Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Реферат: Личные письма как жанр естественной письменной речи (гендерный аспект)

Название: Личные письма как жанр естественной письменной речи (гендерный аспект)
Раздел: Топики по английскому языку
Тип: реферат Добавлен 03:26:43 12 июля 2010 Похожие работы
Просмотров: 921 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Личные письма как жанр естественной письменной речи (гендерный аспект)


Содержание

Введение

1 Естественная письменная речь как объект лингвистического изучения

1.1 Сущность естественной письменной речи

1.2 Аспекты изучения естественной письменной речи

Выводы по главе 1

2 Гендерные особенности жанров естественной письменной речи (на примере личных писем)

2.1 Жанровое своеобразие естественной письменной речи

2.2 Гендерная лингвистика и жанры речи

2.3 Характеристика авторов личных писем

Выводы по главе 2

Заключение

Список литературы


Введение

Настоящая работа посвящена изучению особого объекта лингвистики естественной письменной речи (термин предложен Н.Б. Лебедевой). В работе исследуется один из аспектов естественной письменной речи – гендерный аспект, на примере личных писем.

Актуальным является исследование письменной речи как целостного специфического объекта лингвистики. Исследование естественной письменной русской речи как специфического объекта открывает перспективы в развитии русистики благодаря обращению лингвистов к письменной речи обычных носителей языка, имеющих свои нормы и закономерности [Лебедева, 2001: 4]. В центре нашего внимания находится письменный вариант «народной» речи, оказавшийся, как представляется, за пределами изучения и осознания его как специфического объекта лингвистики. В настоящее время в России имеются несколько центров по исследованию жанров, определяемых как разновидностей естественной письменной русской речи (Барнаул, Москва, Красноярск и другие), однако этот пласт народной деятельности не осознается как некое целое, обладающее признаками системности и целый массив народной культуры и речевого творчества [Земская, 1988].

Открывшееся обилие и многообразие разновидностей непрофессиональной, неофициальной письменно-речевой деятельности и ее результатов – текстов – заставляет задуматься о месте этого вида в жизни рядовых носителей языка.

В настоящее время актуальным является изучение различных видов повседневной письменно-речевой деятельности, в частности, письма. «Письмо – это знаковая система, фиксация речи, позволяющая с помощью начертательных (графических) элементов закреплять речь во времени» [Новый энциклопедический словарь, 2002: 918]. До настоящего времени письма входят в область малоизученных явлений, причиной чего, видимо, является недостаток внимания, оказываемого учеными данному объекту.

Здесь становится актуальный вопрос о жанровых особенностях письма.

В настоящей работе исследуются письма гендерного типа (тип пола). «Гендер» (англ. gender, от лат. genus «род») – социальный пол, определяющий поведение человека в обществе и то, как это поведение воспринимается» [Новый энциклопедический словарь, 2002].

Письма являются компонентом гетерогенной системы – гендерной субкультуры, функционирующей в определенной среде [Лебедева, 2001].

Цель исследования – изучить жанры естественной письменной речи в гендерном аспекте.

Объектом нашего исследования являются тексты писем (армейские, дружеские, семейные, любовные) как разновидность естественной письменной русской речи.

Предмет исследования – Гендерные особенности жанров естественной письменной речи (на примере личных писем).

Задачи данного исследования:

1. Описать естественную письменную речь как объект лингвистического изучения.

2. Определить жанровое своеобразие естественной письменной русской речи. Описать ее разновидности.

3. Дать гендерную характеристику авторов личных писем.

Материалом нашего исследования являют личные письма в количестве пятидесяти шести штук.

В данной работе мы использовали метод сбора и обработки данных, описательный метод, анализ, синтез и классификацию.


1 Естественная письменная речь как объект лингвистического изучения

1.1 Сущность естественной письменной речи

Под термином «естественная письменная речь» предлагается понимать письменный вариант «народной» речи, оказавшийся, как представляется, вне осознания его лингвистикой в качестве особого, специфического объекта, хотя ее отдельные разновидности подвергались изучению под различными точками [Лебедева, 2001]. Этот вид речевой деятельности (и ее результат - тексты) обладает следующими характеристиками: письменная форма, спонтанность и непрофессиональность исполнения. Две последние характеристики отличают естественную письменную речь от таких видов письменной деятельности, как художественная, газетно-публицистическая, деловая, рекламная и прочие виды «искусственной», то есть подготовленной и профессиональной, зачастую официальной, речи. В отличие от них, естественная письменная речь отличается непринужденностью, непосредственностью, вписанностью в конситуацию, короткой временной дистанцией между замыслом и реализацией, отсутствием промежуточных лиц и инстанций как между ними, так и между отправителем и реципиентом текста [Лебедева, 2001]. Все эти характеристики объединяют естественную письменную речь с естественной устной речью, которую активно исследует лингвистическое направление, нередко называемое коллоквиалистикой. Из самого названия следует их отличие – устная и письменная форма бытования. Если признавать, что письменная речь - это не механическая фиксация устной речи (а это должно уже стать аксиомой), то есть основания считать, что естественная письменная речь является особым видом мыслительно-речевой деятельности, требующей и особого к ней подхода. Имеется еще одна разновидность речевой сферы – подготовленная устная речь, которую мы условно называем «искусственной устной речью», являющейся объектом исследования, в частности, риторики. Таким образом, человек коммуницирует в режиме естественной и «искусственной» (подготовленной) устной речи, естественной и «искусственной» (подготовленной) письменной речи. Другими словами, естественная письменная речь занимает свое место в парадигме, построенной по координатам «устная / письменная» и «естественная / «искусственная» речь, и соседствует с тремя смежными речевыми сферами: а) естественной устно-разговорной деятельностью, б) подготовленной устной речью и в) подготовленной письменной речью [Лебедева, 2000]. Изучение этих, смежных с естественной письменной речью, видов речевой деятельности имеет давнюю традицию, что же касается ее самой, то она гораздо меньше привлекает внимание исследователей и остается малоизученной, и одной из причин такого положения является все еще реально бытующее среди лингвистов представление о письменной речи как вторичной, отражательной по отношению к устной форме.

Известно, что существует огромное число определений понятия «культура», которые (большей частью) можно свести к двум вариантом – широкому и узкому, более обыденному. В самом широком, философском, смысле культура противопоставлена природе: это «совокупность созданных человеком в ходе его деятельности и специфических для него жизненных форм, а также самый процесс их создания и воспроизводства» [Российский энциклопедический словарь, 2000], в узком, более обиходном, понимании культура приравнена к искусству, при этом выражение «культура и искусство» практически тавтологично. Как представляется, национальные жанры общения (письменного в том числе), выработанные народом в процессе коммуникации на протяжении длительного времени в разных ситуациях и с разными целями, являются достижением и достоянием народной культуры, понимаемом близко к широкому смыслу культуры. «Народная культура» в этом случае противопоставлена элитарной (канонизированной, официальной, профессиональной) культуре. Тексты естественной письменной русской речи могут рассматриваться как проявления народной культуры в более узком смысле (народные мемуары, поздравительные, девичьи, дембельские и пр. альбомы, коллажи, самодельные открытки и др., то есть то, что типологически близко к искусству – это, так сказать, «эрзац-искусство»). Именно в этом, более узком, смысле перечисленные тексты активно изучаются в фольклористике, см., например, сборник «Современный городской фольклор», в котором представлены обширные материалы по устному и, частично, письменному фольклору современного города – так называемому «постфольклору».

Как нам представляется, на сегодняшний момент тексты естественной письменной русской речи замечены и наиболее активно изучаются в науке о фольклоре. Остановимся подробнее на специфике нашего, лингвистического, подхода, и на тех особенностях, которые отличают его от подхода к этому материалу в фольклористике. Эти отличия касаются аспекта (а следовательно, и методов исследования) и объекта. Во-первых, заявленный нами аспект – это собственно языковедческое, лингвистическое описание. Во-вторых, объект исследования этих двух наук (фольклористики и лингвистики) не полностью тождествен: в русистике он, с одной стороны – а) более узкий, с другой стороны – б) более широкий. а) Более узкий: фольклористика исследует, кроме письменных, еще и «звучащие» тексты: песни, анекдоты, устную речь, а также обряды, мифы, поведенческие стереотипы, мир различных субкультур (фольклор парашютистов, тюрьмы, автостопа и пр.), а Лаборатория «Русская речь» ставит задачу изучать только письменные тексты. б) Более широкий - это, в первую очередь, более объемный охват письменных текстов (более широкое понимание культуры), то есть тексты исследуются не только те, которые можно отнести к «квази – искусству» (имеется в виду «народная проза»: мемуары, романы, современные альбомы, «магические письма»), но и самые различные тексты, которые пишет народ, то есть написанные спонтанно, непрофессионально, вне официальной сферы бытования: объявления, записки, открытки, граффити, журналы дежурств, книги жалоб и предложений, различные письма – частные, армейские, «письмо в редакцию» (особый жанр, выработанный народной культурой в советские времена), а также такие письменно-речевые объекты, совершенно не выделенные и не описанные в русистике, как «последняя обложка тетрадей», спонтанно-рефлекторные записи, детские «каракули» и многое, многое другое, невыявленное, неописанное и – главное – не осмысленное как специфический объект лингвистики.

Спонтанность и непрофессиональность – два признака естественной письменной речи, во многом пересекающихся, но не покрывающих друг друга полностью, эти признаки находятся в отношении дополнительности, а сами тексты естественной письменной речи имеют черты фамильного сходства по Витгенштейну: предметное поле текстов естественной письменной речи на одном полюсе может содержать в качестве основного признак спонтанности при нерелевантности признака профессиональность (детские каракули, спонтанно-рефлекторные записи и рисунки взрослых, например, скучающих на совещании), на другом – признак непрофессиональности, при ослабленности признака спонтанности (поздравительный альбом, письмо, сочинение, объявление) [Лебедева, 2001]. Основной же массив текстов естественной письменной речи содержит оба эти признака. Возможно представление всего корпуса текстов как полевую структуру – ядро составляют тексты собственно естественной письменной речи, включающие ярко выраженные типологические признаки (записки, граффити, «чат»), периферия представлена переходными, смежными с искусственной письменной речью текстами – с художественной литературой (альбомы-поздравления, дневники), канцелярско-деловым стилем (автобиографии, объяснительные), газетно-публицистическим стилем (письмо в редакцию) [Лебедева, 2001].

Мы ставим целью осознать ЕПР как особый объект, и для этого в первую очередь формулируется задача - выявить и описать ее разновидности: жанры и поджанры. Жанроведческий аспект поставлен на первом этапе разработки проблемы в центр исследовательской программы, поскольку он позволяет обозреть и определенным образом систематизировать открывшееся перед взором исследователей море разнородного материала, увидеть в нем свою естественную структурность, иерархизированность, в конечном счете - осмыслить его как набор специфических форм коммуникации, выработанных русской народной культурой, т.к. под жанром понимается «вербальное оформление типических ситуаций социального взаимодействия людей»[Седов, 2001].

Жанры общения, и письменного в том числе, являются достижением и достоянием народной культуры. «Народную культуру» мы понимаем в оппозиции к элитарной (канонизированной, официальной, профессиональной) культуре, таким образом объединяя и собственно народную (традиционную, крестьянскую) культуру, и так называемую «третью культуру», и более того – любую неэлитарную и непрофессиональную, включая и культуру образованных слоев населения, не имеющую признаков профессиональности и официальности [Лебедева, 2001].

В отечественном языкознании еще в 1928 году Б.А. Ларин предлагал расширить представления об объекте лингвистики, включив «разговорные и письменные городские арго» как «третий основной круг языковых явлений», наряду с литературным и диалектным языком, поскольку: «1) они в своей цельности не совпадают ни с литературным языком, ни с деревенскими диалектами…, 2) они своеобразны и по социальной основе, и по чисто лингвистическим признакам, а потому никак не сводимы целиком к двум первым языковым сферам, 3) изучение их выделяется и специфической чертой теоретического порядка, что ведет к выработке и особых научных методов» [Ларин, 1977]. Как видим, Б.А. Ларин обозначил «разговорные и письменные городские арго». Но если разговорная (устная) городская речь в русистике в настоящее время активно изучается и уже имеется несколько центров коллоквиалистики, то что касается письменного варианта «народной» речи, то он оказался вне осознания его лингвистикой в качестве особого, специфического объекта, хотя ее отдельные разновидности подвергались исследованию под различными точками зрения. Так, например, письма и мемуарные записки нередко вызывали и вызывают интерес филологов, но, главным образом, как источник для «нужд» литературоведения, прагматических направлений лингвистики (в частности, описание этикетных формул), как отражение устной речи и т.д. Что касается эпистолярного жанра, то наиболее изученным может считаться жанр частного письма известных людей, в особенности - художников слова [Лебедева, 2001]. Одной из особенностей этих работ является направленность на выявление связи частного письма с творчеством адресантов, к тому же авторы этих писем, как правило, - носители литературного языка. Таким образом, в этих работах не решались проблемы письменно-разговорной, а тем более письменно-просторечной речевой деятельности. Совсем другое дело, когда автором письменной речевой деятельности выступает человек, не принадлежащий к книжно-письменной культуре. Здесь оказываются важными другие задачи, которые мы попытаемся подвергнуть анализу ниже.

Заметим, что к тому же в указанных исследованиях зачастую как бы нивелируется качественное различие устного и письменного вида речевой деятельности и ее результатов, хотя наивное представление о письменной речи как простой фиксации устной речи подвергал сомнению еще И. А. Бодуэн де Куртенэ. И современные психолингвистические исследования доказывают, что «в языковом сознании грамотного человека существуют два стандарта, своего рода две языковые системы – устная (звуковая) и письменная (буквенная)» и «письменная речь как разновидность речевой деятельности резко отличается от речи устной рядом психологических особенностей» [Горелов, 2001: 321-322].


1.2 Аспекты изучения естественной письменной речи

Исследование письменного варианта народной речевой деятельности может иметь несколько аспектов. Можно выделить некоторые из них.

1. Само обоснование такого объекта русистики, его признание в качестве «уважаемого» объекта лингвистики нуждается в определенной гносеологической толерантности к «неканонизованным видам письменного языка», поскольку, по выражению Б.А. Ларина, «в лингвистике надо еще обосновать законность этой темы, доказать необходимость и важность включения такого нового материала, а для упорных староверов, пожалуй, даже еще показать наличие нового объекта языковедения» [Ларин, 1977]. При этом разные жанры и разные проявления этих жанров (в зависимости от сферы письменного общения, социокультурных характеристик автора и адресанта и других признаков) в неодинаковой степени нуждаются в проявлении такой толерантности. Так, например, частные письма людей, включенных в код элитарной культуры, требуют толерантности в меньшей степени, чем различные граффити, «заметки на полях», деловые записки малограмотных людей и прочее [Ларин, 1977]. И объясняется это нашей отечественной ментальностью, важной составляющей которой является и “литературноцентризм” и “ортоцентризм” (и как частное проявление последнего - «орфографоцентризм» [Голев, 1997]). Как пишет В.Е. Гольдин, «современная русистика, к сожалению, в значительной мере продолжает оставаться односторонне «литературноцентричной»: литературный язык рассматривается как безусловно высшая форма существования языка, ему приписывается свойство универсальности, якобы делающее ненужными другие варианты русской речи (прежде всего диалекты и жаргоны) … городская культура образованных людей объявляется самодостаточной, а незнание богатств народной речи не считается сейчас недостатком общей культуры человека» [Гольдин, 2001: 185]. Поэтому «неканонизованные» письменные тексты нуждаются в особом отношении, особой позиции толерантности. Вопрос этот не такой простой, как может показаться, если остановиться только на собственно теоретическом утверждении. При практическом же подходе к текстам, написанным непрофессионально и спонтанно, и особенно людьми, далекими от письменной культуры, не ориентированными на канонизированные образцы, этот вопрос встает как непростая задача. Остановимся на некоторых примерах решения этой проблемы.

В настоящее время издаются народные мемуары «простых», нередко малограмотных людей. Отметим, что особого уважения заслуживает сама потребность людей «вне-письменной культуры» [Козлова, 1996] описать свою жизнь, «чтобы не исчезнуть подобно песчинке. Не напишешь – «нехто невспомнить переживание мое после моей жизни» [Козлова, 1996]. Но перед издателями встает принципиальный вопрос, как публиковать эти записки, и здесь намечается несколько решений: 1) произвести при этом большую или меньшую правку, чтобы приблизить текст к восприятию людьми, воспитанными на образцах книжной культуры, которым «совершенно «нечитабельный» текст» может, кроме всего прочего, вызвать нежелательную эмоциональную реакцию [Козлова, 1996]; 2) печатать тексты в их “естественном” бытии, со всеми специфическими особенностями в орфографии, пунктуации, стилистике, наконец - логике изложения; 3) возможен и компромиссный подход, когда издатель печатает два варианта: один – идентичный рукописи, другой – «орфографированный» и «пунктуализованный», а «изменения редакционного характера внесены в тех единичных случаях, где авторский вариант неясно выражает мысль».

Когда издатели выбирают первый путь то, публикуя народные мемуары, считают необходимым в некоторых случаях «делать купюры, чтобы избавить читателя от длиннот, порой невыносимых», «разрезая листы воспоминаний на отдельные кусочки», складывать «из них, как из мозаики, связное повествование» [Долинин, 1999], поскольку «в сбивчивости рассказа, в неумении изложить последовательно даже самый простой эпизод» [Долинин, 1999] видится большая проблема для восприятия текста. Такой подход избирается в тех случаях, когда народные воспоминания оцениваются как источник разных сведений – как лингвистических, так и историко-социологических, и с учетом возможности чтения текстов людьми разных специальностей текст делается более коммуникативно удобным. Правка составителями и издателями допускается и в том случае, если записки представляют определенную художественную ценность: в таком случае требуется редактор, чтобы досадные погрешности не препятствовали эстетическому восприятию.

Иной, второй, подход к изданию записок можно назвать подходом максимальной гносеологической толерантности, когда издатели решаются «предоставить тексту возможность просто быть» [Козлова, 1996], «прилагая все усилия к тому, чтобы никоим образом не нарушить ход оригинального письма, не поставить, по дурной интеллигентской привычке, запятую там, где ею пренебрег загадочный автор», удержать “зуд нормирующей активности” [Козлова, 1996]. При этом издатели проявляют максимальную толерантность по отношению к человеческому документу, который воспринимают как особое социокультурное пространство, а в нем действуют “свои ценности, нормы, критерии, находящиеся в коллективном пользовании” [Козлова, 1996]. Н.Н. Козлова и И.И. Сандомирская объясняют возможность такого подхода более общим изменением в философско-методологическом пространстве современной жизни: «Речь пойдет о смене социокультурной парадигмы, уходе от ориентированной на норму установки классической эпохи, распространившейся на любую сферу деятельности (познание, культура, жизненные стили). Новая познавательная и культурная ситуация, обозначаемая как постклассика, позволила обратить внимание на то, что нормативно-ориентированное мировоззрение не могло заметить ранее, что выпадало из поля зрения: несводимый к общему основанию плюрализм традиций, идеологий, форм жизни, языковых игр ”. Гносеологическая толерантность возможна только при отходе от нормативно-ориентированного мировоззрения, и тогда «выход за пределы нормативного суждения – значимый акт» [Козлова, 1996]. Разумеется, в идеальном варианте такой подход предполагает сохранение рукописных примет публикуемых записей в надежде на то, что лингвистика в будущем создаст научный язык их описания.

Письменно-речевая деятельность “в первозданном виде”, когда “видение открывается не через язык, а через письмо, а точнее, через руку, старательно выводящую буквы в особых ритмах телесного чувства” [Подорога, 1991], и есть то, что в Лаборатории русской речи БГПУ предложено называть “естественной письменной речью”. Намечены следующие основные признаки этого объекта - письменная форма, отличающая его от разговорных (устных) вариантов: диалектной и городской разговорной речи, исследуемой в формирующемся направлении – коллоквиалистике; неофициальность как интенциональный признак, спонтанность как способ осуществления письменно-речевой деятельности и непрофессиональность как способ и характеристика результата.

Все эти признаки могут иметь разную степень и способ проявления. Например, письменная форма включает машинопись и компьютерный способ письма; спонтанность текстов может быть различной степени, так, например, определенная подготовленность текста в какой-то мере может присутствовать, например, при составлении заявления, объявления, объяснительной, автобиографии, письма в редакцию – всего того, что граничит с официально-деловой, газетно-публицистической, художественной речью. В последних отсутствует спонтанность как типовое свойство, поскольку обычно имеет место подготовленность текста, его переработка, участие в создании и трансляции адресату других лиц и инстанций (редактора, цензора), то есть всего, что отделяет непосредственный акт создания текста от восприятия его адресатом. Профессиональность исполнения искусственной письменной речи предполагает подготовленность автора к выполнению этого вида деятельности (следовательно – обученность определенным традиционным способам и приемам, выработанным предыдущими поколениями), во-вторых, этот вид деятельности должен быть источником дохода автора, он должен выполнять чей-то заказ, то есть исполнять чужую волю, чужую интенцию, чтобы ему заплатили за работу. Специальная подготовка и плата за выполнение письменно-речевой деятельности отсутствует в естественной письменной речи, в которой выполняется своя воля, реализуется своя интенция, она совершается под влиянием возникшего внутреннего побуждения. Все это отличает эти тексты от художественных, журнально-газетных, рекламных, канцелярско-деловых – «искусственных» - письменных текстов.

Специальная подготовка и плата за выполнение письменно-речевой деятельности отсутствует в естественной письменной речи, в которой выполняется своя воля, реализуется своя интенция, она совершается под влиянием возникшего внутреннего побуждения [Лебедева, 2002].

2. Другим важным аспектом изучения естественной письменной речи, связанным с первым, является источниковедческий. Могут быть поставлены следующие вопросы: какие тексты (написанные от руки или с использованием техники) могут быть отнесены к «естественным», какие признаки должны быть положены в определение этих текстов, какие типы текстов естественной письменной речи можно выявить с источниковедческой точки зрения и какие они имеют исследовательские возможности? В данном направлении – в изучении особенностей функционирования естественной письменной речи - еще предстоит работать в теоретическом и практическом аспекте [Лебедева, 2002].

3. Важнейший аспект изучения – жанроведческий. Жанроведческое исследование основывается на ставших широко известными положениях М.М. Бахтина и тех начавшихся активно разрабатываться в русистике взглядах, которые мы имеем в настоящее время в разных центрах коллоквиалистики.

4. Коммуникативно-семиотический аспект исследования естественной письменной речи также можно считать генеральной направляющей. И в первую очередь стоит вопрос: что объединяет все разновидности естественной письменной речи в единый объект лингвистики? Можно ли выделить какой-нибудь инвариант, имеющий отношение к каждому виду из всего этого разнообразия текстов? По нашим представлениям, инвариантом является единая модель естественной письменно-речевой деятельности и ее результатов - текстов, основанная на коммуникативно-семиотических признаках. По отношению к такому инварианту жанры выступают его вариантами [Лебедева, 2002]. Модель естественной письменной речи конституируют следующие фациенты. Субстанциональные фациенты – 1) Автор (Кто?); 2) Адресат (Кому?); 3) Знак - Диктумно-модусное содержание (Что?); 4) Орудие и Средство (Чем?); 5) Субстрат - Материальный носитель знака (На чем?); 6) Место расположения Знака - Носитель субстрата (В чем?, На чем?). Несубстанциональные фациенты – 1) Цель - Коммуникативно-целевой фациент (Зачем?); 2) Графико-пространственный параметр Знака (Как?); 3) Среда коммуникации (Где?), в которую, включаются потенциальные соавторы, читатели (реципиенты), опосредствующие передатчики и возможные «уничтожители» письменно-речевого произведения; 4) Коммуникативное время - временной интервал между созданием письменного знака и его восприятием (Когда?); 5) Фациент «Ход коммуникации»; 6) Фациент «Социальная оценка» (Итого – 12 параметров). Добавим что графико-пространственный параметр Знака (Как?) такую специфическую особенность текстов естественной письменной речи, как тенденцию к креализации; соединение вербальных и паравербальных средств является одной из их специфических характеристик. Не только дети, но и взрослые склонны создавать креализованные тексты, совмещая вербальные и паравербальные знаки, что, заметим, соответствует определенному этапу развития человеческого сообщества в аспекте становления начертательных видов письма, когда перемежаются лево- и правополушарные стратегии письменно-речевой деятельности.

5. Письменное творчество может быть рассмотрено не только в собственно лингвистическом отношении, но и в лингвокультурологическом и лингвоисториографическом. Имеется в виду, что все жанры народного общения, и письменного в том числе, являются достижением и достоянием народной культуры.

Естественно, здесь выделены не все аспекты изучения естественной письменной речи. Этот объект неисчерпаем и требует дальнейшего, глубокого и всестороннего, рассмотрения. Назовем еще некоторые подходы, которые уже намечены в русле работы Лаборатории русской речи при кафедре общего и русского языкознания Барнаульского педагогического госуниверситета. Из «антропоцентристских» аспектов интерес представляют исследование письменной ментальности, имеющей свою специфику в естественной письменно-речевой деятельности, гендерная сторона текстов, безусловно, проявляется во всех жанрах естественной письменной речи, как и другие социолингвистические характеристики, и прочее. Из системоцентристских установок исследования, кроме прочих, нормативный (орфографо-, пунктуационно-, синтактико-, стилевой и др.) аспект оказывается хотя и лежащим на поверхности, но при этом весьма глубинно значимым компонентом изучения [Лебедева, 2002].

Таким образом, «естественная письменная речь» («обыденная письменность», «наивное письмо», «разговорные тексты» и прочее) не получила еще признанного статуса в качестве отдельного объекта лингвистики. Обычно она описывается как часть разговорного языка в целом, и поэтому специфика ее не сознается в достаточной мере. В гносеологическом плане в объекте лингвистического исследования обнаруживается своего рода лакуна – между письменной «канонической» речью (по умолчанию признаваемой «правильной», литературной, иногда лишь допускающей в художественных целях вкрапления отдельных проявлений устной, разговорной стихии – диалектизмы, жаргонизмы, «разговоризмы», сейчас уже и «матизмы») и устной разговорной речью, в том числе и просторечной. Эту лакуну, по нашему мнению, составляет «естественная письменная речь». Но настало время признать, что «всё сказанное и написанное рядовыми носителями языка заслуживает внимания, уважения и беспристрастного учёта со стороны лингвиста» [Голев, 2001: 40], то есть требует внимания метаязыковой гносеологической толерантности.

Выводы по главе 1

Таким образом, естественная письменная речь является народной речью. Она обладает следующими характеристиками: письменная форма, спонтанность и непрофессиональность. Естественная письменная русская речь отличается от таких видов деятельности, как художественная, газетно-публицистическая, деловая, рекламная и прочих видов подготовленной и профессиональной речи.

Исследование письменного варианта речевой деятельности может иметь несколько аспектов:

1.Это обоснование особого объекта русистики, его признание в качестве

значимого объекта лингвистики.

2.Источниковедческий аспект – решаются следующие вопросы: какие тексты (написанные от руки или с использованием техники) могут быть отнесены к «естественным», какие признаки должны быть положены в определении этих текстов; какие они имеют исследовательские возможности.

3.Жанроведческий аспект.

4.Коммуникативно-семиотический аспект естественной письменной русской речи, который можно считать генеральным направляющим в изучении ЕПР.


2 Гендерные особенности жанров естественной письменной речи (на примере личных писем)

2.1 Жанровое своеобразие естественной письменной речи

Речевое жанроведение (генристика, генология) в настоящее время выходит на этап осознания себя как особой дисциплины, и ее актуальной задачей становится «вписывание себя» во все больший масштаб, в более крупные парадигмы, а также определение своей структурности, своего состава, своих направлений, которые, в основном, восходят к концепции М.М. Бахтина.

М. М. Бахтин работал над созданием и обоснованием теории речевых жанров уже в конце 20-х – начале 30-х годов. При этом он критиковал недостатки подхода к языковым явлениям, игнорировавшего связь языковых проявлений с областью социально-психологического профессионального бытия людей. «Словесный компонент поведения, - писал он в одной из своих ранних книг, - определяется во всех основных существенных моментах своего содержания объективно-социальным фактором. Социальная среда дала человеку слова и соединила их с определенными значениями и оценками, социальная же среда не перестает определять и контролировать словесные реакции человека на протяжении всей жизни» [Бахтин, 1979: 25].

Жанры устной речи Бахтин относит к области «жизненной, или житейской идеологии»: «об определенных типах жанровых завершений в жизненной речи можно говорить лишь там, где имеют место хоть сколько-нибудь устойчивые, закрепленные бытом и обстоятельствами формы жизненного общения" [Бахтин, 1979: 256]. Каждая устойчивая ситуация обладает определенной организацией аудитории и, следовательно, следует воспроизвести классическое определение речевого жанра М. М. Бахтина: «говорящему даны не только формы общенародного языка…, но и обязательные для него формы высказывания, то есть речевые жанры,… мы отливаем нашу речь по определенным жанровым формам. Эти речевые жанры даны нам почти так же, как нам дан родной язык,.. речевые жанры входят в человеческое сознание вместе с языком. Научиться говорить значит научиться строить высказывания. Мы говорим отдельными высказываниями, а не отдельными словами и предложениями…» [Бахтин, 1979: 257-259].

Учёный также подчеркивал, что жанр – это отстоявшаяся типологически устойчивая форма целого высказывания, устойчивый тип построения целого, кодифицированная форма действия [Бахтин, 1979: 180]. Это определение

М. Бахтина в современном научном языке в одном из вариантов переформулировано следующим образом: «речевой жанр – вербальное оформление типичной ситуации социального взаимодействия людей» [Седов, 1998: 6].

Как отмечал М. Бахтин, каждая область человеческой деятельности располагает сложным и разнородным, открытым репертуаром речевых жанров. Жанровые образцы являются формой видения и осмысления действительности, по мнению ученого, их нельзя понимать только как готовые формы высказывания.

М. Бахтин обвинял лингвистику в игнорировании речевых жанров как относительно стабильных и «нормативных» форм высказывания, т.е. он выступал против неразличения высказывания и предложения. Если это различать, то следует считать, что «наша речь отливается только в устойчивые, данные нам формы предложений». «Даже в самой свободной и непринужденной беседе мы отливаем нашу речь по определенным жанровым формам… Эти речевые жанры даны нам почти так же, как дан нам родной язык» [Бахтин, 1979: 257-260].

Говоря об игнорировании лингвистикой речевого жанра, М. М. Бахтин терминологически строго «разводит» понятия «высказывание» (речевой акт), речевой жанр, с одной стороны, и предложение – с другой. Смысл этого противопоставления ученый видел в том, что предложение (в отличие от высказывания) лишено способности воплощать замысел и цели говорящего, ему не свойственна обращенность и адресованность к кому-либо, «оно лишено способности определять ответ». Высказывание же, обусловленное «сменой речевых субъектов, с самого начала строится с учетом ответных реакций, ему свойственна обращенность к кому-либо и адресованность, а «предложение мыслится» в пределах речи одного говорящего [Бахтин, 1979].

Как справедливо отмечает М. Н. Кожина в своей недавней работе «Речевой акт и речевой жанр» [Кожина, 1999: 52-61], главное отличие понимания РЖ Бахтиным от теории речевых актов состоит в том, «что в трактовке речевого общения и его единиц он стоит на социологических позициях, а не психологических…, другим существенным отличием взглядов Бахтина является стилистический аспект» [Кожина, 1999: 55].

По Бахтину, речевой жанр значительно шире, чем речевой акт (основные черты которых - намеренность и конвенциональность), так как они «относительно устойчивые тематические, композиционные и стилистические типы высказываний» [Бахтин, 1979: 242], а «каждая сфера использования языка вырабатывает свои относительно устойчивые тематические, композиционные и стилистические типы высказываний, которые мы называем речевыми жанрами» [Бахтин, 1979: 243]. При этом актуализируется стилистический аспект: подчеркивается неразрывная связь стиля с жанром, причём стиль определяется как неотъемлемый элемент, входящий в жанровое единство, неразрывно связанный с тематическим и композиционным единством.

Подходы к объяснению природы жанра на протяжении нескольких последних десятилетий неоднократно менялись. В работах формальной школы первостепенное внимание уделялось установлению закономерностей, связанных с планом выражения. Список ученых, использовавших формальный подход в исследовании жанра, открывают представители русской формальной школы, активно действовавшей в 20-е годы XX века. Они рассматривали текст сам по себе вне его связей с какими-либо внешними факторами, жанр понимался ими как постоянная специфическая группировка приемов с определенной доминантой. Р. Барт полагал, что главной характеристикой того или иного жанра является элементарная синтаксическая схема, например, повторение/ ожидание - для поэтического жанра; имя/ глагол - для повествовательного жанра. Подход к жанру с точки зрения условий его бытования, ситуации, сферы общения в широком смысле, то есть функциональный подход смещает акценты в сторону его социокультурного содержания. При этом речевые жанры рассматриваются как категория социально-историческая и культурно-детерминированная. В зависимости от развития общества, от постоянно меняющихся законов отмирают одни жанры, появляются новые, расширяются или сужаются жанровые рамки, возникают межжанровые образования. Следовательно, в динамике жанрового развития равно, как и в номенклатуре существующих в определенную историческую эпоху жанров, отражается уровень развития общества, его структура, его потребности и запросы.

Коммуникативный подход к жанру усиливает потенциал функционального подхода за счет вторжения в сферу социально-психологического, то есть жанр начинает рассматриваться вплетенным в процесс коммуникации. Специфика коммуникативного подхода заключается прежде всего в том, что текст понимается как дискурс, то есть речевое вые называние, предполагающее говорящего (автора) и слушающего (адресата), а также наличие у первого намерения повлиять на другого с помощью речевых средств. Письменный текст также рассматривается в терминах речевого общения как своеобразный диалог читателя с автором текста, как процесс взаимодействия Читателя с текстом. С коммуникативных позиций фактор адресованное - учет объема знаний партнеров по коммуникации - приобретает исключительно важную роль и становится одним из решающих условий, влияющих на автора при выборе коммуникативной стратегии [Лебедева, 2001].

Важнейшим аспектом изучения текстов естественной письменной речи является жанроведческий. М.М. Бахтин выдвигает следующий тезис: «речь может существовать в действительности только в форме конкретных высказываний… в которых она отливается в определенные формы… и вне этой формы существовать не может…» [Бахтин, 1986: 263], «относительно устойчивые типы таких высказываний… мы называем речевыми жанрами» [Бахтин, 1979: 250].

При описании естественной письменной речи и конкретного жанра (личных писем) мы обращаемся к экстралингвистическим факторам (культурному, семиотическому, социологическому, историческому и прочим), при этом собственно жанровые характеристики любого жанра естественной письменной русской речи, в том числе и личных писем, являются относительно самостоятельными и не полностью выводимыми из культурносемиотических (экстралингвистических) факторов.

При создании письменного текста в сознании пишущего также происходит его мысленная корректировка в соответствии с поставленными целями – операцией контроля. Но она (корректировка) обусловлена иными причинами. Автор является одновременно первым читателем своего текста, он находится под влиянием уже написанной части текста, в результате прочтения ранее созданного. Автор письменного текста продолжает реализовывать систему программ, частично меняя запланированное высказывание под влиянием уже написанного текста. При этом он руководствуется рамками определенного стиля, жанра речи и соотносит конкретное создаваемое сообщение с текстом-эталоном (текстами-моделями). Для естественной письменной речи характерно то, что, находясь под влиянием собственного текста, автор, спонтанно, в меньшей степени опираясь на официально установленные нормы (лексические, грамматические, жанровые), реализует собственную внутреннюю речь. Корректировка естественной письменной речи происходит в соответствии с собственными представлениями автора о нормативности созданного текста, с его понятиями о надлежащих лексических, тематических, жанровых особенностях производимого текста.

Естественная письменная речь характеризуется визуальной формой; наличием (открытка подарочная, записка на лекции и прочее) / отсутствием (письмо) непосредственного контакта с адресатом (во втором случае адресатом является автор); определенной спонтанностью исполнения (под «определенной степенью» подразумевается варьирование признака в жанрах естественной письменной речи, например, наиболее спонтанным жанром является записка (бытовая, частная), наименее спонтанным – мемуары).

Таким образом, жанровое своеобразие естественной письменной речи сводится к экстралингвистическим признакам, что связано с недостаточной изученностью собственно лингвистических признаков, характеризующих представленные типы речи. Важным моментом нашего исследования является определение единого пространства естественной письменной русской речи для того, чтобы указать место локализации нашего объекта – личные письма.

2.2 Гендерная лингвистика и жанры речи

Всем известно расхожее мнение о российском (светском) человеке как самом читающем человеке в мире. Даже если не задаваться вопросом, о «самом» или не «самом», то все же привычка наших соотечественников читать в разных местах – в транспорте, на работе, на отдыхе – безусловно, имеет место, сколько бы сейчас ни говорили о приходе нового – юного – поколения, предпочитающего компьютерные игры чтению. Но вопрос о нашем рядовом человеке как о «самом пишущем», видимо, еще не ставился. Даже, опять-таки, не претендуя на определение «самый» или не «самый», мы хотим обратить внимание на тот неочевидный факт, что собирательный образ нашего современника, оказывается, может быть представлен как постоянно пишущий. Такое открытие было сделано, когда Лабораторией русской речи Барнаульского госпедуниверситета была поставлена и начала осуществляться задача исследования (сбор материала, описание, изучение, наконец - выделение в качестве особого объекта русистики) естественной письменной русской речи. Открывшееся обилие и многообразие разновидностей непрофессиональной, неофициальной, зачастую спонтанной письменно-речевой деятельности и ее результатов – текстов - заставляет задуматься о месте этого вида речи в жизни нашего современника. Имеется в виду обобщенный образ среднего человека, хотя, разумеется, люди пишут по-разному. Главное место имеет гендерный аспект, включающий в себя возрастной, социолингвистический и другие аспекты. Пишут намного чаще женщины, чем мужчины (но и устно-разговорная активность женщин, как известно, превосходит мужскую), а мужчины обычно много пишут (письма, рукописные альбомы и открытки) в особых условиях – например, в армии, местах заключения.

Средний человек как «человек пишущий» в нашем докладе представлен в аспекте развития - от раннего детства до глубокой старости, и на протяжении всего этого жизненного пути он занимается письменно-речевой деятельностью, носящей, большей частью, неофициальный, непрофессиональный, спонтанный характер (профессиональной и подготовленной письменной деятельностью занимается не «средний» человек).

Ребенок в раннем возрасте начинает естественную письменную деятельность, увлеченно делая то, что взрослые называют «чертить каракули». Спонтанность этой деятельности не вызывает никаких сомнений, но дело здесь не только в «эксплуатации» природных возможностей»: так юный человек начинает проходить этапы становления письменности, поэтому нельзя относиться к этому просто «как к данности, а не как к факту культуры». Не говоря уж о том, что к культурному аспекту относятся и орудие письма, и то, на чем пишут, и то, как пишут, подражая взрослым, - то есть ребенку достаются уже от прошлых эпох модели поведения через их материальное обеспечение. Позже ребенок (а многие и на протяжении всей жизни) склонен создавать креализованные тексты, совмещая вербальные и паравербальные знаки, что также соответствует определенному этапу развития человеческого сообщества в аспекте становления начертательных видов письма, когда перемежаются лево- и правополушарные стратегии письменно-речевой деятельности.

Научившись «взрослому» письму, ребенок пишет постоянно. Он производит разнообразные учебные тексты, многие из которых носят вторичный и тренировочный характер, включая элементы как естественного письма, так и «искусственного», то есть подготовленного (о «своеобразии учебной речи» см. в: упражнения (как тут не вспомнить дошедшие до нас сквозь века упражнения на бересте новгородского мальчика), диктанты, изложения, сочинения, контрольные работы, записи в дневнике, записи на доске, конспекты, различные черновики, шпаргалки (даже такие экзотические, как записи на своем теле). Становясь взрослым, он включается в социальные типы коммуникации, что, в частности, проявляется в приобщении к письменно-деловой сфере: он создает объяснительные записки, автобиографию, заявления и обращения к официальным лицам и инстанциям, а так как принято их писать в довольно свободной манере, соблюдая в то же время определенные стандарты, то эти виды естественной письменной речи относятся к промежуточному типу между естественной письменной речью и официально-деловым письмом.

Далее. Человек с детских лет участвует в эпистолярной деятельности, создавая тексты писем, открыток, телеграмм, записок в основном личного, частного характера, хотя пишет тексты и особого поджанра, выработанного нашей культурой – письмо в редакцию.

В отличие от переписки и объявлений, в которых человек взаимодействует с внешним миром, в отроческие и юношеские годы он, стремясь высказаться, познать себя, заводит различные виды личной тетради, отличающиеся интимным, а порой - исповедальным содержанием: личный дневник, любовные стихи, армейские письма (особый поджанр, также как тюремные письма), рукописные альбомы, среди которых особой прелестью отличаются девичьи, мальчишеские и «дембельские» альбомы, песенники, «анкеты», развешанные по стенам рукописные «плакаты» с прецедентными и шуточными текстами, с «заданиями» себе на следующий день и на всю жизнь и т.д. Так, например, альбомные виды естественной письменной речи, отличающиеся очень личным характером, вызывают интерес в антропоцентристском отношении. Являясь, по-видимому, своеобразным продолжением альбомного увлечения дворянских барышень позапрошлого века, пройдя через сословное снижение вплоть до совсем «простых» современных девушек и юношей (так протянулась сквозь века эта культурная традиция), они ярко проявляют индивидуальность пишущего. В них отчетливо проглядывают гендерный, возрастной и социолингвистический аспекты (девичьи, мальчишеские, «дембельские» альбомы имеют большие различия). Кроме того, не все девушки, как и не все юноши, их заводят, а только определенные психологические типы, и внутри этих типов наблюдаются расхождения в зависимости от конкретных личностно-индивидуальных характеристик. И сама форма, и структура этого вида естественной письменной речи направлена на отражение личностного начала: эти альбомы носят черты креализованного текста, в котором сочетаются не только вербальные и паравербальные начертательные приемы, но и более объемные элементы в виде различных «секретов» в форме кармашков и треугольников, «загибов» и «перегибов» страниц, в которых «спрятаны» советы, кокетливые вопросы, пожелания - все это особым образом выработанные альбомной культурой приемы интимности, доверительности, стыдливо прикрытые призывы к общению [Лебедева, 2000].

Человек время от времени отмечает праздники, юбилеи, памятные даты и при этом обнаруживает письменно-речевую активность в различных, выработанных культурной традицией этикетных формах, из которых особо надо выделить разные виды «поздравлений» (коллаж, альбом, рукописные виды открыток, гравировка и надписи на подарочных вещах, на фотографиях и пр.). В этих креализованных текстах много традиционной символики, фольклорной красочности, прецедентных текстов. Особенно любят делать рукописные альбомы и открытки женщины. Мужчины занимаются этим редко, в особых условиях, таких, как места заключения (реже – армейская казарма) в своих посланиях любимым и родным. В письмах из тюрьмы бросается в глаза и требует специального объяснения (возможно, психологического, а то и психиатрического характера) исключительная старательность, тщательность в выписывании и раскрашивании букв, и при этом параграфемика не обязательно связана с вербальным текстом, носит как бы самодовлеющий характер.

С годами приближается возраст философских размышлений, наступает время осмысления прожитой жизни, поиска своих родовых корней, и давно немолодой человек пишет мемуарные жанры естественной письменной речи: автобиографические записки, рукописную родословную, опять возвращается к дневниковым жанрам, иногда начинает писать прозу и стихи, которые нередко пытается публиковать; публиковать может и не сам автор, а, например, исследователь народной культуры.

Субстанционально пол автора жанра определяется экстралингвистическим путем на основании частотного обращения к определенному жанру естественной письменной речи представителей определенного пола. В результате субстанционального анализа выделяются следующие формальные типы жанров по признаку половости: женские (девичий дневник, девичий альбом, открытка); мужские (дембельский альбом, мальчишеский альбом); не маркированные (письмо, записка, мемуары).

Функциональный анализ гендерных особенностей речевого жанра руководствуется сформировавшимися принципами написания отдельных жанров. В данном отношении плодотворным представляется изучение типов автора по полу и особенностей языкового речевого поведения мужского и женского полов. Приверженность того или иного биологического пола к определенному жанру составляет его генетическую линию, отправной момент формирования внутрижанровых признаков, детерминирующих облигаторность гендерного признака в ядерной зоне жанра. Так жанр – «девичий дневник» имеет, характеристики: сентиментальность, изображение страданий, оценочность, эмоциональность, которые детерминируют определенный, связанный с перечисленными характеристиками набор лексических, грамматических, паралингвистических и др. средств языка. «Дембельский альбом», напротив, характеризуется своей («не девичьей») экспрессией, последовательностью, логичностью, знаменательностью, отсутствием сентиментальности и своим набором языковых средств. Данный аспект нуждается в тщательной проработке.

Тип пола (гендерный тип) определяется характерным коммуникативным поведением в рамках жанра (гендерный аспект). Это определенная модель поведения, которая задается уже не природным полом, а жанром. К типу пола относится стереотип поведения в рамках жанра, где «телесные различия полов как таковые не имеют решающего значения для навыков, умений, необходимых людям для решения большинства задач повседневной жизни» [Гофман, 1994: 15]. Идентификация «женского» и «мужского» жанра неразрывно связана с типом «поло-речевого» поведения и представляет универсальные для некоторых жанров гендерные признаки. Таким образом, устойчивые, повторяющиеся гендерные формы повеления образуют ядерные позиции в жанре, воспроизводятся независимо от биологического пола, и играют определенную роль при отождествлении жанров.

Таким образом, гендерный аспект жанров является субстанциональным фактором определения половых различий авторов. При сборе материала устанавливаются жанровые характеристики пола, автора: а) мужской; б) женский; в) смешанный.


2.3 Гендерная характеристика авторов личных писем

В современном языковом пространстве письменная сфера использования языка испытывает серьезное влияние со стороны устных форм речи, и графическое, т.е. письменное, исполнение большинства лингвистических источников не является препятствием для данного процесса. Это обстоятельство делает интересным и необходимым изучение естественной письменной речи в разных аспектах, в нашем случае в гендерном аспекте.

Современные письменные запечатления языка редко становились объектом лингвистического исследования. Одними из первых в этой области явились работы Н.Н. Козловой и И.И. Сандомирской и профессора Омского госуниверситета Б.И. Осипова.

Постулат В. Фон Гумбольдта о том, что нельзя изучать человека без языка, а язык – без человека, сегодня актуален как никогда [Осипова, 2001]. Безусловно, один индивид не может дать представления обо всем общем языке, так как из этого языка им усваивается только то, что имела его социальная среда и что было ему, индивиду, необходимо для речевого поведения именно в сфере жизни и быта. Вместе с тем конкретные рамки общения, ограниченные выбором и необходимостью, дают возможность определить языковые границы образуемых групп, их назначение, функции и языковую норму. Так, анализируя язык тех или иных запечатлений языка, мы получаем интересную и полезную лингвистическую информацию.

Нами было проанализированы тексты 50 личных писем. Лингвистическая ценность данных текстов выявилась посредством изучения языковых личностей их авторов.

Общее количество проанализированных писем можно классифицировать на 4 типа:

1) армейские (20%);

2) семейные (20%);

3) дружеские (40%);

4) любовные (20%).

Исследование армейский, семейных, дружеских и любовных писем дает возможность устанавливать не только социально-ролевые функции авторов писем, выполняемые ими в обществе и вычленяемые в письмах, но и увидеть, как они реализуются в языке писем.

Исследуемые письма в данной работе следует отнести к дружескому типу писем (армейские, дружеские (60%)). В данном случае дружеское письмо определяется как частное, неофициальное общение лиц, характеризующееся достаточной содержательной свободой, наличием стандартных эпистолярных элементов, предполагающее получение ответа и не предназначенное автором письма для публикации. Для дружеского и семейного письма большое значении имеет постоянное ощущение личности адресата автором письма, «домашность» материала. Коммуникативная функция является наиболее значимой функцией дружеского, армейского, семейного и любовного письма, для которых характерны две формы речи: одна из них ориентируется на разговорный диалог (35%), другая же – на прерывистый монолог (65%).

Общее число проанализированных текстов личных писем – 50 (10 из них принадлежат солдату Петеневу Сергею, 10 – матери, Фелюш Галине Федоровне, 10 – подруге, Граур Марине, 10 – любимому парню, Ерёмкину Константину, 10 – подруге, Валуевой Татьяне).

Лингвистическая информативность изучаемых текстов разнообразна. Из общего числа проанализированных личных писем можно выделить:

1) письма, написанные на листах школьных тетрадей (в клетку (65%) и линейку (25%));

2) письма, написанные листах формата А4 (10%).

В качестве средства для написания писем были использованы:

1) шариковая ручка синего цвета (82%);

2) шариковая ручка черного цвета (10%);

3) печатный вариант текста (8%).

Почерк авторов писем нельзя назвать устойчивым, он изменчив в силу разных причин. При анализе текстов, написанных мужчинами (40%) наблюдается более размашистый почерк. У женщин (60%) более рельефный и ровный, менее размашистый почерк. Письма Петенева Сергея адресованы подруге (20%); письма Галины Федоровны Фелюш – дочери (20%), письма Валуевой Татьяны (20%) и Граур Марины (20%) – подруге, Ерёмкина Константина (20%) – невесте.

По коммуникативно-семиотической модели, предложенной Н.Б. Лебедевой, мы проанализировали фациент «Автор» (Кто?) и сделали следующие выводы. По возрастному признаку авторы личных писем делятся на людей зрелого (20%) и юношеского (20%) возрастов.

В соответствии с признаком социального статуса письма написаны:

1) сельским учителем (20%);

2) студентов техникума (20%);

3) домохозяйкой (20%);

4) солдатом (20%);

5) школьницей (20%).

В соответствии с семейным положением авторы писем делятся на:

1) замужних / женатых (40%);

2) незамужних / неженатых (60%).

Структура исследуемых писем одинакова. Авторы воспроизводят готовые конструкции. Так, очевидна шаблонность зачина писем всех авторов:

1) «Здравствуй, Лена!», «Привет, Лена!» (письма солдата, 20%).

2) «Привет, Ленусик!», «Привет, моя дорогая Леночка!» (письма Валуевой Т. и Граур М., 40%).

3) «Привет дорогая Наташа!», «Привет Наталья!» (письма жениха, 20%).

4) «Здравствуй, доченька!» (письма матери, 20%).

В этих случаях обращает на себя внимание и традиция передачи приветов родным, иногда общим знакомым (60%).

Следующий фациент, который был нами проанализирован, - коммуникативно-целевой фациент (Зачем?). Из всех личных писем было выявлено:

1) мужчины пишут о событиях произошедших в их жизни, задают вопросы адресату (40%), иногда пишут пожелания здоровья и успехов.

2) женщины пишут об изменениях в их жизни, планах (60%).

Письма современных авторов (особенно у мужчин, 40%) короче, используются однотипные синтаксические конструкции вопросного характера: «Как дела?», «Как здоровье?», «Как в деревне?», «Чего нового?»; либо письма с конструкциями информативно-констатирующего характера («Я сейчас стою дежурным по роте, хожу через сутки, ночами не сплю вот как сейчас, время уже 4:00 дождит, спать хочется ужасно», «Уже утро 6:48, допишу и в технарь»).

Письма авторов-женщин (60%) длиннее, они тяготеют к сложным конструкциям, в их письмах заметно желание выговориться («Ленок, ты даже не представляешь как я соскучилась. Нового у меня много всего, но думаю не все тебе интересно будет. Ну лежала опять в больнице. В среду только выписали, опять угроза была, делала УЗИ и о-о счастье, мальчик! Завтра, т.е. в субботу переезжаем в сою квартиру. Я очень хочу, чтобы ты на каникулах посетила наш скромный уголок, поедим, покалякаем, погостишь немножко» (письмо Т. Валуевой). У нас растаял снег, стоят солнечные дни, днем суетятся грачи, а по ночам «ухают» филины, объявились уже с зимы. К нашему окну на кухне 2 раза зимой подлетал, я видела и Софийка. Ночью всё Хрипуново «ухает» от филинов» (письмо Г.Ф. Фелюш).

Авторы дружеских, армейских и любовных писем совершают ошибки не только орфографические, пунктуационные, но и речевые. Мужские письма (40%): «Кстати, сейчас стало на много хуже, т.е. в плане… да в плане всего и морального и физически», «Приезжай хоть на неделю, ты себе не представляеш какое ты для меня благо сделаеш, как ты меня отсчастливиш». Женские письма (20%): «Наташ, не порться в характере, ты же прикольная, нормальная девченка», «У нас сегодня весь день идет снег такой смачный, я прям болдю».

Обращение – универсальная языковая единица, занимающая одно из ведущих мест в коммуникативном сотрудничестве адресата и адресанта, поскольку в формах обращения переплетаются функции побуждения и привлечения внимания с функцией квалификации самого слушателя. Для данных писем характерны не обращения-номинации, указывающие на социальный статус, профессию адресата, а адресатные обращения, выполняющие характеризующую функцию, служащие для речевого контакта. Такие адресатные обращения выражены оценочными прилагательными, притяжательными местоимениями, эмоционально-оценочными существительными, свойственными для неофициальной обстановки. Так, автор армейских писем, адресуясь подруге, пишет «дорогой друг», «родной Леночек»; обращение к дочери: «родная доченька», «дорогая Леночка», обращения к невесте «мое милое создание», «Натальчик», «дорогая Наталья»; письма подруг: «дорогая подружка», «бесценная моя, неповторимая моя», «мой милый эльф».

Эмоциональная содержательность прорывается позже – в концовке писем, поэтому конечные клаюзулы писем отличаются: ровные, довольно спокойные у Петенева Сергея и экспрессивные, эмоциональные у Валуевой Т., Грауз М., Фелюш Г.Ф. и Еремкина К.

Ср.: 1) До свидания. Пиши. Сергей».

2) «Леночек» целую и обнимаю, жду твоего звонка, позвони пожалуйста! Хорошо?» «Целую! Твоя незабвенная Марина».

3) «Целую и обнимаю. Мама».

4) «Люблю, целую. Константин».

Знак – Диктумно-модусное содержание (Что?). Авторы писем реализуют свои эмоции при помощи графических средств: в их письмах обилие восклицательных знаков, помет «Р.S.», подписей, часты разрывы и без того коротких предложений.

См.: «Я скучаю по тебе!!! Пока. Думаю ежеминутно! (Еремкин К.); «Твоя Марина!»; «Ну все ждем в Кемерово! Пока! До встречи» Танюха. P.S. Надеюсь письмо через дорогу быстро дойдет!» Далее подпись, затем приписки с просьбой передать привет. К числу языковых средств, выражающих эмоциональное состояние авторов можно отнести и использование ими слов с суффиксами уменьшительности – «доченька», «Леночка», «Наташенька», «Ленусик».

В исследуемых текстах развиваются следующие темы: здоровье (20%), погода (20%), солдатское питание (20%), солдатские будни (20%), любовь (20%), забота (20%). Указанная тематика писем очертила определенные модели поведения авторов, исходя из которых удалось вычленить социальные роли авторов. Им соответствуют конкретные типы речевого поведения – «мама», «подруга», «жених», «друг».

Фациент «ход коммуникации». Автор армейских писем проявляет в письмах к подруге доверительный и откровенный характер. См.: «У меня всё хорошо. Представь я попал в наряд по столовой хожу сутки через два. Чувствую что ходя так част в наряд по столовой худеньким домой не приеду. Сейчас у тебя как я понял разгар сессии, может ответить будет некогда, ничего я подожду, желаю отличных результатов» (письмо Петенева С.).

Письма к дочери (семейные, 20%) носят менее констатирующий характер, именно в них появляются рассуждения о прошлой жизни: «Как много прошло времени со дня нашей последней встречи – расставания. Софийка становится очень похожей на тебя, всё-таки сестры родные. Она очень быстро выросла, ей 12 лет, но дают 15-16 лет. Конечно де, из-за роста. А так она маленькая. Вспоминали недавно с ней, когда ей было 3 года и мы ждали тебя с моря».

В письмах к любимой, автор высказывает свои рассуждения как умеет: «Но часто я каждый день думал и хотел, хотел и думал написать, но всё как-то не получалось. Потом я узнал, что вскоре поеду в деревню и объяснюсь перед тобой, но ты как-то странно стала выслушивать и совсем не поняла меня. А в школе я видел твою реакцию, я знаю почему это». Анализ любовных писем (20%) показывает, что автор именно в посланиях к своей девушке раскрывает себя наиболее полно.

Фациент «Социальная оценка». Язык писем молодых авторов социально маркирован. Он представляет поколение 17 – 20-летних. Их манера письма (к подруге, невесте) изобилует жаргонной и сниженной лексикой: «напрягать», «болдю», «Офигеть», «покалякать», «пацанам», «друган» и др. Они этого не замечают, потому что их языковые привычки сформировались и приходятся на время отмены всех ранее принятых в обществе языковых запретов.

Несмотря на разницу авторов писем в возрасте (мать – старшее поколение, друзья, жених – младшее поколение), на разный социальный статус (сельский учитель, студенты), на разную манеру письма (неодинаковые приемы описания, подбор лексических и синтаксических средств, способы эмоциональной выраженности и др.), языковая компетенция авторов не имеет больших отличий.


Выводы по главе 2

Таким образом, в авторских личных письмах (мужчин и женщин) фигурируют определенные темы: любовь, увлечения, откровения. Эмоциональность текстов определяется общим количеством экспрессивной лексики, фраз с эмоционально-экспрессивной окраской.

Выявлена характеристика образа автора по креативной направленности, пол автора (гендерный аспект). Гендерные стереотипы – это представления о типичных личностных свойствах мужчин и женщин. Письма мужчин отличаются от писем женщин, во-первых, почерком (у мужчин он более размашистый, у женщин более рельефный и ровный), во-вторых, мужчины используют однотипные синтаксические конструкции вопросного характера, либо письма конструкции информативно-констатирующего характера; письма женщин длиннее – тяготеют к сложным конструкциям; в-третьих, эмоциональной сдержанностью (у мужчин – ровные, спокойные; у женщин – эмоциональные).


Заключение

В последние годы особое внимание лингвистов привлекает язык в его функциональном, речеведческом аспектах, язык как средство взаимодействия. Это отвечает потребностям человека социального, нуждающегося в определенных речевых формах общения – жанрах: речевые жанры «представляют как первостепенно важное средство организации социального взаимодействия, без которого эффективное речевое общение… было бы почти невозможно» [Долинин, 1999: 42]. Условиями эффективного речевого взаимодействия мы считаем владение носителями языка комплексом речежанровых характеристик речи.

В первой главе мы выявили сущность естественной письменной речи, которая отличается от других видов письменной деятельности, как художественная, газетно-публицистическая, деловая, рекламная и прочие виды подготовленной и профессиональной речи. В данной главе мы изучили следующие аспекты:

1.источниковедческий;

2.жанроведческий;

3.коммуникативно-семиотический.

Во второй главе мы применили коммуникативно-семиотическую модель, предложенную Н.Б. Лебедевой для описания жанра личного письма.

Нами было проанализировано пятьдесят личных писем, из которых авторами личных писем являются мужчины (40%) и женщины (60%). Все письма мы разделили на 4 раздела:

1) армейские (20%);

2) дружеские (40%);

3) семейные (20%);

4) любовные (20%).

На основе анализа теоретической литературы по жанроведении и на основе собственных наблюдений мы сделали следующие выводы.

1. Естественная письменная речь является объектом лингвистического изучения.

2. Жанровое изучение естественной письменной речи ведется с учетом экстралингвистических признаков, что связано с недостаточной изученностью собственно лингвистических признаков, характеризующих представленные типы речи.

3. Гендерный аспект жанров является субстанциональным фактором определения половых различий авторов. При сборе материала устанавливаются жанровые характеристики пола автора:

1) мужской;

2) женский.

В исследованных нами текстах были выявлены следующие темы: здоровье (20%), погода (20%), солдатское питание (20%), солдатские будни (20%), любовь (20%), забота (20%). Нам удалось социальные роли авторов. Им соответствуют конкретные типы речевого поведения – «мама», «студент техникума», «учитель», «друг», «жених».

Также мы выявили, что мужские письма намного короче (40%), а женские письма длиннее (60%), они тяготеют к сложным конструкциям.

Таким образом, на основании наших исследований было установлено, что личные письма относятся к жанру естественной письменной речи, а также выявлены гендерные характеристики данного жанра.


Список литературы

1. Бахтин, М.М. Проблема речевых жанров [Текст] / М.М. Бахтин // Эстетика словесного творчества. – М., 1979. – 360с.

2. Богин, Г.И. Речевой жанр как средство индивидуализации [Текст] / Г.И. Богин // Жанры речи. Саратов, 1997. – 280с.

3. Бодуэн де Куртенэ, И.А. Избранные труды по общему языкознанию [Текст] / И.А. Бодуэн де Куртенэ. М, 1963. Т. 2.

4. Борисова, И.Н. Категория цели и аспекты текстового анализа [Текст] / И.Н. Борисова // Жанры речи-2. Саратов, 1999. С. 21 – 48.

5. Вежбицкая, А. Речевые жанры [Текст] / А. Вежбицкая // Жанры речи. Саратов, 1997. С. 99 – 111.

6. Гапьперин, И.Р. Текст как объект лингвистического исследования [Текст] / И.Р. Гальперин. – М., 1981.

7. Голев, Н.Д. Антиномии русской орфографии [Текст] / Н.Д. Голев // Барнаул, 1997. – 240с.

8. Голев, Н.Д. Естественная письменная русская речь: исследовательский и образовательный аспекты [Текст] / Н.Д. Голев. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2003. – 280с.

9. Гольдин, В.Е. Дубровская, О.Н. Жанровая организация речи в аспекте социальных взаимодействий [Текст] / В.Е. Гольдин, О.Н. Дубровская // Жанры речи: Сборник научных статей. – Саратов, 2001. – Вып.3. – С. 5 – 17.

10. Горелов, И.Н., Седов, К.Ф. Основы психолингвистики [Текст] / И.Н. Горелов, К.Ф. Седов. – М., 2001. – С. 321 – 322.

11. Горелов, И.Н. Соотношение вербального и невербального в коммуникативной деятельности [Текст] / И.Н. Горелов // Исследование речевого мышления в психолингвистике. – М.: Наука, 1985.- С. 116-150.

12. Дементьев, В.В. "Текстоцентрическое" и "жанроцентрическое" изучение речи [Текст] / В.В. Днментьев // Вопросы стилистики. – Саратов, 1998. Вып. 27.

13. Долинин, К.А. Речевые жанры как средство организации социального взаимодействия [Текст] / К.А. Долинин // Жанры речи. – Саратов, 1999. С. 20 – 22.

14. Земская, Е.А. Категория вежливости в контексте речевых действий [Текст] / Е.А. Земская // Логический анализ языка. Язык речевых действий. – М., 1988.

15. Земская К.А. Русская разговорная речь: лингвистический анализ и проблемы обучения [Текст] / К.А. Земская. – М., 1979.

16. Кожина, М.Н. Речевой жанр и речевой акт (некоторые аспекты проблемы) [Текст] / М.Н. Кожина // Жанры речи. – Саратов, 1999. – С. 52 – 61.

17. Козлова, Н.Н., Сандомирская, И.И. «Я так хочу назвать кино». Наивное письмо». Опыт логико-социологического чтения [Текст] / Н.Н. Козлова, И.И. Сандомирская. – М.: Гнозис, 1996.

18. Ларин, Б.А. О лингвистическом изучении города [Текст] / Б.А. Ларин // Русская речь. – Л.: Академия, 1977. – Вып.З. – С.61-78.

19. Лебедева, Н.Б. HOMOSCRIBENS в пространстве русской народной культуры [Текст] / Н.Б. Лебедева // Человек пишущий и читающий: материалы конф. – СПб., 2003. – С. 244 – 249.

20. Лебедева, Н.Б. Естественная письменная русская речь как объект лингвистического исследования [Текст] / Н.Б. Лебедева // Вестник БГПУ, № 1, 2001.

21. Лебедева, Н.Б. Естественная письменная русская речь: проблемы изучения [Текст] / Н.Б. Лебедева // Русский язык: исторические судьбы и современность: Международный конгресс исследователей русского языка: Труды и материалы. М., 2002. С. 260-261.

22. Лебедева, Н.Б. Русская естественная письменная речь: проблемы и задачи лабораторного исследования [Текст] / Н.Б. Лебедева // Актуальные проблемы русистики. Томск, 2000. С. 18 – 25.

23. Лебедева, Н.Б. Толерантность и естественная письменная речь [Текст] / Н.Б. Лебедева // Философские и лингвокультурологические проблемы толерантности. – Екатеринбург, 2003. С. 286 – 296.

24. Макаров, М.Л. Коммуникативная структура текста [Текст] / М.Л. Макаров. – Тверь, 1990.

25. Новый энциклопедический словарь [Текст]. – М., 2002.

26. Подорога, В.А. Евнух души. Позиция чтения и мир Платонова [Текст] / В.А. Подорога // Параллели. Вып. 2. М.: Философское общество СССР, 1991.

27. Российский энциклопедический словарь [Текст]. – М., 2000.

28. Салимовский, В.А. Функционально-стилистическая традиция изучения жанров речи [Текст] / В.А. Салимовский // Жанры речи. – Саратов, 1997.

29. Седов, К.Ф. О жанровой природе дискурсивного мышления языковой личности [Текст] / К.Ф. Седов // Жанры речи. – Саратов, 1999. С. 86 – 97.

30. Толстой, Н.И. Язык и народная культура [Текст] / Н.И. Толстой // Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. – М.: Индрик, 1995. – 512 с.

31. Шмелева, Т.В. Модель речевого жанра [Текст] / Т.В. Шмелева // Жанры речи. – Саратов, 1997. С. 88 – 98.

32. Шмелева, Т.В. Повседневная речь как лингвистический объект [Текст] / Т.В. Шмелева // Русистика сегодня. Функционирование языка: лексика и грамматика. – М.: Наука, 1992. – С. 5 – 15.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений07:32:19 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
22:07:29 28 ноября 2015

Работы, похожие на Реферат: Личные письма как жанр естественной письменной речи (гендерный аспект)

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150758)
Комментарии (1839)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru