Банк рефератов содержит более 364 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому.
Полнотекстовый поиск
Всего работ:
364150
Теги названий
Разделы
Авиация и космонавтика (304)
Административное право (123)
Арбитражный процесс (23)
Архитектура (113)
Астрология (4)
Астрономия (4814)
Банковское дело (5227)
Безопасность жизнедеятельности (2616)
Биографии (3423)
Биология (4214)
Биология и химия (1518)
Биржевое дело (68)
Ботаника и сельское хоз-во (2836)
Бухгалтерский учет и аудит (8269)
Валютные отношения (50)
Ветеринария (50)
Военная кафедра (762)
ГДЗ (2)
География (5275)
Геодезия (30)
Геология (1222)
Геополитика (43)
Государство и право (20403)
Гражданское право и процесс (465)
Делопроизводство (19)
Деньги и кредит (108)
ЕГЭ (173)
Естествознание (96)
Журналистика (899)
ЗНО (54)
Зоология (34)
Издательское дело и полиграфия (476)
Инвестиции (106)
Иностранный язык (62792)
Информатика (3562)
Информатика, программирование (6444)
Исторические личности (2165)
История (21320)
История техники (766)
Кибернетика (64)
Коммуникации и связь (3145)
Компьютерные науки (60)
Косметология (17)
Краеведение и этнография (588)
Краткое содержание произведений (1000)
Криминалистика (106)
Криминология (48)
Криптология (3)
Кулинария (1167)
Культура и искусство (8485)
Культурология (537)
Литература : зарубежная (2044)
Литература и русский язык (11657)
Логика (532)
Логистика (21)
Маркетинг (7985)
Математика (3721)
Медицина, здоровье (10549)
Медицинские науки (88)
Международное публичное право (58)
Международное частное право (36)
Международные отношения (2257)
Менеджмент (12491)
Металлургия (91)
Москвоведение (797)
Музыка (1338)
Муниципальное право (24)
Налоги, налогообложение (214)
Наука и техника (1141)
Начертательная геометрия (3)
Оккультизм и уфология (8)
Остальные рефераты (21697)
Педагогика (7850)
Политология (3801)
Право (682)
Право, юриспруденция (2881)
Предпринимательство (475)
Прикладные науки (1)
Промышленность, производство (7100)
Психология (8694)
психология, педагогика (4121)
Радиоэлектроника (443)
Реклама (952)
Религия и мифология (2967)
Риторика (23)
Сексология (748)
Социология (4876)
Статистика (95)
Страхование (107)
Строительные науки (7)
Строительство (2004)
Схемотехника (15)
Таможенная система (663)
Теория государства и права (240)
Теория организации (39)
Теплотехника (25)
Технология (624)
Товароведение (16)
Транспорт (2652)
Трудовое право (136)
Туризм (90)
Уголовное право и процесс (406)
Управление (95)
Управленческие науки (24)
Физика (3463)
Физкультура и спорт (4482)
Философия (7216)
Финансовые науки (4592)
Финансы (5386)
Фотография (3)
Химия (2244)
Хозяйственное право (23)
Цифровые устройства (29)
Экологическое право (35)
Экология (4517)
Экономика (20645)
Экономико-математическое моделирование (666)
Экономическая география (119)
Экономическая теория (2573)
Этика (889)
Юриспруденция (288)
Языковедение (148)
Языкознание, филология (1140)

Статья: Лексико-семантическое направление и его основные идеи

Название: Лексико-семантическое направление и его основные идеи
Раздел: Языкознание, филология
Тип: статья Добавлен 20:05:45 02 октября 2010 Похожие работы
Просмотров: 132 Комментариев: 2 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно     Скачать

Никитин О.В.

Лексико-семантическое направление наряду с методами формального изучения языка было и остается одним из ведущих в отечественной науке. Исследования в этой области ведутся по очень широкому спектру проблем, ныне все чаще выходящих за рамки традиционного понимания исторической лексикологии и семасиологии.

Один из первых опытов описания и анализа системы древнерусской лексики принадлежит П. Я. Черных. По мнению автора монографии «Очерк русской исторической лексикологии. Древнерусский период», «главная задача русской исторической лексикологии заключается в том, чтобы выяснить, как происходило развитие лексических средств русского языка в целом, во всех его разновидностях — литературного языка и говоров, включая и профессиональную терминологию; в том, чтобы установить, с чего это развитие началось, как протекало, какие этапы прошло, установить хронологические рамки появлений отдельных слов или целых групп или категорий слов; в том, чтобы объяснить, почему некоторые слова вовсе исчезли из живого языка, некоторые лишь выпали из ныне действующего словаря, почему одни слова сохранились без каких-либо заметных изменений их внешней формы или их обычного значения, другие изменились и в том и в другом отношении; в том, чтобы выяснить общие линии и тенденции, направления в движении словарного состава русского языка, т. е., другими словами, изучить внутренние законы развития этого словарного состава в связи с историей народа (курсив наш. — О. Н.). И нужно прямо сказать, что в настоящее время мы еще очень далеки от ее осуществления» [Черных 1956: 3]. Задача, надо сказать, весьма объемная и, действительно, едва ли разрешимая даже в ближайшие десятилетия.

Как правило, труды по исторической лексикологии во многом учитывают и в той или иной мере используют «набор» проблем, представленный в процитированном фрагменте. В основном развитие идей данного направления имело либо практическую задачу — создание и анализ лексикологических эскизов отдельных групп и памятников письменности (см., например, [Филин 1949; Горшкова 1951; 1958; Иссерлин 1961; Волков 1962; Полякова 1974; Творогов 1984; Малышева 1990; 1997б] и мн. др.), либо теоретическую — рассмотрение системных отношений в языке, проблем семантической организации единиц и проч. (см., например [Шмелев 1977; Денисов 1993] и мн. др.). Нередко и то, и другое выступают как звенья одной цепи — исследования историко-культурной «феноменологии» бытования слова в контексте исторического развития лексической системы русского языка. Перспективной остается проблема изучения изменений словарного состава русского языка от первых письменных источников до настоящего времени. В этом русле в АН СССР в течение многих лет проводились исследования, итогом которых явились два тома «Истории лексики русского литературного языка», охватывающие конец XVII – начало XIX века [История лексики 1981а] и XIX – начало XX века [История лексики 1981б]. И все же авторы признают: «…мы еще не близки к тому, чтобы сказать, что у нас собраны все материлы для написания обобщающего труда по исторической лексикологии русского литератрного языка эпохи становления и расцвета русской нации» [История лексики 1981а: 3]. Объективные сложности, с которыми связаны попытки создания такого труда, пока находят решение в более или менее удачных частных отраслях исторической лексикологии, раскрывающих неисчерпаемые возможности русского языка.

Одной из таких областей стала, например, диалектная лексикология, изучающая разные стороны областных лексико-семантических систем, выясняющая историю и современное состояние локальных и общеязыковых процессов, анализирующая отдельные группы лексики, имеющие областной характер и др. (см., например [Клименко 1988; Коготкова 1979; Панин 1985]).

Изучение иноязычной лексики, славянизмов и вообще процессов освоения русским языком заимствованного «субстрата» также занимает ведущее место в современных работах данного направления [Биржакова, Войнова, Кутина 1972; Замкова 1975 и др.].

Предпринятые в 1960-е годы исследования словарного состава русского языка XVIII и XIX вв. во многом определили концепцию лексикографической работы — это создание «исторического словаря одного языкового состояния» (имеется в виду «Словарь русского языка XVIII века). Особенностью изданий такого типа, по мнению Ю. С. Сорокина, «является то, что перед ними возникает проблема совмещения описания системной организации лексических элементов с характеристикой динамики в пределах системно организованных групп лексики…» [Сорокин 1975: 21]. В этом отношении особенно ценны разработки О. Д. Кузнецовой [1985а; 1985б и др.], Ф. П. Сороколетова [1985а; 1985б] и ленинградской исторической школы (см. подробнее [Богатова 1984: 10 и др.]).

В это время проводятся срезовые диахронические исследования определенных групп лексики, позволяющие проследить ее фукнционирование на длительном этапе в том или ином памятнике (или группе сходных источников). Здесь заметным событием стал выход в свет монографии Ф. П. Сороколетова «История военной лексики в русском языке XI–XVII вв.». Автор на большом фактическом материале выделил основные лексико-семантические группы, проанализировал фразеологию, определил микросистемы и специфические термины, используемые в военно-деловом обиходе, обозначил основные тенденции языкового развития этого пласта письменной культуры. Так, в частности, он считает, что «в процессе развития военной лексики русского языка XI–XVII вв. действовали две противоположные тенденции — терминологизация и детерминологизация» [Сороколетов 1970: 360].

В те же годы оживился интерес к терминологической стороне изучения лексики и к исследованию отдельных пластов русской науки с лингвистической точки зрения (см., например [Кутина 1964; 1966; Даниленко 1977] и др.). Повышенное внимание к лексико-семантическим процессам нового (XVIII век) времени выразилось и в выяснении функции «семантических дифференциаторов», в определении характера лексической сочетаемости единиц [Кутина 1975: 9–12].

В работах любого типа, освещающих в той или иной мере историю лексического строя русского языка, центральным объектом внимания является слово. Именно в диахроническом освещении концепции и взгляды ученых достигают большей «объяснительной силы». После пионерских разработок Л. А. Булаховского [1952; 1953], В. В. Виноградова [1982] в этой области стал очевидным поворот к региональной характеристике слова, который получил широкое распространение в 1970–1990-е годы. Слово каноническое и слово окказиональное, их функциональные различия и параметры, зависимость от контекста, соотношение нормированного и факультативного в лексическом строе языка и словотворчестве народа — на эти и другие вопросы все чаще стали обращать внимание лингвисты (см., например, [Лыков 1976; Смолина 1990] и др.). Изучение регионализмов, фиксации новых слов в русской письменности, исследование новгородских берестяных грамот и др. позволило говорить уже о комплексной региональной программе изучения лексики, выяснения ее места и роли в истории русского литературного языка (см. [Богатова, Дерягин, Романова 1983]).

В последние годы активно разрабатываются и находят удачное применение как в современном, так и в историческом языкознании методы семантического анализа лексики, ментальной характеристики слова в широком историко-культурном ключе (см., например [Шрамм 1986; Кандаурова 1986; 1989; Черемисина 1989; Бондарчук 2002] и др.) , а также исследование отдельных групп лексики: астрологической [Рупосова 2002], темпоральной [Звездова 2002], лексико-семантических полей [Генералова 2002] и т. п. явлений, получивших широкое отражение в памятниках русской деловой письменности и словесной культуры разных жанров.

Особо ценными следует признать разработки петербургских ученых, имеющих богатую школу лингвистического источниковедения и свои традиции. В лексикологической области во многом показательны исследования записных кабальных книг Московского государства XVI–XVII веков [Зиновьева 2000], лексики обиходно-разговорного языка Московской Руси XVI–XVII вв. по данным иностранных руководств по изучению русского языка [Мжельская 2003] и нек. др. В последней из указанных книг рассматривается важная и актуальная проблема изучения разговорной речи, посадской культуры, зафиксированных путешественниками-иностранцами. Как можно понять, в первую очередь исследуются некнижные пласты лексики — деловой язык, ведь именно он фигурировал в торговых и дипломатических сношениях русских людей с иноземцами и был закреплен соответствующими приказными актами. Данную особенность отражают и руководства иностранцев. О. С. Мжельская пишет: «…эти источники имеют общую направленность — они воспроизводят на своих страницах те факты, которые были характерны не для книжно-церковного литературного языка, а для обиходной устной речи, отражая не только общерусскую лексику, но и местные названия, а также входящие в общее употребление заимствованные слова» [Мжельская 2003: 54].

Из лексикографических подвигов последних лет стоит, несомненно, указать на пробный выпуск «Словаря обиходного русского языка Московской Руси XVI–XVII вв.» [СОРЯ 2003]. Словник СОРЯ, представленный в томе «А–Биться», предваряется статьями «Из истории создания словаря. Концепция Б. А. Ларина», «Источники и картотека», «Задачи словаря. Хронологические границы», «Словник. Проблема тождества слова», «Структура словарной статьи», «Источники», «Этимологические словари и специальные работы, использованные при составлении этимологических справок». Говоря о проблемах тождества слова, авторы замечают: «Словарь обиходного русского языка» - полный словарь, он ориентирован на описание всех (разрядка в цитируемом источнике. — О. Н.) знаменательных и служебных слов, употребленных в его источниках и за¬регистрированных в картотеке. Среди них представлены как слова, сохранившиеся в языке до наших дней, так и слова, утраченные им» [СОРЯ 2003: 9]. На наш взгляд, это принципиальное замечание: исторический словарь должен отражать реалии прошлого, историзмы, архаизмы, некодифицированную лексику и единичные лексемы. Лишь тогда может создаться объективная картина эволюции языка, его форм и ориентиров. Еще одной особенностью СОРЯ, в отличие от других словарей, является включение в состав лексических групп названий народов и племен, лиц по месту их жительства и службы, прилагательных, обра¬зованных от этнонимов, названий жителей и топонимов, например, английский, амстердамский и т. п. В Словарь также вошли и прозви¬ща людей, клички животных, наименования мелких географических объектов: Васька Малые Глазки, Исачко Косой; Долгой Берег и др. Эти сведения, как известно, в обилии представлены в деловой литературе разных жанров и, будучи включенными в словарный контекст, позволят проследить функционировании этнонимики периода Московской Руси.

СОРЯ как исторический словарь дает краткие этимологические ссылки, указывает на языковые эквиваленты слов, например:

АГАРИК, м. (1) [лат. agaricus] Древесный гриб, употребляемый как лечебное средство. Агарикъ купятъ фунтъ въ 5 алтынъ, а коли дорогъ въ 14 алтынъ ... [СОРЯ 2003: 45].

БАНКЕТ, м. (4) [нем. Bankett (из итал. Banchetto или фр., англ. banquet] 1. Скамья Принеси банкЪтъ. Разг. Хеймера, 8 об., к. ХУП в. 2. Пра¬здничный пир <...> И Фрол Скобеев приехал в дом свои, веема рад бысть и делал банкеты, веселился и с протчею своею братию дворянами. Пов. о Фроле Скоб., 158, XVII в. ... [СОРЯ 2003: 111].

СОРЯ фиксирует максимально полный семантический ряд, причем значения слова указываются в пределах XVI – начала XVIII веков. Так, у лексемы бить авторы отмечают 10 значений, а словарная статья разрослась почти на 10 страниц. Такая педантичность в известной мере определяется источниками словаря и желанием его составителей представить даже редко встречающиеся сочетания и фразеологизмы, а также оттенки смысла, выраженные в памятниках разных жанров (былины, деловые документы, публицистика и др.). В данной статье, например, кроме традиционной формулы бить челом, приводятся такие выраже¬ния, как бить по рукам, бить жилу и др. Чрезвычайно характерным для памятников приказной письменности является «обрастание» при¬вычного делового формуляра новыми элементами, что особенно заметно в подьяческой культуре XVI-XVII веков. СОРЯ, наряду с бить челом, отмечает такие сочетания: много (премного) челом бить, бить челом и плакаться, бить челом и являть, бить челом и извещать.

При этом авторы очень подробно расписывают лексические пласты, указывая и на те существенные перемены в языке, которые проявились в характере использования словесного орнамента в текстах неоднородных литературных и деловых традиций указанного периода.

В качестве приложений к СОРЯ даются «Дополнения из региональных исторических словарей» и «Метрология Московского государства XVI–XVII веков», в которой объясняются меры длины, веса, поверхности (площади), объема, а также приводится таблица с изображением денежной системы Московской Руси того времени с краткими комментариями и историческими справками.

Все обозначенные достоинства этого издания, тщательная подготовка самих текстов к печати и несомненная источниковедческая новизна позволяют говорить о значительном лексикографическом (и шире — историко-культурном) вкладе филологов-словарников СПбГУ, последователей и продолжателей дела Б. А. Ларина, в развитие отечественной словесности. Важно и то, что СОРЯ восполняет заметный пробел в исторических лексиконах, где, как правило, неравномерно представлены лексические пласты — как в терминологическом, так и во временном значениях. И здесь, пожалуй, самый прогрессивный пе¬риод развития древнерусского государства, время расцвета жанров и переплетения разных письменных традиций — остается подчас недостаточно освещенным в наших лексикографических изданиях. Так что и в этом отношении СОРЯ вносит существенный вклад как собрание новых и притом преимущественно «деловых» материалов. Причем, особо отметим, что авторы намеренно сделали акцент на исследовании памятников литературно-письменного языка на народной основе, приказных рукописей, посадской литературы в целом (изучено, по данным СОРЯ, около 180 источников). Именно такой отбор позволил проникнуть в лабораторию языкового «гравирования», отследить и представить редкие слова и показать их использование в конкретном контексте.

Важным этапом в лексикологическом исследовании языка нам представляется фундаментальный труд В. В. Виноградова «История слов», который как раз и стал во многом направляющим в работе по воссозданию семантической истории слов. Программные заметки ученого, «оглашенные» только несколько лет тому назад, звучат поразительно свежо и актуально и, думается, могут найти успешное примение и в изучении памятников деловой письменности (хотя набросок В. В. Виноградова относится к концу 1940-х годов). Приведем выдвинутые им положения:

«1. Исследование истории значений отдельных слов еще не образует исторической семантики, хотя и доставляет для этой научной дисциплины ценный материал.

2. Для того, чтобы история значений слов литературного языка стала существенной частью исторической семантики его, необходимо тесно связывать исследование семантической истории слов с историей литературного словообразования и шире — с историей морфологических изменений литературного языка (иллюстрация — семантическая история слов: мракобесие, царедворец, кругозор и др.).

3. Исследование истории значений отдельных слов русского литературного языка помогает глубже осознать лексико-семантические связи и взаимодействия литературного языка с русскими народно-областными говорами и другими славянскими языками. Разнообразие этих связей и взаимодействий ярко отражается в истории таких слов, как отщепенец, никчемный, завзятый, охрана и т. п.

4. Исследование семантической истории литературных слов создает базу для историко-идеологического словаря русского литературного языка. Изучение истории значений слова должно быть связано с историей тех семантических рядов, в которые вступает или с которыми сближается это слово в процессе своих смысловых изменений (ср. историю слов: передовой – отсталый с 40-х годов XIX в., новшество в XVII и XIX вв., пошлый с XVIII в. и т. д.).

5. В истории значений отдельных литературных слов отражается история стилей русского литературного языка. Поэтому исследование семантических изменений литературной лексики должно носить историко-стилистический характер (ср. семантическую историю слов — светоч, треволнение, мыслитель и др.).

6. Изучение семантической истории «заимствованных» слов, связанное с сравнительно-историческим исследованием судьбы их в других языках, в том числе и в родном для них языке, содействует открытию семантических своеобразий русского литературно-языкового процесса (ср. историю значений слов: фант, паллиатив, игнорировать и др.).

7. В семантической истории отдельных слов отражаются сложные процессы взаимодействия личности и коллектива в сфере духовного творчества (ср. историю слов и выражений: отсебятина, кисейная барышня и др.)» [Виноградов 1994а: 4].

В тезисах В. В. Виноградова мы обнаруживаем удачное применение оригинальной методики исследования слова не только как собственно грамматического явления, а шире — как объекта исторической семантики. Заслуживает внимания и тот факт, что часть примеров, вошедших в Словарь, была взята из сферы делового языка. Так, им даются историко-семантические этюды о кодексе, исправе и др. интересных в лексикологическом отношении словах.

В работе «Слово и значение как предмет историко-лексикологического исследования» ученый формулирует другую проблему — это вопрос «о единстве смысловой структуры развивающегося и меняющегося слова или иначе: вопрос о пределах тождества слова при многообразии его фонетико-морфологических и предметно-смысловых превращений» [Виноградов 1994б: 16]. Важным для грамотного осмысления семантической истории слова является также тезис об «исторической преемственности значений», об их внутренней связи, которая, по его мнению, в течение длительного периода времени «остается непоколебимой», своего рода константой, сохраняющей семантическое единство слова в разных контекстах [там же: 25]. Здесь, однако, возникают некоторые трудности, связанные с временным исчезновением слова как из речевого обихода, так и из словаря. В. В. Виноградов отмечает в связи с этим один показательный признак, свидетельствующий об активной роли среды: «Непрерывность исторического бытия слова во многих случаях трудно доказуема. Перерыв в употреблении слова еще не исключает его пассивного восприятия и понимания в памятниках письменности. Вместе с тем, выпадая из живого литературного лексикона, слово может сохранять свою активность в языке некоторых социальных групп, откуда снова проникает иногда в общелитературный словарь» [там же: 26].

Опираясь на взгляды В. В. Виноградова, считаем плодотворным и не потерявшим своей новизны рассмотрение «семантического объема» слова с точки зрения исторической изменяемости языковых единиц, а также специфики «литературных употреблений» слова. Оценивая развитие историко-лексикологических разысканий, надо заметить, что современными учеными признается необходимость комплексного подхода к исследованию «семантических превращений», источниками и фиксаторами которых как раз и являются памятники письменной культуры.

Оценить/Добавить комментарий
Имя
Оценка
Комментарии:
Где скачать еще рефератов? Здесь: letsdoit777.blogspot.com
Евгений06:44:00 19 марта 2016
Кто еще хочет зарабатывать от 9000 рублей в день "Чистых Денег"? Узнайте как: business1777.blogspot.com ! Cпециально для студентов!
13:12:11 25 ноября 2015

Работы, похожие на Статья: Лексико-семантическое направление и его основные идеи

Назад
Меню
Главная
Рефераты
Благодарности
Опрос
Станете ли вы заказывать работу за деньги, если не найдете ее в Интернете?

Да, в любом случае.
Да, но только в случае крайней необходимости.
Возможно, в зависимости от цены.
Нет, напишу его сам.
Нет, забью.



Результаты(150940)
Комментарии (1842)
Copyright © 2005-2016 BestReferat.ru bestreferat@mail.ru       реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru