Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Курсовая работа: Идентификация как механизм адаптации к школьной жизни у первоклассников

Название: Идентификация как механизм адаптации к школьной жизни у первоклассников
Раздел: Рефераты по педагогике
Тип: курсовая работа Добавлен 02:59:06 10 января 2005 Похожие работы
Просмотров: 194 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

КУРСОВАЯ РАБОТА

Тема:

Идентификация как механизм адаптации к
школьной жизни у первоклассников

СОДЕРЖАНИЕ

Введение ……………………………………………………………………..... 3

1. Психологическая готовность ребенка к школе ……………..……... 5

2. Личностные формирования в учебной деятельности

младших школьников …………………………………………………... 9

3. Идентификация как механизм адаптации к школьной жизни ... 18

Заключение ………………………………………………………………….. 31

Список использованной литературы …………………………………... 32


ВВЕДЕНИЕ

Детство – страна удивительная. В ней все возможно, все по­зволено. Слабый и беззащитный может стать сильным и всемо­гущим, скучное и неинтересное может оказаться веселым и за­нимательным. В этой стране каждый может преодолеть все не­взгоды и неприятности, сделать мир вокруг ослепительно красочным, ярким и интересным. Для этого достаточно всего лишь быть ребенком, воображение и творчество которого могут создавать чудеса.

Об этом не раз писали известные педагоги, убежденные в том, что способности даны каждому человеку с рождения. Однако, будут ли они развиваться или наоборот угасать, зависит от того, как растить ребенка. Боязнь жизненных осложнений порой за­ставляет взрослого ограждать ребенка и лишать его самостоя­тельности.

В представленном реферате рассматривается проблема психологической готовности детей к школе и идентификация как механизм адаптации к школьной действительности у учащихся первых классов .

Поступление в первый класс школы коренным образом меняет поло­жение ребенка. Учение становится для него основным ве­дущим видом деятельности. Он начинает понимать, что учебный процесс важен не только для школьников и их родителей, но и для всего общества. Вся жизнь, поступки, отношения детей со сверстниками и с взрослыми рассма­триваются через призму школьных дел, успехов или не­удач. Необходимо понимать состояние внутренней тревоги ребенка: ему хочется стать учеником, но он ощущает оп­ределенный страх перед школой, так как предстоит зани­маться делом общественно значимым, обязательным. У ребенка возникает потребность учиться в школе, желание стать школьником, занять новую позицию в жизни. Стрем­ление дошкольника старшего возраста включиться в мир серьезных взрослых обязанностей выражается в желании стать учеником, идти в школу, заниматься тем, чем зани­маются старшие ребята. Возникновение у ребенка такого уровня самосознания означает, что наступил конец до­школьного периода. В русле и рамках учебной деятельно­сти у младшего школьника формируются психические про­цессы, складываются основные качества личности. Поэтому очень важно рассмотреть основные направления, концепции и взгляды ведущих психологов и детских педагогов, чтобы иметь представление об имеющихся данных и знать, в каких направлениях следует проводить новые исследования и практические наработки.

Под психологической готовностью понимается необходимый и достаточный уровень психического развития ребенка для воспитания в коллективе сверстников. Психологическая готовность ребенка к школе – это один из важнейших итогов психического развития в период детства.

Высокие требования жизни к организации воспитания и обучения заставляют искать новые, более эффективные психолого-педагогические подходы, нацеленные на приведение методов обучения в соответствие требованиям жизни. В этом смысле проблема адаптации младших школьников приобретает особое значение. С ее решением связано определение целей и принципов организации обучения и воспитания в первом классе школы. В тоже время от ее решения зависит успешность последующего обучения детей в школе.

1. Психологическая готовность

ребенка к школе

Подготовка к школе включает в себя формирование готовности к принятию новой «со­циальной позиции» – позиции школьника, имеюще­го круг определенных обязанностей и прав и занима­ющего особое положение среди людей. Эта личностная готовность выражается, прежде всего, в отношении ре­бенка к школе, к учебной деятельности, к учителям, к самому себе.

Большинство детей старшего дошкольного возраста стремятся поступить в школу, некоторых она привлека­ет внешними атрибутами, потому что, по существу, дети о школе знают немного: «Школа у нас во дворе, новая и большая», «У меня друг в школе учится». Многие дети объясняют свое желание пойти в школу тем, что в шко­ле они будут заниматься новой, важной учебной деятель­ностью: «Хочу учиться, чтобы быть, как папа», «В школе задачки интересные решают». Особое значение для ус­пешности обучения в школе имеют его познавательный интерес, любознательность. Если в пять лет ребенок уве­рен, что он много знает, то в семь он утверждает, что знает мало и хочет знать больше. Далеко не у всех детей, поступающих в школу, развита познавательная мотива­ция, и далеко не всегда школа способствует ее формиро­ванию и сохранению.

Многие психологи справедливо утверждают, что если ребенок не готов к социальной позиции школьника, то даже при наличии интеллектуальной готовности к шко­ле учиться ему будет трудно. Успехи таких детей, как правило, носят крайне неустойчивый характер.

Однако особое опасение вызывают те дошкольни­ки, которые не хотят идти в школу. Некоторые из них ориентируются на печальный «опыт» школьной жизни старших братьев или сестер: «Не хочу, там двойки ставят, а потом дома ругают». Другие запу­ганы школой. Если ребенку постоянно твердят: «Ты же двух слов связать не можешь, как ты в школу пойдешь?», «Вот пойдешь в школу, там тебе покажут!» – вряд ли можно рассчитывать на то, что у него возникнет желание учиться[1] .

Следовательно, ребенка нужно психологически го­товить к школе. Исследования показывают, что ин­формация о школе, сообщаемая детям, должна быть им понятна и эмоционально насыщена. Для этого ис­пользуют экскурсии в школу, беседы, рассказы взрос­лых о своих любимых учителях, посещение старши­ми дошкольниками уроков в школе и общение их с учащимися, просмотр фильмов и диафильмов о шко­ле и т.д.

Очень важный аспект личностной готовности ребен­ка к обучению в школе связан с его взаимоотношения­ми со взрослыми. Общаясь и вза­имодействуя со взрослым, к концу дошкольного возра­ста он начинает ориентироваться не только на непосредственные, ситуативные отношения с ними, но и на определенные нормы и правила. Теперь дети испы­тывают потребность во внимании и сопереживании взрослого, они способны различать функции взрослого, соответствующие разным ситуациям общения (на ули­це, дома, в учреждении).

Долгое время считалось, что основным критерием интеллектуальной готовности ребенка к школе являет­ся объем знаний, которым он владеет. Безусловно, оп­ределенный кругозор, представления ребенка о живой и неживой природе, людях, их труде, общественной жизни необходимы как фундамент, на котором строит­ся усвоение нового. Но это далеко не все. Программа начальной школы потребует от него умения сравнивать, анализировать, обобщать, рассуждать, делать самосто­ятельные выводы, т. е. достаточно развитых способов по­знания.

Мы знаем, что дети старшего дошкольного возра­ста владеют рациональными способами обследования внешних свойств предметов, что позволяет им дифференцированно воспринимать сложные объекты. Дош­кольникам доступно понимание общих связей, прин­ципов и закономерностей, лежащих в основе научно­го знания, а не только усвоение конкретных представлений об окружающем мире. Однако доста­точно высокого уровня познавательной деятельности

дети достигают в том случае, если процесс обучения специально ориентирован на развитие мыслительных процессов. Преобладающим же в дошкольном возра­сте, как мы знаем, является образное мышление. Оно в первую очередь обеспечивает усвоение ребенком связей и отношений действительности. Именно на этот уровень мышления опирается в своей работе учитель начальных классов.

Важнейшим показателем интеллектуальной готовно­сти ребенка к школе является овладение им связной, грамматически и фонетически правильной речью: уме­ние не только понимать речь другого, но и самостоя­тельно строить предложения для своих мыслей, умение подбирать и произносить слова, умение различать на слух сходные звукосочетания.

К шести-семи годам происходит оформление основных элементов волевого действия: ребенок способен поста­вить цель, принять решение, наметить план действия, исполнить его, проявить определенное усилие в слу­чае преодоления препятствия, оценить результат сво­его действия. И хотя все эти компоненты, как мы уже говорили, еще недостаточно развиты, поведение старшего дошкольника отличается произвольностью. Он способен управлять своими движениями, внима­нием, преднамеренно заучивать стихотворение, пре­одолеть боль, подчинить свое желание необходимости что-либо сделать. Однако в педагогической работе со вчерашними дошкольниками учителю необходимо учи­тывать, что, во-первых, существуют индивидуальные различия в волевой готовности детей к школе и, во-вторых, требования к произвольности познавательной деятельности маленьких школьников увеличивать нужно постепенно, по мере того, как в самом про­цессе учения происходит ее совершенствование.

Завершая разговор о развитии ребенка в дошколь­ном возрасте, выделим основные психические новооб­разования дошкольника:

1) осознание ребенком себя, своего места среди лю­дей, своих действий, поступков, мыслей и чувств;

2) соподчинение мотивов, лежащих в основе волево­го поведения ребенка, которое начинает развиваться в дошкольном возрасте;

3) относительная произвольность психических про­цессов, составляющая основу его активной познаватель­ной деятельности;

4) формирование внутреннего плана действий, способ­ствующего переходу на качественно новый уровень всех познавательных процессов (восприятия, памяти, образно­го мышления, воображения), а также развитию его лич­ности (мира устойчивых чувств, рефлексии и т.д.);

5) развитие связной речи.

2. Личностные формирования в учебной

деятельности младших школьников

С поступлением в школу резко изменяется уклад жиз­ни ребенка, изменяются его отношения со взрослыми и сверстниками, в нем укрепляется сознание нового положе­ния школьника, новых обязанностей в семье, в коллекти­ве сверстников. Как было отмечено выше, ведущей дея­тельностью младшего школьника становится учение, кото­рое существенно изменяет мотивы его поведения, откры­вает новые источники развития познавательных и нрав­ственных сил. Психолог В. В. Давыдов указывает на не­сколько этапов такой перестройки. Прежде всего – этап первоначального вхождения ребенка в новые условия школьной жизни. Основная масса детей психологически подготовлена к этому, дети с радостью идут в школу, ожи­дая встретить здесь что-то необычное. Такая внутренняя позиция ребенка имеет очень большое значение. Желанность новизны школьной жизни помогают ребенку быстро принять требования школы, учителя, касающиеся правил поведения в классе, норм отношений с товарищами, рас­порядка дня, приготовления уроков дома, организации школьных уроков и др. Эти требования ребенок воспри­нимает как общественно значимые и неизбежные. Внутрен­няя позиция ребенка связана и с его общим положитель­ным отношением к учебному процессу. Дошкольник свы­кается с мыслью о необходимости учения: чтобы стать летчиком, шофером, поваром и т. д., т. е. тем, кем он хо­тел быть в играх, нужны знания. Кроме того, интерес к тому, что такое школа, что в ней делают ребята, как про­ходят уроки, у детей появляется рано в результате их на­блюдений за старшими братьями и сестрами, из расска­зов взрослых и т. д. Все это формирует определенное от­ношение к будущему учению, и ребенок тянется к знаниям вообще, к знаниям как таковым, имеющим общественную значимость и ценность. Таким образом, у детей складыва­ется определенный взгляд на учение.

В первое время школьник еще не знаком с содержани­ем конкретных учебных предметов, у него нет познава­тельных интересов к самому учебному материалу. Они формируются в процессе изучения грамматики, математи­ки и других предметов. Постепенно у детей складываются подлинные познавательные интересы как основа учебной деятельности. Если ребенок проходит этот этап безболез­ненно, это свидетельствует о хорошей готовности к школе и исключает нежелательные негативные последствия. Психологи выделяют основные типы трудностей, ха­рактерных для детей, начинающих учиться. Во-первых, это особенности нового школьного режима, который требую от ребенка немалых волевых усилии, формирования устойчивых привычек, помогающих более успешно преодолевать усталость, объективные затруднения. Необходимо чтобы родители и учитель четко и понятно выражали новые требования к жизни и деятельности ребенка, постоянно контролировали их выполнение, принимали меры по­ощрения и наказания с учетом возрастных психологиче­ских и индивидуальных особенностей детей. Во-вторых, первоклассники испытывают трудности во взаимоотноше­ниях с учителем, с товарищами по классу, в семье. В гла­зах ребенка учитель является не заместителем родителей, как это было в детском дошкольном учреждении. Учитель при всей возможной приветливости и доброте к детям вы­ступает как авторитетный и строгий наставник, предста­витель общества, вооруженный средствами контроля и оценки, выдвигающий определенные правила поведения и пресекающий всякие отклонения от них. Педагог постоян­но оценивает работу детей; позиция его такова, что ребе­нок не может не испытывать некоторой робости перед ним. Первокласснику не всегда удается сразу привыкнуть к новому образу жизни: режиму, необходимости спокойно сидеть на уроках, четкому исполнению всех указаний учи­теля по выполнению учебных действий. В результате одни дети становятся в школе чрезмерно скованными, а дру­гие – развинченными. Иногда первоклассник теряется в новом окружении, что мешает формированию у него поло­жительного отношения к школе.

Разумеется, что педагогу следует предъявлять одина­ковые требования ко всем детям, но в то же время он дол­жен внимательно следить за индивидуальными особенно­стями выполнения этих требований разными детьми. Толь­ко на основе индивидуального подхода к детям можно вы­бирать конкретный способ воздействия на них с целью воспитания у всего коллектива первоклассников привычки спокойного, выдержанного поведения на уроках, соблюде­ния общего типа учебных занятий, деловитости при отве­тах на замечания учителя. Все это, в конечном счете, сво­дится к воспитанию доверия к учителю и его действиям, требованиям. Если учитель одинаково ровен и требовате­лен ко всем детям, в классе складываются нормальные взаимоотношения учащихся, что в свою очередь создает хороший психологический фон для коллективной работы класса. В первые месяцы пребывания в школе младший школьник должен понять, что класс, а затем и школа –это не чужая ему группа людей, а доброжелательный и чуткий коллектив.

Когда ребенок становится школьником, его положение в семье меняется, что связано прежде всего с тем, как он выполняет свои новые непростые обязанности. Стремление родителей облегчить трудности ребенка, в какой-то мере взять их на себя понятно, но рискованно. При­учать ребенка к режиму «потихоньку» или выполнять за него часть заданий в надежде, что он «привыкает к шко­ле» и потом все будет делать сам, – не лучший способ помощи. Наоборот, с самого начала школьной жизни важ­но четко и однозначно показать ему, что входит в круг его обязанностей. Не следует бояться, что, требуя их выпол­нения, родители окажутся слишком строги. Первоклассник примет их с готовностью, если почувствует, что эти труд­ности нельзя обойти, что они присущи его новому положе­нию. Добиться их выполнения – значит организовать жизнь ребенка так, как необходимо для учебного труда, снижение же требований прибавляет первокласснику труд­ности.

Младший школьник оценивается по его успехам в уче­бе. Многие первоклассники начинают испытывать третий тип трудностей в середине учебного года. Дело в том, что в первые дни и недели процесс обучения обычно строится так, что дети получают те или иные готовые знания и оп­ределения, которые необходимо только запомнить и при­менять в нужных ситуациях. В этих условиях поле интел­лектуального поиска ребенка невелико, познавательная са­мостоятельность ограничена, что в свою очередь слабо формирует интересы к самому содержанию учебного ма­териала. В результате у младших школьников нередко на­ступает апатия. Стремление учителей преодолеть ее, вно­ся в материал элементы внешней занимательности, жела­емых результатов не дает. Чтобы предупредить «насыще­ние» учением, нужно дать детям на уроках достаточно сложные учебно-познавательные задачи, «столкнуть» их с проблемными ситуациями, которые активизируют познава­тельную деятельность, формируют интерес к учению, при­общают к усвоению общих способов решения жизненных задач. Благодаря активной мыслительной деятельности де­ти могут сознательно усвоить нужные знания и умения. Следовательно, отношение к ребенку в семье и его место в коллективе сверстников начинают определяться тем, как он учится. Этим отношением в значительной мере поддерживаются интересы школьника к учению как серьезному, важному делу.

Однако надо отметить, что воспитывающее значение обучения, его роль в становлении личности порой недооце­ниваются. В результате получается так – учение само по себе, а воспитание само по себе. Воспитание сводится к назиданиям по тому или иному поводу, к нравоучениям впрок, к осуждению тех или иных проступков.

С самого начала обучения в школе возникает основное противоречие, которое является движущей силой развития в младшем школьном возрасте. Это противоречие между постоянно растущими требованиями, которые предъявля­ют учебная работа, учителя, коллектив к личности ребен­ка, его вниманию, памяти, мышлению, и наличным уров­нем психического развития, развития качеств личности. Требования все время нарастают, а наличный уровень пси­хического развития непрерывно подтягивается к уровню требований.

Важнейшее воспитательное значение обучения, требую­щего от каждого ученика определенного отношения к ра­боте коллектива, заключается в выполнении им определен­ных правил поведения в классе. Единые правила обяза­тельны для всех. Координация работы каждого отдельного ученика с работой всего класса и наоборот требует под­чинения всех и каждого определенным правилам. По своей природе эти правила являются общественно направленны­ми по своему содержанию, в них отражаются обществен­но выработанные способы поведения, обеспечивающие, прежде всего, продуктивность работы всего классного кол­лектива. Выполнение правил поведения говорит не только хорошем поведении ученика, но и выражает его отноше­ние к товарищам, ко всему коллективу.

Справедли­ва заповедь В.А. Сухомлинского о том, что детям надо дать радость труда, радость успеха в учении, пробудить в их сердцах чувство гордости, собственного достоинства. В.А. Сухомлинский отмечает: «От того, как ученик относится в годы детства и отрочества к самому себе, каким он видит себя в мире труда, в огромной мере зависит его моральный облик».1

В младшем школьном возрасте продолжается процесс формирования личности ребенка. Как было отмечено выше, вся школьная жизнь первоклассника, его положение в семье требуют от него умения согласовывать свои действия с требованиями учителя и родителей, с рас­порядком семенной и школьной жизни, с действиями н желаниями одноклассников и т. д. Постепенно отношения школьников выходят за рамки учебной деятельности. У них возникают интересы, связанные с внеклассной и вне­школьной работой, с общественными делами. Более раз­нообразной становится их совместная жизнь, которая предъявляет свои требования к отношениям детей друг к другу, к их поведению: необходимо считаться с мнением товарищей, согласовывать свои поступки с правилами и традициями школы, класса.

На этом фоне у младших школьников начинает форми­роваться собственное нравственное «кредо», которое обре­тает силу в подростковом возрасте. И все же изменение нравственной сферы связано с появлением у младшего школьника собственных взглядов, отношений, собственных требований и оценок, т.е. того, что образует внутренний стержень личности. В новых видах деятельности, а также с появлением новых связей с окружающими у младшего школьника возникают и некоторые новые критерии, мерки оценки своих товарищей и самого себя. В младшем школь­ном возрасте оценка самого себя опирается на суждение педагога, родителей, товарищей. Не всегда самооценка уча­щихся правильна, чаще она является желаемой, а не дей­ствительной. В основном эта оценка ориентирована на школьные дела.

Формирование у младшего школьника определенного круга ценностей происходит не только в школе. Школьни­ки вторых-третьих классов черпают много информации из книг, радио и телепередач, из бесед со своими близкими. Более интенсивно развивается у младшего школьника оценка выполнения учебных заданий, так как ему каждый день и применительно к разным занятиям приходится слышать оценки учителя. Уже после первого полугодия у первоклассника складываются отчетливые критерии оцен­ки результатов учебной работы по чтению, письму, счету. В.А. Сухомлинский считал:

«Если ребенку в учении все достается легко, у него посте­пенно воспитывается лень мысли, которая развращает че­ловека, формирует у него легкомысленное отношение к жизни... Не допустить безделия учащихся – тоже своеоб­разная воспитательная задача».1

Вот почему родителям следует занять правильную по­зицию в отношении успехов и неудач детей. Если ребенок не уверен в своих силах и возможностях и тяжело пере­живает свои неудачи в учебных делах, необходимо под­бодрить его, убедить в том, что при определенных стара­ниях он добьется успехов. И как только появятся хотя бы небольшие сдвиги, их надо отметить. Но если ребенок са­моуверен, хвастается своими достижениями, необходимо, положительно оценивая его действительные успехи, отме­тить и недостатки, которые у него есть и которые требуют исправления.

Как показывают исследования и опыт, де­ти, у которых самооценка совпадает с их действительными возможностями и успехами, отличаются активностью, бодростью духа, уверенностью в себе. Такие дети выбирают для решения трудные задачи и уверены, что справятся с ними. Они более активны, стремятся выражать свое мне­ние; плохая отметка, полученная за выполнение какого-либо задания, или другие неудачи не выводят их из строя. Дети с пониженной самооценкой отличаются робостью, пассивностью, повышенной тревожностью, ранимостью Они избегают, чтобы их оценивали, чрезмерно чувствитель­ны к критике и неудачам, стараются быть в тени.

Уровень самооценки и эмоционального состояния ребенка значительно зависит от домаш­ней обстановки в семье. Дети с пониженной самооценкой чаще всего встречаются в распавшихся семьях или там где родители живут в разладе. В таких семь­ях родители мало знают о своих детях, их интересах, нет никакой системы правил, норм, определяющих жизнь семьи в целом и ребенка в частности. Видимая «свобода» оказывается, в сущности, бесконтрольностью, результатом безразличного отношения к ребенку. Ребенок чувствует себя неуютно. Он избегает общения с родителями. В семьях со здоровый психологическим климатом, где наблюдается бережное, уважительное отношение родителей и личности ребенка, дети оказались с нормальной самооценкой.

Младшие школьники выполняют ряд ответственных школьных обязанностей, которые оцениваются учителем, коллективом класса, родителями. Все это рождает у ре­бенка определенные чувства: радость, удовлетворение, огорчение, недовольство собой, переживание. Неудачи мо­гут порождать чувство раздражения по отношению к окру­жающим, недоброжелательность и т. д. Нужно помочь ре­бенку, чтобы неудачи не носили длительный характер. Временные неудачи приводят обычно к возникновению ос­трого желания занять в классе и дома достойное место, вызывают стремление учиться лучше, чтобы добиться ус­пеха.

Таким образом, самооценка, которая сложилась в семье, значительно сказывается и на тех установках ребенка, с которыми он приходит в школу, на его школьные дела. Нашему обществу нужны деловые, компетентные, целе­устремленные люди. Эти качества сочетаются с оптимисти­ческом самооценкой, с верой человека в свои возможности. Формировать у человека такие качества необходимо с са­мого раннего детства и на протяжении всей жизни.

В первом классе нетрудно заметить желание подавляющего большинства детей учиться – все стремятся отвечать, тянут руки и даже встают, лишь бы учитель заметил. Именно высо­кая эмоциональная валентность учебной деятельности приводит к известному эффекту генерализации оценки учителя учени­ком. Хорошая оценка учителя рассматривается учеником не столько в своем специфическом качестве –как оценка кон­кретных знаний, сколько как общая оценка его достоинств, т.е. «плохой» он или «хороший». В соответствии с оценками учите­ля складываются и взаимоотношения между детьми в младших классах. Так, наиболее популярными учениками являются лишь хорошо успевающие. Вообще следует отметить исключительную роль учителя в изменении эмоциональных валентностей окру­жающих ребенка людей, вещей и явлений.

При явном ослаблении экспрессивности и непосредственно­сти эмоций у ученика вряд ли можно говорить о снижении их интенсивности. Свидетельство тому–безусловная захваченность младшего школьника учебной задачей, т.е. высокая ус­тойчивость внимания, фиксированность на учебных предметах, нормах и правилах школьной жизни. Состояние сознания ре­бенка в момент такой захваченности подобно феномену «аф­фективного сужения сознания». Стоит ли говорить об эмоцио­нальном характере такой захваченности?! Ограничение двига­тельной активности вовсе не отменяет происходящей мобили­зации, наоборот, делает этот процесс более целенаправленным.

Гораздо сложнее дать картину развития чувств в этом воз­расте. Работы, посвященные чувствам младшего школьника, страдают описательностью (Очерки психологии детей, 1950; П. М. Якобсон, 1956); экспериментальные исследования прак­тически не встречаются. Тем не менее, по косвенным данным о развитии интересов и стремлений можно наметить основные ли­нии развития чувств.

Если в дошкольном возрасте симпатии и антипатии могут «переключаться» практически на любого человека в непосред­ственном окружении в соответствии с характером идентифика­ции, то чувства младшего школьника развиваются в основном экстенсивно. Все больший круг явлений, предметов, ценностей не просто осваивается учеником, а входит в зону его устойчи­вого внимания. Отсюда и известные представления психологов и педагогов о значительном развитии интеллектуальных, нрав­ственных и других «высших» чувств1 .

К этим представлениям надо относиться с известной осто­рожностью, так как эмоциональные отношения младшего школьника в значительной степени зависимы от норм, зада­ваемых учителем, и весьма неустойчивы. В значительной сте­пени неустойчивость и диффузность чувств связаны с комфорт­ностью школьника. Первоклассник верит в абсолютность ус­ваиваемых норм и в этом отношении является большим конформистом, чем сам учитель, даже если забывает соблюдать те или иные нормы. И это попятно, так как для учителя, как и для любого взрослого, норма имеет условное значение, но в силу своей дидактической позиции и принципов традиционной ди­дактики (например, незыблемость и однозначность усваивае­мых учениками представлений) учитель стремится эту услов­ность по возможности снять.

Формирование более обобщенных по своему предмету со­циальных чувств у младшего школьника вполне естественно сочетается с ослаблением чувств к членам своей семьи и дру­гим взрослым. Снижение престижа родителей по сравнению с престижем учителя неизбежно «осушает» и эмоциональные от­ношения с ними, приобретающие характер делового сотрудни­чества. Следует отметить, что школьные неудачи и критика со стороны учителя могут привести по принципу сверхкомпенса­ции к обратному эффекту - эмоциональные связи ученика с родителями приобретают более интенсивный и многосторонний характер (Е. В. Новикова, 1985).


3. Идентификация как механизм адаптации

к школьной жизни

Психология еще не раскрыла все защитные механизмы, используемые людьми с целью адаптации. Одной из причин этого мы считаем то обстоятельство, что данной проблемой до последнего времени занимались в основном только психоаналитики, которые ограничены своими теоретическими взглядами на природу психики и адаптации личности. При других подходах возможно открытие новых механизмов защитной адаптации.

Идентификация в психологии личности и социальной психологии определяется как эмоционально-когнитивный процесс «отождествления субъектом себя с другим субъектом, группой, образцом[2] ». Идентификация является одним из главных механизмов социализации индивида и превращения его в личность, но она может играть также защитную роль, особенно в сочетании с другими защитно-адаптивными механизмами. В процессе идентификации одно лицо (субъект идентификации) осуществляет преимущественно подсознательное психологическое уподобление с другим (с объектом идентификации, с моделью). В качестве объектов идентификации могут выступать как индивиды, так и группы. Так, в социальной психологии говорят об идентификации личности с социальной группой.

Идентификация приводит к поведенческим последствиям – подражанию действиям и переживаниям объекта, интернализации его ценностей и установок.

Идентификация как психический процесс имеет две противоположные тенденции и, следовательно, внутренне противоречива:

а) субъект А, идентифицируясь с личностью В, тем самым одобряет ее существование, нередко переживает чувство любви к ней, подражает ей;

б) вместе с этой утверждающей тенденцией идентификация нередко содержит в себе очень сильно выраженную тенденцию замены собственной личностью человека, который стал объектом сочувственной идентификации, восхищения и подражания. Но тенденция заменить другого в той основной роли, в аспекте которой имела место идентификация, в глубоком психологическом смысле является отрицательной, она содержит в себе явную или скрытую агрессивность.

Идентификация с "утраченным объектом" выступает в роли защитного механизма, так как уменьшает силу фрустрации, возникшей вследствие такой утраты. Подобная идентификация не только позволяет без патологических нарушений подавлять, преодолевать Эдипов комплекс, но одновременно интернализовать идеалы и установки родителя противоположного пола. Защитная функция такой идентификации, согласно психоанализу, простирается далеко за пределами детства и проявляется позже при потере близких людей, любимого существа и т.п.

Обсуждение проблемы негативной идентификации требует выяснения того, как связана негативная идентификация с образованием противоположной реакции или социальной установки. Можно предложить гипотезу, согласно которой негативная идентификация, в частности, идентификация с "агрессором", при устойчивой отрицательной установке к нему приводит к образованию защитного механизма обратной реакции (вместо ненависти – подчеркнутая и выставляемая напоказ "любовь" и т.п.). Возникает защитно-адаптивный комплекс, состоящий из механизмов негативной идентификации, реактивного образования противоположной реакции и агрессии (направленной на объект идентификации).

Эта теория, если она подтвердится, позволит значительно углубить теорию адаптации и развития личности в онтогенезе, связывая их с такими областями социальной психологии, как теория социальных установок.

В центре внимания социальной психологии детства находятся социальные группы, в которые включен ребенок или с которыми он себя отождествляет. Это, прежде всего, семья и школьный класс, а также детские игровые сообщества и своеобразные «виртуальные» группы, которые ребенок подбирает сам в соответствии со своим желанием, возникающим у него в тех или иных жизненных обстоятельствах, макросоциальные группы (региона, населенного пункта, страны), с которыми ребенок себя идентифицирует. Социально-психологическая специфика развития отношений ребенка состоит в том, что он изначально выступает как представитель одновременно двух больших социальных общностей – мира взрослых и мира детей, каждый из которых оказывает мощное влияние на его личностное становление, а сочетание этих воздействий создает уникальную социальную ситуацию развития детства на каждом этапе его исторического и индивидуального бытия.

Системообразующим основанием для исследования генезиса отношений ребенка к окружающему миру, к другим людям (взрослым и сверстникам) и к себе самому является совместная деятельность, которая представляет собой центральный момент всего исследования и опосредствующий фактор порождения и развития системы отношений ребенка. Деятельностное опосредствование являет собой тот методологический узел, который связывает и взаимодополняет в социальной психологии детства важнейшие области психологической науки – общепсихологическое понимание человека с социально-психологическим и генетическим подходами[3] .

Детское сообщество, как показывают историко-культурные исследования, является самым первым и наиболее древним институтом социализации ребенка, поскольку первые детские объединения возникали уже в эпоху первобытности в связи с половозрастным разделением общества и предшествовали моногамной семье. Они обладали своим особым статусом, своим специфическим местом в половозрастной социально-иерархической системе. Возникновение детской субкультуры как целостного историко-культурного феномена обусловлено половозрастной стратификацией общества, уходящей своими корнями в глубокую древность.

Если семья и вообще взрослый, опираясь на «зону ближайшего развития ребенка» (Л.С. Выготский), готовит его к освоению социальных, норм, ценностей и стереотипов данной культуры (например, социально- экономических ориентации, религиозной принадлежности и пр.), то детское сообщество, детская субкультура и особенно референтная детская группа обусловливают зону вариативного развития, задавая одновременное существование и «перекличку» разных культур, иных логик, обеспечивая готовность ребенка к решению задач в непредвиденных обстоятельствах. В отличие от зоны ближайшего развития (ЗБР), определяемой в контексте сотрудничества ребенка со взрослым в процессе обучения, зона вариативного развития (ЗВР) задается группой сверстников в процессе игрового взаимодействия и общения, при этом знаковым становится не только слово, но и действие, движение, изображение, жест. Это значит, что смысл ЗВР для детской субкультуры заключается в установлении связи со всеобщностью культуры через собственное словотворчество, фольклор, мифологию, традиционную игру. Вариативность, непохожесть, самобытность содержания детской субкультуры обеспечивают, с одной стороны, ориентацию на утраченные, забытые формы человеческой культуры, а с другой – прогнозирование новых путей ее развития.

В пространстве детской субкультуры (играх, детском фольклоре) содержатся пласты различной древности, приобщаясь к которым ребенок вступает в зону вариативного развития в режиме диалога культур, «иных» логик, моральных представлений, языков. Особенно это характерно для детского фольклора, который сам по себе является зоной вариативности. Вариативность, по сути, свойственна фактически всем жанрам детского фольклора. В историко-культурных ситуациях, которые могут быть охарактеризованы как неопределенные, расшатываются традиционные механизмы передачи знаний, расширяется зона вариативного развития, при которой дети начинают ориентироваться не только и не столько на взрослых, сколько в большей степени на «продвинутых» сверстников. ЗВР в детской группе представлена набором различных стратегий решения проблемных ситуаций в непредвиденных условиях. Содержанием детской субкультуры являются не только актуальные для массовой культуры особенности поведения, сознания, деятельности, но и социокультурные, социогенетические инварианты – относительно устойчивые во времени и пространстве образы, модели, тексты, представляющие собой «осколки» различных эпох, следы памяти прошлого опыта человечества, передаваемые детьми из поколения в поколение.

Опосредствованные совместной деятельностью гуманные межличностные отношения в детских группах имеют уровневую организацию, которая включает функционально-ролевые, эмоционально-оценочные и личностно-смысловые отношения между сверстниками. Функционально-ролевые отношения представлены нормой гуманности, которую, как показали специальная беседа и индивидуальные замеры, дети достаточно хорошо осознают. Эмоционально-оценочные отношения как разветвленная система эмоциональных связей и предпочтений были раскрыты достаточно полно при социометрическом опросе. Личностно-смысловые отношения – это складывающиеся в совместной деятельности необходимые связи, которые реализуются в самой деятельности. При этом мотивом действия каждого участника таких отношений становится сверстник как значимый другой. Возникая в реальном взаимодействии детей, эти связи обладают определенной независимостью от непосредственных эмоциональных предпочтений ребенка старшего дошкольного и младшего школьного возрастов. Более того, этот пласт отношений оказывает существенное влияние на эмоционально-оценочные отношения типа симпатий/антипатий, порой изменяя их знак на противоположный. Если дети дошкольного и младшего школьного возрастов равно склонны проявлять гуманное отношение в виде коллективистской идентификации с ребенком, обладающим высоким/низким социометрическим статусом (для них важна сама структура совместной деятельности), то для подростков небезразличен социометрический статус сверстника, с которым они взаимодействует, поскольку в этом возрасте, особенно в 12-13 лет, субъективные предпочтения и отвержения переходят в личностно-смысловой план и сами по себе начинают определять ту или иную ориентацию совместной деятельности детей.

Становление межличностных отношений в детских группах подчиняется общепсихологической закономерности развития, названной «параллелограммом развития» (Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев), а именно развитие гуманного отношения к сверстнику подчиняется закону перехода от непосредственных форм и способов поведения сначала к внешне, а затем к внутренне опосредствованным формам, возникающим в процессе культурного развития.

Норма гуманности, воплощенная в функционально- ролевых отношениях совместной деятельности, на определенных этапах онтогенеза интериоризируется и начинает детерминировать динамику межличностных связей без опоры на внешние средства, поскольку переходит в личностно-смысловой план.

Господство интерактивной совместной деятельности как внешнего инструмента овладения гуманными отношениями у дошкольников и младших школьников сменяется ее подчиненным положением у подростков. По нашему мнению, за этим фактом стоит не «отмирание» детерминирующей роли совместной деятельности в проявлении гуманных отношений, а переход внешних средств организации межличностного взаимодействия во внутренние средства. Усвоенная ребенком норма гуманности получает свою новую жизнь в виде гуманных смысловых установок личности, проявляющихся в готовности субъекта действовать во благо другого человека.

Коллективистская идентификация как определенный тип гуманных отношений есть смысловая форма репрезентации группой таких связей субъекта с другими, которые преобразуют его личностную позицию. В то же время характерный для детского возраста эгоцентризм, проявляющийся как в познавательной сфере, так и в сфере общения, препятствует развитию гуманных отношений. Однако особые средства (интерактивная совместная деятельность) приводят к децентрации ребенка в сфере межличностных отношений, развивают у него способность отнестись к другому как к себе самому. Изменение социальной позиции ребенка в системе взаимоотношений обеспечивается сменой интегрального/парциального санкционирования, когда ребенок становится ответственным за благополучие сверстника. Кроме того, интерактивная совместная деятельность через общность переживаний детей в группе позволяет установить отношения реципрокности (равноправности), которые и актуализируют механизм идентификации.

Нарастающая дифференциация чувств требует некой упоря­доченности, наверное, естественной шкалой для этого стано­вится само тело ребенка. Именно в это время им решается задача установления своей половой идентификации. Половая принад­лежность становится тем основанием, которое позволяет удер­жать разлетающиеся, когда-то целостные чувства, сделать их предметно отнесенными.

Свойство половой идентификации очерчивать границы прояв­ления чувств (мальчики не плачут, девочки не дерутся и тому подобное) возвращает ребенка к собственным переживаниям как ценности. Они упорядочиваются, приобретают (на время) защищенный вид. Не-Я конкретизируется в образе противопо­ложного пола. Это очень важный момент постоянства, обеспечи­вающий относительную стабильность этого периода развития, нарушаемую присутствием взрослых людей, обусловленно отно­сящихся к ребенку. Такими взрослыми являются соседи, присут­ствующие в психологическом пространстве ребенка без всякого его согласия-несогласия на это; такими взрослыми являются все учителя, по своему профессиональному статусу имеющие право воздействовать на Я-концепцию ребенка.

Та дифференциация чувств, которую переживает ребенок по отношению к людям – своим и чужим, – связана с необходимостью фиксации своего Я как самодостаточного, то есть обладающего способностью к самовосстановлению. Говоря иначе, ребенку надо как бы стать психотерапевтом для самого себя, чтобы переживать ценность своего существования. Это проявляется в той диалогичности сознания, которая позволяет Я существовать как динамической, а не статичной структуре.

Способность Я к самовосстановлению, к самосохранению под воздействием других людей – явление загадочное и почти совсем не изученное. Можно только предполагать, что удерживает пяти-семилетнего ребенка от безусловного подчинения другим лю­дям, далеко не всегда реализующим по отношению к нему нрав­ственные и гуманистические принципы.

Содержанием учебной деятельности являются теоретические знания, которые связаны с теоретичес­ким сознанием и мышлением людей. Как писал В.В. Давыдов, "усвоение азов этих форм общественного сознания и соответ­ствующих им духовных образований предполагает выполнение детьми такой деятельности, которая адекватна исторически воп­лощенной в них человеческой деятельности"[4] .

Считается, что учебная деятельность определяет возникно­вение психологических новообразований – рефлексию, произ­вольность, внутренний план действий, которые необходимы для освоения такого важнейшего элемента культуры, как инструк­ции, или способы, действия с предметами.

Без рефлексии невозможно выделение самих способов дей­ствия как особого свойства активности; произвольность позволя­ет разделять разные планы реальностей и действия в них; внут­ренний план действий обеспечивает необходимую систему коор­динат для организации психологического пространства Я.

Появление этих новообразований, как показывают много­численные исследования, существенно зависит от содержания образования – от содержания усваиваемых знаний. Доказанным можно считать факт, что развивающий характер учебной дея­тельности проявляется только тогда, когда ее содержанием яв­ляются теоретические знания.

Мышление детей, осваивающих эти теоретические знания, не тождественно мышлению ученых, деятелей искусства, филосо­фов и других исследователей морали и права. Ребенок не создает сам понятий, ценностей и норм общественной морали, а присва­ивает их в процессе учебной деятельности. Однако, и это очень важно, он выполняет такие мыслительные действия, которые адекватны тем, посредством которых, с помощью которых исто­рически вырабатывались продукты духовной культуры.

При очень большом объеме исследований по проблемам учебной деятельности практически открытым остается вопрос о ее мотивации. Давно известно, что очень большие трудности для самих детей и для взрослых связаны именно с нежеланием детей учиться. Заставить учиться, как известно, невозможно, если сам человек этого не захочет.

Ребенку, поступающему в первый класс школы, очень важно иметь основа­ния для такого переживания, так как он переходит в новую систе­му опосредованных отношений, где его Я в целостных проявлени­ях и свойствах весьма редко будет предметом взаимодействия с другими людьми, преобладать будет оценка предметных действий ребенка и их соответствие с образцом или правилом.

В процессе учебной деятельности ребенок решает соответствующие ее содер­жанию задачи: анализирует материал с целью выявления в нем закономерностей, строит на основе этого целостный объект, ов­ладевая общим способом построения изучаемого объекта. При ре­шении учебной задачи мысль ребенка движется от общего к част­ному, при этом он осуществляет следующие действия:

-преобразование условий задачи с целью выделения всеоб­щего отношения изучаемого объекта;

-моделирование выделенного отношения в предметной, графической или буквенной форме;

-преобразование модели для изучения ее свойств;

-построение системы частных задач, которые решаются общим способом;

-контроль за выполнением действий;

-оценка усвоения общего способа.

Умение учиться и будет составлять для ребенка возможность самостоятельно формулировать учебные задачи, то есть задачи на нахождение обоих способов действия, и пытаться решать ее.

Смелость ребенка – это та необходимая для осуществления жизни самодостаточность, которая позволяет ему ощущать, пе­реживать, воспринимать динамичность своего Я как реально су­ществующего и живущего.

Если какие-либо причины блокируют переживание динамич­ности Я, то наблюдаются картины мотивации учения, анало­гичные той, которая была у маленькой Тани после недели посе­щения школы: "Ничего не умею", "Никогда не получится", "Я – глупая", "Ничего неинтересно", "Я и так уже все умею, все равно ничему не научусь".

В школе ребенок встречает чужих людей, с ними надо строить деловые, партнерские отношения, условно говоря, надо быть готовым к обусловленному отношению к себе, для этого хоро­шо бы обладать развитой концепцией другого человека и себя, собственной Я–концепцией, гарантирующей целостность гра­ниц Я. Иначе возникает тот порочный круг взаимодействия, о котором так тонко и мудро написали К.Блага и М.Шебек[5] .

Они исходят из того, что ошибки ребенка при выполнении учебных заданий могут быть связаны не со сложностью задания, а с тем, что у школьника есть определенное представление о себе, которое и создает соответствующий тип поведения. «Образ себя, – пишут они, – и самодоверие способствуют достижениям ре­бенка в школе».

Порочность этого круга состоит в том, что здесь имеет место движение по спирали, и его почти невозможно (без посторонней помощи) разорвать, так как в каждый момент времени оно практически меняет свою форму: от нерешенной задачи до уве­ренности взрослого в собственной некомпетентности "быть ро­дителем" и тому подобное. Нужны специальные усилия, чтобы не только остановить этот круг отношений, но и "расшифро­вать" измененную форму до се первоначального (простого) вида. Как часто приходится встречаться с безумным, все набираю­щим скорость движением этого порочного круга.

Для ребенка отношения с учителем в современной школе лишены того содержания обожания, уважения и доверия, кото­рые были характерны для этой ситуации лет 30 и даже 20 тому назад. Дело не в том, что кто-то стал хуже или лучше (взрослые или дети), просто очень сильно меняется мир, а сним и система человеческих ценностей. Мало того, что сегодня у ребенка не­сколько учителей в его первом классе, он до этого (в большин­стве случаев) посещал детские дошкольные учреждения, где уже встречался с чужими взрослыми. Еще по традиции даже сту­дентам, обучающимся педагогическим специальностям, препо­дается, что учитель пользуется у младших школьников большим авторитетом, а жизнь приносит все больше и больше подтверж­дений обратному. Думаю, что имею некоторое право утверж­дать, что современные взрослые вообще очень рано (еще в на­чале детства) перестают быть для детей безоговорочным автори­тетом. Прямо или косвенно об этом говорит и феномен лжи – ребенок может провести взрослого, проверив таким образом свою силу, победив взрослого.

Всему ребенок учится в группо­вой игре со сверстниками. Освоение именно этого вида игры является важнейшей зада­чей развития в середине детства. Именно игра со сверстниками, где ошибки в определении и сохранении дистанции легко исправ­ляются обеими сторонами, тем самым накапливается полезный взаимный опыт переживания сопротивления границ чужого пси­хологического пространства и своего тоже. Любое выяснение от­ношений между сверстниками, даже драка, более честный и справедливый способ решения проблемы места в совместной де­ятельности, чем соблюдение поддерживаемых внешним контро­лем (присутствием, например, старшего ребенка или взрослого). На первый взгляд, это очень рискованная ситуация – оставить группу детей 5-7 лет для самостоятельной совместной работы или игры, но им жизненно необходимы такие ситуации, когда взрослый находится рядом с ними, но не вместе.

Игра со сверстниками для ребенка 5-7 лет – это и своеобраз­ная групповая психотерапия, где он может хотя бы на время освободиться от страхов, злости и печали. Дети этого возраста много и охотно играют "в войну", если им предложить играть "в мир", то они просто не знают, как.

Это достаточно мощный фактор развития в этом возрасте – не чувствовать на себе давления. Он отмечается и в фактах пове­дения одаренных детей, которые (по разным причинам) были лишены общения на равных со сверстниками. Игра со сверстниками является для ребенка содержанием настоящей жизни – полной и свободной.

К середине детства ребенку уже открыты главные проявле­ния жизни:

1) реальная, где есть ограничения на активность;

2) фантомная, где ограничения очень строгие и без их соблюдения просто невозможно существование;

3) живая, настоящая (мо­жет быть, лучше слово – полная), где ограничения не ощуща­ются, их как бы и нет, единственное ограничение – собствен­ное тело. Он уже умеет действовать в этих проявлениях: умеет слушаться (это реальная жизнь); умеет бояться, ну, например Бабы Яги (это фантомная жизнь); умеет веселиться, играть (это полная жизнь).

Недаром взрослые называют будни серыми и очень хотят праздника (для души); очень рано, может быть, слишком рано разные проявления жизни, словно краски на палитре, занимают свои места, а чтобы смешать их, надо иметь достаточную лю­бовь к жизни, чтобы жить каждый день с вдохновением.

Недаром это – редкое искусство, ведь так рано ребенок по­стигает, говоря языком науки, неоднородность собственной ак­тивности, ее дискретность и обусловленность.

В то же время нормальный ребенок, переживая это как экзи­стенциальную тоску, способен преодолеть ее в творчестве своей жизни. Да, не побоюсь этих слов, вместо того чтобы употребить слово "самовоспитание". Они, пяти-семилетние, способны на эксперименты над собственной жизнью, пусть кратковремен­ные, не всегда результативные, но уже делают это. Так развивает­ся воля. Не хотел идти, а пошел. Не потому, что уговорил кто-то, а сам себя заставил. Боялся темноты, не мог зайти на кухню, где был выключен свет, убедил сам себя и пошел. Сам выкопал ямку на дороге, чтобы труднее было ехать на велосипеде – про­бовал свое умение. Разбив в кровь коленки, не плакал, а жалел, что придется потерять время и не ездить на "необъезженном ве­лосипеде"[6] .


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Возраст, о котором идет речь в данном реферате, во многих описаниях и клас­сификациях состоит как бы из двух: старшего дошкольного и младшего школьного. Ни в коей мере не принижая значения та­кого важного события, как поступление в школу, посмотрим на этот период жизни ребенка с точки зрения тех задач развития, которые он решает сам, как бы относительно независимо от места его конкретного пребывания – детский сад это, школа или семья.

С повышенной чувствительностью к воздействиям дру­гих людей ребенок приходит к середине детства. Расширяется его социальное пространство отношений с разными людьми – кроме семьи значимыми становятся отношения с соседями и школой.

Возможность экспериментировать с собственным Я и не-Я, создающаяся в середине детства, переживание дифференциро­ванных отношений (свои – чужие) с людьми создает условия для осознания границ собственного психологического простран­ства. Это осознание происходит очень сложно и связано с воздей­ствием на его разные свойства – собственно психологические и телесные.

Механизм идентификации является не только историческим, но и актуальным психическим механизмом (наряду с некоторыми другими) любого морального выбора и действия. Однако идентификация у взрослой, сформировавшейся личности на уровне сознания или совсем не воспроизводится, или же в какой-то степени осознается только в ситуациях моральных конфликтов и принятия решений. Идентификации могут осознаваться и в тех проблемных ситуациях, когда принимаемые решения не носят морального характера, однако личность по тем или иным причинам (например, вследствие отсутствия опыта и навыков) не в состоянии принимать самостоятельные решения. Иначе говоря, механизм идентификации участвует в процессах принятия моральных решений на уровне сознания только тогда, когда личность вообще или в определенном аспекте осталась на уровне идентификации. При этом могут наблюдаться идентификационные фиксации.

Список использованной литературы

1. Абраменкова В.В. Социальная психология детства в контексте развития отношений ребенка в мире. // Вопросы психологии. – 2002. №1. – С. 3-16.

2. Абрамова Г.С. Возрастная психология. – М., 2000.

3. Белкина В.Н., Васильева Н.Н., Елкина Н.В. и др. Дошкольник: обучение и развитие. Воспитателям и родителям. – Ярославль: Академия, 2001.

4. Давыдов В.В. Проблемы развивающего обучения. – M., 1986.

5. Карел Блага, Михаил Шебек. Я – твой ученик, ты – мой учитель. – М.,1991.

6. Краткий психологический словарь. /Под общ. ред. Петровского А.В. и Ярошенко М.Г.

7. Обухова Л.Ф. Детская психология: теории, факты, проблемы. – М.: Тривола, 1996.

  1. Сухомлинский В.А. Сборник работ по педагогике. Избранное. – М.: Прогресс, 1988.
  2. Формирование личности. – М., 1983.
  3. Эльконин Б.Д. Введение в психологию развития (в традиции культурно-исторической теории Л.С. Выготского). – М.: Тривола, 1994.
  4. Эльконин Д. Б. Детская психология. – М., 1960.

[1] Белкина В.Н., Васильева Н.Н., Елкина Н.В. и др. Дошкольник: обучение и развитие. Воспитателям и родителям. – Ярославль: Академия, 2001. С. 29-32.

1 Сухомлинский В.А. Сборник работ по педагогике. Избранное. – М.: Прогресс, 1988. С. 24, 172.

1 Сухомлинский В.А. Указ. соч. – С. 26, 96.

1 Формирование личности. – М., 1983. Стр. 233-234.

[2] Краткий психологический словарь. /Под общ. ред. Петровского А.В. и Ярошенко М.Г. – М., 1985, С. 109.

[3] Абраменкова В.В. Социальная психология детства в контексте развития отношений ребенка в мире. // Вопросы психологии. – 2002. №1. – С. 3-16.

[4] Давыдов В.В. Проблемы развивающего обучения. – M., 1986. С. 133.

[5] Карел Блага, Михаил Шебек. Я – твой ученик, ты – мой учитель. – М.,1991. С. 53-55.

[6] Абрамова Г.С. Возрастная психология. – М., 2000. С. 338-442.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений06:43:03 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
18:59:47 25 ноября 2015

Работы, похожие на Курсовая работа: Идентификация как механизм адаптации к школьной жизни у первоклассников

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(151295)
Комментарии (1844)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru