Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Дипломная работа: Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданского права

Название: Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданского права
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: дипломная работа Добавлен 04:50:21 25 июля 2010 Похожие работы
Просмотров: 1109 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ЧЕСТЬ, ДОСТОИНСТВО И ДЕЛОВАЯ РЕПУТАЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ КАТЕГОРИИ

1.1 Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданского права

1.2 Место и роль правоотношений по поводу чести, достоинства и деловой репутации в системе гражданских правоотношений

1.3 Понятие и распространение сведений, порочащих честь и достоинство и деловую репутацию

ГЛАВА 2. ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЗАЩИТЫ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ

2.1 Понятие и способы защиты чести, достоинства и деловой репутации как нематериальных благ

2.2 Особенности судебной защиты чести, достоинства и деловой репутации

2.3 Компенсация морального вреда как способ защиты чести и достоинства гражданина

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Демократические преобразования в России затронули практически все сферы общественной и политической жизни. Проводимые реформы предъявили принципиально новые требования и к законодательству, призванному регулировать рыночные отношения, обеспечить соблюдение прав и свобод человека и гражданина, способствовать становлению России как демократического, правового государства, в котором человек - главное богатство и ценность.

Среди всех отраслей права наибольшие изменения коснулись гражданского права. Широкое развитие получил институт личных неимущественных прав. Право на защиту чести и достоинства, долгое время, отрицаемое советскими теоретиками права по идеологическим мотивам как чуждое советскому правосознанию и праву, получило в Российской Федерации конституционное закрепление. Согласно п. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления. П. 1 ст. 23 Конституции предоставляет каждому право на защиту своей чести и доброго имени.

Для построения в России по-настоящему демократического общества особенно важно обеспечить полноценную защиту чести, достоинства и деловой репутации. Возможность защитить в суде честь и достоинство - это показатель уровня цивилизованности государства и общества, показатель степени уважения государства к его гражданам. Право на судебную защиту чести и достоинства воспитывает в людях уважение друг к другу и к себе, что, безусловно, и является главной отличительной чертой истинной демократии.

В настоящее время гражданско-правовые отношения по поводу чести, достоинства и деловой репутации граждан базируются на нормах Конституции России и ГК РФ.

Однако при практическом применении правовых норм, но защите вышеуказанных нематериальных благ у правоприменителей по-прежнему возникают определенные сложности, связанные с не устраненными недостатками отечественного законодательства в данной сфере. В частности, в законодательстве не закреплено определение понятий чести, достоинства и деловой репутации. Законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства в ограниченных случаях. Правила определения судами формы опровержения сведений, порочащих честь и достоинство граждан, не всегда дают возможность для полноценной защиты этих важнейших нематериальных благ. При этом постоянное совершенствование правового института личных нематериальных благ является важнейшей задачей правового государства, каковым в статье 1 Конституции объявила себя Россия. Конституция Российской Федерации (глава 2) ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает, в числе прочего, эффективную охрану и судебную защиту этих прав. Исходя и вышесказанного, детальное исследование гражданско-правовой защиты чести и достоинства как нематериальных благ гражданина является в настоящее время особенно актуальным.

Степень научной разработанности проблемы. В последнее десятилетие вопросы защиты чести, достоинства и деловой репутации затрагивались в большом количестве статей, монографий, диссертаций. В то же время следует отметить, что темой исследований в данной области становились либо нематериальные блага и личные неимущественные права в целом[1] , либо проблемы компенсации морального вреда[2] , либо в работах затрагивались отдельные аспекты гражданско-правовой защиты таких важнейших для личности нематериальных благ, как честь и достоинство[3] . Однако с точки зрения социальных основ гражданско-правовые отношения по поводу чести и достоинства не были рассмотрены. Автором в процессе работы использовались труды отечественных ученых-цивилистов: А.Л. Анисимова, А.В. Белявского, А.В. Беспалова, С.Н. Братуся, И. Брауде, К.М. Варшавского, С.И. Вильнянского, Н.Д. Егорова, А.А. Ерошенко, Б.Д. Завидова, Ю.Г. Иваненко, Т.И. Илларионовой, О.С. Иоффе, Л.О. Красавчиковой, Н.С. Малеина, М.Н. Малеиной, Е.Е. Мачульской, С.В. Потапенко, Н.А. Придворова, Л.К. Рафиевой, А.П. Сергеева, И. Стремяковой, Е.А. Флейшиц, С.А. Чернышовой, A.M. Эрделевского, К.Б. Ярошенко и др., а также труды дореволюционных ученых И.А. Покровского, С.И. Раевича, Г.Ф. Шершеневича.

Целью настоящей работы является комплексное исследование чести и достоинства как неотчуждаемых нематериальных благ личности и гражданско-правовых способов их защиты.

Поставленная цель достигается посредством решения следующих задач:

-определение роли и значения чести, достоинства и деловой репутации для общества и личности;

- изучение процесса становления понятий чести, достоинства и деловой репутации в обществе и в праве;

- изучение способов защиты чести, достоинства и деловой репутации как нематериальных благ личности, разработка предложений по развитию и совершенствованию этих способов;

- разработка предложений по совершенствованию механизма определения размера компенсации морального вреда, причиненного умалением чести, достоинства и деловой репутации.

Объектом исследования являются честь и достоинство граждан как нематериальные блага и их гражданско-правовая защита.

Предметом исследования выступают правовые нормы, регламентирующие честь и достоинство, а также материалы практики применения данных норм.

Методологическая основа исследования. Работа выполнена на основе традиционных и апробированных методов научного исследования государственно - правовых явлений. Применение таких общефилософских и научных методов, как конкретно-социологический, историко-правовой, сравнительно-правовой, позволило показать социальные основы неприкосновенности чести и достоинства личности, историю развития отечественного и зарубежного законодательства в данной сфере. Применение системного и структурно-функционального методов было положено в основу анализа чести и достоинства как личных нематериальных благ и характеристики способов их гражданско-правовой защиты. Исследованию большинства аспектов темы дипломной работы способствовало использование методов толкования гражданско-правовых норм, логического метода.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка.


ГЛАВА 1. ЧЕСТЬ, ДОСТОИНСТВО И ДЕЛОВАЯ РЕПУТАЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ КАТЕГОРИИ

1.1 Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданского права

Объектами гражданских прав являются материальные и духовные блага, по поводу которых субъекты гражданского права (отдельные граждане и коллективные образования, обладающие предусмотренными законом признаками) вступают между собой в правовые отношения. Круг этих благ (объектов) весьма широк и многообразен. В соответствии со ст. 128 ГК к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги; иное имущество; работы и услуги; информация; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность); нематериальные блага. По мнению Э.П. Гаврилова объектом (или предметом) гражданских прав, прежде всего, является поведение человека (организации), например, право владеть своей вещью или продать ее, право осуществлять транспортировку грузов и т.п. Но само это поведение человека, в свою очередь, направлено на какой-то материальный или нематериальный объект, который именуется объектом гражданских прав[4] . М.И. Брагинский отмечает, что объектами гражданских прав признается то, по поводу чего возникают гражданские правоотношения[5] . К ним М.И. Брагинский относит вещи, права на вещи; информацию, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальную собственность); нематериальные блага. Особой группой объектов гражданских прав являются нематериальные блага, под которыми понимаются не имеющие экономического содержания и неотделимые от личности их носителя блага и свободы, признанные действующим законодательством.

Особенностями нематериальных благ как объектов гражданских прав являются: 1) отсутствие материального (экономического) содержания; 2) неотделимость от личности их носителя; 3) то, что они обладают свойством индивидуализации самой личности обладателя этих прав. Действующий ГК РФ закрепляет общие для всех личных неимущественных прав и других нематериальных благ правила об их регламентации и защите[6] .

Регулирование и защита нематериальных благ осуществляется комплексно, нормами ряда отраслей права. В теории права применительно к гражданскому праву существовали несколько точек зрения на предмет гражданско-правового регулирования отношений по поводу нематериальных благ и связанных с ними личных неимущественных прав. По мнению одной группы ученых, гражданское право не регулирует, а лишь охраняет личные неимущественные права. По мнению других, правовое регулирование и охрана прав не могут противопоставляться, поскольку регулирование означает охрану прав, а их охрана осуществляется путем регулирования соответствующих отношений. Существует также мнение, что гражданское право как регулирует, так и охраняет нематериальные блага[7] .

ГК рассматривает нематериальные блага в качестве разновидности объектов, по поводу которых могут возникать гражданские правоотношения. В статье 150 ГК дается примерный перечень юридически защищаемых нематериальных благ. Они подразделяются на: 1) нематериальные блага, приобретаемые гражданами и юридическими лицами в силу рождения (создания) - жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна; 2) нематериальные блага, приобретаемые в силу закона - право свободного передвижения, право выбора места пребывания и жительства, право на имя, иные личные неимущественные права. Отметим, что поскольку ГК дает лишь примерный перечень нематериальных благ, пользующихся гражданско-правовой защитой, то объектом гражданско-правовых отношений может оказаться и не названное ГК нематериальное благо, например, право физического лица на неприкосновенность внешнего облика, защищаемое нормами ст. 514 ГК РСФСР (1964г.), но не названное в ст. 150 ГК РФ[8] .

По действующему ГК понятие «нематериальное благо» является собирательным, относящимся как к самому «благу», так и к личным неимущественным правам. М.Н. Малеина вполне логично отмечает некорректность объединения в одном термине прав и благ, поскольку личное неимущественное право и его объект, хотя и тесно взаимосвязаны, но не тождественны. Она предлагает уточнить данный в п. 1 ст. 151 ГК перечень нематериальных благ, исключив из него неимущественные права. Личное неимущественное право, корреспондирующее нематериальному благу (например, право на жизнь) или существующее отдельно от него, оказывается как бы благом второго уровня, а сами жизнь, здоровье и пр. являются благом, предшествующим праву на него, и в этом смысле могут признаваться благом первого уровня[9] .

Развивая положения М.Н. Малеиной, А.П. Сергеев и Ю.К. Толстой также вполне справедливо отмечают, что блага первого уровня неразрывно связаны с самим существованием личности. Они объективно существуют независимо от их правовой регламентации и только в случае посягательств на эти блага нуждаются в правовой защите. Право граждан на защиту чести, достоинства, деловой репутации является их конституционным правом, а деловая репутация юридических лиц - одним из условий их успешной деятельности. Блага второго уровня: право на имя, право авторства и иные личные неимущественные права являются субъективными правами, образующими содержание конкретного правоотношения и тем самым уже урегулированными нормами права. В случае же нарушения этих прав они пользуются правовой защитой[10] .

Субъективное право определяется в теории права по-разному.

Во-первых, под правом на честь и достоинство понимают юридическую возможность, позволяющую лицу требовать, чтобы ему не приписывали таких порочащих поступков, которых оно не совершало, и, следовательно, не распространяли не соответствующих действительности сведений, умаляющих честь и достоинство управомоченного. В этом случае исключается позитивное содержание данной категории, и внимание концентрируется на негативной стороне. Считается, что весь объем данного понятия охватывается предоставленной индивиду возможностью понуждать всех без исключения субъектов к воздержанию от совершения каких-либо поступков, способных вызвать неправильную социальную оценку личности.

Во-вторых, в состав данного понятия включают позитивные моменты и рассматривают право на честь и достоинство как право на заслуженную репутацию. Под этим подразумевают, с одной стороны, право на то, чтобы сведения о действиях субъекта, влияющих на репутацию, соответствовали действительности, и с другой - право на то, «чтобы его публичная моральная оценка соответствовала тому, как он в действительности выполняет требования закона, нормы общежития и морали»[11] . Этим охватываются и регулятивная, и охранительная функции права. А.А. Ерошенко определяет право гражданина на честь и достоинство как юридически гарантированную лицу возможность пользоваться заслуженным уважением в обществе и требовать соответствующего отношения от всех обязанных лиц, при этом он указывает, что гражданское право не только охраняет честь и достоинство субъекта, но и регулирует отношения, связанные с этими благами, в их ненарушенном состоянии. «Направляя поступки людей, право вместе с тем воздействует на сознание субъекта и формирует его личностные качества. Последние становятся достоянием лица и, подвергнувшись общественной оценке, рассматриваются как честь определенного индивида. Указывая субъекту юридически одобряемый вариант поведения и регламентируя его поступки в быту, общественных местах, на работе и в других сферах, гражданское законодательство, наряду с другими отраслями законодательства, тем самым участвует в формировании тех качеств личности, которые обуславливают ее репутацию»[12] .

Из понятия и содержания чести, достоинства и деловой репутации следует, что эти категории выступают как этические блага. Гражданско-правовое понятие и толкование этих категорий предполагает наличие правовых норм, регулирующих отношение по поводу этих благ. «Право на честь, достоинство и деловую репутацию относится к гражданским неимущественным правам. Нематериальный характер неимущественного права, - отмечает М.Н. Малеина, - проявляется в том, что оно лишено экономического содержания, то есть не может быть оценено точно, для него не характерна возмездность его осуществление не сопровождается встречным имущественным предоставлением (эквивалентом) со стороны других лиц»[13] .

Одной из особенностей этого права в сравнении с другими является то, что его содержание, его сущность раскрываются в многообразии жизни человека, его бытия. Специфика этого права дала ряду авторов основание поставить под сомнение возможность отнесения этого права к категории субъективных гражданских прав. Так, О.С. Иоффе при определении права на честь и достоинство делает вывод, что это право входит в содержание гражданской правоспособности, а А.В. Мицкевич относит его к «элементам правоспособности»[14] . Категорическое несогласие с такой точкой зрения высказывает Л.К. Рафиева. По ее мнению, подобный взгляд трудно согласовать с самой природой чести и достоинства. «Едва ли можно предположить, - пишет Л.К. Рафиева, - что морально-политическая оценка человека обществом (т.е. честь) возникает в момент рождения, до того времени, как у лица появляется способность совершения социально значимых поступков, по которым можно судить о его достоинствах и недостатках. Еще труднее предположить, что в момент рождения у ребенка появляется способность к оценке своего поведения (т.е. достоинство), ибо такая способность предполагает наличие определенной совокупности психофизических данных, складывающихся значительно позже»[15] . Из подобной трактовки вытекает: нока еще нет чести и достоинства, нет и права на честь и достоинство. Мы разделяем точку зрения А.Л. Анисимова, который считает, что нельзя согласиться с утверждением, в соответствии с которым право на честь и достоинство возникает у индивида не с момента рождения ввиду того, что честь и достоинство возникают с момента появления у человека способности к совершению социально значимых поступков и в результате совершения этих поступков. А.Л. Анисимов вполне обоснованно, на наш взгляд, отмечает, что каждый субъект права, помимо возможности иметь субъективные права и обязанности в будущем, наделяется определенной совокупностью, политических, личных субъективных, имущественных прав, определяющих его правовое положение. В их число входят субъективные права на честь, достоинство и деловую репутацию. Эти права возникают не в результате осуществления правоспособности, а наряду с ней являются элементами правосубъектности гражданина или организации. Правосубъектность гражданина, в частности, является особым специфическим правовым свойством индивида. В силу этого свойства он, как субъект права, с момента рождения наделяется определенной совокупностью прав. Правосубъектность определяет в той или иной мере положение граждан в обществе, выражает отношение между обществом и государством. Таким образом, права физического лица на честь и достоинство - особые субъективные права, возникающие с момента его рождения[16] .

Мы разделяем точку зрения А.Л. Анисимова о праве на честь и достоинство как об особом субъективном праве гражданина, возникающем в момент рождения, а также точку зрения М.Н. Малеиной, А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого о соотношении нематериальных благ и личных неимущественных прав[17] . Развивая положения указанных авторов, нам представляется целесообразным обратить внимание на имеющие место, на наш взгляд, особенности соотношения таких нематериальных благ, как честь и достоинство, с субъективным правом на эти блага. Если большинство нематериальных благ (жизнь, здоровье и пр.) предшествуют возникновению у гражданина личных неимущественных прав, корреспондирующих этим благам или существующих отдельно от них (так, гражданин вначале рождается, то есть обретает нематериальное благо - жизнь, наличие которой определяет и наличие у этого гражданина личного неимущественного права на жизнь), то особое субъективное право лица на честь и достоинство, возникающее у физического лица в момент рождения, предшествует появлению у этого лица собственно чести и достоинства как нематериальных благ. В момент рождения у лица возникает лишь право на положительную общественную оценку его моральных, нравственных и интеллектуальных качеств и самооценку этих качеств, а не сами эти общественная оценка и самооценка, то есть возникает право на честь и достоинство. Сами же названные качества формируются в процессе жизнедеятельности лица, его морального, нравственного и интеллектуального развития. Параллельно с этим у окружающих складываются определенные представления об этом лице, у самого же лица формируются собственные представления о добре и зле, о нравственном и безнравственном, о морали, возникает индивидуальное мироощущение, и на основе всего этого - субъективное отношение к своим моральным, нравственным и интеллектуальным качествам, то есть достоинство. Следует отметить, что честь и достоинство конкретного индивидуума, как правило, не статичны, они подвергаются изменению на протяжении всей жизни лица, так как его система моральных и нравственных ценностей может с течением времени меняться, а следовательно меняется и его самооценка (достоинство). Что касается чести, то она может меняться как при жизни лица вследствие совершения им тех или иных общественно значимых поступков, так и после его смерти, например, если о нем стали известны определенные сведения, не разглашавшиеся при жизни. Мы согласны с Л.К. Рафиевой, отметившей, что абсолютно точно определить момент возникновения у гражданина чести и достоинства невозможно — у каждого лица он свой[18] . При этом мы считаем, что достоинство лица и особое субъективное право на достоинство прекращаются в момент смерти этого лица, а честь и право на честь могут сохраняться и после смерти, поскольку у окружающих сохраняется память об умершем и, следовательно, оценка его моральных, нравственных и интеллектуальных качеств. Само же себя лицо после смерти оценивать, естественно, не может, поэтому нам представляется логичным исключить из абзаца 2 п. 1 ст. 152 ГК РФ термин «достоинство» и сохранить данный абзац в следующей редакции: «По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести гражданина, и после его смерти».

По степени связанности личных неимущественных прав с имущественными правами обладателей этих прав личные неимущественные права подразделяются на личные неимущественные права, связанные с имущественными, и личные неимущественные права, не связанные с имущественными[19] . К последним относятся и права на честь, достоинство, деловую репутацию.

По целевой направленности личные неимущественные права можно классифицировать на:

1) личные неимущественные права, направленные на индивидуализацию личности: право на имя (наименование юридического лица), право на честь, достоинство, деловую репутации и т.п.;

2)личные неимущественные права, направленные на обеспечение физической неприкосновенности личности (жизнь, свобода, выбор места пребывания, места жительства и т.п.);

3) личные неимущественные права, направленные на неприкосновенность внутреннего мира личности и ее интересов (личная и семейная тайна, невмешательство в частную жизнь, честь и достоинство и т.п.)[20] .

Отметим, что некоторые правонарушения посягают сразу на несколько нематериальных благ либо личных неимущественных прав, принадлежащих лицу. На наш взгляд, достоинство в основном умаляется при посягательствах на другие нематериальные блага физического лица - жизнь, здоровье, свободу и личную неприкосновенность, то есть на физическую неприкосновенность личности. Так, умаление достоинства личности может иметь место при пытках, а также в иных случаях физического воздействия на человека (удар, пощечина, плевок и т.п.). Унижение достоинства лица может иметь место в случае неприличного жеста, свидетельствующего о стремлении оскорбить лицо, которому он адресован.

Честь может умаляться отдельно от достоинства. Если о человеке распространены порочащие и не соответствующие действительности сведения, то, прежде всего от их распространения меняется в худшую сторону отношение к этому лицу третьих лиц, то есть умаляется его честь. Достоинство же лица может при этом и не пострадать, поскольку не во всех случаях лицо, о совершении которым определенных негативных поступков становится известно общественности, начинает испытывать сомнения в своих высоких моральных качествах либо перестает уважать эти качества в самом себе. Умаление достоинства, на наш взгляд, должно определенным образом проявляться в поведении лица, о котором были распространены ложные порочащие сведения, - лицо уходит с работы, подает в отставку с выборной должности, отказывается от участия в выборах путем снятия своей кандидатуры и т.п. Если же гражданин продолжает осуществлять прежнюю деятельность и после распространения о нем ложных порочащих сведений, то, по нашему мнению, можно вести речь о том, что могла измениться его общественная оценка (то есть честь), но субъективная оценка этим лицом своих качеств (то есть достоинство) не изменилась.

Достоинство, на наш взгляд, может быть унижено отдельно от чести. В частности, если лицо подвергается пыткам, то страдает, прежде всего, самооценка лицом своих моральных и нравственных качеств, сознание собственной общественной ценности. В то же время общественная оценка данного лица может остаться положительной и, следовательно, умаления чести не произойдет. Следует отметить, что в соответствии с п. 2 ст. 21 Конституции РФ пытки, жестокое или унижающее лицо обращение или наказание являются посягательствами именно на достоинство человека.

В ст. 23 Конституции РФ и в ст. 150 ГК РФ используется категория «доброе имя». Мы разделяем позицию А.В. Беспалова, отметившего, что данная категория не обладает правовой самостоятельностью[21] . Как термин, «доброе имя» В общем смысле синонимично термину «репутация».

Одним из понятий, которые остаются недостаточно разработанными как в теории гражданского права, так и на законодательном уровне, является деловая репутация. По мере развития хозяйственного оборота возникает объективная необходимость уяснения сущности этого явления. В науке существует множество трактовок деловой репутации. Например, Д.В. Кислов утверждает, что деловая репутация - не какое-либо единичное явление, а "совокупность факторов, позволяющих более успешно вести бизнес". К этим факторам относятся фирменное наименование предприятия, финансово-экономическое положение, выгодное географическое расположение, клиентская база, деловые связи, техническая оснащенность предприятия, наличие в собственности высокодоходных активов, кто является владельцем предприятия и др[22] .

Упоминание о деловой репутации мы находим во многих законодательных актах, тем не менее легальное определение данного понятия в законодательстве отсутствует. Так, согласно пункту 2 ч. 2 ст. 5 Закона РФ "О рекламе" недобросовестной признается реклама, порочащая честь, достоинство или деловую репутацию лица, в том числе конкурента. В Законе РФ "О защите конкуренции" указывается на запрет недобросовестной конкуренции, в том числе "распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации" (п. 1 ч. 1 ст. 14). В Законе РФ "О банках и банковской деятельности" одним из оснований для отказа в государственной регистрации кредитной организации и выдаче ей лицензии на осуществление банковских операций является несоответствие деловой репутации кандидатов на должности членов советов директоров (наблюдательного совета) квалификационным требованиям (ст. 16), при этом под деловой репутацией в соответствии с указанной статьей понимается оценка профессиональных и иных качеств лица, позволяющих ему занимать соответствующую должность в органах управления кредитной организации (абз. 4 ст. 16). Вряд ли можно считать эту формулировку легальным определением деловой репутации, так как она носит сугубо конкретный характер применительно к указанной статье и не отражает, как будет показано ниже, всех существенных свойств деловой репутации.

Деловая репутация - не только качество граждан, но и атрибут всякого юридического лица, который является средством его индивидуализации наряду с фирменным наименованием, товарным знаком и т.п. Несмотря на то что законодатель говорит о деловой репутации применительно к гражданам, в пункте 7 ст. 152 ГК РФ содержится норма о том, что правила указанной статьи о защите деловой репутации соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица. Для юридических лиц деловая репутации отчуждаемое благо. Это утверждение оправдывает статья 1027 ГК РФ, посвященная договору коммерческой концессии. Согласно пункту 2 указанной статьи договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности. Следовательно, правообладатель может передать свою деловую репутацию пользователю, да еще и указать объем ее использования, что вовсе не соотносится с концепцией непередаваемых нематериальных благ, используемой в статье 150 ГК РФ.

Несмотря на то что деловая репутация, по смыслу закона, не является имуществом, в то же время она обладает вполне конкретной имущественной ценностью. Например, деловая репутация относится к числу факторов, влияющих на курсовую стоимость акций тех или иных акционерных обществ - участников фондового рынка, увеличивая или уменьшая ее размер по сравнению с номинальной стоимостью акций. Имущественная ценность деловой репутации признается и в судебной практике. Так, по делу ОАО "Альфа-банк" против ЗАО "Коммерсантъ. Издательский дом" суд принял решение, помимо всего прочего, взыскать с ответчика 30 млн. руб. в возмещение репутационного вреда, причиненного умалением деловой репутации ОАО "Альфа-банк"[23] .

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что особые субъективные права на честь и достоинство возникают в момент рождения физического лица и могут существовать отдельно от чести и достоинства как нематериальных благ, которые формируются у лица в процессе его жизнедеятельности и в течение всей его жизни подвергаются изменению. Достоинство лица и право этого лица на достоинство прекращаются со смертью их обладателя. Честь лица и его право на честь существуют бессрочно. Умаление чести и достоинства может произойти и при посягательстве на другие нематериальные блага физического лица. Честь умаляется, прежде всего, распространением о лице не соответствующих действительности порочащих сведений, достоинство - путем посягательств на жизнь, здоровье, личную неприкосновенность лица.

1.2 Место и роль правоотношений по поводу чести, достоинства и деловой репутации в системе гражданских правоотношений

Говоря о правоотношении, элементом которого является субъективное право лица на нематериальное благо, ряд правоведов обращают внимание на следующие его отличительные признаки: 1) неимущественное содержание и 2) личный характер, то есть неразрывная связь с личностью носителя, предполагающая неотчуждаемость и непередаваемость этого блага[24] . Исходя из указанных признаков, Н.Д.Егоров дает вполне обоснованное, на наш взгляд, определение личных неимущественных отношений: это возникающие по поводу неимущественных благ отношения, в которых осуществляется индивидуализация личности посредством выявления и оценки ее социальных качеств. Индивидуальные качества отдельных лиц могут проявиться лишь в сравнении с другими, окружающими их лицами. В соответствии с этим надлежащая индивидуализация личности любого субъекта осуществима только в рамках абсолютных отношений, связывающих данного субъекта со всеми окружающими его лицами. Поэтому все личные неимущественные отношения носят абсолютный характер[25] .

Соглашаясь в целом с вышеупомянутой точкой зрения, нам хотелось бы отметить, что при посягательстве на нематериальное благо относительное правоотношение у обладателя данного блага возникает только с лицами, совершившими правонарушение. С остальными же лицами управомоченный продолжает оставаться в абсолютных правоотношениях, поскольку у каждого и всякого сохраняется корреспондирующая, например, праву лица на честь обязанность не нарушать данного права, а у правонарушителя, помимо пассивной обязанности воздерживаться в будущем от повторных посягательств, возникает в отношении лица, чье личное неимущественное право было нарушено, обязанность по сглаживанию неблагоприятных последствий, наступивших для потерпевшего. Поэтому не совсем верным является мнение о том, что при нарушении права лица на нематериальное благо абсолютное правоотношение становится относительным. Правильнее, на наш взгляд было бы считать, что относительное правоотношение при посягательстве на честь лица возникает параллельно с продолжающим существовать между управомоченным и обязанным лицом, совершившим правонарушение, а также с другими обязанными лицами абсолютным правоотношением.

В чем заключается юридическое содержание личного неимущественного правоотношения? Его образуют субъективное гражданское личное неимущественное право физического лица и корреспондирующая ему субъективная гражданская обязанность всех прочих лиц. Субъективное личное неимущественное право в наиболее существенных чертах представляет собой право гражданина на свободу определять свое поведение в индивидуальной жизнедеятельности по своему усмотрению, что исключает какое-либо вмешательство других лиц, кроме случаев, прямо предусмотренных федеральным законом. Н.К. Рудный справедливо указывает, что как не существует абстрактного имущественного права, так нет и личного неимущественного права «вообще». Конкретному физическому лицу всегда принадлежат конкретные личные неимущественные права (право на свое имя, на свои честь и достоинство, на неприкосповенность своей личности и частной жизни). Самим физическим лицам предоставлена возможность в известных пределах определять содержание принадлежащих им личных неимущественных прав[26] . Гражданин самостоятельно определяет, каким образом, когда и какие из своих личных прав (или их отдельных правомочий) он считает возможным и необходимым осуществить. По мнению Н.Д. Егорова содержание личных неимущественных прав определяется индивидуальными особенностями отдельных граждан или организаций[27] . Эта точка зрения представляется нам обоснованной, поскольку каждое физическое лицо обладает своими, индивидуальными честью и достоинством, обусловленными, в частности, характером, особенностями воспитания, уровнем интеллекта, культуры, мировоззрением, морально-нравственными ценностями данного индивида, индивидуальным именем, внешним обликом и т.п.

Каково содержание личного неимущественного права гражданина на честь и права на достоинство? Из каких правомочий состоят указанные права и до каких пределов они могут осуществляться? Н.Д. Егоров отмечает, что абсолютное право на честь и достоинство означает, прежде всего, то, что гражданин вправе требовать от всех окружающих его лиц воздержания от любых действий, ущемляющих его честь и достоинство. Право гражданина на честь и достоинство представляет собой правовое регулирование поведения 5шравомоченного в отношении окружающих его лиц, а не тех действий, которые он совершает в отношении указанных нематериальных благ[28] . Аналогичным образом определяет абсолютное субъективное право гражданина на честь и достоинство и А.Л. Анисимов. При этом он отмечает, что субъективное право дает возможность лицу удовлетворять свои материальные и духовные запросы, то есть дает возможность пользования социальными благами. По мнению А.Л. Анисимова, субъективному праву гражданина на честь и достоинство определенные особенности, отличающие его от большинства абсолютных субъективных прав. «Так, если в праве собственности первоочередными выступают действия самого управомоченного лица, то для права на честь, достоинство и деловую репутацию определяющее значение имеют не действия управомоченного, а действия, вернее, воздержание от действий обязанных лиц»[29] . Здесь А.Л. Анисимов, на наш взгляд, не вполне обоснованноя роль позитивной составляющей в праве гражданина на честь и достоинство, то есть тех правомочий, которые принадлежат данному гражданину помимо права на защиту чести и достоинства от противоправных посягательств. Более обоснованной нам представляется позиция Н.А. Придворова, но мнению которого «... специфика и особенности субъективного права на честь, достоинство и деловую репутацию заключаются не только в том, что оно очерчивает негативные границы его осуществления (поведение, запрещенное обязанным лицам), но и в том, что, осуществляя общую защиту чести, достоинства и деловой репутации, оно предполагает его позитивную сторону (поведение, дозволенное управомоченному в пределах всего правового спектра)»[30] .

Какие же правомочия дозволены обладателю абсолютных субъективных прав на честь и достоинство? В п. 2 ст. 150 ГК РФ особо отмечено, что личные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных. В первой части ГК РФ один из этих случаев предусмотрен ст. 152, посвященной защите чести, достоинства и деловой репутации. Таким образом, ГК РФ содержит только одно правомочие, входящее в субъективное право гражданина на честь, достоинство, деловую репутацию.

Раскрывая содержание права собственности, закон называет правомочия владения, пользования и распоряжения. Допустимо ли владеть, пользоваться и распоряжаться честью и достоинством? Субъективное право на честь и достоинство, как и иные личные неимущественные права, не связанные с имуществом, принадлежат к числу неотчуждаемых и непередаваемых. Отмеченная юридическая особенность вытекает из факта неотделимости самого нематериального блага. Законодатель учитывает данное обстоятельство, исключая переход рассматриваемого личного неимущественного права от одних субъектов к другим. В силу этого юридически невозможно передать другому лицу право на свою честь либо своё достоинство (так же, как и право на свое имя, на неприкосновенность своей частной жизни и др.). В ином случае названные права утратили бы не только юридический, но и социальный смысл. Только в отдельных случаях и в порядке, предусмотренном законом, личные неимущественные права могут защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя. Например, в соответствии с п. 1 ст. 152 ГК по требованию заинтересованных лиц допускается защита чести и достоинства гражданина, и после его смерти. Таким образом, невозможно распоряжаться правом на честь или достоинство посредством их отчуждения, то есть передачи другим лицам. При этом правомочия по владению и пользованию субъективными правами на честь и достоинство, на наш взгляд, не противоречат их юридическому и социальному смыслу.

Мы разделяем позицию М.П. Малеиной, с точки, зрения которой в содержание права на честь, достоинство, деловую репутацию входят правомочия по владению, пользованию и изменению чести, достоинства, деловой репутации. Правомочие по владению заключается в возможности обладать честью, достоинством, деловой репутацией без обращения за содействием третьих лиц и требовать от любого и каждого не нарушать эти блага. Правомочие пользования дает возможность использовать сложившиеся в обществе представления о себе в личной, трудовой, общественной и иных сферах деятельности.

Правомочие по изменению содержания чести и деловой репутации может быть реализовано, в частности, путем заключения сделок, направленных на формирование определенного имиджа. В настоящее время в России и за рубелсом созданы фирмы (чаще - рекламные агентства), которые в соответствии с соглашением с конкретным лицом занимаются за плату созданием и утверждением его имиджа (основную часть которого составляет формирование общественной оценки личности, т.е. чести)[31] .

Развивая точку зрения М.Н. Малеиной, мы хотели бы отметить, что правомочие по изменению чести может реализовываться посредством совершения гражданином любого поступка, способного изменить общественную оценку его моральных, нравственных или интеллектуальных качеств в как лучшую, так и в худшую сторону. На наш взгляд, лицо, совершившее один или несколько поступков, вызвавших изменение общественной оценки этого лица с положительной до резко отрицательной, может и не обладать честью как нематериальным благом. Точно так же лицо, негативно оценивающее собственные моральные, нравственные или интеллектуальные качества либо равнодушно относящееся к ним, то есть не имеющее самооценки, не обладает достоинством. Общеизвестными являются выражения «бесчестный человек», «человек, лишенный достоинства». При этом гражданин не может быть лишен субъективных прав на честь и на достоинство, которые, как мы уже отмечали выше, возникают в момент рождения их обладателя. Мы отмечали также, что субъективное право гражданина на честь и на достоинство представляет собой юридическую возможность требовать, чтобы ему не приписывали порочащих поступков, которых он не совершал, и чтобы его общественная оценка основывалась на достоверной информации о соблюдении им норм закона и морали. Такое право может существовать и в том случае, если лицо не пользуется положительной репутацией у окружающих. Исходя из данных подходов к трактовке содержания субъективных прав на честь и достоинство, можно сделать вывод о том, что в него входят позитивная и негативная стороны. Позитивная сторона субъективного права гражданина на честь включает правомочия по владению, пользованию и изменению чести, негативная - правомочие требовать того, чтобы общественная оценка его моральных, нравственных и интеллектуальных качеств основывалась на соответствующих действительности сведениях о фактах поведения лица на работе, в быту, семье и т.п. Позитивная сторона субъективного права гражданина на достоинство включает правомочия по владению, пользованию и изменению достоинства, негативная - правомочие требовать уважительного отношения к себе со стороны третьих лиц, признания своей социальной ценности и уникальности, значимости как частицы человеческого сообщества.

До каких пределов допустимо осуществление гражданином субъективных прав на честь и достоинство? На наш взгляд, осуществление этих нрав, как и реализация иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ, допустимо в тех пределах, в которых оно не нарушает нрав и свобод других лиц. Так, реализация права на защиту чести не должна сопровождаться распространением сведений, порочащих честь третьих лиц, то есть диффамацией.

Диффамация - это общепринятый в большинстве стран мира юридический термин, под которым понимается правонарушение в виде распространения (произнесения слов или публикация) не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию потерпевшего[32] . В большинстве развитых стран мира совок5шность правовых норм, направленных на охрану и защиту таких нематериальных благ, как честь, достоинство и деловая репутация, принято называть диффамационным нравом, которое, на первый взгляд, в общей системе мирового права занимает достаточно скромное место. Однако в настоящее время, в условиях демократических преобразований, происходящих в России, когда в соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы провозглашены высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства, диффамационное право приобретает особое значение, поскольку на основе его регулятивных и охранительных норм реализуется обязанность государства по признанию, соблюдению и защите прав на честь и на достоинство. Кроме того, на основе норм диффамационного права строятся отношения между личностью и прессой. В книге «Четыре теории прессы» отмечается: «Все демократические правительства признают обязанность государства защищать репутацию личности. Некоторые государства осуществляют эту функцию старательнее, чем другие, но все признают необходимым не допускать, чтобы средства массовой информации наносили ущерб членам общества посредством диффамации»[33] . Говоря об актуальности и значении диффамационного права, С.В. Потапенко вполне справедливо подчеркивает: «В современных российских условиях, когда пресса порой злоупотребляет свободой массовой информации, распространяя ложную, порочащую информацию, судебная защита от диффамации должна быть важнейшим демократическим правовым институтом, защищающим, с одной стороны, права индивида от информационных деликтов, а с другой - обеспечивающим соблюдение свободы массовой информации при рассмотрении споров личности с прессой»[34] .

Объем и содержание понятия «диффамация» определяются в теории права по-разному. Данный термин происходит от латинского diffamatio -разглашать, обесславить, опорочить, от которого происходят английское defamation, немецкое diffamation, французское diffamation. В основе термина «диффамация», таким образом, лежит слово «порочить», то есть распространять порочащие сведения. Если распространенные сведения не носят порочащего характера, даже при условии, что они не соответствуют действительности, состава диффамационного деликта не будет.

Теперь необходимо решить, всегда ли под диффамацией следует понимать распространение исключительно ложных сведений о лице. По этому поводу в отечественной юридической литературе высказывались различные точки зрения. В частности, A.M. Эрделевский выделил следующие виды диффамации[35] :

а)распространение заведомо ложных порочащих сведений – умышленная недостоверная диффамация или клевета;

б)неумышленное распространение ложных порочащих сведений - неумышленная недостоверная диффамация;

в)распространение правдивых порочащих сведений – достоверная диффамация.

Существование достоверной диффамации признается многими учеными-юристами. Так, Е.А. Суханов отмечает, что во многих зарубежных странах понятие диффамации «... распространяется на разглашение не только ложных, но и действительных сведений, позорящих честь и достоинство гражданина»[36] .Ответственность за распространение правдивых порочащих сведений в виде компенсации морального вреда на основании ст. 151 ГК РФ может наступить, если оно причиняет вред таким нематериальным благам, как неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна (ст. 150 ГК РФ).

Действительно, юридическая ответственность за распространение правдивых порочащих сведений как за диффамационный деликт в настоящее время не предусмотрена ни гражданским, ни уголовным российским законодательством. В соответствии с п. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, а в соответствии с п. 5 - возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. В ст. 129 УК РФ под клеветой понимается распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. Таким образом, отечественное законодательство содержит нормы, предусматривающие защиту только от недостоверной диффамации, хотя данный термин и не закреплен в законе. Мы уже отмечали, что зачастую объектом правонарушения может быть не одно, а сразу несколько нематериальных благ. В частности, если получили распространение правдивые, но имеющие негативный характер сведения о частной жизни лица, то общественная оценка моральных и нравственных качеств этого лица может измениться в худшую сторону, то есть помимо вторжения в частную жизнь либо раскрытия семейной тайны будет умалена честь лица. Поэтому честь, на наш взгляд, логично было бы считать объектом посягательства как недостоверной, так и достоверной диффамации. Что же касается достоинства, то это нематериальное благо, как мы уже отмечали, вряд ли может являться объектом посягательства при недостоверной диффамации. Поскольку трудно предположить, что субъективная положительная оценка гражданином своих моральных, нравственных или интеллектуальных качеств изменится в худшую сторону вследствие распространения кем-либо порочащих сведений, относительно которых данное лицо уверено в их несоответствии действительности. А вот при распространении соответствующих действительности сведений о противоречащих нормам морали и нравственности фактах поведения лица, например, в семье, достоинство может пострадать в силу того, что окружающим стала известна правда об аморальном поведении данного лица и общественная оценка его моральных и нравственных качеств ухудшилась. Таким образом, объектами посягательства недостоверной диффамации следует, на наш взгляд, считать формы общественной оценки лица - репутацию как родовое понятие и ее виды, то есть честь и деловую репутацию. Объектами же посягательства достоверной диффамации могут быть как общественная оценка, так и субъективная самооценка лица, то есть как честь, так и достоинство. Исходя из вышесказанного, нам представляется логичным не лишать граждан права на защиту чести и достоинства от достоверной диффамации. Для этого следует законодательно закрепить в ст. 152 ГК РФ понятие недостоверной диффамации в п. 1, сформулировав его следующим образом: «Недостоверная диффамация - это умышленное либо неумышленное распространение о лице сведений, не соответствующих действительности и порочащих в глазах здравомыслящих людей его честь и (или) деловую репутацию». В этом случае необходимо поменять и название статьи, озаглавив ее: «Защита чести и деловой репутации от недостоверной диффамации». Соответственно п. 1 данной статьи станет в новой редакции п. 2, а в качестве нематериальных благ, защищаемых нормами данной статьи, следует упоминать только честь и деловую репутацию[37] .

Обоснованным представляется и мнение по вопросу о целесообразности гражданско-правовой защиты нематериальных благ граждан от достоверной диффамации, высказанное Ю.Г. Иваненко: «Отсутствие в гражданском законе оснований для защиты чести, достоинства, деловой репутации гражданина в случае их умаления в результате умышленных посягательств на данные блага (при распространении порочащих, но правдивых сведений или оскорбления) ограничивает возможность граждан реализовать свое право на защиту указанных личных ценностей, которые после причинения вреда объективно невосстановимы. Учитывая, что названные блага относятся к числу абсолютных прав, представляется целесообразным расширить основания гражданско-правовой ответственности за посягательства на них»[38] .

Развивая позицию A.M. Эрделевского и Ю.Г. Иваненко, мы считаем целесообразным дополнить главу 8 ГК РФ специальной статьей 152\ устанавливающей ответственность за достоверную диффамацию. Данной статье следует, на наш взгляд, дать следующее название: «Защита нематериальных благ от достоверной диффамации», поскольку при достоверной диффамации объектами посягательства могут быть не только честь, достоинство и деловая репутация, но и неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна. Мы предлагаем следующее содержание данной статьи: «Если о гражданине были распространены сведения, соответствующие действительности, но умаляющие его честь, достоинство или деловую репутацию (за исключением сведений о фактах его аморального или противоречащего закону поведения), либо посягающие на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (достоверная диффамация), то он вправе требовать по суду от распространителя принесения извинений в установленной судом форме и денежной компенсации морального вреда. Распространитель освобождается от ответственности, если докажет, что указанные сведения были распространены им неумышленно».

С.В. Потапенко предлагает ввести в науку гражданского права и гражданское законодательство институт диффамации как совокупность доктринальных положений науки гражданского права, гражданско-правовых норм и механизмов охранительного характера, обеспечивающих судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространения не соответствующих действительности, порочащих сведений при строгом соблюдении конституционного права па свободу слова и массовой информации[39] . Данная точка зрения нам представляется не вполне обоснованной. Мы уже отмечали выше, что, на наш взгляд, необходимо законодательное закрепление права гражданина на защиту не только от недостоверной, но и, за исключением определенных случаев, от достоверной диффамации. Кроме того, объектом как недостоверной, так и достоверной диффамации могут быть и иные нематериальные блага (неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна), посягательство на которые может происходить одновременно с умалением чести и (или) достоинства. Наконец, защита чести и достоинства по российскому законодательству допускается не только с помощью гражданско-правовых норм, но и с помощью норм конституционного, уголовного, административного законодательств. Поэтому мы считаем, что диффамационное право, скорее всего, следует считать комплексной отраслью права. Отличительным признаком комплексной отрасли права является соединение разнородных правовых институтов из профилирующих и специальных отраслей[40] .

К источникам диффамационного права можно отнести следующие правовые нормы:

1) положения Конституции РФ (ст. 21 об охране достоинства личности и о том, что ничто не может быть основанием для его умаления; ст. 23 о праве каждого на защиту своей чести и доброго имени; ст. 29 о свободе слова и массовой информации; ст. 46, гарантирующая каждому судебную защиту его прав и свобод);

2)международные договоры России, ставшие составной частью ее правовой системы (например, ст. 10 Европейской конвенции по правам человека);

3)нормы Гражданского кодекса РФ (например, ст. 152, специально посвященная защите чести, достоинства и деловой репутации; ст. 151, 1099 - 1101, регулирующие вопросы компенсации морального вреда; ст. 15 о возмещении убытков; ст. 11 о судебной защите гражданских прав; ст. 12 о способах защиты гражданских прав);

4)Закон РФ «О средствах массовой информации»[41] от 27 декабря 1991 г;

5)нормы Уголовного кодекса РФ[42] (ст. 129 «Клевета» и ст. 130 «Оскорбление»).

В целом вопрос о том, чем является диффамационное право, требует дополнительного изучения в юриспруденции. Мы разделяем позицию С.В. Потапенко о том, что для обособления российского диффамационного права в специальную отрасль, как это имеет место в англо-американской системе права, нет как теоретических, так и практических оснований[43] . Однако это не исключает обособления соответствующего законодательного массива или выделения диффамационного права в качестве учебной дисциплины, посвященной защите чести, достоинства и деловой репутации.

Итак, подводя итог вышесказанному, следует отметить, что честь является объектом посягательства как недостоверной, так и достоверной диффамации. Развивая позицию тех авторов, которые считают целесообразным предоставить гражданам право на судебную защиту от достоверной диффамации, мы предлагаем ввести в действующий ГК РФ статью 152, на основании норм которой граждане получит возможность требовать защиты от достоверной диффамации не только неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, но и чести, достоинства, поскольку в ряде случаев посягательство происходит одновременно на несколько указанных нематериальных благ. Способами защиты от достоверной диффамации могут быть обязание судом распространителя определенных категорий достоверных сведений, порочащих честь, достоинство и (или) посягающих на другие названные нематериальные блага гражданина, принести потерпевшему извинения в установленной судом форме, а также возместить ему причиненные достоверной диффамацией убытки и компенсировать моральный вред. В то же время ст. 152 ГК РФ целесообразно посвятить защите от недостоверной диффамации, объектами которой являются честь и (или) деловая репутация гражданина и деловая репутация организации.

Такие нововведения, на наш взгляд, позволят обеспечить более полную и последовательную защиту гражданско-правовыми средствами таких важнейших нематериальных благ, как честь и достоинство, а также создать условия для более эффективной реализации норм о неприкосновенности чести и достоинства, закрепленных в ст. 21, 23 Конституции РФ, а также о нраве на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (ст. 23 Конституции РФ).

1.3 Понятие и распространение сведений, порочащих честь и достоинство и деловую репутацию

В качестве юридико-фактического основания возникновения охранительного правоотношения по защите чести, достоинства или деловой репутации, как и для любого иного гражданского правоотношения, выступают соответствующие юридические факты. Л.О. Красавчикова вполне справедливо, на наш взгляд, указывает, что, поскольку функцию данного правоотношения составляет ликвидация морального вреда, причиненного распространением ложной информации, не соответствующих действительности сведений порочащего характера, то искомым юридическим фактом является именно их распространение (как противоправное действие), при. этом единый акт причинения морального вреда - противоправное действие причинителя - расчленяют на составные элементы. Эти элементы в практике применения ст. 152 ГК РФ и в науке называют условиями гражданско-правовой защиты чести достоинства и деловой репутации. К ним относятся: 1) распространение указанных в данной статье сведений; 2) порочащий характер этих сведений; 3) несоответствие их действительности. Совокупность перечисленных условий составляет, по мнению Л.О. Красавчиковой, общее основание возникновения охранительного правоотношения по защите чести, достоинства или деловой репутации[44] .

Что понимается под распространением порочащих сведений? В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992г. под распространением порочащих сведений понимается «опубликование их в печати, трансляцию по радио, - теле- и видеопрограммам, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в иной, в том числе устной форме, нескольким или хотя бы одному лицу»[45] .

Иногда порочащие человека измышления сообщаются только ему одному. Распространения неверных сведений здесь нет. Однако это не значит, что интересы субъекта под угрозу не ставятся. Е.А. Флейшиц[46] и А.А. Ерошенко[47] вполне обоснованно, на наш взгляд, высказывались за допустимость предоставления лицу права требовать по суду признания такого рода высказываний не соответствующими действительности. Человек испытывает нравственные муки не только в случае, когда несправедливые и порочащие его сведения получили глобальную известность. Не меньшие страдания порой приносит индивиду и сознание того, что нелепые измышления являются достоянием одного лица, тем более, если последний входит в число близких ему людей. Кроме того, субъект, сообщивший потерпевшему неверные сведения и оставшийся убежденным в их достоверности, может соответствующее мнение высказать и другим. Никаких преград в этом отношении для него не существует. Официальное же подтверждение несостоятельности вышеупомянутого будет служить сдерживающим фактором. По этим соображениям исключать возможность предъявления названного иска никак нельзя.

Порочащими являются такие сведения, которые умаляют честь и достоинство гражданина (или деловую репутацию организации) в общественном мнении или мнении отдельных лиц с точки зрения соблюдения законов, норм морали, деловых обыкновений (обычаев делового оборота). «Порочить», по мнению С.И. Ожегова, значит «навлекать позор, бесчестить, осуждать, чернить». Порочащие честь, достоинство, деловую репутацию сведения могут относиться к фактам поведения (поступкам, деятельности лиц), к оценке совершения или не совершения определенных действий, мотивам поведения, наличию (отсутствию) каких-то моральных качеств, отрицательно характеризующих названное в сообщении лицо. Например, могут признаваться порочащими необоснованные обвинения в не выполнении профессионального долга (отказ от работы, невыполнение трудовой дисциплины), в националистических высказываниях, в нечестности (незаконное получение денег, обман товарищей по работе), в нарушении гражданского, семейного долга (сорвал предвыборное собрание, выживает из квартиры престарелых родителей), в оскорблении женской чести, в совершении преступлений, в причастности к сутяжничеству, клевете, в недобросовестности при исполнении обязательств.

Таким образом, необходимыми для признания сведений порочащими являются утверждения о нарушении лицом законодательства или моральных принципов. A.M. Эрделевский обращает внимание, что не только нарушение моральных принципов может умалить репутацию человека в глазах его окружения. «В каждом обществе существует писаный или неписаный стандарт требований к морали и нравственности. Однако никто не вправе воспрепятствовать человеку поддерживать свою репутацию в глазах окружающих на более высоком, по сравнению с существующим стандартом, уровне и защищать ее предусмотренными законом способами»[48] .

М.Н. Малеина отмечает, что по изучаемым делам суды Российской Федерации признавали порочащими честь и достоинство гражданина сведения о ненадлежащем выполнении ими служебного долга, общественных обязанностей, совершении нечестного поступка, аморальном поведении в семье. Этот перечень не является исчерпывающим, кроме того, в одном исковом заявлении может быть сразу несколько пунктов[49] .

Мы солидарны с мнением по поводу сведений, порочащих честь гражданина, высказанным Ю.Г. Иваненко: «Порочащие сведения могут относиться к фактам поведения (поступкам, деятельности лица), к оценке совершения или не совершения определенных действий, мотивам поведения, наличию (отсутствию) каких-то моральных качеств, отрицательно характеризующих названное в сообщениях лицо. Таким образом, не только сообщение о нечестном поступке или обстоятельствах его совершения, но и неверная, искаженная оценка правомерных действий гражданина подлежат судебному опровержению»[50] .

Л.О. Красавчикова выделяет следующие признаки, характерные для содержания порочащих сведений;

1) заключенная в них информация должна касаться конкретных фактов поведения определенного лица, тех или иных обстоятельств его жизни;

2) порочащие сведения могут включать в себя общую оценку (как правило, моральную) поведения определенного лица, характеристику тех или иных фактов его жизни;

3)распространяемая информация может касаться любой сферы жизнедеятельности гражданина. Закон не устанавливает никаких ограничений по этому поводу[51] .

Справедливым представляется и мнение О.С. Иоффе, отметившего, что «... не всякий факт, даже имеющий отрицательное значение, опорочивает честь и достоинство гражданина. Если о ком-либо говорят, что он лишен музыкального слуха или страдает водобоязнью, то ясно, что это никакого отношения к чести и достоинству не имеет. Честь и достоинство гражданина выражаются только в таких фактах, которые ... оцениваются как положительные или отрицательные с моральной точки зрения»[52] . Нельзя, на наш взгляд, не согласиться и с А.А. Ерошенко, по мнению которого «порочащими считаются сведения, которые ... отрицательно влияют на оценку морально-политических качеств лица обществом. Представляется, что к таким результатам могут привести лишь высказывания, содержащие указания на какие-то отрицательные моменты. Информацию, включающую только оценочные характеристики, - типа «бесталанный поэт», «бесперспективный футболист», «устаревший иллюзионист» и т.д. - к числу вышеназванных сведений относить не стоит. Подобные суждения зависят от личного усмотрения соответствующего субъекта. Вполне возможно, что иному человеку литератор покажется одаренным, спортсмен - подающим большие надежды, а артист - идущим в ногу со временем. Требовать в порядке гражданского судопроизводства отмены той или иной оценки при правильном отражении фактических обстоятельств нельзя»[53] .

Анализ отечественной судебной практики по делам о защите чести и достоинства граждан показывает, что круг сведений, подпадающих под определение «порочащие», чрезвычайно широк.

Выше мы уже отмечали, что объектом противоправного посягательства при распространении о лице не соответствующих действительности порочащих сведений является его репутация. Л.О. Красавчикова под репутацией понимает «создавшееся общее мнение о достоинствах или недостатках кого-либо, чего-либо; приобретенную общественную оценку». Мы разделяем точку зрения Л.О. Красавчиковой о том, что репутация лица может быть как положительной, так и отрицательной. При этом, если лицо требует опровержения по суду порочащих сведений, то есть сведений о фактах его поведения, которые могут быть негативно оценены окружающими, то объектом посягательства выступает именно положительная общественная оценка моральных, нравственных и (или) интеллектуальных качеств данного лица (честь) либо его деловых, профессиональных качеств (деловая репутация)[54] . Отметим, что если понятие «честь» подразумевает положительную оценку гражданина без дополнительных пояснений, то деловая репутация, как и репутация в целом, не всегда является положительной, поэтому объектом посягательства может выступать только положительная деловая репутация гражданина либо организации.

Признавая правомерным отказ в удовлетворении иска организации о защите деловой репутации в связи с направлением ответчиком на имя депутата законодательной власти субъекта РФ указанного заявителем письма, суд указал, что сведения, содержащиеся в указанном письме, не являются порочащими деловую репутацию истца. Суд указал, что в спорном письме имеет место критика существующей системы централизованного обеспечения населения питьевой водой, и, руководствуясь статьей 152 ГК РФ, отказал в удовлетворении иска[55] .

Исходя из вышесказанного, мы предлагаем законодательно закрепить в ст. 152 ГК РФ следующее определение порочащим сведениям: «Порочащими признаются сведения, не соответствующие действительности и умаляющие в глазах здравомыслящих людей честь и (или) положительную деловую репутацию гражданина либо положительную деловую репутацию организации». Таким образом, порочащими можно считать сведения, следствием распространения которых может стать изменение в худшую сторону общественной оценки социально значимых качеств лица.

Чтобы давать основания для иска по делу о диффамации, утверждение, согласно американскому законодательству и судебной практике, должно быть таким, что его истинность или ложность можно объективно доказать. Просто выражение чьего-либо мнения, истинность которого не может быть определена объективно, не является, таким образом, основанием для иска. Выражение мнения, истинность или ложность которого непосредственно не может быть доказана, считается в США дающим основания для иска по делу о диффамации только в том случае, если в данном утверждении предполагается существование других, нераскрытых ложных и клеветнических фактов. Например, утверждение «Я считаю, что он не очень хороший юрист», вероятно, не дает оснований для судебного преследования как клеветническое, поскольку это - субъективное выражение мнения, ложность или истинность которого невозможно доказать объективно. При этом утверждение «Судя по его официальной характеристике, я не думаю, что он очень хороший юрист» может обладать исковой силой, если предположение о том, что где-то действительно существует отрицательная характеристика этого юриста, является ложным. Вопрос о том, где проходит граница между утверждениями, не дающими основания для судебного преследования, и ложными, клеветническими утверждениями, широко обсуждается в американском праве, включая полемику о том, дают ли такие типы обвинений, как «нацист», «фашист», «расист», «мошенник» и аналогичные утверждения основания для обращения в суд[56] .

Аналогично, другие типы утверждений, которые не понимаются разумным человеком как утверждение факта, например, юмористическое высказывание, риторическое высказывание, преувеличение, эпитет обычно рассматриваются судами как не имеющие исковой силы.

При этом следует отметить, что в Англии и в Соединенных Штатах с начала девятнадцатого века суды стали признавать необходимость защищать индивидуальную ценность свободного самовыражения, социальную и политическую значимость публичного обмена мнениями, в результате чего сложилась так называемая практика «добросовестного комментирования». Например, в 1808 году английский суд постановил следующее: «Необходимо позволить свободу критики, в противном случае у нас не будет чистоты ни во вкусах, ни в нравственности. Добросовестное обсуждение необходимо для того, чтобы история представала в истинном свете, чтобы двигалась вперед наука».

Привилегия добросовестного комментария по-разному трактуется в Англии и США, а также в разных американских штатах. Общими же моделями являются следующие: комментарий приравнивается к мнению, подкрепляющие его факты должны быть оглашены или широко известны, а тема должна представлять интерес для общества[57] .

Американский юрист Роберт Холи отмечает, что в случае необходимости провести разграничение между мнением и фактом не следует полагаться лишь на перечень слов или обстоятельств, так как это может исказить картину и дать неверное представление о том, чем является спорное сообщение. Тем не менее, американскому диффамационному праву известен целый ряд случаев, когда на данную тему давалось четкое определение, и при этом возникали ясные образцы иллюстративного плана. Во всех следующих примерах приведенные формулировки были признаны мнением, находящимся под защитой:

1) Судьи - судья был назван «некомпетентным», было высказано требование снять его с должности, поведение судьи при ведении дела было охарактеризовано как «порочащее судебную систему».

2) Журналисты - было сказано, что репортер выполняет свою работу «халатно и безответственно», что репортер - «журналистское отребье», что «материал написан левой ногой и верить ему нельзя».

3) Кандидаты на политические посты - кандидата в сенаторы назвали «бандитом с большой дороги», а проводимую им компанию - «дурацкой и достойной презрения».

4) Идеология - видного автора и фельетониста назвали «попутчиком фашистов», охарактеризовали его как «неонациста» и написали, что он занимается «антисемитизмом в нацистском стиле».

5) Оскорбительная речь и эпитеты - кто-то был охарактеризован как «безмозглый сукин сын» или «крашеный подонок»[58] .

В отечественной юридической литературе единого подхода к разрешению вопроса о том, может ли распространение лицом своего мнения о тех или иных событиях, явлениях, людях или организациях быть основанием для иска о диффамации, или основанием для такого иска может выступать только сообщение о фактах, в настоящее время не существует. В частности, по мнению С.Б. Потапенко, нормы статьи 152 ГК РФ можно применять только в случае распространения о лице ложных сведений фактического характера[59] .A.M. Эрделевский и Л. Грось считают, что если несоответствие распространенного мнения действительности можно объективно доказать, вступив в полемику с ответчиком, то лицо, в отношении которого распространено такое мнение, имеет право требовать от ответчика опровергнуть его через суд[60] .

Мы поддерживаем позицию по данному вопросу A.M. Эрделевского и считаем, что лицо вправе требовать опровержения по суду распространенного о нем мнения, а суды - обязывать распространителя его опровергнуть в тех случаях, когда распространенное мнение характеризуется следующими признаками:

1) распространенное мнение является не соответствующим объективной действительности, что может быть доказано истцом в процессе рассмотрения судом конкретного гражданского дела о диффамации. В рассмотренном выше примере мнение истца о том, что ответчик «выглядит мародером» могло быть опровергнуто, поскольку ответчик мог доказать, что не присваивает имущества погибших, тем более учитывая то, что он бесплатно оказывает адвокатские услуги пострадавшим от теракта на Дубровке, что можно подтвердить их свидетельскими показаниями;

2) распространенное мнение порочит честь и (или) деловую репутацию истца.

Если же ответчик не привел никаких доказательств в обоснование своего мнения, а лишь сослался на конституционную норму о свободе мнений, то его суждения следует считать не выражением мнения, а сообщением о факте.

Таким образом, на наш взгляд, допустимо требовать по суду опровержения не только ложных, порочащих сведений в виде утверждений о фактах, но и в виде выражения мнения, если может быть аргументировано доказано его несоответствие действительности. Под сведениями следует понимать информацию, распространенную как в форме сообщений о фактах, так и в форме выражения мнения, не соответствующего действительности и порочащего честь и (или) деловую репутацию гражданина либо репутацию организации.

Среди судебных дел, связанных с публикацией в СМИ сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию граждан, есть не слишком многочисленная, но очень интересная категория. По делам данной категории объектами оспаривания в судах являются коллажи, карикатуры. Дела в этих случаях возбуждаются по тем же статьям Гражданского и Уголовного кодексов, что и обычные дела о защите чести и достоинства, оскорблении или клевете. В настоящее время отечественные суды не выработали еще единого подхода к разрешению подобных дел, что можно проиллюстрировать на примерах двух дел о карикатурах и коллажах - уголовного и гражданского.

Мы, считаем, что необходимо урегулирование в соответствующем официальном толковании Верховного Суда РФ вопроса о том, являются ли коллажи, карикатуры и шаржи предметом иска о защите чести и достоинства граждан, и если да, то в каких случаях. В нем, как представляется, следует указать, что предметом иска по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации граждан могут быть только сведения, содержащие сообщения о событиях или явлениях, в том числе сопровождаемые иллюстрациями. Сами же по себе иллюстрации могут быть предметом иска о незаконном использовании внешнего облика лица, но поскольку иллюстрацию зачастую объективно невозможно опровергнуть, то считать ее предметом иска по делу о защите чести либо деловой репутации в отрыве от сопровождающего текста либо при отсутствии такового не следует.

Таким образом, по нашему мнению, сами по себе коллажи, карикатуры, шаржи, не сопровождаемые какой-либо дополнительной информацией в виде статей, комментариев, подписей, не могут считаться сведениями и, следовательно, не подлежат опровержению по суду. Но если иллюстрация дополняет некий текст и может быть воспринята читателем только в неразрывной связи с ним, если иллюстрация и текст представляют единое целое, то их совокупность можно считать сведениями и соответственно требовать их опровержения по суду.

Следует отметить, что в порядке, определенном ст. 152 первой части ГК РФ, не могут рассматриваться требования об опровержении сведений, содержащихся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других официальных документах, для обжалования которых предусмотрен иной установленный законами порядок.

Анализ судебной практики по делам о защите чести и достоинства граждан показал, что отечественные суды зачастую сталкиваются с серьезными проблемами при рассмотрении дел, в которых истец просит привлечь ответчика к ответственности за оскорбление чести и достоинства.

Отметим, что в настоящее время отечественное гражданское законодательство о защите чести и достоинства не содержит понятия «оскорбление». Ответственность за оскорбление, как мы уже отмечали выше, предусмотрена нормами уголовного права. В соответствии с п. 1 ст. 130 УК РФ под оскорблением понимается унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме. В.И. Радченко отмечает, что объективная сторона оскорбления заключается в действиях, которые унижают честь и достоинство личности в неприличной форме, то есть противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали. Для наступления уголовно-правовой ответственности за оскорбление не имеет значения, соответствует отрицательная оценка потерпевшего действительности, или нет[61] .

Интересно, что понятие «унижение чести и достоинства» и определение «неприличная форма» трактуются стороной обвинения в уголовных процессах чрезвычайно широко. При этом замечено, что количество дел, возбуждаемых по ст. 129 УК («Клевета»), в 3,5 раза меньше количества дел, возбуждаемых по ст. 130 УК («Оскорбление»). «Популярность» ст. 130 УК объясняется тем, что для доказательства состава оскорбления разбирать публикацию, по сути, и доказывать, что сведения, легшие в ее основу, являются ложными, совершенно не нужно. Достаточным для возбуждения уголовного дела может быть ничем не подкрепленное утверждение «потерпевшего», что некая статья или телепрограмма в неприличной форме унизила его честь и достоинство.

Мы поддерживаем позицию по данному вопросу Ю.Г. Иваненко, предложившего установить гражданско-правовую ответственность для случаев умышленного распространения о гражданине сведений в оскорбительной форме или высказывания в адрес гражданина оскорбительных слов и выражений, а также введение в норму закона понятия очевидного оскорбления, когда порочащий и не соответствующий действительности характер сведений не подлежит доказыванию. Ю.Г. Иваненко предлагает ввести изменения в н. 1 ст. 152 первой части ГК РФ, дополнив данный пункт абзацем вторым следующего содержания: «Всегда являются порочащими и не соответствующими действительности сведения о лице, распространенные в виде: а) неприличной брани (мата); б) имеющего негативный характер сравнения с представителями животного и растительного мира», поскольку вряд ли целесообразно в случаях оскорбления в судебном порядке представлять и исследовать доказательства того, что конкретный человек не является «собакой», «ослом», «пнем» или «лопухом».

Разделяя в целом вышеизложенную точку зрения Ю.Г. Иваненко, мы хотели бы отметить, что к сведениям, распространенным о лице в оскорбительной форме, можно отнести также имеющие негативный характер сравнения с предметами мебели, представителями определенных профессий («шкаф», «дворник»), указания на отсутствие интеллектуальных качеств («дурак», «глупец», «идиот»)[62] .

Под неприличной же формой распространения сведений следует понимать сведения о лице, распространенные в виде неприличной брани (мата).

Отметим также, что, на наш взгляд, распространение о гражданине порочащих сведений в оскорбительной форме унижает, прежде всего, достоинство лица. Так, Ю.Г. Иваненко, давая понятие оскорбительной форме распространения порочащих сведений, указывает, что под таковой «следует понимать такое распространение названных сведений, которое содержит оскорбление, причиняет обиду или подвергает унижению»[63] . По нашему мнению, оскорбление подвергает унижению главным образом самооценку человеком своих моральных, нравственных и (или) интеллектуальных качеств, подрывает веру в себя как в высшую общественную ценность, вызывает нравственные (а иногда и физические - например, у лиц, являющихся гипертониками) страдания, то есть умаляет достоинство индивида и причиняет ему моральный вред. В то же время трудно представить себе, что мнение здравомыслящих людей изменится относительно того или иного индивида вследствие того, что кто-либо назвал его «дураком» или «козлом», то есть честь данного индивида, на наш взгляд, пострадать от оскорбления не должна. Однако, если оскорбительное слово указывает на совершение лицом правонарушения или противоречащего нормам морали поступка («вор», «жулик», «сплетник» и т.п.) и не совершение такого правонарушения (например, кражи) либо аморального поступка можно аргументировано, с привлечением доказательств, обосновать в суде, то сведения, распространенные в подобной форме, не подпадают, по нашему мнению, под понятие «очевидного», то есть не требующего доказательств несоответствия либо соответствия действительности оскорбления и умаляют главным образом честь, а не достоинство индивида.

Исходя из вышесказанного, нам представляется логичным предложить, в развитие позиции Ю.Г. Иваненко, дополнить действующий ГК РФ статьей 152а с названием «Защита достоинства гражданина от порочащих сведений, распространенных в оскорбительной форме». В данную статью целесообразно включить три пункта:

«1. Если о гражданине были распространены порочащие сведения, содержащие очевидное оскорбление, причиняющие обиду и унижающие его достоинство, то гражданин вправе требовать по суду обязания оскорбителя принести ему извинения в установленной судом форме и компенсировать причиненные убытки и моральный вред в денежной форме.

2. Всегда являются порочащими и не соответствующими действительности (очевидное оскорбление) сведения о гражданине, распространенные в виде:

а) неприличной брани (мата);

б) имеющего негативный характер сравнения с представителями животного растительного мира, предметами мебели, представителями определенных профессий, а также указания на отсутствие интеллектуальных качеств.

3. Не являются очевидным оскорблением сведения о совершении лицом, которого они касаются, правонарушения либо противоречащего нормам морали поступка».

По нашему мнению, эта новелла позволит обеспечить более полную защиту гражданско-правовыми средствами такого важного нематериального блага, как достоинство личности, и будет способствовать созданию предпосылок для максимально возможного сглаживания неблагоприятных последствий, наступающих для гражданина вследствие оскорбления.

Итак, подводя итог вышесказанному, отметим, что под порочащими понимаются сведения, умаляющие честь гражданина в глазах здравомыслящих людей. В судебном порядке допустимо требовать опровержения как не соответствующих действительности сообщений о фактах поведения лица, так и сообщений, распространенных в виде выражения мнения, если истинность или ложность этого мнения можно объективно доказать. Коллажи, карикатуры и шаржи сами по себе, не сопровождаемые той или иной дополнительной информацией в виде статей, комментариев, подписей, на наш взгляд, не могут считаться сведениями и, соответственно, не подлежат опровержению по суду. Нам представляется целесообразным поддержать позицию авторов, считающих необходимым установить гражданско-правовую ответственность за оскорбление и, в развитие данной позиции, мы предлагаем дополнить действующий ГК РФ ст. 152, содержащей основания и меры ответственности за оскорбление достоинства личности.


ГЛАВА 2. ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЗАЩИТЫ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ

2.1 Понятие и способы защиты чести, достоинства и деловой репутации как нематериальных благ

Системной функцией отрасли гражданского права является гражданско-правовое регулирование общественных связей, складывающееся из правового воздействия норм различной целевой направленности. Основными целями гражданско-правового воздействия в зависимости от предмета опосредования являются, во-первых, регулятивная координация поведения участников в обычных отношениях, в рамках которых происходит взаимное удовлетворение их интересов; во-вторых, охранительная координация поведения лиц в отношениях, возникших из конфликта их интересов. Носителями и источниками охранительного воздействия гражданского права выступают охранительные нормы и охранительные институты. К ним, в частности, относятся нормы ст. 10 - 16 ГК РФ, общий институт ответственности за нарушение обязательств; институт защиты чести, достоинства, деловой репутации; институт неосновательного обогащения; институт защиты права собственности и т.п.

Охранительная функция гражданского права складывается из воздействия охранительных норм различной направленности. Обобщенное отражение подобные нормы находят в категориях гражданско-правовой защиты нарушенных прав и интересов и гражданско-правовой ответственности за нарушения.

Для того, чтобы рассмотреть гражданско-правовые способы защиты таких нематериальных благ, как честь и достоинство, логичным представляется, на наш взгляд, вначале рассмотреть способы защиты гражданских прав в целом, предусмотренные ГК РФ. Прежде всего, необходимо дать понятие гражданско-правовой защите нарушенных прав. Под гражданско-правовой защитой нарушенных прав понимается (интересов) охранительное воздействие норм, имеющее целью восстановить право, компенсировать нарушенный интерес, пресечь противоправные действия, препятствующие осуществлению права или обеспечению правопорядка.Отметим, что данные способы воздействия, являясь основными, не имеют, как правило, цели возложить на нарушителя меры ответственности.

Кроме этого, существуют способы охранительного воздействия гражданского права, которые, помимо защитных функций, несут «карательные» функции. Они называются также способами возложения гражданско-правовой ответственности.

Под гражданско-правовой ответственностью понимается определенная мера государственного принуждения правонарушителя, установленная законами, состоящая в возложении не него дополнительных имущественных обязанностей и ограничений. Выделяются следующие способы, с помощью которых осуществляются функции ответственности: пресекательно – компенсационные (возмещение вреда), штрафной (взыскание неустойки), пресекательно - ограничительные (лишение права, отказ в признании права, отказ в охране права).

Способы гражданско-правовой защиты нарушенных прав перечислены в ст. 12 ГК РФ. Этот перечень не является исчерпывающим и может быть дополнен федеральными законами. О.И. Цыбуленко классифицирует способы защиты на следующие группы:

1) применяемые судом;

2) применяемые органами государственной власти и местного самоуправления (а также их структурными подразделениями);

3) применяемые непосредственно управомоченными лицами, чьи права нарушены.

К первой группе следует отнести:

- признание права. Этот способ применяется при наличии угрозы нарушения гражданских прав, подвергающихся оспариванию;

- восстановление статуса, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;

-признание оспоримой сделки недействительной и пресечение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки;

- признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления;

- присуждение к исполнению обязанности в натуре;

- возмещение убытков по вещно-правовым и обязательственно-правовым искам;

-взыскание неустойки, если исполнение обязанности должника обеспечивается предусмотренной законом или договором неустойкой;

- компенсация морального вреда;

- прекращение или изменение правоотношения;

- неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления[64] .

Ко второй группе может быть отнесено восстановление статуса, существовавшего до нарушения права и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Третью группу представляет самозащита лицом своего нарушенного права. Для самозащиты обязателен признак ее соразмерности нарушению, а также то, что она не выходит за пределы действий, необходимых для его пресечения (ст. 14 ГК РФ).

Какие же из названных выше способов гражданско-правовой защиты могут использоваться при посягательствах на честь и достоинство личности? По мнению Л.О. Красавчиковой, сущность гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации состоит в том, что в соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин (а равно юридическое лицо - в отношении деловой репутации) вправе требовать по суду опровержения порочащих честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Сущность такой защиты, как отмечает Л.О. Красавчикова, сводится к возникновению и последующей (вплоть до принудительной - судебной) реализации охранительного правоотношения, в котором морально потерпевший наделяется правом требовать опровержения, а распространитель - обязанностью его дать[65] .

Из вышеизложенной точки зрения видно, что защита чести и достоинства личности может осуществляться как способами, применяемыми судом (в случаях, если правонарушитель опровергает распространенные им сведения в силу соответствующего судебного решения), а также путем самозащиты, то есть способом, применяемым непосредственно лицами, чьи права нарушены (например, если правонарушитель дает опровержение добровольно, а не в силу обязывания к этому судебным решением, либо если лицо, в отношении которого были распространены порочащие его честь или достоинство сведения, реализует свое право на ответ, закрепленное в п. 3 ст. 152 ГК РФ). Таким образом, защита чести или достоинства может осуществляться, как самим субъектом права требовать опровержения (в этом случае распространитель порочащих сведений дает их опровержение в добровольном порядке), так и судом (в этом случае суд обязывает своим решением распространителя опровергнуть преданные им огласке сведения).

По мнению А.В. Беспалова, опровержение является специальным способом гражданско-правовой защиты чести, достоинства, деловой репутации как объектов гражданского правоотношения[66] . Данный автор указывает, что опровержение является как внесудебным, так и судебным способом защиты, то есть обращает, как и Л.О. Красавчикова, внимание на возможность гражданско-правовой защиты чести или достоинства как способами, применяемыми судом, так и посредством самозащиты.

Отметим, что п. 2 ст. 150 ГК РФ предусматривает возможность использования при защите нематериальных благ любого способа, названного в ст. 12 ГК, а также иных способов, установленных Кодексом и другими законами, если только существо нарушенного нематериального блага и характер последствий этого нарушения допускают такую защиту. С.В. Потапенко отмечает, что в рамках охранительного гражданско-правового отношения судебная защита чести, достоинства или деловой репутации может быть осуществлена тремя способами:

1)путем опровержения не соответствующих действительности, порочащих сведений;

2) путем компенсации морального вреда;

3) путем возмещения убытков.

При этом, по мнению С.В. Потапенко, первый способ относится к мерам гражданско-правовой защиты, а два других к мерам гражданско-правовой ответственности[67] .

Могут ли честь и достоинство защищаться способами, применяемыми органами государственной власти и местного самоуправления? В соответствии с абзацем вторым п. 2 ст. 152 ГК РФ, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина содержатся в документе, исходящем от организации, такой документ подлежит замене или отзыву. В качестве такой организации может выступить, в частности, орган государственной власти или местного самоуправления, а в качестве документа - служебная характеристика. В соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992г. № 11, по искам об опровержении порочащих сведений, изложенных в служебных характеристиках, ответчиками являются лица, их подписавшие, и предприятие, учреждение, организация, от имени которых выдана характеристика. Таким образом, защита чести и достоинства от порочащих сведений, содержащихся в документе, исходящем от органа государственной власти или местного самоуправления, как и от других организаций, осуществляется способом, применяемым судом. На наш взгляд, замена или отзыв документа, исходящего от организации, относится к одному из общих способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ - восстановление статуса, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения[68] .

К вышеназванному общему способу защиты гражданских прав можно отнести и опровержение. Опровержение - это обоснованное отрицание сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию потерпевшего, исходящее от лица, распространившего такие сведения. Если установить лицо, распространившее порочащие сведения, невозможно, лицо, в отношении которого они были распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности (П. 6 ст. 152 ГК). Такое заявление представляет собой, по нашему мнению, реализацию еще одного общего способа защиты гражданских прав, названных в ст. 12 ГК РФ - признания права.

При решении вопроса о том, какие гражданско-правовые способы, указанные в ст. 12 ГК РФ, могут применяться для защиты чести и достоинства, важно иметь в виду, что опровержение как специальный способ защиты может использоваться при защите чести только от недостоверной диффамации. В случае защиты чести и достоинства от достоверной диффамации опровержение как способ защиты применяться не может, поскольку достоверные, соответствующие действительности сведения опровергнуты быть не могут. Не может использоваться опровержение и в случаях защиты достоинства от очевидного оскорбления. Исходя из этого, нам представляется, что в качестве специального способа защиты чести, и достоинства от достоверной диффамации и достоинства от очевидного оскорбления может использоваться принесение распространителем порочащих сведений извинений потерпевшему в форме, определяемой судом. Принесение распространителем порочащих сведений извинений потерпевшему, на наш взгляд, способствует этической реабилитации последнего, сглаживает неблагоприятные последствия, наступившие для него вследствие умаления его чести и достоинства. Кроме того, принесение извинений распространителем ставит его самого в невыгодное положение в глазах общества, подчеркивает противоправность, антиобщественность, противоречие его деяния нормам морали и нравственности, наконец, служит своего рода сдерживающим фактором для субъекта, обязанного судом принести извинения потерпевшему, от совершения в дальнейшем подобных правонарушений. Принесение извинений, по нашему мнению, как и опровержение, является реализацией такого гражданско-правового способа защиты нарушенных прав, как восстановление статуса, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Отметим, что в настоящее время принесение извинений как способ гражданско-правовой защиты чести и достоинства напрямую не закреплен в нормах ст. 152 ГК РФ «Защита чести, достоинства и деловой репутации». Данная статья называет следующие способы защиты вышеназванных нематериальных благ:

1) опровержение в тех же средствах массовой информации – если сведения, порочащие честь, достоинство либо деловую репутацию гражданина, были распространены в средствах массовой информации (абз. 1 п. 2 ст. 152);

2) опровержение в порядке, установленном судом - в иных случаях (абз. 3 п. 2 ст. 152);

3) отзыв или замена документа - если указанные сведения содержатся в документе, исходящем от организации (абз. 2 п. 2 ст. 152);

4)возмещение убытков и морального вреда, причиненных распространением указанных сведений (п. 5 ст. 152).

При этом граждане, в отношении которых были распространены (в частности - через средства массовой информации) порочащие их честь и достоинство сведения, среди исковых требований к их распространителям периодически указывают не только опровержение и возмещение морального вреда в денежной форме, но и принесение извинений потерпевшему. Суды при этом оставляют последнее требование без удовлетворения.

Таким образом, принесение извинений может рассматриваться как гражданско-правовой способ защиты чести и достоинства не только от достоверной диффамации и достоинства - от очевидного оскорбления, но и как способ защиты чести от недостоверной диффамации. В связи с этим, исходя из особой ценности чести и достоинства, как для самого обладателя данных нематериальных благ, так и для морально-нравственного состояния общества, мы предлагаем дополнить п. 2 ст. 152 ГК РФ абзацем 4 следующего содержания: «Гражданин вправе требовать по суду принесения распространителем порочащих его честь и (или) деловую репутацию и не соответствующих действительности сведений извинений в установленной судом форме независимо от способа распространения указанных сведений»[69] . Такое нововведение позволит, по нашему мнению, максимально сгладить, наряду с существующими способами защиты чести и достоинства (опровержением и денежной компенсацией убытков и морального вреда), неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недостоверной диффамации.

Само же по себе опровержение далеко не всегда сглаживает неблагоприятные последствия, наступившие для истца в результате распространения о нем ложных, порочащих сведений.

Если комментарий к опровержению содержит в себе признаки диффамационного деликта, то потерпевший от диффамации вправе обратиться в суд с новым иском. Потерпевший от публикации в средствах массовой информации сведений, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию, по смыслу ст. 152 ГК РФ, может обратиться за защитой своих прав непосредственно в суд, и не обязан проходить до суда процедуру обращения с просьбой об опровержении в опорочивший его орган информации (ст. ст. 43 - 45 Закона о средствах массовой информации).

Мы солидарны с теми авторами, которые отмечают, что в интересах потерпевшего наиболее реальным и в то же время эффективным способом реализации положительного решения суда по всем требованиям, связанным с защитой чести и (или) деловой репутации, является опубликование опровержения, изложенного в резолютивной части решения, за счет средств ответчика в популярном периодическом издании информационного характера города, республики, области, страны - в зависимости от масштабов распространения сведений[70] .

Итак, подводя итог вышесказанному, назовем гражданско-правовые способы защиты чести и достоинства граждан от достоверной, недостоверной диффамации и в случае очевидного оскорбления. Защита чести гражданина от недостоверной диффамации может осуществляться: 1) судом - способами признания права (если решением суда признаются не соответствующими действительности порочащие честь гражданина сведения, распространенные неустановленным лицом); восстановления статуса, существующего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (опровержение, принесение извинений потерпевшему распространителем порочащих сведений); компенсации убытков и морального вреда; 2) с помощью самозащиты (путем реализации права на ответ). Защита чести и достоинства от достоверной диффамации, а также сведений, распространенных в форме очевидного оскорбления, может осуществляться судом путем обязания распространителя порочащих сведений принести извинения потерпевшему и компенсировать убытки и моральный вред.

2.2 Особенности судебной защиты чести, достоинства и деловой репутации

Как мы уже отмечали, юридико-фактическим основанием возникновения охранительного правоотношения по защите чести и достоинства являются соответствующие юридические факты, к которым относятся противоправные действия в виде распространения ложной информации, не соответствующих действительности сведений, порочащих честь гражданина, с причинением ему физических и нравственных страданий, то есть морального вреда. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что фактически нормами действующего ГК РФ (ст. 152) предусматривается право гражданина на судебную защиту чести и достоинства только от недостоверной диффамации. В то же время действующий ГК РФ не содержит правовых норм, специально посвященных защите достоинства от противоправных действий в виде пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания, на недопустимость которых указывается в п. 2 ст. 21 Конституции РФ. В случаях, когда умаление достоинства гражданина имело место в результате противоправных действий, указанных в этой конституционной норме, компенсация морального вреда потерпевшему может быть осуществлена в соответствии с нормами ст. 151 ГК РФ, где в п. 1 указывается, что моральный вред может быть причинен гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага (в том числе и на достоинство), а также в других случаях. Следует иметь в виду, что пытки, насилие, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение или наказание, а также проведение над человеком без его добровольного согласия медицинских, научных или иных опытов, помимо достоинства личности, имеют объектом посягательства и другие, названные в п. 1 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага (жизнь, здоровье, личную неприкосновенность), находящиеся в тесной взаимосвязи с достоинством. Исходя из этого, нам представляется нецелесообразным дополнять ГК РФ специальной нормой, предусматривающей защиту достоинства как охраняемого гражданско-правовыми нормами нематериального блага от противоправных действий, указанных в п. 2 ст. 21 Конституции РФ. Защита достоинства в данном случае может быть осуществлена с помощью уже имеющихся в гл. 8 ГК РФ правовых предписаний. Выбор конкретных способов защиты определяется в соответствии с п. 2 ст. 150 ГК, который допускает использование любого из предусмотренных ст. 12 ГК общих способов защиты, если такое использование вытекает из существа нарушенного права и характера последствий этого нарушения. Следовательно, для защиты личного права суд может избрать признание права, если само наличие последнего оспаривается кем-либо; пресечение действий, нарушающих данное право; восстановление нарушенного права и т.д. П. 1 ст. 151 ГК прямо указывает, что основанием для обращения в суд за защитой от действий, нарушающих личные неимущественные права гражданина либо посягающих на принадлежащие ему другие нематериальные блага (в том числе достоинство личности), является причинение такими действиями потерпевшему морального вреда, а способом защиты - возложение судом на нарушителя обязанности компенсировать указанный вред в денежной форме. Сам термин «действия» в законе не раскрыт. Логично предположить, что данный термин следует толковать расширительно, то есть гражданин имеет право требовать по суду компенсации морального вреда в денежной форме в случае любых действий, посягающих на его достоинство и причиняющих физические и нравственные страдания, включая пытки, насилие и иные унижающие человеческое достоинство деяния, указанные в п. 2 ст. 21 Конституции РФ[71] .

В силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ защита деловой репутации юридического лица и гражданина возможна при одновременном наличии трех условий: во-первых, сведения должны быть распространены; во-вторых, сведения не соответствуют действительности; в-третьих, сведения порочат деловую репутацию юридического лица, суд отказал в удовлетворении иска о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истца изложенных в опубликованной в деловой газете статье сведений. Суд отметил, что в данном случае отсутствует условие несоответствия опубликованных сведений действительности, что исходя из положения статьи 152 ГК РФ не предполагает судебной защиты деловой репутации истца[72] .

В государствах континентальной Европы (Германия, Франция) защита чести и достоинства гражданско-правовыми средствами, как правило, неразрывно связана с уголовным наказанием за публичное оскорбление и распространение порочащих сведений (предусмотренным, например, в ст. 29 французского Закона о печати от 29 июля 1881г.). Требование о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, обычно предъявляется в виде гражданского иска в уголовном судопроизводстве[73] .

Если гражданин обращается в отечественный суд с требованием о защите чести, достоинства и (или) деловой репутации гражданско-правовыми средствами, то в судебном заседании уточняется, действительно ли сведения, приведенные в исковом заявлении, распространены именно ответчиком и являются ли они порочащими честь, достоинство или деловую репутацию гражданина.

Как мы уже отмечали выше, субъект права требовать опровержения в судебном заседании должен подтвердить со ссылкой на доказательства факт распространения сведений, умаляющих его честь и достоинство, деловую репутацию, и пояснить, почему эти сведения он считает порочащими. В то же время он вправе, но не обязан доказывать, что они не соответствуют действительности. Достаточно его ссылки на это обстоятельство.

В свою очередь субъект обязанности дать опровержение обязан доказать, что распространенные им сведения в отношении истца являются правдивыми. При недоказанности этого ответчиком требования об их опровержении во всяком случае признаются обоснованными (доказательственная презумпция).

Если порочащие сведения воспроизведены средством массовой информации из официальных сообщений или иных источников, редакция, к которой предъявлен иск, должна представить доказательства в подтверждение факта заимствования их из источника такой информации. Интересно отметить, что согласно ст. 57 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство, деловую репутацию граждан, если эти сведения являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространенных другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности. Если опубликованные средствами массовой информации порочащие сведения были воспроизведены из официальных источников, обязанность доказывания, что эти сведения соответствуют действительности, лежит именно на привлеченных к участию в деле в качестве вторых ответчиков органе или лице, явившихся источником информации. При этом наличие обстоятельств, которые в силу ст. 57 Закона РФ «О средствах массовой информации» могут служить основанием для освобождения от ответственности редакции, главного редактора, журналиста за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан, а также деловую репутацию граждан и юридических лиц, не исключает возможности рассмотрения судом иска гражданина или юридического лица об опровержении таких сведений. В таких случаях к участию в деле должны быть привлечены граждане и организации, от которых поступили такие сведения и которые должны доказать, что они соответствуют действительности. На редакцию средства массовой информации в случае удовлетворения иска может быть возложена обязанность сообщить о решении суда и в случае, если имеются основания, исключающие ее ответственность.

Процесс доказывания по делам данной категории в государствах с англосаксонской системой права в настоящее время существенно отличается от того, который установлен российским законодательством. В английском общем праве и в американском праве вплоть до середины 60-х годов прошлого столетия предполагалась строгая ответственность за публикацию лживых, порочащих и непривилегированных утверждений. Это означало, что если вы повторили чье-то клеветническое утверждение, то вы отвечали за любой ущерб, если утверждение оказалось ложным, даже если ваш источник был надежным и вы верили, что утверждение являлось истинным. Данный принцип в целом соответствовал сложившемуся в настоящее время подходу российского законодательства к проблеме ответственности за вред, причиненный распространением ложных, порочащих честь, достоинство, деловую репутацию лица сведений: ответственность наступает независимо от вины в действиях распространителя таких сведений.

Ряд отечественных ученых (в частности, A.M. Эрделевский, Н.С. Малеин), отмечая высокую ценность для субъекта незапятнанной чести, хорошей деловой репутации, указывают на объективную невосстановимость этих благ и на возможные тяжелые последствия их умаления, которые, кроме потери лицом работы, крушения карьеры, потери доверия со стороны родственников (в том числе распада семьи), друзей и т.п., могут выразиться в потере здоровья и даже привести к суициду[74] . Этих последствий вряд ли можно избежать, если потерпевшему будет известно, что в действиях распространителя не было вины. Поэтому важно создать максимально широкие возможности гражданам для реализации своего права на защиту чести, достоинства, деловой репутации независимо от вины ответчика и, соответственно, не возлагать на истцов обязанность доказывать наличие в действиях ответчика вины. Отсутствие вины в своих действиях должен доказывать сам ответчик, что может повлиять на размер компенсации морального вреда в денежном выражении (ст. 1101 ГК РФ). При этом отсутствие вины не освобождает распространителя порочащих и не соответствующих действительности сведений от ответственности, в том числе от обязанности опровергнуть их (ст. 1100 ГК РФ).

В отечественном праве и судебной практике не существует «привилегии добросовестного комментария», освобождающей от ответственности распространителя ложных, порочащих сведений по диффамационному праву США. На наш взгляд, устанавливать ее в российском диффамационном праве нет необходимости. Поскольку для того, чтобы считаться «добросовестным комментарием», то или иное суждение должно сопровождаться оглашением подкрепляющих его фактов, лицо, чьи интересы нарушены, вполне может защитить свою честь, достоинство, деловую репутацию, воспользовавшись правом на ответ либо обратившись с иском в суд. В тексте ответа либо в судебном заседании лицо может, приведя свои контраргументы, то есть вступив в полемику с распространителем сообщения, доказать его несостоятельность. Если же спорное сообщение не аргументировано распространителем с помощью подтверждающих его фактов, истец тем более может выиграть судебное дело, сославшись на доказательства, обосновывающие ложность утверждений ответчика (в том числе распространенного в виде мнения, которое объективно может быть опровергнуто).

Следует отметить, что сообщения, объективно соответствующие действительности, распространенные как в форме утверждения о факте, так и в форме выражения мнения, при наличии представленных в суды их распространителями доказательств достоверности, могут реализовать отечественную конституционную норму о гарантиях свободы мысли и слова (п. 1 ст. 29 Конституции РФ) и без введения специального института «привилегированных утверждений». Приведем в качестве примера следующий судебный спор.

В РФ дела о защите чести, достоинства, деловой репутации по первой инстанции рассматриваются, как и большинство гражданских дел, судьями единолично (ст. 14 ГПК РФ). Главным отличием отечественного судопроизводства от судопроизводства в США является то, что в России дело может быть разрешено по существу только в ходе его судебного слушания. В США же решение об отклонении иска может быть принято судом и до его слушания в судебном заседании - например, на основании «ходатайства ответчика об отклонении жалобы» либо на стадии досудебного предоставления сведений, а также в результате упрощенного судопроизводства. Решение же в пользу истца принимается только на основании слушания дела в суде (судом присяжных либо единолично судьей). Это в значительной степени объясняется тем, что в американском диффамационном праве истец обязан, как уже отмечалось выше, доказать не только сам факт распространения о нем порочащих сведений (как в России), но и недостоверность этих сведений, наличие вины в действиях ответчика и т.д., а также наличие «привилегированных» (то есть законодательно защищенных) утверждений. Все выше названное серьезно затрудняет реализацию в США лицами, в отношении которых были распространены порочащие сведения, права на судебную защиту чести, достоинства, деловой репутации, и дает основания утверждать, что американское диффамационное право в большей степени ориентировано на защиту свободы слова, прав ответчиков (прежде всего - прессы) на выражение своего мнения и комментариев по поводу тех или иных лиц, событий и т.п. Российское же законодательство (ст. 152 ГК РФ) предоставляет в сравнении с американским более широкие возможности истцам для защиты своих чести и достоинства и ставит в невыгодное положение ответчиков, возлагая на них бремя доказывания соответствия действительности распространенных ими сведений. Это положение, на наш взгляд, является, безусловно правильным, поскольку позволяет практически реализовывать норму ст. 21 Конституции РФ об охране государством достоинства личности. Со стороны журналистов и других представителей средств массовой информации неоднократно высказывались предложения о необходимости изменения нормы ст. 152 ГК РФ, распределяющей бремя доказывания по делам данной категории с тем, чтобы обязанность доказывать несоответствие действительности распространенных средством массовой информации сведений об истце возлагалась на самого истца. На наш взгляд, такое изменение действующего законодательства необоснованно. Поскольку, публикуя те или иные сведения, средства массовой информации тем самым как бы утверждают, что распространенная ими информация является достоверной, они и обязаны доказать соответствие содержащихся в информации сведений действительности. Возложение же на истца, помимо обязанности доказать факт распространения порочащих его сведений, также и обязанности доказать факт несоответствия этих сведений действительности приведет к полному освобождению ответчика от бремени доказывания. Кроме того, принятие такого предложения означало бы, по существу, обязывание истца, как героя телевизионного кабачка «13 стульев», доказывать, что он не верблюд.

Подводя итог вышесказанному, мы можем отметить, что распределение бремени доказывания, предусмотренное российским законодательством, то есть обязание ответчика доказать в суде соответствие действительности распространенных им сведений и освобождение от этой обязанности истца в совокупности с установленным ст. 1100 ГК РФ правилом о том, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, создает более широкие возможности для реализации гражданами своего права на защиту чести, достоинства и деловой репутации, чем англо-американское диффамационное право, которое в большей степени ориентируется на защиту свободы прессы и предоставляет ей в этой области специальные права. На наш взгляд, правило о возложении бремени доказывания соответствия действительности распространенных сведений на ответчиков является важнейшей основой российского диффамационного права.

2.3 Компенсация морального вреда как способ защиты чести и достоинства гражданина

Компенсация морального вреда, как гражданско-правовой способ защиты нарушенных прав, конкретизируется в ст. 151 ГК РФ. Как мы уже отмечали, под моральным вредом в наиболее широком плане понимают физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его права. Такого рода действия могут посягать на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайны), нарушать его личные неимущественные (право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране нрав на результаты интеллектуальной деятельности) либо имущественные права. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием врачебной тайны, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате причиненных страданий, и др[75] .

Ст. 1099 ГК РФ в более четкой форме закрепляет норму, введенную ст. 151 ГК. В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК и ст. 151 гл. 8 ГК. Ст. 1099 ГК вводит общее правило, в силу которого моральный вред компенсируется в случае нарушения личных неимущественных прав (благ) гражданина, и в случаях, предусмотренных законом - при нарушении имущественных прав. К такого рода случаям действующее законодательство относит нарушения прав потребителей.

Ст. 1100 ГК указывает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в следующих случаях:

-вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

-вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

-вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

-в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, посягательство на честь, достоинство и деловую репутацию отнесено действующим отечественным гражданским законодательством к случаям безвиновной ответственности за причинение морального вреда. Но принятие части второй ГК не устраняет действие специальной нормы, закрепленной в ст. 57 Закона о средствах массовой информации, согласно которой редакция и журналист освобождаются от ответственности за распространение не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство сведений, если такие сведения получены из определенных источников (присутствует в обязательных сообщениях; получены от информационных агентств; содержатся в ответе на запрос информации; является дословным воспроизведением официальных выступлений и т.п.). В таких случаях на редакции и журналисте не лежит обязанность проверять достоверность информации и на них не может быть возложена, как отмечалось выше, ответственность за последствия ее распространения[76] .

Ст. 1101 ГК предусматривает, что моральный вред компенсируется только в денежной форме. Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, передавая решение данного вопроса всецело на усмотрение суда. Моральный вред признается законом вредом неимущественным. Т.Е. Абова и А.Ю. Кабалкин отмечают, что стоимость человеческих страданий не высчитывается, поэтому у иска о компенсации морального вреда нет цены. По их мнению «суммы, фигурирующие в исковых заявлениях (они нередко «заоблачны» и мотивированы единственным стремлением «получить побольше»), никакого юридического значения не имеют и не могут, в частности, обеспечиваться имущественным арестом. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, и ее размер, определяемый судом, по самой своей природе не может быть высчитанным, эквивалентным»[77] .

В российском законодательстве точно сформулированные критерии и общий метод оценки размера компенсации морального вреда отсутствуют, что ставит суды в сложное положение. Единственное на настоящее время, посвященное проблеме компенсации морального вреда постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. № 10 не содержит указаний, которые позволили бы суду обоснованно определять размер компенсации при разрешении конкретного дела. В ст. 151 ГК законодатель установил следующие критерии, которые должны учитываться судом при определении размера компенсации морального вреда:

-степень вины нарушителя;

-степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

-иные заслуживающие внимания обстоятельства.

С введением в действие второй части ГК этот перечень дополнили в ст. 1101 следующие критерии:

-характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего;

- требования разумности и справедливости.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 25.04.95 № 6, при определении размера компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство, деловую репутацию гражданина сведений, суд принимает во внимание обстоятельства, указанные в п. 2 ст. 151 первой части ГК РФ. Если такие сведения были распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, вправе также учесть характер и содержание публикации, степень распространения недостоверных сведений и другие заслуживающие внимания обстоятельства[78] .

Т.Е. Абова и А.Ю. Кабалкин отмечают, что индивидуальные особенности потерпевшего, влияющие на оценку физических и нравственных страданий, могут выразиться в болезни, преклонном возрасте, специфике профессиональной или общественной деятельности, особенностях личной биографии. При этом, по их мнению, размер компенсации морального вреда нельзя автоматически ставить в зависимость от высокой должности потерпевшего. В качестве важнейшего критерия при определении размера компенсации Т.Е. Абова и А.Ю. Кабалкин называют требования разумности и справедливости, включающие в себя предусмотренный в ст. 1083 учет имущественного положения причинителя вреда и виновного поведения самого потерпевшего. Данные авторы отмечают, что при определении размера денежной компенсации морального вреда «все определяется совокупностью обстоятельств данного конкретного дела. Несомненно, что при серьезности нарушения и высокой степени вины причинителя вреда размер компенсации должен быть для него чувствительным»[79] .

Таким образом, в отечественной юридической науке существует точка зрения, в соответствии с которой для эффективного определения судами размеров денежных компенсаций морального вреда достаточно тех критериев, которые уже существуют в действующем ГК РФ (ст. ст. 151, 1101).

Существует и противоположная точка зрения, в соответствии с которой закрепленных в действующем ГК РФ критериев недостаточно для эффективной реализации положения о праве граждан требовать компенсации морального вреда в денежной форме, а сами эти критерии являются недостаточно четкими, что приводит к отсутствию у отечественных судов единообразного подхода к определению размеров таких компенсаций и к периодическому необоснованному занижению судами их размеров.

A.M. Эрделевский предложил таблично-математическое исчисление денежной компенсации морального вреда применительно к различным видам правонарушений, где максимальный размер компенсации - 720 минимальных размеров оплаты труда, а конкретный итоговый размер может увеличиваться, но не должен превышать 4-х кратный размер презюмируемого и уже определенного в таблице вреда. В частности, презюмируемый размер компенсации морального вреда, причиненного распространением полных порочащих сведений, данный автор предлагает установить в 24 минимальных размера оплаты труда, тем же в средстве массовой информации - в 36 МРОТ, тем же в соединении с обвинением в совершении тяжкого преступления - в 216 МРОТ, в случае оскорбления - в 12 МРОТ, в случае оскорбления в средстве массовой информации - в 24 МРОТ. Размер компенсации в каждом конкретном случае, по мнению A.M. Эрделевского, суды должны подсчитывать по следующей формуле[80] :

D = d-fv -i-c.(l-fs ),

где D - размер компенсации действительного морального вреда; d -размер компенсации презюмируемого морального вреда; fv - степень вины причинителя вреда, при этом О < fy < 1; i - коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего, при этом О < i < 2; с - коэффициент учета заслуживающих внимания фактических обстоятельств причинения вреда, при этом О < с < 2; fs - степень вины потерпевшего, при этом О < fs < 1} Позицию A.M. Эрделевского разделяют, в частности, Г.М. Резник, по мнению, которого, правда, следует скорректировать презюмируемые размеры денежной компенсации морального вреда с учетом санкций ст. ст. 129, 130 УК РФ (компенсацию морального вреда за клевету он предлагает установить в размере 60 МРОТ, а за оскорбление - в размере 35 МРОТ)[81] , и В.М. Иванов, по мнению которого «представляется целесообразным указанный (A.M. Эрделевским) базисный уровень определения границ морального вреда установить нормативно или указать о нем в разъяснениях Верховного Суда РФ в порядке обеспечения единообразного применения законов при осуществлении правосудия»[82] .

Обращает на себя внимание также явно прослеживающаяся в судебной практике тенденция к упорядочению системы определения размеров компенсации. В Англии это достигается путем введения таблиц для определения размеров компенсации морального вреда, причиненного умышленными преступлениями, а в Германии и Франции - путем выработки судебной практикой правила ориентироваться на ранее вынесенные судебные решения по делам, связанным с сопоставимыми правонарушениями. Ввиду казуистичности оснований ответственности за причинение морального вреда по неосторожности определение размера компенсации в англосаксонском праве формально не упорядочено, но необходимость подчиняться прецедентам при разрешении вопроса о наличии оснований ответственности на практике приводит к тому, что судья принимает во внимание размер компенсации морального вреда, присужденный ранее в сходном деле[83] .

На наш взгляд, методика определения размеров денежных компенсаций морального вреда, предложенная A.M. Эрделевским, имеет определенные недостатки. Так, согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда по делам о возмещении вреда, причиненного распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, осуществляется независимо от вины причинителя морального вреда, а, следовательно, она возможна и в случаях отсутствия вины причинителя такого вреда. Но если в предложенной формуле степень вины причинителя равна нулю, что допускает А.М. Эрделевский, то в нарушение требований закона заинтересованное лицо не сможет получить денежную компенсацию морального вреда от невиновного причинения вреда недостоверной диффамацией. В таком случае «где же тот калькулятор, который конвертирует субъективные эмоциональные ощущения в объективные рубли?». Кроме того, формула A.M. Эрделевского не позволяет учитывать такой важный критерий, применяемый при определении размера денежной компенсации морального вреда, как разумность и справедливость. В то же время трудно не согласиться с A.M. Эрделевским, отметившим, что «нецелесообразно было бы связывать с применением формулы имущественное положение причинителя вреда, так как это обстоятельство никак не связано ни с самим правонарушением, ни с перенесенными потерпевшим страданиями. Учет имущественного положения причинителя вреда может повлечь лишь снижение размера компенсации, но не отказ в ее взыскании; учет этого обстоятельства в случае причинения вреда умышленными действиями вообще не допускается». Мы разделяем позицию A.M. Эрделевского по вопросу о том, что критерий учета имущественного положения причинителя вреда может учитываться только при отсутствии умысла в его деянии, причинившем потерпевшему моральный вред. Отметим также, что невозможно, на наш взгляд, объективно определить коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего, используемый A.M. Эрделевским в формуле, предлагаемой им в качестве способа определения размера компенсации морального вреда, поскольку трудно представить себе граждан с абсолютно идентичной психикой, особенностями биографии, мироощущением и т.п[84] . Поэтому мы, поддерживая в целом позицию Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина о том, что стоимость человеческих страданий не высчитывается и может быть определена судом главным образом субъективно, по совокупности обстоятельств данного конкретного дела, в целях обеспечения все же более единообразного подхода отечественных судов к определению размеров денежных компенсаций морального вреда предлагаем уточнить и дополнить существующие критерии.

С этой целью необходимо обратиться к зарубежному, и, в частности, к американскому опыту. В США потерпевший, которому удается доказать каждый из элементов исковой жалобы, может возместить как «общие» убытки, то есть компенсацию, которая, по мнению присяжных или судьи, ведущего дело, соответствует ущербу, нанесенному его репутации, так и «специальные» убытки, то есть возмещение фактически понесенных им издержек, как, например, невыплаченная заработная плата, медицинские затраты, несостоявшаяся сделка и т.н., которые явились непосредственным результатом публикации порочащего материала. В некоторых обстоятельствах истцу также может быть присуждено возмещение «штрафных убытков», то есть дополнительной суммы денег (помимо фактических убытков потерпевшего), которые открыто присуждаются не для компенсации, а с целью наказать распространителя и предотвратить нарушения в будущем. В отличие от системы римского права, так же, как и в большинстве других систем общего права, американский закон обычно разрешает присуждение потерпевшему штрафных убытков в случаях гражданского правонарушения, если истец доказал, что ответчик действовал мошеннически или злонамеренно. Верховный суд США решил, тем не менее, что штаты могут присуждать штрафные убытки только в тех случаях диффамации, когда потерпевший доказывает также «фактическую злонамеренность», то есть сознательную ложь или ложь по опрометчивости, по крайней мере, в случаях, затрагивающих собственные интересы[85] .

На наш взгляд, целесообразно рекомендовать судам с помощью принятия соответствующего постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении размера денежной компенсации морального вреда, причиненного распространением сведений, порочащих честь, достоинство и (или) деловую репутацию гражданина, включать в этот размер, в зависимости от обстоятельств конкретного дела, специальные, общие и штрафные убытки, причиненные потерпевшему. В этом постановлении следует дать определение понятий «специальные убытки», «общие убытки» и «штрафные убытки». Так, специальные убытки можно определить как убытки, фактически понесенные истцом в результате распространения о нем не соответствующих действительности и порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию сведений. К специальным убыткам следует относить судебные издержки потерпевшего, включая расходы на помощь представителя, медицинские затраты, вызванные ухудшением здоровья истца, наступившим вследствие распространения о нем не соответствующих действительности порочащих сведений, неполученный доход (упущенную выгоду). Размер специальных убытков должен определяться на основе документов, прилагаемых к исковому заявлению (договор об оказании представительских услуг, медицинские справки, чеки, свидетельствующие о расходах на покупку лекарств при ухудшении здоровья, данные о получаемой заработной плате при потере работы вследствие распространения спорных сведений и т.д.). Таким образом, размер денежной компенсации истцу специальных убытков может быть объективно установлен судом при вынесении решения по делу. Общие убытки можно определить как денежную компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате распространения о нем порочащих, не соответствующих действительности сведений, если эти сведения были распространены по обычной неосторожности. Штрафные убытки можно определить как денежную компенсацию морального вреда гражданину, если в отношении него были распространены порочащие, не соответствующие действительности сведения по грубой неосторожности либо умышленно[86] .

При определении размера штрафных убытков суды должны, по нашему мнению, руководствоваться названными в ГК РФ критериями определения размеров денежных компенсаций морального вреда. Нам представляются неприемлемыми в равной мере как точка зрения, согласно которой размер компенсации морального вреда должен определяться, как правило, символической суммой, так и позиция, согласно которой всегда должны взыскиваться значительные суммы. При определении размеров денежных компенсаций морального вреда от недостоверной диффамации суды должны, прежде всего, исходить из способа распространения порочащих сведений (устно, письменно, в печати, по радио, телевидению), степени их распространения (понятно, что сведения, распространенные в прямом эфире федерального телеканала, а также индивидуальных особенностей потерпевшего, к которым следует отнести психические особенности личности - направленность, способности, темперамент, характер, то есть содержание и глубину тех эмоций, тех переживаний, которые вызваны неправомерными действиями[87] .

Подводя итог вышесказанному, отметим, что предлагаемый нами способ определения размеров денежных компенсаций применительно к делам о защите чести, достоинства и деловой репутации позволит установить единообразный подход судов к решению вопроса о возмещении морального вреда при распространении о гражданине порочащих, не соответствующих действительности сведений и избежать явных несправедливостей, имеющих место в судебной практике в настоящее время.

Следует также особо оговорить, что компенсация морального вреда может быть назначена только гражданам. Организации вправе требовать по суду в случае распространения не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию сведений их опровержения и возмещения ответчиком причиненного распространением этих сведений реального ущерба, включая упущенную выгоду.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В качестве итога проведенному исследованию отметим, что российское гражданское законодательство в целом соответствует потребностям защиты чести и достоинства как личных нематериальных благ. При этом следует отметить, что для обеспечения еще более эффективной защиты указанных нематериальных благ целесообразным представляется ликвидация некоторых отмеченных пробелов путем предлагаемых новаций в нормы действующего ГК РФ. Эти новации позволят конкретизировать понятие «порочащие сведения», создать возможности для гражданско-правовой защиты чести и достоинства от достоверной диффамации, порочащих сведений, распространенных в оскорбительной форме, усовершенствовать названные в ГК РФ способы защиты данных благ.

В неразрывной связи двух аспектов чести - объективного и субъективного - нельзя выделить один главенствующий, первостепенный аспект. Внешняя (объективная) и внутренняя (субъективная) формы чести равнозначны и взаимообусловлены, ведь общественное мнение о лице может сформироваться только и исключительно вследствие совершения им тех или иных действий, поступков.

Репутация является по отношению к чести родовым понятием. Слово «честь» можно считать синонимом понятия «хорошая репутация», причем применительно к чести следует говорить о положительной общественной оценке не любых, а именно морально-нравственных качеств, принципов личности. Таким образом, честь - это защищаемое правовыми нормами нематериальное благо, представляющее собой основанную на достоверной информации положительную общественную оценку моральных, нравственных и интеллектуальных качеств личности. Достоинство - это защищаемое правовыми нормами нематериальное благо, представляющее собой положительную самооценку индивидом своих моральных, нравственных, интеллектуальных и профессиональных качеств.

Защищаемое в ст. 152 ГК РФ право на честь можно определить как право гражданина требовать, чтобы его репутация складывалась на основе достоверных сведений о его поведении и чтобы его публичная моральная оценка соответствовала действительности выполняемых им требований закона, морали, деловых обыкновений.

1.Достоинство лица и особое субъективное право на достоинство прекращаются в момент смерти этого лица, а честь и право на честь могут сохраняться и после смерти, поскольку у окружающих сохраняется память об умершем и, следовательно, оценка его моральных, нравственных и интеллектуальных качеств. Само же себя лицо после смерти оценивать естественно, не может, поэтому следует исключить из абзаца 2 п. 1 ст. 152 ГК РФ термин «достоинство» и сохранить данный абзац в следующей редакции: «По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести гражданина и после его смерти».

2. Объектами посягательства следует, считать формы общественной оценки лица – честь, достоинство и деловую репутацию. Следует законодательно закрепить в ст. 152 ГК РФ понятие диффамации в п. 1, сформулировав его следующим образом: «Порочащими признаются сведения, не соответствующие действительности и умаляющие в глазах здравомыслящих людей честь и (или) положительную деловую репутацию гражданина либо положительную деловую репутацию организации». Соответственно п. 1 данной статьи станет в новой редакции п. 2, а в качестве нематериальных благ, защищаемых нормами данной статьи, следует упоминать только честь и деловую репутацию.

3. Коллажи, карикатуры, шаржи сами по себе, не сопровождаемые какой-либо дополнительной информацией в виде статей, комментариев, подписей, не могут считаться сведениями и, следовательно, не подлежат опровержению по суду. Но если иллюстрация дополняет некий текст и может быть воспринята читателем только в неразрывной связи с ним, если иллюстрация и текст представляют единое целое, то их совокупность можно считать сведениями и соответственно требовать их опровержения по суду.

4.Принесение извинений может рассматриваться как гражданско-правовой способ защиты чести и достоинства не только от достоверной диффамации и достоинства - от очевидного оскорбления, но и как способ защиты чести от недостоверной диффамации. В связи с этим, исходя из особой ценности чести и достоинства, как для самого обладателя данных нематериальных благ, так и для морально-нравственного состояния общества, мы предлагаем дополнить п. 2 ст. 152 ГК РФ абзацем 4 следующего содержания: «Гражданин вправе требовать по суду принесения распространителем порочащих его честь и (или) деловую репутацию и не соответствующих действительности сведений извинений в установленной судом форме, независимо от способа распространения указанных сведений».

5. На наш взгляд, целесообразно рекомендовать судам с помощью принятия соответствующего постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении размера денежной компенсации морального вреда, причиненного распространением сведений, порочащих честь, достоинство и (или) деловую репутацию гражданина, включать в этот размер, в зависимости от обстоятельств конкретного дела, специальные, общие и штрафные убытки, причиненные потерпевшему. В этом постановлении следует дать определение понятий «специальные убытки», «общие убытки» и «штрафные убытки». Так, специальные убытки можно определить как убытки, фактически понесенные истцом в результате распространения о нем не соответствующих действительности и порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию сведений. К специальным убыткам следует относить судебные издержки потерпевшего, включая расходы на помощь представителя, медицинские затраты, вызванные ухудшением здоровья истца, наступившим вследствие распространения о нем не соответствующих действительности порочащих сведений, неполученный доход (упущенную выгоду). Размер специальных убытков должен определяться на основе документов, прилагаемых к исковому заявлению (договор об оказании представительских услуг, медицинские справки, чеки, свидетельствующие о расходах на покупку лекарств при ухудшении здоровья, данные о получаемой заработной плате при потере работы вследствие распространения спорных сведений и т.д.). Таким образом, размер денежной компенсации истцу специальных убытков может быть объективно установлен судом при вынесении решения по делу. Общие убытки можно определить как денежную компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате распространения о нем порочащих, не соответствующих действительности сведений, если эти сведения были распространены по обычной неосторожности. Штрафные убытки можно определить как денежную компенсацию морального вреда гражданину, если в отношении него были распространены порочащие, не соответствующие действительности сведения по грубой неосторожности либо умышленно.

6. Предлагается дополнить действующий ГК РФ статьей 152а с названием «Защита достоинства гражданина от порочащих сведений, распространенных в оскорбительной форме». В данную статью целесообразно включить три пункта:

«1. Если о гражданине были распространены порочащие сведения, содержащие очевидное оскорбление, причиняющие обиду и унижающие его достоинство, то гражданин вправе требовать по суду обязания оскорбителя принести ему извинения в установленной судом форме и компенсировать причиненные убытки и моральный вред в денежной форме.

2.Всегда являются порочащими и не соответствующими действительности (очевидное оскорбление) сведения о гражданине, распространенные в виде:

а)неприличной брани (мата);

б)имеющего негативный характер сравнения с представителями животного растительного мира, предметами мебели, представителями определенных профессий, а также указания на отсутствие интеллектуальных качеств.

3.Не являются очевидным оскорблением сведения о совершении лицом, которого они касаются, правонарушения либо противоречащего нормам морали поступка».

Предлагаемые новации, как представляется, расширят возможности граждан по защите чести и достоинства, что, учитывая абсолютный характер и общественную ценность данных субъективных прав, позволит лучше выполнять задачу гражданского права по максимальной ликвидации неблагоприятных последствий правонарушений.


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации [Текст]: офиц. текст. от 12.12.1993 г. // Российская газета. – 1993. – № 237.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) [Текст]: [Федеральный закон № 51-ФЗ, принят 30.11.1994 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) [Текст]: [Федеральный закон № 14-ФЗ, принят 26.01.1996 г., по состоянию на 14.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 5. – Ст. 410.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) [Текст]: [Федеральный закон № 146-ФЗ, принят 26.11.2001 г., по состоянию на 30.06.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2001. – № 49. – Ст. 4552.

5. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации [Текст]: [Федеральный закон № 138-ФЗ, принят 14.11.2002 г., по состоянию на 22.11.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.

6. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации [Текст]: [Федеральный закон № 95-ФЗ, принят 24.07.2002 г., по состоянию на 03.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 30. – Ст. 3012.

7. Уголовный кодекс Российской Федерации [Текст]: [Федеральный закон № 63-ФЗ, принят 13.06.1996 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.

8. О средствах массовой информации [Текст]: [Закон РФ № 2124-1, принят 27.12.1991 г., по состоянию на 25.12.2008] // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1992. – № 7. – Ст. 300.

9. О рекламе [Текст]: [Федеральный закон № 38-ФЗ, принят 13.03.2006 г., по состоянию на 27.10.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 12. – Ст. 1232.

10. О коммерческой тайне [Текст]: [Федеральный закон №98-ФЗ, принят 29.07.2004 г., по состоянию на 24.07.2007] // Собрание законодательства РФ. – 2004. – № 32. – Ст. 3283.

11. О банках и банковской деятельности [Текст]: [Федеральный закон № 395-1, принят 02.12.1990 г., по состоянию на 27.10.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 6. – Ст. 492.

12. О статусе судей в Российской Федерации [Текст]: [Закон РФ № 3132-1, принят 26.06.1992 г., по состоянию на 31.01.2008] // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1992. – № 30. – Ст. 1792.

Научная и учебная литература

13. Андреев Ю.Н. Личные неимущественные отношения как предмет гражданского права [Текст] // Антология научной мысли: К 10-летию Российской академии правосудия: Сборник статей / Отв. ред. Ершов В.В., Тузов Н.А. – М., Статут. 2008. – 678 с.

14. Анисимов А.Л. Актуальные вопросы гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации в РФ (теория и практика) [Текст] – М., Норма. 2008. – 432 с.

15. Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация под защитой закона. [Текст] – М., Норма. 2004. – 476 с

16. Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация: гражданско-правовая защита. [Текст] – М., Юристъ. 2006. – 492 с.

17. Астафичев П.А. Право человека на личное достоинство: конституционно-правовые основы и проблемы реализации [Текст] // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 3. – С. 27.

18. Астахов П. О защите чести и деловой репутации [Текст] // Современное право. – 2008. – № 12. – С. 24.

19. Бабенко А.В. Нематериальные блага как объект гражданских правоотношений [Текст] // Право и экономика. – 2006. – № 6. – С. 20.

20. Беспалов А.В. Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданских прав. [Текст] – М., Юрайт. 2008. – 478 с.

21. Вандерет Р. Американское диффамационное право и судопроизводство. Обзор законодательства и судебной практики защиты чести и достоинства в США [Текст] // Законодательство и практика средств массовой информации. – 1996. – № 12. – С. 11-13.

22. Гражданское право. Учебник для вузов. Часть первая [Текст] / Под общ. ред. Илларионовой Т.И., Гонгало Б.М., Плетнева В.А. – М., Норма. 2007. – 784 с.

23. Гражданское право. Учебник. Часть 1. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – 834 с.

24. Гражданское право. Учебник. Часть II. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – 856 с.

25. Гражданское право. Часть первая: Учебник [Текст] / Под ред. Калпина А.Г., Масляева А.И. – М., Юристъ. 2006. – 734 с.

26. Гражданское право: в 2 Т. Том I: учебник [Текст] / Под ред. Суханова Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – 836 с.

27. Грось Л. Еще раз о свободе мнения и защите чести [Текст] // Российская юстиция. – 2008. – № 9. – С. 19-20.

28. Егизарова С.В. Проблемные вопросы компенсации морального вреда в случаях ненадлежащей медицинской помощи [Текст] // Медицинское право. – 2007. – № 1. – С. 26.

29. Егоров Н.Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений: единство и дифференциация. [Текст] – Л., Ленинградский ун-т. 1988. – 476 с.

30. Ерошенко А.А. Гражданско-правовая защита чести и достоинства [Текст] // Советское государство и право. – 1980. – № 10. – С. 138.

31. Иваненко Ю.Г. Актуальные вопросы защиты чести, достоинства, деловой репутации граждан и деловой репутации юридических лиц. [Текст] – М., Волтерс Клувер. 2008. – 378 с.

32. Иваненко Ю.Г. О гражданско-правовой защите чести, достоинства и деловой репутации [Текст] // Законодательство. – 1998. – № 12. – С. 23.

33. Иваненко Ю.Г. О гражданско-правовой защите чести, достоинства и деловой репутации [Текст] // Законодательство. – 2007. – № 12. – С. 25.

34. Иванов В.М. К вопросу о размере компенсации морального вреда [Текст] // Российский судья. – 2000. – №4. – С. 20-21.

35. Иоффе О.С. Новая кодификация советского законодательства и охрана чести и достоинства граждан [Текст] // Советское государство и право. – 1962. –№ 7. – С. 64.

36. Иоффе О.С. Советское гражданское право. Общая часть. [Текст] – Л., ЛГУ. 1958. – 764 с.

37. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая [Текст] / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт-Издат. 2008. – 876 с.

38. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) [Текст] / Отв. ред. Радченко В.И. – М., Проспект. 2008. – 832 с.

39. Красавчикова Л.О. Понятие и система личных неимущественных прав граждан (физических лиц) в гражданском праве Российской Федерации. [Текст] – М., Статут. 2004. – 498 с.

40. Малеин Н.С. О моральном вреде [Текст] // Государство и право. – 1993. – № 3. – С. 32.

41. Малеина М.Н. Защита чести, достоинства, деловой репутации предпринимателя [Текст] // Законодательство и экономика. – 1993. – № 24. – С. 18-20.

42. Малеина М.Н. Личные неимущественные права граждан (понятие, осуществление и защита). [Текст] – М., Юристъ. 2005. – 476 с.

43. Марченко С.В., Лазарева-Пацкая Н.В. Проблемы компенсации морального вреда в зеркале российского права [Текст] // Адвокатская практика. – 2008. – № 5. – С. 26.

44. Мицкевич А.В. Субъекты советского права. [Текст] – М., Юридическая литература. 1962. – 568 с.

45. Мишонов А.С. Защита деловой репутации: основные моменты, на которые стоит обратить внимание [Текст] // Право и экономика. – 2008. – № 9. – С. 24.

46. Потапенко С. Действующий способ защиты [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2004. – № 1. – С. 6.

47. Потапенко С.В. О понятии диффамации в СМИ [Текст] // Юридический мир. – 2007. – № 1. – С. 51.

48. Потапенко С.В. Проблемы судебной защиты от диффамации в СМИ [Текст] – М., Статут. 2007. – 398 с.

49. Потапенко СВ. Проблемы судебной защиты от диффамации в СМИ [Текст] // Юридический мир. – 2008. – № 5. – С. 24;

50. Придворов Н.А. Достоинство личности и социальное право. [Текст] – М., Юридическая литература. 1977. – 376 с.

51. Рафиева Л.К. Честь и достоинство как правовые категории [Текст] // Правоведение. – 1966. – № 2. – С. 56.

52. Резник Г.М. Страдания по тарифу [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 35. – С. 7.

53. Российское гражданское право: Учебник [Текст] / Под ред. Крыловой З.Г., Гаврилова Э.П. – М., ЮрИнфоР. 2006. – 782 с.

54. Рудый Н.К. Правовая характеристика чести, достоинства и репутации [Текст] // Юрист. – 2008. – № 3. – С. 17.

55. Румынина В.В., Клименко А.В. Теория государства и права: Методическое пособие. [Текст] – М., Инфра-М. 2008. – 876 с.

56. Самородов Д.А. Использование внешнего облика лица в политической рекламе как основание требовать судебной защиты чести и достоинства [Текст] – М., ПОЛТЕКС. 2006. – 512 с.

57. Симанович Л.Н. Обеспечение надлежащей защиты деловой репутации граждан и организаций [Текст] // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 10. – С. 22.

58. Тимешов Р.П. Понятие морального вреда в гражданском праве России [Текст] // Российская юстиция. – 2008. – № 6. – С. 25.

59. Трунов И.Л. Правовое регулирование оценки морального вреда [Текст] // Административное и муниципальное право. – 2008. – № 10. – С. 11.

60. Флейшиц Е.А. Личные права в гражданском праве Союза ССР и капиталистических стран. [Текст] // Уч. труды ВИЮН. – 1941. – Вып. 6. – С. 147.

61. Холи Р. Мнение и добросовестный комментарий в праве о диффамации [Текст] // Законодательство и практика средств массовой информации. – 1997. – № 6. – С. 3.

62. Цыбулевская О.И., Власова О.В. Защита чести и достоинства личности в гражданском праве [Текст] // Цивилист. – 2008. – № 3. – С. 26.

63. Чеботарева А.А. Диффамация в сетевых СМИ [Текст] // Информационное право. – 2006. – № 4. – С. 87.

64. Эрделевский A.M. Компенсация морального вреда: анализ и комментарий законодательства и судебной практики. [Текст] – М., БЕК. 2000. – 432 с.

65. Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания. Научно-практическое пособие. [Текст] – М., Волтерс Клувер. 2007. – 374 с.

66. Эрделевский A.M. Проблемы компенсации за причиненные страдания в российском и зарубежном праве. [Текст] - М., Волтерс Клувер. 2007. – 426с.

67. Юдин А.В. "Злоупотребление правом на обращение" по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации юридических лиц [Текст] // Журнал российского права. – 2006. – № 10. – С. 25.

Материалы юридической практики

68. О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда РФ. [Текст]: [Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6, от 25.04.1995 г.] // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 7. – С. 54.

69. Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда [Текст]: [Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10, от 20.12.1994 г.] // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 2. – С. 46.

70. О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц [Текст]: [Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 11, от 18.08.1992 г.] // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1992. – № 11. – С. 45.

71. Определение ВАС РФ от 21.12.2007 № 17184/07 // Вестник ВАС РФ.- 2008.- № 5.- С.11.

72. Постановление ФАС Поволжского округа от 20.02.2007 по делу № А55-4533/2006-27// Вестник ВАС РФ.-2008.-№ 1.- С.56.

73. Решение Арбитражного суда г. Москвы № А40-40374/04-89-467 от 27 октября 2004 г. // http://www.msk.arbitr.ru/pract.


[1] Малеина М.Н.Личные неимущественные права граждан (понятие, осуществление и защита). [Текст] – М., Юристъ. 2005. – С. 67.

[2] Эрделевский A.M.Проблемы компенсации за причиненные страдания в российском и зарубежном праве. [Текст] - М., Волтерс Клувер. 2007. – С. 76.

[3] Потапенко СВ. Проблемы судебной защиты от диффамации в СМИ [Текст] // Юридический мир. – 2008. – № 5. – С. 24; Юдин А.В. "Злоупотребление правом на обращение" по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации юридических лиц [Текст] // Журнал российского права. – 2006. – № 10. – С. 25.

[4] Российское гражданское право: Учебник [Текст] / Под ред. Крыловой З.Г., Гаврилова Э.П. – М., ЮрИнфоР. 2006. – С. 54.

[5] Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. [Текст] (постатейный) / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт-Издат. 2008. – С. 203.

[6] Гражданское право. Учебник. Часть 1. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – С. 318.

[7] Красавчикова Л.О. Понятие и система личных неимущественных прав граждан (физических лиц) в гражданском праве Российской Федерации. [Текст] – М., Статут. 2004. – С. 12.

[8] Самородов Д.А. Использование внешнего облика лица в политической рекламе как основание требовать судебной защиты чести и достоинства [Текст] – М., ПОЛТЕКС. 2006. – С. 8.

[9] Малеина М.Н.Личные неимущественные права граждан (понятие, осуществление и защита). [Текст] – М., Юристъ. 2005. – С. 9.

[10] Бабенко А.В. Нематериальные блага как объект гражданских правоотношений [Текст] // Право и экономика. – 2006. – № 6. – С. 20.

[11] Гражданское право: в 2 Т. Том I: учебник [Текст] / Под ред. Суханова Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С.30.

[12] Ерошенко А.А. Гражданско-правовая защита чести и достоинства [Текст] // Советское государство и право. – 1980. – № 10. – С. 138.

[13] Малеина М.Н. Защита чести, достоинства, деловой репутации предпринимателя [Текст] // Законодательство и экономика. – 1993. – № 24. – С. 18.

[14] Иоффе О.С. Советское гражданское право. Общая часть. [Текст] – Л., ЛГУ. 1958. – С. 101; Мицкевич А.В. Субъекты советского права. [Текст] – М., Юридическая литература. 1962. – С. 59.

[15] Рафиева Л.К. Честь и достоинство как правовые категории [Текст] // Правоведение. - 1966. - № 2. - С. 56.

[16] Анисимов А.Л. Актуальные вопросы гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации в РФ (теория и практика) [Текст] – М., Норма. 2008. – С. 19.

[17] Анисимов А.Л. Указ. соч. - С. 20-21; Малеина М.Н. Указ. соч. – С. 9; Гражданское право. Учебник. Часть II. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – С. 319.

[18] Рафиева Л.К. Указ. соч. – С. 56 - 58.

[19] Андреев Ю.Н. Личные неимущественные отношения как предмет гражданского права [Текст] // Антология научной мысли: К 10-летию Российской академии правосудия: Сборник статей / Отв. ред. Ершов В.В., Тузов Н.А. – М., Статут. 2008. – С. 321.

[20] Гражданское право. Учебник для вузов. Часть первая [Текст] / Под общ. Ред. Илларионовой Т.И., Гонгало Б.М., Плетнева В.А. – М., Норма. 2007. – С. 174.

[21] Беспалов А.В. Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданских прав. [Текст] – М., Юрайт. 2008. – С. 14.

[22] Кислов Д.В. Нематериальные активы: учет и налоги [Текст]. М.: Статус-Кво 97, 2006.- С.11.

[23] Решение Арбитражного суда г. Москвы № А40-40374/04-89-467 от 27 октября 2004 г. // http://www.msk.arbitr.ru/pract.

[24] Егоров Н.Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений: единство и дифференциация. [Текст] – Л., Ленинградский ун-т. 1988. – С. 117.

[25] Егоров П.Д. Указ. соч. - С. 117.

[26] Рудый Н.К. Правовая характеристика чести, достоинства и репутации [Текст] // Юрист. – 2008. – № 3. – С. 17.

[27] Егоров Н.Д. Указ. соч. - С. 118.

[28] Егоров Н.Д. Указ. соч. – С. 118.

[29] Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация: гражданско-правовая защита. [Текст] – М., Юристъ. 2006. – С. 20.

[30] Придворов Н.А. Достоинство личности и социальное право. [Текст] – М., Юридическая литература. 1977. – С.34.

[31] Гражданское право. Часть первая: Учебник [Текст] / Под ред. Калпина А.Г., Масляева А.И. – М., Юристъ. 2006. – С. 163-164.

[32] Потапенко С.В. О понятии диффамации в СМИ [Текст] // Юридический мир. – 2007. – № 1. – С. 51.

[33] Чеботарева А.А. Диффамация в сетевых СМИ [Текст] // Информационное право. – 2006. – № 4. – С. 87.

[34] Потапенко С.В. Указ. соч. – С. 51.

[35] Эрделевский A.M. Компенсация морального вреда: анализ и комментарий законодательства и судебной практики. [Текст] – М., БЕК. 2000. – С. 131.

[36] Гражданское право: в 2 Т. Том I: учебник [Текст] / Под ред. Суханова Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С.236.

[37] Астахов П. О защите чести и деловой репутации [Текст] // Современное право. – 2008. – № 12. – С. 24.

[38] Иваненко Ю.Г. О гражданско-правовой защите чести, достоинства и деловой репутации [Текст] // Законодательство. – 1998. – № 12. – С. 23.

[39] Потапенко С.В. Указ. соч. – С. 54.

[40] Румынина В.В., Клименко А.В. Теория государства и права: Методическое пособие. [Текст] – М., Инфра-М. 2008. – С. 205.

[41] Ведомости СНД и ВС РФ. – 1992. – № 7. – Ст. 300.

[42] Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.

[43] Потапенко С.В. Указ. соч. – С. 55.

[44] Красавчикова Л.О. Понятие и система личных неимущественных прав граждан (физических лиц) в гражданском праве Российской Федерации. [Текст] – М., Статут. 2004. – С. 189.

[45] Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1992. – № 11. – С. 45.

[46] Флейшиц Е.А. Личные права в гражданском праве Союза ССР и капиталистических стран. [Текст] // Уч. труды ВИЮН. – 1941. – Вып. 6. – С. 147.

[47] Ерошенко А.А. Указ. соч. – С. 142.

[48] Эрделевский A.M. Указ. соч. – С. 113.

[49] Малеина М.Н. Защита чести, достоинства, деловой репутации предпринимателя [Текст] // Законодательство и экономика. – 1993. – № 24. – С. 18-20.

[50] Иваненко Ю.Г. Указ. соч. – С. 22- 23.

[51] Красавчикова Л.О. Указ. соч. – С. 190-191.

[52] Иоффе О.С. Новая кодификация советского законодательства и охрана чести и достоинства граждан [Текст] // Советское государство и право. – 1962. –№ 7. – С. 64.

[53] Ерошенко А.А. Указ. соч. - С. 136.

[54] Красавчикова Л.О. Указ. соч. – С. 187.

[55] Определение ВАС РФ от 21.12.2007 № 17184/07 // Вестник ВАС РФ.- 2008.- № 5.- С.11.

[56] Трунов И.Л. Правовое регулирование оценки морального вреда [Текст] // Административное и муниципальное право. – 2008. – № 10. – С. 11.

[57] Тимешов Р.П. Понятие морального вреда в гражданском праве России [Текст] // Российская юстиция. – 2008. – № 6. – С. 25.

[58] Холи Р. Мнение и добросовестный комментарий в праве о диффамации [Текст] // Законодательство и практика средств массовой информации. – 1997. – № 6. – С. 3.

[59] Потапенко С.В. Указ. соч. – С. 52, 54.

[60] Эрделевский A.M. Указ. соч. – С. 124; Грось Л. Еще раз о свободе мнения и защите чести [Текст] // Российская юстиция. – 2008. – № 9. – С. 19-20.

[61] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) [Текст] / Отв. ред. Радченко В.И. – М., Проспект. 2008. – С. 229.

[62] Иваненко Ю.Г. Актуальные вопросы защиты чести, достоинства, деловой репутации граждан и деловой репутации юридических лиц. [Текст] – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 8.

[63] Иваненко Ю.Г. О гражданско-правовой защите чести, достоинства и деловой репутации [Текст] // Законодательство. – 2007. – № 12. – С. 25.

[64] Цыбулевская О.И., Власова О.В. Защита чести и достоинства личности в гражданском праве [Текст] // Цивилист. – 2008. – № 3. – С. 26.

[65] Красавчикова Л.О. Указ. соч. – С. 185.

[66] Беспалов А.В. Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданских прав [Текст] – М., Волтерс Клувер. 2007. – С. 20-21.

[67] Потапенко С.В. Проблемы судебной защиты от диффамации в СМИ [Текст] – М., Статут. 2007. – С. 15.

[68] Потапенко С.В. Указ. соч. – С. 15.

[69] Мишонов А.С. Защита деловой репутации: основные моменты, на которые стоит обратить внимание [Текст] // Право и экономика. – 2008. – № 9. – С. 24.

[70] Симанович Л.Н. Обеспечение надлежащей защиты деловой репутации граждан и организаций [Текст] // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 10. – С. 22.

[71] Астафичев П.А. Право человека на личное достоинство: конституционно-правовые основы и проблемы реализации [Текст] // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 3. – С. 27.

[72] Постановление ФАС Поволжского округа от 20.02.2007 по делу № А55-4533/2006-27// Вестник ВАС РФ.-2008.-№ 1.- С.56.

[73] Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация под защитой закона. [Текст] – М., Норма. 2004. – С. 101 - 117.

[74] Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания. Научно-практическое пособие. [Текст] – М., Волтерс Клувер. 2007. – С. 5; Малеин Н.С. О моральном вреде [Текст] // Государство и право. – 1993. – № 3. – С. 32.

[75] Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 2. – С. 46.

[76] Потапенко С. Действующий способ защиты [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2004. – № 1. – С. 6.

[77] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая [Текст] / Под ред. Абовой Т.Е.Ю Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт-Издат. 2008. – С. 6.

[78] Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 7. – С. 54.

[79] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая [Текст] / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт-Издат. 2008. – С. 6.

[80] Эрделевский A.M. Указ. соч. – С. 185 - 209.

[81] Резник Г.М. Страдания по тарифу [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 35. – С. 7.

[82] Иванов В.М. К вопросу о размере компенсации морального вреда [Текст] // Российский судья. – 2000. – №4. – С. 20-21.

[83] Эрделевский A.M. Указ. соч. – С. 26 - 40, 55-75.

[84] Эрделевский A.M. Указ. соч. – С. 207.

[85] Вандерет Е. Американское диффамационное право и судопроизводство. Обзор законодательства и судебной практики защиты чести и достоинства в США [Текст] // Законодательство и практика средств массовой информации. – 1996. – № 12. – С. 12 - 13.

[86] Егизарова С.В. Проблемные вопросы компенсации морального вреда в случаях ненадлежащей медицинской помощи [Текст] // Медицинское право. – 2007. – № 1. – С. 26.

[87] Марченко С.В., Лазарева-Пацкая Н.В. Проблемы компенсации морального вреда в зеркале российского права [Текст] // Адвокатская практика. – 2008. – № 5. – С. 26.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений07:10:47 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
21:38:58 28 ноября 2015

Работы, похожие на Дипломная работа: Честь, достоинство и деловая репутация как объекты гражданского права

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150330)
Комментарии (1830)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru