, Bonver, Litoshick и Johnston отобразилось нейтральным «whoknows» и «maybe», зато наше обычное «со временем » у Litoshickотозвалось «timeflies» [лат. tempus fugit] – время летит [38].

Строчка «По сердцу я нашла бы друга » оказалась плохо доступной для понимания и перевода иностранного автора. Просторечное «по сердцу » у Johnston вообще не нашло отображения, он ограничился просто общеупотребительным «foundafriend». Litoshick определил его как «friend for heart » (друг для сердца), Bonver все упростил, так сказать, назвал вещи своими именами, и перевел просто «a good spouse » (хороший супруг – прием - модуляция), причем «spouse» (супруг) принадлежит к книжной лексике. Leyvi тоже, к сожалению, не уловил многозначность русского слова «друг» и назвал его просто «companiontomyheart». Русский же перевод слова «companion» несет в себе официальный, деловой оттенок, и перевод соответственно таков: «companion» – 1)товарищ, 2)спутник; попутчик, случайный сосед (по вагону, самолёту) 3) компаньон; партнёр . Как видим, ни одно из этих значений даже отдаленно не напоминает нам нашего русского «друга по сердцу».

Каков же оказался перевод устаревшего на тот момент и ныне официального слова «супруга ». Leyvi перевел его официально-книжным словосочетанием «spousalpart», где «spousal» - литературно-книжное выражение американского варианта, а «part» - театральное «роль». Остальные же авторы переводов ограничились общеупотребительным «wife».

Книжное «добродетельная мать » в английском языке трансформировалось в общеупотребительное «virtuous mother » - добродетельная мать – абсолютный эквивалент (Johnston, Litoshick), «a mother very kind and right » - очень добрая и правильная – экспликация (Bonver) и нейтральное «good mother » - синоним (Leyvi).

В глубине души Татьяна наверняка была бы уверена во взаимности. Она предполагает, что могла бы быть счастлива с другим, и в этом предложении есть доля столь несвойственного ей кокетства; но тут же стремительность чувств в ней берет верх и выплескивается:

Другой!.. Нет, никому на свете

Не отдала бы сердца я…

«Somebodyelse!» - переводит Litoshick первую фразу (стилистическая трансформация). «Кто-то еще!» - звучит она на русском. Татьяна в письме делает акцент именно на Онегине, она любит именно его и никого другого. «Somebodyelse» же подразумевает кого-то вообще. То есть Татьяна не сможет полюбить кого-то не потому, что у нее нет сил или она уже не способна, нет, она просто не сможет полюбить никого, кроме Онегина:

То в высшем суждено совете,

То воля неба, я – твоя!

Резкий внезапный переход на «ты» - наверняка случайный, неосознанный. Татьяна и здесь – и в последующих строках – предельно раскрыта, абсолютно откровенна. К сожалению, в английском варианте нет большой разницы между «твой» и «ваш», есть общая «your» и «yours». Авторы разбираемых нами переводов, одинаково поняли различие форм употребляемых местоимений. Везде в тексте до этого момента и после Татьяна обращается к Онегину «you», то есть «ты», а в том отрывке текста, когда она в русском варианте переходит на «ты», в английском переводе получается «вы» - «yours».

Нейтральному «суждено » Johnston и Litoshick противопоставляют устаревшее «decree» (устанавливать, определять). А русскому книжному существительному устаревшей формы «хранитель » (…до гроба ты хранитель мой …) соответствует английское существительное, относящееся к юридической лексике «guardian » (опекун, попечитель). Leyviвыразил смысл этой фразы несколько по-другому, употребив американское «somber cage » - мрачная клетка ( You will destroy my somber cage ), где представлена лексико-семантическая замена.

В следующих строках, почти все слова принадлежат к книжной лексике:

Ты в сновиденьях мне являлся

Незримый ты мне был уж мил…

Книжное «сновидения » все авторы передали нейтральным «dreams» и сохранили форму множественного числа. Bonver добавил наречие «oft» - часто (in my night dreams you oft appeared ), которое компенсировало стилистические расхождения. Оно принадлежит к устаревшей, поэтической, диалектной форме. Нейтральное «unseen» заменило устаревшее книжное «незримый ». А книжный глагол «являлся » выступает в переводах либо общеупотребительным «came» (you came to me in dreams ) Litoshick, «appeared» Bonver (in my night dreams you oft appeared ) или фразеологизмом «madeappearance» (you d made appearance ) Johnston, или антонимическим выражением «IndreamsIsee, youneverfade» Leyvi.

Архаическое «чудный » (Твой чудный взгляд меня томил ) - странный, чудный или непонятный [37] преобразовался в «пристальный» (staring glance - Leyvi), «сверкающий» (splendid glance - Bonver), «блестящий» (gleaming - Johnston), «чистый» (clean – Litoshick).

Наречие «давно » (Давнонет, это был не сон …) передалось либо как «очень давно» (long long ago – Johnston, so long before - Litoshick), либо противоположное «не очень давно» (not long ago - Bonver). Leyvi же поменял смысл фразы на «все прошло» (all gone ).

Ты чуть вошел, я вмиг узнала,

Вся обомлела , запылала

И в мыслях молвила : вот он!

Здесь речь Татьяны переполняется разговорной лексикой. «Чуть » передается только в значений «just» у Bonver. Litoshick использует вопросительное слово связку «when », Johnston- поэтическое «scarce » (едва). Leyviже предпочел оставить его непереведенным дословно (you stepped inside ), но зато глагол «stepped» компенсирует эту стилистическое несоответствие.Так же семантика слова «вмиг», передается сложноподчиненным предложением с придаточным времени (I knew it when you stepped inside ), тогда как Litoshick использовал разговорное «right away » (тотчас). Bonverзаменил наречие фразовым глаголом «gotaware», а Johnston предпочел оставить его непереведенным.

Глагол «обомлела », относящийся к разговорной лексике Johnston передал поэтическим «swooned » - замирать, а Litoshick использовал переносное значение «froze » - замирать. Bonverже в своем переводе сохраняет семантическое значение,употребляя глагол «stunned » - потрясенный, ошеломленный. В переводе Leyvi мы видим подобную ситуацию. Глагол «scream » переводится как «пронзительно кричать, визжать», тогда как в оригинале произведения употреблено устаревшее «молвить», что значит «сказать, произнести» [37].

Bonver в своем переводе тоже приукрасил оригинал. Спокойное и горделивое «Вот он!..» (И в мыслях молвила: Вот он!) Bonver заменил на несдержанное и может быть даже детское «That s him ! That s him !». Это повторение фразы напоминает ситуацию, когда группа детей нашла какого-то злостного преступника или вора. Создается даже впечатление комичности.

Строчки

Не правда ль? Я тебя слыхала !

Ты говорил со мной в тиши

содержат разговорно-просторечную («слыхала ») и поэтическую лексику («тишь »).

Разговорно-просторечный глагол «слыхать » в переводах отображается нейтральным «heard». Существительное «тишь » имеет поэтическое выражение у Leyvi: «still» - тишина и выражено поэтическим существительным. У Johnston тоже слово «still », но уже является не существительным, а прилагательным «all was still ». Litoshick заменилегонаречием «in quiet » (spoke to me in quiet ). Bonver же изменил смысловое значение фразы целиком. «Ты говорил со мной в тиши» в его переводе звучит как «Youspoketomeinquitevoice», и дословно переводится как «ты говорил со мной тихим голосом». Здесь наблюдается явление экспликации, т.е. описательный перевод.

Устаревший глагол «услаждать » (Или молитвой услаждала) в оригинале текста относится к возвышенному стилю, а в переводах ему соответствует нейтральные «soothe » - утешать (Leyvi), «soften » - смягчать (Bonver), «mend » - утешать (Johnston), «cure » - излечивать (Litoshick). Нейтральное прилагательное «коварный» и книжное существительное «искуситель» передается в английском языке наоборот. Книжным становится прилагательное «коварный »: iniquitous – чудовищный, ужасный (Leyvi), «perfidious » - коварный (Bonver). У Johnston оно приобретает разговорный характер «vile » - отвратительный и нейтральный «treacherous » - предательский у Litoshick. И нейтральным становится существительное «искуситель »: «pretender » - «лицемер» у Leyvi, «seducer » - «соблазнитель» у Litoshick, у Bonverже заменяется существительным «характер, нрав» - «perfidious temper » (коварный нрав) и словосочетанием «agent of perdition » (посредник смерти) у Johnston. Причем существительное «perdition » - относится к устаревшей лексике и обозначает «гибель, погибель», а в религиозном значении «вечные муки, проклятие».

Воспользовались переводчики в своих текстах и латинским словосочетанием «in vanum » (в тексте - invain), что означает «зря, напрасно». Тогда как в оригинале эта фраза передается просторечным прилагательным «пустое » (Быть может это все пустое …)

Далее общеупотребительная лексика смешивается с устаревшей лексикой поэтического стиля «отныне » и книжной «вручать » (Отныне я тебе вручаю ). «Отныне » Litoshick передал идиомой «from now on » (впредь), Johnston книжным «henceforth » (впредь), Bonver заменил наречие «отныне» на словосочетание «с этого … момента » - «since this instant », и Leyvi ограничился нейтральным «now ».

Книжный же глагол «вручать » в текстах остался непереведенным, и только у Litoshick он заменился на нейтральное «entrust» - вверять, поручать.

Словосочетание «лить слезы » передалось посредством конкретизации глаголом «weep» - плакать (Johnston), словосочетанием «shed my tears » (Leyvi), словосочетанием с прилагательным «pour bitter tears » (Bonver) и «I into tears bust », где глагол «bust » - «терпеть неудачу, провал» принадлежит к разговорной лексике и несет негативную окраску (стилистическая трансформация).

Общеупотребительный глагол «умолять » в следующей строчке переводится Leyviсуществительным юридического характера «plea » - прошение, жалоба.

И далее мы читаем такие строки :

Вообрази : я здесь одна,

Меня никто не понимает,

Рассудок мой изнемогает,

И молча гибнуть я должна…

Так вот что искала Татьяна в Онегине – понимания. Онегин со своей светской пресыщенностью казался ей, юной деревенской девушке, человеком необыкновенным – а значит, способным ее понять.

Переводчики очень тонко передали чувство юной Татьяны, используя в основном книжную и поэтическую лексику, хотя автор, то есть Татьяна ограничилась общеупотребительной лексикой, за исключением разговорного глагола «вообрази». Этотглаголвбольшинствеслучаевпередалсянейтральным«imagine » - «Imagine this » (Litoshick), «Imagine it » (Johnston), «You just imagine » (Leyvi). Bonver же употребил междометие «Behold !», которое переводится как «Вот! Смотри !» и придает обращению более экспрессивный характер.

Глагол «изнемогать », который в русском языке принадлежит к нейтральной лексике, у Johnstonотобразился поэтическим деепричастием «swooning mind » («замирающий рассудок») и следующая строчка, состоящая из нейтральной общеупотребительной лексики, в переводе выразилась устаревшим прилагательным «dumb » - «немой» и книжным глаголом «perish » - «гибнуть»:

И молча гибнуть я должна

Dumb I must perish

Litoshick также употребил в этим выражении книжное «perish », а Leyvi использовал нейтральное «die ». Bonver заменил книжное «гибнуть » на поэтическое выражение «I move to deadly line ». Тогда как существительное, относящееся к высокой лексике, «взор », он перевел, как и другие переводчики, нейтральным «glance ». В английских переводах и союз «иль » («или»), принадлежащий к устаревшей разговорной лексике (Иль сон тяжелый перерви ) передан нейтральным «or».

Русское междометие, выражающее сожаление, «увы » во всех переводах не нашло своего отражения.

Татьяна сама осознает ужас своего поступка, безнравственного в глазах света (но не в ее собственных!), и в заключение пишет:

Кончаю! Страшно перечест ь…

Стыдом и страхом замираю…

Но мне порукой ваша честь,

И смело ей себя вверяю !

Какая сила и простота в этих словах. И вновь переход на «вы» (который уже никак не отразился в переводе)… Опомнилась, спохватилась, пожалела о собственной смелой искренности («страшно перечесть »), но – ни единого слова не исправила. Вот она – Татьяна Ларина, героиня романа.

Глагол «перечесть » относится к разговорной лексике, но в переводах он отразился нейтральными общеупотребительными «re - read » (Leyvi), «read » (Bonver, Litoshick, Johnston). Но зато Johnston при переводе нейтрального русского наречия «страшно » (страшно перечесть) употребил книжное «dread » - «страшный, ужасный».

Последнее слово в письме принадлежит также к книжной лексике – «вверять ». Нейтральным глаголом оно отобразилось в переводах Johnston – «confiding » и Litoshick– «entrust ». Bonver же придал этому глаголу другое значение «deliver » - доставлять, сдавать, а Leyvi перевел его глаголом, относящимся к лексике финансового характера – «fund » (To it my fate I boldly fund ).

Как видим, в процессе работы с текстами, далеко не вся русская лексика имеет абсолютные эквиваленты в переводах. К сожалению, книжная и устаревшая лексика, которая играет весомую роль при анализе произведения, которая помогает читателю создать наиболее полное представление о главной героине, в переводах отображается нейтральной или общеупотребительной лексикой. Подобный, слишком простой подход к переводу русского классика, к нашему великому сожалению, не передает читателю атмосферу романа и дух того времени.

ВЫВОДЫ

В ходе данной курсовой работы, нами была предпринята попытка сравнения переводов одного и того же отрывка произведения «Евгений Онегин», выполненных разными переводчиками.

Объектом нашего исследования являлись переводы «Письма Татьяны к Онегину» такими авторами как:Bonver, Leyvi, Litoshick и Johnston.

В ходе написания курсовой работы, мы охарактеризовали степень изученности английских переводов. Обратили внимание на то, что пушкинистика становится одним из важных разделов современной русистики, а исследования русской классической литературы широко развернулось за рубежом за последние два с половиной десятилетия.

Выделили три основных этапа эволюции переводческого восприятия романа Пушкина в Англии: 1) точность в передаче сюжета (Сполдинг); 2) формальная точность: строфа, рифма (Элтон); 3) поэтичность и звуковая организация (Джонтсон) - перевод, опирающийся на контекстуальную точность "антииллюзионистского" перевода Набокова.

Кроме того, указали причины, по которым Пушкина и «Онегина» не оценили в Америке. Одни ученые считают, что русская литература провинциальна и вторична, что "Евгений Онегин" являет собой пусть гениальное, но эхо байроновской поэзии. Другие наоборот, считают, что американцы просто поленились или не сумели перевести Пушкина как следует.

В первой главе нашей работы мы проследили историю развития переводов произведения «Евгений Онегин». Обратили внимание на то, что существует, по меньшей мере, пятнадцать известных переводов романа Пушкина на английский язык (как американских и британских, так и российских переводчиков). Остановили свое внимание на переводах только четырех авторов: Bonver, Leyvi, Litoshick и Johnston.

В процессе работы с текстами, мы провели сопоставительный анализ лексики, определили сходства и расхождения в переводах лексических единиц, а так же на основе сравнительно-сопоставительного, семантического и контекстуального методов определили эквивалентность переводов.

При сопоставительном анализе лексики, мы детально проанализировали лексику текста оригинала, а затем сопоставили ее с переводом. Так, например, в тексте письма Татьяны преобладает 15% слов, принадлежащих к книжной и устаревше-книжной лексике, и ни одно из них при переводе не нашло своего отображения в качестве книжного варианта. Большая часть, а именно, 10% слов, было переведено нейтральными понятиями, 5% составила общеупотребительная, поэтическая и устаревшая лексика.

Устаревшая же лексика, составляющая 15% текста письма, включая устаревшую разговорную и устаревшую поэтическую, отобразилась нейтральными переводами (10%), разговорными – 2%, и 2% общеупотребительными и официально-книжными. Устаревшим понятием оно было переведено всего лишь один раз.

Разговорно-просторечная, просторечная и общеупотребительная лексика, которая составляет большую часть письма (45%), авторами в основном переводится как нейтральная (35%), остальные же 10% составляет поэтическая лексика, 4% в переносном значении и 1% латинским выражением.

Нейтральная лексика составляет 25%, переводится в основном общеупотребительной лексикой 15%. Но есть небольшой процент перевода ее книжной устаревшей лексикой (5%), разговорной (5%), остальная же часть заменилась латинскими выражениями и даже поэтическим деепричастием.

При анализе переводов, мы также обратили наше внимание на способы перевода, которые использовали авторы. Здесь встречается и антонимичный («Чего же боле» - «Nontoadd»), и описательный («речи» - «howyouspeak»), также используются стилистические трансформации («презреньем наказать» - «withscorntomakemyworldaheel»), абсолютные эквиваленты («капля жалости абсолютные эквиваленты ()el ()ные способы переводатом - «adropofpiety») и семантические замены («речи» - «voice»).

Наше исследование исходило из того, что анализ способов перевода «Письма Татьяны к Онегину» отечественными и зарубежными переводчиками может послужить материалом для новых теоретических обобщений в области теории перевода.

Решение в процессе исследования поставленных задач позволило сформулировать следующие положения:

1. Сопоставление переводов разных авторов, разный язык перевода позволяет более контрастно и ярко показать, что необходим учет реалий при поиске эквивалентов лексических и фразеологических единиц.

2. Эмоциональность и экспрессивность у Пушкина создается посредством использования диалектных и просторечных слов, фразеологических единиц, повторов, усилительных частиц, которые не всегда сохранены в языке перевода.

Научно-практическая значимость данного исследования состоит в том, что его результаты могут найти применение в курсе теории и практики перевода, лексикологии и фразеологии русского и английского языков.

Список используемой литературы

1.Алексеев М.П. «Евгений Онегин» на языках мира. — В кн.: Мастерство перевода. М., 1965, стр. 273—286.

2.Алексеев М.П. Пушкин на Западе. — В кн.: Пушкин. Временник Пушкинской комиссии, т. III. М.—Л., 1937, стр. 104—151

3.Бреус Е.В. Основы теории и практики перевода с русского языка на английский. – М.: УРАО, 2002. – 207с.

4. Влахов С., Флорин С. Непереводимое в переводе. /Монография. – М.: Высшая школа, 1986. – 384с.

5. Голышева А.И. Статья об изучении Пушкина в Англии и США. – Пушкинский сборник. Псков, 1962, с.110-122

6. Казакова Т.А. Практические основы перевода. – СПб.: Союз, 2002. – 319с.

7.Келтуяла В.В. О переводе интернациональных слов. //Тетради переводчика, вып. 4. – М.: Международные отношения, 1967. – с.47-55.

8.Комиссаров В.Н. Слово о переводе. – М.: Международные отношения, 1973. – 245с.

9.Комиссаров В.Н.Современное переводоведение. – М.: ЭТС, 1999. – 188с.

10. Комиссаров В.Н.Теория перевода. – М.: ВШ, 1990. – 251с.

11. Комиссаров В.Н., Рецкер А.И., Тархов В.И. Пособие по переводу с английского языка на русский. – М.: Издательство литературы на иностранных языках, 1960. – 176с.

12. Крупнов В.Н. В творческой лаборатории переводчика. – М.: Международные отношения, 1976. – 189с.

13. Кукурян И. Л. Английские переводы романа А. С. Пушкина "Евгений Онегин" как предмет лингвопоэтического анализа : Автореф. дис. ... канд. филол. наук / И. Л. Кукурян ; МГУ им. М. В. Ломоносова. - М.,1990.–24с.
14. Кукурян И. Л. Из наблюдений над переводами романа Пушкина "Евгений Онегин" на английский язык // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19, Лингвистика и межкультур. коммуникация. - 1999. - № 2. - С. 130-138.

15. Латышев Л.К.Технология перевода. – М.: НВИ-Тезаурус, 2000. – 287с.

16. Лотман Ю. М. Роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин»: Комментарий. С. 296—300; Савченко С. Элегия Ленского и французская элегия // Пушкин в мировой литературе. Л., 1926; Заборов П. Р. Шарль Мильвуа в русских переводах и подражаниях первой трети XIX в. // Взаимосвязи русской и зарубежной литературы. Л., 1983. С. 110 - 113.

17. Лотман Ю. М. Роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин»: Комментарий. С. 229 - 330.

18. Михайлова Н.И. «Евгений Онегин» в контексте европейской культуры Пушкин: Исследования и материалы. Л., 1989. Т. 12.

19. Мурянов М.Ф. «Онегинский недуг»// Русская речь. – 1988. № 3. – С. 20 - 24.

20. Набоков В.В. Библиогр. указ. / авт.-сост. Г. Г. Мартынов ; вступ. ст. В. П. Старка. – СПб. : Фолио-Пресс, 2001. – 496 с. – Из содерж.: Из комментариев к роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин". – С. 133; Перевод и комментарий к роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин". – C. 281-285. (на пункте дежурного библиографа зала филологии, педагогики искусства РНБ)
21. Пушкин А.С. Сочинения в трех томах, т.1. – М.: Художественная литература, 1985. С.468

22. Салиева Л. К. Проблема передачи национального своеобразия подлинника : (На материале пер. романа "Евгений Онегин" на англ. яз.) // Лингво – стилистические особенности функциональных жанров : Переводческий аспект. - Ташкент, 1986. - С. 78-81.

23. Саломеева А. В. "Евгений Онегин" А. С. Пушкина в переводе на английский язык В. В. Набокова // Книговедение : новые имена. - М., 1998. - Вып. 3. - С. 33-37.

24. Сержан Л. С. Элегия М. Деборд-Вальмор — один из источников письма Татьяны к Онегину // Известия АН СССР. Сер. лит. и яз. – 1974. Т. 33. – № 6. – С. 543 - 550.

25. Тодоров Т. Г. Особенности антропонимической системы романа А. С. Пушкина "Евгений Онегин" и ее задача в болгарских и английских переводах романа // Рус. яз. за рубежом. - 1995. - № 2/3. - С. 84-87.

26. Тодоров А.В. Введение в теорию перевода. – М.: Издательство литературы на иностранных языках, 1958. – 376с.

27. Федоров А.В. Основы общей теории перевода. – М.: Высшая школа,1983. – 303с.

Публикации на иностранном языке

28. A bibliogaphy of Alexander Pushkin in English : Studies and translatoins / comp. by L. G. Leigton. – Leviston : Mellen press, 1999. – [8], XIII, 318 p. – (Studies in Slavic lang. and lit.; vol. 12).
29. Eugene Onyégin; translated by C. E. Turner. St. Petersburg: K. L. Ricker. n. d. Authority: W. S. Sonnenschein, The best books, 3. ed., part 5, p. 2831

30. Eugene Onéguine; a romance of Russian life in verse... translated from the Russian by [Henry] Spalding. London: Macmillan & Co., 1881. xiv p., 2 1., 276 p. 12.

31. Eugene Onegin; translated from the Russian by Dorothea Prall Radin and George Z. Patrick. Berkeley: University of California Press, 1937. viii, 226 p. port. 12

32. Pushkin in English. A list of works by and about Pushkin. Edited with an introduction by A. Yarmolinsky. N. Y., 1937. – p. 4-5.

33. Rosengrant J. Nabokov, "Onegin", and the theory of translation // Slavic a. East Europ. journal. - Tucson, 1994. - Vol. 38, N 1. - P. 13-27.

34. Russian literature and Alexander Pushkin//National Review. – vol. 7. – 1858 (Oct.), p. 361—382.

35. Schmalfeld F. Lateinische Synonyrnik. Eisleben, 1836. §116;

36. Yevgeny Bonver, «Eugen Onegin» October 2001 -- November 2003.

Edited (Introduction and Chapters I, II, III – till stanza XXXI) by Dmitry Karshtedt, December 2001 -- June 2003.

Список лексикографических источников

37. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка(современное написание слов)Изд. "Цитадель", г. Москва, 1998 г

38. Бабичев Н. Т., Боровский Я.М. Словарь латинских крылатых слов. М., 1982. С. 269.

39. Новый большой англо-русский словарь, т.1-3. / Под ред. Ю.Д.Апресяна. – М.: Русский язык, 1999. – 2483с.

40. Новый большой русско-английский словарь словарь, т. 1-3. / Под ред. М.С.Мюллера. – М.: Лингвистика, 1997. – 3208с.

41. Словарь иностранных слов. / Под ред. А.В.Боброва. – М.: Цитадель, 1999. – 336с.

42. Современный толковый словарь русского языка. – СПб.: Норинт, 2002. – 795с.

43. Шмалъфельд Ф. Латинская синонимика. Пер. Страхова А. М., 1890. С. 150 - 151.

Интернет-источники

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений07:33:53 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
22:08:32 28 ноября 2015

Работы, похожие на Курсовая работа: Особенности переводов романа А.С. Пушкина "Евгений Онегин" (на примере Письма Татьяны к Онегину)
Русско-французский билингвизм в языковой культуре российских дворян ...
Введение Важным аспектом языковой культуры российских дворян первой половины XIX века являлся русско-французский билингвизм данного сословия ...
Аналогичное соответствие содержания выразительным средствам - в письме А.С.Пушкина П.А.Вяземскому от 5 июля 1824, где, как и в первом отрывке, можно наблюдать не только книжную ...
романов А.С.Пушкина "Евгений Онегин" и Л.Н.Толстого "Война и мир")
Раздел: Топики по английскому языку
Тип: дипломная работа Просмотров: 5950 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Способы номинации персонажей в романе М.А. Булгакова "Мастер и ...
Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им ...
Лиза ("Бедная Лиза" Н.М. Карамзина), Светлана (одноименная баллада В.А. Жуковского), Евгений Онегин, Макар Девушкин, Настасья Филипповна Барашкова, Великатов и Мелузов ("Таланты и ...
Татьяна Ларина; Аркадий Долгорукий, но не князь, а "просто Долгорукий" ("Подросток" Достоевского); Евгений Васильев (так в "Отцах и детях" Тургенева представляется Николаю ...
Раздел: Рефераты по зарубежной литературе
Тип: дипломная работа Просмотров: 4159 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Французский язык в произведениях А.С.Пушкина
Содержание ВВЕДЕНИЕ Глава I.Французский язык в жизни А.С.Пушкина 1.1.А.С.Пушкин и французский язык 1.2.Влияние французской литературы Глава ...
3.5.Французский язык и образ Татьяны Лариной в романе А.С. Пушкина "Евгений Онегин"
На переводах из Андре Шенье можно проследить дальнейшую эволюцию Пушкина-переводчика, начало которой положено в переводах из Парни.
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: реферат Просмотров: 3944 Комментариев: 3 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Риторика
1. Определение современной риторики, предмета риторики. Общая и частная риторика С новой силой интерес к риторике вспыхнул в середине ХХ века. Он ...
Учитесь властвовать собой, - этот совет Евгения Онегина Татьяне Лариной есть одновременно и рекомендация оратору любого профиля.
Различают так называемого биографического автора, то есть историческое лицо, частного человека (А.С. Пушкин, 1799 - 1837), и автора-творца, чьи представления о мире и человеке ...
Раздел: Топики по английскому языку
Тип: шпаргалка Просмотров: 18366 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 1 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно     Скачать
Исторические миниатюры М. Осоргина
Содержание. Введение Глава 1. Жанр исторической миниатюры. 1.1 Своеобразие жанра миниатюры. 1.2 Проблема соотнесения факта и вымысла в произведениях ...
Лишь Пушкину, а затем Гоголю ("Тарас Бульба") и Лермонтову ("Песня про купца Калашникова", "Бородино") удалось приложить принципы историзма на современную тему ("Евгений Онегин ...
Никакой переводчик не переведет на иностранный язык всех тонкостей "переводов" соловьиного пенья: пульканье, клыканье, раскат, дробь, лешева-дудка, кукушкин перелет, гусачок ...
Раздел: Рефераты по зарубежной литературе
Тип: дипломная работа Просмотров: 400 Комментариев: 2 Похожие работы
Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать
Сборник экзаменационных билетов по английскому языку
Экзаменационный билет по предмету АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК. БАЗОВЫЙ КУРС ДЛЯ НЕЛИНГВИСТОВ Билет № 1 Translate from English: A contract implied in law is one in ...
Почему перевод Библии Джоном Уиклифом на английский язык способствовал укреплению роли лондонского диалекта?
Какое отражение в английской лексике нашли древнейшие контакты германцев и римлян?
Раздел: Рефераты по языковедению
Тип: билеты Просмотров: 15127 Комментариев: 5 Похожие работы
Оценило: 3 человек Средний балл: 4 Оценка: неизвестно     Скачать
Основы перевода сложных предложений в английском языке
СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ РАЗДЕЛ I. ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ СОВРЕМЕННОЙ ТЕОРИИ ПЕРЕВОДА 1.1 Основные понятия переводоведения 1.2 Функционально - стилевые виды ...
Реальная переводческая деятельность осуществляется переводчиками в различных условиях; переводимые тексты весьма разнообразны по тематике, языку, жанровой принадлежности; переводы ...
Поэтому переводчику необходимо определить, принадлежит ли данное слово к словам с нейтральной стилистической окраской или к книжно-литературным, поэтическим, диалектным или ...
Раздел: Топики по английскому языку
Тип: курсовая работа Просмотров: 10196 Комментариев: 3 Похожие работы
Оценило: 1 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно     Скачать
Проблема истории в художественном мире А.С.Пушкина
Cодержание I. Введение. Пушкин и философско-историческая мысль 19 века II. Проблемы истории в художественном мире А.С. Пушкина 1. Формирование ...
Образ Полины вносит существенное дополнение в галерею образов русских женщин, созданных Пушкиным: его гений нарисовал не только милую и пленительную, но покорную своему жребию ...
Поэтому роман о 1812 годе, декабристская глава "Евгения Онегина" и другие творческие замыслы Пушкина, связанные с этой темой, остаются незавершенными.
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Просмотров: 6775 Комментариев: 9 Похожие работы
Оценило: 3 человек Средний балл: 3 Оценка: неизвестно     Скачать

Все работы, похожие на Курсовая работа: Особенности переводов романа А.С. Пушкина "Евгений Онегин" (на примере Письма Татьяны к Онегину) (6886)

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150865)
Комментарии (1841)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru